Ладно, будем надеяться, что я неправильно всё понял, и её по возвращении домой ждёт большая семья из любящих родственников.

* * *

Москва, Кремль

Селектор щелкнул, и Голосов сообщил Кулакову:

— Федор Давыдович, есть некоторая новая информация по Ивлеву.

— Заходи, расскажешь, — велел Кулаков.

— Ну что у тебя там, Никифорович? — заинтересованно спросил он помощника, как только тот зашел в кабинет.

— Обратился я к своему знакомому проректору в МГУ. Мало ли, думаю, что-то еще интересное тот сможет мне про Ивлева рассказать. Так и вышло. Оказывается, его и вовсе сейчас в стране нету.

— Как так? — удивился Кулаков.

— Да он же там пьесу какую-то состряпал про цыган. И с этой пьесой вместе с цыганами из «Ромэн» в Японию укатил, представляете?

— На всю жизнь, надеюсь? — иронично спросил Кулаков.

— Нет, настолько нам не повезло, — улыбнулся в ответ Голосов. — Буквально пару дней, как уехал, на неделю. Надо бы нам как-то это использовать…

Кулаков забарабанил пальцами по столу, размышляя.

— Вот, придумал. — наконец произнес он. — Как этот театр вернется обратно, постарайся там, среди цыган, разыскать кого-нибудь, кто сможет нам рассказать про то, чем и как Ивлев на территории Японии занимался. Сам понимаешь, какие именно моменты нас интересуют. Так что ты уж получше подумай, что им можно предложить, чтобы человек пооткровеннее с тобой был.

— Конечно, Федор Давыдович, — послушно кивнул Голосов. — Сделаю. Цыгане на золото и деньги падки. Должно сработать.