— В стороны! — Ревет голос сзади, и я благоразумно отшатываюсь к краю прохода, что сделать не так уж и просто, когда под ногами свалены десятки хитинчатых тел, истекающих гемолимфой. А по едва освещённому туннелю, прекрасно видимому мне ночным зрением, проносится техника Такера, искажающая воздух сотнями протуберанцев. Простота и сила концепта пространства поражали. Оно ломало сам воздух, оставляя лишь слабые следы. И также весело перемалывало тварей, заставляя их тела взорваться тысячами похрустываний.

— Сомкнуть строй! — Впрочем, эта падла конченная предпочитал не расходовать силы, отдавая все на откуп нам, наемникам. И в чем-то я его понимал. Это было логично. Для этого нас и нанимали. Но черт возьми, когда вчера умер Халт, когда по всей пещере раздался его душераздирающий вопль, вместе с хрустом жвал, то мое мнение к тактике наших командиров поменялось. Сильно поменялось.

Небесный бриз! — Дождавшись своей очереди, чтобы техники не взаимоуничтожились в полете, взмахнул руками и я, порождая мощную волну энергии. Не такую смертоносную, как у пространственника, но в тесных тоннелях, перенасыщенных ци, именно небесный бриз, несколько раз улучшенный, стал одной из лучших ударных техник. Особенно когда требовалось не убить одного противника, а противостоять тысячам тварей, что перли без остановки.

Покров! - Пространство и так узкое, и вовсе стало напоминать кисель, ведь стреляли не только мы. Но и по нам. Сбоку от меня взорвалась техникой орчиха Анна, выпуская протуберанец ци. И он потонул в мареве яда, которым плевались в нас муравьи. Кажется, неделю назад я не совсем понимал, ради чего нужны респираторы. Теперь я это осознал в полной мере. Ведь покровы все равно пропускали сквозь себя воздух. А значит, или с воздухом ты вдохнешь и чужой ци. Или, если твоя техника крута, то ты просто не сможешь вздохнуть. Ибо весь воздух был заражен ядом. И вот если я вполне себе терпел этот мерзотный привкус, то остальные блевали и стонали.