Сам он тоже отыгрывал человека без сознания. У него оставался последний аргумент — магический кинжал, который легко пробивает железную кирасу. Егор даже ради интереса проверил его на одном железном пруте, который был на решётке в полуподвальном окне одного дома в небольшом придорожном городке. Хоть и с трудом, но клинок перерубил его, а тот был с палец толщиной.

— Да, хозяин, со мной всё хорошо, — последовал ответ химерика.

— Вот и ладно, жди приказа.

Орк несколько секунд смотрел на поверженного человека, после чего потопал к валяющемуся лицом вниз Егору и несильно пнул по ноге. Егор дёрнул ей так, словно та была безвольной.

— Очередное жалкое, ничтожное, бесполезное животное, — прорычал орк и, резко ухватившись за левое плечо, перевернул Раевского на спину.

Надменность и пренебрежение сыграли с ним злую шутку. Егор, прежде чем кантовать тело, сделал бы второй выстрел из разрядника. Сомнительно, что уже отключившемуся человеку это нанесло бы вред, в крайнем случае, заряд бы послабее пустил, но нет, орк был уверен, что клиент в отрубе. Поэтому удар кинжалом высший проморгал. Да, он был далёк от идеала, и клинок пробил бедро левой столбообразной ноги. Причём «поглотитель» так насосался душами с чёрных теней, да и покойные орки неплохо способствовали зарядке, что кинжал прошил броню, как пуля из калаша газету. Двадцать сантиметров волшебной стали вошли по самую рукоять, правда, светиться она не начала, видимо, требовалось нанести более серьёзную рану.

— Хим, ко мне, — мысленно заорал Егор. — Захлестни его хвостом и попробуй опрокинуть или хотя бы сдержать.