Я застегнул молнию на штанах и заржал.

— И что же тебя так рассмешило, о демон соблазна и сибаритства? — спросил Сэнсей, и его очки блеснули в темноте.

— Помнишь, в какой-то старой сказке из тазика с водой вылезала рука и скрипучий голос говорил: «Должооок!» — смеясь, произнес я. — Вот так и я сегодня.

— Блин, натурально! — Сэнсей тоже засмеялся. — Однако, надо отсюда выбираться. Где там твой фонарик?

Я полез в карман за фонариком, нажал на кнопку, и тусклый свет одной лампочки выхватил из вязкого окружающего мрака замусоренный пол, развалившуюся стену, основание которой утопало в осколках кирпичей и пластах штукатурки.

— Ты что, дорогу забыл? — хохотнул Сэнсей. — Нам туда, вон там выход!

Как раз в той стороне и было темнее всего.

«Невские берега» оказались мероприятием странноватым. Хотя что там! Я бы сказал, наглухо отбитым. У этого рок-фестиваля была официальная часть, которая была запланирована на завтра. И место для этой самой официальной части было более чем пристойное и просторное — спорткомплекс «Юбилейный». С одной стороны, это было самое скучное здание из всех, что я успел увидеть в Питере. С другой — зато оно огромное. Но это все будет послезавтра. «Ангелочков» стараниями Сэнсея уже даже поставили в расписание. Но встретив нас на перроне московского вокзала, велеречивый фронтмен «Папоротника» сделал хитрое лицо и сказал, что покажет нам настоящий рок. Такой, каким мы в своем Новокиневске его никогда не видели. Настоящие «Невские берега», а не вот это все причесанное и прилизанное.

Потом разговор как-то свернулся, потому что прибыл еще один поезд из Москвы, и на перроне началось натуральное светопреставление. Играл военный оркестр, все свободное пространство заполонила патлатая вопящая молодежь. Нам оставалось только радоваться, что мы прибыли на соседнюю платформу и могли наблюдать за всем через рельсы. И Сэнсей тоже стоял здесь и посмеивался.

— Мы приехали три дня назад и никого не предупредили, — сказал он. — Тихо-мирно вышли из поезда.

— А кто там приехал? — вытянув шею, спросил Бельфегор. — Это что ли «Ария»?!

— Ага, — кивнул Сэнсэй, доставая из кармана сигареты. — А еще «Тараканы» и «Коррозия металла».