Я, Екатерина Волкова, была единственным ребенком у моих родителей. Отец, военный в третьем поколении, вышедший в отставку генерал-лейтенантом десантных войск, воспитывал меня как сына, так как моя мама умерла при родах, пытаясь произвести на свет моего младшего брата, который тоже не выжил.

Когда мне исполнилось десять лет, отец забрал меня у бабушки с дедушкой и началась эпопея жизни в военных городках. Так как у меня была феноменальная память, то я в независимости от школы, в которой я училась после получения отцом нового места службы, получала по всем предметам только пятерки. В первой моей школе я начала изучать французский язык, через четыре года отца перевели в другой военный округ и в новой школе иностранными языками были немецкий и английский. Я попала в класс, который изучал немецкий. Но продолжала с помощью самоучителя изучать самостоятельно французский.

Вместе с детьми офицеров военных частей, в которых служил мой отец, я изучала рукопашный бой, стрельбу и развивала свою физическую форму, участвовала в спортивных соревнованиях, посещая сразу две спортивные секции.

Тогда спорт был доступен всем, в каждом городе, даже в небольших имелись спортивные секции на любой вкус. К своему совершеннолетию я получила КМС по самбо и по дзюдо, мастера спорта по биатлону.

После окончания средней школы я поступила без экзаменов в Экономический институт Госплана СССР. Закончив его, поступила в аспирантуру и, защитив кандидатскую, получила распределение в Государственный плановый комитет СССР в Сводный отдел народнохозяйственного планирования.

Мне было интересно принимать участие в планировании экономики СССР, составление планов развития страны на различные сроки. Как то незаметно летело время: защита докторской диссертации, изучение английского и совершенствование французского с немецким, заместитель Сводного отдела капитальных вложений и балансов производственных мощностей, затем начальник Отдела научно-технического прогресса оборонных отраслей промышленности.

Отец после академии получил новое место службы в Восточном Берлине в штабе Группы советских войск в Германии.

Затем развал Союза и позорный вывод наших войск из Европы. Отец и его друг, генерал-полковник танковых войск решили воспользоваться ситуацией и с головой ушли в махинации с продажей армейского имущества и техники. Я после его возвращения и пенсии пытала его насчет его участия в создании денежных потоков и выводов немецких марок на счета в швейцарском банке. Так отец мне тогда заявил: — Если бы не мы с Колей, то другие получили бы миллионы на ровном месте. Впрочем и без нас там нагрели руки десятки генералов и маршалов. Там такой бардак с выводом войск творился! Мама не горюй. Все что Советский Союз с таким трудом там построил, создал — все отдали даром этим Гансам и Фрицам!

В жуткие девяностые полученные капиталы отец с другом вложили в скупку ваучеров и подкуп должностных лиц, получив разоренные искусственно металлургические заводы и агрокомплексы, скупая на корню колхозное имущество у ставших нищими колхозников. Набрав в собственную службу бывших военных, батя и его компаньон с оружием в руках защищали полученное в собственность имущество. Я уволилась с работы, не желая вкалывать за копейки на неблагодарное государство и возглавила экономическое управление нашего концерна, в который вошли пять заводов и два десятка бывших колхозов с их бескрайними полями, техникой и элеватором в придачу.

Нет, мой отец и его друг не были рвачами, они попросту решили подобрать то, что плохо лежит. Все детские дома области были взяты нашим концерном под контроль. Сироты стали получать нормальное питание, помещения детских домов были отремонтированы, а в детских домах почти полностью поменяли персонал, отправив вороватых и бездушных на улицу. Директорами и воспитателями стали военные отставники, превратив детские дома по сути в кадетские училища, развивая в них олимпийские виды спорта и отбирая лучших воспитанников для обучения в отдельно созданном интернате с лучшими педагогами и с изучением сразу трех обязательных языков и трех факультативных.

Партнера моего отца грохнули из гранатомета, подорвав его в машине вместе с водилой и охранником, мой отец объединил обе доли и стал полноправным хозяином всего, что оба нажили неправедным путем.

Отец из-за постоянных терок с криминалом, выездов на стрелки сильно сдал и умер от обширного инфаркта. Вожжи нашего бизнеса перешли ко мне. Я действовала жестко, порой самой приходилось браться за пистолет, который был со мной почти всегда, отстреливаясь вместе с охранниками. У меня даже не оставалось времени на личную жизнь. Я пользовалась услугами своего личного телохранителя по мере необходимости, не давая тому никаких шансов на возможность стать моим мужем — как говорится перепихон не повод для знакомства.

Со временем у меня появились партнеры на Ближнем Востоке и Китае и я легко освоила арабский и китайский. Следуя моде и желая продлить свое здоровье, я наняла лучшего личного инструктора по цигун и тайцзи, наняв его в Пекине за приличные деньги. Впрочем один из лучших учеников центра «И Сян» и Международной школы Шаолиньских боевых искусств, мастер школ «Чжун Юань цигун» и тайцзи Ли действительно стоил потраченных на него денег: я через три года занятий почувствовала себя помолодевшей, с каждым годом возвращая себе молодость и здоровье, потраченное в играх на выживание. Мой личный тренер пять лет назад выиграл чемпионат провинции Юньнань по ушу

Мой бизнес стал работать как часы и я только контролировала работу моих топ менеджеров. Свободного времени стало прилично и я увлеклась историческими форумами. Кого там только нет! Порой такой срач стоит, будто битва века. Каждый отстаивает свою точку зрения, пытаясь уличить оппонента в некомпетентности. Волей-неволей пришлось взяться за изучение нашей истории, аспектов ее развития, строить альтернативные ветви развития прошлых войн и битв в частности, искать ошибки в законах, которые принимали цари и царицы.

Особенно часто я участвовала в обсуждении Екатерины Великой. Шлюхой она была конечно конченной, по моему мнению за многие ее поступки ее стоило драть розгами каждый день. Одно раздаривание земель с крепостными, которых Екатерина превратила буквально в рабов, чего стоит!

Чаще всего на форуме обсуждали ее мужа, императора Петра Третьего.

Всем было известно, что будущий российский император родился на севере Германии, в герцогстве своего отца — Голштинии. Жизнь в Киле не была особо радостной для малолетнего Петра. Его мать умерла через несколько месяцев после родов, а отец, хоть и любил сына, но был слишком занят внешней политикой. Мечтая вернуть под свое влияние Шлезвиг, утраченный в ходе Северной войны, Карл Фридрих (отец Петра III) воспитывал сына в военном духе, возлагая на него большие надежды по реализации собственных внешнеполитических устремлений. Так, Петр III с самых малых лет впитывал дух прусской военной культуры и, надо отметить, ему это нравилось.

В 1739 году, когда Петру было всего 11 лет, умер его отец. Воспитатели мальчика продолжали держать его в прежней или даже большей строгости, но теперь будущий наследник российского престола был лишен поддержки и любви отца. Впрочем, Петр не только уже привык к такой жизни, но даже гордился строгостью собственного воспитания и, наверное, больше всего на свете, полюбил военные парады, ради которых был готов бросить любые дела. В остальном же образование юного герцога было весьма слабым и посредственным.

В годы правления в России Анны Иоанновны у Гольштейна и России отношения не складывались. Анна Иоанновна не любила Петра и всеми силами стремилась воспрепятствовать продолжению на российском престоле преемственной линии, идущей от Петра I. Ситуация радикально изменилась с воцарением в России Елизаветы Петровны, которая наоборот поставила себе цель закрепить на императорском троне наследную линию своего отца. В 1741 году Елизавета распорядилась доставить Петра в Санкт-Петербург. В следующем году мальчик прибыл ко двору.

Императрица Елизавета встретила Петра крайне радушно и торжественно. В России образование Петра началось с чистого листа. Императрица была поражена тем, что в Гольштейне будущего наследника толком ничему не обучили и поручила академику Якобу Штелину всерьез заняться образованием и воспитанием Петра. Якоб Штелин сумел найти подход к своему подопечному и постепенно приобрел большое влияние на будущего императора.

Как оказалось, склад ума Петра был инженерно-математический: наследник охотно изучал математику, военное дело, фортификацию и с большим трудом выдерживал уроки истории и других гуманитарных дисциплин.

В свободное время Петр любил играть с оловянными солдатиками. Якоб Штелин пытался придать наследнику серьезности и отучить от этой детской забавы, но его усилия не увенчались успехом. Тем не менее, в России Петр получил весьма прочное образование и постепенно начал довольно хорошо разбираться даже в истории, которую прежде так не любил.

В 1742 году Петр принял православие. В России его называли теперь великим князем Петром Федоровичем. Вскоре после этого в Россию прибыла шведская делегация, предлагавшая Петру стать королем Швеции. Однако, в результате перехода Петра в православие, путь к шведской короне оказался для него закрыт. Через три года Петра женили на его же собственной троюродной сестре Софии Августе Фредерике Ангальт Цербстской, ставшей впоследствии императрицей России под именем Екатерины Второй. Даже после свадьбы Петр продолжал проводить все свое свободное время за игрой в солдатики. Якоб Штелин к тому моменту уже отошел от дела обучения наследника, к Петру был приставлен новый воспитатель генерал Репнин, который предпочитал потворствовать увлечениям будущего императора.

Несмотря на то, что воспитатели Петра менялись, никто из них не мог заставить его перестать играть в солдатиков. Из-за этого нарастало раздражение императрицы Елизаветы и не складывались отношения Петра с женой Екатериной, по воспоминаниям которой он часто играл в солдатиков после ужина до часа или двух часов ночи.

Петр очень пренебрежительно относился ко всему, что связано с Россией, противопоставляя её по-настоящему развитому и цивилизованному, по его мнению, западному миру. Наследник престола открыто критиковал российские власти, а в годы Семилетней войны не скрывал своих симпатий к противнику России Пруссии. Именно поэтому Петр III не пользовался каким-либо уважением среди российской общественности.

Политическими кумирами Петра III были Петр I и правитель Пруссии Фридрих II. Они и стали своеобразными ориентирами в политике Петра III. Как бы впитав энергию своих кумиров, новый император России с необычайным рвением взялся за государственные дела. Если все предыдущие правители-императрицы перепоручали управление страной своим фаворитам, то Петр III с невероятным усердием стремился руководить страной только сам. Высокая государственная активность императора проявилась и в том, что за полгода своего правления он успел издать около 190 указов.

Участники форума спорили о ошибочности ликвидации Петром Третьим Тайной канцелярии, занимавшейся прежде политическим сыском, считая, что император выбил из под ног опору, в следствии чего и погиб в последствии.

А вот начало процесса секуляризации церковных земель, поощрение предпринимательской деятельности и даже была попытка начать выпускать первые в России бумажные деньги — ассигнации, получили высокую оценку.

Петр III стал одним из немногих императоров России, задумавшимся о положении крестьян. Так, помещикам было запрещено теперь убивать крестьян под страхом пожизненной ссылки. Однако, это была лишь маленькая, почти случайная вспышка света во тьме крепостничества, потому что в дальнейшем крепостной гнет только усилился: помещики могли свободно переселять крестьян из одного уезда в другой, был значительно осложнен переход крестьян в купеческое сословие, тысячи государственных крестьян при Петре III стали крепостными.

В то же время, прекратились преследования старообрядцев. На форуме царило мнение, что в планах у Петра III было реформирование Русской православной церкви по протестантскому образцу. Но самой большой глупостью Петра все считали его Манифест о вольности дворянства в 1762 году. Если при Петре I дворяне обязаны были всю жизнь служить государству, а при Анне Иоанновне могли уходить в отставку спустя 25 лет службы, то теперь, согласно Манифесту, дворяне могли не служить вообще, превращаясь, тем самым, в абсолютно привилегированный слой населения. Манифест давал дворянам новые и расширял старые привилегии. Теперь дворяне могли свободно распоряжаться своей землёй, а также получали право свободного выезда из страны. По сути

Петр создал трутней, предки которых за верную службу получили земли и крестьян, а теперь могли наплевать на свою страну, не считая своим долгом служить ей даже во время нападения врага.

Что касается внешней политики, то здесь ум Петра III был занят лишь одной мыслью, внушенной ему еще отцом в детстве: вернуть Шлезвиг, когда-то отнятый у Голштинии и принадлежащий теперь Дании.

К моменту смерти Елизаветы, Россия захватила всю Восточную Пруссию. Планировалось после окончания войны произвести своего рода обмен территориями между Россией и Польшей: Россия отдала бы Польше Восточную Пруссию, а Польша России — Курляндию.

Этот план был крайне удачным: так Россия бы расширила свои западные границы, одновременно сняв напряженность в отношениях с Польшей из-за Курляндии, а Польше больше бы не угрожала опасность немецкого вторжения. Но этому плану не суждено было сбыться. Уже много лет восхищаясь Фридрихом II и прусскими порядками в целом, Петр III вернул Фридриху II все то, что завоевала ранее Россия, перечеркнув одним махом все усилия и героизм русских солдат и офицеров, павших и выживших в этой войне. Конечно, это было расценено общественностью не иначе как предательство национальных интересов. Почти все на форуме были уверены, что многое из того полезного, что сделал Петр III, было уже заготовлено Елизаветой Петровной, так что правительство Петра Федоровича лишь как бы между делом реализовало те реформы, которые уже давно были ею подготовлены.

На форуме многие жалели, что нет возможности как в книгах про попаданцев изменить историю, оказавшись в прошлом в чужом теле. Не скрою, я сама мечтала оказаться в той реальности и собственноручно прикончить этого пруссофила. Окажись я на месте его супруги, Петр и месяца бы не прожил, померев случайно во сне.

Я хмыкнула — приходилось своими руками убивать моих врагов. А этот недоумок на русском престоле — откровенный враг!

Хотя Петр III и Фридрих II заключили сепаратный Петербургский мир, согласно которому Россия отказывалась от своих завоеваний, справедливости ради стоит отметить, что если бы не Екатерина Вторая, которая и реализовала этот договор на практике, то Россия не обосралась бы на политической сцене. Все же немецкая принцесса была настоящей дочерью своей настоящей Родины.

Только благодаря тому, что Екатерина была полной противоположностью мужа, интересуясь русской культурой и историей, будучи дружелюбной и приветливой в общении с дворянами и представителями церкви, вокруг Екатерины постепенно сложился круг лиц, желавших возвести её на престол вместо Петра III.

В 2014–2016 годах российские генетики под руководством Евгения Рогаева провели исследование останков, которые традиционно считались останками Петра III. Результаты опубликованы в журнале «Молекулярная биология» в 2022 году, мгновенно шокировав всех участников исторического форума!

Сенсация №1: Генетический анализ показал отсутствие следов насильственной смерти на молекулярном уровне. Никаких маркеров удушения или отравления.

Сенсация №2: ДНК подтвердила наличие генетических маркеров, указывающих на серьёзные проблемы с сердечно-сосудистой системой и предрасположенность к инсультам.

Сенсация №3: Обнаружены следы длительного употребления ртутьсодержащих препаратов — стандартное «лечение» XVIII века от всех болезней.

Профессор Рогаев заявил: «С вероятностью 89% можно утверждать, что Пётр III умер от инсульта на фоне общего истощения организма и хронической интоксикации».

Форум просто взорвался. Одни с пеной у рта доказывали, что эти результаты исследований фикция, Петр Третий умер насильственным путем, другие поверили Рогаеву и готовы были отстаивать свою правоту с применением мата и перехода на личности.

Мне же было абсолютно пофигу — жаль, что я не Екатерина Вторая! Петр бы при мне обязательно умер бы от нажатия на определенную точку на теле. Его сердце бы остановилось без всяких нахрен инфарктов!

Сегодня я проснулась с ощущением какой-то неуверенности в сегодняшнем дне. Я попыталась прислушаться к чуйке, которая меня за все мои сознательные пятьдесят семь лет ни разу не подводила. Вот точно также мое шестое чувство уже трижды спасло мою жизнь.

Первый раз я не села в автомобиль, который был выделен мне от моего концерна. Вызвав тогда начальника службы безопасности я попросила его вызвать минеров. И действительно, минеры нашли взрывчатку, заложенную в автомобиль.

Второй раз моя чуйка сработала в тот момент, когда в меня, стоявшую у окна своей квартиры, целился снайпер. Буквально за долю секунды до выстрела я рухнула на пол и пуля прошла над моей головой. Я даже успела испугаться, почувствовав как она пролетела в нескольких сантиметрах от моей головы.

Третий раз в момент нападения на меня и мою охрану я успела уйти с линии огня и, выхватив из подмышечной кобуры скрытого ношения свой «Glock 18», пристрелить одного из троих нападавших, попав ему прямо в лоб.

А вот чего мне ждать сегодня? Девяностые давно остались в прошлом как и методы решения вопросов силовым путем. Сейчас для захвата чужой собственности используют административный ресурс. Можно спокойно воровать миллиарды и попавшись отделаться испугом, как это произошло с одним из подрядчиков строительства космодрома Восточный Гребневым. Суд назначил Гребневу 5 лет условно и штраф в 200 тысяч рублей. Правда резонанс продажности суда привел к пересмотру дела и вместо условки дали 5 лет общего, при этом отменив штраф!

Я как и обычно час потратила на комплекс тайцзи, приняла душ и позавтракала. Кинула взгляд в сторону окна. Чуйка кричала, что выходить нельзя. Но сегодня мне назначили встречу в Кремле и через час мне нужно быть в аэропорту. Предупредив охрану о возможности покушения, я дождалась моих телохранителей и вышла из подъезда, окруженная могучими телами, над нами были раскрыты пара зонтов, закрывая обзор возможному снайперу.

Странно, но нападения так и не произошло. Мой кортеж из трех автомобилей, один из которых был полностью бронированный, добрался до аэропорта и остановился прямо у Cessna Citation J2+/CJ2. Я несмотря на свое шестое чувство поднялась в салон самолета и задумалась. Сидя в арендованном частном самолете, который взлетел и взял курс на столицу, я пыталась разгадать загадку и только когда взорвалась бомба на борту, я успела усмехнуться — все таки моя чуйка меня не подвела. Огненный шар и искаженное от ужаса лицо стюардессы, которая принесла мне кофе, было последним, что я увидела в этой жизни.

Я важно прошествовала вдоль строя моих будущих гвардейцев, переодетых в черные кимоно, сшитых из крашеной парусины и выстроенных мною по росту. В конце строя стояли пара девчонок, с любопытством во все глаза разглядывающих меня, не отводя взгляды. А вот мальчишки смущались и старательно отводили глаза в сторону.

— Ну что, будем знакомиться? Ко мне обращаться ваше Высочество. Напротив кого я встану, тот называет себя полным именем и называет свой возраст.

Остановившись напротив правофлангового солдата моего отделения, я пальцами подняла подбородок долговязого парнишки, который был на голову выше меня — Смотреть всем прямо, а не паркет разглядывать. Я вам присвою прозвища, позывные, на которые вы будете откликаться.

Парень сглотнул так, что его кадык заходил, будто тот проглотил грецкий орех — Ганс Бенкендорф, мне девять лет.

— Теперь твой позывной Бек.

Я шагнула вправо и следующий вытянулся в струнку — Петр фон Бреверн, десять лет.

— Твой позывной Хмель. (с немецкого фамилия барона переводилась как пивовар).

Я делала шаг вправо, запоминая данные моих будущих гвардейцев.

— Христофор фон Рейтерн, девять лет.

— Твой позывной Кот (рыжеволосый парнишка имел удивительные зеленые глаза).

— Арвид фон Нолькен, девять лет.

Я невольно почесала затылок при виде тощего пацана, которого несмотря на баронский род видать не так уж сытно и разнообразно кормили — Твой позывной будет Нолик.

— Клодт фон Штакельберг, десять лет.

— Твой позывной будет Шип (фамилия обозначала шипастая гора).

— Иоанн фон Штакельберг, восемь лет.

Я запнулась — Вы что, родные братья, что ли? — оба почти одновременно кивнули и я ухмыльнулась — А твоим позывным будет Еж.

— Карл Делагарди, восемь лет.

Я сморщила лоб, пытаясь вспомнить где я слышала эту фамилию — Ты случаем не из графьев ли будешь, Карл?

— Мой отец граф Делагарди, вот только титул достанется моему старшему брату! — вздохнул Карл.

— Ничего, держись меня и служи верно, станешь со временем тоже графом. Твой позывной будет Гриф.

— Ганс фон Ливен, восемь лет.

— Твой позывной отныне Лив.

— Адом фон Гаугребен, восемь лет.

— Твой позывной отныне Бен.

— Йост фон Юргенсбург, восемь лет. — блондин выпятил смешно глаза, стараясь произвести на меня впечатление и я фыркнула, сдержав смех.

— Твой позывной Сыч!

— Марта фон-Кетлер, десять лет.

Я подмигнула девчонке с пшеничными волосами, в глазах которой явно играли бесенята — Твой позывной — Кэт.

Вторая девочка прыснула в кулак, толкнув соседку плечом. Затем состроила серьезное лицо — Луиза фон Остен-Сакен к вашим услугам, ваше Высочество, мне девять лет.

— Ну а твой позывной будет Лиза. С этой минуты вы все дружно начинаете учить русский язык. Вы должны его знать в совершенстве. Через месяц мы с вами будем общаться только на русском, иначе вы слишком долго будете его изучать. На вас сейчас одежда для занятий борьбой. Вы возможно встречались с знатоками борьбы ринген, которая является безоружной самообороной против вооружённого или безоружного противника. Кто-то из вас изучал или видел как сражаются борцы?

В ответ была лишь тишина, да головы большинства отрицательно повернулись пару-тройку раз. Лишь только Луиза кивнула — У моего дяди есть несколько слуг, которые изучали эту борьбу и на потеху проводили бои.

— Я тоже по книгам изучала как правильно научиться противостоять не только сильному человеку, но и вооруженному противнику. Но для начала вас придется пока учить правильно падать и вы все вместе со мной будете выполнять различные упражнения, укрепляющие ваше тело.

Я, помешанная на боевых искусствах, в той жизни искала данные о европейских видах борьбы. В Средневековье техника фехтования обязательно включала в себя удары руками и ногами, а также борцовские приёмы (захваты, подножки, броски и приёмы обезоруживания), поскольку фехтовальный поединок очень часто переходил в рукопашный бой без оружия. Соответственно, в прошлом не существовало чёткого разграничения между фехтованием и рукопашным боем. Тем не менее в те времена устраивались соревнования по борьбе вольного стиля freier ringkampf или freistilringen, правила которой, помимо захватов, толчков и бросков, разрешали также болевое приёмы, удары руками, ногами и головой. Помимо того, во многих местах Германии, а также соседних Австрии и Швейцарии среди простого люда была весьма популярна борьба «на поясах» — Гюртельринген (Gurtelringen — от Gurtel («пояс, кушак, ремень»)), существовавшая в нескольких разновидностях. Мастер Отт написал первое в Европе пособие по борьбе, в котором борцовские приёмы были представлены отдельно от фехтования. Он был советником германского императора Фридриха II, правившего с 1212 по 1250 гг. а начинал Отт как уличный борец, снискавший немалую славу в немецкоязычных землях. Спустя более чем сто лет (в 1388 г.) появился аналогичный труд мастера Ганса Лихтенауэра. К сожалению, эти книги не сохранились. О них стало известно из «Фехтовальной книги» Ганса Талгоффера (1443 г.), обстоятельно изложившего взгляды своих предшественников и перепечатавшего их иллюстрации. Анализируя книгу Талгоффера, историк спорта Лукашев писал: «Техника борьбы была тогда очень жёсткой. По существу, любой её приём мог использоваться как в состязаниях, так и в бою». Наибольшей популярностью борьба пользовалась у горожан, особенно немецких. Состязания включали в себя фехтование на различных видах оружия, стрельбу из лука, метание камней, бег по пересечённой местности, прыжки через препятствия и конечно же борьбу.

Мне удалось в этой жизни прочитать эти книги, хранившиеся в отцовской библиотеке. Правила состязательной борьбы определялись характером реального боя. Так, упавший на землю всегда признавался побеждённым. Победителем считали того, кто бросал противника на землю (причём не обязательно на лопатки) или болевым приёмом заставлял его отказаться от продолжения схватки. Борьба в партере исключалась, зато допускались удары руками и ногами, в том числе по суставам. Словом, разрешались те же приёмы, что и в фехтовальном поединке.Особенно меня восхитила «Книга фехтования» («Das Fechtbuch») Альбрехта Дюрера, великого немецкого живописца и графика, основоположника искусства немецкого Возрождения. Книга состоит из 35 листов, имеющих рисунки, слегка закрашенные акварелью с обеих сторон. Приёмы борьбы представлены в ней на 120 рисунках, приёмы фехтования — на 80. Оказалось, что великий немецкий художник умел не только рисовать, но также бороться и фехтовать, и даже с успехом участвовал в состязаниях. Когда император Священной Римской империи Максимилиан I увидел, насколько искусен художник в поединках, он предложил Дюреру запечатлеть на бумаге все известные ему приемы борьбы и фехтования. Впрочем, техника борьбы на рисунках Дюрера ничем не отличается от той, что была представлена в книгах Талгоффера и Вурма. Те же выкручивания рук, удары руками и ногами, болевые приёмы, подножки и броски. Только рисунки намного лучше по качеству.

Наш родственник Фридрих Второй пригласил нашу семью в Берлин для участия в торжестве, посвященном вручению ордена Святого апостола Андрея Первозванного, пожалованного русской императрицей Елизаветой Петровной. Знаки ордена в Берлин доставил русский посланник камер-юнкер русской императрицы Яков Ефимович Сиверс. Зная о встрече с русским посланником, мать приказала мне не наряжаться и надеть на прием повседневное платье. Я сильно удивилась, когда после аудиенции Сиверс попросил в подарок для своей императрицы мой миниатюрный потрет.

Я припомнила, как в десять лет меня привезли в столицу Любекского княжества город Эйтин, и там при дворе местного епископа я впервые встретилась с одиннадцатилетним Голштинским принцем Петром-Ульрихом, будущим моим мужем и российским императором. Принц как я и думала, не произвел на меня достойного впечатления: он тайком пригублял вино из бокалов гостей, подмигивая при этом мне и предлагая попробовать вино как взрослые. Недавно ему присвоили чин секунд-лейтенанта и он увлекался военной формой, маршировкой, хорошо ориентировался в чинах и званиях. Он рос хилым, болезненным, был упрям, вспыльчив и тревожен. Помимо военного дела, его увлекали музыка и живопись. Он выбрал для занятий скрипку — редкий инструмент для детей того времени. Пётр мог привирать, его часто уличали во лжи. До семи лет мальчика воспитывали женщины, а затем на его воспитание влияли офицеры герцогской гвардии. Методы воспитания были строгими, а об образовании Петра практически не заботились — он лишь немного знал французский язык и несколько слов на латыни.

При этом Пётр признался мне, что боится пушечной стрельбы, грома и грозы. И вот это ничтожество должно стать российским императором! Я едва удержалась тогда от желания врезать ему под дых.

Вечером Фридрих II пригласил нас в свой кабинет, однако я осталась, мать решила меня не брать на важный разговор. Фридрих заявил моей матери: — В браке вашей дочери с русским наследником я вижу залог безопасности Пруссии, а мой посол в России, барон Мардефельд, ждёт вашу светлость с таким же нетерпением, с каким, полагаю, жених ожидает прибытия невесты. Кстати, почему я не вижу Фике?

Иоганна хмыкнула — Глупая Фике может лишь помешать серьёзной беседе.

— Жаль, я хотел донести до нее мои ожидания от ее предстоящего замужества.

— Ваше Величество, я сама объясню дочери все, что нужно.

Я невольно вспомнила как Петр обрадовался приезду невесты — теперь у него появилась подруга для игр. Он даже забросил свои экстравагантные замашки и был со мной внимателен и предупредителен. Вскоре он сказал мне, что больше всего ему нравится то, что они являются троюродными братом и сестрой, и поэтому, как родственники, они могут быть откровенны друг с другом. И тут же разоткровенничался.

Петр признался мне, что влюблен в од­ну из фрей­лин им­пе­рат­рицы и даже хотел бы же­нить­ся на ней, но так как тетушка желает, чтобы он же­нился на Ека­те­ри­не, он готов это сделать. Каково было мне слушать такие излияния от человека, за которого я должна выйти замуж? Конечно, я побла­го­да­ри­ла его за до­ве­рие и откровен­ность, но обида в глу­би­не ду­ши затаилась. Петр рассказал мне, что глав­ным вос­пи­та­те­ля­ми его стали гоф­мар­шал Брю­мер и обер-ко­мер­гер Берх­гольци Из его сбивчивого повествования я поняла, что ни тот ни дру­гой совершенно не под­хо­ди­ли на эту роль. Брюмер го­ден был толь­ко на то, «что­бы вос­пи­ты­вать ло­ша­дей, а не прин­цев». Он об­ра­щал­ся со сво­им вос­пи­тан­ни­ком чрез­вы­чай­но гру­бо, под­вер­гал его уни­зи­тель­ным и тя­го­ст­ным на­ка­за­ни­ям, за­став­ляя сто­ять на ко­ле­нях на рас­сы­пан­ном по по­лу го­ро­хе, ос­тав­лял без обе­да и да­же под­вер­гал по­бо­ям. Уни­жае­мый и стес­няе­мый во всем, Петр ус­во­ил се­бе дур­ные вку­сы и при­выч­ки: стал раз­дра­жи­те­лен, вздо­рен, уп­рям и фаль­шив, при­об­рел пе­чаль­ную на­клон­ность лгать, с про­сто­душ­ным ув­ле­че­ни­ем ве­руя в свой соб­ст­вен­ный вы­мы­сел. Вме­сте с тем принц ос­та­вал­ся тще­душ­ным и не­при­вле­ка­тель­ным, как в фи­зи­че­ском, так и в нрав­ст­вен­ном от­но­ше­нии.

Петр взял меня за руку в порыве чувств, когда изливал свою душу — Когда тетушка забрала меня в Санкт-Петербург, то она, по­об­щавшись со мной, по­ра­зилась моим не­ве­же­ст­вом и ве­ле­ла не­мед­лен­но за­нять­ся моим обу­че­ни­ем. Из это­го бла­го­го на­ме­ре­ния вы­шло ма­ло пут­но­го! — горько усмехнулся Петр. — Пре­по­да­ва­тель рус­ско­го язы­ка Ве­се­лов­ский с са­мо­го на­ча­ла яв­лял­ся ред­ко, а по­том, по его словам, убе­див­шись в пол­ной не­спо­соб­но­сти сво­его по­до­печ­но­го, и во­все пе­ре­стал ко мне хо­дить. Про­фес­сор Ште­лин, ко­то­ро­му по­ру­че­но бы­ло обу­чать меня ма­те­ма­ти­ке и ис­то­рии, про­явил боль­ше на­стой­чи­во­сти. Однако я подслушал как он сказал, что на­след­ник «не лю­бит глу­бо­ко­го раз­мыш­ле­ния». По­это­му Ште­лин дер­жал­ся, где толь­ко мож­но и ко­гда толь­ко воз­мож­но, на­гляд­но­го ме­то­да обу­че­ния. Он при­но­сил на уро­ки кни­ги с кар­тин­ка­ми, древ­ние рус­ские мо­не­ты и по ним рас­ска­зы­вал древ­нюю ис­то­рию Рос­сии. По ме­да­лям Пет­ра Первого Ште­лин рас­ска­зы­вал мне ис­то­рию его цар­ст­во­ва­ния. Чи­тая мне га­зе­ты, он про­хо­дил так все­об­щую ис­то­рию.

Я хмыкнула: похоже, не смот­ря на все уси­лия, Ште­лин пре­ус­пел не боль­ше Ве­се­лов­ско­го. Не то что бы Петр во­все был ли­шен па­мя­ти, про­сто его вни­ма­ние все­гда бы­ло на­прав­ле­но на ме­ло­чи. Он со­вер­шен­но не спо­со­бен был к обоб­ще­ни­ям и на­чис­то ли­шен во­об­ра­же­ния, по­это­му так и не смог ни­че­му нау­чить­ся.

Впро­чем, го­раз­до важ­нее для Ели­за­ве­ты бы­ло при­об­щить пле­мян­ни­ка к пра­во­сла­вию. С этой сто­ро­ны то­же столк­ну­лись с не­ма­лы­ми труд­но­стя­ми, по­сколь­ку Петр с дет­ст­ва ус­во­ил пра­ви­ла са­мо­го стро­го­го и наи­ме­нее ве­ро­тер­пи­мо­го лю­те­ран­ст­ва. На­ко­нец, по­сле мно­гих для се­бя не­при­ят­но­стей, он под­чи­нил­ся во­ле им­пе­рат­ри­цы, но при этом не­сколь­ко раз го­во­рил мне, что ему при­ят­нее бы­ло бы уе­хать в Шве­цию, не­же­ли ос­та­вать­ся в Рос­сии.

Един­ст­вен­ное за­ня­тие, ко­то­ро­му Петр пре­да­вал­ся с са­мо­заб­вен­ным упор­ст­вом, бы­ла иг­ра в сол­да­ти­ки. Он ве­лел на­де­лать се­бе мно­же­ст­во са­мых раз­ных сол­да­ти­ков: вос­ко­вых, свин­цо­вых и де­ре­вян­ных и рас­став­лял их в сво­ем ка­би­не­те на сто­лах с та­ки­ми при­спо­соб­ле­ния­ми, что ес­ли дер­нуть за про­тя­ну­тые по сто­лам шнур­ки, то раз­да­ва­лись зву­ки, по­хо­жие на бег­лый ру­жей­ный огонь. В та­бель­ные дни (Таковыми днями считались не только некоторые церковные праздники, но и так называемые царские дни. Также к табельным относились подвижные празднования, связанные с годичным кругом богослужения: пятница и суббота Сырной недели (до начала Великого поста), а также Вознесение Господне (40-й день после Пасхи) и Духов день (понедельник после празднования Пятидесятницы)) Петр со­би­рал свою двор­ню, на­де­вал ге­не­раль­ский мун­дир и про­из­во­дил па­рад­ный смотр сво­им иг­ру­шеч­ным вой­скам, дер­гая за шнур­ки и с на­сла­ж­де­ни­ем вслу­ши­ва­ясь в ба­таль­ные зву­ки.

После моих крестин, а затем и обряда обручения, совпавшего с именинами жениха, прошли новые назначения в государстве. Так, на должность канцлера был назначен Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, вице-канцлером стал Михаил Илларионович Воронцов. Им­пе­рат­ри­ца по­жа­ло­ва­ла мне как но­во­об­ра­щен­ной аг­раф и скла­день брил­ли­ан­то­вый стоимостью в не­сколь­ко сот ты­сяч руб­лей.

Осенью 1744 года на великого князя напали хвори. Сначала у него случилось серьезное расстройство желудка, в ноябре он переболел корью, а в декабре захворал оспой. Все вокруг гадали: неужели болезнь сорвет эту свадьбу? Ведь от оспы незадолго до свадьбы умер жених Елизаветы Петровны, а потом, буквально в день свадьбы, скончался от оспы император Петр II. А ведь его невесту, Долгорукую, тоже звали Екатерина. Двор был в напряжении.

Но Петра Федоровича, несмотря на его не очень крепкий организм, удалось выходить. Правда, оспа сильно обезобразила его и без того не очень красивое лицо. Я, увидев его после болезни, даже испугалась. Петр за время болезни очень вырос, но лицом был неузнаваем; все черты лица его огрубели, лицо еще все было распухшее и несомненно было видно, что он останется с очень заметными следами оспы.

С са­мо­го при­бы­тия в Рос­сию я при­леж­но изу­ча­ла об­ря­ды рус­ской церк­ви, стро­го дер­жа­ла по­сты, мно­го и усерд­но мо­ли­лась при лю­дях, да­же ино­гда пре­вос­хо­дя в этом же­ла­ние на­бож­ной Ели­за­ве­ты, но страш­но сер­дя тем самым Пет­ра. Впро­чем, в это вре­мя от­но­ше­ния с ве­ли­ким кня­зем бы­ли дос­та­точ­но при­ятель­ские. Я старательно скрывала свое истинное к нему отношение, стараясь поскрорее дождаться свадьбы. Го­раз­до боль­ше не­при­ят­но­стей дос­тав­ля­ла мне моя соб­ст­вен­ная мать. Она бес­пре­стан­но ин­три­го­ва­ла и сплет­ни­ча­ла, за­ви­до­ва­ла сво­ей до­че­ри и веч­но бра­ни­ла меня. Вско­ре она пе­ре­ссо­ри­лась из-за пус­тя­ков поч­ти со все­ми, на­чи­ная с им­пе­рат­ри­цы и кон­чая ве­ли­ким кня­зем, ни с кем не во­ди­лась и обе­да­ла с мужем, си­дя все время у се­бя в ком­на­тах.

В про­ти­во­вес ей я, об­ла­дав­шая от при­ро­ды ве­се­лым и ужив­чи­вым ха­рак­те­ром, с удо­воль­ст­ви­ем за­ме­ча­ла, что с ка­ж­дым днем рос­ло рас­по­ло­же­ние пуб­ли­ки ко мне, ко­то­рая смот­ре­ла на меня как на за­ме­ча­тель­но­го ум­но­го ре­бен­ка.

Мой брак с ве­ли­ким кня­зем ка­зал­ся де­лом окон­ча­тель­но ре­шен­ным, но но­вое об­стоя­тель­ст­во ед­ва не сме­ша­ло все пла­ны. От­кры­лась пе­ре­пис­ка Ио­ан­ны Ели­за­ве­ты с Фрид­ри­хом Вторым. Ели­за­ве­та, ко­то­рой прин­цес­са-мать и без то­го очень не нра­ви­лась из-за сво­его склоч­но­го ха­рак­те­ра, бы­ла очень рас­сер­же­на.

Я обратилась к своему отцу — Папа! Тебе нужно будет сразу после свадьбы вернуть матушку в ваше семейное гнездо. Нечего ей тут делать. И так ее шпионаж подорвал мою репутацию.

Отец вздохнул и потрепал меня по щеке — Ты как всегда права, Фике! Я так и сделаю.

Отец испросил аудиенции у императрицы и та его благосклонно приняла — Я слушаю вас, князь! Я так понимаю, вы хотите просить за свою супругу, дабы я не отсылала ее прочь из России?

— Нет, ваше императорское Величество! Я и моя дочь понимаем всю тяжесть выдвинутых против моей супруги обвинений и я обещаю вам, что сразу же после свадьбы моей дочери я увезу супругу обратно в Штеттин. Моя дочь поражена коварством короля Фридриха и сознательно решила порвать все отношения со своей родной матерью. Фике считает, что шпионаж ее матери наложил на нее несмываемое пятно. Моя дочь с семи лет мечтала стать русской императрицей, начав учить русский язык и заставив учить его отданных ей в услужение обоих фрейлин и сыновей лучших прусских фамилий, один из которых происходит из французского графского рода.

Елизавета удивленно захлопала ресницами и улыбнулась — Вот оно что! Значит в семь лет Екатерина уже мечтала о русском троне! Хорошо, я забуду этот инцидент! Спасибо, князь, за вашу честность!

Современники говорили о нем как о хитром и беспринципном интригане. В историю он вошел как чрезвычайно умный и очень успешный дипломат. Так каким же в действительности он был, канцлер Алексей Бестужев, человек, в течение полутора десятков лет определяющий политику Российской империи?

Алексей Петрович Бестужев был из старинного дворянского рода, представители которого пользовались доверием у русских государей. Отец его, Петр Бестужев, выполнял дипломатические миссии, а с 1712 года, по распоряжению Петра I, стал гофмейстером вдовствующей герцогини курляндской Анны Иоанновны, то есть, заведовал и управлял её делами. В 1708 году Алексей и его старший брат Михаил выехали в Европу для получения образования. Он учился в Копенгагене и в Берлине и особые успехи показал в изучении языков и общеобразовательных наук. В 19 лет он был определен на службу в русское посольство в Голландии. Затем, в течение четырех лет, служил при Английском дворе, что дало ему очень много и в плане образования, и в плане знания придворной жизни. Затем был направлен дипломатом в русское посольство в Дании. Служба при небольшом датском дворе тяготила Бестужева — ему не хватало размаха, а его честолюбие жаждало более высокого положения.

Застой в карьере закончился с воцарением Анны Иоанновны — не зря он несколько лет провел при ее скучном дворе. И хотя Бестужев-отец потерял расположение бывшей герцогини курляндской, Бестужев-сын смог его сохранить. Он выполнил несколько важных поручений императрицы и даже вошел в круг приближенных герцога Бирона. За что и пострадал. После смерти Анны Иоанновны и свержения Бирона как регента младенца-императора Иоанна Антоновича, Бестужев был заключен в Шлиссельбургскую крепость.

Правда, никаких доказательств его вины найдено не было, а сам он ни в чем так и не покаялся, что тоже оказалось очень важным. Так как вскоре свершился еще один дворцовый переворот, и на престол взошла дочь Петра I — Елизавета. Бестужев, как пострадавший от прежнего режима, был возвращен на государственную службу. Бестужеву уже 47 лет, а карьера все еще так себе для такого честолюбивого человека. Но его звездный час пришел.

При дворе Анны Иоанновны, а затем и Анны Леопольдовны, все основные государственные посты занимали немцы. После того, как власть перешла в руки Елизаветы Петровны, немцы потеряли при дворе свои позиции и русской императрице понадобились новые государственные советники, отличавшиеся знанием дела и, желательно, русские. И здесь сразу же вспомнили о Бестужеве — он был в числе тех, кто составил Манифест, возвестивший народу о восшествии на престол императрицы Елизаветы Петровны.

Потом оказалось, что и внешней политикой некому заниматься — а Бестужев имел большой опыт дипломатической работы. Карьера начала бурный рост, как и росли награды от императрицы. Он получил титул графа, стал заседать в Сенате, получил пост вице-канцлера, а в 1744 году стал канцлером. Но даже став канцлером, он не вошел в ближний круг императрицы. Она ценила его как умного и деятельного политика. Но она и прекрасно видела его лживость и склонность к интриганству, порой, она просто с трудом его переносила. Тем не менее, он пользовался ее полным доверием.

Человеком Алексей Петрович был непростым. А порой, и очень неприятным. Он со многими водил знакомство, но ни с кем не дружил. Он был радушен к тем, кто ему был нужен для выполнения своих замыслов и с пренебрежением относился к тем, в ком не видел пользы для себя. Он приближал к себе людей, которых использовал для своих придворных интриг, а потом их с лёгкостью предавал. Для сбора информации он вскрывал чужие письма, в том числе, и дипломатическую переписку, а при сборе компромата не чурался и подделок.

Тем, кто его близко не знал, Бестужев не умел сказать четырех слов подряд и казался заикающимся. Коль скоро разговор его интересовал, он находил и слова, и фразы, полные силы и огня, которые извлекал рот, снабженный четырьмя обломками зубов, и которые сопровождались сверкающим взглядом его маленьких глаз. А когда он смеялся, то это был смех сатаны.

Я, наблюдая за ним с помощью своих многочисленных шпионов, сделала такой вывод — канцлер Бестужев приобрел мастерство держаться при дворе Елизаветы, в среде, лишенной всякой нравственной и политической устойчивости. Ум его, весь сотканный из дипломатических конъюнктур, привык додумывать каждую мысль до конца, каждую интригу доплетать до последнего узла, до всевозможных последствий. Раз составив мнение, он проводил его во что бы то ни стало, ничего не жалея и никого не щадя. Была у Бестужева и слабость — точнее, пристрастие. Это спиртное. Но даже крепко выпив с вечера, утром он являлся к императрице в нормальном состоянии.

Он вообще досконально изучил вкусы и привычки, пристрастия и психологические особенности Елизаветы. Он умел просчитать, когда нужно появиться перед очами императрицы, чтобы получить нужное ему решение. А его уникальную работоспособность признавала не только государыня, но и его ненавистники. Мой вывод о нем был такой: весьма трудолюбив и порою все ночи за работой проводит, отдохновение же черпает в вине, кое употребляет без меры, разуму и здоровью во вред. Мне пришел на ум Дзержинский, ради поддержания своей работоспособности употреблявший спирт с кокаином. Тот также не жалел своего здоровья ради поставленной перед собой цели.

Во внешней политике канцлер Алексей Бестужев продолжал курс Петра I. Он ориентировался на союзнические отношения с морскими державами — Англией и Голландией, а также с Саксонией и Священной Римской империей. Торговые отношения с Британией и Голландией приносили огромную прибыль, зато политический союз с Лондоном со временем распался из-за постоянных интриг и происков британцев.

Союз с Саксонией был важен тем, что саксонский курфюрст также был и польским королем, а Польша была в зоне русских интересов. Союз со Священной Римской империей был ориентирован на борьбу с Османской Портой и Пруссией. Главными врагами России, как считал Бестужев, были Пруссия и Франция.

«Засланцы» из Франции и Пруссии постоянно интриговали против Бестужева, пытаясь «свалить» канцлера. Но в интригах Бестужев и сам был ох как силен. Ему удалось удалить со двора лейб-медика Лестока, который был близок к Елизавете Петровне. Лесток оказался чуть ли не виднейшим лицом возведении Елизаветы на трон: через него велись переговоры с Шетарди и шведским посланником, он руководил действиями Елизаветы и влиял на её приближённых.

Бестужев враждовал с французом из-за явного пристрастия Лестока к Франции, от которой он получал пенсию в 15 000 ливров, и к Пруссии, по ходатайству которой император Карл VII даровал Лестоку графское достоинство Священной Римской империи. В 1744 году Бестужеву удалось перехватить тайную переписку Лестока и Шетарди; последний был удалён из России, а Лесток лишился прежнего влияния на императрицу.

Бестужев не отличался неподкупностью и получал от английских и австрийских дипломатов крупные суммы денег, и те полагали, что его и, соответственно, российская благосклонность держатся исключительно на взятках.

Но с другой стороны, Бестужев, как бы ни любил деньги, никогда не брал взятки у противников России, противников своей политической линии, которую искренне считал правильной. Хотя мог. А взять «займ» у союзников не считал зазорным и даже, чтобы избежать разговоров, хитрый канцлер сам рассказывал об этом императрице и двору. Так, он взял у англичан займ в 10 тысяч фунтов стерлингов под залог дома, а потом еще и 50 тысяч фунтов стерлингов под залог дворца на Каменном острове. В обоих случаях при подписании заемного письма присутствовали многочисленные свидетели, причем, и из числа врагов Бестужева. Так что все было сделано чисто и честно.

Я решила пообщаться с канцлером без обиняков, перетянув его на свою сторону. Пересечься с Бестужевым удалось сразу после его аудиенции у императрицы. Моя фрейлина Марта провела канцлера мою гостинную. Бестужев фальшиво улыбался, считая меня как и мою неразумную мать, врагом России. Я указала на столик с чашками и кофейником — Угощайтесь, господин канцлер. С вашего позволения разговор будет проходить при моих фрейлинах, которые останутся немы и сохранят наши с вами секреты.

— Вот как! Какие у нас с вами могут быть секреты? Вы креатура короля Пруссии и будете проводить его политику.

Я покачала головой — Я прекрасно понимаю, что ваше внимание сосредоточено на Пруссии, быстрый рост которой грозит опасностью всем соседним государствам. Чтобы сплотить как можно больше сил для противостояния Фридриху, вы поспешили присоединиться к варшавскому договору между морскими державами, Австрией и Саксонией. В этом вопросе вы встретили неожиданного противника в лице вице-канцлера графа Воронцова, который, тяготясь своим подчинённым положением, решил разыграть собственную партию и сделать ставку на сближение с Францией. Вы предложили Англии взять на себя продолжение борьбы с Пруссией, за субсидию в пять—шесть миллионов. Русские войска уже стягиваются в Лифляндию. Однако правившая Ганноверская династия, осознавая уязвимость своих ганноверских владений в случае конфликта с Фридрихом, предпочла видеть его союзником. Как я слышала, вы намекали уже на возможность сближения России с Францией, раз Англия её покидает.

Бестужев усмехнулся и сузил глаза — А вы не так просты, ваше Высочество!

— Хочу вас заверить, что я несмотря на свое прусское происхождение, приняв православие и русское имя, считаю, что теперь целиком и полностью принадлежу России. Я желаю видеть Россию самой сильной державой в мире. Я могу быть полезной в вашей борьбе с вице-канцлером.

Бестужев поморщился. Судьёй в полемике с Воронцовым была сама императрица. Тщетно ссылался Бестужев на прежние мнения Воронцова. Его позиции подрывал собственный беспорядочный образ жизни. Большую часть ночи канцлер пил и играл, поэтому его голова была ещё не вполне ясна, когда он вставал, для того чтобы заняться делами; оттого он и не мог по утрам регулярно приходить ко двору, как другие министры и его соперник вице-канцлер'.

Во время поездки Воронцова за границу в 1745 году Бестужев был неприятно поражён дружескими приёмами, какие тому оказывали в Пруссии и во Франции, его сближением с высланной из России принцессой Ангальт-Цербстской. Канцлер доказывал Елизавете перехваченными депешами, что старая франко-прусская интрига теперь выбрала центром своим Воронцова. Императрица была оскорблена. Все шло к подписанию договора о союзе с Австрией.

Я, видя сомнения на лице Бестужева, продолжила — Предлагаю заключить устный договор о взаимной помощи. Я при каждом удобном случае за вас замолвлю слово перед императрицей, но и вы станете моим сторонником. И на будущее — я считаю, что у России никогда не будет других союзников кроме ее армии и флота. Англичане когда им выгодно, разорвут любую договореннсть. Доверять им просто преступно. Ни Англия, ни Франция никогда не станут настоящими союзниками России. Наоборот, видя ее возвышение, они сделают все для сдерживания стремлений России стать самостоятельным игроком в мировой политике. — понизив голос, я добавила — Вы же в курсе, что ее Величество положила глаз на красавца Ивана Шувалова? — дождавшись кивка, я развела руками — Шувалов как человек тщеславный, после овладения сердцем и умом императрицы раздавит вас и не поморщится.

Бестужев сверкнул глазами как тигр, которого подергали за усы — Какой от меня помощи вы ждете?

— Мне потребуется ваша поддержка против моего мужа. Этот по сути ребенок предан Фридриху и готов ради его украденного наследства втянуть Россию в войну с Данией. Мало того, он таскается по шлюхам, пренебрегая посещением моей спальни. Императрица уже на меня косится из-за отсутствия беременности. Вы поддержите меня в случае, если Петр упьется в усмерть на своих пьянках?

Бестужев отрицательно покачал головой — Боюсь, что после смерти вашего мужа вы не сможете претендовать на трон. Вам нужен законный наследник.

Поднявшись, Бестужев попрощался и покинул мои покои.

Я же задумалась как поступить с Шуваловым.

Шувалов содействовал развитию русской науки и искусства, оказывал покровительство учёным, писателям и художникам. В числе прочего он поддерживал многие начинания Ломоносова. Под его покровительством в 1755 году будет основан Московский университет (Шувалов станет его первым куратором), а в 1757 году будет создана Академия художеств (Шувалов будет её президентом до 1763 г.).

Шувалова назовут «министром новорожденного русского просвещения». Он не только сам понял исключительную важность развития образования для будущего страны, но сумеет убедить в этом императрицу Елизавету Петровну столь твёрдо, что она взяла первенца российского образования — Московский университет — под свою непосредственную протекцию.

После воцарения Екатерины II Шувалов в РИ оказался в опале. Думаю, что Шувалова придется оставить для продвижения русской науки.

А вот с беременностью придется что-то делать. Я призадумалась. Придя к решению этой задачи, я щелкнула пальцами и бодро поспешила выносить мозг своему муженьку.

Задержка месячных меня порадовала, я воспряла духом, не делясь впрочем этой новостью никем даже из моего близкого круга. Я прекратила интимные встречи с Паулем во избежание их обнародования: как мы ни таились, попытки шпионить за мной не прекращались ни на минуту. Шпионили все: придворные и слуги. Да, я смогла превратить с помощью серебра и золота часть слуг в своих осведомителей, но кто мог поручиться за то, что они не были двойными агентами. Все же кто я и кто императрица!

Незадолго перед Рождеством 1746 года, когда мой округлившийся живот было трудно скрыть под платьем, я посвятила императрицу в свою тайну — Ваше Величество! Вот уже три месяца как я не праздна.

Елизавета, которая в последнее время была со мной в охладевших отношениях, считая меня виновной в нежелании Петра жить со мной как с супругой, всплеснула руками — Радость-то какая! Что же ты, Катька, так долго скрывала?

Я опустила глаза в пол — Опасалась, что вдруг произойдет ранний выкидыш и вся ваша радость превратится в траур. Но теперь я уверена, что плод благодаря моим оздоровляющим комплексам растет здоровым и похоже выкидыш мне не грозит.

Императрица подошла ко мне и положила руку на мой живот — Надеюсь, что это все же наследник! Увы, но из Петра император не получится и все мои надежды направлены только на его сына! Как думаешь его назвать?

Я пожала плечами — Может быть Георгием в честь Георгия Победоносца? Как вы считаете, матушка?

Елизавета задумалась — Георгий Первый! А что, вполне звучное имя. Хотя мне почему-то ближе имя Павел. Пашенька.

Я упрямо вмешалась — Вы только вслушайтесь как можно будет звать мальчика — Егорка, Жора, Гоша! Какой богатый выбор детских имен!

Елизавета протянула — Может ты и права! Предлагаю Рождество отметить сногсшибательным балом, на котором объявим о твоем положении. Как тебе эта идея?

— Ваше Величество, предлагаю немного внести изменения: перед балом устроить праздничное театральное представление с участием русских сказочных героев. Поставим настоящий театр! Если представление станет удачным, можно подумать о открытии в Санкт-Петербурге настоящего театра. Я готова взять на себя сценарий и руководство постановкой спектакля. Будет лучше, чем в знаменитых западных театрах.

Елизавета кивнула — Хорошо, как только сценарий будет готов, сразу же представь мне его для ознакомления.

Я посмотрела вослед императрице и направилась в свои покои. Последние дни меня беспокоили мысли о тайной канцелярии, которой руководил Александр Иванович Шувалов, сменивший знаменитого Ушакова на посту её главы. Именно он осуществляет надзор за содержанием в ссылке Брауншвейгской фамилии, руководит расследованием дела Лестока,и именно Шувалов был приставлен следить за мной и моим мужем. Его шпионы ненавязчиво сопровождали меня повсюду.

Семейство Шуваловых во времена правления Елизаветы Петровны стало одним из самых влиятельных родов Российской империи. Во многом возвышению братьев содействовал Александр Иванович, занимавший высочайшие должности при дворе. Его называли «начальником инквизиции» и самым грозным человеком страны. Уже в юности он попал ко двору цесаревны Елизаветы Петровны. Он был одним из тех, кто участвовал в дворцовом перевороте 1741 года, после чего к власти пришла Елизавета. Именно тогда начался настоящий карьерный взлёт Шувалова и его братьев. При воцарении новой императрицы милости и титулы сыплются на Александра Ивановича, словно из рога изобилия. Он был награждён Орденом Александра Невского, в 1744 году стал генерал-поручиком, а через два года занял должность генерал-адъютанта Елизаветы Петровны. При этом стоит учесть: Шувалов никогда не состоял с государыней в романтических отношениях, не участвовал в боях.

Александр Шувалов старательно подсовывает императрице своего младшего брата, Ивана Ивановича. Елизавета пока поглядывает на красавца Ивана без вожделения, но благосклонно: он ей определенно нравится.

Я припомнила историю и мне вовсе не хотелось ожидать смерти Елизаветы аж еще пятнадцать лет. После рождения ребенка я стану при дворе никому не нужной. Это будет связано с тем, что императрица получила желаемого наследника и сосредоточится на других делах. Елизавета Петровна сразу после родов заберет ребёнка к себе, лишив меня возможности воспитывать сына. Я впервые увижу сына лишь через 40 дней после родов. На всё время после рождения наследника я буду «совсем забыта Елизаветой»: я исполню то, что от меня ждут и требуют, и во мне перестанут нуждаться. Отношения между мной и Елизаветой станут напряжёнными. Императрица больше не будет уделять мне прежнего внимания, а мне это надо?

Я часто встречалась с моими немцами, которые благодаря своим знаниям и уму смогли немного продвинуться в чинах. Один из них даже получил звание капитана и был переведен из Лейб-кампании в Лейб-гвардейский Преображенский полк (из которого в свое время и выделилась рота гренадеров, ставшая лейб-компанией). Я рассчитываю на то, что он сможет получить майора и получить командование над одним из батальонов. Пока же Кот, который как и все мои немцы по моему приказу перешедший в православие, звавшийся теперь Петром, уверял меня, что две роты Преображенцев в случае внезапной гибели императрицы точно последуют за ним хоть в огонь, хоть в воду — по моим наставлениям Кот, впрочем как и остальные мои обрусевшие немцы, зачастую становились крестниками детей своих подчиненных, к которым показушно проявляли свое товарищеское расположение, избегая в прочем фамильярности.

Экзамен я сдала блестяще. На мой экзамен явился весь двор. Муженек с интересом разглядывал меня будто первый раз увидел.

Помимо начальника школы Мартынова Елизавета пригласила генерал-фельдцейхмейстера и заведующего Сухопутным шляхетским корпусом Василия Аникитича Репнина (сына генерал-фельдмаршала Аникиты Ивановича Репнина. Василий Аникитич был поначалу одновременно обер-гофмейстером двора великого князя Петра Фёдоровича. В качестве воспитателя великого князя оказывал на него довольно благоприятное воздействие; не препятствовал наследнику, несмотря на уже не детский его возраст, заниматься солдатиками и другими воинскими играми, что вызвало неудовольствие императрицы Елизаветы, которая в мае заменила Репнина Чоглоковым).

Мартынов для начала решил проверить мое знание теории — Ваше высочество, изложите нам разделение артиллерии по тактическому назначению.

— Артиллерия делится на:

Полковую, которая находится непосредственно в полках (например, в каждом пехотном и драгунском полку имеются трех фунтовые пушки).Полевая, поддерживающая пехоту и конницу в полевом бою, усиливая их огонь.Осадная, использующаяся при штурмах крепостей, например, восемнадцати и двадцати четырех-фунтовые пушки, пяти- и девяти-пудовые мортиры.Крепостная (гарнизонная) для обеспечения обороны крепостей.

Поручик кивнул и продолжил — Пётр Великий обобщил опыт боевых действий в «Правилах сражения» одна тысяча семьсот восьмого года перед Полтавской битвой. Что вы об этом знаете, ваше Высочество?

— Согласно этим правилам, артиллерия при обеспечении боя пехоты и конницы должна была действовать с близкого расстояния, главным образом картечным огнём. Лёгкие трех-фунтовые пушки перемещались вместе с войсками, а менее подвижные шести- и двенадцати-фунтовые пушки располагались на высоких местах для лучшего обзора местности и манёвра огнём. Пётр Первый стремился обеспечить конницу подвижными орудиями, так как драгуны часто решали боевые задачи в отрыве от пехоты. Потому драгунские полки получили лёгкие пушки и мортиры, которые перевозились на «седлах мортирных». Позже были созданы конные роты с расчётами, посаженными на лошадей.

Мартынов подошел к огромной черной доске, на которой мелом набросал исходные данные — Предлагаю Вашему Высочеству провести расчёт веса ядер и их параметров. Вам нужно решить задачу на определение веса ядер, построение артиллерийского масштаба, расчёт зазора между стенками канала ствола и снарядом.

Я бегло изучила исходные данные и мелом произвела вычисления. Мартынов поклонился — Я вижу, что вы, Ваше высочество, обладаете немалыми знаниями. — покосившись на Репнина, который кивнул, подтверждая вывод поручика, тот прокашлялся — Еще пара задач, ваше Высочество.

Я усмехнулась — задачки мне подсовывали явно не для претендентов на поступление, а для выпускников школы и блестяще дала ответы, использовав геометрию и тригонометрию для решения практических задачи для определения траектории полёта снаряда, расчёта дальности выстрела, установки угломера. Затем произвела расчёты, связанные с производством и обслуживанием артиллерии. А именно определила количество материалов, необходимых для изготовления орудия. Мартынов явно был в шоке и выпучил глаза, проверяя мои ответы.

Повернувшись к Елизавете, растерянный начальник школы развел руками — Ваше Величество! Сии знания мы спрашиваем на выпускном экзамене, ее Высочество блестяще сдала экзамен. И если Екатерина Алексеевна сможет также как она отвечала у доски провести стрельбы на полигоне, то я готов хоть сейчас вручить ее Высочеству диплом моей школы!

По залу пронесся гул перешептывания. Придворные пытались осмыслить сказанное Мартыновым, а муженек хмыкнул и стал задумчиво грызть ногти на своих пальцах.

Я довольно улыбнулась — Я готова к практическому экзамену. Для чего ждать еще полгода?

Елизавета покосилась на Репнина и тот пожал плечами — А что, матушка Елизавета Петровна! Может быть завтра и проверим как управится с стрельбой из полевого орудия Екатерина Алексеевна? А там глядишь и Петр Федорович за супругой подтянется изучать воинскую науку на деле, а не играя в солдатиков.

Елизавета медленно кивнула — Ну что же, я не против. А заодно пусть подготовят нам на завтра охоту.

Двор восхищенно зашумел.

На следующий день мы огромным санным поездом отправились в Царское село. Три орудия на лафетах явно поставили специально для меня. В качестве целей разместили деревянные щиты.

Я вчера вечером вместе с Петром посетила пушкарей и взяла у них уроки стрельбы из этих допотопных орудий, отдав командовавшему пушкарями унтер-офицеру, чей чин назывался фейерверкер кошель серебра. В задачи фейерверкера входило командование артиллерийским взводом — расчётом из двух орудий. В его подчинении находились вице-фейерверкеры. Фейерверкеры были подготовлены теоретически и практически для исполнения обязанностей начальника орудия и замещения взводного командира. Они быстро и точно исполняли команды по наводке и стрельбе, руководили расчётом при орудиях и зарядных ящиках. Настрелявшись вдоволь мы с мужем вернулись поздно во дворец.

Потому все цели были поражены и императрица погрозила мне пальцем — Знаю, где ты вчера с Петром пропадали. Хотя я рада, что он вместо своих солдатиков учился из настоящих орудий стрелять. А теперь прими диплом о сдаче экзаменов артиллерийской школы и вот мой указ о присвоении тебе, Катя, чина поручика гвардии. В каком полку хочешь служить, удиви меня, Екатерина.

Я поклонилась императрицы, приняв у нее бумаги — Ваше Величество, прошу вас разрешить сформировать еще одну лейб-гвардии роту из числа лучших казаков Кубанского казачьего войска, которые как я слышала, умеют воевать особым способом с примением пластунов. Эти казаки хорошо владеют приемами казачьей борьбы и могут противостоять безоружными вооруженным противникам.

Елизавета покачала головой — Интересно, от кого ты это слышала?

Я опять поклонилась и потупила голову — Перед самой поездкой в Россию я интересовалась русскими национальными видами борьбы, так как я сама обучалась немецкой борьбе. Мне посоветовали поискать неких пластунов с Кубани, которые знают особую борьбу. Вот, хочу посмотреть, что умеют сии казаки. Если действительно от них польза будет империи вашей, то попрошу на основе роты создать казачий лейб гвардии полк.

Елизавета хмыкнула — И как же ты отбор проводить будешь в эту казачью роту?

Хочу с Петром Федоровичем пока еще живот позволяет после Рождества на Кубань отправиться, посмотреть как живут люди в тех краях.

Елисавета, одетая в мужской полковничий мундир, пристально посмотрела мне в глаза, пытаясь найти скрытый смысл в сказанном. Затем кивнула — Добро! А то племянник засиделся во дворце, винный погреб скоро совсем опустошит. Разрешаю! А теперь все на охоту!

Императрица Елизавета Петровна любила охоту. Она заинтересовалась этим занятием ещё в молодости под влиянием своего племянника Петра. Императрица охотилась на зайцев и лис, которых загоняли английские или русские гончие собаки. Помимо этого Елизавета любила охотиться с ловчими птицами на пернатую дичь и охоту на тетеревов из шалашей с чучелами. При ней этот вид птичьей охоты получил широкое распространение. В 1743 году Елизавета Петровна убила медведя, шкура которого имела в длину свыше 2,5 метров, и лося высотой 180 сантиметров.

После восшествия на престол Елизавета Петровна возвела свою любимую забаву в Царском Селе в ранг официальной государственной церемонии. На охоты приглашались иностранные послы и гости. Для организации выездов был назначен обер-егермейстер, например Алексей Разумовский. Охотничьи выезды часто сопровождались пышными церемониями: императрица выезжала обычно в мужском платье; её окружала пышная свита кавалеров и дам, одетых роскошно; в центре зверинца разбивались богато украшенные палатки; после охоты участникам предлагали роскошный обед в палатке с музыкой. На свою любимую забаву она выезжала верхом в мужском платье и могла проводить в погоне за зайцами часы напролет. Ради охоты она могла ночевать в шалаше или вовсе не ложиться спать, проводить в лесах по нескольку дней, обедать под открытым небом.

При Елизавете Петровне получил широкое распространение особый вид птичьей охоты — на тетеревов из шалашей с чучелами. Шалаши, или будки, делались деревянные с окнами; внутри них помещалась печка; стены, потолок и пол обивались войлоком и выбеленной холстиной. Снаружи шалаш убирали ельником и прикрепляли на двух брусьях, игравших роль полозьев; при посредстве этих полозьев шалаш легко можно было перевозить с одного места на другое. Охота на тетеревов с чучелами производилась, обыкновенно, поздней осенью и как и сейчас, зимой. Общество располагалось в нескольких будках, и загонщики осторожно подгоняли к ним тетеревов.

Будущая императрица, несмотря на крупные затраты, стремилась обставлять своё развлечение пышно и роскошно. К тому же была тогда мода на создание специальных мундиров для охотников, у каждого владельца своих, получила повсеместное распространение. Количество участвующих в охоте лиц постоянно возрастало и достигало 2500 человек. Поначалу справлялся с этим штатом только ловчий Лаврентий Стромилов, затем появились корытничий и стремянной конюх. В царствование императрицы Елизаветы Петровны появился новый самостоятельный орган высшего управления императорской охотой — Обер-егермейстрская канцелярия. На должность егермейстера был назначен Алексей Григорьевич Разумовский, в прошлом днепровский малоземельный казак, возведённый в графское достоинство.

В детстве он был обучен грамоте, вследствие чего бежал от отца в соседнее село Чемер, где жил у дьячка и пел на церковном клиросе. Здесь в 1731 году был замечен полковником Вишневским, который набирал певчих для Придворного хора и, обратив внимание на молодого красивого певчего с прекрасным голосом, взял юношу с собой в Петербург. Довольно скоро под именем Алексея Григорьева он оказался в списке двора цесаревны Елизаветы Петровны. Алексей был одним из красивейших мужчин и его красота не прошла мимо внимания Елизаветы. Когда вскоре он потерял свой голос, то царевна перевела его в бандуристы. Уже в 1730-е годы Разумовский, как его стали со временем называть, став фаворитом цесаревны, получил для начала должность управляющего её имениями, затем чин камер-юнкера и стал полновластным хозяином её двора. К нему обращались с просьбами знатные вельможи, и он, по-видимому, не без успеха использовал своё влияние на Елизавету. В личном плане он был человеком весёлым, добродушным и бесхитростным. После переворота 1741 года бывший певчий превратился в генерал-поручика и действительного камергера. Спустя ещё короткое время, в день коронации Елизаветы Петровны Разумовский стал кавалером ордена Андрея Первозванного, обер-егермейстером, подполковником лейб-гвардии Конного полка, капитан-поручиком лейб-кампании и владельцем многих тысяч крестьянских душ (в том числе конфискованных незадолго до этого у Миниха). В 1742 году в подмосковном селе Перово, в знаменитой церкви Знамения, как гласила молва, состоялось тайное венчание императрицы с Алексеем Григорьевичем. После этого Разумовский поселился в дворцовых апартаментах, смежных с покоями императрицы; по утрам они завтракали вместе. Разумовский сидел за столом всегда рядом с государыней. Иностранные послы ожидали, что набожная императрица вскоре объявит о том, что связана с Алексеем узами церковного брака. Вспыльчивая и эмоциональная Елизавета превращалась в кроткую и заботливую жену рядом с Алексеем. Обладая огромной, практически неограниченной властью и став одним из богатейших людей России, Разумовский оставался скромным, набожным человеком, старался не вмешиваться в придворные интриги и держаться в стороне от большой политики. К своему стремительному возвышению он относился с юмором и лишь иногда, во хмелю или на охоте, проявлял буйный нрав. Был Разумовский и заботливым сыном, не забывал многочисленную малороссийскую родню, да и вообще родную Малороссию. По-видимому, именно благодаря Разумовскому в царствование Елизаветы Петровны удалось добиться некоторых привилегий и, в частности, восстановления гетманства (гетманом стал его брат Кирилл Разумовский).

Честно говоря, я относилась к Разумовскому хорошо. Не любя игру и относясь равнодушно к выигрышу, среди богатства, которым он был засыпан, он позволял грабить себя без стеснения, причём гости мошенничали, играя в карты, либо просто набивали карманы золотом, валявшимся на столах. Я видела сама как князь Иван Васильевич Одоевский наполнил свою шляпу золотыми монетами и затем передал её своему лакею, ожидавшему в передней. В особенности ревностно занимались этим женщины, среди них самыми беззастенчивой была Настасья Михайловна Измайлова, урождённая Нарышкина.

Вот и сейчас он оказался рядом со мной, пока императрица и ее двор развлекались охотой на тетеревов — Поздравляю, ваше Высочество! Ваши познания вызывают у меня светлую зависть! Позвольте составить вам компанию в поездке на Кубань. Вы не поверите, но я уже устал от той золотой клетки, в которой я оказался. — видя непонимание в моих глазах, добавил — Вы похоже мне не верите.

Я покачала головой — Ничуть, я вижу ваше бескорыстие, вам не нужно золото и вся эта мишура.

— Вы правы! Я безумно люблю императрицу. Наши отношения основаны на сильных чувствах, которые стали для нас обоих неожиданными и глубокими. Но похоже любовь императрицы ко мне остывает. Она все чаще поглядывает на Ивана Шувалова. Действительно, кто я такой по сравнению с исконным дворянином, пусть даже и не сильно родовитым. Я же вижу, как знать посмеивается над моим графским титулом.

Я оглянулась и, убедившись, что нас никто не может подслушать, задала вопрос — Зачем вам эта поездка, Алексей Григорьевич?

— Надеюсь, что мое отсутствие или же окончательно поставит точку в наших отношениях, или раздует искру нашей любви.

Я окинула взглядом беднягу с ног до головы — Боюсь, что Елизавета Петровна вас не отпустит.

— А это уже я беру на себя.

Разумовский нашел императрицу и прижался к ее спине, прошептав ей на ухо — Отпусти меня, любовь моя, с Петром и Екатериной на Кубань! Заодно по дороге я посещу свою родную Малороссию. — не давая время возразить, добавил — Отпусти, прошу тебя! Дай мне посетить родные степи!

Елизавета минут через пять кивнула — Езжай, раз так! Присмотришь заодно за племянником и за Катькой. Ишь, восхотелось ей получить офицерский мундир и таки получила его!

Разумовский шепнул — Не гневайся на Катю, государыня! У нее золотая голова. Кто у тебя при дворе столько языков как она знает? А кто сможет из орудий палить и главное в цель попадать? Повезло Петру с супругой, как и мне с тобой, вот только он того не понимает. Впервые он по другому посмотрел на Катерину только вчера после демонстрации ею знаний военной науки, в которой он сам несмотря на постоянные игры в солдатиков ничего не разумеет. После тебя хоть будет кому за армией твоей присмотреть.

Елизавета ухмыльнулась — Рановато ты меня хоронить собрался, Аеша! Мне еще и тридцати восьми нет.

Разумовский кивнул — Конечно, прости, дай Бог тебе долгой жизни, любимая! А сейчас прости — я пойду готовиться в дорогу, до Рождества осталось несколько дней. Как там с обещанным Катей представлением?

— Вроде как каждый день она проводит репетиции, для чего привлекла заведующего канцелярией Лейб-кампании майора Сумарокова, его попытки укрепления дисциплины приводят к многочисленным конфликтам, тогда же произошло его первое столкновение с Иваном Шуваловым. Актеры же из числа кадетов Шляхетного корпуса и обе фрейлины Катеньки.

— А, это ты о Александре Петровиче, который не так давно женился на камер-юнгфере великой княгини Екатерины Алексеевны Иоганне Христине Балк! Я слышал, что господин Сумароков любил и умел учиться, в корпусе он приобрёл отличное по меркам своего времени образование, овладел немецким и французским языками и началами итальянского; здесь же он заинтересовался вольфианской этикой. После выхода в свет «Нового и краткого способа к сложению российских стихов» Сумароков принял стихотворную реформу Тредиаковского и стал сочинять тонические стихи. Шесть лет назад были напечатаны две поздравительные оды Сумарокова, посвящённые тебе, голубушка. Увидимся вечером.

Спектакль по сказке «Морозко» удался на славу. Роли сестры Марфуши и Настеньки блестяще исполнили мои принявшие православие фрейлины Кэт и Лиза. Их отца сыграл бывший шут императрицы Анны Иоанновны Балакирев (по моей просьбе прибывший специально для спектакля из своего имения в Касимове), Морозко с удовольствием согласился сыграть Разумовский, остальные мужские роли исполнили кадеты Шляхетского корпуса. А вот для роли матери Марфы и мачехи Насти я долго никого не могла найти, пока случайно в одну из прогулок инкогнито по столице в санях я не встретила в лавке сладостей пробующую пряники купчиху. Ее интонации, мимика и жесты покорили меня с первой же минуты: ну вылитая хитрожопая мачеха! Купчиху пришлось долго уговаривать, но когда ее муж узнал, что его супруге предлагают участвовать в спектакле перед самой императрицей, то сам ее приволок к Зимнему чуть ли не за волосы.

По просьбе Елизаветы я привлекла к спектаклю выпускников Танцо́вальной Ея Императорского Величества школы и ее руководителя Жан-Батиста Ланде в качестве хореографа. В спектакле были задействованы пони (исполняющий роль коня), дрессированный медведь и свинья, запряженная в санки, которые перемещались по полу с помощью маленьких колес.

Игра актеров была почти академической — я как Станиславский на репетициях кричала не верю! Приходилось самой выходить на подмостки и демонстрировать эмоции и естественность реплик.

Елизавета после спектакля всех участников отблагодарила по-царски. Купчиха, получив ожерелье из жемчуга, была на седьмом небе от счастья.

Подойдя к Разумовскому, императрица мило ему улыбнулась — Оказывается из тебя получится прекрасный дед! Ты не передумал отправляться к черту на куличики?

Алексей покачал головой — Нет! Не передумал. Вот только маршрут придется изменить. Все-таки ее Высочество Екатерина Алексеевна ошиблась. На Кубани практически нет поселений казаков. Я ей рассказал об этом и она сильно удивилась. Я напряг всех кого можно и выяснил — пластуны действительно есть в Запорожском войске и нам нужно посетить Новую или или Подпо́льненскую Сечь на реке Днепр близ села Покровского. В одна тысяча семьсот тридцать третьем году крымский хан приказал запорожцам, основным центром которых к тому времени была Алешковская Сечь, двинуться к русской границе, где генерал Вейсбах, устраивавший украинскую линию крепостей, вручил им в урочище Красный Кут, в четырех верстах от старой Чертомлыкской Сечи, грамоту российской императрицы Анны Иоанновны о помиловании и принятии в русское подданство. Ее Высочество Екатерина Алексеевна считает, и я ее полностью поддерживаю, что необходимо заключить с казаками договор о вхождении Запорожского казачьего войска в состав Русского Царства, реестровое войско, которое ранее служило польской короне, необходимо официально переименовать в «Войско его царского величества Запорожское» и предложить начать переселение части казаков на реку Кубань. По указу Сената в этом году была определена граница между Донским и Запорожским войсками по реке Кальмиус. — Елизавета кивнула. Она же и подписала в марте указ, запрещавший казакам России иметь крепостных. Разумовский продолжил — Кубанские земли стали границей между Россией и Османской империей. Этот регион стал ареной борьбы между твоей империей и Турцией за контроль над Чёрным морем и Кавказом. Создание Кубанского казачьего войска поможет решить эту проблему. Заодно хочу выслушать мнение старшины на подготовку Сенатом решения о запрете выборов старшины, судей и кошевого атамана. Не дело это, пора с этой вольницей заканчивать.

Елизавета величественно произнесла — То благое дело! Думаешь, что Екатерине удастся уговорить запорожцев?

Разумовский пожал плечами — В помощь ей с нами будет первый кошевой атаман Новой Сечи Иван Билецкий. Он знает все расклады среди старшины, поможет вести переговоры с нынешним кошевым атаманом. Хотя Новая Запорожская Сечь обладает значительной автономией, но она находится под военным контролем. Помимо Новосеченского ретраншемента, на месте старой Сечи построены российские военные посты для смотрения за своевольными запорожцами.

Когда я высказала Ивану Билецкому все, что думаю о подготовке отобранных им казаков, то он попробовал отшутиться — Никакую дисциплину, кроме стрельбы в цель да изредка конной скачки и гоньбы за зверем в степях и лугах, казаки изучать не любят. Некоторые занимаются ремеслами, но большая часть гуляет с утра до вечера. Некоторые занимаются ремеслами, но большая часть гуляет с утра до вечера. На Запорожской Сечи никогда не было военной школы — юношество всегда воспитывалось и образовывалось в ней одним опытом, в самом пылу битв, которые оттого были почти непрерывны.

Я хмыкнула и поняла причины того, что пластуны Кубани скорее всего разработали более развитую и мощную систему рукопашного боя. Сечь в том виде, каком она существует, сплошь зеленому змию обучает, а не курсам по выживанию. Стоит настать длительному времени мира и все: казаки попросту сопьются и пропьют последние штаны.

Молодые холостые казаки, которым было не более тридцати лет, перед расставанием принесли мне клятву верности на кресте который они целовали в церкви у кошевого батюшки. Я же казаков предупредила, что жизнь у них изменится коренным образом и вместо вольницы их ждут запрет алкоголя, курения табака, тренировки, тренировки и еще раз тренировки. Повздыхав, казаки согласились с неизбежным злом, попросив перед отъездом гульнуть с казаками своих куреней. Получив на это серебро, они обязались на следующий же день вместе со своим новым ротным атаманом отправиться в далекий Санкт-Петербург.

А вот Казацкая Рада решила полностью принять все, что озвучили я и Петр. Были выбраны несколько кандидатур атаманов и для Запорожья и для Кубани. Я с Петром и Разумовским пообщались с этими претендентами и свои мысли решили представить императрице.

От Разумовского я получила образно говоря по шапке. Он после моих бега и рукопашного боя с казаками высказал свое возмущение, что совсем не думаю о своем плоде, который не дай Бог от таких упражнений раньше времени решит покинуть мое чрево. Я пыталась убедить фаворита императрицы, что пока живот едва заметен и мне не опасны подобные занятия. Хотя с бегом скоро действительно придется завязывать. А вот Петру похоже все по одному месту. Он витает в облаках и мне это начало надоедать. Похоже придется Елизавету отправить на постельный режим.

Для этого все лишь нужно нажать на определенную точку на ее теле. Через пару недель ноги станут ей отказывать и она не сможет на них стоять. А лежачая императрица не сможет править. Если же Елизавета не поймет такого тонкого намека от судьбы, то значит придется нажатием другой точки полностью ее парализовать. Наступил одна тысяча семьсот сорок седьмой год. Я больше ждать не намерена. Как только пройдет наша коронация, я первым делом избавлюсь от Петра, а затем можно будет избавить Елизавету от болячек, которые лишат ее власти.

Мы возвращались из Москвы обратно в Санкт-Петербург. Я, прикрыв глаза, невольно вспомнила Красную площадь, лобное место и маленький мальчик, которому еще не исполнилось семи лет, повторяет за митрополитом текст отречения от престола за себя и своих детей. Огромная толпа народа молчала так, что были слышны жужжание мух, внимая слабому голосу бывшего императора и трубному голосу митрополита. Затем Иван подписал документ о отречении (поставив вместо подписи крестик и приложив свой палец, измазанный предварительно чернилами рядом с начертанным крестиком). На следующий день меня вместе с мужем короновали в Успенском соборе Московского Кремля.

Улицы были украшены гирляндами, коврами, гобеленами, цветами и еловыми ветками. Около 10 часов утра я с Петром вышли на крыльцо Грановитой палаты, после окропления пути святой водой началось шествие к Успенскому собору. Нас сопровождали военные чины, церемониймейстеры, высшие сановники и военные, несущие государственные регалии: мантии, Государственный меч, Государственную печать и Государственное знамя. Мы с Петром приложились к иконам, взошли на трон, изготовленный для двух человек и сели на приготовленный императорский престол. Патриарх Московский и всея Руси собственноручно возложил на Петра и на меня короны, надел на нас порфиры и ордена Андрея Первозванного. После миропомазания, Петр и я через Царские врата прошли к престолу и приобщилась Святых Тайн. После коронации мы посетили Архангельский и Благовещенский соборы, где поклонились праху усопших предков, приложились к святым мощам и иконам.

В аудиенц-зале Петром были объявлены милости лицам, высказавшим преданность при восшествии на престол. Торжественный обед прошел в в Грановитой палате. Коронационные торжества продолжались семь дней. В первый и последний дни фонтаны Кремля под окнами Грановитой палаты три часа «били белым и красным вином», народ бесплатно угощали жареным мясом, в толпу бросали монеты. Вечером Кремль был иллюминирован. В полночь я инкогнито спустилась на Красную площадь, чтобы полюбоваться иллюминацией, (Петр же в это время предпочел расставлять своих солдатиков), но народ узнал меня и приветствовал громким «ура». Единственное о чем я сожалела, так это о том, что не была изготовлена большая императорская корона, которой в РИ короновалась Екатерина и которой после нее короновались все императоры. Впрочем эту корону никогда не поздно заказать!

Мои мысли перенеслись к Брокдорфу, который появился при дворе сразу после отречении Елизаветы. Христиан Август происходил из рода Брокдорф, одного из самых знатных в Голштинии. Будущий Пётр III в детстве, особенно после смерти отца, рос под присмотром госпожи Брокдорф. Брокдорф-старший как особа, приближённая к герцогу Карлу Фридриху, был удостоен в 1726 году русского ордена св. Александра Невского. К тому же семейству принадлежала известная в то время графиня Козельская. Молодого Брокдорфа знавал в Петербурге 1720-х камер-юнкер Берхгольц. Когда герцог Карл Пётр Ульрих был вызван в Россию и объявлен наследником русской короны, Брокдорф засобирался вслед за ним, однако был остановлен на границе и выдворен из страны по настоянию обер-гофмаршала Брюммера, считавшего его влияние на наследника крайне пагубным. В бумагах вице-канцлера Воронцова найдены тайные указания рижскому губернатору «о непропуске камергера Брокдорфа и камер-юнкера Адлерфельда в случае приезда их в Ригу для следования потом в Петербург, а чтоб объявлено им было ехать паки обратно».

Брокдорф объявился при дворе и был радушно принят наследником, который считал недоброжелательство своих воспитателей гарантией порядочности этого человека. Он был высок, с длинной шеей и тупою плоской головой; притом он был рыжий и носил парик на проволоке; глаза у него были маленькие и впалые, почти без ресниц и без бровей; углы рта спускались к подбородку, что придавало ему всегда жалобный и недовольный вид.

Камергерский ключ давал ему право доступа в личные покои престолонаследника. К недовольству Елизаветы, которая знала обо всем, что происходило при дворе, Брокдорф немедленно вовлек великого князя в пьянство и в кутежи, окружив его сбродом авантюристов и людей, добытых из кордегардии и из кабаков, как из Германии, так и из Петербурга, людей без стыда и совести, которые только и делали, что ели, пили, курили и болтали грубый вздор. Голштинец охотно потакал склонности Петра к военным забавам, действуя в интересах братьев Шуваловых. По сведениям моих шпионов, он встречался с Петром Шуваловым в доме «девиц-немок Рейфенштейн», которые находились на их содержании. Именно этот голштинец советовал Петру «раздавить змею», то есть развестись со мной. С этим срочно нужно было заканчивать. Поначалу я хотела дождаться рождения ребенка, но, поразмыслив, я решила не дожидаться — в случае рождения девочки при таком больном на всю голову муже я вполне могла получить развод, или же как советовали Петру, очутиться постриженной в монашки. Ни то, ни другое меня не прельщало. Поэтому через день после коронации, заметив довольные взгляды, бросаемые на меня Петром и Брокдорфом, я в день отъезда, обняв мужа, нажала на нужную точку на его шее, и крепко поцеловала при этом, не дав вскрикнуть от боли.

Теперь до смерти Петра оставалось всего шесть-семь дней. В Санкт-Петербург мы добрались за шесть. Когда кареты остановились у Зимнего дворца, Петр, уже опять поддатый, выбрался наружу и, увидев меня, вышедшей с трудом из-за крупного живота из другой кареты, пьяно погрозил мне пальцем. Такие же пьяненькие Брокдорф и оба брата Шуваловы пытались подхватить Петра, когда он вдруг схватился за левую часть груди и его ноги подкосились. Однако Петр рухнул как мертвый, при этом треснувшись головой о брусчатку.

Я наблюдала поднявшуюся суету с отстраненностью, покачала головой и, подойдя к мужу, приложила пальцы к его шее. Убедившись, что он мертв, указала своим гвардейцам на Шуваловых и Брокдорфа — Взять убийц императора!

Подскочивший придворный врач Бургав-Каау Герман, сменивший Лестока, суетился около тела императора, суя ему под нос нюхательную соль. Затем понуро выпрямился — Его Величество мертв!

Я посмотрела на вышедшего из моей кареты маленького Ивана, так и не ставшего правящим императором и теперь с ужасом смотрящим на бедлам. Указав фрейлинам на ребенка, я велела увести его в подготовленные для него покои.

Первым делом меня попросили пройти к Елизавете. Я вошла в ее спальню с скорбным видом.

Елизавета покосилась на мой выпирающий живот — Катя, тебе следует прекратить свои занятия, береги плод! Как ты решила поступить с Иваном?

— Отдам в кадетское училище для мальчиков от шести до десяти лет, которое я создам в Санкт-Петербурге. Будет постигать науки, в том числе и военные.

Елизавета помолчала и опять задала вопрос — Думаешь, что Петрушу вином упоили?

Я кивнула — И похоже сделали это лишь для того, чтобы император находился в невменяемом состоянии, подписывая все, что ему ни подсунут его благодетели. Все поедут на каторгу в рудники.

Елизавета видно хотела возразить, но вспомнила, что теперь ее слово почти ничего не стоит и промолчала. Затем посмотрела на свои ноги — Катенька, ты обещала, что я смогу ходить! Ты, я надеюсь, не шутила? Я смогу ходить?

Я пожала плечами — Надеюсь, что я смогу вам помочь. Но только в том случае, если вы опять не попытаетесь вернуть себе власть, Елизавета Петровна. Уж слишком сильно вам нужна власть, что вы ради нее обычных солдат возвели в дворянство и землями от них откупились. А ведь вы создали прецедент свержения императоров России с помощью гвардии, цель которой была поставлена Петром Великим, защита Отечества. По-хорошему их всех, всю роту нарушивших присягу, лишить дворянского звания и отправить на каторгу. Но я поступлю с ними по иному — отправлю служить России туда, где они принесут пользу.

— Поэтому часть преданных мне офицеров вдруг не с того ни с сего то упилась вусмерть, то шею сломали при падении с лошади! — Елизавета поморщилась своей догадке.

Я хмыкнула — Именно поэтому. И этим займусь сразу после похорон мужа.

Я вышла из покоев бывшей императрицы, ко мне тут же подошел Бестужев, состроив гримасу, приличествующую верному придворному — Матушка императрица! Скорблю вместе с вами о смерти мужа вашего, императора Петра Третьего!

Я кисло ответила — А я вот не скорблю и скорбеть не буду. Помер Петрушка, да и хрен с ним.

Сначала глаза канцлера стали как два полтинника, а затем вся маска слетела с его лица и его согбенная по-стариковски спина выпрямилась, рука на трости прекратила дрожать, а на меня смотрели с выражением верной собаки глаза этого комедианта — Полностью согласен с вами, ваше Величество. Дерьмецо был этот голштинец, упокой Бог его душу. Уповаю лишь на то, что от него хотя бы наследник родится не такой беспутный.

Я кивнула — Я тоже на это надеюсь. Подготовьте указ, Алексей Петрович, согласно которому измена данной присяги своему императору или императрице карается смертной казнью через повешенье, лишением дворянства (при наличии оного), в том числе лишением дворянства его семьи, включая родителей, братьев, супругу и детей, а также полной конфискацией имущества у всех членов его семьи. Престол может передаваться после смерти Императора только наследникам мужского пола: сначала сыновьям императора, а при отсутствии сыновей — другим ближайшим родственникам мужского пола. Женщины даже царской крови не имеют право на корону, вдовствующая императрица до совершеннолетия своего сына-наследника является его опекуном.

Бестужев хмыкнул — Да уж! Такой указ сразу охладит умы любых будущих заговорщиков.

Я окинула дворцового интригана внимательным взглядом, под которым тот еще больше расправил свои плечи — Всю лейб-компанию за исключением тех, кто в этом списке, отправить служить в Анадырск. Назад они вернуться не должны. — я протянула список, который Бестужев пробежал глазами кивнул — Сделаю все, матушка императрица!

Я заметила стоявшего в стороне Пауля и поманила его к себе — Пауль! Приказываю тебе немедленно окреститься в православие, хватит уже играть в стойкого по вере. Ты один остался протестантом, а без перехода в православие я не могу тебе доверить важный пост. Будешь у меня отвечать за всю лейб-гвардию.

Воронцов родился в семье ростовского воеводы Иллариона Гавриловича Воронцова и его супруги Анны Григорьевны, урождённой Масловой. Его родители — мелкие помещики, владевшие всего двумястами душами крестьян. Четырнадцати лет он был определён камер-юнкером при дворе великой княжны Елизаветы Петровны; вместе с Шуваловым стоял сзади саней, на которых цесаревна поехала в казармы Преображенского полка в ночь провозглашения её императрицей; он же вместе с Лестоком арестовал Анну Леопольдовну с её семейством. За это Елизавета пожаловала его действительным камергером, поручиком новоучреждённой лейб-компании и сделала владельцем богатых поместий. Ему был пожалован лейб-компанейский герб с девизом Semper immota fides(«Верность никогда непоколебимая»). Женой Михаила Илларионовича стала 3 января 1742 года графиня Анна Карловна Скавронская, двоюродная сестра государыни.

Грамотой императора Карла VII генерал-поручик, действительный камергер и лейб-компании поручик Михаил Илларионович Воронцов был возведён, с нисходящим его потомством, в графское Римской империи достоинство и вслед за тем назначен вице-канцлером.

Сегодня он пригласил к себе своих родных братьев — действительного камергера Роман Илларионовича (вместе со старшим братом Михаилом принял участие в возведении Елизаветы на престол и позднее увёз из Петербурга членов низложенной Брауншвейгской фамилии) и действительного камергера Ивана Илларионовича (также участвовавшего в дворцовом перевороте в пользу дочери Петра Елизаветы. Императрица Елизавета выдала за Ивана Илларионовича свою троюродную сестру Марию Волынскую, возвращённую из монастыря. Она была дочерью кабинет-министра Артемия Петровича Волынского и Александры Львовны Нарышкиной, родной племянницы царицы Натальи Кирилловны, двоюродной сестры Петра Великого. Этот брак принес Воронцову значительное приданое и родство с царским домом. Императрица в день свадьбы Воронцова вернула молодоженам родовое имение Волынских — Вороново).

Все трое были одеты в мундиры и барственно развалились в креслах. Помещение было освещено канделябрами с зажженными свечами, на столе стоял поднос с жаренными цесарками, соус, пара бутылок вина и несколько фужеров. Братья руками разрывали тушки, чавкая жадно поглощали пищу. Жирные пальцы вытирали прямо о белоснежную скатерть, которая скрыла инструктированный ценными породами дерева стол с гнутыми ножками.

- Рома, Ваня! Вы не понимаете, обоих Шуваловых с Брокдорфом под белы рученьки эти недавние разбойники казаки запорожские, которых Катька сука сделала своей лейб-гвардией, утащили и скорее всего в казематы Петропавловки! Пока не поздно нужно Катьку кончать. А Елизавету обратно на царство ставить. Щенка этого, бывшего императора, которого Катька привезла, тоже кончать нужно. Нам нужно пока лейб-компанию не разогнали, всех, кого немцы Катькины, которые перекрестились для вида, на свою сторону не перетянули, поднять в ружье! Завтра будет поздно, после Шуваловых Катька своих сечевиков за нами пришлет.

Иван засомневался — Да ладно тебе нагнетать! При всем желании мы не успеем!

Роман вскочил на ноги — Дурак ты, Ванька! Мишка дело говорит. Поспешаем скорее, нашим скажем, что Катька Петра Федоровича уморила, теперь Елизавету Петровну добить хочет. Да мы этих казаков на штыки поднимем.

Иван схватил бутылку вина — Давайте выпьем на посошок, братья!

Михаил сморщился — Тебе лишь бы выпить, Ванька! Совсем оскотинился. Расслабляться надо лишь когда ты сыт, пьян и нос в табаке. А нам сейчас веревка грозит. Вставай, поспешать надо, говорю! Нам за ночь нужно все казармы успеть объехать в полковой слободе на Миллионной улице. Хорошо если к утру в Зимний дворец ворвемся!

(С 1723 года Преображенский полк сначала дислоцировался в Санкт-Петербурге на частных квартирах (постом). С конца 1730-х годов он размещался в полковой слободе. Её территория находилась между современным Литейным проспектом, улицей Жуковского, Суворовским проспектом и улицей Чайковского. В 1742 году отделённая от полка Лейб-кампания размещалась на Миллионной улице).

Неожиданно послышался звон стекла, грохот взломанных дверей и через минуту в помещение ворвались вооруженные казаки. Братья не успели потянуться к оружию, ошеломленные неожиданным вторжением, как тут же получили кулаками под дых и по почкам. Быстро связав Воронцовых, казаки вытащили их наружу, где стоял довольный Бестужев.

Канцлер окинул взглядом своего раздавленного противника — Ну что, Михаил Илларионович! Опять заговор вместе с братьями готовили? Похоже вы трое вместе с Шуваловыми на один помост подниметесь! А по новому указу матушки императрицы те, кто злоумышляют против законной императорской власти лишаются дворянства вместе с семьями и всего имущества движимого и недвижимого. Так что благодаря вам ваши жены и дети умрут в нищете мещанами.

Иван застонал — Да как же так-то! Что же вы творите, ироды! За что семьи наши страдать должны?

Бестужев развел руками — А вы как хотели? Как клятвы свои целовальные нарушать, так это в порядке вещей. Теперь за вас ваши семьи ответят. Ладно, хватит балагурить. В Петропавловку их везите. Камеры уже заждались.

Во время учебы Александр подружился с тремя казачатами, которые как ростки бамбука тянулись к свету ученья, поддерживая друг друга плечами. Черноволосый Иван Гуртовой был самым рослым, его рост достигал почти сто восемьдесят сантиметров, его широкие плечи и узкая талия при курносом смазливом лице сводили с ума всех молодых женщин, работающих прачками и кухарками в обслуге Шляхетского корпуса. Ивану больше всех давались легко силовые упражнения: он был силен, получив силу от отца по наследству. Его отец еще в молодости поднимал быка и, положив того на плечи, проходил с ним вокруг своего хутора. Иван помимо неистовой силы был лучшим бойцом на старшем курсе, получив знания пластунов от своего деда, который практически всю свою жизнь провел на Сечи и только узнав о рождении внука, покинул свой курень и поселился у сына, взяв на себя обучение внука всему, что знал он сам.

Блондин с голубыми глазами Григорий Вечерний был среднего роста, но жилистый с крепкими запястьями, он удивлял многих в борьбе на руках, побеждая тех, кто был намного сильнее его благодаря воле к победе. У Гриши была лучшая в корпусе память, научившись здесь играть в шахматы и шашки, паренек с разгромным счетом выигрывал даже у директора корпуса, который играл в шахматы с юности. А вот Александр был вторым, немного уступая Григорию, Суворов с детства любил вести «баталии» на шахматной доске. Их инструктор, получивший имя после крещения в православие барон Андрей фон Бреверн (Екатерина после коронации всем своим немцам дала звание барона, так как они как младшие сыновья не могли его наследовать) с кличкой Хмель, видя как прячет обиду Суворов, стал учить его и еще десяток человек с его курса, в число которых входила и троица казачат, упражнениям по развитию памяти. Оказывается память можно развивать так же, как и мышцы — через регулярные тренировки. Специальные упражнения помогают развивать слуховую и зрительную память. И воспрявший Александр все свое свободное время до позднего вечера до разрыва мозга следовал указаниям наставника, который решил научить лучших шахматистов еще и судоку (числовая головоломка, решение которой строится исключительно на логическом мышлении и внимании. Задача игрока — заполнить пустые ячейки (клетки) большого квадрата (размером 9×9) цифрами от 1 до 9 так, чтобы каждая цифра встречалась только один раз в каждом ряду, столбце и отдельном маленьком квадрате 3×3.) и го (Представляет собой размеченную линиями доску, на которой два игрока стараются оградить своими камнями (фишками) как можно большую территорию.)

Третьим казачонком был Василий Побегайлов. Самый худощавый и мелкий из всего старшего курса Васька был любимцем большинства обучающихся в корпусе. Он знал множество забавных историй и прибауток, большое количество песен Малороссии. Вечерами уставшие после занятий и тренировок учащиеся с удовольствием собирались вокруг Васьки с замиранием сердца слушая страшные истории про борьбу казаков-характерников с чертями и ведьмами.

Вот и сегодня Побегайлов зловещим шепотом рассказывал о характерниках — Характерниками называли запорожских казаков обладающих сверхъестественными способностями, живших отдельно от Сечи, в неизведанных краях Дикого Поля. Они обладали магическими способностями и приходили на помощь казацким ватагам в час нужды. Доказательством того, что много кто из характерников не был христианином, было то, что их никогда не хоронили попы, а хоронили запорожцы по-своему. Некоторым даже забивали в грудь кол, чтобы они по смерти не вставали, и тогда засыпали землёй. Однако самым распространённым захоронением характерников было погребение лицом вниз. Характерников ни огонь, ни вода, ни сабля, ни обычная пуля, кроме серебряной, не берут. Своё начало казаки-характерники ведут ещё от языческих волхвов, вещунов и чародеев. Они оставались невредимыми, как бы заговорёнными в бою. Те пули и стрелы, которыми в них стреляли, они ловили голыми руками и кидали назад во врагов, и враги были поражаемы. Характерники могли оборачиваться дикими зверями — волками или медведями, с чем и был связан обычай хоронить их лицом вниз либо со вбитым в грудь колом, дабы они не могли воскреснуть и превратиться в дикого зверя. Характерники были носителями тайного знания, ведали заклинания, умели останавливать кровь, лечить смертельные болезни и ранения. Они могли также открывать любые замки без ключа, ходить по воде и подолгу оставаться под водой, видеть сквозь стену. Вы возможно слышали истории Запорожского войска, когда прославился соратник Богдана Хмельницкого, Иван Сирко. За свою жизнь он выдержал более двухсот с лишним сражений, в которых ни разу не был ранен. Среди товарищей Сирко почитался как характерник. После его смерти казаки возили с собой части его тела, чтобы наводить на врагов порчу и страх во время сражений. — после этих слов все слушатели дружно перекрестились, а один забормотал — Чур меня, чур меня!

Один из учащихся после того, как Васька закончил свои ужасные рассказы, махнул рукой — Вы слышали новый указ императрицы?

Все тут же насторожились — Это какой же?

— Теперь дворянам запрещено с детского возраста, а порой и с самого рождения зачислять своих детей в полки. Теперь не получится получить офицерский чин к моменту совершеннолетия. Только обучение в Шляхетских и Морских корпусах позволят получить офицерский чин. Так что тебе, Александр Суворов, повезло, что ты уже капрал!

Другой с завистью добавил — Я краем уха слышал, что Суворову за успехи в учебе представили к следующему званию подпрапорщика! Глядишь через год уже сержантом будет. Да и выпустится не прапорщиком или подпоручиком, как большинство, а поручиком однозначно!

— Слышь, Суворов, а ты в каких войсках служить хотел бы? Вон как ты себя изводишь тренировками и закалкой организма.

Александр, который, обладая некрепким здоровьем, по совету инструктора Хмеля после парной обязательно обливался холодной водой, а затем перешел к ежедневной закалке своего организма, за полгода почувствовал себя намного лучше, жил не в полковой слободе и даже не в офицерском доме, с родным дядей, хотя тот и настоятельно приглашал его, а здесь же, в Шляхетском корпусе, оглядел остановившихся расходившихся было парней и пожал плечами — Я готов служить там, где я буду максимально полезен!

— А еще говорят, что императрица отменила право гвардейцев и простых армейских офицеров держать при себе своих крепостных.

Александр хмыкнул и закусил губу: Семеновский полк наполовину состоял из дворян. Каждый из них имел такое право. Некоторые солдаты содержали целую дворню. Во время походов (например, в Москву) солдаты брали с собой до 15–17 человек дворовых. У Суворова-солдата также была своя дворня, которая прислуживала ему. Один дворовый бежал от Суворова, когда тот только прибыл на службу в полк. Придется отправлять дворовых обратно в Москву к отцу!

Унтер-офицерам (к которым относились и капрал Суворов) часто давались командировочные поручения: они ездили за границу, а также колесили по всей России. Унтер-офицеров из дворян приглашали на придворные балы. Поведение солдат и унтер-офицеров из господ отличалось буйством, дисциплина была не на высоте. Однако наряду с кутежами и весельем в гвардии уживалась и серьезная работа. Семеновский полк был своего рода военным училищем и одновременно образцовой воинской частью. Те, кто выпускался из полковой школы награждался следующим чином.

— А еще в армии вводятся обязательные физические упражнения для всех, в том числе для офицеров. Вводится норматив по количеству подтягиваний, отжиманий, приседаний и бег на время на расстояние от трех до пяти новой версты, которая равняется 500 саженям (Примечание автора — примерно равно 1,0668 километра).