К подобному заявлению от майора Громова я не был готов. Он меня буквально ошарашил.

Да, я уже был в курсе, что предыдущий Боткин, учась в академии, занимался торговлей запрещёнными зельями. Мне даже доводилось бывать в филиале продавцов, чтобы разрулить одну неприятную ситуацию. И навсегда разорвать свою связь с этими людьми.

Но как это дело внезапно всплыло в полиции?

— Что произошло? — спросил я. — На каком основании заведено дело?

— В полицию обратилась девушка, которая покупала у вас запрещённые зелья, буквально на прошлой неделе, — ответил Громов. — И мы нашли у неё флакон… В общем, надо разбираться.

На прошлой неделе я точно никому и ничего не продавал. Теперь я уверен наверняка, это — ответный удар научного центра. Я думал о том, что Игорь Николаевич подготовит контратаку. Но не предсказал, что он решит покопаться в моём прошлом, и раскопать такой неприятный факт.

Поскольку я был уверен, что с этим делом окончательно разобрался. Заставил сотрудников точки продажи на Сибирской улице забыть моё лицо, и окончательно закрыл эту страницу биографии.

Наверняка Игорь Николаевич нанимал сыщика, чтобы раскопать этот факт. Неприятно вышло.

— Виталий Андреевич, я буду с вами откровенен, — заявил я.

— Внимательно слушаю, — кивнул майор.

Отпираться смысла не было. Придётся снова мне разбираться с поступками предыдущего Боткина. Вот и удружил он мне с этими зельями!

— Я уверен, что эту девушку подкупил директор научного центра, чтобы она дала лживые показания, — проговорил я. — Неделю назад я не занимался никакой продажей запрещённых зелий. Если она указала точное время покупки — у меня, скорее всего, найдётся и алиби.

Всё-таки последние дни у меня расписаны буквально по минутам, постоянные встречи, обеды, дела.

— Я слышу в ваших словах «но», — заметил Громов.

— Это правда, — кивнул я. — Несколько лет назад, когда я учился в медицинской академии, я действительно занимался продажей запрещённых зелий. Я из бедного рода, был молодым и глупым, а денег не хватало… Поэтому я и пошёл на это.

Виталий Андреевич слушал, не перебивая. Его брови хмуро сошлись на переносице, но как-то комментировать он пока что не собирался.