— Я предлагаю совершить маневр: они хотят получить наше письменное согласие? Мы выдадим совместное заявление с гарантиями. Пусть подавятся!

— Хм… — эта мысль премьеру пришлась не по душе. Идя-то Черчилля, а подписывать бумагу будет он, не вкусно! Совсем не вкусно!

— Но… в конце войны Турция переметнется на нашу сторону. Станет нашим союзником! И мы тогда заявим, что новое турецкое правительство — наш верный новый союзник и мы не имеем юридического права требовать у него передать проливы под контроль России!

— Это красиво! Думаю, на такой вариант я уговорю и Вудро, и Жоржа. Но, согласись, раньше нам было проще решать вопросы. Особенно когда семья имела на императора большое влияние. С тем же Николаем[1], дядей царя, мы решали вопросы –когда и где будет русская армия наносить удары, а за правильные решения его счет в банке Ротшильдов рос на весьма приличные суммы. Кстати, его вроде арестовали? Может быть, ему стоит умереть, а мы будем спокойны, что он не заговорит, и деньги вернутся в казну, что маленький бонус, но приятный. Как считаешь, Уинстон?

— Весьма здравая мысль, Дэвид, весьма! Сейчас из Семьи влияние осталось только у сыновей Михаила[2]. Но у них тоже есть амбиции. Тот же Сандро, ему Николай не дал возможности командовать флотом! Нам надо постараться найти к нему подход! Обязательно!

— Не только к нему, Уинстон! И к его братьям тоже! Противовес Александровичам необходим!

— Думаю, нам стоит направить в Петроград Георга, всё-таки родственники. Пусть проведет там переговоры. А мы под этим предлогом постараемся наладить контакты на этом уровне.

Ллойд Джордж остановился, пораженный идеей своего военного министра. Всё-таки Черчилль, это голова!

— Великолепная мысль. Уговорить монарха я беру на себя. Что-то еще?

— Есть один человек, который имеет на царя влияние. И которого нам к себе расположить не получится. Это начальник Тайной канцелярии, верный пёс Михаила — генерал Вандам.

— И что ты предлагаешь?

— Мы изучили его биографию, искали подходы к нему — напрасно… но… он воевал с бурами против нас. Можно попытаться от этого оттолкнутся.

— Каким образом? — заинтересовано спросил премьер-министр.

— Ну, например, деревня ойтлендеров, которую буры вырезали и сожгли, насиловали женщин и мужчин. И эти м отрядом командовал некто Вандам. И свидетели его, несомненно, опознают.