Это было настолько неожиданно, что все вокруг буквально замерли, смотря на неизвестную. Даже Надзирающий уставился на неё с выражением изрядного шока на лице.

Сама она, обдав меня запахом вина и ароматом духов, вдруг кинулась вперёд, обвив мою шею руками.

— Может я дура, но всё ещё тебя люблю! Давай не расторгать помолвку! — пьяно икнув, добавила. — Ольку я уже засунула в острог. И усадьбу их сожгла. Не переживай.

Эмоции из неё и правда лились самые разнонаправленные. А пальцы руки ловко скользнули между пуговиц мундира. Острые ногти рассекли рубашку. Наконец пальцы руки коснулись моей кожи. Предполагая отравление, я уже изолировал этот участок плоти. Одновременно готовясь ударить.

Но вместо этого, в моей голове послышался уверенный женский голос.

— Не избавляйся от этого. Впусти внутрь. Не позволь им себя обнаружить. Потом мы сами тебя найдём.

Внезапный поворот. Я почувствовал, как отделился кусочек её ногтя, застрявший в моей плоти. Не самый элегантный способ передать кому-то артефакт. Но достаточно эффективный — не спорю.

Отдёрнув обе руки, она отстранилась смотря мне в глаза.

— Миша, давай пойдём и сделаем нашего общего ребёнка? Моя машина перед домом, — голос звучал ещё более пьяно, чем в самом начале, а глаза блестели.

Сбоку от меня тихо рассмеялся Харенеев.

— Это Алексей, мадемуазель. Но если вам так нужен ребёнок, я могу предложить свои услуги. До сих пор никто не жаловался.

Дева удивлённо моргнула. Что показательно — действительно залив всё вокруг изумлением. Это мог легко почувствовать каждый Одарённый, способный ощущать чужие эмоции.

— Алексей… А где Миша? Изменять я ему не собираюсь.

Убрав руки, блондинка отшатнулась. Взявшись пальцами за край платья, потянула ткань вверх, якобы поправляя декольте. Оглянулась по сторонам.

— Какой именно Михаил вам нужен? — подбежавший распорядитель в костюме с гербом Воронцовых, озвучил вопрос с некоторым опасением.

Смертная, медленно повернула голову.

— Миша Творогов. Он должен быть здесь. Очень похож на него, — ткнула она в меня пальцем.

Работник выдохнул, демонстрируя заметное облегчение.

— Твороговы не прибыли. У них что-то случилось и глава фамилии отказался от приглашения.

На лице девица появилась самодовольная улыбка.

— Известно, что у них случилось. Боятся, что и их сожгут!

Пошатнувшись на месте, расстроенно вздохнула. Смерив меня взглядом, поджала губы.

— Жаль, что ты не Миша.

Озвучив эту фразу, развернулась на месте, двинувшись к воротам. Взмахнув при этом правой рукой. С пятью целыми ногтями.

Тот осколок, который остался под моей рубашкой, слегка нагрелся. Артефакт работал — печать внутри него, генерировала странные вибрации. Опасности я в них не видел, но назначения пока не понимал.

Что интересно — эти самые вибрации пронизывали и мою плоть. Вернее, пытались это сделать. Пока вышло только с той изолированной частью тела, которую я готовил для противодействия отравлению.

Так что деву я провожал с несколько иным настроением, чем все иные. Ловкая менталистка, не побоявшаяся вступить в контакт на глазах у Надзирающего. Кем бы та ни была, союзниками они точно не являлись.

Уровень риска зашкаливал. Что намекало на серьёзность её намерений. Вряд-ли кто-то стал бы действовать таким образом, просто желая меня прикончить.

Поэтому, когда Надзирающий снова протянул мне руку, я убрал внутренний барьер, что до того изолировал артефакт. И уже после этого пожал его ладонь.

Неожиданный эффект — вибрации, которые до того почти незаметно сотрясали моё тело, ощущаясь скорее на уровне разума, срезонировали с аурой собеседника. Какой-то формат защиты?

На лице человека напротив, промелькнула тень удивления.

— Хотел поблагодарить вас за помощь в рейде. Другие участники рассказали, насколько вы были эффективны, — наконец отпустив мою руку, он полез во внутренний карман.

Достав визитную карту, протянул мне.

— Если захотите присоединиться к Охотникам — будем рады. Наши двери всегда открыты для таких, как вы, — дождавшись пока я возьму кусок картона, добавил. — Естественно, вы сможете рассчитывать на любую помощь с нашей стороны.

Фразу «любую помощь» он специально выделил голосом. После чего выслушал благодарность с моей стороны и удалился поприветствовать хозяев вечера. А Харп моментально скользнул на землю. Устремившись в том же направлении, что удалившаяся блондинка.

Правда настигнуть её, у соболя не получилось. Да и в целом — след терялся уже через сотню метров от особняка. Одарённая ловко его затёрла, лишив потенциальных преследователей шансов.

Конечно, я ожидал, что моё появление привлечёт внимание. Собственно, на этом и строился расчёт. Новый глава рода, который внезапно разгромил противника и решил перебраться с остатками своих людей в Екатеринбург.

Но настолько быстрая реакция стала неожиданной. С другой стороны — кто-то из пары аристократов мог обмолвиться своим людям. А оттуда информация дошла до Надзирающих. Либо рядом с аркой были установлены незамеченные мной артефакты, которые зафиксировали предмет до того, как Харп снова убрал его в хранилище.

Вот с девой было сложнее. Самое очевидное предположение — она располагала контактом в Ордене. Получив от них информацию о планируемом визите ко мне.

Цель последнего, мне казалась очевидной. Надзирающие желали проверить, нет ли у меня божественной искры. Извне они её рассмотреть никак не могли. Но видимо располагали возможностью зафиксировать это при личном контакте.

Когда неожиданный визитёр удалился на приличное расстояние, рядом зазвучал заинтересованный голос Харенеева.

— Как говорили в моё время — если видишь на пороге Надзирающего, проверь своё завещание. И прячь детей, чтобы было кому получать наследство.

Глянув на знатока законов, я с усмешкой пожал плечами.

— У меня нет детей. Хотя, может стоит найти эту Ольгу и на всякий случай проверить.

Тот расплылся в улыбке. А вот Варвара возмущённо фыркнула.

— Кто это вообще была? Напилась, кидаться на шею начала. Ещё бы платье с себя сорвала и в позу тут встала!

Софья, которая до того сидела с хмурым лицом, не сдержала улыбки. А Наталья яростно выдохнув, посмотрела на меня.

— Ты договорился с моим отцом? Какого лешего он оставил меня в плену?

Эмоциональный фон намекал, что она и правда не понимает. Хотя, на мой взгляд тут всё было очевидно. Глава Коршуновых увидел Одарённого, который смог убить духа-хранителя. И за пару дней завершил войну, которую Соболевы уже проигрывали.

Другой на его месте, наверняка бы подумал о том, чтобы сдать меня Надзирающим. Но аристократ сам ставил эксперименты со своих хранителем. Что намекало — риска он не чуждался. И был готов выйти далеко за рамки правил, если это сулило выгоду.

Инструкции дочери, которые он практически прямо озвучил, тоже были весьма однозначны. Тем не менее, Наталья в такой поворот событий поверить всё ещё не могла.

— Если хочешь найди его и задай пару вопросов. Он же всё ещё где-то здесь.

Услышав моё предложение, дева медленно повернула голову, впившись в меня взглядом.

— Ты хочешь меня отпустить? — забавно, но сейчас надежды и раздражения, в её голосу было приблизительно одинаково.

— Только для того, чтобы ты поговорила с отцом. А Софья за тобой присмотрит, — усмехнулся я в ответ.

Ещё пару секунд она подождала. Сидя на месте и сверля меня взглядом. Потом порывисто вскочила на ноги и оглянувшись по сторонам, быстрым шагом устремилась к деревянной беседке.

Поднявшаяся следом за ней Софья, вопросительно посмотрела на меня.

— Что делать, если всё пойдёт не так? — пальцы рыжеволосой девицы отбивали дробь на рукояти револьвера, недвусмысленно намекая на порядок действий, который она себе представляла.

— Вернуться живой и рассказать о том, что произошло. Если опасность будет угрожать тебе лично — стреляй или кричи.

В том, что старший Коршунов решит вдруг напасть на смертную, которая носит герб Соболевых, я искренне сомневался. А сама Наталья до сих пор не могла использовать силу. Тем не менее, на всякий случай инструкции озвучить требовалось.

Рыжая дева умчалась вслед за пленницей. В меня же снова уткнулся взгляд Харенеева.

— В моё время, Каргановых тут ещё не было. Они пришлые. Но люди говорят, эти парни жестоки и не прощают, когда кто-то даёт им больную оплеуху. Понимаете?

Посмотрев на него, я медленно наклонил голову.

— Считаешь, нужно ударить первыми?

Тот тихо рассмеялся.

— По двинутым чужакам, которые не гнушаются вырезать людей десятками тысяч? Моя рекомендация — лучше не стоит. Давайте подождём их реакции. В конце концов, законных поводов для объявления войны, прямо сейчас у них нет.

Он и сам прекрасно понимал, что это никого не остановит. Но в целом был прав — оптимально было дождаться следующего хода противника. Если уж на то пошло, я до сих пор не понимал, за каким таким фавном, Тимура отправили в бой, прихватив с собой усиление. Как будто речь шла о давнем враге, а не случайной стычке в ресторане.

Сомневаюсь, что Каргановы демонстрировали свои возможности на каждом углу. А раз так — у главы рода должна была иметься серьёзная причина позволить сыну использовать эту сущность. Которая прямо сейчас находилась в пространственном хранилище и судя по мыслеобразам, который отправлял Харп, чувствовала себя вполне неплохо.

Надо бы обзавестись здесь домом. Возможно не таким роскошным особняком, как у Воронцовых, но расположенным отдельно от других построек. Отель — неплохо. Да и сервис там хорош. Но защищать отдельный этаж не так просто. Его даже полноценным периметром не окружить — нет контакта с землёй. А в само здание постоянно заходят люди. К тому же размеры у него достаточно солидные.

Ещё требовались деньги. Чем быстрее, тем лучше. Тех запасов наличности, которые оказались в компаниях, полученных от Берестневых, не хватало даже на дарфон. Да и казна Соболевых, укрытая в подгорной цитадели, как я понимал, была не слишком велика. Там нахдилось лишь то, что предполагалось хранить на протяжении долгих лет и не трогать. Резервы на крайний случай. И род был не настолько богат, чтобы их хватило надолго.

Я повернул голову к Варваре, которая сейчас рассматривала меня со странным выражением лица:

— Попробуй подобрать недорогой дом в городской черте. Расположение не критично, но рядом должен быть большой участок земли. И желательно, без соседей-аристократов.

Мгновение посмотрев на меня, она удивлённо хлопнула ресницами. И сразу же потянулась к дарфону. А с другой стороны зазвучал голос Харенеева.

— Вот и хозяева вечера появились. Я всё ждал, когда они решат действовать.

Слева к нам действительно приближались Воронцовы. Уже знакомая мне Анастасия и седая женщина в изящном платье и с веером в руках. Свою ауру она благополучно сдерживала, но я хорошо видел полыхающие внутри ядра. Не уверен, но по-моему она достигала, как минимум одиннадцатого ранга — Обжигающая.

Следом за ними шагали двое мужчин в родовых мундирах с гербами. Настоящая небольшая процессия. На которую с интересом взирало большинство присутствующих гостей.

Встав, я развернулся к ним лицом. В нормах местного этикета я разбирался откровенно плохо, но встречать высокородную смертную, сидя на месте, показалось неправильным.

Следом поднялся и Харенеев. Потом вскочил Лука. Последней, оторвав взгляд от экрана дарфона, встала на ноги Варвара.

— Эффектный бой. Не каждый день наблюдаешь за рождением нового таланта. Алла Воронцова, — протянула мне руку пожилая дама.

В этот раз всё, как надо — предлагала мне поцеловать её ладонь. Внутри заворочалось недовольство — та моя часть, что была изувечена Тартаром, кричала, что надо вырвать ей руку, а потом залить землю кровью всех присутствующих. Не пристало эллинскому титану цацкаться со смертными и целовать их руки.

Вспышку ярости я подавил привычно и без особых проблем. Такое происходило с того момента, как я открыл глаза в этом мире.

После того, как я коснулся её ладони губами, взгляд дамы скользнул к Матвею.

— Не ожидала снова увидеть вас на свободе, господин Харенеев. Приятный сюрприз, — губы у неё разошлись в улыбке, но вот глаза оставались холодными. Как и эмоциональный фон.

Мужчина отзеркалил её улыбку.

— О, я тоже этому рад. Прошу меня извинить, но никак не припомню, при каких обстоятельствах мы встречались, — в голосе законника звучало лёгкое недоумение.

— Мы никогда не виделись, — коротко рассмеялась женщина. — Но мне никогда не нравились Львицкие. Вы же понимаете о чём я.

Последнюю фразу она снова сопроводила коротким смешком. А Харенеев понимающе кивнул.

— Они мало кому нравятся. Но хочу подчеркнуть — намерения мстить у меня нет, — на лице юриста застыло выражение абсолютной невозмутимости. Даже я сейчас не мог уловить ни единой эмоции.

— Конечно. Вы ведь можете действовать исключительно в интересах клиента. Который не выглядит заинтересованным в уничтожении рода Львицких.

Сместив взгляд на меня, женщина продолжила.

— Однако тут сразу же возникает ещё один вопрос — в чём вы на самом деле заинтересованы? Внучка предложила вам союз и покровительство с нашей стороны, но вы отреагировали холодно. Не нравится, что вы окажетесь зависимы от нашего Дома?

А это было смело. И умно. Ни разу со мной не поговорив, смертная всё просчитала. Сделав ход, у которого были все шансы на успех.

— Разве вас такое бы устроило? — ответил я встречным вопросом.

В глазах Анастасии, которая стояла рядом со своей бабушкой, засветилось откровенное изумление. Сама пожилая женщина рассмеялась.

— Ну что вы. Все от кого-то зависят. Даже Великие Дома стоят ниже императора. А он сам вынужден обращать внимание на других игроков. Взаимная зависимость — скрепы нашего мира. Иначе всё давно бы рухнуло.

В чём-то она была права. Вот только имелся нюанс — сейчас перед ней стоял эллинский титан. Сильно изменившийся — я только недавно осознал, что прежняя жажда крови и желание отрывать людям головы, отошло на второй план. Не знаю, что именно случилось со мной в промежутке между выходом из Тартара и попаданием в этот мир, но это однозначно сильно изменило моё сознание.

— Возможно. Но боюсь, для полноценной взаимной зависимости, стороны должны быть в одной весовой категории.

Алла мило улыбнулась, внимательно изучая меня взглядом.

— А мы в разных? Вы разделались с Каргановым на арене для поединка. Без всяких колебаний убив человека, за которого точно станут мстить. Более того — вы захватили собственность их рода. Война неизбежна.

Я пожал плечами.

— Рискну предположить, Каргановы вам тоже не нравятся?

Смертная рассмеялась.

— Кому могут нравится чужие люди, которые явились, как разбойники и принялись грабить. Возможно они споткнутся о вас. А может быть это вы влезли в конфликт, который не сможете потянуть, — на момент замолчав, совсем чуть придвинулась ближе. — Вы подумайте. Предложение о коалиции всё ещё в силе.

Улыбнувшись, я покачал головой.

— Буду откровенным — слишком много предложений. Так и сыпятся со всех сторон. А я ещё толком не успел осмотреться в новом городе, — я тоже решил ответить с максимальной честностью и судя по глазам старой женщины, не ошибся.

— Понимаю, — заговорила она после короткой паузы. — Но не все союзники одинаковы. Воронцовы всегда относились к своим партнёрам с уважением.

В стороне тихо хмыкнул Харенеев. А вот хозяйка вечера спустя секунду уже откланялась. Удалившись вместе с внучкой и парой сопровождающих солдат.

Харп, который всё это время молчал, усевшись на моём плече, тихо пискнул. Я же увидел Георгия Долгорукого. Он и правда был с дедом — пожилым мужчиной, который стоял рядом с ним. И судя по траектории их движения, они тоже планировали подойти к нашим столикам. Видимо ждали, пока Воронцовы сделают свой шаг, чтобы оказаться вторым. А может не хотели обижать принимающую сторону.

Соболь тоже сместил взгляд на новую партию смертных. И тут же дёрнулся — зазвучала мелодия дарфона Варвары.

Приняв звонок, смертная несколько секунд молча слушала. Потом, глянув на меня, начала говорить.

— Переведу на громкую связь. Расскажите всё господину.

Опустив руку с аппаратом, дева на что-то нажала. И спустя мгновение я услышал взбудораженный мужской голос.

— У нас в ресторане убили аристократа. Какого-то азиата. Сцепился с другим посетителем, начали бой и его прикончили. А потом остальные азиаты убили второго, — судя по напряжённому голосу, смертный был в панике.

— Вызовите княжескую стражу, — озвучил я очевидное предложение.

Тот шумно выдохнул.

— Вы не понимаете, господин. Извините. Не казните за дерзость. Эти азиаты… Они тут на пути в столицу остановились. Важные птицы. Переводчик говорит, они войной грозят. И ресторан наш сжечь хотят. Вместе с нами. Отмороженные!

Голос мужчины перешёл практически на крик. Вот и провёл я один относительно спокойный вечер.

— Скажи им, что скоро на месте будет владелец. Пусть подождут с массовыми казнями до моего прибытия. Если станут угрожать дальше — донеси мысль, что до Москвы они могут и не долететь.

Тот подтвердил, что услышал меня. А как только Варвара прервала звонок, рядом со столом появилась Коршунова. Окинув нас всех раздражённым взглядом, вдруг задумалась. После чего с лёгким непониманием поинтересовалась.

— А где Софья? Я думала она вернулась сюда.

Канал связи с рыжеволосой смертный был совсем узким — мало того, что она не присягала мне в качестве Кроноса, так ещё и Одарённой не являлась. Что заметно ограничивало мои возможности.

Но потянувшись к ней, я вдруг понял, что попросту её не чувствую. Вот совсем. Мертва? Похитили?

Харп одним рывком оказался на земле. Замерцав, устремился по следу смертной. Притормозил сбоку от дома, около живой изгороди. Здесь след обрывался. Не тела, ни крови, ни следов борьбы. И естественно никаких отпечатков силы. Кто-то забрал её. Тщательно затерев все следы. Да и цель выбрали грамотно. Из тех, кто может что-то знать, но при этом не является Одарённой.

Смертные тоже могли взаимодействовать друг с другом — любой глава рода ощущал членов семьи поблизости. Равно как и близких слуг из числа Одарённых. Конечно, если те не маскировались специально. Софья была единственной в моём окружении, кто пока не могла оперировать силой.

Соболь принялся кружить на месте обрыва следа, постепенно увеличивая диаметр кругов. Я же повернулся к Долгоруким, которые уже были совсем близко.

— Прошу меня извинить. Одного из моих людей похитили. Боюсь, сейчас поговорить у нас не получится.

Лица обоих представителей знатного Дома вытянулись. Даже дед не сдержал эмоций.

— Похитили? Прямо здесь, в доме Воронцовых? Никто не пошёл бы на такое в здравом уме, — мне показалось или прямо сейчас он тонко намекнул, что в качестве похитителей могут выступать сами хозяева особняка?

— Тем не менее, она пропала. Вынужден откланяться, мне необходимо отыскать след.

Когда я вежливо кивнул на прощание, пожилой смертный снова заговорил.

— Я всё понимаю. Но считаю, нам нужно хотя бы представиться, — озвучив первые фразы, протянул мне руку. — Евгений Долгорукий. Рад знакомству, пусть и при весьма странных обстоятельствах.

— Алексей Соболев, — пожал я его руку. — Ещё раз прошу меня извинить.

Впечатление он производил неплохое. Собственно, как и Алла Воронцова. Но сейчас кто-то напал на смертную, которая служила мне. Кроносу. Титану, от чьего имени трепетали боги всех соседних пантеонов. Такого я спускать не собирался. К тому же, сегодня я не планировал ни с кем из них договариваться.

Когда я устремился к месту контакта, рядом послышался голос Варвары.

— Ещё ресторан, господин. Не знаю, что там за азиаты, но если они правда разнесут заведение…

Да. Если рождённые на востоке смертные разрушат мою собственность и убьют моих людей, оставить это как есть, не получится. Единственный способ сохранить репутацию — начать войну. Не слишком удобное решение.

Не сбавляя скорости, я глянул на Харенеева.

— Сможешь разобраться? Хотя бы придержать их до момента, когда я приеду?

Секунду подумав, тот чуть наклонил голову.

— Могу попробовать. Но не гарантирую, что всё получится. Многое зависит от того, какой именно азиатский клан в нашем ресторане. Звонивший даже страны ведь не обозначил.

Чуть поморщившись, я секунду подумал. Посмотрел на Коршунову.

— Умеешь водить машину?

Та вздёрнула брови.

— Да. Но я тебе не…

Договорить я ей не дал. Взмахнув рукой, оборвал на полуслове, снова поворачиваясь к Харанееву.

— Бери Варвару с Лукой и езжайте в ресторан. По дороге позвоните управляющему, узнайте кто именно там находится. И урегулируйте ситуацию. Если что — у Варвары есть родовой артефакт связи. Пусть со мной свяжется.

Сама дева, довольной сейчас совсем не выглядела. Но и спорить со мной не стала — спустя пару секунд умчалась в сторону парковки вместе с Матвеем и Лукой.

Я же оказался на месте. Около живой изгороди, где нарезал круги соболь. Пока так ничего и не обнаруживший.

Вернее, следов тут было немало и самых разных. Каких угодно. Кроме отпечатка энергетического каркаса Софьи.

Остановив Харпа, я замер, прислушиваясь к вибрациям силы. Нет. Бесполезно. Похититель был слишком искусен. А мой уровень силы пока оставался невысоким.

Из боковой двери появилась знакомая фигура — на место явилась хозяйка дома. Разъярённая и со сверкающими глазами.

— Евгений сказал, ваш человек пострадал на моей земле? Это правда? — остановившись в метре от меня, она повела вокруг взглядом.

— Правда. Кто-то похитил девушку, которая мне служила, — подтвердил я.

В следующую секунду от дворянки плеснуло силой. Мощное плетение накрыло пространство вокруг — сейчас она тоже пыталась отыскать следы. Правда, судя по её разочарованному лицу — безуспешно.

— Хорош оказался стервец. И похоже считает себя бессмертным, — зло процедила женщина. — Вы можете рассчитывать на поддержку нашего Дома. Если желаете — выделю лучших моих людей в помощь.

А заодно они присмотрятся ко мне и смогут оценить мой уровень угрозы. Желание помочь у смертной ощущалось вполне реально, но я был уверен, что предложение окажется с двойным дном. Да и в целом — помощь мне не требовалась.

— Поисками я займусь сам. Учитывая, что всё произошло на вашей земле — могу сообщить, когда отыщу виновника. Возможно вы захотите раздавить их род.

Она слегка наклонила голову.

— Это могло быть чьей-то личной инициативой. Но я абсолютно точно захочу наказать виновников.

На этом мы и разошлись. Я вместе с Коршуновой направился к парковке, а Воронцова вернулась в дом. Фраза про личную инициативу была говорящей. Наверняка она подумала, что за атакой стоят либо Каргановы, либо Берестневы. Очевидные варианты, которые приходят в голову первыми.

Что особенно интересно — в каждом из этих случаев, Воронцовы могли быть уверены в победе. Да, им пришлось бы отдавить немало ног и скорее всего поссориться с целой группой иных родов. Но Великий Дом точно бы совладал с парой не слишком сильных дворянских фамилий. Пусть Берестневы участвовали в добыче нефти, они явно не были там крупными игроками. Не настолько, чтобы на равных бодаться с Воронцовыми.

Всё это подводило к иной мысли — несмотря на красивый заход, аристократы не собирались идти на серьёзный риск. Возможно считая меня ценным призом, но не настолько, чтобы ввязываться в крупный конфликт.

Когда мы отъехали от паркинга, рядом зазвучал голос Коршуновой.

— Как ты собираешься её искать? Даже Её Светлость ничего не обнаружила на месте. А ездить по городу без следа не имеет никакого смысла.

Харп яростно пискнул на моём плече — зверь жаждал кровавой мести, не в силах поверить, что кто-то смог провернуть нечто подобное у него под носом. Я же усмехнулся, формируя внутри поисковую печать.

Смертные могли применять такие только при условии, если под рукой имелся слепок чужой силы. Чёткий и принадлежащий Одарённому. Обычный человек такого просто не сможет оставить.

Но я был эллинским титаном. Который, при установке контакта обменялся каким-то количеством силы с рыжеволосой девой. Её каркас получил совсем крохи божественной мощи, а я впитал немного энергии Софьи.

Естественно, оттиск я мог запустить в дело прямо на территории особняка. Но его подготовка требовала времени. Да и количество сильных Одарённых там было слишком велико. Во-первых, они могли повлиять на работу плетения, а во-вторых, обратить внимание на его странную структуру.

— У меня есть план. А пока просто едь прямо и постарайся сильно не разгоняться, — ответил я всё ещё ждущей смертной.

Та негромко цокнула языком.

— Снова какие-то секреты? Почему отец считает тебя настолько перспективным? Как будто ты бастард Романовых.

На последней фразе кинула на меня заинтересованный взгляд. Похоже желала прочитать реакцию на моём лице. Возможно и правда рассчитывая, что я её продемонстрирую.

— Что ещё он сказал? И когда ты заметила, что Софьи больше нет рядом?

Первый вопрос заставил её вскинуть брови и открыть рот. А вот второй сразу же осадил.

— Ты же понимаешь, что я в этом не замешана? Папа просто выбесил. Когда шла назад, я даже не оглядывалась, — плотно сжав губы, она посмотрела в зеркало заднего вида. — Ну и разогналась так, что она отстала немного. Я не думала, что всё так обернётся.

Вздохнув, я секунду подумал.

— Сколько прошло времени, прежде чем ты заметила исчезновение? Хотя бы приблизительно.

Смертная ненадолго задумалась.

— Совсем недолго. Может быть секунд пять. Или десять.

Действительно немного. Выходит неизвестный вырубил Софью, после чего устремился прочь. При этом пересёк сигнальный периметр, окружающий со всех сторон особняк. Защиту никто, понятное дело, не активировал. Но вот сигналку оставили. Похититель прошёл через неё незамеченным.

Или всё иначе и он выбрался через паркинг? Раз этот Одарённый смог затереть свои следы, может у него вышло и замаскировать деву так, что никто не заметил?

Тихо рыкнув, я сосредоточился на поисковой печати. Сложный оттиск. С большим количеством компонентов. К тому же, учитывая ситуацию мне пришлось его модифицировать. Потому что прежней силы титана, которая позволила бы разом накрыть поисковой сетью весь континент, а то и половину мира, у меня сейчас не было.

В дело я его запустил спустя пару минут — после того, как всё перепроверил и убедился, что печать работает.

После этого Наталья получила команду заехать в проулок, где я активировал оттиск. Тот заработала моментально. Неярко засверкав, растаял в воздухе, оставаясь скрытым от чужих глаз. А потом начал дублироваться.

Каждая копия стремительно мчалась к ближайшей птице. Несмотря на городские условия, здесь хватало воробьёв, голубей и ворон. Которые стали моими сегодняшними разведчиками — как только оттиск сливался с энергетической структурой птицы, та устремлялась вдаль. Позволяя комплексу плетений сканировать пространство внизу.

За какую-то минуту я получил около сотни воздушных разведчиков. А когда с уставшим вздохом откинулся на сиденье, поймал на себе взгляд Коршуновой.

— Ничего себе. Ты же заставил печать скопировать саму себя, да? Как? — Ну надо же. Ей сейчас и правда было интересно.

— Несложно. Но утомительно. Слышал на востоке практикуют расслабляющий массаж губами, — повернув голову, медленно окинул её взглядом. — Только для начала тебе придётся снять платье. В нём будет слишком неудобно.

Она растерянно моргнула. В следующий миг щёки вспыхнули алым, а в глазах засверкало возмущение.

— Массаж? Так это называется? Для расслабления? Хочешь расслабиться — иди и поимей холопку. Аристократки трахаются только по любви!

Отслеживая поисковые печати, я слабо улыбнулся.

— Настоящие аристократки не используют слово «трахаются», — отметил я.

— Ты просто не общался с ними за закрытыми дверями! Там мы и не такие слова используем! Хочешь послушать? — тонкие ноздри раздувались от гнева, ресницы трепетали, глаза сверкали яростью.

— В другой раз, — выпрямился я, прислушиваясь к ощущениям от поисковых оттисков. — А сейчас поезжай прямо и потом налево.

Она выдохнула через стиснутые зубы.

— Как ты смеешь? Я дворянка из знатного рода! Нельзя так со мной…

Подняв руку, я прервал льющийся поток слов.

— Мне сейчас не до твоих брачно-постельных игр. Жми на газ и поезжай. Кажется, я нашёл Софью.

Ещё момент она помедлила. Потом яростно фыркнув, подтянула узкое платье вверх, оголив ноги до середины бедра. И тронула автомобиль с места.

Что до рыжеволосой смертной — я действительно её почувствовал. Слабый контакт на приличном расстоянии от усадьбы Воронцовых. И судя по всему, деву ещё перевозили.

Направлять хмурую аристократку приходилось вручную. Сама она сигнала от Софьи, само собой, не ощущала. Требовалось буквально говорить ей, куда сворачивать. При этом, дорожная система смертных была чуть более запутанной, чем показалось мне вначале. Далеко не на каждую улицу можно было выехать — часто оказывалось так, что проезд был запрещён и нам приходилось ехать дальше.

Харпа это тоже здорово раздражало — соболь порывался выскочить из машины и помчаться к цели самостоятельно. Считая, что доберётся быстрее.

Будь наша с ним связь более прочной, возможно это и правда стало бы неплохим вариантом. Но пока зверь мог удаляться от меня не дальше, чем на расстояние одного квартала. После чего я его почти не чувствовал. Что означало — Харп не сможет зачерпнуть силы моей искры, а у меня не выйдет получить от него мыслеобраз.

Потому мы оставались в автомобиле, постепенно сокращая расстояние с целью.

Спустя двадцать минут, похититель прекратил движение. А потом контакт с Софьей резко ослаб. Голубь, который обнаружил смертную, всё ещё был где-то рядом, но почти её не чувствовал. Лишь мог подтвердить, что она в том же районе, что и он сам. Поисковый оттиск транслировал мне лишь ощущение контакта с аурой самой девы. Использовать зрение крылатого разведчика я был не в состоянии. Это могло бы здорово помочь, но потребовало бы создания ещё одной дополнительной печати. Тогда как на момент старта поисков, я не хотел терять времени.

Тем не менее, ориентир у нас оставался. А когда мы оказались поблизости, я сформировал оттиск повторно. На этот раз использовав его самостоятельно, за счёт чего вырос уровень чувствительности.

Квартал в котором мы оказались, был удалён от центра города. Здание же, к которому вывел комплекс поисковых плетений, вовсе напоминало склад. Хотя нет — старая вывеска гласила, что тут находится ремонтная мастерская.

Когда мы объехали его по кругу и остановились сбоку, рядом снова заговорила Коршунова. До того упорно молчавшая и лишь стреляющая в меня глазами.

— Больше похоже на бандитский притон. Уверен, что она там?

Сомнения смертной были понятны. Одарённый, который смог выкрасть девицу на приёме знати, продемонстрировал неплохую подготовку. Что намекало на принадлежность к одному из аристократических родов. А сама Наталья, судя по её эмоциям, полагала, что дворяне не станут использовать место вроде этого, для своих планов. Наивная.

— Полностью. Её похититель скорее всего тоже внутри. Оставайся здесь.

Дева оглянулась. Передёрнула плечами.

— Вот на этой улице? Одна? Лишённая силы? Ну уж нет! Не хочу проснуться голой и привязанной к столу. Я пойду с тобой.

Несмотря на ситуацию, я посмотрел на неё с лёгким интересом.

— К столу?

Коршунова моргнула. С лёгким смущением отвела взгляд.

— Не к такому столу… Неважно! Я пойду с тобой!

Ладно. Хочет рисковать — дело её. Хотя, печать, что тушила её ядра, пожалуй можно немного ослабить.

Когда я выполнил процедуру, дав пленнице возможность использовать до половины своей силы, та шумно выдохнула.

— Наконец-то! Как будто мне руку на место пришили, — она ещё и стон издала. В такой бархатистой тональности, как будто у неё между ног сатир устроился, а не силу вернули.

Глянув на меня, поджала губы.

— Спасибо. Но я тут всё равно одна не останусь.

Взявшись за дверную ручку, я спокойно кивнул.

— Без проблем. Но если ударишь в спину — лишу силы навсегда и продам в крестьянский бордель.

Она попыталась что-то ответить, но вслушиваться в эти звуки я не стал. Уже выбрался на улицу, присматриваясь к зданию. Неказистое снаружи, оно было неплохо прикрыто артефактами.

Правда не настолько, чтобы помешать мне чувствовать людей внутри. Да и те помещения, которые были экранированы отдельно, тоже оказались не так хороши, чтобы скрыть присутствие Софьи. Без поисковой печати, я бы её, конечно, не почувствовал. Но оттиск сейчас вовсю работал. Я мог легко указать, в какой именно части постройки её держат.

Я уже собирался послать внутрь соболя. Но тут вдруг увидел человека, который вывернул из-за угла здания. На первый взгляд самый обычный смертный. Абсолютно ничем не выделяющийся на фоне всех остальных.

Если бы не одно крохотное но — его не существовало. Я не видел ни единого компонента энергетического каркаса. Не мог рассмотреть его душу. Не чувствовал эмоций. Пустое место. А вот глаза его отлично видели.

Рядом громко хлопнула дверь машины — на улицу выбралась разозлённая Коршунова. Мужчина тут же повернул голову на звук. И столкнувшись со мной взглядами, чуть замедлился. Я же уверенно шагнул вперёд. Какое бы сатирово похмельное безумие тут не творилось, настала пора с этим разобраться.

Замерцавший Харп оказался рядом с таинственным смертным первым. А тот, увидев светящегося соболя, не придумал ничего лучше, чем побежать. Не слишком удачное решение — пытаться удрать от животного, которое способно перемещаться в десятки раз быстрее тебя.

Когда преследователь оказался на его пути и поднявшись на задние лапы, принялся потирать передние, пожирая цель взглядом, смертный это тоже осознал. И к моему удивлению, ударил плетением.

Хотя нет. Какое это плетение? Чистая сила, которая обрушилась на асфальт, моментально его расплавив.

Вокруг Харпа сразу же засверкала оболочка гигантского энергетического соболя, которую тот использовал в качестве доспеха. А я пустил в дело простенькое воздушное лезвие. На самом деле, предполагая, что противник легко отразит его барьером.

А тот, вместо этого зачем-то взял и позволил плетению отсечь ему обе ноги в районе колена. Когда я подбежал, валялся в луже крови, шевелил обрубками и дико орал.

Глотку я ему сразу запечатал плетением, что формировало воздушную пробку. Потом прижёг раны. И взбодрил, хлестнув чистой силой по коже. Что странно — я до сих пор ничего не чувствовал. Ни малейшего намёка на существование энергетического каркаса или присутствия в этом теле души.

— Как ты это сделал? — дождавшись, пока тот откроет глаза, я задал очевидный вопрос. Лезть внутрь здания, не зная с чем предстоит столкнуться, откровенно не хотелось. Это сейчас мне попался тупой отпрыск циклопа. Если такую же невидимость получит искусный Одарённый, он сможет создать немало проблем.

Смертный уставился на меня со смесью безумной ненависти и столь же сильного страха в глазах.

— Ты мне ноги отрубил! — в голосе был такой упрёк, как будто я это проделал просто так. Шёл по улице и подумал — «чего бы не отрубить ноги вон тому смертному».

Харп прыгнул, оказавшись у него на груди. Глянув в глаза мужчины, чья голова отдёрнулась назад, пропищал:

— У тебя ещ-щ-щё есть руки! И глаза!

Лицо пленного стало буквально олицетворением страха. Я же придвинулся ближе.

— Расскажи, как ты это сделал? Почему я не чувствую твоего каркаса и твоей души?

Переведя взгляд, он посмотрел на меня с явно растерянностью.

— Души? Она что, реально существует?

Вместо ответа я потянулся к нему нитями божественной мощи. Но нет — энергетическая структура противника всё ещё не ощущалась. Что самое раздражающее — я даже не мог предположить, как он такое провернул. Сильное божество способно сделать нечто подобное. В том числе и скрыть своё присутствие от представителей Древних рас или других богов. Но сейчас передо мной абсолютно точно был смертный. Не было в нём божественной искры — я уверен.

— Как ты стал невидим для остальных Одарённых? При помощи чего? — смотря ему в глаза, я улыбнулся. — Не хочу терять время, поэтому в следующий раз лишу тебя глаз. А потом соболь начнёт один за другим вырывать органы.

Угроза была банальна, примитивна и безвкусна. Но по моему опыту — именно такие работают со смертными. Нынешний раз тоже не стал исключением.

— Это всё зелье! Вовчик варит и нам выдаёт. Чего и как — я не знаю. Честно, господин. Вы уж отпустите меня, — зачастил мужчина, до которого похоже только теперь дошло, чего я от него хочу.

Подошедшая Коршунова наступила каблуком ему на руку.

— Вовчик? Говори, какой род тебя нанял? На кого ты работаешь, смердящий кусок дерьма? — эмоции продолжали лить из смертной во все стороны и она решила выплеснуть часть из них на нового противника.

Смертный застонал от боли. Но вот повёл себя в полном соответствии с набором мужских инстинктом — повернул голову так, чтобы посмотреть между её ног снизу Дева сразу же отпрянула назад.

— Да как ты… Глаза выжгу! Всю семью спалю!

Не выдержав, я усмехнулся. На момент напомнило поединок Крия с одной из богинь викингов. Как же её звали-то? Надо же — не помню. Как бы там ни было, договаривались они на бой, чтобы выяснить, кто сильнее. Но в процессе Крий случайно сорвал с неё часть лёгких доспехов. И впечатлившись, переключился на новую задачу.

Правда у него всё сложилось удачнее — когда мы покинули гору, на которой проходил поединок, эти двое уже не сражались. По крайней мере в привычном смысле этого слова. Да и одежды на них вовсе не осталось. А судя по дикой грозе, которая вскоре накрыла горы за нашей спиной, удовольствия оба получили немало.

Здесь же, Наталья уже была готова не просто выжечь его глаза, но и попросту прикончить смертного. Пришлось вклиниться, пока она не уничтожила единственный источник информации.

— Сколько ещё внутри людей, выпивших зелье? Как много Одарённых?

Тот какое-то время подумал, постоянно кривя лицо от боли. Я не видел его энергетического каркаса и потом мог лишь частично избавить от неприятных ощущений.

— Не знаю, сколько прямо сейчас. Сам Вовчик, может еще человек пять. Или больше. Мы все пьём зелье время от времени, когда это надо, — без особой уверенности промялил он.

— Какого они ранга? Насколько хороши, как Одарённые?

Вот теперь в его взгляде появилось абсолютно искреннее непонимание.

— Так это… Господин хороший, мы же все не того… Силой не владеем. Только как зелья хлебнём, так что-то могём.

Неожиданный поворот событий. Получается, это самое зелье не только скрывает их от Одарённых, но ещё и даёт возможность оперировать силой?

А ведь оно должно и от наблюдательных артефактов прикрывать. Что значит — неизвестный, что похитил Софью, видимо тоже был под его воздействием. Это объясняет, почему его никто не почувствовал. Хотя не совсем ясно, как тот смог затереть все свои следы.

— Насколько они опасны? Какими плетениями владеют? — озвучил я следующий вопрос.

Этот продемонстрировал лишь возможность использования чистой мощи. Но другие могли оказаться куда как более искусными.

Смертный заморгал. Сглотнул слюну. Покосился на Харпа. И вдруг снова попытался атаковать. Чистой мощью в весьма солидном объёме.

Доспех, которым я сразу же окутался, засверкал от нагрузки. А соболь ударил вытянутым когтем, отсекая его голову.

Отпрыгнувшая в сторону Коршунова, тонко взвизгнула.

— Вот же сволочь! Не мог просто ответить! Зачем обязательно голову терять! — Харп удивлённо посмотрел на меня, не совсем понимая, как ему реагировать на вопли аристократки.

Я же, окинув взглядом останки смертного, вздохнул. Отчасти дворянка была права — ответь он на все вопросы, было бы куда проще. Впрочем, он и так выдал немало информации.

Молча развернувшись, я устремился вдоль стены к фасаду здания. Впереди заскользил Харп, а сзади тут же зацокали каблуки Коршуновой, бормочущей, что я мог бы её подождать.

Перед зданием я оказался как раз в момент, когда плотно сбитый мужчина открывал небольшую дверь рядом с массивными воротами. В отличие от предыдущего, у этого каркас был прекрасно видим. Обычный человек, который не владел силой. Харп просто вырвал его сердце.

Правда уже в следующую секунду соболь был вынужден ускориться — в просторном помещении, которое оказалась за воротами, находился ещё один смертный. Точно такой же, как недавно убитый пленник — рассмотреть его энергетическую структуру у зверя не получилось.

Он даже успел ударить силой и оплавить ворота. Правда оказался слишком медленным — Харп благополучно добрался до него, тоже срезав когтем голову.

Стоило мне оказаться внутри, как за спиной хмыкнула Коршунова.

— Сердце… Ты серьёзно? Что за мещанская безвкусица?

В этот раз Харп обиделся всерьёз. Вскочив на остов машины, которую кажется никто не трогал последние десять лет, уставился на девицу. А та почти сразу громко ойкнула. И расширенным глазами посмотрела на соболя.

— Верни! Немедленно!

Тот покрутил головой. Довольно потёр задние лапы. А спустя секунду в воздухе засверкали сразу три предмета. Украшенные чем-то блестящим трусики и две наклейки на соски. Который рухнули прямо в бочку с грязной водой.

— Ты знаешь, сколько это стоило? Ты! Какой хозяин, такой и зверь! Два идиота!

Чуть наклонив голову набок, Харп уставился на неё поблескивающим глазом.

— Могу и пл-л-латье испарить. Жел-л-лаешь?

Аристократка резко осеклась. Сделала шаг назад, прикрывая одной рукой грудь.

— Ладно. Всё. Я спокойна. Только не трогай больше мою одежду.

Остановившись около проёма, за которым находился коридор, что вёл в глубину здания, я оглянулся назад.

— Не забыли, что мы тут спасаем Софью? Харп — ещё раз отвлечёшься на развлечение, я прекращу делиться знаниями, — почувствовав испуг соболя от возможной остановки интеллектуального прогресса, я перевёл взгляд на Коршунову. — А тебя выпорю. По голой заднице прямо в лобби отеля.

Мой посыл оба отлично поняли. Спустя несколько секунд мы уже двинулись вперёд по коридору.

Следующие пять минут были наполнены кровью и смертями. Одновременно с этим став одними из самых странных в моей жизни. С одной стороны — я не чувствовал смертных, что давало им определённое преимущество. Да и объём чистой мощи, которым те владели, меня сегодняшнего впечатляли.

Но если взглянуть под иным углом — они абсолютно не могли пользоваться своей силой. Ни один из них не пытался применить печать или хотя бы самое простенькое плетение. Нет. Только чистая энергия. Да и ту они оборачивали таким способом, что чаще всего речь шла либо о нагреве до сверхвысоких температур, либо наоборот, об охлаждении.

Откровенно тупое использование подобной мощи. Хотя, наверное мне стоит быть благодарным. Умей они работать хотя с самыми примитивными печатями, это сильно бы усложнило ситуацию.

В конце концов мы оказались перед той частью здания, в которой держали Софью — я отчётливо чувствовал оттенки энергетического каркаса девушки. Понятное дело, для подобной цели смертные выбрали подвал. Отчасти это можно было объяснить — здесь имелась мощная металлическая дверь, пропитанная громадным объёмом концентрированной энергии. Тем не менее — хотя бы кто-то мог разместить свои казематы или камеру для пыток на верхнем этаже? Просто, для разнообразия.

Хотя, о чём я? Наш Тартар тоже не в небесах плавал. Вот вход в Бездну находился как раз где-то там. Но это уже не совсем тюрьма.

Единственное, чего я сейчас опасался — как бы похититель не прикончил деву, испугавшись нашего появления. Стены, через которые можно было пройти внутрь помещения, тоже сияли от объёма влитой в них силы. Пусть её было куда меньше, чем неизвестные пустили на дверь, тем не менее незаметно прошмыгнуть внутрь у Харпа не получилось бы.

Поэтому, сжав руку в кулак, я постучал по двери.

— Не знаю, кто там сейчас, но лучше бы тебе открыть. Если Софья в порядке, ты останешься жить. Я обещаю тебе, — о целости его тела и сохранности рассудка я не упомянул, но в таких обстоятельствах, смертные обычно не обращали на подобные мелочи внимания.

Начинали возмущаться лишь после того, как их кости начинали превращаться в пыль, а разум наполняли галлюцинации.

— Убирайся отсюда! Ты не знаешь, с кем связался. Заплати мне миллион рублей и я отпущу девку.

Чуть подумав, собеседник, голос которого глухо слышался из-за двери, добавил.

— После того, как ты покинешь моё здание.

Он действительно такой тупой? Или просто тянет время, потому что ждёт помощи?

Начав формировать печать, способную помочь пробиться внутрь, я снова закричал.

— У тебя только один шанс, Вовчик. Отпусти деву, что мне служит и сохрани свою жизнь.

Вроде бы вполне понятное заявление. Полностью чёткое и понятное. Но человек за дверью, снова продемонстрировал мне особенности мышления некоторых смертных.

— Или что? Убьёшь меня? Ты сюда даже войти не сможешь. Хочешь послушать, как орёт твоя девчонка? С чего мне начать? Просто скажи и услышишь её крики.

Даже от Коршуновой, которая больше была сосредоточена на собственном дискомфорте, плеснуло мощной волной ярости. Соболь и вовсе выдал длинную нечленораздельную тираду. А я качнул головой.

— Боюсь, ты не понимаешь, с кем именно столкнулся, Вовчик.

Тот отреагировал моментально — в следующее мгновение из-за двери послышался мужской голос.

— Владимир Зайцев! Чтоб тебя, дворянишко сраный! Вали отсюда уже — это ты не знаешь, с кем на самом деле связался!

Смелое заявление. И не имеющее особого смысла — он только что представился. В отличие от меня.

Оттиск уже был готов — ударил я им сразу, после того, как противник закончил свою речь. Не по двери, которая была укреплена куда лучше всего иного — атака пришлась на боковую стену их подвального каземата. А проводником для неё выступил Харп.

Именно он и ворвался в помещение первым. Тут же принявшись радостно работать удлинёнными когтями. К моменту, когда я проломил пару перегородок и добрался до громадной дыры, от противника остался лишь изувеченный кусок мяса. Без единой конечности и в состоянии полнейшего шока.

Судя по поведению самого первого из этих смертных, Владимир всё ещё мог использовать силу. Вот только прямо сейчас смертный об этом абсолютно не думал. Будучи полностью поглощённым проблемами со своим телом.

Орал он настолько интенсивно, что снова пришлось использовать вариант с воздушной подушкой около рта. Что касается прижигания ран — соболь уже этим озаботился. Да и в чувство его тоже привёл. Хотя лучше бы ещё немного подержал без сознания.

Софья тоже была здесь. Сидела около стены, со стянутыми за спиной руками, связанными ногами и кляпом во рту. Брючный костюм, который она выбрала для приёма, был перепачкан в грязи и смотрелся в этом подвале неуместно. А глаза девы светились от ярости.

— Он спрашивал, как вы смогли победить Карганова. И про Берестневых. Хотел выяснить, откуда вы столько всего знаете и в чём ваша слабость.

Как только я убрал кляп, она выпалила всё это скороговоркой. Потом медленно поднялась на ноги, придерживаясь рукой за стену.

— Когда я была на празднике, там рядом был какой-то ублюдок. Он вкатил что-то из шприца. В бедро меня уколол, сволочь! Очнулась уже здесь. Рядом с этим жирдяем.

Смертный и правда был полноват. Хотя соболь только что обеспечил ему сеанс экстренного похудения. А вот остальное меня немного встревожило. Слишком уж просто это вышло. Если подумать — так могли утащить кого угодно. При этом ни персонал, ни охрана даже глазом не повели.

Правда на прямой вопрос о наличии поблизости кого-то из людей Воронцовых, Софья отрицательно покачала головой.

— Точно никого не было. Я уверена. Да и похитил меня не он — так кто-то постройнее был.

Вздохнув, я двинулся к лежащему на полу мужчине. Запалил в воздухе небольшой шарик света — лампы в помещении имелись, но сработавшая печать обратила их грудой осколков.

— Если начнёшь валять дурака и тупить — будешь страдать. Времени у меня нет, потому я сразу перейду к самым жестоким вариантам. Уверяю — тебе они не понравятся. Понимаешь?

Посмотрев в его перепуганные глаза, пару секунд подождал. После чего продолжил.

— Мне нужно не так уж много. Откуда ты берёшь это зелье, из чего его делают и как получают ингредиенты те, кто тебе их продаёт? Три простых вопроса.

В том, что смертный лишь использует чужие наработки, я был полностью уверен. Не выглядел он человеком, что способен придумать нечто подобное. Даже случайно.

Пленник отреагировал в ту же секунду — яростно мыча, принялся вращать глазами, покачиваясь своей тушкой из стороны в сторону. Того и гляди перекатится на бок.

А вот в моей голове вдруг зазвучал голос Варвары, который задействовала родовой артефакт связи.

— Господин, нам срочно нужна помощь! Азиаты оказались из монголов. Они какие-то совсем бешеные. Около ресторана княжеская гвардия! Матвей Порфирьевич пробует всё решить, но мне кажется, получается у него не очень.

Отправляя к ресторану Харенеева, я был уверен, что у него получится урегулировать конфликт, избавив меня от необходимости туда ехать. Но судя по настроению Варвары, прогноз не оправдался.

— Уверена? Чего именно они хотят?

Дева секунду помолчала. Потом внутри моей головы снова послышался её голос.

— Не уверена. Они сейчас перешли на какой-то ещё язык. Монгольский, наверное. Но Матвей Порфирьевич уже рисовал в воздухе. Так тряхнуло, что здание зашевелилось. Но те не отступают — чего-то требуют.

Пообещав, что постараюсь скоро приехать и попросив передать Харенееву, чтобы продержался до момента прибытия, я сформировал воздушную подушку, отрывая от пола обрубок Владимира.

— Придётся тебе немного покататься с нами. Ответишь на вопросы в дороге.

Тот снова что-то замычал. Правда силу использовать так и не рискнул. Последнее делало его транспортировку в одной машине с нами, опасной затеей. Из-за чего Харп устроился у него на груди. Готовый в любой момент пустить в ход когти.

А заодно достаточно нервируя смертного, чтобы тот не успел обдумать ситуацию. Потерять ещё и этого пленного, мне совсем не хотелось.

Так мы и подошли к выходу из-за здания. Я двигался впереди, присматривая за пленником и готовясь при необходимости окружить его изолирующим барьером. Сзади шли девы — Коршунова похоже решила, что Софье понадобится поддержка. Но рыжеволосая шагала вполне уверенно. Лишь постоянно злилась — видимо мысль о том, что её смогли вот так легко похитить, деве совсем не нравилась.

Оказавшись снаружи, я собирался поставить соболю новую задачу — вернуться назад, отыскать всё интересное и засунуть в пространственное хранилище. Но вдруг столкнулся с новым фактором — на меня удивлённо пялился офицер княжеской стражи.

Секунды три мы стояли напротив друг друга. Он переводил взгляд с меня на висящего в воздухе смертного без конечностей, и обратно. Наконец выдавил из себя вопрос.

— Что тут происходит? — эмоции от него пёрли самые разные, но судя по тем, которые преобладали, это был совсем не тот вопрос, который мужчина хотел задать.

— Уничтожение банды, которая действовала у вас под носом. Они похитили человека прямо с приёма у Воронцовых, — абсолютно честно озвучил я причину.

Страж порядка, который вроде слегка пришёл в себя, поперхнулся воздухом. Изумлённо глянул на обрубок Владимира.

— Тех самых Воронцовых?

Я кивнул.

— С сегодняшнего приёма, который до сих пор продолжается. Когда закончу — сообщу Алле. Она пришлёт своих людей.

Договорив, я всё же попросил Харпа проверить здание. Как знать — вдруг здесь обнаружатся запасы того самого зелья или компонентов для него.

Офицер проводил взглядом замерцавшего зверя, который устремился к двери. Снова посмотрел на меня.

— Её Светлости, Алле Геннадьевне Воронцовой?

Дождавшись ещё одного моего кивка, чуть подумал.

— Тогда… Мы наверное подождём здесь. Пока не прибудут её солдаты.

Мой родовой мундир и герб его явно не сильно впечатлили. Логично — мы в уральской столице. Учитывая количество людей с гербом, которое я видел на улицах, тут полно аристократов у которых почти ничего нет кроме статуса и возможности лепить герб на свою одежду.

Воронцовы — другое дело. Да и лгать о своей связи с Великим Домом никто в здравом уме не станет. Найдут, колесуют и вырежут родню до седьмого колена.

Конечно, риск тут имелся — уверен, стражник его хорошо осознавал. Но при этом понимал, что остановить нас силой всё равно не сможет. Он был Одарённым, в ранге не выше пятого. Двое сержантов за его спиной, вовсе были самыми обычными людьми. Мерцающий боевой зверь намекал, что в схватке против меня, у этого патруля нет никаких шансов.

Поэтому, спустя пару минут мы уже оказались в автомобиле. Пленника засунули назад. Поставив на пол так, чтобы голова слегка торчала над сиденьем. Софье такое соседство не нравилось. Но рядом сидел довольный собой Харп — соболь сгрёб всё, что привлекло внимание. Заявив мне, что нашёл, как минимум одну порцию зелья. И возможно сырьё для него.

Естественно, мне было интересно. Хотелось немедленно взглянуть на странный коктейль, способный скрывать смертных от внимания Одарённых и наделять их силой.

Тем не менее, сначала я хотел вытащить ответы из Владимира. К чему и приступил, как только мы свернули на следующую улицу.

— Из чего делают это зелье? Откуда ты его берёшь?

Сняв заглушку с его рта, я вопросительно посмотрел сверху вниз. Мужчина жадно втянул воздух. Покосился на своё плечо, где не было видно руки.

— Как ты это сделал? Почему я почти не чувствую боли?

На самом деле в этом я никакого участия не принимал. Боль компенсировалось силой, которая судя по всему наполняла его организм. Или то, что её генерировало. Смотря как именно работает эта схема.

— Тебе лучше отвечать на вопросы. Я спешу. И церемониться не стану.

Харп удлинил один из своих когтей и быстрым движением рассёк кожу рядом с его глазом. Владимир тут же дёрнулся.

— Да вы психи! Кто так делает? Разве так можно?

Я приподнял свои брови.

— А похищать юных дев с приёма, значит можно? Отвечай. Или потеряешь глаз.

По его взгляду было понятно, что он хочет отреагировать совсем иначе. Но угроза всё же сработала.

— Мы давно в Екате работаем. Машины ремонтируем, по мелочи всякими делами занимаемся. Там номер на движке перебить, тут авто на запчасти разобрать. А год назад новый заказчик появился — всякие штуки разные передавать. Ну… Запечатывать их внутри. Понимаешь?

Софья, которая рассматривала его сбоку, резким тоном уточнила.

— Внутри машин прятать?

Тот скосил глаза в сторону рыжеволосой девы.

— Да. Так, чтобы точно никто не нашёл. Мы в этом хороши.

Втянув воздух, вернул внимание на меня. Секунду помолчав, заговорил снова.

— Там много чего разного было. Но больше всего — порошка одного. Ну мы и решили чуть взять на пробу. Интересно же, что это такое. Понимаешь?

Поморщившись, я отправил мыслеобраз Харпу и тот вновь резанул когтем. В опасной близости к глазу.

— Ближе к делу.

Сглотнув слюну, он дёрнулся, пытаясь стряхнуть кровь со своей щеки.

— Попробовали мы тот порошок. И поняли, что он силу даёт. Понимаешь? Вот я не мог ничего, а через секунду уже способен металл плавить и воду замораживать. Естественно, мы из каждой поставки немного забирать стали.

Плавить металл и замораживать воду? Учитывая, что проделывали они всё это при помощи чистой силы, мне и правда повезло. Окажись на их месте смертные, хотя бы в общих чертах представляющие себе специфику работы с плетениями, всё обернулось бы иначе.

— Ладно. А Софью вы похитили зачем?

Харпу снова пришлось пускать в дело коготь — на этом вопросе, Владимир сделал слишком долгую паузу. Но после стимуляции начал говорить.

— Мы с Каргановыми работаем. Они пусть и пришлые, но людьми вроде нас не брезгуют, хотя сами аристократы. У одного из наших человек на том приёме работал. Смог впустить.

Замолчав, втянул воздух, испуганно кося глазами в сторону соболя. И сразу же продолжил.

— Мы сначала думали украсть там кое-что. Зелье — оно же и от внимания лишнего защищает. Но потом ты Тимурчика завалил. Он тот ещё напыщенный индючара был, однако младшенький у их главного. Вот и я решил — лучше девку выкрасть, которую ты с собой взял, да вызнать всё.

Задав ещё несколько вопросов, я окончательно убедился, что стал жертвой человеческой тупости. Этот амбал, выросший на окраине, решил, что раз с ним работает один аристократический род, то он может вмешиваться в игры дворян.

В руки этого тупейшего кабана попало не просто мощное оружие. Это была вещь, способная изменить баланс сил. Особенно, если смотреть на всё с точки зрения обычного человека. Тем более местные смертные были искренне убеждены, что с Даром можно только родиться. Мол, ни у кого нет возможности формировать ядра уже после того, как человек повзрослел.

Дальше, я перешёл к человеку, который отправлял все эти грузы. Заодно пытаясь выяснить, что ещё он отправлял и кому уходили эти самые «посылки».

Что странно — отправитель не был никак связан с Каргановыми. По словам Владимира, это был один из мелкопоместных дворян, который жил под Екатеринбургом и ничем серьёзным не занимался. Знакомы они с ним были по прошлым делам, когда аристократ нанимал бандитов для решения своих личных вопросов.

Кто именно забирал поставки, смертный тоже не знал. Автомобили они перегоняли аж в Пензу. Где их забирал покупатель. Что с машинами происходило дальше, Владимир был не в курсе.

К моменту, когда мы подъехали к ресторану, я вытащил из смертного всё, что можно. А он впервые задумался о своей судьбе.

— Слушай, ты же меня убивать не будешь? Девка жива и цела, я тебе всё рассказал. Всё, как надо, — в голосе чувствовалось напряжение, но в целом он похоже был уверен в положительном ответе.

— Я предлагал тебе жизнь. Ты отказался. Разве нет?

Во взгляде мужчины мелькнул страх и тот открыл рот, собираясь возмутиться. Но Харп оказался быстрее — коготь пробил череп, вспарывая ткань мозга. В следующий момент, соболь поместил обрубок в хранилище. А потом выкинул его снаружи.

Автомобиль как раз затормозил около оцепления из княжеских гвардейцев, который перекрыли улицу около ресторана. Так что я со вздохом взялся за дверную ручку и через секунду оказался на улице. Смотря на добрый десяток нацеленных на меня винтовок. И сразу четверых Одарённых, окружёных доспехами.

— Этот человек — преступник. Буду признателен, если вы сообщите Алле Воронцовой, что я решил вопрос с похитителями, — сделав акцент на фамилии Великого Дома, я мгновение подождал. — Сам я, Алексей Соболев. Новый владелец этого ресторана. Хочу решить проблемы с гостями.

Чуть помедлив, один из офицеров отдал короткую команду и военные расступились, позволяя пройти.

Услышав, как сзади хлопнули двери и зацокали каблуки, я удивлённо обернулся. Заметив мой взгляд, Коршунова вхмахнула рукой.

— Что? Снова хочешь меня оставить? Даже не надейся!

Смертные женщины всё-таки бывают странными. Даже умея чувствовать эмоции, не всегда можно понять их истинные чувства.

Комментировать я это не стал. Просто глянул на Софью, которая тоже двинулась за мной и развернувшись, зашагал ко входу.

Посетителей внутри уже не было. Как и персонала. Что объяснимо — когда пространство вибрирует от вспышек силы, а посреди ресторанного зала стоит десяток разъярённых азиатов, оставаться на месте никому не захочется. Если кто-то из поваров всё ещё на кухне, пожалуй надо будет сказать, чтобы им доплатили за сегодняшний день. Конечно, если они переживут эту беседу.

Заметив меня, стороны на момент затихли. Монголов всё-таки оказалось девять. Три женщины и шестеро мужчин. И взгляды, которые они на меня устремили, точно не были благожелательными.

— Ты владелец ресторана?

Обращающийся ко мне мужчина говорил на монгольском. Ещё одна распространённая проблема смертных — каждый считает, что его язык должны знать все вокруг. Почему? А вот просто, потому что ему так захотелось. И он слишком туп, чтобы выучить другие.

Впрочем, сегодня им повезло. Они столкнулись с эллинским титаном. Который успел поколесить по свету и выучить практически все языки. Включая и монгольский. Диалект, на котором со мной сейчас говорили, отличался от привычной версии. Тем не менее я его понимал.

— Да. Что вам нужно?

Тот оскалился, опустив пальцы на рукоять меча.

— Хорошо! Мы пришли к тебе, чтобы поесть, а этот сын шакала оскорбил Хулан! И убил её брата. Мы требуем мести!

Сделав шаг вперёд, эмоционально продолжил.

— Ты хозяин, который принял нас под своей крышей! Должен помочь уничтожить род нашего кровника. Принести нам головы его родителей и братьев. Приволочь на цепях сестёр. Тогда мы простим тебя.

Занятный у них взгляд на жизнь. Весьма интересный.

— А вы в этом время что будете делать? — поинтересовался я, сделав шаг вперёд.

Монгол снова продемонстрировал мне зубы.

— Тосковать по Мунху. Пить и есть в твоём ресторане, чтобы почтить его память.

Понятное дело — подразумевалось, что пировать они будут за мой счёт. Я шагнул ближе. Глянул ему в глаза, чувствуя как наружу рвётся ярость. Сейчас и так хватало проблем. А эти смертные решили, что я должен им, потому что какой-то идиот позволил убить себя в моём ресторане.

— Уверен, что хочешь пойти этим путём?

Тот уставился на меня с откровенным удивлением.

— Каким путём? Мунху был батыром! Мы должны почтить его память!

Я усмехнулся. Сделал ещё шаг вперёд, поддаваясь той части разума, что была искажена Тартаром.

— Не спорю. Можете почтить его в любом удобном месте. И законам гостеприимства я следовать планирую — не стану забирать ваши жизни и предъявлять вашему роду счёт за неудобства.

Тот буквально скривил своё лицо.

— Счёт? Ты допустил гибель одного из наших братьев! И смеешь говорить, о претензиях нам?

Харп оскалился, выбирая цели. Монголы были сильными Одарёнными. Как минимум трое перевалили за десятый ранг. Справиться с ними будет сложно. Но я чувствовал — ещё немного и моя ярость хлынет наружу. Явив миру того дикого и полубезумного титана, которым я покинул Тартар.

А в следующую секунду вперёд шагнул ещё один из азиатов. Ткнул пальцем в мой мундир.

— У него другой герб, Баяр. Посмотри.

Теперь взгляды всех монголов скрестились на изображении соболя. Тот, кого назвали Баяром, озадаченно поскрёб затылок. Хмыкнув, поинтересовался.

— А куда делись старые владельцы? — мне показалось или в его голосе сейчас прозвучало лёгкое смущение.

Пару секунд я помолчал, чуть пригасив бушующую внутри бурю.

— Они были моими врагами. Ресторан я забрал в качестве контрибуции.

Монгол изумлённо крякнул. Оглянулся на своих. Снова посмотрел на меня.

— То есть ты не из этих? Не из Берестневых?

Я отрицательно качнул головой.

— Нет. Перед тобой глава рода Соболевых.

Тот медленно кивнул. Громко цокнул языком.

— Табун лошадей им в глотку! Снова ушли! Хитрожопые ублюдки!

Вот теперь ярость отступила сама по себе. Сменившись интересом.

— У вас проблемы с Берестневыми?

Баяр негодующе махнул рукой. И тяжело вздохнул.

— Долгая история. Как у вас говорят, в двух словах не рассказать.

На последних двух фразах он перешёл на русский. Говоря почти без акцента. В сочетании со всем остальным, это выглядело весьма говорящим поворотом.

Девушка с чёрной косой, которая доставала ей до ягодиц, сделала пару шагов вперёд, оказавшись рядом с Баяром. Укоризненно глянула на него.

— А я говорила — неоткуда взяться настоящему Словеснику у этих крыс. Сразу было понятно, что дело нечисто.

Пожри их всех Хаос. Эта банда дикарей хотела насолить Берестневым и даже позволила умереть одному из своих соплеменников. Что мне с ними делать теперь?

Монголы, судя по всему испытывали схожее затруднение. По крайней мере, взгляды которыми те обменивались, выглядели весьма растерянными.

Харенеев тоже смотрел на них в полном ошеломлении. Все остальные вовсе старались не двигаться лишний раз. Вряд-ли кто-то из них знал монгольский — большую часть разговора они пропустили и сейчас не до конца понимали, что происходит.

Прежде чем кто-то успел начать говорить, позади снова заскрипела дверь. Оглянувшись, я увидел младшего сына князя. Того самого, который присутствовал на том собрании по замирению сторон.

Окинув нас всех взглядом, он кашлянул прочищая горло. И постаравшись придать голосу уверенности, заговорил.

— Князь Уральский требует немедленно прекратить самоуправство и нарушение законов Российской империи. Вам надлежит покинуть ресторан и прекратить смущать разумы подданных.

Не слишком удачная формулировка. И судя по лицам монголов, им она совсем не понравилась.

Силой полыхнуло одновременно с обеих сторон. Монголы выпустили боевые ауры, а у княжеского сына сработали защитные артефакты. Открытым столкновением это ещё не было, но уже совсем близко.

— Стоп! Это мой ресторан и я разберусь с ситуацией сам, — рявкнул я, встав между ними и повернув голову к младшему отпрыску князя.

Тот моргнул, смотря на меня с лёгкой растерянностью на лице.

— Но как? Они же…

Похоже юноша искренне не понимал, каким образом я предполагаю с этим разобраться. Шагнув ближе, я посмотрел ему в глаза.

— Они — гости моего ресторана, которые устроили драку и окропили мою землю кровью. Я разберусь с этим сам, — отчеканив последнюю фразу, я едва-ли не вытолкнул его за дверь.

Стоило ему исчезнуть из виду, как пылу у монголов поубавилось. Понимаю — только подвернулась возможность переключиться на конфликт с наглым аристократом, чьи слова можно счесть оскорблением, как этого самого дворянина выставили за дверь. Теперь снова придётся иметь дело со мной — человеком, у которого есть вполне реальные претензии к этим заезжим азиатам.

— Какие именно у вас претензии к Берестневым? — начать я решил издалека.

В целом ситуация здорово раздражала. Я только что обнаружил непонятное вещество, способное превращать обычных людей в Одарённых. Ещё и делая их невидимыми для всех, кто владеет силой. А тут эти кочевники.

С другой стороны — любой кризис даёт возможность. Например, шанс заполучить новых союзников.

— Родича они нашего убили на своем нефтепромысле. Официально — заблудился он и замёрз. На деле — шакалы эти зарезали, — выдав эмоциональную тираду, он оглянулся на остальных. — Отомстить мы им хотели, понятное дело. И чуть промахнулись.

Ну да. Целились в аристократов местного разлива, попали в эллинского титана. Не очень у них ловко вышло.

До того молчавший Харенеев, который всё это слушал, чуть наклонился вперёд, опираясь на трость.

— Урегулировать вопрос с трупом нам всё равно придётся. А потом обсудим, как вы нам всё компенсируете.

Взгляды монголов обратились к Одарённому и один из тех, что помоложе, недовольно нахмурился.

— Ты с чего взял, что мы вам должны что-то? Ошиблись — с кем не бывает. Или…

Договорить ему не дали. Баяру оказалось достаточно одного взгляда, чтобы его соплеменник моментально заткнулся. Сам же он устремил взгляд на знатока законов.

— Он оскорбил нас и убил одного из воинов рода Тулга. Мы прикончили его в ответ. Всё по закону, разве нет? — вопросительно приподнял он брови.

Мой юрист повернул голову. Кивнул.

— Верно. Но это всё надо оформить документально. И прояснить момент с местью — станет ли род Тулга объявлять войну… — он мельком глянул на труп убитого аристократа из местных и пожал плечами. — Роду, из которого происходил нападавший.

После короткой паузы Баяр покачал головой.

— К его родичам, у нас никаких претензий нет.

Ещё бы они были. Могу поспорить, монголы сами принялись задирать одного из посетителей, рассчитывая на скандал. И что-то подсказывает — жертвовать жизнью одного из своих, они вовсе не планировали. Это уже вышло случайно. Возможно и убивать никого не предполагалось. Тем не менее, сейчас на полу лежало два трупа. И с этим, действительно, требовалось что-то делать.

Сама Харенеев, чуть подождав, хмыкнул.

— Однако, вы угрожали мне и главе рода Соболевых. Чуть не довели дело до схватки. Заставили старого больного человека нервничать, — в голосе звучала укоризна.

Впрочем, Баяр в ответ на такое лишь рассмеялся.

— Старого и больного? Не ты ли тут фразочки совсем недавно вырисовывал, словесник? Такие, что тут едва не растворялось всё вокруг, — впился в него взглядом монгол.

— Так это другое, мой степной друг. Никак не связано с больным позвоночником, — лицо у Матвея было абсолютно серьёзное, но как-то я сомневался, что у Одарённого его ранга, вообще может что-то болеть.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. А я жалел, что война с Берестневыми уже завершена. Сейчас можно было заполучить отличных союзников. Не знаю, насколько силён был род Тулга в целом, но для моих недавних врагов, хватило бы и того отряда, что сейчас стоял перед нами. Особенно в связке со мной.

Но поздно — не стоит обнажать меч, когда все сатиры уже разбежались и попрятались в лесной чаще.

— Предлагаю для начала решить вопрос с княжеской гвардией. И после разбираться со всеми остальным, — злость и напряжение схлынули, так что я решил перевести беседу в рациональное русло.

Тем более вопрос потенциальной компенсации проблем никто из монголов заранее никто точно не продумывал. Сомневаюсь, что они предполагали подобное развитие событий, когда планировали визит в Екатеринбург.

Потому — пусть подумают. Прикинут, как именно будет проще всего с нами расплатиться. В конце концов, ситуация и правда получилась отнюдь невесёлой. Едва не дошло до кровопролития. Даже князь внимание обратил — видимо оказался возмущён тем, как на его территории орудуют чужаки.

Когда я открыл дверь ресторана, то обнаружил, что гвардейцы изготовились к бою. Не знаю, что так взбесило правителя Урала, но солдаты развернули настоящую защитную сеть, питаемую мощными накопителями. Отдельно подготовив пару ударных контуров. Далеко не факт, что это помогло бы против целого отряда сильных Одарённых, тем не менее какие-то шансы гвардейцам обеспечивало.

А вот лицо младшего княжеского сына, после того, как тот услышал, что проблема решена, отразило безмерное облегчение. Как у младшего титана, который загулял на сатирском пиру и проснувшись, с содроганием принялся проверять, кто спит рядом. Справедливо предполагая, что это может какая-нибудь фавнка. Но обнаружив прекрасную дриаду.

Необходимые бумаги подготовили и подписали, буквально за какие-то десять минут. Когда нужно — бюрократическая машина смертных работала, как отлично смазанный механизм. Жаль, случается такое слишком редко.

Тело убитого местного аристократа увезли. Имена свидетелей, которые на тот момент были в зале ресторана, страже мы передали. Те должны были сегодня же отыскать и допросить свидетелей, подтвердив факты, озвученные монголами. Личные данные работников, наблюдавших за происходящим, стража тоже получила. Когда дело дошло до демонстрации плетений, персонал разбежался. Но отыскать их будет куда как проще, чем клиентов.

Уже после, стража должна была заявиться к роду, откуда происходил убитый и ознакомив их со всеми материалами, поинтересоваться, имеют-ли те претензии к Талгу.

Формально, конфликт можно было считать исчерпанным лишь после того, как те заявят, что у них нет претензий. Но как мне казалось, с монголами они связываться они не станут. Уж точно не будут пытаться начать конфликт. Максимум — подадут потом гражданский иск в Дворянский суд, чтобы выбить какую-то материальную компенсацию. Да и то не факт.

Когда бумажный вопрос был закрыт, мы вернулись в заведение. Никто из работников не вернулся, но Варвара, утащившая за собой Наталью с Софьей, организовала кофе и бутерброды.

Как я понимал, азиаты планировали умчаться сразу после того, как утрясётся ситуация с княжеской гвардией. Но в итоге были вынуждены усесться за большой круглый стол.

Не знаю, как девы настолько быстро справились, но остальные столы были уже убраны. Да и те что оказались сломаны, они благополучно выкинули. Возможно не без помощи Харенеева.

Последний, судя по всему, собирался вернуться к обсуждению компенсации. Но Баяр переключился на эту тему сам.

— Я обдумал мысль о возмещении ущерба, — сделав короткую паузу, перевёл взгляд с Матвея на меня. — Никого из ваших людей мы не тронули и собственность не повредили. Тем не менее, тут вышла небольшая неловкость и я считаю, это и правда стоит как-то урегулировать.

Лицо с которым он окинул всех взглядом, было таким, как будто сейчас азиат заявит о передаче ключей от королевского дворца Монголии. Или кто у них там сейчас правит? Очередной хан ханов?

— У нас есть участок земли под Екатеринбургом. Десять гектар. Остатки дома там тоже имеются, но его проще снести, чем восстанавливать. Кроме сторожа на земле последние годы никого не было. Но как говорят, не стоит проверять копыта у подаренного скакуна, — говоря, вид он имел весьма довольный.

Логично — сейчас он предложил куда большую компенсацию, чем я предполагал. При этом избавившись от земли, которая им самим, скорее всего вовсе не была нужна. Иначе, там бы точно находился не один сторож.

С другой стороны — мне эта земля как раз пригодится. Не знаю, в каком там состоянии дом, но уверен — на его месте можно легко возвести другой. Особенно, если знать подходящие случаю печати.

Естественно, я согласился. Потом Харенеев, прямо на месте составил дарственный договор, по которому земля отходила роду Соболевых. А дальше мы ещё десять минут пили кофе и чай, пытаясь вести светскую беседу.

Выходило откровенно плохо — монголы сделали тут остановку по пути в Москву и делами Уральского княжества интересовались мало. Вернее, они им вовсе были незнакомы. Рассказывать о цели своего визита в имперскую столицу, они тоже не хотели.

Единственная, кто действительно оказалась вовлечена в беседу — Хулан. Правда, исключительно по причине личного характера — девушка внезапно заинтересовалась Лукой. Настолько его смутив, что юноша не знал, как ему быть. К такому откровенному вниманию женского пола, смертный явно не привык.

Прощаясь, Хулан вовсе захотела обменяться с ними контактами дарфонов. Безуспешно, само собой — аппарата у парня не было. Выход, правда нашёлся тут же — монголка обменялась контактами с Варварой. Взяв с Луки обещание, что он немедленно сообщит, когда у него самого появится дарфон.

От ресторана, около которого до сих пор оставалось несколько солдат княжеской стражи, азиаты умчались на нескольких автомобилях. Как только те удалились, рядом послышался голос Харенеева.

— Право собственности я зарегистрирую уже завтра. Сейчас не успеть — поздний вечер, — бросив взгляд в сторону Софьи, задумчиво добавил. — Удалось выяснить, кто и как похитил девушку?

Занятная постановка вопроса. Уверен, у Воронцовой будет такая же. И если на первую часть я ответить был готов, то вторая вызывала проблемы. Как объяснить аристократке из Великого Дома, что я не хочу ей рассказывать о методах похитителей? Учитывая, что они незаметно пересекли сигнальный периметр, дворянка однозначно заинтересуется. Да и преступление произошло на её земле. Веский повод, чтобы интересоваться деталями.

Обрубок, который остался от главаря банды, уже куда-то утащили. Я же глянув на законники, медленно наклонил голову.

— Удалось. Расскажу, когда вернёмся в отель.

Повернув голову к Варваре, продолжил.

— Закрывай ресторан. Свяжись с управляющим, пусть убедится, что завтра всё заработает.

В отель мы выдвинулись почти сразу. А после приезда, я действительно изложил короткую версию событий. Держать своих людей в неведении — не слишком хорошая стратегия.

Тем не менее, детали я рассказывать не стал. Тут дело было не столько в доверии, сколько в безопасности. Менталисты тут имелись — в этом я сегодня убедился на собственном примере. В мой разум у них проникнуть не выйдет. Но запросто могут пробиться к кому-то из смертных.

Единственными, кто оказался в курсе, стали Наталья и Софья. Но распространяться об этом они не стали. Остальным я собирался всё выложить после того, как обеспечу им защиту от менталистов.

Отправив всех отдыхать, я побеседовал с Лукой. Подробнее объяснив ему ситуацию и приняв полноценную присягу. По-хорошему, стоило ещё провести беседу с Софьей. Но это я решил отложить на завтра. Пока же, я переместился в свою комнату и потянулся к разуму Харпа.

Соболь, который улизнул сразу, как мы вернулись в отель, обнаружился на кухне гостиничного ресторана. Таскать оттуда еду я запретил, но зверь всё равно кружил по помещению, видимо надеясь на удачу.

Захваченные трофеи были интересны и ему самому, так что спутник моментально взлетел наверх. И тут же вывалил всё найденное в той мастерской.

На самом деле, полезного тут было не так много. Одна небольшая бутылка, наполненная мутной зеленоватой жидкостью, от которой слегка тянуло силой, кольцо с встроенным туда кусочком серого камня и немного порошка, запечатанного в колбу.

Всё остальные находки Харпа оказались куда как более банальны. Разномастные бутылки с алкоголем, металлические банки с каким-то жидким маслом и несколько автомобильных деталей.

Изначально я надеялся разобраться в источнике ингредиента. Казалось бы, что может быть проще — проанализировать порошок, который у тебя перед глазами и понять, что это такое. Но тут возникла проблема — по первому впечатлению, в этом порошке не имелось ни грамма энергии.

По структуре и запаху он вовсе напоминал древесину. Однако, деревьев с подобными свойствами я не знал. Не существовало подобных в природе. Хотя, как знать — тут же и другие расы есть. Вполне может оказаться так, что это всё принадлежит кому-то из них.

Зелье же, пусть и провоцировало вибрации силы, но не относилось к тем коктейлям, которые в моём мире готовили дриады, а здесь — смертные. Это не было очередной попыткой изготовить облегчённую версию божественной амброзии.

Соблазн попробовать его, естественно имелся. Но сложно сказать, как на эту непонятную субстанцию отреагирует моя искра. Давать его кому-то из смертных тоже не хотелось. Для полноценного анализа ситуации, потребуется буквально нашпиговать его плоть артефактами. Даже если переживёт подобный эксперимент, проблемы с головой ему обеспечены.

К тому же, такое требовало длительной подготовки. Сейчас я чувствовал себя слишком вымотанным, чтобы подобным заниматься. Да и подходящего объекта под рукой тоже не было.

Кольцо с камнем оказалось самым интересным трофеем из всех. У него был чётко отслеживаемый эффект — стоило надеть украшение на палец, как оно буквально скрывало тебя от всех иных Одарённых. Точно такой же эффект, как в случае с зельем, только никак не влияющие на способности самого человека.

Тестирование, после внимательного изучения артефакта, я проводил на Софье и Наталье. Обе были в курсе всех деталей — с ними я мог быть полностью откровенным.

Что интересно — это кольцо Харп извлёк из небольшого тайника в стене. Артефакт хранился отдельно от всего остального — возможно кто-то украл его лично для себя. Правда, почему-то так и не переместил за пределы здания.

Закончил я со всем уже ближе к ночи. Спать хотелось неимоверно — смертное тело с трудом выдерживало нагрузки. Непривычно. И не очень удобно — будь у меня настоящее тело, способное сутками функционировать без сна, всё было бы куда проще.

Тем не менее, ещё час я оставался в режиме бодрствования. Занимаясь связью с членами свиты и их энергетическими каркасами. Расширил каналы, сформировал защитные печати и прикрыл их разумы от менталистов.

Вымотался в итоге настолько, что отключился в ту же секунду, как со всем закончил.

Утро оказалось неожиданно напряжённым. Сначала меня разбудил Строгов, пробившийся через родовой артефакт связи и сообщивший, что через пятнадцать минут они вылетают в Екатеринбург транспортным самолётом. И по-хорошему их стоит встретить в аэропорту.

Идея покинуть старые родовые земли, полковнику до сих пор не нравилась. Что отчётливо чувствовалось по стилю общения. Но я буквально вытащил их из Бездны, в которую падал род. Так что офицер был готов выполнять приказы. Да и присягу тоже никто не отменял.

Не успел я подняться и отправиться в ванную комнату, как вдруг почувствовал веселье, которое буквально лилось от Харпа. А потом в дверь моей комнаты замолотила Варвара.

— Там Воронцовы. И Долгорукие. С ними ещё кто-то непонятный, — сглотнув слюну, смерила меня взглядом и растерянно-смущённо добавила: — А вы тут голый…

Вздохнув, я чуть покачал головой. Будет у меня хотя бы один спокойный день, чтобы просто заняться своими делами. Загадок вокруг и так полно, а тут ещё смертные каждый день лезут под руку.

— Пусть подождут. Через три минуты буду, — озвучил я ответ.

Захлопнув дверь, я потянулся к Харпу, пытаясь понять причину его веселья. И пошёл одеваться.

Делегацию Великих Домов я встретил в холле верхнего этажа. Было тут что-то вроде гостиной, где могли провести время постояльцы. И туда же выходила лестница.

Судя по эмоциям, которыми шибало от явившихся аристократов, сюда они все-таки пришли по отдельности. Видеть друг друга те были вовсе не рады. Насколько я понимал, именно в этом и заключалась причина веселья Харпа. По крайней мере, я на это надеялся.

Первой наверх поднялась Алла Воронцова. Взбудораженная, с покрасневшими щеками и раздражённым видом.

— Позвольте, Алексей. Попасть к вам сложнее, чем к Его Величеству, — на миг остановившись, выдохнула, дожидаясь пока её догонит свита. — У меня к вам разговор по поводу нападения. Неизвестный проник ко мне домой и я хотела бы знать, кто в этом виновен.

— А я бы хотел обсудить вопрос инвестиций. У нас есть большой интерес к вашим объектам, — невозмутимо заявил Евгений Долгорукий.

Вздохнув я перевёл взгляд на трёх дворян в мундирах с гербом в виде головы лисы. Эти выглядели отнюдь не так уверенно. Да и на представителей Великих Домов косились с изрядной опаской.

Мужчина лет сорока, который возглавлял эту небольшую группу, шагнув вперёд сразу после того, как договорил Долгорукий. Остановившись в метре от меня, протянул папку.

— Со всем уважением к вашей персоне и роду, мы хотели бы вручить эти бумаги, — голос звучал уверенно, но вот эмоциональный фон у смертного был совсем иным.

Оба высокородных аристократа уставились на неизвестного с таким выражение лиц, что стало понятно — никакого отношения к этой троице они не имеют. Я же, открыв папку, удивлённо приподнял брови. Неожиданный поворот событий.

— Что там? — послышался голос Воронцовой. — Мы можем как-то помочь?

— Долгорукие тоже не против помочь своим недавним партнёрам, — вторил Евгений.

Что с ними такое-то? Буквально вчера оба пусть и выглядели заинтересованными, но не хотели сильно рисковать. Предпочтя обозначить свой интерес и оставить меня в раздумьях. А сейчас выглядели, как горные тролли, учуявшие запах свежего пива. Те его обожали, но сами варить не умели. Из-за чего смертные порой использовали напиток в качестве отвлекающего манёвра.

Мужчина, который судя по бумагам, относился к роду Лисицыных, постарался удержать на лице прежнее выражение. Но такая реакция со стороны сразу двух Великих Домов его явно шокировала.

— Предложение урегулировать спор в досудебном порядке, — глянул я на Воронцову с Долгоруким. — Хотят отобрать у меня вчерашний подарок Талгу.

Смотрящий на меня смертный поспешно качнул головой.

— Вовсе нет, Ваше Благородие. Не отобрать, а всего лишь вернуть своё. И мы предлагаем компенсацию, — он уставился на меня с таким видом, как будто я его только что смертельно оскорбил.

Гляди-ка — даже по титулу обратился. Странно, что он вообще не развернулся, чтобы уйти, когда услышал Воронцовых с Долгорукими. Вон, самого едва ли не трясёт. Ан нет — стоит на месте, пялится на меня.

— Компенсацию в размере трёх тысяч рублей? За участок земли с домом? — не выдержав, я иронично приподнял брови.

— Там только развалины и пустая земля, — тяжело выдохнул мой собеседник. — Это всего лишь предложение об урегулировании.

Кивнув, я опустил взгляд в бумаги.

— А если я на него не соглашусь, вы обратитесь в суд, — с усмешкой добавил я. — Может просто вызвать кого-то из вас на дуэль? Кто у вас сейчас глава рода?

Один из мужчин, что стояли за спиной смертного, злобно на меня глянул. А вот сам их лидер, несколько секунд помолчал.

— Яна Васильевна. Не думаю, что её будет вместно вызывать на дуэль, Ваше Благородие.

Пожав плечами, я захлопнул папку. Задумчиво посмотрел на него.

— Ответ нужен прямо сейчас? Если да, то ничего кроме объявления войны я предложить не могу. Возможно ваша Яна немного остынет, когда я развешаю на деревьях её выпотрошенных внуков, — от смертного повеяло мощной волной страха. — Если же с ответом можно подождать, то мой советник составит отказ в более мягких выражениях.

Если честно, не представляю на что именно рассчитывала эта делегация. Потребовать землю назад они хотели по тому праву, что когда-то сами ей владели. Потом она отошла одному из местных родов и те передали её Талгу. А те, в свою очередь Соболевым. Теперь же, монголы передарили её нам. И Лисицыны решили попытаться вернуть собственность рода. Опираясь при этом на какой-то закон, принятый едва ли не пять веков назад. Могу поспорить — какая-то давно не используемая никем архаика.

Мой формат ответа, никому из этой троицы не понравился. Но если двое впали в состояние близкое к панике, то вот третий был зол. А я впечатлился скоростью, с которой те получили информацию. Харенеев ещё не вернулся из логова бюрократов, где должен был оформить документы. Тогда как Лисицыны уже прислали свою делегацию.

Забавно, кстати выходило. Лиса на гербе и полное созвучие с фамилией. Взлетевший на моё плечо Харп, тоже счёл совпадение интересным фактом. Что не помешало ему засыпать меня мыслеобразами, в которых соболь убивал всех трёх дворян. Ждать официального объявления войны, зверю казалось нелогичным. Мол, почему бы не убить этих прямо сейчас, а потом вырезать всех остальных?

К счастью, мои рациональные доводы он услышал — кидаться на аристократов не стал. Даже ни одного комментария не отпустил. Лишь проводил раскланивающихся дворян гневным взглядом.

Когда те ушли, поочерёдно взглянул на Евгений Долгорукого и Аллу Воронцову, каждый из которых прихватил с собой по одному младшему члену рода.

— Предлагаю поговорить всем разом. Возьмите с собой внуков и побеседуем, — предложил я оптимальный вариант решения проблемы.

Не знаю, какой сатир укусил их в пятку, но заинтересованность смертных была очевидна. Отказать сейчас обоим — означает обиду сразу двух Великих Домов. Выбирать кого-то одного я не желал. Да и в целом — пока не был уверен, в каком именно формате хочу с ними договариваться.

Представители аристократической элиты погрузились в раздумья. А я пока повернул голову к Варваре.

— На всякий случай проверь безопасность отеля. И обеспечь транспорт для Строгова. Он ведь уже сообщил время прибытия? — вопросительно глянул я на деву.

Та молча кивнула. Присутствие высокородных гостей её до сих пор смущало. Пожалуй, стоит поработать с будущими членами моей свиты. Они служат эллинскому титану и не должны ощущать себя ниже, чем обычные смертные, пусть и из знатных семей.

Луку Варвара прихватила с собой. А Коршунову я отправил в одну из гостиных нашего номера, под присмотром Софьи.

Сам же, вместе с Воронцовыми и Долгорукими расположился в большой гостиной, изолировав её от другой части пентхауса печатями. Усевшись во главе длинного стола, окинул взглядом дворян. Те выглядели изрядно смущёнными — сюда они явились, рассчитывая на индивидуальные переговоры. Предполагая продавить меня на выгодные для себя условия.

Теперь они сидели друг напротив друга. Алла и Анастасия Воронцова с одной стороны. Евгений и Георгий. Занятное противостояние, если посмотреть под определённым углом. Две женщины и двое мужчин. У Диониса наверняка нашёлся бы комментарий.

— Что изменилось? Вчера вы не проявляли такого упорства. А сегодня ворвались в мой отель, — прежде чем откровенно с ними побеседовать, я хотел услышать честный ответ от них самих.

Те обменялись взглядами, которые разом стали куда более задумчивыми и тяжелыми. Я бы даже сказал — хмурыми. К счастью, у обоих старших хватило разума, чтобы не попытаться давить статусом. Хотя их младшие родственники, судя по эмоциям, были совсем не против взбрыкнуть.

— Вы уверены, что подобные вещи стоит обсуждать в подобном формате, — вопросительно посмотрела на меня Алла.

— Думаю, нам лучше обсудить вопросы более практического свойства, — сразу же добавил Евгений.

Какие же они забавные. Усмехнувшись, я покачал головой.

— Вы хотите получать артефакты из Лабиринтов. Изучать их, экспериментировать с плетениями и получить преимущество над иными родами. Но ещё вчера вели себя так, как будто у вас есть альтернативы. Что случилось за эту ночь? — положив руки на стол, я воззрился на них, ожидая реакции.

Старшие аристократы снова переглянулись. Первой заговорила Алла. Осторожно и медленно.

— Скажем так, человек на которого мы рассчитывали, с этого утра оказался недоступен, — эмоции смертной просачивались в окружающее пространство, буквально по крупицам.

Тем не менее, я чувствовал, что говорить ей про это совсем не хочется. Женщина прикладывала серьёзные усилия, чтобы озвучить подобные фразы.

— На мой взгляд, этого вполне достаточно, — после недолгой паузы добавил Долгорукий.

Безусловно, я мог бы надавить и добиться имени. Но смертные не лгали. По крайней мере те оттенки эмоций, которые я чувствовал, говорили, что те говорят правду.

Впрочем, ещё один момент я всё же решил уточнить.

— Он погиб? Один из Надзирающих? — задав вопрос, я откинулся на спину стула.

В этот раз они молчала куда дольше. Как минимум около минуты. Угрюмо посматривая друг на друга и молча. Наконец Евгений Долгорукий недовольно пробурчал.

— Из орденских, да. И можно сказать, что погиб. Мы не зря предупреждаем — говорить о таком опасно, Алексей — переплетя пальцы, он впился в меня взглядом.

Чуть подумав, я утвердительно наклонил голову. И перешёл к следующему моменту.

— Чего именно вы от меня ждёте? И что готовы предложить сами? — вот теперь на их лицах появилось изрядно оживление.

— А чего вы хотите? — немедленно уточнила Воронцова.

— Как много артефактов, вы сможете вытащить из Лабиринта? — зашёл с другой стороны Долгорукий.

Всё, как всегда. Смертные редко говорят что-то в открытую. Даже если это самое простое решение.

От Харпа снова прошла волна веселья. Соболь всё это время тихо сидел на моём плече, казалось не обращая никакого внимания на проходящие переговоры. Нетипичное поведение, которое меня в какой-то мере смущало.

При этом, никаких видимых проблем он вроде бы не создал. А на мои ментальные вопросы, отвечать наотрез отказывался.

— Хорошо. Давайте попробуем иначе. Я действительно могу выносить артефакты из Лабиринтов. Всё, что мне требуется — свободный доступ и возможность оказаться там только со своими людьми, — почувствовав настоящий вал интереса, я улыбнулся. — Вопрос лишь в том, что можете предложить мне вы?

На этом моменте, Анастасия всё-таки не выдержала.

— Ты разговариваешь с дворянами из двух Великих Домов. Как сам думаешь, что они могут тебе дать? Может у тебя и есть уникальная особенность, но почему ты решил, что можешь разговаривать в таком тоне? Соболевы — всего лишь небольшой род, которому повезло, — тембр голоса у неё был сдержанным, но для того, чтобы почувствовать в нём негодование, не нужно было прислушиваться.

Старшие родственники с обеих сторон посмотрели на неё с осуждением. Хотя на самом деле оба были довольны. Возможно именно для этого каждый и взял внука. Чтобы тот мог озвучивать вещи, которые хочется донести до собеседника, но при этом невозможно высказать самому. Потому как в устах пожилого и облечённого властью аристократа, они произведут совсем иное впечатления.

Я повернул голову, с улыбкой смотря на девицу.

— А ты сама, как думаешь, чем мне могут помочь два Великих Дома? Деньгами? Они мне не нужны. Военную поддержку? Так мы пока не воюем, а если придётся — я выстелю землю трупами врагов. Политически? Сейчас это ни к чему. Чем вы можете быть полезны?

В этот раз на меня изумлённо уставились все четверо. Спустя пару секунд осторожно заговорил Евгений Долгорукий:

— Вынужден поинтересоваться, чего вы тогда хотите? Собственности? Земель? — в голосе мужчины звучало недоумение.

Понимаю. Они наверняка предполагали, что речь пойдёт о Каргановых. А услышав о претензиях со стороны Лисицыных, вовсе пришли в восторг. Скорее всего рассчитывая, что мне потребуется помощь и с ними.

Сам я размышлял о формате возможного соглашения с того самого момента, как мы с ними пересеклись. Банальные варианты вроде денег, сразу отступили на второй план. Заключить договор — в целом неплохая идея. Но даже если они подтвердят клятву силой, а я максимально детально проработаю формулировки, это всё равно поможет мало.

Одно дело — обеспечить личную верность смертного и ограничить его возможности к предательству тебя самого в качестве главы рода. Совсем другое — гарантировать лояльность чужого рода. Существует масса вариантов дать тонкий намёк, который с готовностью выполнит кто-то из подчинённых. А брать присягу у каждого из членов фамилии — вариант, на который не согласится ни один из аристократов. По сути это будет означать полную потерю власти. Даже самые слабые из вассалов не прогибаются настолько сурово.

Поэтому, вариант должен быть другим. И сейчас, я кажется понимал, каким именно.

— Воронцовы строят железную дорогу и сейчас находятся в поиске дополнительных инвестиций. Правильно я понимаю, — посмотрел я на Аллу.

Женщина изумлённо моргнула. Потом расплылась в улыбке.

— Железную дорогу? Строим. Вы хотите предложить инвестиции, Алексей? — в голосе чувствовалась откровенная ирония.

Предсказуемо. С её точки зрения, глава слабого рода, от которого остались жалкие ошмётки, пытался влезть в масштабный проект. Железную дорогу, которая должна была протянуться от Казани до Владивостока. Старые рельсы, по которым туда можно было добраться, уже существовали. Но разные участки принадлежали разным собственникам. Из-за чего возникали проблемы — каждая транспортная компания была вынуждена подписывать договор с десятками разных фирм.

Учитывая, что каждой из них владело то или иное дворянское семейство, перевозка грузов порой превращалась в запредельно сложную задачу. Каждый из аристократов стремился оставить за собой право на запрет транспортировки по своей ветке, если на то есть основания. Само собой, если речь шла о роде, с которым у них не самые лучшие отношения, резоны для отказа всегда находились.

Дорога Воронцовых должна была ситуацию исправить. Плюс, они планировали проложить новые рельсы. Скорость движения поездов из-за этого тоже должна была вырасти.

— Инвестиции предложат Долгорукие. Устав компании мы тоже немного скорректируем. Уверен, Матвей Порфирьевич найдёт решение. Так, чтобы стратегические решения нельзя было принять без учёта мнений одного из собственников, — по мере того, как я говорил, лицо аристократки постепенно менялось.

Когда я закончил, она даже слов сразу не нашла. Слишком уж неожиданным для неё оказалось предложение. Потому, я воспользовался ситуацией и сразу продолжил.

— Артефакты из Лабиринтов. В солидном количестве. Добычу мы станем делить на три части — поровну между всеми тремя родами. Думаю, вы прекрасно понимаете перспективы. Если вы считаете, что участие в капитале железной дороги этого не стоит, боюсь нам не о чем говорить, — я спокойно улыбнулся. — Вы же не рассчитывали отделаться сотней гектар земли или десятком зданий?

Воронцова выдохнула через стиснутые зубы. Мрачно посмотрела на Евгения. Снова глянула на меня.

— Это проект имперского масштаба. Вы окажетесь на виду у всех. Нам станут задавать вопросы. Как на них ответить? — в голосе звенело возмущение и даже злость, но проявлять их в открытую она не стала.

Я же с безмятежным видом пожал плечами.

— Так давайте вместе придумаем, как на них ответить. Есть разные варианты. У Соболевых есть свободные женщины и мужчины. Уверен — у вас тоже. Искренняя любовь, страсть и эмоции. Небольшой подарок на свадьбу. Мне не обязательно получить тридцать процентов акций. Хватит и десяти, если к ним добавится одна блокирующая, — озвучил я свою версию.

Пожилая женщина выглядела так, как будто готова спалить меня на месте. Одновременно с этим я чувствовал опасение — дворянка не предполагала, что всё развернётся именно так. Могу поспорить — сейчас гадала, откуда вообще у меня появились такие мысли.

Хотя тут всё было просто — пусть я не настолько тонко разбирался в юридических вопросах, но знал, что в устав можно вписать целый род. Пока жив кто-то из Соболевых, они смогут заблокировать любое решение по железной дороге. Ещё лучше — сделать так, чтобы без их присутствия будет невозможно вести текущую деятельность.

Да, всё это можно было обойти. Но если клятва будет подтверждена силой, это будет немного сложнее. К тому же такой конфликт привлечёт внимание. Не говоря уже о том, что я могу оформить своего рода завещание. По которому, при моей гибели или долгом отсутствии, акции железной дороги отойдут кому-то из врагов двух Великих Домов. Рисковать крупным инфраструктурным проектом — не самая лучшая идея.

— Почему именно железная дорога? — очнулся от ступора старший Долгорукий.

Только я собирался озвучить те же самые резоны, которые только что обдумывал, как почувствовал за дверью гостиной Варвару. В следующую секунду дева постучала. А потом заглянула, смущённо смотря на меня.

— Мои извинения, господин. У нас небольшая проблема… — она на момент замолчала. — Внизу сейчас отмечают девичий день. И… Подруги уже полчаса, как не могут найти невесту. Им оставили требование выкупа. Сначала те решили, что это шутка, но сейчас уже не уверены.

Я пытался подобрать слова. А до того сидящий на моём плече Харп снова плеснул весельем и замерцав, устремился на пол.

Мой мыслеобраз догнал Харпа, когда тот уже был в коридоре. Всё-таки соболь, который способен проходить через стены и солидно ускоряться в бесплотном состоянии, это очень быстрый зверь. Особенно, если в его каркасе немало божественной мощи.

Вот на моё требование объясниться, он сначала отреагировал непонимающе. Прислав мне мыслеобраз с подслушанной беседой нескольких пьяных девиц, где те рассуждают, как было бы весело украсть сейчас невесту. В том ключе, что завтра этим точно займутся какие-то родственники жениха, так почему бы не подготовиться? А заодно развлечься.

Так. Он что, засунул невесту в пространственное хранилище? Представляю, что испытала смертная, вдруг оказавшись в абсолютно непонятном месте. Особенно, если вспомнить, что там может оказаться всё, что угодно.

Взгляды представителей обоих Домов выражали полнейшее недоумение. Вмешательством в переговоры они были явно раздосадованы. Но и ситуация с похищением невесты их заинтересовала.

— Как-то часто рядом с вами пропадают людей, — задумчиво протянула Алла Воронцова.

Старший Долгорукий тут же прищурился. Ну да. Теории заговора. Ещё одно любимое занятие смертных. При наличии желания, они способны придумать безумную схему для любой, даже казалось бы, полностью очевидной ситуации.

Хотя стоит признать — текущая к таким не относилась. Не каждый день встречаешь соболя, который способен засовывать людей в личный участок свёрнутого пространства и при этом обладает склонностью к похищению женщин. Это уже какой раз? Третий? Пахнет стабильной схемой поведения.

— Боюсь это абсолютно разные ситуации, — отметил я то, что и так было очевидно. — Тем не менее, мне нужно с этим разобраться. Прошу извинить и немного подождать.

Эмоции дворян сейчас были совсем разноплановыми. С другой стороны — зато они смогут обдумать моё предложение. И принять его. Потому как иного выбора я им оставлять всё равно не собирался. А судя по тому, с какой поспешностью аристократы примчалась в мой отель, уровень заинтересованности в артефактах из Лабиринтов, у них зашкаливал. Уходить отсюда без добычи они не собирались. Особенно учитывая, что сейчас передо мной были представители сразу двух Великих Домов.

Если отбросить моменты с масштабом проекта и размахом моих требований, был ещё один нюанс — необходимость объединения усилий двух конкурирующих родов. Насколько я понимал, непримиримыми врагами эти фамилии не являлись. Да и Георгий с Аллой смотрели друг на друга без жажды крови в глазах.

Тем не менее это не отменяло простого факта — предложенный мной формат решения, требовал одобрения главы каждого из Домов. С иными старшими родичами вопрос обсудить тоже придётся. Как минимум объяснить мотивацию. С какой стороны не посмотри, речь фактически шла о тесном союзе с другими родом. Железная дорога, что тянется через половину империи — не тот проект, из которого можно легко выйти.

Впрочем, прямо сейчас имелась другая проблема, с которой требовалось разобраться. Зайдя в комнату, которая видимо задумывалась в качестве чего-то среднего между столовой и гостиной, я опустил взгляд на скользнувшего внутрь Харпа. Тот пока ещё не понимал в чём именно проблема. Тем не менее согласился вернуть похищенную невесту обратно.

Изначально соболь вовсе хотел быстро домчать до первого этажа, где располагался ресторан и освободить девицу там. К счастью остановившись после моего ментального окрика.

Следом за мной в помещение вошла Варвара, которая сразу же заперла дверь. В следующую секунду послышался лёгкий хлопок — Харп выпустил похищенную деву. А я понял, что так веселило соболя и почему тот не переживал из-за состояние невесты.

В первые несколько мгновений она даже не поняла, что происходит. Пока в какой-то момент не подняла веки. Изумлённо моргнув, повела вокруг взглядом. Потом взвизгнула и схватив одну из меховых шкур, которые вывалились из пространственного хранилища вместе с ней, попыталась в неё закутаться.

Рядом судорожно выдохнула Варвара, чей взгляд был устремлён на девицу. Я же снова повернул голову к Харпу. Меха — это не проблема. Но вот давать ей в руки эльфийский дилдо, который я вынес из Лабиринта — слишком рискованно.

Зверь досадливо пискнул и дилдо, который выпал из руки девы ещё на одну меховую шкуру, исчез из виду. А воздух огласил голос обнажённой невесты, которая пыталась без особого успеха себя прикрыть.

— Где я? Что вообще происходит? Как я тут оказалась? — несмотря на ситуацию и её вид, она пыталась придать себе уверенный вид.

Варвара уже справилась с удивлением — слева от меня зазвучал голос смертной.

— Произошло небольшое недоразумение. Мы собирались сделать сюрприз на ваш девичий вечер, но всё вышло из под контроля, — стоит признать, не самая плохая версия. Как минимум, работоспособная.

Голая девица уселась на полу и сделала стратегический выбор, обмотав бёдра шкурой. Прикрыв грудь рукой, уставилась на меня.

— Сюрприз? Ну… Мне всё понравилось. Правда я не совсем поняла, как вы это провернули, — сместив взгляд на меня, она облизнула губы.

Внезапно. Судя по времени, которое она провела в пространственном хранилище, смертная успела далеко не один раз доставить себе удовольствие. Тем не менее глаза девицы всё ещё светились откровенной похотью. Надо бы более детально присмотреться к тем плетениям, которые использовались в эльфийском артефакте. Оценив не общий подход, а именно их.

На пол упал крохотный и скомканный кусок ткани — я с трудом понял, что это платье девицы, которая явилась, чтобы провести время с подругами. Странный наряд для той, которая завтра собирается вступить в брак. Хотя, смертные не всегда отличались логикой. Да и живут они недолго, чего уж тут. Откуда взяться выдержке и способности нормально мыслить, когда над тобой постоянно занесён боевой топор, что в любой момент способен отсечь твою голову.

Одарённой эта девица не была. Обычная смертная. Из артефактов — только слабенький родовой перстень. Проблем доставить не должна. К тому же, никто не заставлял её засовывать в себя найденное изделие из слоновой кости. То была исключительно её личная инициатива.

Потому я оставил Варвару разбираться со смертной. А сам вернулся к аристократам. Своим появлением прервав их обмен мнениями — судя по тому, что успели уловить уши, представители Великих Домов обсуждали варианты взаимных гарантий если оба рода займутся железной дорогой.

Меня же встретили с куда большим оптимизмом, чем совсем недавно.

— Мы немного погрузились в ситуацию и у нас возник к вам встречный вопрос, — улыбнулась Алла Воронцова. — Сколько артефактов вы можете извлечь из Лабиринта за один раз?

— И с какой частотой это может происходить? — сразу же подключился к процессу старший Долгорукий.

Заняв своё место во главе стола, я улыбнулся. Раз речь пошла о таких вещах, значит смертные уже согласны. И теперь хотят лишь выжать полный максимум из сложившейся ситуации.

— Сколько вы бы хотели? И с какой частотой в Лабиринтах попадаются интересные вещи? — обведя их взглядом, я тоже сделал свой ход.

Именно этот момент я хотел прояснить перед тем, как начинать переговоры с Великими Домами. Да и в целом, с кем бы то ни было. Прежде чем выставлять какие-то условия, нужно понимать, что можешь предложить противоположной стороне.

Но для этого требовалось время. И какое-то количество рейдов в те самые Лабиринты. Как ни крути, без этого не обойтись — нужно посмотреть на всё своими глазами. Ещё было бы весьма неплохо заполучить одного из Охотников. Они тоже должны немало знать о происходящем в Лабиринтах.

План был хорош. И относительно надёжен. Правда благополучно провалился после появления аристократов. Теперь приходилось играть тем, что оказалось на доске.

— Лабиринты бывают разными. Но что-то интересное находится почти во всех, — осторожно проговорил Евгений Долгорукий.

— Нужно понимать, что есть и приоритетные. Те, артефакты из которых мы хотели бы получить в первую очередь. Тем не менее, подойдёт всё, что вы сможете достать, — добавил Алла Воронцова.

— Здесь вообще безопасно обсуждать такие вещи? — всё же не выдежал Георгий.

Юноша не был искусным Одарённым. Безусловно, умел он немало, но до своего деда, юному смертному, понятное дело было далеко. Так что оценить эффективность печатей, которые прикрывали эту гостиную, оценить он в полной мере был неспособен. В отличие от обоих старших аристократов, которые вовсе не были обеспокоены потенциальной прослушкой.

Да, оба запустили личные артефакты, мешающие подслушать их слова. Но это было сделано скорее для проформы и душевного спокойствия, чем из-за реальной необходимости.

— К стенам присмотрись. Чем вас в этих академиях только учат, — недовольно поворчал его дед.

На лице Анастасии Воронцовой появилась лёгкая улыбка, а вот молодой смертный недовольно нахмурился. Выволочка в присутствии девицы ему точно пришлась не по душе.

— Вернёмся к объёмам. Как часто вы сможете извлекать артефакты из Лабиринтов? — старшая Воронцова предпочла продолжить обсуждение параметров сделки.

Сместив на неё взгляд, я пожал плечами. Открыто ни один из высокородных на мой вопрос по поводу необходимого количества этих самых артефактов не ответил. Но обрывки эмоций во время нашего разговора, я неплохо уловил. Они и сами по себе давали немало информации.

— Два-три раза в месяц. Что до количества — зависит от того, сколько именно я их отыщу внутри, — усмехнулся я. — Как вы хотите их изучать? Совместно или по отдельности?

Смертные обменялись взглядами. Какое-то время подумали. Снова повернули голову ко мне.

— Думаю, будет намного удобнее, если мы займёмся всем в режиме автономии. Так будет проще, — озвучил Евгений Долгорукий.

— Поддерживаю, — кивнула Алла.

Ожидаемо. Сложно было предположить, что аристократы внезапно решат сотрудничать в настолько деликатном направлении. Они и так сделали серьёзный шаг — по сути сформировали коалицию, которая попирала все установленные правила. Ещё и планируя заявить об этом на всю империю — операции вокруг строящейся железной дороги точно не останутся незамеченными.

— Как скажете — дело ваше. Хочу сразу напомнить — треть артефактов я буду забирать себе. Постараюсь оценивать объективно, но как вы сами понимаете, не всегда сразу понятно, с чем именно столкнулся в Лабиринте, — изложил я им подводку к следующему своему вопросу.

Судя по взглядам, которыми обменялись аристократы, те прекрасно поняли к чему я веду. Либо подумали о том же самом.

— Возможно мы сможем подобрать консультантов, — без особой уверенности предложил Евгений Долгорукий.

Я слегка наклонил голову.

— Звучит, как неплохой вариант. А кем будут эти консультанты? Эльфами? Орками? Что именно мы видим в Лабиринтах? — поинтересовался я, смотря ему в глаза.

Откинувшись на спинку роскошного стула, аристократ посмотрел на меня с выражением некоторого недовольства.

— Мы собрались, чтобы обсудить вопрос охоты на артефакты. В итоге вы легко и непринуждённо вынудили нас объединиться для строительства железной дороги. И сами влезли в её капитал, — на секунду замолчав, он покачал головой. — А теперь вы хотите обсудить вещи, о которых в приличном обществе не говорят.

Занятно. Ему ведь страшно. Несмотря на все принятые меры безопасности, дворянину неуютно. Он даже присутствия Воронцовых опасается. Может быть и собственного внука. Сложно сказать.

Странно. Я предполагал, что артефакты из Лабиринтов и новые расы, что появились в этом мире — две прочно связанные вещи. Приблизительно одного и того же уровня опасности с точки зрения их обсуждения. Но похоже в реальности дела обстояли иначе. Что было несколько неожиданно.

— На самом деле, тут нет никакого глобального секрета, если вести речь о тех, кто вхож в определённые круги. Но вот разговоров на эту тему лучше всего избегать, — вклинилась в разговор Алла Воронцова.

Чего они все так боятся? Вернее, кого? И почему? Логика смертных мне пока была непонятна.

С другой стороны, оба были старыми аристократами. С солидным жизненным опытом и пониманием окружающей реальности. Раз оба испытывали настолько мощные негативные эмоции при обсуждении этой темы, значит и правда имелась какой-то подводный камень, невидимый на первый взгляд.

— Почему? Вы спокойно говорили про артефакты из тех же самых Лабиринтов. А теперь ведёте себя так, как будто я предлагал отрубить голову императору, — всё же предпринял я ещё одну попытку.

На лице старшего Долгорукого появилось выражение лёгкого раздражения. А вот Воронцова с улыбкой постучала пальцами по столу.

— Переброситься парой шуток про императорский череп я не против. Но тот вопрос, который вы хотите обсудить, лучше не трогать, — задумчиво заявила она.

Вот тут я наконец понял. Клятва, подтверждённая силой. Обещание никогда не обсуждать данную конкретную тему. Именно из-за этого оба аристократа настолько упорно уклонялись от всех вопросов. А младшие члены обеих родов вовсе сидели с таким видом, как будто боятся сказать хотя бы слово.

Ладно. Пусть так — попробую прояснить этот момент самостоятельно.

— Хорошо. Совсем скоро здесь будет Харенеев. Имеет смысл обсудить с ним детали нашего соглашения по поводу железной дороги, — я дал понять, что уловил намёки. Надо сказать, достаточно откровенные — пожалуй смертное тело влияло ещё и на мои интеллектуальные способности.

Матвей уже был на этаже — буквально только что поднялся по лестнице. Так что юрист сходу приступил к делу. Пусть и слегка удивлённый масштабом стоящей перед ним задачи, но споро взявшийся за её реализацию.

Понятное дело составить максимально подробный документ сейчас было невозможно. Даже базовое соглашение будет колоссальным по своему объёму. Не говоря о многочисленных дополнительных бумагах, которые придётся подписать одновременно с ним.

Тем не менее основные рамки этого самого трёхстороннего соглашения, обсудить получилось прямо сейчас. Долгорукие инвестировали свои деньги в строительство железной дороги и инфраструктуры, получая взамен тридцать пять процентов акций компании. Мне доставалось всего три процента. Но при этом каждый из нас получал по одной «акции согласия».

Если честно — сам не знаю, откуда у меня взялась идея с блокирующей акцией. В местных книгах я о таком не читал, да и в Элладе никаких акционерных обществ, понятное дело не было. Тем не менее, у меня было стойкое чувство, что это всем понятный термин. Который мне прекрасно известен.

Реальный концепт, который использовался в этом мире, оказался иным. Акции согласия. Всего их было три — по одному на каждый род. Если речь шла о принятии ключевых решений, требовалось, чтобы проголосовали держатели всех трёх.

Впрочем, пункт о том, что при необходимости, обладатель любой акции может инициировать процедуру смещения главы компании, мы тоже добавили. Как и ещё целый набор условий, которые делали крайне сложным быструю расправу над одним из участников сделки.

В данном случае, это требовалось не только мне. Воронцовы и Долгорукие тоже хотели гарантий своей безопасности. Никому из них не нравилась идея сидеть на пороховой бочке и постоянно озираться вокруг в поисках поджигателя. Потому они пытались свести вероятность подобного к минимуму.

Когда аристократы наконец покинули отель, полковник Строгов и остатки рода выгрузились в Екатеринбурге. А пленники Коршуновых и Берестневых оказались на свободе. Все, за исключением Натальи Коршуновой. О ней речь не шла. Не знаю, за кого именно меня принял её отец, но тот явно рассчитывали установить связь, используя в качестве инструмента собственную дочь.

Проводив представителей Великих Домов, я собирался позавтракать. Но стоило мне добраться до телефона в гостиной, как за спиной послышался негромкий голос Матвея Харенеева.

— Постоянно хочу спросить, но всё никак не могу. Каждый раз забываю, — он иронично цокнул языком. — Кто вы такой, господин Соболев?

Развернувшись, я посмотрел в глаза седого смертного, на лице которого играла лёгкая улыбка. Потянувшись к Харпу, который носился по кварталу, попросил его проследить за удаляющимися делегациями Воронцовых и Долгоруких. Потом тоже растянул губы в улыбке.

— Кронос. Эллинский титан, когда-то заточённый в Тартаре. А что до вас, господин Харанеев? Ни разу не видел, чтобы кто-то использовал подобные техники, — судя по тем каплям эмоционального фона, что просачивались наружу, удивлён мужчина сейчас не был.

— Интересно. Таких клиентов у меня ещё не было — это будет забавно. Тем более, выбора у меня всё равно нет, — печально усмехнулся он. — Никому не нужен старый словесник.

По телефону я всё-таки позвонил. Попросив поднять сюда еду. А потом у нас с Матвеем состоялась интересная беседа. Прояснившая сразу целую массу моментов.

В нём действительно текла кровь кхаров. Подгорного народа, который жил здесь, наряду с эльфами и орками. Как правило, все эти народы размещались максимально компактно. Контакты с людьми были строго ограничены. Не говоря уже об интимных связях и деторождении.

Но на моей памяти ни у кого не получалось ограничить смертных в плане любовных утех. Скорее наоборот — запретный плод раззадоривал. Заставляя желать его ещё больше. Вот и кто-то из предков Харенеева по женской линии вступил в связь с кхаром. А потом ещё и ввела его в род.

Это надолго сделало их изгоями. Но одновременно с этим стало причиной появления у самого Матвея неожиданного Дара. Возможности управлять силой при помощи тех самых словесных техник, которые я в его исполнении видел.

Что интересно — помимо него, подобных в мире насчитывалось не больше пары десятков. По крайней мере среди тех, кто жил за пределами мест компактного проживания кхаров. Вполне могло оказаться так, что там на такие фокусы окажется способен каждый третий. Как знать.

Сам он выбрал карьеру юриста, не слишком желая превращаться в живое оружие. Но молодой законник был из рода, который заклеймили за связь с кхарами. И стал очевидной мишенью для всех аристократов, желавших самоутвердиться. Юность Матвея Порфирьевича оказалась наполнена дуэлями и смертями.

В итоге, он понял, что единственная возможность спокойно жить и работать дальше — стать настолько сильным, чтобы с ним банально опасались связываться. Приложив массу усилий, чтобы продвинуться в этом направлении.

Отчасти, у него получилось. По крайней мере на мой взгляд. Но дальше грянула война. Вернее резня. Неожиданная и беспощадная, в которой был уничтожен весь их род.

Кроме самого Матвея. Убить его под покровом ночи не смогли. А дальше он использовал технику, которая должна была принести в мир серьёзные разрушения сразу после его гибели. В детали Харенеев не вдавался, но говорил полностью серьёзно.

Как итог — с ним заключили соглашение. Взяв подтверждённую силой клятву о том, что юрист станет использовать свою силу только в интересах своих клиентов, либо если его жизни будет угрожать смертельная опасность.

Подвох в формулировках был виден и самому тупому рыбаку Эллады, но выбора у Одарённого не было.

Так он и оказался в том заведении. Своего рода пансионе, куда по схожей схеме засовывали старых Одарённых, которых почему-то не могли просто убить. Клятвы они давали в чём-то разные. Но основа у всех была одной — для того, чтобы использовать силу, требовалось соблюсти одно из особых условий. Которые никак не могли проявиться в обстановке замкнутого пансиона для стариков.

Если верить Матвею, там было немало самых разных Одарённых. Вплоть до бывших глав некоторых родов, которых сместили собственные дети. И не став убивать, засунули в место вроде такого.

Мою историю он тоже выслушал. Засыпав вопросами как о моём мире, так и воспоминаниях из второго. Факт того, что я побывал где-то ещё, мужчину похоже впечатлил куда больше, чем сама концепция множества миров.

Паутина, в которой я застрял на неопределённый промежуток времени, тоже вызвала у него большой интерес. В основном из-за колец Надзирающих, пропитанных паучьей силой. И связи с паутиной Лабиринтов.

Я рассчитывал, что помимо всего прочего, он сможет прояснить вопрос с появлением тут всех остальных народов. Но ничего такого, рассказать аристократ не смог. Его отец никогда о таком не говорил. А когда Матвею было четырнадцать — погиб на дуэли. В отличие от сына, словесными техниками тот не владел. А вот на поединки его вызывали часто.

Сам же он границы мини-государств кхаров ни разу не пересекал. А когда пересекался с ними в каких-то крупных городах, те не желали разговаривать. Хотя смертный даже знал их наречие.

В любом случае — теперь я куда лучше понимал его мотивацию. Тогда как смертный был уверен, что я в достаточной степени ему доверяю. Хотя это и так было очевидно. Даже если отбросить моральную сторону вопроса, технически деваться ему было некуда. Либо служить мне, либо готовиться к смерти. Уверен — старые враги пристально наблюдают за ситуацией. Не атакуя лишь по одной причине — Харенеев публично заявил, что не собирается им мстить.

Тем не менее, если со мной что-то произойдёт, то у полукровки начнутся проблемы. Глобального характера.

Расстались мы довольными друг другом. И чуть более сытые, чем раньше — в процессе беседы нам принесли еду и мы отдали должное блюдам гостиничного ресторана.

К тому моменту около здания отеля уже появился Строгов. А вместе с ним — восемьдесят мужчин, женщин и детей. Почти всё, что осталось от рода Соболевых. Тот фундамент, на котором я планировал создать нечто грандиозное.

Пока же, их разместили в номерах отеля. Заполнив все свободные комнаты. Хотя их всё равно не хватило — некоторых членов рода пришлось селить по несколько человек.

Эмоции у смертных были разными. С одной стороны — они были рады, тому что всё закончилось и они выбрались из крепости, в которой провели слишком много времени. При этом новость о том, что родовые земли останутся за Берестневыми, а мы не вернём даже развалин крепости Соболевых, ввергала их в сомнения.

На всё это накладывался шок. Они мало того, что внезапно оказались посреди обычного человеческого социума, от которого давно отвыкли, так ещё и переместились в крупный город. Забавно, что местные смертные называли их мегаполисами. Культурное влияние Эллады сказывалось даже здесь.

Долго отдыхать у них тоже не получится. Я дал время до завтрашнего утра. После этого, каждый из вернувшихся членов рода, его слуг, солдат или присяжников, должен быть готов выполнять свои обязанности.

Техническими вопросами, которые были связаны с размещением людей занималась Варвара. Её же я оставил, чтобы проследить за ситуацией в отеле. И в случае необходимости разрешать те или иные проблемы. Одновременно поручив подумать над тем, кого можно выделить из новоприбывших — нам требовалось кадры для руководства всеми объектами, которые сейчас находились в собственности Соболевых.

Дева совсем не напоминала ту готовую на всё особу, которая экзальтированно пялилась на мой, пронзающий воздух мужской инструмент. Нет, меньше запрыгнуть ко мне в постель она не желала. Но помимо этого появилось желание двигаться дальше. Расти. Стать кем-то более значительным, чем раньше.

Определённые навыки управления у неё тоже имелись. По крайней мере девица неплохо справлялась с вопросами, которые могли бы многих поставить в тупик. Уверен — выдерни с улицы первого встречного и поставь командовать гостиницей, у него возникнут проблемы. Она же справлялась. Обладая талантом находить коммуникации с сотрудниками. Если исключить работоспособность и уверенность, что раз я отдал ей приказ, то он выполним, это было самой сильной её чертой.

Харенеев сейчас занимался детальной проработкой договора с двумя Великими Домами. Потому в поездку к участку земли, который нам подарил род Талгу, я взял Луку и Софью с Натальей. За рулём разместилась дворянка — ни у одного из бывших обитателей придорожной деревни, навыков вождения не оказалось. А по дороге мы заехали за дарфоном. В теории я мог бы давно давно улучшить финансовое положение при помощи обычных грабежей — Харп с подобной задачей справился бы легко и просто.

Но опускаться до подобного не хотелось. Грабить смертных, чтобы купить себе аппарат, который тоже придумали они? Такое могло сделать посмешищем даже среди олимпийцев. А титаны вовсе надорвали бы животы. Хохотали бы так, что на дно ушли десятки элладских островов.

Потому я приобрёл его сейчас. После того, как Строгов доставил остатки родовой казны. Как я и предполагал, сумма там оказалась не слишком большой. Ещё одна причина, из-за которой Варвара прихватила с собой не так много денег. Тем не менее на покупку дарфона этого оказалось более чем достаточно.

Для того, чтобы обменяться с кем-то контактами, требовалось присутствовать лично — устройства должны были находиться почти вплотную друг к другу, чтобы обменяться слепками. Иной вариант — переслать слепок силы, пронизывающей чужой аппарат и позволяющий общаться с его владельцем, кому-то из уже существующих контактов.

Ни у кого из моих спутников дарфона не имелось. Старых контактов в моём новеньком аппарате тоже не было. Так что покрутив его в руках и изучив функционал, я убрал тот в карман. А буквально в следующий момент послышался голос Коршуновой. Могу поспорить — дева специально ждала, пока я уберу дарфон, чтобы заговорить.

— Сегодня ты очень долго беседовал с Воронцовыми и Долгорукими. Они действительно предлагают союз? — тон она пыталась сделать максимально спокойным и безмятежным.

Я же отлично чувствовал напряжение. То ли пленница решила поиграть в гениального шпиона, то ли за этим скрывалось что-то иное.

— Возможно. Это мы с ними ещё обсудим, — глянул я на неё. — Да и не так долго длилась встреча. Часа полтора. Может быть около двух.

Та криво усмехнулась, притормаживая и пропуская выскочившую на дорогу собаку.

— Если кто-то из Великого Дома уделил тебе пятнадцать минут, а сам ты не имеешь отношения к иному Дому или какой-то правящей династии — это уже успех. Ты говорил с ними не меньше полутора часов. С делегациями сразу двух фамилий, — она покосилась на меня со странным выражением лица.

— К господину следует обращаться на «вы», — Софья плеснула недовольством с заднего сиденья. — Ты пленница и наш водитель, а к роду Соболевых вообще не относишься.

Дворянка бросила взгляд в зеркало заднего вида, посмотрев на рыжеволосую смертную.

— Сама-то ты давно в род вошла? Или может у тебя статус слуги? Кто ты сейчас? Знаешь, мне почему-то кажется, ты даже свой статус нормально обозначить не сможешь. Потому что сама не в курсе, как он называется, — улыбнулась аристократка, разглядывая девушку.

Вот теперь от рыжеволосой смертной повеяло самой настоящей злостью.

— Тебе не кажется, что ты себе слишком много позволяешь? Я девочка простая. Одежду срежу и голой за руль усажу. Пусть стража на постах любуется, — всплеск ярости был неожиданным, но Коршунова отреагировала на него лишь ещё одной улыбкой.

— Значит, думаешь у меня есть на что посмотреть? Спасибо за комплимент. Что до моей одежды, это вопрос к твоему господину. Скажет снять — у меня не будет вариантов. Только вот вряд-ли он станет делать это на глазах у вас, — в руках она себя держала с большим трудом, но всё же каким-то образом сохраняла спокойствие.

Почувствовав, как полыхнула сзади Софья, я поднял левую руку.

— Успокоились. Обе. Вы здесь не для того, чтобы грызть друг другу глотки, — секунду помолчав, убедился, что они не собираются продолжать. Потом посмотрел на Коршунову: — Почему тебя так интересуют два Великих Дома?

Вот теперь она помедлила. Судя по эмоциональному фону, разрываясь между вариантами реакции и не зная, какой из них стоит выбрать.

— Когда-то давно у нас был конфликт с Воронцовыми. Не слишком кровавый и крупный, но достаточный для того, чтобы они желали нас уничтожить. Спаслись мы тем, что ушли под крыло Долгоруких. Прямыми вассалами Дома не стали, но по сути превратились в деталь их экономической машины. В нашей военной поддержке они заинтересованы не были, — наконец решившись, девушка скороговоркой выложила всё это.

Шумно выдохнув, слегка ударила по рулю ладонью. Посмотрела на меня.

— Теперь понимаешь? Если Долгорукие и Воронцовы заключат союз, то… — заканчивать предложение она не стала, но тут и так было ясно.

Если два Дома договорятся, есть вероятность, что Коршуновых пустят под нож. В виде одолжения новому союзнику.

Конечно, для такого нужно, чтобы кто-то среди Воронцовых вообще вспомнил этот конфликт. Но за этим, как я подозревал, дело не станет.

— Надо подумать. Возможно твой род сможет быть чем-то полезен, — задумчиво озвучил я, смотря в окно.

Та возмущённо уставилась на меня.

— Полезен? У нас есть дружина. Влияние. И масса контактов, — выпалила она, смотря то на меня, то на дорогу.

Усмехнувшись, я покачал головой.

— Сильно вам помогла дружина в финале войны с Соболевыми? Что до влияния и контактов — они лучше, чем у любого из Великих Домов? — ироничный тон заставил щёки смертной вспыхнуть от возмущения.

Я же тихо вздохнул. Никогда не думал, что люди настолько сильно устают. Вроде бы я не так давно поднялся с постели. И всё, чем занимался после этого — переговорами. Чувствую себя при этом так, как будто сначала снёс горный хребет, а потом создал его заново, только в другом месте. Ну а в промежутке оборвал крылья паре драконов. Как смертные вообще живут с такими телами?

Наталья, к счастью, мои слова поняла верно. Больше поднимать эту тему не пыталась. Судя по тому, что я сейчас чувствовал — опасалась сделать хуже. Хотя всё те же эмоции подсказывали, что сейчас у девы имеется колоссальное количество вопросов. В первую очередь — о причинах интереса двух Великих Домов к роду Соболевых. Какие-то соображения у неё уже были, но вот фактов у смертной почти не имелось. А любопытство буквально глодало её разум.

Поэтому, когда мы оказались на участке, Коршунова постаралась сразу же переключить внимание на него.

Впрочем, смотреть тут по большому счёту было не на что. Земля действительно давно не обрабатывалась. Больше половины участка вовсе оказалась лесом. Остальное — давно заросшими полями.

Вот рядом с осевшим домом, когда-то был разбит сад, от которого нынче мало что осталось. И судя по всему, тут имелся газон. Перед домом даже бассейн был вырыт. Естественно давно неработающий и заросший, но тем не менее.

На дверях так и остался герб Лисицыных — голова лисицы с глазами-бусинами. А вот сторожа я тут не чувствовал. Монголы упоминали, что его должны поставить в известность. Но я предполагал, что пока информация доберётся от старших членов клана до клерка у которого есть вариант связи с одиноким работником из Екатеринбурга, пройдёт прилично времени. И сегодня этот смертный всё ещё будет на своём месте. Однако, дикие кочевники оказались куда более организованными, чем мне казалось.

Хотя, кто знает — возможно сторож банально сбежал отсюда. Прямо сейчас валяясь в ближайшем деревенском трактире после энного объёма алкоголя.

— Мы будем тут жить? — осторожно поинтересовалась Софья, смотрящая на старый дом.

Тоже глянув на постройку, я отрицательно качнул головой.

— Проще снести и построить новый, чем пытаться спасти этот. Но жить мы теперь будем тут. Как только закончу — переедем из отеля.

Дева слегка наклонила голову, с интересом озираясь по сторонам.

— Это месяца через три? — машинально уточнила она.

— Через пару дней, — усмехнулся я в ответ, заставив ту неверяще замереть на месте.

К вопросу о том, как это произойдёт, я был готов. И даже собирался продемонстрировать ей процесс. Но в тот же момент, когда она заговорила, интересуясь, не шучу ли я, пришёл мыслеобраз от Харпа.

В нашу сторону двигался военный отряд. Без родовых гербов и других символов. Не меньше сотни солдат, среди которых пара десятков Одарённых.

Опять. Почему эти смертные так наивны и глупы? Разгромленного лагеря осадной армии, которая блокировала цитадель Соболевых, им показалось мало? Недостаточно для анализа? Такой отряд, отправленный для убийства титана — чистое неуважение. Почти что плевок в лицо. Найду, кто это сделал, прикажу Варваре ему тоже в лицо плюнуть.

Харп рвался в бой. Желал немедленно устроить кровавый хаос и начать забирать жизни. Но я решил сделать иначе.

— Сейчас молчите и просто идёте следом за мной. Понятно? — обернулся я на троицу сопровождающих. — А когда дам знак, остаётесь ждать.

Судя по выражению лиц, неожиданный поворот вызвал у них массу вопросов. Но озвучить их никто не решился.

Я же, окружив нашу группу пологом невидимости, двинулся к границам участка. Добравшись туда почти одновременно с наёмниками.

Те тоже пытались маскироваться. В основном за счёт артефактов. Слишком слабых, чтобы скрыть их от моего взгляда. Либо от глаз божественного спутника.

Самоуверенно. И откровенно тупо.

Я было предположил, что это просто приманка, но покрутившийся по округе соболь, не нашёл признаков засады. Не было никаких могучих Одарённых, которые ждали бы пока я себя проявлю, а потом накрыли одним ударом. Ничего такого.

Поэтому, обернувшись к моей скромной свите, я жестом показал, чтобы они оставались на месте. Сам же разделил наш полог на два и двинулся прямо в строй противника.

Они даже пытались соблюдать какие-то местные тактические приёмы. Разведчиков вперёд выдвинули, на группы разбились. Но в итоге всё равно смешались в кучу, полукругом выстроившись около старого дома, в котором сейчас никого не было.

— Куда они делись? Разведка же доложила о визуальном контакте. И машина сюда свернула, — озадаченно почесал затылок их командир.

— И то правда. Странные дела творятся, — подтвердил я, сбросив полог невидимости.

Двое солдат, что стояли поблизости, отшатнулись. А вот их лидер даже не оглянулся.

— Надо бы дом проверить. Вдруг они внутри где засели? — выдал он гениальную идею.

— Давай может его просто спалим дотла? — жизнерадостно предложил я. — Чего без дела стоять.

Вот теперь он всё-таки повернул голову назад. И судя по его эмоциональному фону, желал обрушиться на меня с выговором. Вот только осёкся на первом же слове. Сделав шаг назад, запустил на полную мощность защитные артефакты.

— Ты как тут оказался? — задал он нелепейший из вопросов.

— Так это теперь моя земля. На которую пришли враги, — усмехнувшись, я сделал короткую паузу. — Знаешь почему вы ещё живы? Потому что мне лень снова устраивать резню. Нет чести в том, чтобы убить две сотни настолько жалких идиотов.

На этом моменте меня попытались атаковать. Сразу пятеро Одарённых. Слитной атакой — видимо рассчитывали на синергию.

Само собой у них ничего не вышло. Энергетический доспех окружил меня в ту же секунду, как засверкали их ядра. Плетение, которое должно было оставить от меня только пепел, бессильно расплескалось. А потом на землю одно за другим упало пять свежих сердец. Харп наконец получил возможность немного порезвиться.

В глазах командира отряда заплескался откровенный ужас. Наивный. Даже не понимает, с кем именно он сейчас столкнулся.

— Назови мне своего хозяина. Тогда вы уйдёте живым. Откажешься — пойдёте на удобрения, — развернувшись я кивнул в сторону. — Там я планирую разбить сад. Из вас получатся неплохие удобрения.

Мужчина тяжело сглотнул слюну. Машинально огляделся по сторонам. Не найдя никого, кто мог бы его спасти, снова посмотрел на меня.

— Мы наёмники. Нам поставили задачу организовать засаду, — он на момент замялся, но спустя секунду всё же продолжил. — Ликвидировать вас и освободить Наталью Коршунову.

Не самый ожидаемый поворот событий. И как-то не тянет на серьёзную попытку вызволить дочь. Её отец хорошо видел на что я способен — сомневаюсь, что после победы над лешим, тот вдруг решил послать против меня отряда обычных солдат.

— Кто вас нанял? — я посмотрел в глаза мужчины, а на моё плечо взлетела фигурка довольного собой Харпа.

Эмоции у смертного так и зашкаливали. Оно и понятно — скорее всего он предполагал вовсе не такое развитие событий.

— Кирилл Лабовский, — недолго держался их офицер. Выбора, по сути у него всё равно не оставалось. Но он даже виду не подал, что пытается прикрыть работодателя. Да и обещания, подтверждённого силой, с него явно не брали.

Теперь у меня имелся только один вопрос — кто такой, поглоти его Тартар, этот Лабовский? И какая пьяная дриада нашептала ему отправить против меня настолько микроскопический по силе отряд?

Харп прислал мыслеобраз, в котором он потрошил весь этот отряд. Заодно оповестив, что кентавр, который так и находился в пространственном хранилище, замкнул себя во что-то вроде энергетической сферы.

Это было хорошо. Изувеченный представитель Древней расы пытался восстановиться. Вернув себе хотя бы часть разума.

Вокруг замерли растерянные и не понимающие, как им быть, солдаты. А я оглянулся назад и махнул рукой троице своих спутников, что так и оставались под пологом невидимости. Раз этот Лабовский прислал наёмников для освобождения Натальи, она должна знать, о ком идёт речь.

— Сволочь, наглец и придурок, — озвучила девушка характеристику. — Волочился за мной последние два года.

В голосе чувствовалось откровенное презрение с нотками злости и даже усталости. Не знаю, что было в голове у этого смертного, но в женщинах тот явно разбирался не слишком хорошо.

— Настолько упорный? — прозвучал вопрос Софьи.

— Тупой! — отрезала Наталья. — Подражает своему дражайшему папеньке. Тот тоже своей женщины добивался. Только вот отец у него подвиги на фронте совершал. А этот образец идиота больше в салонах заседает, да разговоры ведёт.

Взгляд, которым она окинула солдат был весьма красноречивым. Мол, даже приличных наймитов не нашёл, чтобы отправить тех на убой. Вместо этого прислал банду голодранцев.

Ради справедливости, чтобы создать мне проблемы, потребовались бы Одарённые такой силы, что юный смертный их попросту не смог бы нанять. Если такие наёмники в Уральском княжестве, вообще имелись.

Но это были детали. А прямо сейчас меня интересовало нечто совсем иное — открывающиеся перспективы. Ради прояснения которых я пустил в дело родовой артефакт связи. Сначала поговорив с Варварой, а потом при помощи девы — с Харенеевым.

По словам юриста, молодой Лабовский нарушил сразу несколько законов империи. Правда, мне интересным показался только один. Нападение на аристократический род без объявления войны.

Да, отправку наёмников можно было бы объяснить личным конфликтом, к которому его семья никакого отношения не имеет. Что выглядело вполне логично.

С другой стороны — под таким соусом, дворяне могли бы спокойно резать друг друга без официального старта конфликта. В империи началась бы бесконтрольная бойня всех против всех. Из-за чего законодательство регулировало подобные случаи максимально детально.

Например, любая атака одного из аристократов на другого, при этом произошедшая на земле второго, автоматически считалась проведённая под гербом рода. Иными словами — меня не просто попытался убить молодой и туповатый идиот. С точки зрения закона, он сделал это от имени рода Лабовских.

Свидетели, готовые это подтвердить, у меня тоже имелись. Например, командир отряда наёмников — он легко мог заверить силой свои слова о том, кто именно стоял за нападением. Потому как клятву хранить информацию в тайне, с него и правда не взяли.

Не говоря уже о том, что в качестве свидетеля могла выступить сама Наталья. Более того — дворянка была абсолютно не против. Скорее обеими руками за. Да и у старшего офицера наёмников, большого выбора тоже не имелось. Куда ему деваться, когда напротив стоит эллинский титан, могущий растереть в пыль весь его отряд?

Впрочем, пока я дал всем команду ждать. Как наёмникам, которые под присмотром Харпа сместились к самой кромке леса, так и своим трём спутникам.

Зачем? Надо же мне как-то начать разбираться со своим новым приобретением. В конце концов, я и правда хотел переехать из отеля. Тем более, Харенеев пока всё ещё занимался изысканиями, выясняя чем именно владеет род Лабовских и что такого интересного от них можно потребовать.

Сам же я, принялся формировать печати. В этот раз целый комплекс — девять оттисков, которые создавали единую конструкцию.

Когда-то мы разработали эту схему для жрецов, которые помогали людям после наводнения. Сотни тысяч смертных, которым негде жить — это безусловно, весьма благодарная паства. Но стоит им задержаться в бедственном положении надолго, как резко возрастает вероятность разворота настроений.

Да и в целом — наблюдать, как мучаются люди за которых ты в ответе, не слишком комфортно. Особенно, если на них обрушилась стихия, за который вы сами же не досмотрели.

Потому и был создан этот комплекс. Относительно простой — чтобы с ним могли справиться, наделённые толикой божественной мощи жрецы. Иронично, если подумать — теперь я использовал его сам. Хотя раньше, для реализации такой задачи, хватило бы обычного мысленного усилия.

На полную отрисовку девяти печатей, у меня ушла почти четверть часа. Потом оставалось лишь проверить всё ещё раз и запустить комплекс.

Мягко дрогнула земля. Зашатались деревья, послышались удивлённые выкрики солдат. Над лесом тут же закружили испуганные птицы.

А вот заброшенный дом Лисицыных, плавно осел вниз. Прямо в земляной водоворот, который сейчас вокруг него закрутился.

Изящное решение, если подумать. Сейчас он окажется полностью разобран на составляющие. После чего комплекс приступит к созданию нового здания, используя все материалы, полученные от старого.

Правда в этот раз я внёс некоторые изменения. Справедливо предположив, что камней старой постройки окажется недостаточно, вплёл в оттиски дополнительную функцию. Позволяющую буквально вырастить часть здания.

Судя по тому, что писали в газетах, здесь такой подход к использованию силы широко практиковали иномирцы, что звались эльфами. Ну а в Элладе подобным баловались дриады. Да и иные Древние расы, которые имели какое-то отношение к природе.

Собственно, именно от дриад я эти знания и почерпнул. В том, каким именно окажется дом, я уверен не был. Но точно знал, что площадь у него будет солидной, а под землю будет уходить мощная корневая система. Как иначе, если, как минимум, половина постройки будет выращена? В конце концов, питание обеспечить ей тоже необходимо.

К тому же, после завершения «строительства», корни станут системой, которую можно будет использовать для прокачки через неё силы. Не говоря уже о многих, куда более интересных вещах.

Посматривая на бурлящую воронку, в которой исчез дом, я ещё раз связался с Варварой. Использовать деву в качестве посредника, было не самым удобным решением и если честно, немного раздражало. Но прямо сейчас выбора не было. Когда вернусь в отель — сразу же обменяюсь контактами с Харенеевым. Так будет намного проще.

Пока же я провёл ещё один разговор её устами. Выяснив все необходимые детали. Например — основная масса собственности Лабовских находилась в Перми. Да, их особняк был здесь, в Екатеринбурге. Но вот дела они вели за его пределами.

С вариантами компенсации всё было сложнее. Ну вот к чему мне компания, которая занимается доставкой продуктов по городу? Тот же Харенеев сказал, что дело прибыльное. Но многое завязано на персоналии. И договорённости, само собой. Стоит партнёрам начать разрывать контракты, как ценнность компании рухнет к нулю. А убеждать каких-то торговцев возобновить договор — такое себе. Особенно, если ты настоящий эллинский титан.

Определился я уже по дороге. Вернее — в тот момент, когда мы оказались в окрестностях особняка. Наконец решив, чего именно я потребую.

Аэродром. Был у них один, расположенный около Перми. Почти не используемый, но со всеми необходимыми лицензиями. А если расширить взлётную полосу, то ещё и способный принимать тяжелые самолёты.

Авиационной техникой я заинтересовался сразу, как про неё услышал. Уже чего, а познакомиться поближе с самолётами, захотел бы любой титан. Металлические драконы, что рассекают небо под управлением смертных, да ещё и без использования божественной мощи. Это же почти чудо.

Теперь же, чуть освоившись в новом мире, я понимал, что своя авиация мне понадобится. Даже если я верну себе солидную часть сил и смогу быстро перемещаться по континенту, в одиночку все проблемы решать невозможно. Тем более, далеко не все из них требуют внимания одного из титанов Эллады. А самый быстрый способ перебросить куда-то смертных — авиация.

Так что в момент, когда я выходил из автомобиля перед воротами особняка Лабовских, в голове сложилась полная картинка.

Двое солдат в красивых золотистых мундирах, которые явно выполняли церемониальную функцию, смотрели на меня с некоторым беспокойством, а со стороны дома стремительно приближался мужчина в чёрном костюме. Но ждать слугу я не стал. Вместо этого пустил в дело плетение, многократно усиливающее голос и наведя фокус прямо на фасад дворянского дома, рявкнул.

— Я, Алексей Соболев, обвиняю Кирилла Лабовского в нападении на род Соболевых. Попытке убить меня на моей собственной земле. Чему имею двух свидетелей-Одарённых, что могут подтвердить свои слова силой, — на секунду замолчав, усмехнулся при виде вытянувшихся лиц воинов. — Один из них — командир наёмников, коих послали убить меня. А вторая — Наталья Коршунова. Дворянка знатного рода.

Вот теперь всё. Осталось ждать реакции. Старший офицер наймитов действительно находился здесь. Скромно встав за спинами моей свиты и старательно делая вид, что его происходящее никак не касается. Неудобно наверное — вот так подставлять своего нанимателя. Впрочем, тот их подставил первым, фактически отправив на смерть. Думается, это стало одной из причин, которые побудили командира согласиться на моё предложение.

Слуга, который до того бежал к воротам, уже мчался в обратном направлении. За окнами фасада замелькали человеческие фигуры. Плеснули силой защитные артефакты — кто-то активировал внутренний периметр. Не в полную мощь, но достаточно, чтобы сдержать среднюю атаку.

Харп предложил проскользнуть внутрь и просто всех перебить. Даже замерцал, готовясь устремиться к забору. К счастью для смертных, соболя удалось сдержать. Во-первых, остальные Лабовские в поведении одного юного идиота, не виноваты. А во-вторых, мне нужны были не их жизни, а их аэродром.

Ждать пришлось недолго — буквально через считанные минуты из главных дверей показалась фигура мужчины, на ходу застёгивающего пуговицы мундира. Последний видимо шили в те времена, когда аристократ был заметно худее — пуговицы сейчас едва ли не лопались.

Но вот боевой дух он сохранил — из него буквально хлестала ярость. А вот из плетущегося следом рослого парня, наоборот несло испугом и разочарованием. Выглядел-то он настоящим воином. Правда только внешне. Внутри был разум самого настоящего ребёнка.

— Чего вы желаете? Объявить войну? Вызвать моего сына на дуэль? — дворянин начал говорить ещё до того, как распахнулись створки ворот. Настолько спеша, что даже не представился.

Да и вопросов по поводу свидетелей, никаких не прозвучало. Судя по всему, смертный был полностью уверен в моей правоте. Выходит у него сын такое не впервые проворачивает? Может правда вызвать на дуэль? Руки сломать, розгами по спине всыпать. Отцу то неудобно. А мне в самый раз. Конечности потом залечат тем более.

Хотя, какая разница? Я титан, а не их домашний лекарь.

— Желаю потребовать компенсации, — ответил я на вопрос. — Аэродром ваш, что под Пермью. Со всей техникой и контрактами персонала.

Тот удивлённо хмыкнул. Оглянулся на своего сына. Скользнул взглядом по людям за моей спиной. Нахмурился. И вдруг просиял.

— Забирай. Сейчас же бумаги подпишу. Только условие у меня одно встречное. Просьба даже скорее. Пусть Коршунова твоя, возьмёт моего парубка себе в услужение? — он тяжело вздохнул и вдруг шагнул вперёд, приблизившись ко мне почти вплотную, после чего практически зашептал. — Заколебал уже вкрай. Мочи просто нет. Ещё немного — сечь на конюшне начну. А так, может образумится. Да с женщинами говорить научится.

Это до какого состояния надо довести родного отца, чтобы он тебя хотел отправить в услужение к девице, которой ты сам упорно «добивался»? Мне даже интересно на момент стало. Потом присмотрелся к смертному, оценил его эмоциональный фон и весь интерес сразу пропал. Классический случай. Я таких и в Элладе много видел. Тут их кажется звали «нарциссами».

Мои сопровождающие слова старшего Лабовского тоже хорошо слышали. И Наталья на них немедленно отреагировала.

— Я не его, а сама по себе! Просто Коршунова! Временно в плену! — голос у девы срывался на крик, а эмоции щедро плескали через край.

Аристократ с удивлением перевёл на неё взгляд, а я пожал плечами.

— Всё никак не определюсь — то ли наложницей её сделать, то ли куда в Азию продать. Там говорят, белые аристократки в цене.

За спиной сдавленно рыкнула сама дворянка.

— Что⁈ Меня и продать? — она даже шаг вперёд сделала, настолько её накрыло волной гнева.

Обернувшись, я встретился с девой взглядом.

— Всякое бывает. Иногда говорливые дворянки, что слишком сильно любят обнажаться перед другими, вдруг оказываются в азиатских дворцах, — усмехнулся я, пожимая плечами.

Хороша она всё-таки в гневе. Глаза сверкают, ноздри раздуваются, губы подрагивают. Как спартанская царица, что старейшинам головы рубить пришла. Может правда в наложницы определить?

— Я… Ты… — запнувшись, глубоко вдохнула. И чуть прищурившись, вдруг наклонила голову вниз. — Простите, господин. Не думала, что вас так расстраивает моя нагота. С этих пор постараюсь что-то надевать.

Голова опущена вниз, голос бархатисто-медовый, ресницы дрожат. Неплохо их всё же учат, в этих аристократических домах. Получается, до того она необходимости притворяться не видела. А теперь что? Решила дать ассиметричный ответ?

Тяжелый вздох, который звучал почти как стон, издал тот самый Кирилл. Который пялился на деву глазами, в которых легко читалось изумление, смешанное с дичайшей ревностью. Похоже он был искренне уверен, что хорош собой, могуч и гениален. Теперь же его выстроенная из обсидиана цитадель, разлеталась в осколки.

— О, я совсем забыл про манеры, — коротко кивнул глава рода. — Игнат Лабовский. Не хотите зайти на чай? Побеседуем, пока мои люди составят соглашение.

Он явно обо мне слышал. Хотя, не удивительно. Раз его сынок увивался за Коршуновой, то наверняка рассказывал отцу о неожиданных итогах войны. Возможно даже предлагал выступить против меня. Ну а что? Нормальный же ход — положить тысячи своих солдат, чтобы покрасоваться перед девой. Особенно, если она много раз дала понять, что ты ей не сильно интересен.

От приглашения я отказываться не стал — спустя десять минут мы расположились в гостиной второго этажа. Игнат даже сына отправлять в его покои не стал. Напротив — приказал идти вместе с нами.

Луку роскошная обстановка и присутствие дворян изрядно смущали. А вот Софья кажется начала привыкать — рыжеволосая поглядывала по сторонам так, как будто сама была королевских кровей. На неё даже Игнат на секунду засмотрелся. Судя по эмоциям никак не мог сообразить, кто она такая и стоит ли отдельно приветствовать девицу. Родового перстня на пальце у неё не имелось. В теории могла оказаться знатной девицей из другой фамилии, которая почему-то явилась инкогнито.

Когда чопорный и одетый в чёрную форму лакей выслушал приказ господина и удалился, тот сразу же обратил взгляд на меня.

— Наслышан о вашей молниеносной победе над Берестневыми. Говорят, вы и в Лабиринте, который посреди Екатеринбурга появился, успели побывать. А теперь с Воронцовыми и Долгорукими дела ведёте, — Игнат видимо решил сходу продемонстрировать свою осведомлённость.

— Оформляем небольшое партнёрство, — улыбнулся я ему. — Ничего слишком серьёзного.

Тот глубокомысленно вздохнул, смотря на меня с изрядной иронией. От недавней вспышки гнева дворянин полностью отошёл и теперь производил впечатление вполне адекватного человека. Хотя и сама та вспышка была вызвана в первую очередь поведением его сына.

— Могу полюбопытствовать, зачем вам аэродром? Оттуда сейчас только всякая мелочь летает. Как авиакомпании контракты разорвали, мы его почти не используем.

Интерес он проявлял вполне реальный. Но это была скорее затравка. На самом деле смертный желал обсудить мои отношения с двумя Великими Домами. А если копнуть ещё глубже — даже это интересовало его меньше, чем судьба сына.

Сам он тоже сидел сейчас за большим круглым столом, злобно поглядывая на меня и бросая томные взгляды на Коршунову, которая его демонстративно игнорировала.

— Планирую использовать для нужд рода. Полосу несложно расширить, чтобы туда могли садиться и тяжелые самолёты, а расположение у него удобное, — озвучил я чистую правду.

Брови старого аристократа поползли вверх, а рядом с нашим столиком появились сноровистые лакеи, расставляющие чай и сладости. Печенье, пряники, зефир с халвой. Последние я видел только на витринах магазинов, так что покосился с интересом.

— Я сама обслужу своего господина, — вдруг вскочила со своего места Наталья. — Вы не знаете, как ему нравится.

Лука уставился на деву с выражением полного изумления, Софья чуть нахмурилась, а младший Лабовский скривился от злости. Казалось, юноша сейчас просто взворвётся, разлетевшись на тысячи мелких кусочков.

Сама же дворянка, сноровисто оттеснив лакея плечом, наклонилась, отодвигая в сторону сахарницу. Заглянула мне в глаза.

— Вы же любите вот так, правда господин? Когда послаще и необычно, — слышать подобный тембр её голоса и наблюдать в таком амплуа, было весьма непривычно. А вот ощущать эмоции сидящего неподалёку самовлюблённого идиота — приятно.

Отвечать вслух я девице не стал. Ограничившись коротким кивком. Сама она, потянувшись к халве, отломила ложкой небольшой кусочек, после чего подхватила его пальцами.

— Попробуйте, господин. Вы же меня в прошлый раз кормили, — мне стоило изрядных усилий, чтобы не рассмеяться и принять угощение. Вкусно, кстати. Необычно, но весьма неплохо.

— Ты позволишь ей так себя вести, отец? Ещё чуть и она тут разденется! Или на коленях под стол заберётся! — молодой смертный едва-ли не брызгал слюной, смотря на главу рода. А потом обратил взгляд на Коршунову: — Забыла о своём происхождении? Пресмыкаешься перед каким-то неудачником из села? После того, как я потратил на тебя столько времени!

Девица облизнула свои пальцы, на которых осталась крошки халвы. Глянув на парня, мило улыбнулась.

— Мой отец желает, чтобы мы были вместе. А господин победил меня в бою, — она хлопнула ресницами и добавила в тембр чуть дрожи. — Ты ведь знаешь, я обожаю сильных мужчин.

Аристократ буквально задрожал. Тогда как сама Наталья, продолжила обрушивать на него удары.

— Сначала ты пытался изобразить из себя друга, потом стенал о своей любви, а затем перешёл к тактике «обиженного ребёнка». Нельзя столько времени доставать благородную даму ерундой и считать, что у вас что-то получится, — встав позади, она опустила руку на моё плечо, смахивая несуществующую соринку с одежды. — Настоящие леди обнажаются только перед достойными.

Коварство дев заслуживает того, чтобы быть увековеченным в анналах истории. Хотя, в данном конкретном случае, смертный этого полностью заслуживал.

Его отец, покосившись на сына, досадливо поморщился. Сделав глоток чая, посмотрел на Коршунову.

— Надеюсь вы обучите его манерам, — переведя взгляд на меня, добавил: — Полугодовой контракт подойдёт?

Терпеть младшего Лабовского шесть месяцев? Не спорю, это будет забавно. Но рано или поздно к нему просочится какая-то информация. Например о том, кем я на самом деле являюсь. Либо что-то ещё.

— Как пожелаете, — глянул я на старшего аристократа. — Но у меня есть одно условие. Он должен дать клятву, что никогда и никому не расскажет о том, что видели или слышал, служа Коршуновой.

Логичная, казалось бы оговорка. Но Игната Лабовского она заставила ненадолго задуматься. Впрочем, в конце концов, он всё же кивнул.

— Не имею никаких возражений. Стало быть берёте на полгода? — в сторону сына, он даже не смотрел. Как будто речь шла о домашнем животном.

В иных обстоятельствах, я бы возможно даже пожалел юного смертного. Но сейчас я хорошо ощущал эмоции всех присутствующих. По которым было отчётливо понятно, что Кирилл отличился не раз и даже не два. Да и его собственный эмоциональный фон был весьма говорящим.

— Стало быть на полгода, — согласно наклонил я голову.

— Вот и отлично, — снова отпив чая, он посмотрел на Коршунову, которая заняла своё место. — Приятно изумлён вашими талантами, юная дама.

Тут он не лукавил — тембр Натальи на всех мужчин вокруг сработал. О чём сама эта дочь сатира, прекрасно знала. Оттого и улыбалась сейчас так невинно — на контрасте работала.

— Благодарю, Ваше Благородие. Я постараюсь вложить в голову вашего сына немного умных мыслей. И буду надеяться, что они там задержатся, — скромно наклонила она голову.

Ей бы в актрисы податься. Спектакли наверняка собирали бы массу зрителей.

— А что вы собираетесь делать с особняком Лисицыных? — видимо поняв, что слишком долго пялится на девицу, Игнат встрепенулся и похоже решил задать первый, пришедший в голову вопрос.

— Ну как же? Жить. Там совсем скоро будет новый дом. Через пару дней можно будет переезжать, — пожал я плечами, отламывая себе ложкой ещё один кусок халвы.

Коршунова стрельнула глазами, но в этот раз вскакивать со своего места не стала. На самом деле, сыграла она опасно. Будь на моём месте не искушённый эллинский титан, повидавший множество самых разных женщин, под самыми разными ракурсами, для девицы всё могло обернуться совсем иначе.

Следующие полчаса мы провели за светской беседой. Отдельный формат искусства, когда смертные вроде о чём-то говорят, но на самом деле озвучивают абсолютно бесполезные фразы. По сути — имитируют активность, чтобы потратить время. Глупо. Но иногда необходимо. Например, когда ждёшь составления договора о передаче тебе аэродрома.

В этот раз, я решил обойтись без помощи Харенеева. Документ оказался совсем простым. Буквально несколько пунктов. Самым длинным был список построек и оборудования, которое передавалось вместе с аэродромом.

Над документом об услужении младшего Лабовского, специалисты поработали более тщательно. Но и там всё было по шаблону. По крайней мере, пробежавшись по тексту, я не нашёл ничего подозрительного. Да и Коршунова раньше имела дело с подобными контрактами. Учитывая, что речь шла о человеке, который формально будет служить ей, дворянка тоже просмотрела бумаги.

Дальше оставалось лишь всё подписать и заверить силой. Естественно, приняв и клятву от Кирилла Лабовского. В которой оговаривалась и ситуация вокруг секретов их собственного рода. Юноша должен был полностью подчиняться Наталье, если речь не шла о нарушении интересов фамилии Лабовских, либо самоубийстве. А все его действия на период услужения, считались совершёнными от имени рода Соболевых.

Молодой аристократ устроился на заднем сиденье. Между Лукой и Софьей, которые оказались не слишком довольны подобным соседством. Теперь комфорта у них было куда как меньше.

— Ты действительно с ним спала? — А он и правда оказался тотальным идиотом. — Как ты могла? После всего?

Наталья бросила взгляд в зеркало заднего вида. Улыбнулась.

— Всего? Я тебе сразу сказала, чтобы не докучал. Ты сам решил продолжить, — в голосе девы звучала откровенная ирония.

— Но ты ведь общалась! Отвечала! — смертный похоже был на грани самой настоящей истерики.

— Софья, если скажет ещё слово, отрежь ему ухо, — чуть повернув голову, озвучил я команду.

Сидящий на моём плече Харп, обернулся, с интересом наблюдая за ситуацией. А вот дворянин отчего-то решил заговорить. Правда уже после первого слова осёкся, заорав от боли.

Неплохие у неё нервы — запросто снесла человеку ухо ножом. А вот он к такому явно не привык. Орёт и скулит так, как будто ему что-то другое отрезали.

Рану я ему конечно залечил. Для этого даже печати не требовалось. Всего лишь немного божественной мощи. Зато способ оказался полностью рабочим — больше он своего рта не открывал.

А вот я погрузился в мысли о менталистке. Она могла оказаться кем угодно, но почему-то до сих пор не вышла со мной на связь. Хотя времени уже прошло немало. Не просто же так она рисковала, подставляясь под удар. Мне было достаточно отреагировать не совсем так, как надо и дворянка оказалась бы раскрыта.

Самый простой ответ — за мной наблюдают. Вот только я постоянно изучал пространство вокруг. Да и Харп активно носился по округе. Имейся рядом конструкты, мы бы их заметили. Равно как и использование любых иных оттисков.

И вот тут мне в голову пришла неожиданная мысль. Почему слежку обязательно должны вести при помощи силы? Если речь о наблюдении за сильным Одарённым, такой способ максимально рискован. Куда проще отправить обычных людей. Каждый из обладающих силой не воспринимает их, как серьёзную угрозу. Собственно, как и я сам. Рассматривать простых смертных в качестве опасных фигур, казалось чем-то противоестественным.

Тем не менее, идея выглядела реалистично. Потому, когда мы приблизились к отелю, Харп замерцал и проскочив через борт автомобиля, помчался по улице. С очень простой задачей — оценить всех смертных, которые могли бы наблюдать за нашим транспортом или за гостиницей.

После прибытия выживших членов рода, отель заметно преобразился. В холле меня приветствовали солдаты в родовых мундирах, а каждый второй из встречающихся на лестницах, спешил отвесить поклон.

Строгов нашёлся в пентхаусе. Обсуждал что-то с Варварой, сидя в гостиной. При виде меня, сразу же вскочил на ноги, отдавая воинское приветствие.

— Господин! Рад вас приветствовать, — он мельком глянул на моих спутников, сразу же вернув взгляд на меня. — Какие будут приказы? Я слышал, вы ездили смотреть новый особняк.

Кивнув ему, я опустился в кресло. Харп всё ещё носился вокруг отеля, пытаясь отыскать хотя бы какие-то следы потенциальных наблюдателей. Ну а пока можно было поговорить с полковником. В конце концов, он был единственным подходящим кандидатом на роль военного командира. Иных, столь же подготовленных кадров, у меня не имелось.

— Пока там голая земля и развалины. Но спустя пару дней дом будет готов, — Варвара наполнила фарфоровую чашку кофе, поставив её передо мной и я сделал глоток. — Потом можно будет выстроить оборонительный периметр. И разместить казармы.

В глазах офицера, который уселся обратно на диван, заблестел интерес.

— Казармы? Вы собираетесь превратить эту землю в новое родовое гнездо?

Я пожал плечами.

— Возможно. На какое-то время этот дом точно станет центром наших земель, — я снова отпил горячего кофе. — Поэтому к строительству стоит подойти основательно.

Строгов медленно наклонил голову. Пару секунду подумав, поинтересовался.

— А какие-то планы у вас есть? Или мы просто… — он на какое-то время замялся. — Просто продолжим существовать тут, пока что-то не подвернётся.

Усмехнувшись, я посмотрел на него.

— Подвернётся? Сегодня мы получили аэродром под Пермью. Нужно отыскать человека, который разбирается в авиации и сможет его возглавить, — судя по выражению лица полковника, такой новости он точно не ожидал.

— Как? В смысле, откуда? Вы его купили? — изумлённо уставился он на меня.

Я собирался ответить, коротко изложив ситуацию. Но тут пришёл мыслеобраз от Харпа. Соболь нашёл смертных, наблюдающих за отелем.

Как бы безумно это не звучало, за нами и правда наблюдали самые обычные смертные. Занявшие квартиру в одном из домом напротив. Один из них прямо сейчас застыл около окна, держа в руках самый обычный фотоаппарат.

Умно. Никакого использования силы. Только самая обычная техника, использование которой невозможно зафиксировать на расстоянии. Казалось бы, взять Харпа. Божественный спутник, способный проходить через стены, вырывать сердца и эффективно преодолевать защиту.

Но для такого, ему требуется указать цель. Продемонстрировать человека, которому то самое сердце требуется вырвать. При этом, в роли разведчика соболь тоже хорош. Правда только в тех случаях, когда речь идёт об Одарённых.

Для того, чтобы обнаружить эту пару наблюдателей, Харпу пришлось промчаться по половине окрестных домов. Буквально заглядывая в каждую квартиру.

Из-за этого уровень раздражения зверя сейчас был таков, что он буквально полыхал желание прикончить смертных на месте. Лишь под давлением согласившись поместить тех в пространственное хранилище.

Спустя секунду Харп устремился дальше — у меня имелась уверенность, что эти двое были далеко не единственными, кого приставили наблюдать за моей персоной.

Сам же я посмотрел на Строгов, всё ещё ожидавшего ответа на свой вопрос.

— Ты же помнишь о бывшем особняке Лисицыных? Когда мы прибыли, чтобы его оценить, нас атаковали, — усмехнувшись, я сразу же поправился. — Попытались атаковать. Для них это закончилось плачевно. А организатором оказался сын Лабовского.

Полковник помолчал, переваривая новости.

— Выходит, они отдали нам свой старый аэродром под Пермью? Но там же почти ничего нет, — он посмотрел на меня с некоторым удивлением. — В смысле, сам аэродром на месте, но им уже давно никто не пользуется.

Я тут же кивнул.

— Верно. Но когда у нас появятся собственные самолёты, было бы неплохо сразу иметь подходящую для них базу.

В глазах офицера блеснуло удивление.

— Собственные самолёты? — на момент замолчав, он без особой уверенности продолжил. — Считаете, это вопрос ближайшего будущего?

— А ты забыл с кем сейчас говоришь, смертный? — посмотрел я ему в глаза.

Собственно, на этом расспросы с его стороны завершились. Дальше мы лишь обсуждали технические детали.

Отправив его в номер, я было двинулся к собственной спальне. Хотелось принять душ. Конечно, я могу использовать одно из подходящих плетений. Но это не совсем то. Будь мой разум в настоящем теле титана — другое дело. А вот со смертной плотью больше подходила вода. Она не только смывала грязь с потом, но и заметно расслабляла.

По дороге Харп отчитался о ещё двух наблюдателях, которых соболь немедленно запихнул в пространственное хранилище. Судя по мыслеобразам, которыми меня засыпал спутник, когда выяснится заказчик всего этого действа, ему придётся туго. Прямо сейчас зверь жаждал мести. Хотел выплеснуть на кого-то ярость из-за необходимости носиться по многоквартирным зданиям.

К моменту, когда я оказался перед дверью своей спальни, Харпа удалось чуть успокоить. Боюсь, останься он в состоянии такой же ярости — следующие наблюдатели сразу же лишились жизни.

А вот в меня самого, едва не врезалась выскочившая из-за поворота коридора Коршунова.

— Нам надо поговорить, — сходу заявила аристократка. — Это важно.

Смерив её взглядом, я разжал губы в улыбке.

— Куда пропали твои манеры? Где мой любимый тембр голоса? — глянув на слегка озадаченное лицо девушки, я открыл дверь, заходя в номер.

Но так легко от неё отделаться не удалось — дворянка протиснулась следом.

— Какие у меня границы? Что я могу делать с этим выблядком? — хищно уставилась она на меня.

— У тебя уже есть какие-то конкретные идеи? — вопросительно приподнял я брови. — Или вопрос исключительно риторический.

Та на момент замялась, казалось не ожидая такого поворота беседы. Странная. Надо было понимать, что это станет первым, чем я поинтересуюсь.

— Ну… Я могу превратить его в кого угодно. От конюха до лакея. Или отправить в бой, — увидев, как я снимаю рубашку, она осеклась. — Эй! Ты что делаешь?

— Собираюсь принять душ, — ответил я чистую правду. — Тебя это настолько смущает?

Выдохнув, дева упёрла руки в свои бока. И попыталась изобразить цинично-нахальную усмешку.

— Нисколько. Могу тебе и спинку потереть, — судя по эмоциям, которыми от неё щедро плеснуло, вторая фраза вырвалась спонтанно. — Но вообще, я хотела узнать, допускается смерть этого идиота или нет? Ты не представляешь, как он меня за эти годы достал. Маменькин хлюпик!

Даже так. О матери своего сына, Игнат Лабовский ничего не упоминал. Странно, если учесть, какой яростью дохнуло от девы, когда она её упомянула.

— Хорошо. Как ты там сказала? Потереть спинку? — Бросив на кровать снятые штаны, я улыбнулся. — Поговорим, пока ты будешь этим заниматься. Массаж мне сейчас тоже не помешает.

Щёки смертной вдруг слегка зарделись, а по комнате прокатилась волна лёгкого смущения. Я же почувствовал, как к двери приближается ещё одна девица, которую можно было отнести к моим соратница. Софья.

Пришлось немного подождать — эмоциональный фон подсказывал, что она хочет поинтересоваться чем важным. Как минимум, для неё самой.

Правда, когда в ответ на стук я крикнул, что можно заходить, эмоции рыжеволосой тут же изменились.

— А вы… Что тут происходит? — наконец выдавила она слова, переводя взгляд с Натальи на меня и обратно.

— Я собираюсь в душ, а Коршунова вызвалась потереть мне спину, — озвучил я абсолютно чистую правду.

На лице смертной проступило самое настоящее изумление.

— Что? Потереть… Нет уж. Тогда я тоже хочу, — стоит признать, обучается она быстро. Всего ничего со мной, а тон уже стал близким к безапелляционному. Да и желаний своих бояться быстро перестаёт.

— Тогда идём. Ты же тоже, наверняка хотела что-то спросить, — усмехнулся я, заходя в ванную комнату.

Бельё я снял как раз в тот момент, когда внутри появились обе девушки. Аристократка тут же сделала вид, что смотрит в стену. Хотя сама упорно косила глаза на мои ягодицы. А вот рыжая даже и скрывать не пробовала — уставилась на меня, как голодный нищий на сочный кусок мяса.

Не скрою — приятно. Но вместе с тем непривычно. Давно на меня не смотрели с таким неприкрытым вожделением. Даже в те времена, когда я обладал своей полной силой. Тогда среди чувств смертных, кем бы они ни были, заметную роль играл страх. Да и женщины Древних рас меня тоже побаивались.

Глупо, на самом деле — я ведь ни разу не убивал тех, с кем спал. Конечно, если они вдруг не пытались прикончить меня. Случалось и такое.

Забравшись в просторную ванную, я включил воду. И уселся на прохладный материал, чуть подогрев его простеньким плетением.

— Кто из вас будет первой? — задал я вопрос, не оглядываясь на них. — Как у вас принято говорить, плечи сами себя не помассируют.

Харп сейчас был далеко. Да и в любом случае, к такого рода моментам, соболя я привлекать не хотел. Потому сейчас выражение лиц дев я не заметил. Лишь ощутил хлестанувшие из них эмоции. А потом услышал и голоса.

— Конечно я, господин, — устремилась вперёд Софья, чьи пальцы тут же коснулись моих плеч.

— Я потомственная аристократка, — буквально вцепившись в её руки, разорвала наш контакт Коршунова. — Дождись своей очереди!

Потянувшись силой к двери, я чуть надавил и та сразу же захлопнулась, заставив обеих вздрогнуть.

— Определяйтесь, — невозмутимо молвил я, чувствуя, как приятно хлещут по вытянутым ногам струи тёплой воды.

У тела смертного, пусть даже и с примесью божественной плоти, имеется масса недостатков. Но есть и преимущества. Например, возможность испытывать тонкие удовольствия, вроде этого.

Уловив хлещущие из дев волны эмоций, я предпочёл добавить ещё пару фраз.

— Если кто-то снова применит силу, я буду вынужден её наказать, — выдохнул я, прикрыв рот рукой. — И на всякий случай сообщу, что с моей точки зрени вы обе абсолютно равны.

Возмущение, что плеснулось внутри Коршуновой было не просто мощным. Настоящий вал, который окатил меня полностью. Вот уж чего я не ожидал после такого — её пальцев на своих плечах.

— Так вы скажете, как далеко я могу зайти с этим мамкиным сынком? — мило поинтересовалась она, в полную силу давя на мышцы.

— О, у меня тоже есть вопрос. Когда вы нанчёте нас обучать, господин? — сбоку от меня что-то прошелестело, а потом в ванной вдруг оказалась Софья, одетая лишь в нижнее бельё. — И второй вопрос — не хотите ли вы получить ещё и массаж ступней?

Стоило чуть наклонить голову, как рыжеволосая тут же сместилась, принявшись работать пальцами. Правда при этом она попала под настоящий поток мелких капель воды, что сказалось на уровне прозрачности её белья. Заставив Коршунову недовольно что-то пробурчать и ещё сильнее сжать пальцы.

Скучные они. Не спорю — окажись на моём месте настоящий дворянин, такого же возраста, как погибший, он наверное был бы счастлив. И уже планировал бы, как станет действовать в постели, когда так окажутся они обе.

Но эту классическую схему с конкуренцией между двумя девами, я наблюдал такое бесчётное количество раз, что уже приелось. Да и действовали они без огонька. Понятное дело — сказывался невеликий опыт. Откуда им знать, как лучше обрабатывать эллинского титана.

Вот помню, была одна воительница, так та и правда подошла к делу креативно. Сначала прикончила одного из моих старших жрецов. А когда я появился в теле аватара, предложила мне борьбу вместо схватки с оружием.

Два обнажённых и блестящих от масла тела. Мужчина и женщина. Исход был предсказуем.

А эти? Одна массирует плечи и продолжает что-то тихо бормотать. Вторая боится оторвать взгляд от моих ступней, хотя до того успешно выстраивала образ полностью бесстрашной сорвиголовы.

— Лабовского убивать не следует. Хочешь сломать морально — действуй, — выдохнув, я всё решил поинтересоваться вопросом, ответ на который был почти очевиден. — Почему ты назвала его маменькиным сынком?

Пальцы аристократка на момент остановились. И почти сразу продолжили движение на моих плечах.

— Да он без неё шагу ступить не может. Будь иначе, я может и дала бы ему шанс. А так… — он презрительно фыркнула. — Это нельзя, потому что маме не понравится. То мамочка запретила. А вот это наоборот одобрила. Тьфу! Ещё мужчиной себя называет!

Как я и говорил — очевидный ответ. Зря я рассчитывал на что-то интересно. Ахилла ведь тоже можно назвать «маменькиным сынком». Только у него история совсем иная. Закончилась она не слишком хорошо, но по крайней мере не была такой банальной.

Сидящая около моих ступней Софья на момент подняла взгляд. И ойкнув, тут же опустила его вниз. Я же, усмехнувшись, решил озвучить ответ на её вопрос.

— Обучение я начну сразу после того, как мы переберёмся в новый дом. Здесь для этого нет подходящих условий.

Коршунова отреагировала на мои слова относительно спокойно. А вот от рыжеволосой плеснуло опасением. Пожалуй надо будет собрать их всех вместе и ещё раз объяснить, кто я такой и к чему им стоит готовиться. В этот раз более подробно. Потому как пока складывалось ощущение, что смертные не до конца осознают во что ввязались.

— А теперь всё. Идите. Мне нужно принять душ, — прервал я нашу беседу.

Возмущение. Синхронное и бьющее через край.

— Но господин, — замялась Софья. — Я ведь только начала.

— А с меня даже платье не сняли, — не слишком логично поддакнула ей Наталья.

— Своё я вообще-то сама сбросила, — тут же отреагировала рыжеволосая. — Тоже могла бы раздеться.

Прежде чем пикировка пошла дальше, я поднял правую руку, заставив обеих замолчать.

— Я же сказал. Всё. Мне надо принять душ и заниматься делами, — вздохнул я. — Вопросы вы задали, ответы получили. Можете идти.

В этот раз они спорить не стали. Только Софья снова ойкнула, когда бельё на ней вдруг разом высохло. Как оно и бывает, когда используешь для подобной задачи немного божественной мощи.

Дождавшись, пока они уйдут, я действительно принял душ. В процессе корректируя действия Харпа. Тот не просто нашёл ещё три пары наблюдателей в квартирах, но и смог отыскать двух, которые изображали посетителей заведений поблизости.

Правда, в их случае возникла небольшая проблема. Взять и отправить в пространственное хранилище человека посреди людной улицы — не самое элегантное решение. Для всех остальных он попросту исчезнет, что вызовет настоящую панику.

Большого выбора не оставалось, так что я позволил зверю прикончить их. Без лишней театральности — просто материализовать свои когти внутри их сердец. Всего на долю секунды, но этого с лихвой хватало, чтобы слабая смертная плоть буквально лопалась.

Ну вот и всё. Мой спутник обегал всю округу, внимательно приглядываясь ко всем — от водителей автомобилей до посетителей кафе и даже прохожих. С точки зрения Харпа, который за это время успел понять, на что стоит обращать внимание, врагов рядом не имелось.

Оставалось лишь допросить тех десятерых, что сейчас находились в его пространственном хранилище.

Вот только, когда я набросил на себя халат и вышел из душа, меня уже ждали. Варвара. Почувствовал я деву, с того самого момента, как она оказалась в комнате, но реагировать не стал. Чувствовать эмоции смертных — отличный бонус. Позволяющий заранее понять, что именно у них на уме.

— Я первой склонилась перед тобой. Доказала свою преданность и ни разу не подвела, — скрестив руки под грудью, девица уставилась на меня. — А что теперь?

Выдохнув, я посмотрел на мундир. Запасного под рукой нет, стирать его классическим способом точно некогда. Поэтому я пустил в дело очиающее плетение. Знаю, что прозвучит странно, но после чистки таким способом, тело всё равно воспринимало одежду, как отчасти грязную. Странно, если подумать.

Сбросив с себя халат, я надел чистое бельё. Взглянул на деву.

— И что теперь? О чём ты?

Кашлянув, она отвела взгляд в сторону от моего паха, уже прикрытого тканью.

— Теперь из твоей спальни вылетают две профурсетки, которые пришли после меня, — яростно выпалила она. — Одна вообще пленная! А вторую ты подобрал, как бродяжку в придорожном трактире. Разве что это честно?

Социальный статус. Вещь за которую смертные готовы рвать глотки, проливать кровь и жертвовать частью своей жизни. Глупость же.

— А ты чего хочешь? Чтобы я их убил? Выкинул на улицу? Обратил рабынями? — с интересом посмотрел я на неё.

— Нет… Но ведь они… — Она топнула ножкой, негодующе смотря на меня. — Они должны быть ниже меня! Почему тогда они были в твоей ванной, а я нет?

Улыбнувшись, я закончил надевать штаны и принялся застёгивать ремень.

— Действительно думаешь, что всё определяется этим? Если я сейчас пойду, выберу симпатичную горничную и устрою ей пару часов страсти, она сразу станет главной? — ирония в моих словах была настолько неприкрытой, что на пару секунд Варвара застыла, неуверенно смотря на меня.

— Конечно, нет. Но этим вы всё равно выделите её среди остальных, — наконец пришла она в себя. — Их вы тоже выделили.

Неужели она не понимает, что положение в свите определяется не только количеством постельных контактов? Или это банальная женская ревность?

— Ты хочешь прямо сейчас прыгнуть ко мне в постель? Так вот она. Прямо перед тобой, — кивнул я на кровать.

Дева облизнула губы. Тихо выдохнула.

— Не шутите так, господин, — как у неё сразу тембр изменился. Да и слово «господин» зазвучало.

— Я и не шучу. Если тебе станет спокойнее из-за того, что тебя я попробую первой — вперёд.

Мгновение она просто стояла с открытым ртом.

— Так вы… Вы их не… — третья попытка озвучить вопрос, вовсе привела лишь к паре нечленороаздельных фраз.

— Нет. Я с ними не спал, если ты об этом. Речь шла о простом массаже, — набросил я на себя рубашку.

— О-о-о… — теперь на лице Варвары было выражение полнейшего изумления. Похоже такой вариант развития событий, в её голову банально не приходил.

А вот к моей двери приближался ещё один посетитель. Наверное стоит ввести запрет на посещение моей спальни. Либо запирать дверь на замок. Мои защитные печати способны остановить врага, но не воздействуют на союзников. Что создаёт почву для злоупотреблений.

Хотя в этот раз смертный хотя бы был мужчиной. Что избавляло от перспективы разговоров на постельные темы.

К тому же, перед тем, как войти, Харенеев постучал. А получив разрешение войти, ещё миг помолчал, оценивая ситуацию.

— Прошу извинить за вторжение в личное пространство. Но у меня есть новости от наших новых союзников, — озвучил он, смотря на меня. — И они требуют вашего внимания.

Новости от союзников оказались вполне предсказуемыми. Конечно, с одной стороны они заявляли, что готовы подписать договор. Тот самый, в котором я получал свои три процента железной дороги. Одномоментно превращаясь в важную фигуру имперского масштаба.

Ну а с другой, хотели, чтобы я уже завтра отправился в Лабиринт. В сопровождении, как своих людей, так и Охотников, которые предоставят оба Великих Дома.

Они так и указали в сообщении — «Охотников». Хотя на мой взгляд, в предоставленном мне отряде наверняка окажутся их отпрыски и доверенные воины. В лучшем случае, у кого-то будет небольшой опыт рейдов в Лабиринты. Не более того.

Иные новости у Харенеева тоже были — по поводу тех намёток, которые остались после допроса главаря банды, что похитила Софью. Как выяснилось — в центр города я его тащил абсолютно зря. Потому как все полученные сведения обернулись пылью.

Мелкопоместный дворянин, который отправлял при помощи «бандитов» посылки, внезапно умер от сердечного приступа. Фирма в Пензе, что забирала автомобили, начинённые грузом, попросту закрылась. Её директора и бухгалтера нигде не могли найти, а офис давно пустовал.

Быстрая реакция. Я бы сказал молниеносная. Оставались только сами Каргановы. Но вламываться в их резиденцию, было бы весьма опрометчивым решением.

— Пусть укажут место и время, — выслушав полный доклад Харенеева, на которого помимо переговоров, пришлось переложить ещё и работу с теми, кого варвары называли частными детективами, я вернулся к теме двух Великих Домой. — Я постараюсь не опоздать.

— Они уже сообщили, господин, — склонил голову мужчина. — Завтра утром вас будет ждать частный самолёт. Долетит точно до входа в Лабиринт.

Неплохой ход. Хотя отчасти ожидаемый. Скорее всего смертные решили, что я не смогу добраться туда своими силами. Либо захотели дополнительно впечатлить своего нового союзника. С их точки зрения — я обычный выскочка, каким-то чудом заполучивший силу.

— Тогда подготовь финальную версию договора. Отправь им. Пусть подпишут со своей стороны и завтра привезут три экземпляра на аэродром.

— Уверены, господин? — дворянин с некоторым сомнением посмотрел на меня. — Если вы станете подписывать последним… Сами понимаете, им такое может не понравиться.

Ну да. Социальный статус и всё прочее. Нельзя ставить свою подпись до того, как это сделал твой менее высокородный партнёр. Только тут у них вышла небольшая промашка — договор они подписывали с эллинским титаном. Сами об этом пока не зная.

— На все сто процентов, — чуть наклонил я голову. — Что до аэродрома, скажи я буду. Они могут готовить своих людей.

Собственно на этом мы и закончили. К тому же у Харенеева было немало иных вопросов. Например утрясти все документальные вопросы с передачей нам аэродрома.

Руководителя для него я подобрал лично. Из той четвёрки, которую предложил Строгов. А потом погрузился в дела прибывших людей. Пока не имелось иных задач, стоило разобраться, кем я могу располагать и как их эффективнее всего использовать. Прежней мощи у меня больше не было — значит придётся рассчитывать на смертных. А единственные, на кого я мог положиться — члены рода Соболевых и их слуги.

Всё оказалось не так печально, как можно было подумать изначально. Да, сильных Одарённых среди них почти не имелось. Зато обнаружился артефактор. Сразу с двумя подмастерьями. И несколько смертных, в которых отчётливо проглядывалась склонность к тому, что местные жители называли коммерцией.

В итоге — нашлись сразу двое потенциальных управляющих для отеля, которых я сразу же отправил к Варваре, и новый куратор для ресторана. Само собой, никакого серьёзного опыта у них не было. Зато было полно готовности обучаться. Да и уровень лояльности, судя по эмоциональному фону оставался неплохим.

Что до «армии» — дела обстояли не слишком радостно. Всего тридцать два человека. И то, некоторые из них уже горели желанием снять форму. Облачились они в неё, исключительно на фоне потенциального уничтожения рода. В момент, когда иного выбора уже не было. Теперь же были не прочь заняться чем-то ещё. Тем более учитывая перспективы из-за новой собственности Соболевых.

Опираться в бою на тех, кто не хочет за тебя сражаться — не самое удачное решение. Потому препятствовать я не стал. К концу дня, военные мундиры остались лишь на восемнадцати солдатах. Трое из которых были слабыми Одарёнными.

Строгова это не слишком обрадовало. Но ничего — как только разберёмся с усадьбой, я планировал запустить процесс привлечения людей. Есть вероятность, что уже к концу этого месяца, полковник снова будет командовать сотнями людей. Как во времена, когда Соболевы находились на пике своей силы.

Закончив разбираться с прибывшими смертными, я решил сделать ещё кое-что. Собрал ближний круг — троицу дев, Луку, Строгова и Харенеева. Да, я говорил с каждым из них. По отдельности, либо в компании иных людей. Но если подумать — до этого момента не обозначал их статус друг перед другом.

Прибывшие смертные выглядели недоумённо. И судя по эмоциям, которые я ощущал — вовсю гадали о причинах внезапно сбора. Так что, когда я начал говорить, в меня впились шесть пар заинтересованных глаз.

— Вы все в курсе, что я эллинский титан. Но пока ни один из вас не задал мне вопроса о том, что будет дальше, — встав перед тремя небольшими диванами, на которых расположились спутники, я окинул их взглядом. — Более того, никто из вас даже не поинтересовался промежуточной целью.

Взлетевший на моё плечо Харп тонко пискнул. Недавно я поработал с кентавром, который до сих пор находился в пространственном хранилище — требовалось ускорить восстановление представителя Древней расы.

Побочным эффектом стала прокачка через энергоструктуру соболя приличного объёма силы, из-за чего зверь оказался изрядно взбудоражен.

— Вы каждый раз говорите, что вы Кронос, — начал говорить первым Строгов. — И если честно, мне постоянно кажется, что это какой-то эфвемизм.

— Вот как? — я посмотрел на него с некоторым удивлением. — Почему?

Тот на момент замялся. Бросил взгляд на сидящего рядом Харенеева. Снова посмотрел на меня.

— Даже не знаю… Сложно представить, что эллинские титаны когда-то существовали, — он всё же смог выдавить из себя эту фразу. — Это ведь значило бы, что остальные боги тоже реальны. Понимаете?

Не слишком у него критическое мышление. Особенно, если вспомнить, что полковник собственными глазами видел, как я поднимаюсь на ноги. Наверняка, при этом отметив изменения тела. Да и предел возможностей настоящего Алексея Соболева, офицеру наверняка был известен.

Впрочем, если у него есть сомнения — я могу их развеять. Канал связи между нами есть. даже учитывая, что мужчина не верил в истинность существования титанов, меня он видел своими глазами. И потому клятва присяги сработала. Не совсем полностью и не обеспечивая того воздействия, которое могла бы. Но тем не менее.

Устраивать лишних сложностей я не стал. Просто приблизился к нему и положил руку на плечо. До максимума упрочил нашу связь. А потом показал ему немного своего прошлого. Два коротких отрезка — больше разум смертного выдержать бы не смог. Один — из того времени, когда я был полноценным титаном и правил Элладой. А второй — из Тартара. Тюрьмы, в которой нас заточили после поражения.

Мой уровень мощи сейчас тоже совсем не радовал. Настолько, что ради установления полного контакта, пришлось прикрыть глаза.

Зато, когда я поднял веки, то обнаружил, что офицера буквально трясёт. Логично. Я не просто показал ему внешнюю картину. На короткий промежуток времени он оказался внутри моих воспоминаний. Прочувствовал всё сам. Ощутил ту силу, которая могла менять рельеф Эллады.

— Я… Простите! — он сполз с дивана, опустившись на одно колено. Склонил голову. — Это… Весь мир только что навыворот. Но теперь я уверен, что вы и правда титан.

Забавно. Как мало нужно смертному, чтобы признать моё существование. Всего лишь на секунду ощутить себя точно таким же.

Эмоции Харенеева я чувствовал с большим трудом, но сейчас от того вполне ощутимо повеяло скептицизмом. Потому следующим в списке оказался старый аристократ.

У этого сознание было куда прочнее. Да и уровень недоверия, который я ощутил лишь после того, как начал демонстрировать отрывки из своей памяти, намного более высоким.

Потому, мой советник по юридическим вопросам, прожил едва ли не час моей жизни. За те десять минут, которые успели пройти в реальности.

Результат оказался не таким сокрушительным. По крайней мере визуально. Но я хорошо ощутил изменения в его настроении, когда разрывал контакт между нашими разумами. Теперь Харенеев был уверен, что я настоящий эллинский бог. Что старика, на мой взгляд изрядно озадачило. Но одновременно с этим и воодушевило.

С остальными было намного проще. Да, ни один из них не воспринимал меня, как настоящего эллинского титана — судя по тому, что я чувствовал при установлении контакта, все считали это своего рода причудой. Или последствием поглощения какого-то артефакта. Эту мысль, которая проскочила у Коршуновой я почувствовал весьма отчётливо — в тот самый промежуток времени, когда наши сознания сливались между собой в единое целое. Дева в целом, услышала эту новость впервые. Из-за чего терзалась сомнениями чуть больше иных.

Но их скептицизм молниеносно развеивался. Стоило мне продемонстрировать небольшой кусочек моего жизненного пути, как вопрос оказывался закрытым. Слишком молоды были эти смертные. И впечатлительны.

Закончив, я вернулся на место, где всё началось. Ободряюще улыбнулся.

— Теперь вы знаете, — обвёл я их взглядом. — И куда лучше представляете ставки.

Смертные переглянулись. Даже Харенеев мельком глянул на Строгова. Как будто пытаясь понять, что по этому поводу думает офицер.

— Но вы же настоящий! — заговорила первой Софья. — Остальные не смогут вас победить. Я видела и чувствовала! Это… Поразительно!

Ещё бы. Любой смертный придёт в состояние полного изумляющего ошеломления, прочувствовав возможности одного из титанов. Только вот имелась небольшая проблема.

— Сейчас я обладаю лишь крохотной частью прежней силы, — посмотрел я на девицу. — И совсем не факт, что у меня быстро получится вернуться к старой мощи.

Рыжая замолчала, вопросительно смотря на меня. А вот Коршунова, что сидела на соседнем диванчике, рядом с Варварой, тихо цокнула языком.

— Но это же получается… — медленно протянула аристократка. — Если вы настоящий, остальные тоже существовали. И все наши духи-воители или духи-хранители, это…

Заканчивать предложение, она всё же не стала, вместо этого посмотрев на меня. Тогда как я медленно кивнул.

— Боги или представители Древних рас. Сложно сказать, что именно произошло с их силой, но факты налицо. Их повергли на колени и сделали рабами, — озвучил я очевидное.

На их вопросы, которые внезапно оказались довольно разносторонними, я отвечал ещё полчаса. Одновременно чувствуя, как крепнет между нам связь. А потом сделал то, о чём думал ещё в самом начале — занялся основой их энергетической структуры. Теми самыми ядрами, от которых зависел уровень мощи каждого смертного.

Единственный, кому подобное не требовалось — Харенеев. К тому же, он до сих пор опасался меня. Или побаивался. В любом случае — копаться в его энергетической структуре я не стал.

А вот все остальные получили свою порцию дополнительной силы. В основном из-за банальной корректировки энергетических каналов и перенаправления потоков. Самый простой способ добиться повышения уровня мощи у отдельного взятого смертного.

Хотя, с Лукой и Варварой я дополнительно использовал печать, которая концентрировала их энергию около ядра и буквально впитывала её. Да, отчасти это их ослабляло. Но сейчас, они вовсе были практически бесполезны в качестве Одарённых. А при таком подходе, их организм постепенно станет вырабатывать всё больше и больше энергии. Параллельно усиливая ядро.

У Софьи ситуация была абсолютно иной. Рыжеволосая девица вовсе не относилась к Одарённым. Ни одного ядра и слабая энергетическая структура. Простая смертная.

Тем не менее — сейчас она входила в число спутников Кроноса. И я создал для неё ядро. Совсем крохотное и тусклое. Тем не менее — работающее. А учитывая, что использовал на нём ту же самую печать, которая обеспечивала концентрацию силы, уровень мощи девы должен был постепенно расти.

Как по мне — подобная демонстрация сработала не хуже, чем мои воспоминания, которыми смертные совсем недавно любовались. В конце концов — здесь не существовало Одарённых, которые могли бы наделять других людей силой. По крайней мере, никто из них о подобном не слышал.

Зато совсем скоро они узнали о вещах, которые мы обнаружили у контрабандистов. Да и найденное кольцо я им тоже продемонстрировал. В деталях изложив ситуацию.

Когда мы разобрались с этим моментом, помещение гостиной, которая сейчас была прикрыта дополнительными защитными печатями, напомнил голос Харенеева.

— Как быть с Надзирающими? Вы сказали, что они уже пытались до вас добраться, верно? — он вопросительно посмотрел на меня. — Если Орден решил лишить кого-то жизни, то не остановится.

— Пока это была лишь проверка, — качнул я головой. — Которую я успешно прошёл;

О ситуации с менталисткой, которая выручила меня при встрече с Надзирающим, а потом пропала в неизвестном направлении, я естественно, тоже рассказал.

— Они ведь наверняка её проверили, — заметил старый дворянин. — Не сомневаюсь, что какую-то легенду она подготовила. Но вряд-ли настолько отличную, чтобы пройти проверку Ордена.

Возможно он и прав. Но что это доказывает с точки зрения самих Надзирающих? Интерес ко мне какой-то странной девицы? Пусть. В этом нет ничего такого. Другое дело — если они выяснят, кто она такая и поймут, чем этот самый интерес обусловлен. Тогда ситуация сложится абсолютно иначе.

— С нами два Великих Дома, — вклинился в разговор Строгов. — Сомневаюсь, что Надзирающие захотят с ними ссориться.

— Ха, — повернул к нему голову Харенеев. — Вы не сомневайтесь. Я вот уверен, что это Воронцовы с Долгорукими не пожелают сталкиваться с Орденом. Интриги и собственное усиление — это одно. Открытая конфронтация — совсем иное. Их сотрут в порошок. И даже Романовы тут не помогут.

Судя по лицу и эмоциям полковника, тот собирался возмутиться, озвучив ответную реплику. Так что я поднял руку, останавливая разгорающийся спор.

— Не стоит ломать копья. Даже пожелай Великие Дома выступить вместе с нами, этого всё равно было недостаточно, — глянул я на Харенеева. — Единственная разумная стратегия — не доводить дело до открытого конфликта. Пока мы не окажемся достаточно сильны.

Естественно, вопросы на этом не прекратились. Их интересовали самые разные вещи — от наших действий в ближайшем будущем до отдалённых перспектив. А ещё — возможности личного развития. Похоже отрывки моей памяти и неожиданное превращение Софьи в Одарённую, произвели впечатление. Теперь каждый из ближнего круга мечтал о том, чтобы достичь божественного уровня мощи.

В целом, как бы сказал Гефест — задача чисто техническая. Конечно, если не считать, что мы в мире, где за соратником титана станут охотиться, как за дикими животными, сразу после того открытия истины.

Говорили мы ещё долго — около часа. А когда я распустил всех и уже собирался отдыхать, где-то внизу плеснуло силой. Обратились пылью защитные артефакты первого этажа. Кто-то дико заорал под окнами.

Это ещё что? Кто-то напал на мой отель? Прямо сейчас?

Харп добрался до места действия первым. Показав мне пару пьяных аристократов, которые яростно давили друг друга аурами.

У меня даже мелькнула мысль вернуться назад, Но под ногами уже были ступени второго этажа. К тому же, если оставить это на остальных, процесс может затянуться. Дворяне были не очень сильными Одарёнными, вот артефактов у каждого имелась масса.

Поэтому, я всё-таки спустился на первый этаж. А когда подходил к залу ресторана, где происходила схватка, рядом послышался голос.

— Мне так страшно, господин. Так страшно! Они сейчас тут всё разнесут! — пискнув одна из официанток вдруг кинулась ко мне, обхватывая руками.

В иных обстоятельствах, я бы просто оттолкнул её к стене защитным барьером. Нянчиться с испуганными смертными женщинами — вовсе не мой предел мечтаний.

Но сейчас — лишь создал печати в тех местах, где дева контактировала с моей кожей. Причина для этого была веской — я наконец дождался. Менталистка, что прикрыла меня от Надзирающего, рискнула и вышла на связь.

Узнать менталистку можно было исключительно по голосу. И тому узконаправленному выплеску ауры, который она специально мне продемонстрировала. Видимо на тот случай, если я не запомнил её тембр.

Но тот в моей памяти закрепился весьма неплохо. Не каждый день встречаешь смертную, которая рискует жизнью, чтобы тебя выручить.

Сейчас она тоже разыграла настоящий спектакль. Пустила слезу, дрожала и активно пыталась меня обнять. Не отцепляясь буквально ни на секунду. И при этом так старательно прижимаясь выпуклостями, что любой сторонний наблюдатель пришёл бы к одному единственному выводу — девица решила воспользоваться ситуацией, чтобы забраться в постель к аристократу.

Не самое лучшее прикрытие. Я сходу придумал парочку вариантов, что выглядели куда лучше. Но процесс уже шёл — работать мне пришлось с тем, что имелось под рукой.

Строгов и Варвара, которые спустились вниз почти одновременно со мной, на весь этот спектакль смотрели с изрядным удивлением. В глазах девы вовсе сверкала лютая ревность. Но вот всех остальных, он похоже устроил. По крайней мере, поведя «официантку» наверх, я практически не ощутил проблесков удивления.

Отцепилась она от меня только после того, как мы переступили порог пентхауса, а вот плескать во все стороны отчаяние, возбуждение и панику, перестала в малой гостиной. Сразу, как я наложил на стены дополнительные защитные печати.

— Ого, — присмотрелась она к структуре оттисков. — Не встречала таких. Так ты и правда не отсюда?

Бросив на меня взгляд из под густых ресниц, опустилась в кресло. Закинула ногу на ногу. Не пойму — как именно она меняет свою внешность? На ментальное воздействие не похоже. Будь она настолько сильной, чтобы обвести вокруг пальца самого Кроноса, не искала союзников. Но как тогда? Почему я не чувствую использования силы?

— А сама ты откуда? — задал я встречный вопрос. — Почему решила прикрыть меня перед Надзирающими?

Та улыбнулась. Уперев ноготь указательного пальца в подлокотник кресла, поводила им из стороны в сторону.

— Я думала, сначала ты спросишь, откуда я узнала, что имею дело с одним из свободных богов, — иронично приподняла девица бровь.

— И ты бы ответила? — ответил я саркастическим взглядом.

Она рассмеялась. Махнула рукой.

— Конечно, нет. С чему мне тебе доверять? — всё-таки сложно оценивать настроение смертных, когда не способен чувствовать их эмоции.

— Вот с этого и предлагаю начать, — кивнул я. — Разобраться почему мы можем друг другу доверять.

Хмыкнув, она покосилась в сторону двери, за которой пронеслась Варвара. Снова глянула на меня.

— Тогда приступай. Я вся во внимании, — неизвестная обхватила руками колено своей ноги, что была перекинута через другую и уставилась на меня.

В целом — справедливо. Это она выручила меня в опасный момент, а не наоборот. С другой стороны — оговорка про «одного из свободных богов», скорее всего несёт в себе весьма небольшую долю истины. Будь таких, как я много, риск не имел бы никакого смысла.

— Ты знаешь, кто я такой. И прекрасно понимаешь, что столкновение с Надзирающими, это исключительно вопрос времени. Тебе они видимо тоже не сильно по душе. Это делает нас союзниками, — начал я с самых простых и полностью очевидных вещей.

Ненадолго задумавшись, она кивнула. Потом усмехнулась.

— Мне известна лишь одна твоя сторона, — вздохнула смертная. — Божественная. Но одно это, ещё не делает нас гарантированными союзниками.

Резонно. Хотя я бы не сказал, что до конца верно.

— Чего ты хочешь? Услышать моё имя? — поинтересовался я, располагаясь в кресле напротив неё. — Увидеть моё прошлое?

Кажется сейчас в её глазах мелькнула лёгкая заинтересованность. Но уже в следующую секунду дева качнула головой.

— Заманчиво. Но тогда мне придётся открыться. Никогда не позволяла мужчинами делать такое на первом свидании, — слегка улыбнулась она.

Занятная тактика. Правда, не слишком работоспособная. Хотя лёгкое ментальное воздействие я сейчас ощущал. Не целенаправленное — тончайшая аура, как будто рассеивалась по всей комнате. Будь тут смертные — они должны были бы пускать на женщину слюни и ползти к ней на коленях. Но расчёт был исключительно на меня.

Зря она так. Не стоило. Возможно сила привычки.

— Думаешь твоя аура и намёки сработают? — улыбнулся я. — На древнем титане, который успел развлечься с такими количеством женщин, что из них вышла бы неплохая фаланга?

Она на момент замерла. Кашлянула. И посмотрела на меня совсем с другим выражением лица.

— Ты чувствуешь мою ауру? — в голосе отчётливо звенело удивление.

— А разве не должен? — приподнял я брови. — Обычное ментальное воздействие. Просто чуть тоньше обычного.

Несколько секунд она помолчала, хмуро на меня глядя и поджав губы.

— Чуть тоньше, значит? Да я вхожу в десятку лучших менталистов нашего мира, если хочешь знать, — возмущённо заявила Одарённая.

Притворяется? Или сработал женский инстинкт? Может она добивается такого уровня тонкости за счёт псевдоискренности собственных эмоций? Грубо говоря — доводит себя до такого состояния, что сама испытывает необходимые эмоции в отношении объекта воздействия.

— А я точно вхожу в пятёрку самых перспективных свободных богов этого мира. Но ты всё равно не спешишь со мной говорить, — развёл я руками.

Какое-то время мы помолчали, смотря друг на друга. Наконец девушка заговорила.

— Ладно. Назови мне своё имя. И расскажи, откуда ты здесь взялся? — теперь в её глазах блестела решимость.

— Кронос. Эллинский титан. Именно здесь оказался после Паутины. А вот как попал туда — помню смутно, — озвучил я чистую правду.

Глаза менталистки заметно округлились.

— Паутины? Ты был в заточении? Но… Оттуда не возвращаются свободными, — она медленно переместила пальцы с колена на подлокотники кресла. Сжав их так, что те побелели от нагрузки.

— Возможно. От Надзирающих тоже несёт «паучьей» силой. Да и леший, который служил Коршуновым, был ею пропитан, — я внимательно посмотрел в глаза женщины, где отражалась явственная борьба. Для высококлассной менталистки она слишком плохо контролировала собственные эмоции. — Но я не из этого мира. Со мной эти правила работают чуть иначе.

Брови Одарённой моментально взлетели вверх.

— ЧТО? Не из этого мира? Как это? — она нагнулась вперёд, кажется полностью позабыв о своих недавних опасениях. — Пришёл через Лабиринт?

Да, рискованно. С другой стороны — она спасла мне жизнь. При этом рискуя своей собственной. На мой взгляд — достаточное основание, чтобы считать её союзником.

На то, чтобы изложить ей краткую версию моей истории, которую получалось сложить из лоскутов воспоминания, ушла буквально пара минут. По прошествию которых, девица нахмурилась.

— Значит, теория верна, — пробормотала она. — Связь с иными мирами может быть разной. И существуют те, что похожи на наш.

— Существуют. Похожи, — подтвердил я. — А теперь, я бы не отказался услышать, кто ты такая и что тебе от меня нужно?

Подняв на меня взгляд, женщина ещё какое-то время поколебалась. Достаточно долго, если уж на то пошло — раздумывала на меньше двадцати секунд. Уверен, с её точки зрения ситуация выглядела иначе — как молниеносно принятое решение. Я же на секунду почувствовал, как внутри заполыхала ярость Тартара. Пробудилась тёмная сторона, желающая спалить на месте смертную, что во мне сомневалась. Да ещё после того, как я открылся.

— Скажем так, когда-то основатели Надзирающих нанесли удар, желая сделать людей свободными, — наконец начала менталистка. — Вытащить их из под гнёта пантеонов и дать возможность самим принимать решение.

Выдохнув, я медленно развёл руками, с трудом сдержав рвущийся наружу смех. Какая же банальность. У нас тоже такое пытались провернуть. Регулярно. Как правило те, кто не мог пробиться к власти иными способами. Это при том, что почти везде, за исключением Спарты, власть была выборной.

— Дай догадаюсь, — я всё же позволил себе иронично улыбнуться. — Потом они решили, что кому-то нужно присматривать за процессом. На всякий случай. Хотя бы на первые десять лет. Дальше они плавно превратились в «первые пятьдесят», а в какой-то момент все вовсе забыли о сроках.

Несколько секунд помолчав, она наклонила голову.

— Почти. Ты забыл ещё об одном важном моменте, — сделав короткую паузу, она снова глянула в сторону двери, около которой опять слышались шаги. — Лабиринты. Они стали угрозой.

— А ещё источником ресурсов, — добавил я. — И мостами, которые привели сюда новые расы. Верно?

Вновь недолго поколебавшись, она кивнула.

— Да. Эльфы, орки, гномы… Их сейчас осталось не так много, но когда-то они были проблемой, — на секунду замявшись, она поправила свой наряд официантки. — Но Лабиринты и правда представляли угрозу. Поэтому, когда за них взялись Надзирающие, никто не стал спорить.

А вот это уже занятно. Она сейчас говорит с такой интонацией, как будто помимо Надзирающих, в этом мире были иные центры силы. Посвящённые в происходящее и могущие помешать могущественному Ордену. Хотя, тот же Харенеев, о таком даже не упоминал.

— Какую опасность? — поняв, что сама она продолжать не собирается, я решил немного подтолкнуть процесс. — И кто ещё был посвящён в секрет, помимо Надзирающих?

Ну вот. Снова колебание в глазах. Хотя ведь уже начала говорить. Собственно, и к сути успела перейти.

— Если не остановить Лабиринт вовремя и не запечатать его, то возможно всякое… Я не знаю точно, как это работает и при помощи чего угрозу определяют Надзирающие, но иногда Лабиринт может извергнуть десятки тысяч тварей, — она сделала паузу, набирая в лёгкие воздух. — Порой способен стать мостом. А ещё в паре случаев они формировали настолько мощные ударные волны, что опустошали всю местность вокруг.

В то, что Лабиринты могут представлять опасность, я не сомневался. В конце концов, это по сути мосты между мирами. Спонтанные, к тому же. Сложно представить, чтобы они в таких условиях ещё и были безопасными.

— Тем не менее, всё пошло не совсем по плану, верно? — вторую часть моего вопроса, женщина успешно проигнорировала. Видимо всё ещё раздумывала, стоит ли погружаться в такие подробности.

На то, чтобы окончательно определиться, у неё ушло не так много времени. Буквально минута. По окончанию которой она продолжила излагать свою историю.

Классическую, в каком-то смысле. Особенно, если исключить отсюда Лабиринты и Паутины, оставив лишь межчеловеческие отношения, борьбу за власть и коварство.

Основой для создания Ордена Надзирающих, изначально послужила германская знать. Именно эти варвары каким-то образом получили доступ к мощи Паутины. И научились использовать её для противодействия богам с Древними расами.

Но для действий в масштабах всего мира, их было маловато. Германцам пришлось заручиться поддержкой практически всех — от соседних народов до бесконечно далёких ханьцев.

Как итог — после того, как всё получилось, сформировалась широкая коалиция. Во многих землях сменились правители. Некоторые государства исчезли с лица Земли, а третьи изменили свои границы. Тем не менее, в мире оставались сотни семей, которые получили власть. А вместе с ней — духов-воителей. Покорённых божеств.

Солидная их часть досталась германцам. Они прибрали к рукам всех, до кого дотянулись. Но для победы над союзом из всех остальных народов, этого было недостаточно.

Хотя, на мой взгляд, изначально такого в их планах и не было. Но по мере того, как Надзирающие забирали всё больше власти, заодно переписывая историю и уничтожая старые памятники письменности, ситуация менялась.

Впрочем, как знать — основателям Ордена стали несколько родов, которые могли работать с Паутиной. Именно они разработали всю систему артефакторных колец. А потом заявили, что покорённых богов необходимо изолировать от мира. Чтобы не сорвались с цепей.

После нескольких кровавых случаев, им поверили. Ну а дальше, всё было вполне предсказуемо. Перевороты и внезапные смерти, которые происходили, пока духов-воителей не было подле монархов. Вернувшиеся ослабленные боги. Уничтожение тех аристократов, которые были в курсе истинного положения дел.

Когда оставшиеся опомнились, было уже поздно. Уцелевшим родам лишь оставалось смириться и принести присягу на верность. Условную, конечно — иначе смертная напротив меня сейчас не сидела.

Да и смысла в настоящей, хорошо продуманной клятве не имелось. В мире сейчас имелось лишь пять родов, сохранивших память о произошедшем и при этом не встроенных в структуру Ордена Надзирающих. Открытый мятеж был обречён на поражение. А свободных богов, до недавнего времени здесь не было.

Вернее, один имелся. По слухам, находясь в Андах. Что сейчас были заняты международной военной миссией, под предлогом помощи местному правительству. Которое вроде бы как столкнулось с мятежом.

Правда, о бунте было мало что известно. А численность отправленных войск была такой, что их хватило бы для захвата той же Франции. Не говоря о том, что там постоянно находилась масса сильных Одарённых. И само собой, в Андах рыскали десятки Надзирающих.

Меня они обнаружили случайно. По словам менталистки, она услышала о новоиспечённом главе рода, который внезапно привёл свою фамилию к победе. Заинтересовавшись, решила отыскать меня после прилёт в Екатеринбург и проверить. Сделав этот в тот самый момент, когда мы приземлялись.

После этого к процессу якобы подключился весь её род. Влиятельное аристократическое семейство, обладающее солидными ресурсами. Которое сейчас решило пойти ва-банк.

Не совсем до конца, правда — своей фамилии мне женщина так и не назвала. Когда она закончила свой длинный монолог, я ещё какое-то время молча посидел в кресле. Интересная история. И в случае её правдивости, вызывающая массу вопросов.

— Ты знаешь, что такое Паутина? — указал я на небольшой пробел в её рассказе.

Менталистка покачала головой.

— Я это слово от тебя впервые и услышала. Мы обычно называему это «колыбелью». Куда духи-воители отправляются поспать.

Глубоко им вбили «верные» мысли. Даже она, прекрасно зная, кто есть кто, всё равно не использует слово «боги».

— Хочешь открою небольшую тайну? Внутри Лабиринтов тоже вовсю несёт паучьей силой, — усмехнулся я. — Именно из-за неё они и появляются. А ещё там есть паук. Не метафорический, а полностью настоящий. Или паучиха.

Она замерла, держа в правой руке стакан воды, который только что налила из графина и смотря на меня с полным изумлением. Наконец отпила,. Поставила бокал на место.

— Уверен? — подалась она вперёд.

— Видел его или её, ближе чем тебя сейчас, — пожал я плечами в ответ.

Откинувшись в кресле, она задумалась. Странно, что это её удивляло. Было бы странно, окажись такая мощь природным явлением.

— Какие у тебя планы? — наконец поинтересовалась она. — Ты же не станешь резать глотки всем подряд Надзирающим?

Не слишком у неё хорошее мнение о выдержке эллинских титанов. Особенно, если вспомнить, что она никого из нас ни разу не видела.

— Завтра я лечу к Лабиринту. С Воронцовыми и Долгорукими, — уточнил я, внимательно наблюдая за её лицом. — Откуда вытекает вопрос — как вы сможете мне помочь? Или я вам. У твоей семьи вообще есть план?

Девушка много и старательно распиналась о прошло и рассказывала про мироустройство. Но вот будущего не касалась. Ни одного намёка на совместные действия. Как будто это не она меня нашла, а я её.

— Безусловно, — кивнула она с бесстрастным выражением лица. — Но для начала мне нужно им всё передать. Обсудить новую информацию и понять, что делать дальше.

Дальнейшая беседа оказалась короткой. Буквально несколько минут и менталистка меня покинула. Раскрыть своё инкогнито, она при этом не захотела. Естественно я на это намекнул. И получил отказ.

Будь у меня сомнения — пришлось бы пустить в ход силу. Но желай она сдать меня Надзирающим или кому-то ещё — провернула бы подобный фокус давным давно, Без всяких рискованных историй и разговоров.

Поэтому настаивать и угрожать не стал. Правда, отправил по её следу Харпа. Но соболь вернулся назад разочарованным — женщина как будто растворилась в воздухе. Оставив после себя слабый след, что исчезал спустя полсотни метров.

Ловко. Внушает некоторое уважение. Не каждый способен уйти от божественного спутника.

Часы уже перевалили далеко за полночь, поэтому я отправился к спальне. Около которой столкнулся с Варварой. Нервной, одетой в короткое платье и смотрящей на меня с весьма забавным выражением лица.

— Почему? — дева негодующе уставилась на меня. — Ты знаешь, что у меня в голове, верно? Почувствовал! Почему выбрал какую-то…

Фразу она заканчивать не стала. Но не из-за того, что не хотела ругаться. Судя по эмоциям — не могла подобрать достаточно обидное слово.

Желания девы во время нашего недавнего контакта разумов, я действительно хорошо ощутил. И отлично знал, чего она хочет. Поэтому вместо разговоров просто взял её за руку и открыл дверь спальни. В конце концов — какой бы ни была пресыщенность от плотской любви, после перерыва всё равно хочется ещё. А в моём случае, пауза запросто могла составить тысячи лет.

К аэродромы мы подъехали на двух машинах. Я собирался отправиться на одной, но Строгов настоял, что стоит взять, минимум две. Мол, все и так понимают — эскорт из обычных солдат, случись что, ничем не поможет. Но с точки зрения престижа, каждому из дворян полагается сопровождение. Особенно, если это глава рода.

И суть даже не в Воронцовых и Долгоруких. А людях, которые увидят, как я отъезжаю от гостиницы. Разнеся эту весть по всему городу.

В итоге я согласился. Но вот от идеи ожидания вторым автомобилем нашего возвращения, наотрез отказался.

Представители Великих Домов уже ждали. Около здания небольшого частного аэропорта, который принадлежал Воронцовым, стоял десяток автомобилей. В стороне сгрудились люди. А вон похоже и самолёт, на котором предполагается лететь.

Выйдя из машины я улыбнулся мрачной Софье, которая всю дорогу бросала завистливые взгляд на Варвару. И только потом понял одну простую вещь — около самолёта нас ждали представители сразу трёх фамилий. Помимо гербов Воронцовых и Долгоруких, там имелся третий. До того, мне незнакомый.

Неожиданные изменения раздражали. И сбивали с толку. Кто, пожри его Тартар, решил вмешаться в дела сразу двух Великих Домов? Заключая с ними союз я рассчитывал, что они смогут надёжно защитить свои интересы. В конце концов, их совместных ресурсов хватало на многое. При желании они могли обеспечить проблемы даже императорской династии. Не говоря уже о ком-то ещё.

Харп, который отлично чувствовал моё настроение, сразу же сорвался с плеча, устремившись вперёд. И совсем скоро передал картинку. Люди с гербами обоих Домов, а рядом с ними — азиаты. Судя по чертам лиц — ханьцы. Хотя сложно сказать — возможно и нет.

Сразу я их не распознал по очень простой причине — помимо самих азиатов, здесь были и другие люди с тем же самым гербом. Вполне местные на вид.

Ещё один интересный момент — никого из старших членов Домов я не наблюдал. Судя по расположению слуг и их поведению, процессом управляли Анастасия и Георгий. Внуки.

Правда, когда я приблизился, первым, навстречу мне ринулся мужчина с папками документов в руках.

— Приветствую, господин Соболев, — притормозив, тот склонил голову. — Три копии договора. Осталась только ваша подпись. Как вы и просили.

Не могли же умудрённые опытом аристократы обидеться из-за того, что я попросил их первыми поставить подписи? Уверен, какое-то раздражение они наверняка испытали. Тем не менее, вряд-ли оно было настолько высоким, чтобы впутать в наши дела третий род.

Не успел я кивнуть юристу, как приблизился Георгий Долгорукий.

— Приношу свои извинения. Дедушка хотел вас предупредить, но не успел, — он неглубоко наклонил голову. — Так вышло, что в нашем сегодняшнем рейде будет участвовать род Лянчжи.

Всё-таки я не промахнулся — ханьцы. Одного не пойму — что они тут вообще делают?

Видимо вопрос в моих глазах подсветился слишком ярко. Потому как юноша заметно помрачнел. И покосившись в сторону сразу трёх приближающихся азиатов, едва заметно качнул головой.

Да этот пир сатиров с каждой минутой становится всё веселее. Основной момент — вовремя понять, кто из них, на самом деле является скрытым пологом маскировки минотавром.

— Наслышан о вас, господин Соболев, — коротко кивнув, центральный среди троицы ханьцев, протянул мне руку. — Хао Лянчжи. Буду рад сражаться с вами бок о бок.

Руку я ему пожал. Что ещё делать, если представители сразу двух Великих Домов ведут себя так, как будто их заставили тут присутствовать под давлением.

Хотя как знать — возможно в их случае это чистая правда. Может быть, оттого и нет никого из старших. Не захотели позориться.

Воронцова, которая так и лучилась раздражением, ограничилась лёгким кивком на расстоянии. А спустя какие-то секунды мы уже загружались в самолёт.

Естественно, только разместившись на своём месте, я тут же достал дарфон и написал Харенееву. Для начала кратко описав ситуацию, а потом озвучив логичный вопрос — «кто такие эти Лянчжи?».

Надо сказать, отреагировал тот быстро. Самолёт ещё не успел набрать крейсерскую высоту, а уже пришло ответное сообщение.

«Эти ханьцы — у самого подножия престола Мин. Отчасти они и есть этот престол. Будьте осторожны. Среди них много Надзирающих.»

Лаконично. Но в целом, по делу. Людей с «паучьей» силой я среди китайцев пока не ощущал. С другой стороны — если они подозревают во мне эллинского титана, то могли специально прислать смертных, которых я не заподозрю.

Соседнее со мной кресло занимала довольная Варвара, которую не выбило из колеи даже появление азиатов. Напротив расположились Софья с Натальей. А вот Луке досталось место сзади, в другом блоке. Вместе с людьми Воронцовых.

— Я думала, тут только Долгорукие с Воронцовыми будут, — чуть наклонилась ко мне Наталья. — Откуда эти взялись? Или тебя предупредили?

Окружать себя барьером прямо в самолёте — неловко. Ханьцы и так в нашу сторону зыркают с подозрением и любопытством. Да и сильных Одарённых среди свиты их Хао, как минимум трое. Не думаю, что стоит заранее затевать конфликт. Особенно после того, как азиаты наглядно продемонстрировали — при необходимости они могут легко продавить сразу два Великих Дома. Рановато с такими в открытом бою сталкиваться.

Харп тонко запищал и судя по его мыслеобразу, хотел выругаться. Вслух. К счастью, соболя удалось вовремя остановить. Иначе объясняй потом, как так вышло, что на борту завязался бой и все погибли, а ты выжил.

Хотя, для начала потребовалось бы как раз выжить. Не самая простая задача, учитывая количество и мощь противников.

Ауры всех присутствующих Одарённых пересекались. Создавая столь причудливо искажённое поле, что отследить используемые оттиски и плетения было сложно даже мне. Впрочем, я был полностью уверен — ханьцы к нам старательно прислушиваются. Собственно, тут даже ничего специализированного использовать не надо. Достаточно дотянуться своей аурой. Или усилить слух. Самолёт не так велик.

— Думаю потом нам всё объяснят, — посмотрел я на дворянку. — После окончания рейда.

Несколько секунд, она прищурившись, рассматривала меня. Но в конце концов отвернулась, устремив взгляд в иллюминатор. Варвара, после прошедшей ночи, кажется вообще ни о чём не волновалась. А Софья, пусть и чувствовала себя не в своей тарелке, вопросов решила не задавать.

Вот и хорошо. Не знаю, каким боком в этом оказались замешаны ханьцы, но раз никто из наших новых «союзников» не заговорил про артефакты, значит изначальные цели меняются. Даже интересно — как они это китайцам преподнесли? «Мы просто решили сходить компанией в один лабиринт»? Дружеская вылазка на пикник?

Если так — в чём тогда интерес ханьцев? Или вчерашняя менталистка — одна из них? Это бы многое объяснило, но тогда выходило, что их род уже вступил в игру. Определившсь с решением за одну ночь и каким-то образом преодолев сопротивление Воронцовых и Долгоруких. С какой стороны ни посмотри, не слишком логично получается.

Я даже попытался присмотреться к присутствующим китайским женщинам. Да, тех было всего две и обе относились к слугами рода. Но как по мне — вчерашняя менталистка легко могла спрятаться и под такой личиной. Официанткой же она притворялась. И вполне успешно. Да и внешность меняла весьма искусно.

Правда, наблюдение ничего не дало — к моменту, когда самолёт начал снижаться, никаких вариантов у меня всё ещё не было.

Остальные тоже предпочитали молчать. Такой себе вышел полёт. Радовала только скорость — оснащённый мощной артефакторной системой, аппарат, домчал нас до цели за какой-то час.

А вот расположение Обелиска, через который предполагалось попасть в Лабиринт, вызывало некоторые вопросы. По сути мы приземлились прямо в тайге. Конечно, тут имелась посадочная полоса. Даже полевой лагерь был разбит неподалёку. И защитный периметр я сразу подсветил.

Тем не менее, вокруг простирался глухой лес. Интересное место. Не своим расположением — насколько я понимал, Лабиринты возникали, где угодно. Порой в весьма неожиданных местах. Скорее появлялся вопрос — почему его удерживают под контролем отдельные аристократы? Раз внутри есть ценные артефакты, разве тут не должны сразу появиться Надзирающие?

Спускаясь по трапу, я оглядывался по сторонам, присматриваясь к окружающей территории. А вот Харп внезапно разразился речью.

— Х-х-ханьцы не пах-х-хнут, — соболь повернул морду, смотря на китайца, который шёл следом за нами. — Пока ты не вдох-х-хнёшь.

Тонкий писк, который послышался сразу после второй фразы, видимо означал смех. Тогда как в нашу сторону повернулись головы сразу целого десятка азиатов. Откуда соболь это вообще взял? Не сам же придумал.

— Прошу извинить. Это мой боевой питомец. Порой он может говорить весьма странные вещи, — улыбнулся я Хао Лянчжи, который пристально рассматривал Харпа.

— Говорящий зверь, это признак силы его хозяина, — с лёгкой торжественностью ответил китаец, продолжая пялиться на Харпа.

— Говорящ-щ-щий китаец, это приз-з-знак проблем, — тут же парировал тот. Не понравилась соболю его фраза о звере. Вот совсем.

Я было приготовился к бою. Потому как сразу от нескольких ханьцев плеснуло силой, а внутри одного вовсе начала разворачиваться боевая аура. Но Хао только улыбнулся и через секунду отошёл в сторону.

Стоило мне очутиться на земле, как рядом оказался Георгий.

— Нам вон туда. Три сотни метров и упрёмся в Обелиск, — голос у юноши был спокойным, но вот эмоциональный фон и выражение глаз выдавали крайнее напряжение. — Всё, как обсуждалось. Вы идёте первым и проводите разведку боем, а мы следом за вам.

Вот так они значит поменяли легенду. А заодно и нашу роль в рейде. Хотят, чтобы я двигался в авангарде. С четвёркой смертных, которые были сюда взяты исключительно ради тренировки. Я не предполагал, что кому-то из них придётся всерьёз сражаться.

Судя по всему, Долгорукий что-то в моих глазах уловил. Пожав плечами, извиняющимся тоном добавил.

— Мне бы тоже хотелось, чтобы дед был сейчас здесь. Но…

Как-то оно не совсем понятно. При чём тут его дед? Или дело вообще не во мне и не в Лабиринте? Это столкновение между Великими Домами?

Последнее тоже было возможным. Хотя в таком случае, сейчас имело место быть безумное совпадение. Вероятность которого была настолько мала, что её даже не стоило рассматривать всерьёз. Впрочем, в жизни бывает и не такое. Она вообще полна на сюрпризы. Даже если ты самый настоящий эллинский титан.

Обелиск действительно обнаружился через триста метров. Точно такой же, как в Екатеринбурге. Только в этот раз укрытый под гигантскими соснами.

Георгий с Анастасией остановились рядом. Каждый окружён четвёркой солдат. Хао для своего сопровождения прихватил сразу восьмерых. А вот я задумался, не оставить ли кого-то здесь. Где им будет безопаснее? Со мной внутри Лабиринта или здесь, в окружении китайцев и неизвестных мне смертных? Те двое, кому я мог хотя бы как-то доверить, тоже отправлялись внутрь. Что касалось прочих — в них я уверен не был.

Определившись, я улыбнулся Георгию, который с напряжением на меня смотрел. И обернулся к своей свите.

— Выполнять любые мои команды. Не переспрашивать. Сразу делать. И ничему не удивляться, — тихо отчеканил я, пройдясь взглядом по их лицам.

Вроде бы поняли. Даже у Варвары ушло блаженное выражение, которое до того сверкало во взгляде. Теперь дева тоже настороженно посматривала на китайцев. Заодно бросая взгляды в сторону Обелиска.

Остальные ждали. Судя по всему, наша роль авангарда начиналась прямо здесь. И в Лабиринт мы должны были зайти первыми.

Хотелось ли мне стереть ухмылки с лиц ханьцев и разорвать их в клочья? Безусловно. Сдержался ли я? Тоже да. И только мойры были в курсе, каких усилий это от меня потребовало.

— За мной, — коротко скомандовал я, шагая к Обелиску.

Вот и мерцающая пелена. Шаг. Ещё один. На лицо сразу же обрушивается сухой воздух. Дышать можно, но температура такая, что обжигает кожу.

— В сторону! Быстро! — рявкнул я, повернув голову. — Не удивляться!

Последняя команда тоже имела смысл. Сейчас я использовал наши каналы связи, чтобы развернуть вокруг каждого из соратников энергетический доспех.

Относительно слабый — если не считать Коршуновой, все они в основном подпитывались за счёт моей собственной силы. Тем не менее, это лучше, чем ничего. Заметно поднимет их шансы выжить.

Успел. Плетение полностью отработало до того, как внутри появился первый из ханьцев. Именно они зашли сюда вторыми. Потом Воронцовы. А следом и Долгорукие.

Я же осматривался, пытаясь понять, куда именно нас занесло. Песчаные барханы. Покосившиеся домики, которые были выстроены как будто из бамбука. Или чего-то похожего.

Вон там — обмелевшее русло узкой реки. А впереди — гряда высоких барханов, что полностью перекрывали обзор. Правда до них ещё километр, как минимум. Может и больше.

— Думаю вам стоит делать вашу работу, — послышался голос Хао Лянчжи. — Ведь именно для этого вас наняли эти уважаемые люди.

Именно так. Да. Пара варварских аристократов наняли эллинского титана. Харп прислал мыслеобраз в котором снимает кожу с наглого ханьца. Но тут тоже имелась проблема. Вернее, сразу две. Одна — наличие тут трёх сильных Одарённых. Тех самых, которых я заметил ещё в самолёте. Ханец взял всю тройку внутрь. И расправиться с ними будет не так просто.

Второй и куда более масштабный момент — положение союзников. Да и моё собственное, что уж там. Конечно, я эллинский титан. Но если верить словам Харенеева, столкновений с родом Лянчжи, означает едва-ли не войну со всеми империей Мин. Перебор. Пока я не могу отправить в Тартар целую империю.

Потому я неспешно двинулся вперёд. Изучая пространство нитями божественной мощи и держа наготове меч. Харп же вовсю носился по песку, обнюхивая пространство и прислушиваясь к колебаниям силы.

Именно соболь и заметил первого противника. Вполне ожидаемого надо сказать — змею. Которую соболь тут же перекусил надвое.

О сборе трофеев я прекрасно помнил. Равно как и о том, что ханьцам не стоит видеть способности Харпа. Поэтому змею забрал Лука — как и каждой из четвёрки моих сопровождающих, парень тащил за спиной рюкзак. Хотя бы какое-то оправдание их присутствию здесь.

Чем ближе мы подходили к деревне, тем чаще встречались змеи. А потом Харп обнаружил кое-что ещё. Череп. Голый, без следов плоти и зарытый в песке.

Прежде чем я остановил соболя, тот его раскопал. Так что поместить в хранилище не вышло. Тем не менее рассмотреть я его успел. Вполне себе человеческий, на первый взгляд. По крайней мере каких-то серьёзных отличий я не увидел.

Несколько минут я жалел, что не вышло прихватить его с собой. Пусть это не артефакт, но всё равно было бы интересно. Если я прав и Лабиринты — нарезка из других миров, изучить их специфику было бы познавательно. И скорее всего полезно.

А потом мы добрались до деревни. Помимо змей, тут неожиданно обнаружились скорпионы. И скелеты. Несколько десятков скелетов, пару из которых Харп благополучно поместил в хранилище. Сразу после чего обрушил бамбуковый навес, из под которого их забрал и помчался дальше.

Вот теперь остальным тоже пришлось включиться в дело. Если быть точным — Наталье. Прочие с трудом представляли, что делать. А вот Коршунова благополучно избавлялась от тех змей, которых пропускал соболь.

Сам я тоже всё чаще пускал в дело силу. Пока не совсем понимая смысл схемы, которую использовали аристократы. Если дальше всё будет так же, то ханьцам станет очевидно — нанимать нас не было никакого смысла. Солдаты любого из Великих Домов, прекрасно справились бы с подобной задачей.

Пройдя деревню насквозь, мы вышли к засохшему руслу. Одним прыжком его перемахнув, я посмотрел вслед умчавшемуся вперёд Харпу. Прислушался к окружающему пространству, пронизанному божественной мощью и было уже шагнул дальше. Но тут за спиной вдруг плеснуло силой.

Ярко. Мощно. Ослепительно. И странно — не встречал раньше таких оттенков.

— Аа-а-ай! — издав громкий визг, Софья спрыгнула на песок и тут же отбежала в сторону, целясь из револьвера в…

Что это, кстати? Какая-то приличная по размерам конструкция, что медленно поднимается из песка. При этом абсолютно не похожая на человека. Да и на скорпиона или змею, тоже. Не говоря уже о размерах — не меньше трёх метров в длину и полутора в ширину.

На моё плечо взлетел замерцавший Харп. А я наконец понял, что именно перед собой вижу. Черепаху. Гигантскую, пропитанную божественной силой черепаху.

И она меня тоже видела — из под панциря сверкнули глаза. Щёлкнули моргнувшими веками.

— Надеюсь, вы меня не просто так разбудили, — животное ударило аурой, расшвыривая фонтаны песка и очистив панцирь. Повернуло голову назад, изогнув её под углом и смотря на остальную часть отряда. — Интересный выбор. Хотя мне никогда не нравились китайцы.

Мне тоже не слишком нравились ханьцы. Скользкие типы. Ещё и помешанные на величии своей империи. Классика, конечно — как только кто-то берёт полный контроль над своим болотцем, как начинает тыкать во всех остальных пальцами и презрительно называть варварами. Но всё равно немного раздражает.

— Как интересно, — послышался голос Хао Лянчжи. — Не ожидал встретить здесь разумного зверя. Жаль только,он не проявляет должного уважения.

Энергетические доспехи троицы его бойцов ярко сверкали, налитые силой. А сами они расположились так, чтобы прикрыть господина. Правда черепаху это ничуть не смутило.

— Реки с морями пересыхают, континенты уходят под воду, а ханьцы не меняются, — стряхнуло с себя остатки песка животное. — Так и остаются идиотами.

— Ещё немного и я сочту это за оскорбление, — сухо проговорил Хао. — Тогда беседы у нас с вами не сложится.

Мне показалось или в глазах этой гигантской черепахи сейчас мелькнуло что-то вроде иронии.

— С чего ты взял, что я собираюсь с тобой беседовать, жалкий червяк? — вытянув морду, она пристально посмотрела на китайца. — О чём МНЕ говорить с таким ничтожеством, как ты?

Лихо она форсировала события. Похоже полностью уверена в своей победе. Прямо, как Александр Македонский, когда отправился потрошить империю Дария.

— Что это? — вдруг медленно проговорил Лука, с изумлением рассматривающий животное. — Почему она говорит?

На самом деле — потому что пропитана божественной силой. И кстати, в курсе о существовании ханьцев. Что намекает на причастность к этому миру. Или нет. Могут ведь существовать иные миры, где есть такие китайцы? Я ведь тоже попал сюда из совсем иной реальности. Но сильно похожей.

— Чего ты ждёшь? — теперь взгляд Хао был обращён на меня. — Убей её! Немедленно!

Какой наглый смертный. Так бы и располовинил его пополам. А потом запихнул душу в Тартар. Лет на пятьдесят. Чтобы знал, как надо разговаривать с эллинскими титанами.

— Смеешь отдавать ему приказы? — гигантская черепаха круто развернулась в сторону напрягшихся китайцев. — Твой мозг ещё меньше, чем я считала.

Неожиданный поворот. Она меня узнала? Смогла почувствовать замаскированную «искру»?

Лидера ханьцев этот вопрос, тоже наверняка интересовал. Я хорошо видел выражение его лица и буквально чувствовал, как он собирается озвучить свои мысли. Но черепаха начала действовать первой.

Мощный выплеск силы. Забурливший песок. Заплясавший раскалённым маревом воздух.

Ханьцы тоже ударили. Разом. Я бы даже сказал — сильно. Но бесполезно — вся их мощь, которая должна была обрушиться на черепаху и обратить её пылью, как будто ушла в никуда. И вот это было неожиданно — как будто на момент распахнулась воронка в глубины Бездны и всосала в себя силу смертных.

Сами китайцы первый удар выдержали. Их доспехи ярко сияли, хорошо видимые посреди небольшой бури, устроенной черепахой. Более того — они даже попытались уйти из под атаки. Рванули в сторону, вместе с Хао.

Последний был полон сил — в их совместном ударе аристократ не участвовал. И двигался куда быстрее своих телохранителей.

Вот только, гигантская черепаха вовсе не собиралась за этим безучастно наблюдать. Уловив, что противники вот-вот окажутся вне зоны поражения, она сама бросилась вперёд.

Небанальный ход, что тут сказать. Люди Воронцовых и Долгоруких едва по ней не ударили — пришлось окликнуть. Вступать в бой на стороне китайцев я точно не собирался. Не знаю, что за проблемы были у этого зверя с ханьцами, но пусть разбираются между собой. Да и возможность черепахи поглощать силу, впечатляла. Как знать — вдруг она запросто повторит фокус и с моей божественной мощью?

Впрочем, как быстро выяснилось, в обычном бою, это создание тоже могло орудовать более чем ловко. И неожиданно эффективно. Стоило его лапе коснуться энергетического доспеха одного из Одарённых, как тот лопнул. А сам мужчина просто рассыпался на части.

Следом наступил черед Хао. А потом — двух оставшихся телохранителей. Как там Харенеев написал? Они отчасти и есть престол Мин? Как-то слишком быстро с ними расправились для столь внушительной характеристики.

Черепаха, которая только что поглотила силу сразу четверых Одарённых, медленно развернулась к нам. Прошлась взглядом.

— Не стоило им сюда лезть, — медленно произнесло животное. — Не люблю китайцев.

Софья нервно сглотнула. Лука по-моему вовсе был близок к тому, чтобы рухнуть в обморок. Даже Коршунова выглядела максимально шокированной. Спокойной оставалась одна Варвара — похоже смертная была искренне уверена, что при необходимости я справлюсь даже с таким противником.

Вот аристократы сейчас смотрелись бледно. Как и их телохранители — каждый прихватил по троице Одарённых, видимо ориентируясь на число, взятое Хао. Все они были слабее ханьцев и прекрасно понимали, что в случае схватки не вытянут. Оттого и застыло сейчас на их лицах выражение полной обречённости.

— Кто ты? — задал я вопрос, который изначально крутился в голове. — Как здесь оказалась?

— Ну-у-у… — медленно протянуло гигантское животное, разглядывая меня сверкающими золотом глазами. — Ты ведь и так знаешь, кто я. Одна из тех, кто не захотел угодить в лапы большого паука. А имя тебе ничего не скажет. Мы из разных миров.

Красиво прозвучало. Одно только смущало — Лабиринты пропитаны паучьей силой. Она тут повсюду. Не то место, чтобы прятаться.

— А ты? — чуть вытянула ко мне голову черепаха. — Зачем ты пришёл в моё убежище?

Интересно. Она что, действительно не понимает, где именно сейчас находится?

— Мы в Лабиринте, — после короткой паузы, я всё же определился с подходом и принялся говорить. — Месте, которое соединяет миры, либо их осколки. И создано при помощи той самой силы, от хозяина которой ты пыталась укрыться.

Она медленно подняла голову, вытянув морщинистую шею. Принюхалась к воздуху. Огляделась по сторонам. Снова взглянула на меня.

— Лжёшь? Но зачем? — в голосе божества, которое обернулось животным, казалось, чувствовалась озадаченность. — Не понимаю… Ты слишком слаб, чтобы меня одолеть.

На самом деле, ситуация ввергала в некоторую растерянность. Будь передо мной кто-то из Древних рас или смертный, я бы изучил энергетический каркас и попытался разобраться, в чём дело. Могу поставить пару кварталов Спарты, проблема заключалась именно в нём.

Но сейчас я смотрел на могущественное божество, по своей силе заметно превосходящее меня самого. Ещё и взбодрившееся, поглотив мощь сразу четверых ханьских Одарённых. Просмотреть энергетическую структуру такого создания, без его согласия, невозможно. А просить открыться и стать уязвимой — глупо.

— Постойте-ка, — не выдержав, Евгений Долгорукий всё-таки вмешался в беседу. — О каком пауке идёт речь? О чём вы сейчас говорите?

— И что тут вообще происходит? — сразу же поддержала его Анастасия. — Я уже ничего не понимаю.

— Забавные смертные, — скосила на них глаза черепаха. — Так любят тараторить. Вот только запах у них какой-то странный.

Ветер. Совсем недавно его не было, а сейчас он поднимал песчинки, гоня их над пустыней и постепенно становился сильнее.

Сначала я подумал, что это дело рук той самой черепахи. Но потом осознал, что заметил бы использование плетения. Равно как и прямую связь с этим местом. А значит проблема в чём-то ещё.

И вот тут я наконец понял. Божество другого мира, которое решило просто спрятаться и укрыться от паутины. Переждать бедствие, считая, что рано или поздно с ним разберутся другие. Возможно недооценив его масштаб. Тем более облик черепахи намекал, что передо мной точно не богиня войны или чего-то похожего. Скорее речь шла об исключительно мирной специализации.

Но до её твердыни тоже добрались. И по какой-то причине сочли неплохим вариантом для превращения в территорию Лабиринта. Хотя, пожри их всех Тартар, я пока не имел никакого представления, как вообще создаются подобные конструкции. Возможно всё происходило само собой и тут сыграла роль странная энергетическая структура этого места.

В любом случае, паучья сила пропитала тут всё, включая черепаху. Исказила, не давая ощущать себя саму. Сложно ощутить запах той мощи из которой сам частично состоишь.

Как итог — до недавнего момента это место было самым обычным Лабиринтом. А несколько минут назад всё изменилось — здесь пробудилось полноценное божество, связанное с паучьей силой и при этом обладающее свободным разумом. Как минимум, отчасти.

— Ты уже поняла, что произошло? — посмотрел я на черепаху, которая тоже задумчиво пялилась на струйки песка, которые гнал ветер. — Что думаешь делать?

Взгляд неизвестной богини обратился ко мне. И выражение глаз у неё было таким, что казалось, та сбита с толку.

— Моя защита была идеальна. Никто не смог бы просто так прорваться внутрь, — возмущения в её голосе было не меньше, чем у сына Македонского, когда тот понял, что убийцы пришли именно по его душу.

— Эта сила не врывалась внутрь. Она просто поглотила всё, — объяснил я момент, который мне самому казался полностью понятным. — И пропитала тебя. Но не подчинила разум.

Дала мощь и возможности, при этом не накинув ошейник. Поразительно. Перспективно. И опасно — если сейчас происходящее почувствовал хозяин паутины, он захочет всё исправить. Ну или она.

— Да какая сила? — шагнула к нам Воронцова. — Можете объяснить о чём речь?

— Здесь тебе не выжить, — проигнорировав смертную, я снова обратился к черепахе. — Хочешь вернуться вместе с нами?

В её глазах наконец отразилось понимание. Всё-таки не каждый день приходится слушать новости о падении своего мира и гибели, либо превращения в рабов, всех знакомых богов. Не слишком-то это радостно, пожалуй.

— Это всё ещё мой дом, — медленно заговорила собеседница. — Я чувствую его. Но… не помню, чтобы делила его на части.

Похоже паучья сил каким-то образом повлияла и на её разум. Сложно не заметить, изменений, когда твоя крепость буквально рассечена на куски и больше не является цельной. Не говоря уже о том, что совсем недалеко от нас — самый настоящий портал в другой мир.

— Посмотри туда, — указал я рукой в его сторону. — Там выход в наш мир. Раз ты чувствуешь весь Лабиринт, скажи, есть ли тут ещё такие места?

На какое-то время она застыла. Сначала с некоторым шоком смотря на меня. А потом, разглядывая виднеющийся вдалеке выход из Лабиринта.

— Ещё два. Но они намного дальше отсюда, — глухо прозвучали слова.

На плече тонко и с интересом пискнул Харп, тут же отправивший мыслеобраз того, как мы отправляемся в иной мир.

Вот черепаха похоже уже начала осознавать всю тяжесть ситуации. Правда, пора бы ещё и начать действовать — я чувствовал, как постепенно растёт концентрация силы. А где-то за линией барханов, которая перекрывала вид дальше, вовсе ощущались её мощные выплески.

— Решай, — надавил я голосом. — Уходишь или остаёшься и умираешь?

Молчание. Всё ещё не может определиться. Какая-то слишком медленная она для божества.

— Уходите, — окинул я взглядом остальных. — Немедленно. Я догоню.

Аристократам такой поворот событий, как и всё происходящее вокруг, явно не понравилось. Но что им ещё оставалось делать? Оставаться и ждать, пока вокруг начнётся настоящая буря? Выплески силы за барханами они тоже должны были чувствовать. И прекрасно понимали, что те несут угрозу.

— Я останусь с вами, господин, — посмотрела на меня Варвара.

— Отступай. Немедленно. Это приказ, — чуть повернув голову, я посмотрел на смертную, озвучивая слова. — Проследи, чтобы все покинули Лабиринт.

К счастью сработало — через несколько секунд она двинулась за остальными. На месте остались только мы с Харпом и черепаха.

— Ты уверен, что я не могу вернуть всё на место? — богиня в облике животного, посмотрела в сторону цепочки барханов. — Оттуда что-то надвигается. Но возможно я справлюсь.

— Всё это место пронизано вражеской силой, — пожал я плечами. — Даже если ты размажешь первую волну, появится следующая. И так до бесконечности. Не уверен, как именно всё это происходит, но вероятнее всего, мы сейчас очень далеко от твоего мира.

Сам себе я казался убедительным. Но она продолжала колебаться, крутя по сторонам головой и не двигаясь с места.

Очередной выплеск силы произошёл совсем рядом. А в следующую секунду из-за барханов показалось нечто. На первый взгляд — гигантский скорпион. Но если присмотреться — хвостов у него имелось целых три, а в дополнение к паре клешней, из корпуса тянулось несколько десятков гибких щупалец.

Вслед за первым, возник второй. Потом — целый десяток. Они пёрли настоящей волной, как вошедшие в раж боевые слоны.

От черепахи потянуло силой и вверх взмыл вал песка. Спустя миг он засверкал от влитой в него мощи, едва-ли не заставляя растворяться воздух вокруг. А потом хлестнул прямо по наступающим тварям.

С таким объёмом силы, атака должна была растворить всех скорпионов, уничтожить барханы и вообще разровнять всё до самого горизонта. Но песок почти сразу осел вниз, нанеся более чем скромный ущерб. Несколько уничтоженных монстров — это совсем не то, чего ждёшь от такой атаки.

— Как? — возмущённо поинтересовалась черепаха. — Почему они живы?

— Они созданы той силой, которую используешь ты сама, — озвучил я единственную догадку, которая пришла в голову. — А как известно, огонь нельзя уничтожить другим огнём.

Пожалуй не самое лучшее сравнение — если вспомнить лесные пожары, смертные нередко сами пускали им навстречу пламя. Но черепаха аналогию вроде бы уловила.

— Запрыгивай, — вздохнула она. — Идём. Посмотрим на твой мир.

Подобного приглашения я не ожидал. Но и отказываться не стал. В конце концов, когда ещё выпадет шанс прокатиться на гигантской божественной черепахе?

Скорость, надо сказать, она развила более чем приличную. Мы натурально неслись к выходу. Резво догоняя смертных, которые уже успели преодолеть две трети пути.

А потом песок вдруг ушёл у неё из под ног и мы оказались в свободном падении. Только что внизу была обычная пустыня, а теперь — зияющая пропасть. Дно которой сверкало подозрительно знакомым цветом.

— Держись! — закричал я, щедро расходуя божественную силу и используя тот единственный материал, что был под рукой. — Внизу ещё один портал.

Спрыгнув с черепахи, я врезался в сеть, которую только что собственноручно создал из песка. Рядом, в неё же ударила тяжелая туша божества. А справа задорно пискнул довольный Харп, который раз за разом подпрыгивал, отталкиваясь от созданного наспех препятствия.

— Поглоти их песок, — вот уж не ожидал, что черепахи могут издавать звук похожие на рык. — Почему я не могу ничего сделать?

Предположение у меня имелось. Но озвучить его прямо сейчас, я не собирался. Вряд-ли ей понравится мысль о появлении настоящего хозяина этого места.

— Просто балансируй, — скомандовал я, формируя под нашими ногами воздушную подушку и толкая её вверх. — Постарайся не использовать силу.

Последнее не было лишним — от черепахи вовсю тянуло мощью. Бесполезной с точки зрения уничтожения врагов, но активно взаимодействующей с моей собственной.

Странно, что несмотря на солидный процент паучьей силы в своём энергетическом каркасе, она вообще сохраняет возможность независимо мыслить. Хотя, если подумать — тот же леший, пусть и начал сходить с ума, но ядро здравого сознания сохранил. В том плане, что его не подчинили и не заставили обожать своих хозяев, желая искренне и преданно тем служить.

Нет, его заставили. Вынудили преклонить колени и выполнять чужие приказы. Выходит, подчинить себе божественный разум, паучья мощь всё-таки не в состоянии.

Подъём вышел быстрым — какие-то несколько секунд и мы уже парим над пропастью. А в следующий момент уже несёмся в сторону выхода, около которого почему-то застыли смертные.

Я рассчитывал, что нас попробуют остановить. Выстроят стены из песка, создадут големов, обрушат воздух в конце концов. Есть масса способов замедлить противника, когда ты полностью контролируешь окружающую его среду.

Но против ожидания, нам позволили спокойно добраться до выхода.

— Нас не выпускает! — тонко закричала Воронцова. — Плетения не срабатывают!

Один из её телохранителей, видимо являющийся Охотником, прямо сейчас опустился на одно колено перед барьером, касаясь его рукой и используя плетение.

— Что вообще происходит? — следом за девой заговорил Долгорукий. — Зачем ты хочешь вытащить отсюда черепаху? Что за фразы про другие миры?

— Смертные, — невесело фыркнула богиня. — Они тоже никогда не меняются.

— И почему она постоянно зовёт нас смертными⁈ — Воронцова не слишком аристократично тыкнула в черепаху пальцем. — Как будто сама не такая.

Комментировать я всё это не стал. Скорпионы, число которых выросло до сотен, мчали к нас настоящей лавиной. Приближаясь достаточно быстро, чтобы совсем скоро стать реальной угрозой. А через те самые барханы продолжали переваливать новые и новые. Видимо нас решили попросту завалить пушечным мясом.

Но принимать свой последний бой здесь и сейчас, я не собирался. Не дождётесь.

— Запусти ещё раз, — опустился я на колено рядом с Охотником. — С самого начала.

Покосившись на меня, он и правда пустил в дело плетение. Которое действительно пыталось взаимодействовать с барьером. Упорно ни на что не реагирующим.

Блокада, значит. Занятно. Только не совсем понятно — кто сейчас всё это проделывает? И видит ли он нас?

— Сможешь повторить? — повернул я голову в сторону застывшей неподалёку черепахи, которая тоже наблюдала за действиями смертного. — В точности и выкладываясь на полную?

Отвечать та ничего не стала — вместо этого молча принялась за реализацию техники. По идее должно было сработать. Во-первых, божественная мощь, а во-вторых — та самая паучья сила, которая пронизывала всё вокруг.

Одно неприятно — скорпионы уже были совсем близко. Пожалуй доберутся до нас раньше, чем местная богиня откроет проход.

— Харп, — скосил я глаза на питомца, который смирно сидел на плече. — Время убивать.

Соболь моментально сорвался с места, стремительно рванув навстречу скорпионам. Не такие они оказались и страшные — он моментально оторвал голову самому быстрому и прыгнул на второго, впитывая трофейную силу. А я пустил в дело ещё одно плетение, формируя десяток песчаных големов.

Бесформенных и самых примитивных — долго они не продержатся. Минут через пятнадцать связывающая их энергетическая структура рассыпется и создания опадут песком. Но нам сейчас требовалось куда меньше времени. А вот в плане живучести они были хороши — скорпионий яд на них не срабатывал, а клешни бесполезно тонули в песчаной плоти. Тогда как сами големы наваливались на врагов, обтекая со всех сторон и пытаясь раздавить весом.

Харп всё ещё метался среди противников, одному за другим отрывая им головы. А за спиной что-то ярко сверкнуло.

— Получилось! — радостно воскликнула Софья. — Мы выживем!

— Изумительно… — медленно протянула Воронцова. — Что это вообще такое было?

— Убираемся отсюда, — оглянулся на них я. — Быстрее!

Крик помог — смертные и правда устремились к выходу. Быстро исчезая за мерцающей стеной барьера. Сам я прошёл последним — сразу после гигантской черепахи. В последний раз глянул на пустыню, в которой скорпионы навалились на големов, пытаясь взять числом, и шагнул прямо в сверкающую стену портала.

— Где наш господин? — первое, что я услышал, был яростный и изумлённый голос одного из ханьцев, что остались снаружи. — И кто эта девица? Откуда она тут взялась?

И правда — девица. Хрупкая, без одежды, с большими синими глазами и светло-рыжими волосами. Так вот кто прятался под обликом гигантской древней черепахи. Только вот, паучьей силы в ней теперь не ощущалось.

Ханьцев тут было ещё прилично. Целая дюжина. Яростных и возмущённых. Пара вовсе тянулась к своим дарфонам, так что дальше я медлить не стал. Оставишь всё на усмотрение смертных — потом придётся расхлёбывать хаос, который те наворотили. Проще всё сделать самому.

Среди двенадцати китайцев, сильных Одарённых больше не было. Так что Харп без особых проблем закинул их в своё хранилище.

Людей Воронцовых и Долгоруких, такой поворот событий, понятное дело, застал врасплох. Да и сами аристократы выглядели полностью изумлёнными.

— Что ты с ними сделал? — повернулся ко мне Евгений. — Ты понимаешь, какими могут быть последствия?

— Как только об этом узнают, грянет война, — поддакнула Анастасия, в кой-то веки согласившаяся с юношей.

— То есть своим людям вы тоже не доверяете? — остановившись, я обвёл взглядом примолкших и разом помрачневших Одарённых. — Отправить их следом за ханьцами?

Вот теперь во взглядах солдат заплескался страх. Они прекрасно видели, как я только что отправил в никуда двенадцать ханьцев. Которые пусть и были относительно слабы, но тем не менее все владели силой. А значит — не могли бесследно исчезнуть, если отталкиваться от логики смертных.

Тем не менее, все они попросту растворились в воздухе. Не оказав ровным счётом никакого сопротивления. Что позволяло сделать определённые выводы о моей силе.

— Я доверяю своим людям, — начал Георгий. — Но когда мы прибудем домой, неизбежно начнутся допросы. Этого не избежать.

— Информация точно утечёт, — добавила Анастасия. — Пусть не сейчас, а через пару дней. Но реакции ханьцев это не изменит.

Может оно и так. Вот только я совсем недавно принял важное решение. Которое очень скоро полностью изменит жизнь этой пары смертных.

— Думаю, мы с этим разберёмся, — пожал я плечами. — Но сначала поговорим по дороге назад в город.

Слева и позади громко ойкнула Софья, которая пыталась накинуть куртку на плечи обнажённой «черепахи». А та порывисто шагнула вперёд.

— На колени, смертные! — глаза девушки заполыхали золотом, а по телу забегали искры такого же цвета. — Как смеете вы стоять в моём присутствии? Испепелю!

Выглядело всё это весьма грозно. Особенно, если не видеть, в каком состоянии находятся её энергетический каркас с искрой. Не знаю, сколько времени она провела в своём убежище и как давно то оказалось пронизано паучьей силой, но на состоянии богини, это отразилось более чем сильно. Её внутренняя структура, которая лишилась чужой мощи, сейчас бурлила, как рыбацкая похлёбка над костром.

Поэтому я ничуть не удивился, когда девушка сделала ещё один шаг вперёд и попросту завалилась вбок. Рухнув на землю, если бы не руки эллинского титана, перехватившие её на половине пути.

— Одень её, — передал я освобождённую богиню Софье. — И позаботься. Варвара, Наталья — помогите ей.

— Кто она? — поинтересовалась Анастасия, с некоторым интересом наблюдавшая за сценой. — Была ведь черепахой. Теперь человек. Как она вообще там оказалась?

Могу поспорить, у девушки была ещё масса вопросов. Точно так же, как у молодого Долгорукого. И в этот раз я действительно решил на них ответить. Впрочем, начал с совсем иного.

— Что вы знаете про эллинских титанов? — поинтересовался я, когда самолёт поднялся в воздух, а мы устроились в отдельном отсеке для особо привилегированных пассажиров. — Слышали вообще что-нибудь? Встречали?

Растерянность быстро сменилась интересом. А потом — лёгкими нотками страха.

— Настоящих титанов? — медленно протянул слова Георгий. — То есть легенды о реальных богах, это правда?

Умный смертный. Сразу понял что к чему. Хотя, судя по его глазам, до конца ещё не верит.

— Это не легенды, — качнул я головой. — А настоящая версия вашей истории.

— Но… — чуть замялась Анастасия. — Как же Одарённые? Монархи? Не может весь мир обманываться.

Верная постановка вопроса. Одно только «но» — мир и не обманывается. По крайней мере точно не весь. Смертных, которые в курсе настоящего положения дел, не так уж мало. Ещё больше тех, кто располагает обрывками информации, либо догадывается о том, что им лгут.

Собственно, приблизительно это я им и озвучил. Наряду с кратким экскурсом в их же собственную историю. Понятное дело, детали мне были неизвестны, но сейчас с головой хватило общей концепции. Которая и так ввергла их в состояние полного шока.

— Постой, — медленно покачал головой Георгий. — Ты сейчас предлагаешь нашим Домам пойти против Надзирающих? Тех, кто по твоим словам контролируют весь мир и при необходимости могут растереть в порошок целые страны?

— Самоубийство, — коротко добавила Анастасия. — И настоящее безумие.

Ну вот. Этап осознания пройден. Теперь переходим к принятию. Странные смертные — должны ведь понимать, что фактически обречены после первых моих слов. Разве что Надзирающие предпочтут стереть им память или включить в свои ряды. Но как по мне, такой гуманизм этому тайному ордену не свойственен.

— Вы были в Лабиринте вместе со мной и Лянчжи, — напомнил я им. — Благополучно покинув его, когда все ханьцы погибли. А теперь летите в одном самолёте со мной в Екатеринбург. Как думаете, этого достаточно, чтобы вас прикончили просто на всякий случай?

Те обменялись чуть растерянными взглядами. Снова уставились на меня.

— Ты же сам сказал, что надо поговорить, — раздражённо напомнила Анастасия. — А теперь угрожаешь нам этой же беседой?

Странные они. Весь мир кормят с ложечки ложью, а они возмущаются моими методами. Видела бы эта пара, как вели дела Древние расы до момента, когда люди возвысились и создали себе первых богов. Там такое творилось, что всё коварство их современной дипломатии выглядит битвой детей в песочнице.

— Скорее её содержанием, — поправил я деву. — После такого, Надзирающие точно не оставят вас в живых. Тем более на борту находится живая богиня.

— Угу, — мрачно кивнул Георгий. — От которой наверняка останутся следы. Самолёт придётся уничтожить.

Не в ту сторону у него мысли пошли. Тут бы думать о перспективах, а смертный продолжает размышлять, как от всего отделаться и вернуться к спокойной жизни.

— Вы ещё не поняли, да? — поочерёдно посмотрел я на них. — Не осознали?

Долгорий молча хмурился, предпочитая смотреть в пол. А вот Анастасия напротив — поджав губы, глянула мне прямо в глаза.

— Что мы должны осознать? — поинтересовалась девушка. — Подставу, которую ты устроил?

— Возможность подняться на самую вершину? — отчеканил я, не отводя взгляда и выпуская свою ауру. Ту самую, от которого когда-то трепетали самые могущественные враги. — Перед тобой Кронос. Эллинский титан, чьё имя гремело в веках! Там — богиня из другого мира. Этого мало? Вы всё ещё боитесь кучки жалких смертных, которые каким-то чудом подмяли под себя весь мир?

На несколько секунд наступила тишина. Защитный барьер, которым я окружил секцию не давал услышать нас всем остальным. Да и мощь моей ауры он замаскировал весьма неплохо. Но вот двое аристократов были вынуждены развернуть энергетические доспехи. Слишком сильным для них оказалось давление.

— Всё же, мир у них захватить удалось, — после недолгого колебания отметил Георгий. — А на их стороне сражаются самые настоящие боги. Не слабее тебя.

— Нет, — отрицательно покачал я головой. — Старой силы у них уже нет. К тому же никто не требует наносить по ним удар прямо сейчас и выходить на великую битву. Сначала вы просто присоединитесь к моей свите.

Формулировка им не очень понравилась. Что было объяснимо — когда тебя с детства растят, как представителя белой кости и высшей элиты общества, сложно признать существование того, кто стоит ещё выше.

Но они имели дело с эллинским титаном — естественно, я их убедил. Продемонстрировал свои возможности, надавил аргументами, зацепил эмоции. В Элладе тоже была своя «золотая молодёжь». И порой приходилось находить с ней общий язык, чтобы тихо провернуть то или иное дело.

В итоге, к моменту приземления, они уже принесли мне присягу. Естественно, это было рискованно. Но как подсказывал мой разум — пришла пора действовать более активно. Как минимум — готовиться к грядущему удару Надзирающих.

Что забавно — по большей части, к этой мысли меня привело как раз появление Лянчжи. Империя Мин была велика и сильна. Древняя страна с многочисленной армией и множеством сильных родов Одарённых. Которая к тому же, играла первую скрипку в Азии.

Отодвинуть их в сторону, у немцев никак не вышло. И пусть ханьцы признавали германскую верхушку ордена в качестве высшей власти, но при этом активно пытались потеснить их везде, где это было возможно. Понятно дело, Лянчжи отлично понимали реальное положение дел и знали обо всём, что произошло. Более того — судя по всему, они каким-то образом получили информацию из Екатеринбурга. И смогли верно её интерпретировать.

Причина по которой я так считал, была проста — Хао и его сопровождение прилетели буквально в этот же день. Вместо делегации по переговорам о строительстве железной дороги. Ветки, которая должна была соединить Китай с Россией.

Предполагалось, что сюда прибудет группа самых обычных родовых чиновников и финансистов, во главе с одним из Лянчжи. Вместо этого прислали человека, который специализировался на политических переговорах. В сопровождении троицы не самых слабых Одарённых.

По большому счёту нам повезло, что богиня разобралась с ними внутри Лабиринта, а тела рассыпались пылью. Могу поспорить, эти смертные притащили с собой настоящую груду разнообразных артефактов слежения. О части которых могли даже не подозревать. Случись схватка в обычных обстоятельствах, это неминуемо привело бы к серьёзной проблеме.

Солдат и слуг рода я тоже привёл к присяге. Как и экипаж самолёта. Не скажу, что это было легко. Попробуйте в чём-то убедить перепуганных смертных, уверенных, что их господа находятся под внешним контролем и не понимающих, чему вообще можно верить.

Опять же — выручила демонстрация собственных возможностей. Ну и дворяне поддержали, как смогли. Что в итоге помогло справиться с ситуацией.

— Что теперь? — когда мы разобрались с последними из сомневающихся смертных и вернулись в «приватный отсек», на меня устремился взгляд Анастасии. — Как ты собираешься разобраться с Надзирающими? И что мне сказать бабушке?

— Передай, что войска рода стоит привести в полную боевую готовность, — усмехнулся я. — Совсем скоро начнётся война с Лянчжи. А потом, возможно и с империей Мин.

На лице девы проступило уже знакомое выражение полного шока.

— Ты… — осёкшись, она закашлялась, прервавшись на середине фразы. — Нас раздавят! Это даже не обсуждается!

— Она права, — глянув на аристократку, добавил Георгий. — Даже если объединимся, внутри империи хватает врагов. Они с радостью воспользуются ситуацией.

Харп на моём плече тонко пискнул. Вытянул голову, по очереди смотря на каждого из дворян.

— Вес-с-селье будет с-с-славным, — тонко пропищал соболь. — Будем кромс-с-сать китаёз, как траву.

Мои собеседники переглянулись. А я откинулся в кресле, с улыбкой наблюдая за смертными.

— Любая война, это хаос. И новые возможности, — сделав короткую паузу, я оценил состояние их разумов, используя недавно поставленные печати. — Мы воспользуемся ситуацией, чтобы сколотить коалицию внутри империи. Вырвем горло роду Лянчжи и поставим на колени династию Мин.

Вот теперь они смотрели на меня, как на полного безумца. Наверное как-то так люди когда-то глядели на Прометея. Засовывать вкусное сочное мясо в больно колющийся огонь? Ну действительно ведь, звучит, как идея полного психопата.

— Силами двух Домов? — Георгий даже не пытался сдерживать сарказм. — Всю империю Мин?

— Да какая империя? — взвилась Анастасия. — Одни Лянчжи нас смешают с землёй.

— Забыли, кто вы теперь такие? — подался я вперёд, в очередной раз выпуская ауру. — Теперь вы в свите Кроноса. Каждый из вас — потенциальный член нового пантеона. И если думаете, что я не подготовлю вас к этой войне — вы ошибаетесь.

Своего я добился — настроение собеседников резко изменилось, развернувшись в противоположную сторону. Но была и иная грань — у них моментально возникла целая груда вопросов, которые те не преминули на меня обрушить.

Как итог — после посадки мы ещё почти час провели в салоне самолёта, обсуждая ближайшее будущее. Я бы с радостью отложил этот разговор на потом. Но совсем скоро им придётся предстать перед лицом старших родичей. Которые наверняка озаботятся вопросом о пропавшей делегации Лянчжи и моей ролью в этом процессе. Поэтому требовалось заранее выработать стратегию, ознакомить с ней эту парочку и согласовать их действия.

На самом деле, ничего сложного там не было. По сути, всё что от них требовалось — организовать встречу лидеров обеих Домов со мной. И поддержать в ходе беседы.

Безусловно, убедить старых и поднаторевших в интригах аристократов будет куда сложнее. Но я в конце концов эллинский титан. Справлюсь. Заполучив в качестве союзников два крупных рода Российской империи.

Когда мы наконец покинули самолёт и разъехались, молодые аристократы выглядели изрядно озадаченными. И одновременно впечатлёнными размахом. По-моему они только сейчас осознали, что слова о пантеоне, новых богах и уничтожении Надзирающих — вовсе не уловка, с целью обеспечить их лояльность, а мои реальные намерения.

Что касается моих собственных соратников, то их растерянность хорошо ощущалась без лишних слов.

— Теперь мы будем воевать с ханьцами? — напряжённо поинтересовалась Коршунова, когда мы оказались в машине. — Ты представляешь себе их мощь?

Харп недовольно заурчал, слегка повернув голову к деве. А я усмехнулся.

— Вполне. Только сегодня видел, как они героически умирают, не в силах противостоять черепахе, — иронии в моём голосе было столько, что Наталья была обязана её уловить.

— Черепахе? — смертная даже тон голоса немного повысила. — Ты сам сказал, что это богиня. Как они могли бы с ней сражаться?

— А со мной? — повернулся я к ней. — Ты хотя бы задавалась вопросом, скольких богов титаны убили в ходе войны? Тех, чьих имён нет в летописях, потому что к моменту дележа власти, они оказались мертвы. Я стёр из реальности десятки богов и равных им. Предлагаешь мне опасаться смертных?

Дворянка чуть смешалась. Варвара, бросив на неё взгляд в зеркало заднего вида, довольно усмехнулась. А салон наполнил неуверенный голос Софьи.

— Но ведь сейчас вы… — она замялась, видимо размышляя, как продолжить, чтобы это не прозвучало слишком резко, но в итоге всё равно не смогла подобрать нужное слово. — Не совсем в полной силе.

— Пока да, — согласился я. — Но это ненадолго. К тому же, мне не потребуется полная мощь для настолько простой войны.

— Простой войны, — фыркнула Коршунова. — Давай тогда уж на германцев сразу нападём. Чего мелочиться? Порвём самого главного волка стаи.

Я тихо рассмеялся. Неверие смертных в мои силы, это забавно. Отчасти, я их прекрасно понимаю — появись сейчас на нашем пути несколько сильных Надзирающих, я запросто могу проиграть. Но при всём этом, я остаюсь эллинским титаном. Со всеми вытекающими из этого последствиями. А если добавить, что уничтожение каждого сильного Одарённого, немного пополняет мою искру мощью, ситуация вовсе начинает выглядеть неплохо. Тем более, количество моих врагов, в последнее время только растёт.

— А что с этой богиней? — покосилась на меня Варвара, которая управляла машиной. — Убьёте её, чтобы получить силу?

От двух дев, которые сидели позади, повеяло живым интересом. А вот Лука испытал нечто похожее на смесь грусти и разочарования. Похоже юноша считал, что убивать обнажённых красивых девушек — ненормально. Не улавливая, что тут всё зависит от контекста. Красота — штука врождённая и от характера никак не зависит. Ну а уж раздеться, сможет абсолютно любая женщина, в любом из миров.

Хотя, в данном конкретном случае, прибегать к таким мерам я не собирался. Богиня — естественный союзник. К тому же она должна немало знать о паучьей силе и ее хозяевах. Уж точно больше моего. Хотя бы из-за того, что наблюдала за их вторжением в свой собственный мир.

— Она станет одной из нас, — повернул я голову к Варваре. — Конечно, если не начнёт творить глупости.

— Одной из нас? — дева чуть прищурилась, скашивая на меня глаза. — Вы собираетесь наделать с ней детей и собрать себе армию?

На ум сразу пришла легенда, которую распространили олимпийцы после того, как одержали верх в войне. Мол, Зевс и прочие новые боги были моими детьми. Они ещё и всякой мерзости туда добавили. Вроде пожирания и последующего оживления. Как в такое вообще поверить можно? Если смертного порубить на куски и сожрать, а потом вспороть брюхо людоеда, оттуда целый человек что-ли выскочит? Нет, конечно. А у божества вовсе нужно только искру уничтожить и потом чуть надавить на беззащитный разум. Что там будет с телом, уже не так важно. Ключевой момент — расщепить сознание.

Тем не менее, формирование ближнего круга через рождение детей — такое себе. Некоторые боги и правда такое практиковали. Рано или поздно сталкиваясь с предательством и изменой. Первую пару сотен лет подобная схема ещё работает. На третьей начинает медленно ползти по швам. А спустя пять веков ты гарантированно бьёшься со своими отпрысками. Обычно под началом первенца и с их матерью в качестве военного советника. Тогда как за твоей спиной — новое поколение детей и другая жена. Правда, в их лояльности ты тоже уверен не на все сто процентов.

Чаще всего подобное заканчивалось полной гибелью всего пантеона, который вырезали более удачливые конкуренты, навсегда оборвав ветвь. После чего обрушивались на его старых последователей, старательно искореняя любую память о старых богах. На самом деле их ведь было куда больше, чем считают смертные. Раз в десять, как минимум. Просто большая часть полегла в той непрерывной мясорубке за власть, которой является наша жизнь.

— Никаких божественных детей, — покачал я головой. — Точно не сейчас.

Лицо девы намекало, что в её голове крутилась ещё масса вопросов. Как и у всех остальных. Но они нашли в себе силы сдержаться.

Наш новый дом пока ещё был в стадии «роста», так что пока пришлось вернуться в отель. Где я поднялся в пентхаус, к уже ждущему Харенееву.

— А это ещё кто? — удивлённо посмотрел старик на богиню, которую мы так и дотащили наверх, завёрнутую в большой плед из самолёта. — Вы по дороге кого-то подобрали?

Я было собирался пошутить в духе Сократа. Но тут дева, которую придерживал Лука с Софье, вдруг встрепенулась. Сверкнула глазами. И откинув от себя плед, обвела нас безумным, полыхающим золотом взглядом.

— Готовьтесь принять смерть! — Харп яростно зашипел, а я прикрыл себя и всех членов свиты доспехами, уберегая от разрушительного и наполненного мощью тембра. — Сегодня я отомщу за всех павших!

Не знаю, кого она представляла в своей голове, но начало этого представления мне уже не понравилось.

— Остановись! — надавил я аурой, раскрывая свою искру и приближаясь к рыжеволосой деве. — Мы спасли тебе жизнь!

— Заткнись! — одновременно со звонким криком она ударила своей аурой. Да так, что полностью разметала мою, при этом залив всю комнату.

Не будь на соратниках полноценных энергетических доспехов, их каркасы прямо сейчас превратились бы в кашу.

— Выйдите, — мрачно озвучил я, глянув на своих воинов, которых раскидало по всей комнате, вжав в стены. — Оставьте нас одних.

Варвара, услышав фразу, яростно блеснула глазами и попыталась достать револьвер. Но не сильно преуспела. А спустя пару секунд её уже утащил за руку Харенеев. Ревность у этой смертной зашкаливала. Даже моему прямому приказу сопротивляться смогла.

— Кто ты такой? — уставилась на меня оставшаяся внутри богиня, которая казалось не обратила никакого внимания на ушедших людей. — Чего ты хочешь? Взять меня силой? Превратить в свиноматку, которая нарожает тебе детей?

Забавно. Почти то же самое мне как раз Варвара и говорила совсем недавно. Это у них мысли так сходятся или мойры на что-то намекают? Может правда, когда всё закончится, ребёнком обзавестись?

— Зачем мне безумное порождение Бездны, когда есть уйма нормальных женщин, — попытался выдать я рациональный ответ. — Ты себя вообще со стороны видела?

На самом деле, выглядела она роскошно, чего уж тут. Почти идеальное, стройное тело, дрожащие в потоках ауры светло-рыжие волосы, полыхающие золотом глаза. Да, агрессивна и не совсем в себе. Но на ум приходил, как минимум десяток богов, которых такой поворот полностью бы устроил. Да и не вечно же она такой будет.

Тем не менее, сейчас я хотел всего лишь немного её зацепить в эмоциональном плане. Заставить отвлечься от изначального безумия, которое горело в её голове и заставить сфокусироваться на другом.

— Ах ты жалкий червяк! — рявкнула дева. — Да я прекрасна, как утреннее солнце! Как первый день лета! Как…

— Как любующаяся собой в зеркало самка барсука? — предложил я свою версию.

Волна чистой божественной мощи — это серьёзно. Я-то сам устоял. Энергетический доспех уже был готов к подобному удару и насыщен энергией на максимум. Тогда как искра моей «противницы» не позволяла ей развернуться на полную. Слишком слаба она стала после потери всей паучьей силы и вынужденной перестройки каркаса.

Но вот здание уберечь не вышло — оконные стёкла вылетели наружу фонтанами осколков, а стена выгнулась наружу и кажется начала осыпаться. Я в последний момент успел дотянуться и остановить обрушение.

— А теперь вспомни, что было сегодня! — рявкнул я, отвечая ответным ударом и заставляя её ауру сжаться до нормального состояния. — Как мы встретились, ты убила ханьцев, а потом прошла через барьер!

Та застыла на месте. И секунд десять не двигалась, смотря перед собой и не моргая. Потом медленно перевела взгляд на меня.

— Ты… — неуверенно начала богиня. — Не понимаю… Я вроде бы помню. Но всё, как в тумане.

— Слишком много паучьей силы, — озвучил я единственное логичное предположение. — Которая сгорела, когда ты покинула Лабиринт. Весь яд вышел из тела, но оно слишком привыкло к его наличию и сейчас пытается адаптироваться.

Чуть поморщившись, богиня шагнула в сторону. Пошатнувшись, прошла ещё пару метров и наконец опустилась на криво стоящий диван. Где устроилась абсолютно по-простолюдински — откинувшись назад и расставив ноги.

— Так мы встретились, когда я спала… — медленно заговорила она. — С тобой были ненавистные китайцы и я начала убивать. А потом…

— Мы покинули Лабиринт, — подсказал я. — Сразу после того, как ты чуть не провалилась в пропасть.

— Точно… — вздохнула богиня. — Пропасть… А что такое Лабиринт? Я помню, ты объяснял, но из головы как будто водой всё вымыло.

Если уж на то пошло — её возможность разговаривать и относительно адекватно себя вести, уже чудо. Я предполагал, что потребуется немало времени, чтобы просто поставить «черепаху» на ноги. Она же запросто использует силу искры и вроде как соображает своей головой.

Много времени рассказ не занял. Тем более, как быстро выяснилось, дева неплохо представляла, что такое паучья сила и как та работает. В смысле — знала о том, что миры снаружи окутаны Паутиной, хозяева которой питаются силой богов и самых сильных из представителей Древних рас. Хотя, по сути, это одно и то же.

Она даже теорию выдвинула. Мол — Лабиринты, это места, где барьеры между мирами настолько сильно истончились, что Паутина проникает в саму плоть мироздания. Что приводит к появлению такого странного вида территорий. которые соединяют между собой разные вселенные.

Учитывая, в каком она сейчас была состоянии — уже неплохо. Как минимум, диалог мы с ней наладили. И на первый взгляд — вполне себе доверительный.

— Как тебя зовут? — после двадцати минут беседы, я задал вопрос, с которого обычно её начинают. — Моё имя Кронос. Эллинский титан.

— Мисария, — чуть наклонила голову дева. — Египетская покровительница домашнего очага.

Интересный у неё выбор внешнего вида. Богини, которые отвечали за нечто подобное, обычно подбирали нечто попышнее. Предрассудки смертных — большая их часть считала, что забота о доме обязательно ассоциируется с лишним весом и отсутствием ухода за собой. Если вы зависите от степени веры паствы — приходится подстраиваться.

Видимо, что-то подобное отразилось на моём лице. Потому что дева тут же улыбнулась.

— Это мой облик для… — она на мгновение замялась, подбирая слово, что заставило меня удивиться. — Домашнего использования. Никто ведь не запрещал иметь несколько.

В целом — да. В конце концов, мы могли менять свою внешность, как угодно. А если вспомнить количество аватаров, которые рано или поздно появлялись у каждого божества в качестве средства от скуки, личин можно было сменить сотни.

Тем не менее, тон у неё был немного странный. Смущённый что-ли. Не совсем то, чего ожидаешь от древней богини, которая без всякого стеснения развалилась голышом на твоём диване. Ещё и ноги в стороны раскинула, как будто приглашая полюбоваться.

Стоп. Она же о постели сейчас. Этот внешний вид — для любовников. Ну или мужа — кто его знает, какая у неё была моральная система координат. Оттого и смущается. Не из-за наготы, а потому что привыкла, что вот такое её лицо и тело видят только единицы.

— Что ты знаешь о Паутине? — подняв с пола опрокинутое кресло, я расположился напротив неё и попробовал вернуть беседу в более деловое русло. — Видела тех, кто ей управляет? Сражалась с ними?

Как я и говорил — знала она больше моего. Хотя и не так много, как хотелось бы. В любом случае — её мир столкнулся с угрозой, оставаясь под контролем богов. Владельцы громадной межмировой паутины тоже пытались организовать всё руками людей. Заставить их ударить богам в спину, пленив тех и организовав бойню. Но не вышло — заговор раскрыли на самом начальном этапе.

Поэтому всё быстро переросло в активную и открытую войну. Правда в непривычном формате. Здесь уже не боги, а их противники сражалась в телах своих аватаров. Тогда как владетели мира бились в собственных телах.

Самое главное, что я вынес из этой истории — владельцев паучьей силы реально уничтожить. Более того, это не так сложно. Вплоть до того, что имелись специальные плетения и печати, позволяющие нейтрализовать действие паучьей мощи.

Сам факт того, что их мир успешно сопротивлялся на протяжении, как минимум десятилетий, показателен. Будь эти «пауки» слишком сильны, у богов не вышло бы столько времени держать оборону.

— Мы же там с ума сходим, — спустя какое-то время тихо скрипнула дверь и в комнате просунулась голова Варвары. — А вы тут…

Взгляд девы скользнул по комнате. И предсказуемо остановился на обнажённой богине, которая так и не изменила своей позы.

— Она… А вы… Но… — девушка не могла подобрать слов, заставив удивлённо пискнуть наблюдающего за ней Харпа. — Как так?

— Мы беседуем, — невозмутимо ответил я. — Хотя возможно ты права. Мисарии стоит отдохнуть. Продолжим вечером?

Последний вопрос был адресован самой рыжеволосой богине, которая после секундной паузы, ответила молчаливым кивком.

Доверить выбор покоев для неё Варваре, стало бы стратегической ошибкой. Поэтому я проводил новую союзницу сам. После чего собрал небольшой военный совет, изрядно шокировав всех полным изменением планов и обстановки.

Если смотреть объективно — на самом деле, менялась только та часть, что была связана с Надзирающими. Из режима «мы когда-нибудь обязательно с ними столкнёмся», мы переходили к концепту «совсем скоро они объявятся на нашем пороге». С моей точки зрения не так глобально, если учесть появление египетской богини из другого мира и все остальные обстоятельства. Но вот смертным так не казалось.

Само собой, с Мисарией мы ещё поговорили. А после того, как я выяснил все интересующие меня детали, обсудили и вопрос распределения власти. Такое всегда лучше решать сразу. Чтобы не возникло ситуации, когда каждая из сторон считает, что её точка зрения очевидна, хотя на деле, вторая думает в абсолютно противоположном направлении.

К счастью этот случай к таким не относился. Египтянка не имела никаких возражений против моего лидерства. Более того — согласилась дать присягу верности. Не такую, как смертные, которых я при необходимости мог взять под прямой контроль или уничтожить на расстоянии. Но достаточную, чтобы не опасаться прямой измены с её стороны.

Тем более ни единой причины предавать меня, у неё не было. Надзирающие не щадили богов и не заключали с ними союзов. Даже временных. Либо они, либо мы — третьего тут не дано.

Следующим утром на связь вышли молодые аристократы, которые успели побеседовать со своими старшими родственниками. И колёса нашей боевой колесницы начали вовсю крутиться.

Во-первых, я встретился со старшими дворянами. Убедив их точно так же, как внуков. Не скажу, что это было просто. Скорее наоборот — беседа вышла долгой и напряжённой. Шутка ли — им предлагали поставить на кон буквально всё, что было. Не только свою собственную жизнь и сбережения, но и существование всего рода в целом. В случае проигрыша их ведь всех вырежут. Под корень. Включая всех бастардов до которых доберутся. И сотрут упоминание фамилии из всех источников. Помнить будут только иные аристократы, передающие подобную информации внутри семей. Чтобы потомки знали — не стоит бросать вызов Надзирающим.

Демонстрация моей личной мощи, пусть их и впечатлила, но не убедила до конца. Точно так же, как и появление на сцене Мисарии. Да, оба выглядели абсолютно шокированными. Но всё равно отказывались дать своё однозначное согласие.

Это может прозвучать забавно, но переломить ситуацию помог план действий. Стратегия, которую я успел продумать и спокойно озвучил им, описывая шаг за шагом.

Хотя, скорее всего дело было в ином — они пусть и изумились нашим возможностям, но не совсем понимали, насколько они могут помочь в большом конфликте. Стоило им осознать, что вдвоём мы способны стремительно перемещаться на большие расстояния, чтобы выжигать вражеские тылы или отрывать головы конкретным противникам, как многое изменилось. Ну а когда я перешёл к божественным печатям, позволяющим нанести урон, который смертные этого мира обозначали, как «удар по площадям», как оба старых дворянина замолчали, внимательно вслушиваясь в слова.

Закончились переговоры вполне понятным результатом — мы получили новых союзников. Принёсших мне присягу и обречённых на лояльность.

На этом я останавливаться не стал — спустя сутки прошла ещё одна встреча. Уже в куда более расширенном формате. По сути, я переговорил с элитой каждого из Домов. Убедив и приняв от них присягу.

Тогда же, вечером, мы наконец перебрались в новый дом. Который буквально «вырос» на полученном земельном участке. Живой дом-артефакт, способны защитить своих хозяев. Уникальный для этого мира — сомневаюсь, что кто-то ещё располагал секретом подобных печатей.

Дополнительные здания я тоже возвёл при помощи всё тех же печатей. Казармы для солдат, хозяйственные постройки, гостевой домик. Даже все ограды, которые тут имелись. Всё это стало единой системой. Живой и связанной с окрестными лесами. Буквально запитанной на мощь природы. А в плане управления, завязанной на мою силу.

Переезд занял всего два дня. После готовности основного здания, остальные «вырастали» куда быстрее — буквально за сутки. Если уж на то пошло, основная часть времени ушла на приобретение и расстановку мебели. Не говоря уже о самой разнообразной мелочи. Таких технических излишеств, как душевые и ванные, древние печати не предусматривали. С этой задачей смертным пришлось заниматься самим.

Наконец убравшись из отеля, я смог заняться расширением численности своей «армии». Рекрутингом новых солдат и их подготовкой. Равно как и тренировками членов свиты. В конце концов, каждый из них был носителем определённого процента божественной мощи. Что позволяло использовать весьма специфические печати. Почти все из которых, в этом мире были неизвестны, либо давно забыты.

Что ещё более важно — мы тренировали плетения Мисарии. Те самые, которые её собратья использовали против носителей паучьей силы. Жаль, не было никаких тренировочных мишеней. Сложно было понять, насколько эффективны все эти приёмы окажутся в реальности. Тем не менее, применение каждый из членов свиты отработал до полного автоматизма. Да и я сам неплохо поднаторел.

Китайцы, естественно объявились с массой вопросов. Даже гибель обычной делегации вызвала вопросы. А тут отправились на тот свет Одарённые, которых послали с куда более важной миссией. Не знаю, как именно её описывали сами ханьцы, но вполне может статься так, что они действительно рассматривали меня в качестве потенциального божества. Которое бродит по земле и не зависит от Надзирающих. С какой стороны ни посмотри — мощный козырь.

Что меня смутило — Лянчжи не стали идти на обострение. Документальную базу, мы конечно подготовили неплохую. В том плане, что имелись показания сразу целой груды свидетелей, включая членов экипажа и «случайно оказавшихся неподалёку имперских егерей». Картинка складывалась более или менее вменяемой — страшная схватка внутри Лабиринта, бросившиеся на выручку ханьцы и пропавший арьергардный отряд прикрытия, в котором они все оказались.

Ну да — звучало всё это не слишком убедительно. Тем не менее бумаг было полно. Гибель целой группы своих людей, Воронцовы с Долгорукими тоже оформили. Мол, пали в битве, прикрывая отпрысков. А ханьцев подвела самоуверенность — считали, что им на самом деле ничего не угрожает.

Туда даже отряд Охотников зашёл. В тот самый Лабиринт. Едва выбравшись и далеко не полным составом — внутри творился полный хаос, пережить который смогли не все. Что только подтверждало нашу версию о зашкаливающей угрозе внутри.

И всё же я ждал немедленной и быстрой реакции. Рассматривая карту, намечая себе точки для ударов и планируя, как именно всё проверну. Пришлось бы пройти по самой грани, но я был готов. Тем более, сейчас рядом была Мисария. И мы старались каждую ночь добираться до одного из Лабиринтов, истребляя там всё живое и восстанавливая искры.

Не вдвоём, конечно. Вместе с нами были все члены свиты. Учились сражаться и получали свою долю трофейной мощи. А уж как был рад этим вылазкам Харп — отдельная история.

Тем не менее, ханьцы ничего не предпринимали. Странно. Наша история могла бы убедить тех, кто не был в курсе всей ситуации. Или ввести в заблуждение княжеских клерков. Но только не тех китайских аристократов, которые и так знали, что их люди отправились на встречу с богом.

Эта показная тишина не давала мне покоя, но вокруг ничего не происходило. Если не считать классических дворянских интриг и внимания со стороны потенциальных наследников Уральского княжества, которые несколько раз пытались наладить со мной отношения, больше ничего странного не происходило.

К слову — княжество и правда стояло буквально на пороге взрыва. Каждый из княжичей собирал свою собственную фракцию и вербовал сторонников. По большому счёту, мнение самого князя пока ничего не решало. Как только он умрёт, старые печати верности перестанут действовать. А попытка вынудить аристократов дать присягу верности наследнику, пока старый правитель ещё жив, могли привести к открытому неповиновению.

Тут всё объяснялось просто — оттиски, которые смертные ставили во время принесения присяги, разительно отличались от божественных печатей. Это в нашем случае, речь могла идти о полном контроле и обмене силой. Люди подобные варианты не использовали.

Во-первых, из-за того, что те были куда сложнее своих более примитивных вариантов. А во-вторых, местные дворяне на такое бы попросту не пошли. Ведь по сути, это превращало их в марионеток. Полностью послушных своему повелителю.

Естественно, каждый запрет можно обойти. Но если ты чувствуешь эмоции человека, предугадать его действия не так сложно. А вырваться из этой хватки почти невозможно.

Даже молодые боги часто занимались самой разнообразной ерундой. Первые века три, пока не проходила юность. Что уж говорить о смертных, которые даже при наличии силы и возможности жить сколько угодно, в среднем не переваливали за полторы сотни лет. Погибая от рук наёмных убийц, наследников или врагов.

Так что, присяга верности, которую использовал уральский князь, была куда проще. Не позволяя его вассалам напасть на правителя и обязуя их защищать его жизнь и интересы княжества в случае внешней угрозы. Но вот заставить их убивать друг друга или вынудить выполнять любые распоряжения, он не мог. А экономическая блокада княжеского престола — стратегия, которую уже не раз использовали в самых разных частях империи. В некоторых случаях более чем эффективно.

Впрочем, бурлящий вокруг хаос, отчасти был мне на руку. Смертные занимались друг другом, а в интриги погружались все, кто располагал хотя бы каплей влияния. Не исключая Надзирающих. Что забавно — последние играли сразу за все стороны. Осторожно и не переходя границ приличия, но сам факт заставлял задуматься.

Я же постепенно наращивал собственную мощь, готовил свиту к открытому конфликту и быстро расширял экономическую базу. Удалось даже достичь соглашения с монголами. И договориться с ними о личной встрече, на которой я рассчитывал обзавестись новыми членами свиты.

В какой-то момент мне вовсе начало казаться, что ханьцы не ударят. И у меня будет возможность спокойно подготовиться, разработать стратегию и атаковать первым. В удобный для меня момент.

Эта мысль крутилась в голове весь следующий месяц. Вплоть до того момента, как «живой дом» просигналил о наличии на территории чужака. Неизвестного с чётким запахов паучьей силы, который неторопливо двигался прямо к входной двери.

Первым делом я проверил подходы к дому. Убедившись, что поблизости больше никого нет. Ни других Надзирающих, ни обычных Одарённых. Не знаю, кто именно ко мне заявился, но подкрепления с собой он не привёл.

Периметр охранялся солдатами. И раз те пропустили гостя, даже не известив меня, значит у того имелась веская причина. Хотя, это странно. Все мои люди приносили присягу. Больше я не скрывался. Что подразумевало — каждый в курсе, кто является нашим основным врагом. Не должны они вот так просто пустить к дому Надзирающего.

Загадка открылась, когда я сам спустился на первый этаж и дождавшись гостя, открыл дверь.

— Мстислав Жогов, — коротко кивнул мужчина с короткой бородкой. — Посланник княжеской казны. У нас есть вопросы по поводу недавних приобретений вашего господина.

Кольца, которым обычно выделялись Надзирающие, ни на одном из его пальцев не было. Да и в целом, он скорее выглядел обычным клерком среднего звена. Абсолютно неопасным и никчёмным. Стоит отдать должное — идеальная маскировка.

— Проходите, — отступил я в сторону. — Думаю лучше будет побеседовать в гостиной.

— Даже не представитесь, — с деланным недоумением покосился он на меня, вытирая подошвы ботинок и с едва слышным кряхтением, снимая их. — Вежливость, она знаете, всегда хороша.

— Не буду спорить, — улыбнулся я. — Но вы ведь и так в курсе с кем говорите, не так ли?

Выпрямившись, он смерил меня взглядом. Медленно снял очки в тонкой оправе и сложив их, убрал в карман.

— Ну хорошо, — усмехнулся мужчина. — Значит побеседуем открыто.

Интересное начало. Интригующее. Одинокий Надзирающий, который решил прибыть на переговоры. Зачем? Служитель силы, которая жрёт богов, решил договориться с одним из них?

Харп, который пока крутился в соседней комнате, горел желанием немедленно кинуться в атаку и оторвать Надзирающему голову. Или вообще разорвать в клочья.

Определённая логика в его мыслях была. С другой стороны — противник сейчас находился внутри моего дома. Того самого, что питался мощью природы вокруг. А ещё — долгое время заряжался мной лично. Сейчас внутри было достаточно божественной мощи, чтобы сдержать полноценного главу вражеского пантеона на пике формы, который явится вместе со своей свитой. Что сказать — постепенное накопление энергии в артефактах порой творит чудеса.

— Вы знаете, кто я такой? — усевшись на одно из кресле около стола в гостиной, Мстислав устремил на меня взгляд. — Кого я представляю?

Расположившись напротив, я посмотрел на смертного.

— Больших прожорливых пауков, которые плетут сети за пределами миров, — озвучил я вполне логичный ответ. — И жрут всех до кого дотянутся.

— Только богов, — поднял тот указательный палец. — Вернее древних тварей, которые получили силу и стали так называться.

Если это такая дипломатическая уловка, то она не сработала. Впрочем, больше похоже на простенькую провокацию. Раньше бы она могла стать удачной — я наверняка ударил бы по мерзавцу, попытавшись обратить его в пепел. Либо ответил бы что-то саркастическое.

Но то раньше. Теперь я привык к манерам смертных, которые порой озвучивали весьма странные вещи и совершали нелепые поступки.

— Разве боги, это не миф? — приподнял я брови вверх. — О чём вы?

Остальные уже были в курсе его появления — на втором этаже застыла, окружённая энергетическим доспехом, Мисария, совсем рядом ждала Варвара, а Софья, Наталья и Лука заняли позиции снаружи. Естественно, подняв по тревоге всех солдат и «младших членов свиты» — Одарённых, чьим обучением я занимался лично.

— Ну бросьте, — слабо улыбнулся он. — Давайте не будем играть в нелепые игры и тратить время друг друга. Я прекрасно знаю, кто вы такой.

Даже так. Тогда у меня есть пара вопросов. Например, чего он так долго ждал? И как с этим связаны Лянчжи? Ну и ещё один — почему он пришёл сюда и пытается общаться, вместо того, чтобы штурмовать дом?

— И кто же? — подавшись вперёд, я положил руки на стол, уперев в него вопросительный взгляд. — Римский бог войны?

— Эммм… — тот на секунду замялся. — Вы и правда бог войны?

Вот сейчас мне захотелось рассмеяться. Ну правда же смешно. Сначала этот смертный говорит, что прекрасно знает с кем говорит, а потом я вижу на его лице удивление. Даже чувствую проблески эмоции, несмотря на всю его защиту. Забавно.

— Хуже, — всё же позволив себе усмешку, я сделал короткую паузу. — Тот, кого опасались боги войны всех пантеонов.

Снова замешкался. То ли разговор себе представлял как-то иначе, а тут всё пошло не по плану, то ли ожидал услышать от меня нечто совсем иное.

— Как бы там ни было, вы из тех, кого люди когда-то называли «богами», — наконец заговорил мужчина с куцей седой бородкой. — Ваше время давно прошло. Но вы тут и я хочу предложить вам союз. Шанс выжить и занять своё положение в изменившемся мире.

— Действительно? — я даже ждать не стал, чтобы подумать — насколько нелепо звучали эти фразы. — Заключить договорённость с теми, кто служит силе, сделавшей рабами всех моих собратьев? Или ты думаешь, если вы заняли место богов, то это по-справедливости?

— Почему нет? — вот теперь он похоже и правда был возмущён. — Мы такие же люди, как и все остальные. Имеем полное право управлять.

Мир совсем другой. А смертные те же самые.

— Только вы не зависите от мнения людей, которыми управляете, — усмехнулся я. — Они и не догадываются в своей массе о вашей власти. Даже если в курсе, то могут ненавидеть вас сколько угодно — сила от этого не пропадёт.

В самом деле — мощь каждого бога зависела в первую очередь от количества смертных, ставших его последователями. И глубины их веры в его возможности.

На первый взгляд звучит просто, но к этой формулировке добавлялось такое количество нюансов и деталей, что можно было исписать толстенный талмуд и всё равно что-то забыть.

Например — бог не мог управлять силой и поступать против справедливости. Ну… Если быть до конца точным — если последователи из-за его действий меняли точку зрения, то вполне мог. Но в противном случае — рисковал потерять часть силы.

Страх со стороны последователей тоже обессиливал. Либо корёжил сознание так, что божество теряло адекватность. Быстро погибая от рук своих же, либо просто покидая сцену, если его удавалось взять живым и на век-другой вывести из игры, дождавшись, пока смертные забудут старое имя. Тогда имелся шанс начать всё заново и под новым именем. Пусть даже и не с такой властью. Конечно, если в пантеоне оставались те, кто готов был сказать за него слово. В противном случае о божественном пути можно было позабыть.

Если сократить всё это — каждый бог зависел от своих последователей. Никаких тебе манипуляций, которые встречались в этом мире во время выборов или чего-то похожего. Прямая связь с людьми. И если те прекращали доверять своему покровителю, тот резко слабел. Учитывая высокую конкуренцию, обычно это заканчивалось плачевно.

Тут же — люди, которые никак не зависят от других и могут делать всё, что угодно. Вся их власть держится на паучьей мощи. Внешнем факторе, который никак не связан со смертными. И творить Надзирающие могут всё, что угодно. К тому же управление ведётся чужими руками. Сами они, обычно стоят за троном.

— Так даже лучше, — спокойно ответил мне этот «казначей». — Можно принимать непопулярные решения.

Ну да. Классическая фраза всех, кто пытался узурпировать власть. Был один такой в Фивах. Долго умолял пощадить его, когда я прибыл, чтобы положить конец начатому им безумию. Всё твердил, что «народ не понимает» и «ему лучше известно». В конце вовсе назвал своих же сограждан идиотами, которые понимают только грубую силу. А потом заткнулся. Так обычно и бывает, когда тебе отрезают язык. Хотя в тот вечер, подонок получил ещё немало боли.

— Я бы поспорил, — честно сказал я. — Но у нас тут не философский диспут. Зачем вы пришли?

— Договориться, — развёл он руками. — Я ведь уже сказал. Только что.

Ну ладно. Раз он предпочитает вести дела, как простой рыбак, то я ещё подожду. Просто посижу в кресле, молча смотря на это отродье Бездны.

— Похоже вы не понимаете, — выдержки у Мстислава хватило всего на пять секунд. — За моей спиной целая группа Надзирающих. Тех, кто хочет изменить положение дел. И рассчитывает на вашу помощь.

— Как именно и что вы собираетесь изменить? — вопрос вылетел из моих уст сразу же. — Почему решили, что я имею отношение к богам?

Тот чуть помедлил. Похоже отчего-то решил, что со мной могут сработать приёмы, которые не всегда эффективны даже при общении со смертными.

— Всё. Изменить нужно полностью всё. Убрать от руля германцев и справедливо распределить власть, — теперь он говорил, как лектор, выступающий перед полной аудиторией слушателей. — Чтобы каждая страна сама решала свои вопросы.

Начало было многообещающим. А вот продолжение подкачало. Ничего они не собирались менять. Просто желали отхватить свой кусок. Желательно пожирнее. Ну и чтобы за спиной никто не стоял, пока они решают, как будут развлекаться этим вечером.

— Ты не ответил на вторую часть вопроса, — напомнил я. — И пока я не услышал, в чём тут моя роль?

— Ну как же? — тот казалось на самом деле удивился. — Ты засветился сразу несколько раз. А когда пропала делегация Лянчжи, которую мы искусно сюда приманили, всё вовсе стало очевидно.

«Искусно приманили». Мне вот интересно, чем они после этого столько времени занимались? Спорили о том, как со мной быть? Сколько их вообще?

— Или вы все ошибаетесь и я просто талантливый Одарённый, который смог неплохо устроиться, — беспечно ответил, довольно ему улыбаясь. — Но предложение могу и выслушать. Так что вы там предлагаете?

Занервничал. Глазки забегали, пальцы правой руки инстинктивно сжались. Назад подался немного.

— Не вижу тут ничего смешного, — попытался надавить смертный голосом. — Я прибыл к вам для крайне серьёзного разговора!

— Какого? — поинтересовался, не убирая с лица улыбки. — Что вам нужно-то? Ты уже минут десять рассказываешь всякую ерунду, а по делу ничего не сказал.

На самом деле, он выложил мне немало самой разной и ценной информации. Но вот о сути своего визита, на самом деле не проронил ни слова. В основном из-за растерянности, наверное. Даже странно, что кто-то вроде него смог пролезть в число Надзирающих.

— Мы заключим договор и ты получишь печать, которая вынудит тебя исполнить условия, — после короткой паузы, смертный всё-таки решил мне ответить. — Когда всё будет сделано, оттиск разрушится сам по себе. А мы предоставим тебе отдельное место, где ты сможешь быть кем угодно.

Забавно. Я бы даже сказал — дико смешно. Как будто он ребёнка пытается вокруг пальца обвести. Где это видано — оставлять в живых настолько опасного противника? Да и печать… Не о божественной же речь? Наверняка он имеет в виду паучий оттиск. Взять и добровольно пустить внутрь себя врага?

— О ком именно речь? — убрав улыбку, я задал вопрос, смотря ему в глаза. — Сколько вас? Ты и пара школьных друзей?

— Семь человек, — как же легко его оказалось зацепить за живое. — Все сейчас здесь, в Уральском княжестве. Ждут.

Зря он так. Конечно, это может быть подставой и провокацией. Но для неё, подобная схема слишком туповата. К тому же рядом нет подкрепления. Он вообще никого с собой не взял. Судя по всему, полностью уверенный в защите двух паучьих артефактов, что были укрыты где-то под одеждой.

Естественно, меня терзали определённые сомнения. Тем не менее, я всё равно ударил. Невольно усмехнувшись при виде его ошарашенного лица. Одновременное разрушение сразу двух артефактов, которые по идее должны оберегать тебя от атаки любой силы, наверное и правда вносит элемент неожиданности в беседу.

В себя он пришёл достаточно быстро. Даже попытался использовать личную мощь, чтобы атаковать и позвать на помощь. Но сигналы сразу трёх артефактов, заблокировал сам живой дом. А со всем остальным разобрался я сам. Вскрыв его защиту ещё до того, как внутрь влетели Харп с Варварой.

Им осталось лишь оценить зрелище оседающего на пол тела Надзирающего, которое сразу же поглотил камень. Я же ещё несколько мгновений постоял на месте, погрузившись в память только что убитого Одарённого.

Действительно — заговор был локальным. Всего семеро. Наладившие друг с другом связь и создавшие что-то вроде группы взаимной поддержки. Сначала в мелких вопросах, потом — немного крупнее. Ну а в финале, аппетит вырос окончательно и они решили, что смогут захватить власть во всей империи.

А вот на меня они вышли благодаря менталисте. Не зря она наглухо пропала, больше так и не появившись. Попалась одному из них. Причём полностью случайно — её раскрыл сбой во время активации артефакта в мастерской мимо которое ехал автомобиль.

Результатом выплеска силы стало бессознательное состояние женщины и разрушение её собственных защитных артефактов. Тех, что скрывали её суть от чужих взглядов.

Как итог — сначала её задержали, нейтрализовав способности. Потом — долго допрашивали, используя самые разные способы воздействия. И естественно, вытащили всё, что имелось в её голове.

Сама она оказалась членом словацкого рода. Который вёл игру вдолгую, желая дестабилизировать ситуацию и уничтожить Надзирающих. Эту информацию заговорщики тоже предпочли утаить. Решив, что лучше не привлекать внимание старших чинов ордена.

При этом, они всерьёз считали, что я располагаю какими-то дико древними техниками, которые помогут разобраться со всеми их врагами. Даже помогу им обойти присягу, которую те давали на вернуть ордену. Она и так была не самой отточенной, раз эти смертные смогли провернуть нечто подобное. Но эта семёрка рассчитывала полностью избавиться от неё. И залить землю кровью своих собратьев по ордену. Заодно передав секрет избавления от присяги в другие страны, чтобы спровоцировать хаос и резню.

Идиоты. Занимающие низкие позиции и не располагающие большим влиянием. Единственное, что у них хорошо получилось — заманить сюда Лянчжи. Ловко подкинули им информацию, что Воронцовы и Долгорукие отыскали наставника, который знаком с уникальными техниками. Которые нельзя удержать паучьими артефактами. Вот те и прислали своего Хао.

А потом им снова повезло — около престола Мин началась очередная кровавая возня и китайцам стало не до перетягивания каната с северными варварами. Сосредоточились на внутренней борьбе, так никого ко мне и не отправив.

На моё плечо взлетел Харп, а сам я повернул голову к Варваре с Мисарией, которые стояли в дверях.

— Собирайтесь, — довольно улыбнулся я. — Сегодня мы прольём немного крови.

Марк Деренгер стал Великим Магистром ордена пятнадцать лет назад. Искренне считая, что получил лучшую синекуру в мире. Ну действительно — кто рискнёт напасть на человека, который защищён лучше любого императора? Каждый, кто хотя бы немного в курсе — понимает, что Великого Магистра не убить. А вот ответ будет таким, что могут содрогнуться континенты.

Единственной опасностью казались выборы. Тайные и свободные — каждый Великий Магистр давал максимально детальное обязательство, которое казалось воздействия на иных членов ордена. Даже если ему просто доложат о такой попытке, вариантов не останется — потребуется провести независимое расследование. Казнив всех причастных.

Впрочем, это было лишь одним ограничением. Которое оставили основатели, решив, что может остальному миру такая система может и ни к чему, а вот ордену необходима для максимальной эффективности. В целом верно — мясом проще управлять, когда наверху стоят уверенные в своей гениальности золотые идиоты. Честная конкуренция должна быть сведена к нулю. Иначе у руля могут оказаться люди, способные думать. И кто его знает, к чему это приведёт?

Наличие выборов внутри самого ордена, Марка не смущало. Он на самом деле был популярен среди Надзирающих. И делал всё, чтобы эту популярность сохранить. Например, убрал наказания за действия против обычных людей, которые не нанесли ущерба ордену. Ну правда — что тут такого? Если собрат поимел какую-то женщину или убил очередного идиота, угодившего под горячую руку, это ведь не проблема. Раз сам орден не понёс ущерба — можно спокойно закрыть глаза. И помочь заткнуть слишком говорливые рты.

Поддержка со стороны братьев не падала — Деренгер спокойно прошёл два цикла выборов. И был счастлив. Как знать — может выйдет удержаться на своём месте ещё лет тридцать. А потом ввести норму по которой старый Великий Магистр неприкосновенен и располагает целым набором прав. Тогда вовсе можно обеспечить себе вечную золотую жизнь.

Всё изменилось в последний год. Сначала понемногу — то в одном, то в другом регионе начали пропадать братья. Вспыхивали и быстро погасали локальные конфликты. Умирали нужные ордену люди.

На цепочку происшествий обратили внимание. А на месте нескольких схваток зафиксировали следы чистой божественной силы. Что означало — по земле бродит живой бог.

Тогда Марк запустил всю машину ордена и воззвал к великим Хозяевам Равновесия. Но последние его проигнорировали, а братья никак не могли ничего обнаружить.

Правда, условия для работы у них тоже были не самые комфортные. Полыхнуло везде и разом. Империя Мин, Индия, Европа. Переворот в Российской империи. Внезапная смерть германского правителя. Настоящая бойня в Турции. И везде почему-то гибли Надзирающие.

Когда он осознал, было уже поздно. Да, он бросил клич. Приказал всем явить свою силу, взять ситуацию под прямой контроль и немедленно прекратить любые конфликты. После чего найти и уничтожить угрозу. Бога, который не только оказался жив, но судя по размаху событий, смог собрать себе самую настоящую армию.

Большая часть ещё живых подчинённых выполнила приказ. Но эффект оказался совсем не таким, на который рассчитывал Великий Магистр. Всех, кто открыто заявил о себе, убивали на месте. Правители, что раньше трепетали перед орденом и лизали им пятки, игнорировали приказы. Аристократы предпочитали оставаться в стороне, либо были втянуты в кровопролитные войны. Да и большинство стариков, с которыми когда-то заключались договорённости, оказались мертвы. А их наследники часто даже не представляли, о чём и с кем договаривались их предки за закрытыми дверями.

Концом стали штурмы их цитаделей. Крепости пропадали со связи одна за другой. Ему самому прекратили отвечать любые дипломаты и монархи. Как будто все эти тупоголовые куски мяса, которых не заботило ничего кроме собственной власти, вдруг резко стали умными.

Хотя, нет. Откуда там ум? Испугались. Почувствовали, что в лесу появился новый зверь. И поджали хвосты.

Самое страшное — Хозяева Равновесия больше не отвечали. Он даже не чувствовал контакта. А те артефакты, что работали на их силе, слабели с каждым днём. Неужели, этот неизвестный бог добрался и до них? Как вообще можно вести войну с теми, кто находится за пределами этого мира?

Поэтому, Марк делал то единственное, что ему оставалось — сидел в главном зале центральной цитадели, заняв место во главе длинного пустого стола и пил вино.

Когда-то здесь собирались все Магистры ордена. Десятки людей из разных концов света, которые докладывали о ситуации, шутили и обменивались мнениями. Теперь, все они были мертвы. Их подчинённые, кроме немногих забившихся в углы, тоже сдохли. Он остался один. Буквально — двое слуг, которые ещё вчера находились в крепости бежали. А последний брат из гарнизона дезертировал ещё пять дней назад.

Исчезновение сигнального контура заставило Марка ухмыльнуться. Ну вот и всё. Теперь пришли за ним.

Следующим погас основной оборонительный рубеж. Тот, что считался неприступным. Потом — все дополнительные. Противник почти не тратил времени на то, чтобы разобраться с препятствием. Как будто щёлкал пальцами.

Вот и распахнулась дверь. Мужчина. Хотя, скорее юноша. Лет двадцати пяти, совсем молодой. С каким-то непонятным зверем на плече.

— Убьёте меня быстро? — поинтересовался Марк, пьяно отсалютовав тому золотой чашей, полной вина. — Или вы предпочитаете пытать?

— Нужен ты мне, — на чистом немецком ответил неизвестный, от которого несло одуряющей божественной мощью. — Руки ещё марать. С тобой разберутся твои же хозяева. Им сейчас как раз жрать нечего.

Деренгер ещё не успел осознать сказанное, как мир вокруг расплылся. А в следующую секунду он оказался висящим в полутьме. Почти сразу рухнув ногами на липкие и светящиеся серебристым нити. Да это же паутина!

— Дерьмовый день! — выругался Марк, провожая взглядом чашу, которая полетела вниз, расплёскивая вино.

С трудом оторвав ноги от клейкой субстанции, мужчина медленно выпрямился, ухватившись правой рукой ещё за одну нить. И застыл. Даже его залитый вином мозг пришёл в состояние полного ужаса. Как обычно и бывает, при виде десятка гигантских пауков, что спешат к тебе, на ходу потирая жвала.

— Уверен, что не хочешь править сам? — Варвара озвучила вопрос, который за последние дни звучал не один десяток раз. — Это же надёжнее, разве нет?

Смертная никак не могла примириться с тем, что мы сделали всю работу, а «реальная власть» достанется тем, кто вообще не принимал никакого участия в процессе.

— Полностью и абсолютно, — отрезал я. — Не собираюсь опускаться до уровня пастуха.

— Ну-у-у… — протянула дева. — Это всё-таки другое. Совсем.

— Ничего ты не понимаешь в настоящей божественности, — улыбнулась влетевшая в кабинет Мисария. — Вот увидишь, в этом есть своя прелесть. А если кто-то из смертных начинает творить безумства, ты всегда можешь его остановить.

Чистая правда, если что. Египетская богиня была права.

— Ты бы оделась, — недовольно глянула на неё Варвара. — Бегаешь по дворцу, людей смущаешь.

— Так я одета, — возмутилась в ответ рыжеволосая дева, которая с большим трудом отказалась от привычки перемещаться везде голышом. — Чем это не одежда?

Прозрачные трусики и почти прозрачный корсет. Могу поспорить, если бы не её мощь и сверкающие золотом глаза, каждый из гвардейцев поворачивал бы вслед голову.

— Так одета, что лучше была бы раздета, — поморщилась Варвара, которая предпочитала военный мундир. — Кронос, ты же понимаешь, что люди могут всё испортить? Они точно постараются. Сам знаешь, как мыслят аристократы.

Ну да. Знаю. Точно так же, как все облечённые властью смертные в прошлом. Что-то меняется, но психопатическая тяга к власти всегда остаётся на месте.

— У меня есть пара верных рецептов, — улыбнулся я, поглаживая запрыгнувшего на стол Храпа. — Да и потом — как ты себе это представляешь?

— Очень просто, — дева скрестила руки под грудью, недовольно на меня смотря. — Объявишь себя богом-императором и дело с концом!

Мисария звонко расхохоталась, а я качнул головой.

— Интересная концепция, но боюсь вынужден отказаться, — постарался я сформулировать ответ так, чтобы он прозвучал не обидно. — Лучше оповести всех остальных. Пусть заканчивают дела и открывают порталы. Через пятнадцать минут — собрание всего пантеона. Первое для этого мира.