Однако единственный сундук у стены меня разочаровал. Точнее, в другое время я бы порадовалась еще одному дымарю с запасом гнилушек и незаржавленным ножам. Нашла бы как использовать молоток и гвозди, да и жерди тоже. Но сейчас мне нужно было совсем другое.

— Кирилл Аркадьевич, вы собираетесь приложить вот эти мешки к делу? — спросила я.

— Что вы имеете в виду? — насторожился он.

— Если это — вещественное доказательство или как там они называются, то трогать их не стоит. Если же они вам не нужны, то я бы проверила, действительно ли красивая женщина остается красавицей даже в мешке из-под картошки.

— При чем тут картошка? — пискнула Варенька. Зубы у нее стучали.

— Ни при чем, — ответил ей Стрельцов вместо меня. — Но я понимаю, что задумала Глафира Андреевна. По правилам я должен приобщить эти мешки к вещественным доказательствам, как и цыбик чая. Однако, если смотреть на вещи здраво, после того как они промокли насквозь, все просто сгниет, и не так уж много времени для этого понадобится.

— А чай? — не удержалась я.

— Чай тоже, если его не просушить в скором времени. Полагаю, будет достаточно заверенного свидетелями описания.

Он первым взялся за мешок, вытряхнул на пол копорку.

— Представляю, в кого мы превратимся, — хохотнула Марья Алексеевна. Охнула — и я всерьез начала беспокоиться за ее ребра. Надо послать за Настей, как только мы вылезем отсюда.

— Я могу пойти первой и посмотреть. Может, пчелы немного успокоились, — предложила я.

В конце концов, ночью, когда на пасеку пришел медведь, мы собирали соты голыми руками — и все обошлось. Хотя ночью пчелы менее активны.

— Я с вами, — сказал Стрельцов таким тоном, что сразу стало ясно: спорить бесполезно.

Вздохнув, я встряхнула мешок как следует и натянула его на голову. Варенька рассмеялась, но тут же оборвала смех.

— Я в это не полезу!

— Полезешь, если другого выхода не будет, — сказал ее кузен.

Нелидов негромко добавил:

— Варвара Николаевна, Глафира Андреевна права: красавица останется красавицей даже под мешком.

Я чихнула от забившейся в нос пыли и начала осторожно, на ощупь подниматься по лестнице.

— Позвольте, я помогу.

Не дожидаясь разрешения, Стрельцов взялся за мой локоть.

— Гришин! Держись рядом. Как только мы выйдем, захлопни дверь и не открывай, пока я не прикажу.

— Да, ваш-сиятельство!

Снаружи заскреблись, залаяли.

— Полкан! — Я попыталась прибавить шагу, оступилась и едва не упала, но Стрельцов меня удержал.

Да, у пса густая шерсть, но очень нежный нос. И глаза. Если на него нападут пчелы…