В итоге, всё закончилось на уничтожении второго замка Годендага1234. Он начал строить третий, на последние запасы камня, но Владимир расстрелял конными лучниками его крестьян и сделал завершение строительства невозможным.

Это уже состоявшееся поражение, но это последний матч, поэтому Годендаг1234 пытается выжать максимум, не сдаваясь.

Жириновский наклонился налево и посмотрел на этого паренька лет двадцати — судя по его лицу, он очень тяжело переживает свой проигрыш.

В этот момент мимо прошёл Заболотный П. Т. собственной персоной, живая легенда, почти бессменное 1-е место всесоюзного рейтинга.

Вопреки ожиданиям, это оказался не почтенный профессор преклонных лет, а пролетарской внешности мужчина лет сорока, с лёгкой небритостью на лице, неаккуратной причёской и несколько раз отремонтированными плюсовыми очками. Одет он не по моде — в пожившую серую рубашку в чёрную клетку, а также чёрные брюки, под которые он неудачно выбрал серо-жёлтые кроссовки от днепропетровского завода «Барселона».

Жириновский с ним не контактировал, но уже слышал, что Заболотный работает на каком-то производстве, старшим техником.

Но времени отвлекаться на окружающих у Владимира нет, поэтому он полностью сфокусировался на матче. Если Годендаг1234 не желает сдаваться, то Владимиру придётся уничтожить каждого его крестьянина, а к этому нужно готовиться — он начал строить периметр из дозорных вышек, чтобы обеспечить полный контроль карты.

Эта возня с добиванием противника заняла почти двадцать минут, потому что пришлось найти каждого вражеского крестьянина, которых Годендаг1234 прятал в лесах и разных уголках карты. Но конные лучники и гусары быстры и обладают неплохим обзором, что позволило расправиться с оппонентом относительно быстро.

Матч завершился победой Жириновского, его оппонент снял наушники и от души шарахнул кулаками по столу, из-за чего из клавиатуры вылетели некоторые клавиши.

Владимир улыбнулся удовлетворённо, но затем его улыбка растаяла, так как к нему вновь подошли оператор и журналистка.

— Юлия, вы не устали тут торчать который день? — спросил он у неё.

— Нет, Владимир Вольфович, — ответила Бордовских.

— Мы-то тут понятно почему находимся — признание, деньги, желание унижать людей… — произнёс Жириновский. — А вот вы-то? Наверное, тяжело столько времени освещать подобное событие…

За остальных участников ему сказать нечего, но он здесь точно не за признанием и деньгами.

— Вовсе нет! — ответила журналистка. — Это очень необычный и интересный опыт! Можем начинать писать?