Странно. Я промолчал, переваривая слова. То, что мастер Цао жив, это меня радует. Прошло не так уж много времени. Но что же там такое случилось, достаточно серьезное, чтобы старик испугался за меня настолько, что камень поймал через огромное расстояние и через штормовую крышку? Или, может быть, это эхо от того момента, когда он начал меня искать и нашёл разрушенный тайник и защитную формацию и понял, куда я ушёл?

— Это событие могло происходить давно, несколько недель назад, прежде чем Камень Бурь получил сигнал. — Старуха очень чётко угадала мои мысли и ответила на то, что я думал. Значит, так и есть. Значит, мастер действительно понял, что со мной случилось.

— Получается, что он не знает, что я жив, так? — спросил я у неё.

— К сожалению, я ничего не могу сказать о представителях рода Горновых, которые проживают сейчас в своей долине. По той простой причине, что, если они не перешли сюда, значит, они недостаточного уровня развития для понимания целей и задач, которыми я тут занимаюсь. Соответственно, скорее всего, действительно, это так. Твой мастер Цао не знает о том, жив ты или нет, потому что для него портальная арка закрыта. Информацию портала арки можно считать только достигнув ступени ядра.

— Ладно, — ответил я. — Ну хорошо хотя бы то, что мастер Цао жив. Допустим, дальше. А теперь расскажите мне, пожалуйста, про руины, про стражей и про то, как туда пробраться и не сдохнуть.

И вот тут случилось то, чего я совсем не ожидал. Старуха покачала головой.

— Я ничего не знаю о том, что происходит внутри руин. У меня нет карт, у меня нет данных о текущем состоянии стража, нет информации о расположении его сил. Моя зона ответственности ограничена Шпилем и ближайшей территорией. За её пределами я просто наблюдатель, которому, если говорить честно, безразлично, что творится в Яме.

— Вы серьезно?

— Абсолютно. Я создана для конкретных задач. Страж создан для своих, мы не пересекаемся, хотя имеем общую основу. Я могу рассказать тебе о горьком корне, о роде Горновых и о принципах работы Камня Бури. Но о том, сколько големов и на каком ярусе и где находится сердце матери, я не знаю ровным счетом ничего.

Замечательно, просто замечательно. Это получается, я тащился сюда через весь лес. Мои люди тащили на верёвках байшоу размером с телёнка. Я оставил армию без командира на несколько дней, и всё это ради того, чтобы я услышал здесь, от самого древнего и самого бесполезного в ином смысле существа в этой дыре, что она ничего не знает. Хотя нет, она ведь не совсем бесполезна. Она ведь сказала, что я, что может помочь мне в информации. Значит, что-то она всё-таки знает, просто не то, что мне сейчас нужно.