Вскоре я заметил, что в себя начала приходить и медитирующая рядом Миата. Её бархатные ресницы вздрогнули, и она открыла свои наполненные звёздами вращающихся галактик, лиловые глаза.

Когда мы обменялись с ней взглядами, я хотел было её поприветствовать, но меня отвлекло колебание материи мироздания. На полу, под нашими физическими оболочками появились цепочки изначальных символов. Они соединились в контуры, образовав телепортационную формацию. Именно эта формация переместила нас из пространства пагоды в открытый мир священных земель клана Бессмертных.

Мы с Миатой телепортировались прямо на ту самую площадь, перед пагодой. Когда материя мироздания стабилизировалась, я ощутил формирование нового изменения явления пространственного толка. На этот раз его сила оказалась в сотни раз мощнее.

Под воздействием этого изменения явления контуры Пагоды духовного прозрения начали размываться. Вскоре она и вовсе исчезла в недрах внутренних слоёв материи мироздания, переместившись в другую точку пространства. Как оказалось, этот вспомогательный артефакт мог самостоятельно путешествовать по священным землям клана Бессмертных.

По всей видимости, так работал его защитный механизм. Пусть побывавшим в священных землях мастерам самосовершенствования и запрещалось рассказывать о подробностях своего путешествия, если они не касались смертельных случаев, наверняка существовала какая-то лазейка, позволяющая обойти это установленное предками правило.

Взять хотя бы выданные большинству наследников артефакты, которые позволили их командам пройти начальное испытание иллюзией священных земель. Как-то же у руководства семей наследников получилось узнать о том, что будет ожидать их кандидатов на входе в этот обособленный мир?

Предки клана Бессмертных лучше всех понимали психологию своих наследников. Именно поэтому они установили на спрятанные в священных землях артефакты дополнительную защиту. Только самые достойные и удачливые потомки были достойны получить скрытые в них возможности.