Игнатий Сергеевич сделал последний глоток холодного чая, поставил фарфоровую чашку на парапет. Когда Громов, вежливо кивнув Васильевой, развернулся, и его взгляд, наконец, встретился со взглядом Игнатия, время не остановилось. Оно… загустело.

Шум площади отступил, превратившись в приглушённый гул, будто они оба внезапно опустились на дно аквариума. Молодой человек подошёл, и его пульсирующее свечение теперь било в сознание Игнатия физическим давлением, тихим гулом в костях.

* * *

Игнатий Сергеевич стоял, облокотившись на стену, и молчаливо пил чай. Рядом находился эстонец, который тупо пялился на Громова, пытаясь понять то, что не мог. Валек был всего лишь сто шестидесятого уровня, что было в десять раз ниже уровня Игнатия.

— Он напоминает мне одну историю из старого мира, — заговорил Валек после долгого молчания. — Как будто он даже не человек. Его ядро пытается адаптироваться к нашему миру, но оно чужое. Иномирское. Такие люди опасны.

Игнатий Сергеевич молча кивнул. Он чувствовал то же самое.

— Но он не агрессор, — продолжил эстонец. — Он катализатор. И сегодня, здесь, он уже запустил процесс. Эта дуэль… она глупа.

— Дуэль — всего лишь инструмент, — наконец, сказал Игнатий Сергеевич, медленно поворачивая пустую чашку в руках. Его голос был низким и ровным, как скольжение лезвия по точильному камню. — Не глупее молота или щупа. Она даст нам данные. Напряжение, реакция в экстремуме, раскрытие паттернов его ядра. Без такого давления мы будем гадать вечно.

Валек хмыкнул, не отрывая глаз от Громова, который теперь о чём-то разговаривал с группой охотников у фонтана.

— Данные. Ты говоришь, как твоя Система. Ты хочешь сказать, что я — твой молот?

— Ты — контролируемая переменная, — мысленно поправила Система, и Игнатий повторил это вслух почти дословно. — Громов уже вызвал неприязнь окружения. Его ядро ищет конфликта, оно видно.

— С чего вы так решили?

— Я вижу то, мой мальчик, что недоступно тебе, — холодно отрезал Игнатий Сергеевич. — Взять тот же конфликт с Барановыми. Пока Громова не увидел младший сын Баранова, спектр цвета его ауры был стабилен. Но когда они увидели друг друга, ядро Громова вспыхнуло.

— То есть вы хотите сказать, что ядро само провоцирует окружение? И парень… ну, Саша этот, даже не конфликтный?

— Может, и так.