— Бесполезно… — я качнул головой. — Это… сложно описать, но чем дальше пробиваюсь, тем сильнее отдача. Всё быстро восстановится. Даже если я соберу своих подчинённых, и подключу всех столпов, мы все скорее просто вымотаемся до смерти, чем реально помешаем башне. Орде останется только взять нас готовыми и измотанными. Ядерный взрыв тоже не поможет. Физический урон бесполезен.

— Совершенно здравая оценка, — ответил Теодан. — По моим грубым прикидкам, усилий трёх средних существ уровня единого бога мира хватит, чтобы нарушить внешнюю целостность. Не уничтожить башню, а именно пробить новую брешь.

Другими словами — подавай трёх сильных астрархов. Даже не каких угодно, едва вошедших в лигу, а минимум уровня Оркуса.

В уме всплывала и альтернатива, не менее недостежимая.

— Помогла бы магическая бомба, которая оставит кратер километров пятьдесят в диаметре и сотрёт половину материка. Это… не просто стены. Ладно, давайте ко входу. Он здесь точно только один?

Увы, у башни был лишь один изъян — опорная точка, связывающая её с реальным миром.

Мы спустились к самому основанию, где завораживающим узором мерцала огромная магическая печать. Никаких разломов или порталов тут не было. Ни одного барьера или охранного голема. Башня защищалась иначе.

«Удачи, архонт. В этот раз она тебе понадобится», — услышал я слова Ифрита.

«Спасибо», — ответил я телепатически через связующий артефакт и взглянул на Теодана. — Начинай разворачивать магию. Я поддержу открытие. На всякий случай всем встать максимально плотно.

Посланник богов не торопился и долго строил заклинание, настраиваясь на невидимую для глаза, но вполне ощутимую брешь.

Вспышка света перенесла нас… в каньон. Точнее, на перепутье пяти расщелин. Все шириной метров десять и в высоту под пятьсот метров. Стены неровные, даже с разноцветными слоями, о которых наверняка что-то могли бы сказать геологи. В дальнейшем все расходящиеся пути сворачивали. Хотя у некоторых видимость была на несколько километров. Кое-где были заметны ответвления. Сверху идеально чистое голубое небо.

— Как… это возможно? — недоумённо спросил Габриэль.

— Я же говорил, что внутри множество свёрнутых пространств, хитро сплетённых друг с другом. Внешний размер не важен: за тонкой стеной скрыт феномен, называемый «многослойный фантазм».

Самое интересное, что выстроенная Атласом защита называлась «многомерный фантазм». И, с одной стороны, он был гораздо более дырявым и менее опасным. С другой — превосходил эту конструкцию. Там у каждого пространства было ещё и дополнительное измерение, незаметное обычному глазу.

— Это… прямо божественная магия, — негромко сказала Наташа.