Я удобней перехватил Пожирателя костей, приготовившись к рывку. Если, конечно, я не сдохну от перегрузки или ещё от чего.

Используя внутренний взор, я уже заметил внутри себя закупоренный энерго-участок. Он был небольшой, находился в районе сердца. Одно неловкое движение — и я мог остановить кровяной насос. На такой скорости ведь может произойти всё, что угодно. Главное не сбить фокус. Ни в коем случае.

Я влил в закупоренные энерго-узлы ту ману, которую смог. И… руна «родэ» вспыхнула, обжигая мою ключицу магическим пламенем.

Волна энергии за доли секунды пронеслась по телу, размывая всё вокруг. Я стал быстрее, раза в полтора точно!

Рывок — и вот я уже рядом с Черепом, наотмашь взмахивая клинком.

Голова авторитета взмыла в воздух, медленно вращаясь. Подельники Черепа ещё не поняли, что случилось, а я уже снёс и им головы.

Действие руны закончилось, время потекло в прежнем ритме.

Головы бандитов одна за другой рухнули на траву следом за телами, заливающими всё кровью, в том числе и Федьку.

Обессиленный, я опёрся на клинок. Сердце щемило, а плечо с татуировкой продолжало гореть, причиняя мне жуткую боль. Да уж. Длительный забег с покровом маны, потом это. Моё тело пока не готово к таким нагрузкам.

Спасённый Федька испуганно уставился на меня и, похоже, совершенно не понимал, что сейчас произошло. Вот он был на грани жизни и смерти, а сейчас его обидчики мертвы.

Пока Воробей осознавал произошедшее, я осмотрел друга. Из пулевых отверстий на ляшках сочится кровь, лицо превратилось в сплошную гематому. Неслабо ему досталось… Ловкими движениями я оторвал лоскуты ткани от его разодранных штанов, перетянул тазобедренные артерии, чтобы остановить кровь.

Хорошо, что я успел.

Ох, мать моя женщина… А успел ли?

Федьку, бледного как тень, трясло от болевого шока, адреналина и потери крови. Но несмотря на это, он улыбался.

— Получили, твари! Будете знать, как связываться с Федькой Воробьём! Я вырежу ваши сердца, суки, и сожру их, мать вашу! — орал парень, с каждой секундой всё сильнее распаляясь.

— Федька, ты как? — спросил я, но он меня не слышал.