— Ладно, тогда пока не добивайте его, закуйте в наручники, — хмыкнул главарь, скользя лезвием по моему горлу. — Только если посмеет сопротивляться, его деваха подохнет.

Мелен позволил нацепить на себя наручники, после чего щуплый чернявый мужичок нанёс ему несколько ударов, а другой взял на прицел, держа тёмный пистолет почти у самого лица.

— А с девкой мы поближе познакомимся. Вон какая аппетитная… Можно прямо на твоих глазах, чтобы тебе тоже было весело.

Взгляд Мелена, сосредоточенный на кинжале у моего горла, люто потемнел.

— Я — принцесса Лореанелла Валерийская… Валерелла Лоарэнельская… — язык так и не подчинялся, однако я продолжила настаивать: — Я — принцесса. За мою жизнь отец осыплет вас заказами… то есть эвклазами. Не делайте глупостей. Оставьте нас в живых и поторгуйтесь с нами… с ними… Отец заплатит!

— Правда, шоль, принцесса? — один из напавших подошёл ко мне и посветил на висок. — Ни дракона не понятно…

— Да бгешет она всё. Эти бабы — те ещё мгази лживые, — прокартавил новый голос.

— А ты глянь на косу… — тот, что светил в висок, больно дёрнул за неё и показал остальным. — Коса-то вон какая.

— А печать? Чёт, по-мойму, не та, — без особой уверенности проговорил главарь.

— Я могу принести клятву, что я принцесса. Только рук не чувствую.

— Ага, как же, так мы тебе и повегили!

— Да не, Шмыга, тут, по ходу пьесы, и правда принцесса, — главарь обслюнявленным пальцем потёр мой висок, вызывая приступ глубочайшего отвращения. — А печать-то дорисованная. Как вам не стыдно, Ваше Высочество, подделка печати — это ж государственное, мать его, преступление! — сказал он, и остальные громогласно заржали.

— Ладно, отведите этих двоих в опочивальню. И вещи их захватите, осмотрим. Покумекаем, что с нежданными гостями делать… — распорядился главарь. — Эй ты, как тебя? Мелен? Сделаешь глупость — девку я таки прирежу. Не в тех я отношениях с императором Лоарели, шоб не хотеть его расстраивать.

Снова раздались смешки. Мелену нанесли несколько жестоких ударов, на которые он не стал отвечать. Нас повели по каменному рукаву куда-то вглубь пещеры. Мелкие камешки кололи босые ноги, но моя обувь осталась в алькове, где мы спали.

Наконец нас втолкнули в небольшое искусственно облагороженное помещение с обшитой железом дверью. Главарь зажёг чадящий факел у стены — видимо, экономил магию.