Пока мы ехали в главный город нашей губернии, я прокручивал в голове все варианты и пытался понять куда мы можем направляться. Мадьяров признал мои детективные способности и хочет получить совет в очередном деле? Вот уж дудки! Кирилл Витальевич никогда не признает мои возможности, потому как я любитель, а он профессионал. Выходит, дело касается моих профессиональных навыков. Но в таком случае, я совершенно не понимаю зачем ему понадобился именно я. Неужели во всём Яре не найти целителя моего уровня, и нужно было непременно ехать в Дубровск?

Мы проехали в один из элитных районов Яра-на-Светлице. Дома здесь были двух, а иногда и трёх этажей, а размер некоторых особняков был настолько велик, что они без труда могли принять до двух сотен гостей. Пока машина проезжала по ночной улице, я невольно любовался этими миниатюрными дворцами, которые лишь отчасти можно было рассмотреть за высокой изгородью. Лишь когда машина неожиданно остановилась напротив одного из дворов с высокими коваными воротами, я избавился от оцепенения.

— Приехали, — констатировал очевидный факт Кирилл Витальевич.

Нас заметили и быстро открыли ворота, пропуская машину внутрь. Лишь когда мы остановились и вышли наружу, я понял почему нас не проверяли на въезде — внутри двора дежурили бойцы службы имперской безопасности.

— С объектом всё в порядке? — первым делом поинтересовался начальник ищеек, когда к нему подошёл подчинённый.

— Закрылся у себя и просил не беспокоить, — немедленно доложил мужчина.

— Я же объяснял, что его нельзя оставлять одного. Неужели это непонятно?

Кирилл Витальевич бросился к зданию, а я не нашёл ничего лучше, чем последовать за ним. Внутреннее чувство вело меня вперёд, и я не до конца отдавал себе отчёт, что могу стать свидетелем неловкой сцены. Годы практики говорили, что в таких ситуациях лучше быть впереди и реагировать молниеносно на случаи, когда кому-то может грозить опасность.

Мы прошли по коридору и поднялись по винтовой лестнице на второй этаж. Подёргав за ручку, Мадьяров убедился, что дверь в комнату оказалась заперта, а потому он постучал, но не получил ответа.