— Нет, а почему вы спрашиваете?

— Это хорошо, а почему, сейчас поймёте. Скоро тут будут немцы, вы, как я понял, уходить не собираетесь.

— Нет, не собираюсь.

— Тогда, когда придут немцы, встретьте их хлебом-солью, разыграйте из себя недовольного советской властью, а кроме того не теряя времени, срочно поговорите с несколькими сельчанами, кому полностью доверяете. Короче вам надо стать старостой села, а они станут тут полицаями. Объясните им, что немцы в любом случае организуют вспомогательную полицию, так лучше, если в ней будут ваши сельчане, чем всякий сброд, неизвестно откуда. Показывайте немцам полную лояльность, а сами готовьте партизанский отряд и ещё, подготовьте на всякий случай схрон в лесу с продуктами и землянками, что бы в случае опасности сельчане могли там укрыться. Мы вернёмся, нескоро, но вернёмся и вышвырнем немцев прочь, а пока вашей задачей будет сберечь людей и ещё, прячьте свою молодежь, немцы потом захотят вывести их в Германию на работы, а по сути в рабство.

Было видно, что председатель крепко задумался над моими словами и если не дурак, то он последует моим советам. Большего сделать я для него и селян не мог, встать перед ними в оборону, так это ещё хуже будет, так как в ходе боя просто разнесём село и всё. Попрощавшись, я залез в свой КВ и мы тронулись в путь, сейчас мы ехали по дороге, километрах в 50 отсюда были армейские склады, где хранилось топливо и снаряды и если они уцелели, то там мы найдём всё нужное нам.

Когда этот странный старший лейтенант уехал, а странный точно, кто ещё мог бы посоветовать ему такое, председатель стал обдумывать его предложение со всех сторон. Он действительно не был коммунистом и не занимался агитацией, а руководил селом, так что мог легко отбрехаться. Ещё не придя точно к окончательному решению, он, пока ещё не было очень поздно, послал своих сыновей за шестью односельчанами. Через полчаса они все пришли и председатель рассказал им, о чём с ним говорил заезжий танкист. Теперь уже задумались сельчане.

— Знаешь, Николай, а танкист прав, чем нам поставят старостой неизвестно кого, да и в полицию назначат, лучше мы сами эти места займём и по отряду тоже, а то, когда наши вернутся, отвечать придётся, а так явно будет видно, что мы лишь для вида служили немцам.