Я сидел в мягком кресле, закинув ногу на ногу. Пил новый сорт вина, придуманный нашими алхимиками, и размышлял над тем, что делать дальше.

Мир Войн собирается создать некую Концепцию Войны. Понятия не имею, что она будет давать и какими способностями наделять — да это и не важно. Важен сам факт: они хотят своими силами создать нечто, равное Основам.

И что будет дальше? Этой силой смогут владеть все-все маги, или она будет доступна лишь ограниченному кругу лиц? И в целом — как это повлияет на всё мироздание?

Хотя вряд ли как-то сильно. Всё-таки уже существует Скверна, и появление ещё одной могущественной Концепции вряд ли что-то кардинально изменит. Разве что войн станет гораздо больше — это очевидно уже по одному названию.

Только вот что мне делать? Видимо, нужно как-то попасть в Мир Войн, влиться в Армию Ритуалистов, подняться по карьерной лестнице, а затем войти в Совет Старейшин.

Но не получится ли так, что я собственноручно засуну голову в пасть льва?

Пока я не мог найти ответа, поэтому решил отложить этот вопрос и заняться другим делом — а именно поговорить со спящими Хранителями.

Мир Войн вторгся в Аэтерн, и кто знает — возможно, они захотят явиться и на Землю. Нужно максимально усилить мой род в частности и всю планету в целом. И для этого в первую очередь нужны Высшие Маги пятого Шага.

Один такой как раз сейчас лежал в Саркофаге. Его я и пробудил первым.

Худой, сморщенный старик — полная противоположность Картоса. Если тот маленький и волосатый, то этот — высокий, абсолютно лысый, похожий на Кощея из сказок.

Его тело было сильно повреждено — сквозь тонкие слои кожи проглядывали металлические волокна плоти, а из глубоких ран сочился дымящийся жидкий металл, заменявший этому странному магу кровь.

Как только я вытащил его из Саркофага, жидкий металл начал накапливаться в глубоких ранах и сильно задымился. Я не знал, как это остановить, поэтому не стал ничего трогать и постарался побыстрее пробудить самого Артефактора.

Дун. Дун. Дун.

Казалось, что в груди этого мага бьётся не сердце, а что-то металлическое.

Он наконец распахнул веки. Его глаза были полностью металлическими и крайне странными — с четырьмя чёрными концентрическими кругами и точкой по центру.