Анна и Стас, по их рассказам, прошли через большие трудности, когда появилась Арина. Отец уже закончил с игровой карьерой, работал тренером, постоянно был в разъездах, а Ванька, брат, ходил в ДЮСШОР, на детский хоккей, и его тоже приходилось и возить на тренировки и собирать на иногородние соревнования. Многое свалилось на маму, вырастила дочь практически в одиночку, сама ходила с малышкой по больницам, устроила в детсад, следом в ДЮСШОР, потом в общеобразовательную школу. Тоже пришлось несладко… Вот такая она, реальная жизнь. Естественно, если бы у Анны Александровны была взрослая дочь, было бы полегче.

Но, с другой стороны, чем она, Арина, может помочь, если она постоянно на тренировках и соревнованиях? Да ей и самой нужно думать о своей карьере. Если она не будет кататься, не будет выступать на высоком уровне, не будет вообще ничего, никаких плюшек…

А если взять нынешнюю ситуацию… Родителям ютиться в одной комнате, в зале, с маленьким ребёнком, никак невозможно. Значит, всё-таки квартира нужна. Арина должна съехать от родителей, уйти в свободное плавание, как ни крути. А для этого, в первую очередь, нужны деньги, которые можно заработать, только попав на пьедестал. Но как, если такие серьёзные соперницы…

За этими размышлениями Арина уснула, а когда проснулась, уже настал вечер… Завтра предстояло прямо с утра ехать в спортивный диспансер за справками, а оттуда сразу на тренировку…

…Пока Арина терзалась нелёгкими вопросами, которые составляют нашу обыденную жизнь, на Хорошёвском шоссе, 76, в здании Главного разведывательного управления Генерального штаба Министерства обороны СССР, в кабинете начальника отдела специальных операций, генерала Егора Дмитриевича Вахромеева, рассуждали не более не менее, как о геополитике. Причём рассуждали не диванные и кухонные эксперты, а профессионалы, которые, несмотря на свою незаметность, как раз эту политику и делают.

В мрачном кабинете Вахромеева, как всегда, на столе горела тусклая лампочка под зелёным абажуром, отбрасывающая по углам тени. В распахнутом сейфе, на дверце которого висел кожаный плащ, стоит большая матрёшка, за которой угадывается подозрительная бутылка с неизвестным содержимым. На стене портреты Ворошилова, Жукова, Рокоссовского и Будённого. На столе папка с документами под грифом «Совершенно секретно» и газета «The New York Times» с лежащей сверху шляпой.