Я закрыл глаза, вспоминая взрыв железки. Взрыв был мощным, фрицев должно было разорвать на куски. Они не могли выжить. Не могли. Надеюсь, они все благополучно сдохли.

Рядом в траве зашуршало. Спящий Бес приоткрыл один глаз, а затем и вовсе сел. Сидел он неподвижно, щуря зеленые глаза, лишь его уши постоянно подрагивали, ловя каждый звук.

— Тоже тебя охраняет, — заметил Агу. — Так до сумерек и протянем.

— Пусть охраняет, — согласился я. — Хоть чёртовых птиц отогнать сможет.

Вороны действительно уже кружили надо мной в вышине. Обнаглевшие падальщики, прикормленные войной, похоже, видели во мне добычу. Бес иногда вскакивал, шипел в небо, и птицы нехотя отворачивали. Но они не улетали далеко. Ждали, что я вот-вот откинусь.

Жара усиливалась, перегретый воздух дрожал над землёй. Пот заливал глаза, щипал, но я не мог даже вытереть его. Горло пересохло так, что даже глотать стало больно. Но тут мне оставалось только терпеть — напоить меня было некому.

Насекомые становились наглее. Муха села на губу. Я почувствовал неприятную щекотку от её «липких» лапок. Я мотнул головой и дунул, пытаясь её согнать. Но наглая сволочь и не подумала улетать.

Да, стоило признать, что сейчас я не мог даже самостоятельно стряхнуть с себя надоедливое насекомое. Я уже приготовился воткнуться лицом в землю, чтобы наконец-то прогнать муху, но тут мне на помощь пришёл Бес, придавив муху лапами.

Я послал коту импульс благодарности, а Бес ответно потерся о мою щеку.

— Пока чисто, врагов нет! — сообщил Агу, спикировав вниз с вышины, куда он время от времени взмывал.

— Спасибо, братишка! — искренне поблагодарил я его. — Что бы я без вас делал?

Агу завис чуть ниже, его изумрудный контур неожиданно ярко замерцал.

— Я, кажется, придумал! — выпалил Агу. — Вот только выйдет или нет?

Я не успел спросить, что именно он задумал. Изумрудное пятно просто вспыхнуло на мгновение еще ярче и бесследно растаяло в воздухе. Призрак исчез.

— Эй! Агу? — попытался окликнуть я мысленно моего бесплотного приятеля. — Ты куда?

Но ответа не было. Я остался только с котом. Солнце постепенно подползало к зениту. Теперь оно не просто жарило — оно давило. Я прямо физически чувствовал тяжесть его лучей, от которых не было никакого спасения. Я не думал, что мне так тяжело придётся. Похоже, что это моя связь с Тьмой, мой тёмный дар, делали нахождение на солнце настолько невыносимыми.