Старая Вишня.

Пункт выдачи заказов.

Раньше это был обычный дом, а теперь это фиолетовое нечто с косметическим ремонтом внутри и шустрой тёткой за прилавком. Ну и обречённого вида мужиком. Он сидел на диване, куда и я подсел.

А вот женщины, с которыми я приехал, облепили стойку работницы, и та кабанчиком носилась туда-сюда, принося заказы.

Сперва мужчина с лёгкой надменностью смотрел на меня. Затем на его лице появилось небольшое удивление. Ещё некоторое время спустя он смотрел на меня с сочувствием. А когда женщины всё получили, мужик взглядом выражал мне соболезнования.

— Это беру, а это и это нет.

Из примерочной вышла женщина лет сорока и сдала несколько коробок обуви. А также кучку штанов. Одну коробку и одни штаны она всё же взяла и пошла к мужу.

— Транжира я у тебя, — улыбалась та.

— Знаешь, я тут понял, что ты не такая уж и транжира, — заявил тот, принимая от жены коробку и пакет. А потом взял удивлённую жену под ручку и увёл из этого страшного места. Разве что напоследок ещё раз бросил на меня сочувствующий взгляд.

Причём я уже понял, насколько я попал… Виктория, Амерта, Аква, Инди и, конечно же, Любава, которая уже приноровилась к онлайн-магазинам, заказали настоящую тонну одежды!

Они схватили целую гору пакетов и коробок, которую натаскала уставшая работница, и умчались в примерочные.

Работница же улыбалась. Ещё бы… тут заказов больше, чем на сотню тысяч рублей… И я как рабовладе… негровладе…? Во! Как наниматель, обеспечиваю нужды своих рабо… кхм. Сотрудников.

Достав телефон, зашёл в интернет и посмотрел, что пишут про меня. И стоит отдать журналистам должное, они довели дело до конца. После возвращения людей в больницы их обследовали, и журналисты засняли слёзы радости как самих больных, которые исцелились, так и их близких.

Медийный эффект получился неплохим. Слишком неплохим… Пока что удавалось сдерживать желающих получить лечение и всяких неадекватов, но теперь всё это может выйти из-под контроля.

Тихая жизнь, да? Ну, учитывая, что Джеймс хочет мир угробить, спокойно жить у меня не выйдет. Что, собственно, и так стало очевидным, когда я узнал, что герои пробудили память.

— Вань, — из-за занавески выглянула Любава.