На выходе из Финского залива ветер поменялся на северо-западный Дальше пошли медленнее, курсом галфвинд, а примерно в центре моря попали в непродолжительный штормик с низкой волной, но сильным ветрюганом, и три дня продрейфовали на плавучем якоре, оказавшись на траверзе Лиепаи, милях в десяти от нее. Сейчас город называется Лива, принадлежит Ливонскому ордену, имеет каменные стены с башнями, замок и собор.

Опять задул норд-ост, и мы полетели со скоростью узлов десять к Любеку, наверстывая упущенное время. Шхуна шла под всеми парусами. Наверное, со стороны мы смотрелись красиво. Правда, любоваться нами было некому, пока не подошли к острову Борнхольм. Там встретили много рыбачьих лодок. Сейчас сельдь нерестится. С икрой она ценится дороже.

Пришли в Любек и ошвартовались к пристани в самом начале ночи. Городские ворота закрыли у нас на виду. Мочениго прибыли рано утром всей мужской частью, разодетой и шумной. По будущему помню, что пять итальянцев способны перекричать полный стадион скандинавов. Они купили весь товар, который я привез. Договорились, что оплатят векселями тем продавцам, у которых я приобрету товар, а остаток отдадут серебром.

— Я отправил несколько твоих стекол своим венецианским партнерам. Им очень понравились. Весь товар ушел на ремонт дворца Папы Римского! — хвастливо сообщил Джакомо Мочениго.

— Какого из трех? — подковырнул я.

У католиков раскол. Есть Бенедикт, который руководит ими из Авиньона, и есть Григорий, который сидит в Риме. В марте собрали собор и попытались решить этот вопрос, предложив обоим отречься, и выбрали третьего — Александра, который теперь рулит из Пизы. Им бы не останавливаться, а завести собственного в каждом крупном городе.

— Для истинного — венецианца Анджело Корерро, который принял имя Григорий! — ответил купец на полном серьезе и перекрестился.

— Своих надо поддерживать, — согласился я.

— Хорошо, что напомнил. Мои венецианские деловые партнеры готовы заплатить пять тысяч дукатов за секрет изготовления твоего стекла, — закинул он.

Дукат — это обиходное название венецианского золотого цехина. Курс золота к серебру сейчас в Любеке один к двенадцати с половиной, то есть предлагают почти двадцать два килограмма менее благородного металла. Целое состояние по нынешним меркам. Скорее всего, секрет нужен самому Джакомо Мочениго. Мало ему прибыли от торговли.

— Такой секрет стоит сто тысяч дукатов и даже больше, — отказал я.

— Вот и я им сказал, что так дешево купить не получится, что ты человек богатый и знаешь цену этому секрету, — произнес пригорюнившийся купец.