Я снова дёрнул его душу. И сразу, со всей силы и от души, так сказать, зарядил ногой снизу вверх по его яйцам…

Мне послышалось, или я услышал треск?

Горлукович схватился за пах и сломанной куклой сложился на пол.

На миг показалось, что я его убил, но нет, клубок души на месте, да и грудная клетка расширяется немого и сужается обратно — если присмотреться. То есть, товарищ дышит. Но в остальном — прямо как труп.

Сильно же я ему зарядил… По его щеке кроме крови потекла дорожка из слёз. Тихих, беззвучных слёз. При этом, он даже не заскулил, не пикнул.

Мужик — кремень! Даже зауважал его немного.

Подняв с песка свою отрубленную руку, краем глаза заметил движение, и наотмашь, опять же со всей дури, саданул своей отрубленной рукой — аки битой, в сторону движения.

О! Вот теперь, точно вырубил декана…

Он там, скрючившись и схватившись за яйца, готовил рывок в мою сторону, но удар на противоходе в лоб — да ещё с рычагом, в виде длины моей руки, вырубил мужика основательно.

Всё, уже можно бежать!

Закинув свою же руку себе на плечо, придерживая оставшейся функционирующей, я потрусил на выход из полигона. На притихшую трибуну со студентами даже не взглянул.

Не до того сейчас…

Москва. Кусково. Московская магическая академия. Исследовательское крыло. Лаборатория рода Лесковых. Вассал рода Лесковых — Озолиньш Петерис Эдгарсович.

Петерус нажал на кнопку, и на экране высветилось чёрно-белое изображение длинной искривленной нити.

Мужчина пробормотал себе под нос:

— Прекрасно, прекрасно…

В этот момент, за его спиной отворилась дверь, и, повернув голову назад, он увидел Владимира Лескова, что зашёл в лабораторию:

— О, ты уже закончил? Я думал, что… — Глаза мужчины округлились, когда он увидел, что у Владимира в правой руке была… его левая, закинутая на плечо. — А-а-а… А?

Владимир хмыкнул:

— Всё в порядке. Свою руку я притащил, потому что её проще вылечить и прирастить, чем выращивать с нуля.

Затем, он дошёл до напольного холодильника со своим запасным телом внутри и открыл его. Закинув внутрь свою руку, он следом залез в холодильник сам, и сказал:

— У рода ЧП, мне быстрее будет душой туда слетать. А ты — пока подшамань это тело, ладно?

После чего, лёг в холодильник, закрыл за собой крышку и тут же обмяк.

Петерус в какой-то прострации смотрел на явно умершее тело внутри холодильника и немножко охреневал. Но через пару минут, выдохнул и отвернулся к монитору.