Думать оказалось куда проще, чем действовать. Глаза открыл, это легко. А вот пошевелиться не получалось. Болит вообще всё. Такое чувство, будто меня опять машиной сбили, после чего катком переехали несколько раз, раздробив все кости и превратив мышцы со связками в труху.

— Давай-давай! В первый раз магическое истощение получил? Привыкай, теперь эти ощущения будут тебя постоянно преследовать! –неприятно расхохотался обладатель гулкого баса, пнув меня в бок.

Эта скотина пнула меня ещё пару раз, но никакого эффекта не добилась. Как бы я не силился — не получалось повернуться и избавить себя от вида белого потолка со странным красными разводами, так сильно напоминающими кровь.

Пинки прекратились. Вместо этого надо мной появилась помятая бородатая рожа с выражением искреннего неудовольствия тем, что я посмел ослушаться его приказа. Его ярко-жёлтые

— Итить ты зенками водишь туды-сюды. Ладно, погодь, сейчас подшаманю немного… — сбавил он обороты, явно заметив всю ту боль, что выплёскивалась из моих глаз.

Понятия не имею, что он сделал, но боль резко отступила. Тело окутало лёгкое и приятное покалывание, заставившее меня моментально вскочить на ноги…

— Совсем охренел⁈ — негодующе взорвался бородач, чей лоб оказался единственным препятствием на моём пути.

Вспыхнувшая боль в затылке прошла практически моментально. Чувство самосохранения взвыло, заставив меня отскочить в сторону от бородатого лекаря, ибо он попытался отвесить очередного пинка.

— Резвый! — поразился он. Идея преследования если и пришла ему в голову, то он тут же её выбросил. Повернулся к стоящей на столике литровой бутылке с непонятной мутной жидкостью и за один присест вылакал её до дна.

— Ты ещё здесь⁈ Занятия через двадцать…

— Остап, не трогай парня! Привёл его в чувства — всё остальное за мной! — ворвалась в небольшое помещение новая личность, которой ранее не было.

— Слушаюсь, господин лейтенант Мор, — мой врачеватель в столь короткую фразу умудрился засунуть такое количество эмоций, что я даже диву дался. Сразу стало понятно, что этого Мора он не любит и искренне презирает, но вынужден слушаться его. Была бы воля Остапа — с удовольствием воткнул бы лейтенанту перо в бок и даже не поморщился бы.

— Не стой истуканом, иди за мной. Короткую вводную дам по пути, — неприязненно взглянул в мою сторону лейтенант, развернулся и весьма резво направился на выход из помещения. Мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать за ним.