Меня поразил, тот факт, что на сражении пожелала присутствовать вся школа, но то, что Дом Медведя смог возвести целый Колизей менее чем за два дня, меня почему-то не сильно удивило.

Зрители? Странно. Что за психопатическое общество желает смотреть, как школьник сражается с кем-то до смерти? Это просто писец!

Время перед поединком не прошло даром. Анна основательно подготовила меня как физически, так и морально, и я уже чувствовал себя не так тревожно. Она нещадно гоняла меня по всем тренировочным площадкам, потом мы делали перерыв, и в это время Алиса и Антонина совершенствовали мои заклинания, а затем снова всё повторялось по кругу. Я почти был готов к дню «икс». Лишь одно не давало мне покоя: одно дело — разозлиться до такой степени, что хочется убить парня за то, что он приставал к Лиз, но идти в бой с холодным намерением убить человека? От таких мыслей мне было не по себе.

Песчаная площадка оказалась плотно утрамбованной. Под ботинками похрустывал песок, но ноги не увязали в нём и сцепление с поверхностью было отличным. Колизей обнесли высокой стеной, чтобы поднимающееся солнце не слепило глаза. Но всё равно нужно быть осторожным, ведь светило не стоит на месте.

Я держал трость как шпагу — набалдашник под мизинцем, а древко небрежно опиралось на плечо. Анна и Антонина напомнили мне, что у парня дерьмовый характер. Надавить на него, вывести из себя и поставить в глупое положение не составит особого труда. Поэтому напускная улыбка играла на моих губах, пока раздумывал, как это сделать.

Напротив на арене стоял сэр Артур Клеменс, одетый в пластинчатые доспехи без шлема. Густая грива топорщилась вокруг головы, и мне показалось, что с его нижней челюсти капает слюна. На одной руке висел лёгкий щит из кожи змеи, другая держала огромный клинок, свободно зажатый в руке. Рыцарь неотрывно и напряжённо смотрел на меня. Надеюсь, он не сможет учуять запах моего пота…

Директор появился во вспышке чёрного дыма и завис над центром поля боя.

— Я буду выступать в роли арбитра этой битвы. Пусть те, кто в ней участвует, сражаются с честью. Спрашиваю ещё раз: можно ли разрешить этот спор мирным путем? — голос прогремел в пространстве между слухом и мыслями. Я засунул палец в ухо и энергично зашевелил им, пытаясь разогнать эхо.