Шрам выругался про себя. Если СБИ уже знает, значит, информация разошлась по всем каналам. Дело дрянь.

— Что можно сделать? — спросил он, отходя к парковке за углом гостиницы.

— Пока ничего. Мы подключили дипломатические каналы. Посольство в Риме уже направило ноту итальянскому МИДу. Я лично вылетаю в Милан ближайшим рейсом. Но если у них действительно есть доказательства присутствия тёмного духа, всё может обернуться плохо.

— У графа нет никакого духа.

— Вы уверены? Впрочем, неважно. Проблема в том, чтобы убедить в этом европейцев. Вебер — крепкий орешек, специализируется на магическом терроризме. Если он взялся за это дело, просто так не отступит, — ответил полковник.

— Значит, надо найти способ заставить его отступить, — процедил Богдан.

— Вот и займитесь этим. Всё, что узнаете — докладывайте немедленно. Я помогу по своим каналам. Конец связи.

Воронцов отключился. Шрам убрал телефон в карман и несколько секунд стоял неподвижно, глядя в темноту. В голове уже выстраивался план действий.

Он снова взял в руки телефон. Князь Баум ответил после первого же гудка.

— Кто это? — рявкнул он в трубку.

— Ваша светлость, это Богдан Лавров. Командир службы безопасности…

— Да-да, я понял! Что там у вас происходит, Богдан? Почему Юрия арестовали? Я уже слышал какие-то безумные слухи…

— Это не слухи, ваша светлость. Графа обвиняют в убийстве барона Хаммерстайна, — ответил Шрам.

Мирон Сергеевич выругался так витиевато и многоэтажно, что Шрам невольно отметил — князь явно служил в имперской армии и не на штабной должности. Наследники столичных родов нередко проходят службу в имперских войсках для поднятия престижа и получения военного опыта.

— У меня есть кое-какие связи в итальянском правительстве, я сейчас же им позвоню. Это чистой воды провокация! — продолжил Баум, взяв себя в руки.

— Благодарю, ваша светлость.

— Не за что. Юрий — мой партнёр и друг. Мы его вытащим, чего бы это ни стоило, — пообещал князь.

Следующий звонок — герцогу Каттанео. Лоренцо, услышав новости, сначала не поверил, а потом пришёл в ярость.

— Это неслыханно! Может, я не очень хорошо знаю графа, но уверен — он не мог совершить убийство, да ещё таким грязным способом! Я немедленно свяжусь с губернатором Милана и с королевским двором. Уверен, мы сможем уладить это недоразумение.