Хмурый смотрел на меня так, будто прямо сейчас внутри него встали дыбом все прежние картины боёв в космосе.

— Так вот почему… — одними губами прошептал он.

Похоже, парень действительно первым дотянулся до сути.

— Развивай мысль, — потребовал я.

Нужно же ему чему-то учиться.

Он вскинул голову, быстро посмотрел на меня и уже уверенно заговорил:

— Линкор — не основная сила удара. Он жертва. Когда мы подойдём ближе, они не станут отводить его, а наоборот — направят прямо на нас. Мы не сможем погасить такую массу. Либо разнесёт нос, либо срежет борт. А если при этом двигатель останется на тяге, нас просто перекосит и мы сами себя развалим.

Хмурый говорил уже не с прежней злостью, а с холодным напряжением, когда человек по-настоящему понимает масштаб опасности.

— Но это… — он задумался. — Каков шанс, что они готовы пожертвовать линкором? А если всё же ударят по двигателям?

— Слишком далеко, — спокойно ответил я. — Их задача была не в этом. Им нужно было ввести нас в заблуждение. Даже если линкор не приманка, мы всё равно успеем уйти. Потому что теперь не подставим двигатели.

В этот момент где-то внизу корабля прошёл тяжёлый скрип, и корпус едва заметно, но всё же качнуло. Платформа дрогнула под ногами. Значит, капитан уже начал манёвр.

— Всем внимание! — сразу произнёс я. — Не зеваем! Сейчас у врага будет только одна настоящая цель — двигатели. Если мы их не удержим — увязнем!

Лица собрались мгновенно. Даже у рыжего исчезло всё лишнее.

Вражеский координатор просчитался в одном: он слишком рассчитывал на внешнюю схватку. А в таких боях всегда есть второй слой — тот, где действуют не эскадры, а люди. Группы проникновения, диверсанты, пробойные звенья, посадочные иглы. Всё то, что должно добить уже ослабленную цель изнутри.

И если я прав, первый удар по двигателям будет не из орудий. А руками.

* * *

Через некоторое время мы добрались до первых мест столкновения. Коридоры, созданные с расчётом на сильнейшие удары, сейчас выглядели так, будто по ним прошёлся обезумевший зверь. Где-то металл вогнулся внутрь, где-то почернел от жара, а в нескольких местах обшивку вообще разорвало, открывая вид на соседние отсеки. На полу лежали тела — в броне и без неё, среди крови, обломков и клочьев сгоревшей ткани. Здесь уже успели сойтись люди Клариссы и нападавшие в чёрной броне или просто в чёрной одежде.