— Ваши нынешние американцы по сравнению с потомками из девяносто четвертого года -это просто ангелы с крылышками, — ответил я. — Когда они глянут на то, к чему весь мир и их страна в частности должны были своим ходом прийти всего за полвека естественного развития, их охватит рвотный рефлекс. А это будет весьма полезно в плане снижения сопротивления инверсии и вообще имперским порядкам.

— Это немаловажное соображение, — заметил товарищ Сталин и тут же спросил: — А можно нашим людям собственными глазами глянуть на тот мир? А то девяносто первый год вы нам уже показывали, а девяносто четвертый еще нет.

— Никаких проблем, товарищ Сталин, — кивнул я. — Собирайте делегацию, и будет вам вид на полночь человечества в цветах и красках. Там я еще почти ничего не сделал, хотя вошел больше двух месяцев назад, только взял под защиту избиваемых со всех сторон сербов и кубинских коммунистов, а также публично выпорол по голым задам заносчивых янки вместе с их европейскими прихвостнями, чтобы все знали, что и на них имеется управа. Поэтому Соединенные Штаты того мира пока еще почти нетронуты переменами, и большинство американцев считает, что события где-то далеко их не касаются. Время действовать по-настоящему придет несколько позже, когда сложатся соответствующие обстоятельства — и вот тогда я начну отрывать головы настолько быстро, насколько это вообще возможно, а потому во избежание ненужных проблем и жертв на американскую территорию нужно будет вводить ограниченный контингент американских же войск из прошлого. Причем этот мир еще не самый мерзкий и затхлый из всех сущих, а полночь там стоит оттого, что большая часть населения планеты верит или хочет верить, что американская гегемония несет им свободу, демократию и права человека, которые у них прежде отбирали коммунисты. Это я к тому, почему не прошу поддержки ни у одной версии Советского Союза. Прежде, чем вас там, в будущем, станут снова воспринимать нормально, люди, самовольно присвоившие себе звание демократов, должны изжить себя, перебродить и выпасть в осадок. Иначе никак.

— Хорошо, — сказал советский вождь. — Мистеру Рузвельту разрешение на такую операцию мы дадим. Но все должно протекать под нашим неусыпным контролем. Если это и в самом деле снизит в американском обществе сопротивление инверсии, то мы будем вам еще и благодарны.