Мы отвечали тем же. Наши артефакты и пушки работали почти без остановки, но экономно, точно. Демид Сергеевич координировал огонь, сверяясь с камерами и донесениями разведки. Каждое наше попадание по скоплению пехоты или позиции миномёта вызывало у меня мрачное удовлетворение, но и тревогу: боеприпасы не безграничны.

В перерыве между залпами, сидя с ноутбуком, подключённым к проводному интернету, я отдал Василию и Ефиму приказ. Пора открывать новый фронт и бить по репутации.

— Выкладывайте весь компромат на Измайловых и Мессингов, что собрали. По частям. Начинайте с финансовых махинаций, потом добавьте информации о том, как Мессинги поступали с родом Волковых. Затем — связи Измайловых с криминалом. И в конце… намёк на то, что Станислав сам убил своего отца. Без прямых обвинений. Пусть люди сами сложат два и два.

— Так точно, господин. У нас уже всё готово. Анонимные блоги, паблики в соцсетях, каналы жёлтой прессы. Плюс слив в несколько городских СМИ, которые не особо любят Измайловых. Пойдёт лавина, — голос Василия в трубке звучал сосредоточенно.

— Координируйте с Некрасовым, чтобы всё было юридически чисто, — напомнил я.

Через час первая порция информации уже гуляла по сети. Комментарии росли как на дрожжах.

Враги не замедлили ответить. Сначала их пресс-службы начали публиковать опровержения, а затем они перешли к более решительным действиям.

Сначала пропал мобильный интернет. Потом перестали ловить сеть телефоны. Даже наши защищённые рации начали фонить.

Противник включил глушилки. Они не блокировали нашу проводную связь и магические кристаллы, но полностью отрезали от внешнего мира в цифровом поле. Мы оказались в информационном пузыре, в осаде не только физической, но и виртуальной.

— Предсказуемо, — хмыкнул я.

Они пытались изолировать нас, не дать вести информационную войну. Но компромат уже запущен. Остановить его теперь будет проблематично. Пусть работают.

Я убедился, что на границах наших владений всё по-прежнему, и вышел на балкон, вдохнуть немного свежего воздуха. Вечерело. С востока и юга доносились редкие взрывы — шла артиллерийская дуэль. Над лесом вдалеке висела дымовая завеса.

В воздухе витал запах гари и пороха. Враги окружили нас, и это — лишь начало войны.

— Ваше благородие! — раздался голос Демида Сергеевича за спиной.

Оглянувшись, я увидел на лице капитана улыбку. Странно. За весь день до этого он ни разу не улыбнулся.

— Что случилось? — спросил я.

— Пришло донесение по защищённой линии. Род Строговых официально заявил о своём вступлении в войну.

Тут и я не удержался от улыбки. Союзники не подвели, а с их поддержкой война пойдёт совсем иначе, чем планировали наши противники.