То ли празднование удачно завершённого квеста с тарантулом, то ли поминки по моему безнадёжно испорченному игровому персонажу решили провести традиционно — дома у Паши. Из новшеств была только ресторанная еда, заказанная нами в честь столь двойственного события.

Ребята, решившие пройтись пешком, должны были забрать заказ и прийти с минуты на минуту, так что я неспешно заставляла посудой стол-книжку в зале.

Паша сидел на кухне и с интересом рассматривал что-то в планшете. Проходя мимо я с интересом заглянула ему через плечо. На экране два явно не привыкших к физическим нагрузкам мужика с пыхтением копали окоп.

— Соскучился по службе? — удивилась я, доставая вилки. — Пилотов что, тоже заставляют землю рыть?

— Это, Кирюх, моя дипломная работа по зоопсихологии, — важно ответил Паша.

Рожа у него при этом была невероятно серьёзная. Как всегда, когда он нёс фигню.

— Какая тема? — скептически поинтересовалась я, оставив вилки в покое и внимательно вглядевшись в происходящее.

Работа у горе-копателей не ладилась. Чем бы они ни занимались раньше, но явно не тяжёлым физическим трудом. Форменные зелёные футболки превратились в пропотевшие тряпки, а сами землерои перемазались так, что походили на свежеоткопавшихся зомби.

— Влияние реальности на мировоззрение виртуальных музыкальных критиков, — провозгласил Паша. Учитывая, что в этот момент он взял чашку с кофе, прозвучало как тост. — Помнишь тех полудурков, которым я дал сутки на извинения?

Честно говоря, я с трудом вспомнила о ком речь. Может для Паши подобные комментарии и были чем-то из ряда вон выходящим, а вот нам прилетали с завидной регулярностью. Запоминать каждого — самая глупая из возможных затей.

— Их что, похитили? — ужаснулась я догадке.

— Вот ты кровожадная, Кирюха, — от Пашиного хохота паутина Прапора затряслась и тот, явственно проорав «Полундра!», удрал в щель за обоями. — Всего лишь призвали на внеочередные военные сборы.

Лётчик отпил кофе и с наслаждением полюбовался на фортификационные работы.

— Вот, с помощью общественно полезного труда по оборудованию взводного опорного пункта эти деятели постигают простую истину.

— Это которую? — с опаской уточнила я.

Несмотря на некоторую абсурдность ситуации, на экран я теперь посматривала с куда большим интересом и потайным удовлетворением.

— Мужчина должен вести себя достойно и отвечать за свои слова, — Паша отсалютовал мне чашкой. — А если и после сборов не извинятся — у меня адресок есть. Сгоняю после восстановления, познакомлюсь, понаблюдаю, как их зашкаливающий тестостерон будет по штанам в ботинки течь.

— Паш, пообещай никогда не читать комменты под нашими роликами в сети, — очень серьёзно попросила я. — А то такими темпами скоро всю планету перекопают. Это же интернет, там каждый первый — великий и непогрешимый критик.

— Это лечится, — недобро прищурился Паша, но под моим умоляющим взглядом сдался. — Ладно, ты права: если за каждым хамлом в сети бегать — это уже не военные сборы получатся, а всепланетная мобилизация. Но если какой-то особо наглый прыщ выскочит — я оставляю за собой право от него избавиться.

— Надеюсь, не навсегда? — на всякий случай уточнила я.

— Зависит от тяжести его грехов, — абсолютно серьёзно ответил лётчик. — Люди… не всегда понимают слова. Озарение к таким персонажам часто приходит лишь тогда, когда уже слишком поздно просить прощения.

Посмотрел на меня, а потом заржал застоявшимся конём, хлопая себя по колену.

— Господи, Кирюх, — просипел он сквозь смех. — Ты бы сейчас своё лицо видела…

— Дурак ты, боцман, и шутки у тебя дурацкие, — припомнила я древний анекдот? и понесла вилки в зал.

— Да по сравнению с Котофеем я — чистый невинный ангел! — донёсся весёлый вопль Паши из кухни. — Как-то раз он…

От разглашения, предположительно, компромата на Санька спас звонок в дверь. За дверью ждали мои друзья, основательно загруженные пакетами и термоконтейнерами с ресторанной жратвой.

Игровые успехи и завершение, пусть и не самое счастливое, цепочки с Тарантулом решили отметить широко и богато. Во всяком случае по нашим меркам. То, что для кого-то было рядовым ужином с доставкой, для нас представлялось шикарной пирушкой.

В честь праздника «сухой закон» был ослаблен и ребята позволили себе по бутылочке пива. Я же наслаждалась местным вишнёвым лимонадом на натуральных ингредиентах.

Увы, несмотря на общее приподнятое настроение и шутки, я то и дело мысленно возвращалась к своим невесёлым перспективам в Барлионе.

Тарантул изрядно подгадил мне своей «эгидой возмездия». Да, в моменте шмотка помогла хорошо наказать ПКшников, навешивая на тех серьёзные дебафы за атаки на меня. Но теперь, стоило организовать срыв ритуала по призыву Тарантула в Барлиону, как моя репутация с культом упала в ненависть, а у эгиды открылось новое свойство — «аура ужаса». Все разумные Барлионы теперь либо агрятся на меня, либо бегут в ужасе.

С такой шмоткой можно отыгрывать разве что отшельника, добывающего ресурсы в каком-нибудь безлюдном месте.

Но мне от игры требовалось совсем другое.

— Администрация Барлионы уже ответила? — сочувственно поинтересовался Юрка, накладывая в тарелку добавку ароматной лазаньи.

— Ответила, — грустно вздохнула я, вспоминая предельно пустое официозное письмо.

— Чувствую, ничего оптимистичного в том ответе не было, — догадался Гарик.

Я обречённо кивнула.

— Говорят, что эгида получена мной в результате работы на фракцию древнего зла, так что подобные последствия целиком и полностью в рамках игровой логики. Избавиться от неё возможно игровым способом, но помогать в его поисках — не задача администрации.

— Ну вот! — обрадованно вскинулся Страус, махнув бутылкой так, что пиво едва не плеснуло через край. — Значит есть способ! Не всё потеряно.

Я лишь тяжко вздохнула.

— Даже догадываюсь какой. При получении эгиды в описании упоминалось, что с меня её не может снять никто, кроме представителя культа тарантулов.

— Но их же всех на ноль помножили, — удивился Паша, пододвигая поближе к себе контейнер с шашлыком. — Намекают, что можно договориться с одной из свежеприставленных душ в Серых Землях?

— Сомневаюсь, — призналась я. — После подобной подставы они не захотят иметь со мной дел, да и уверена, что требуется физическое воплощение в Барлионе для того, чтобы снять эгиду. А если я верну представителя культа к жизни, опять обрушу репутацию со всеми фракциями. Это если духи не реагируют на эгиду, что тоже не доказано. Может от меня и в Серых Землях все начнут шарахаться, как от самого Тарантула.

— Жопа, — коротко и ёмко подвёл итог Витя.

— Жопа, — невесело согласилась я. — Есть крошечный шанс, что Ксюша поднимет трупак одного из культистов и заставит его снять с меня проклятую шмотку, но чутьё подсказывает, что такого лёгкого пути мне никто не предоставит. Либо трупаки уже истаяли, либо это не сработает. Я уже послала ей сообщение, жду ответа.

— И что думаешь делать? — кисло поинтересовался Страус, растерянно глядя на успевшую опустеть бутылку.

— Тот хрен с паучьими лапами, что говорил со мной по квесту, упоминал шпионов культа, шныряющих по Барлионе, — сообщила я. — Уверена, что нужно отыскать одного из них и как-то убедить снять с меня проклятый предмет.

— И делать это просто так он, конечно же, не захочет, — мрачно предрёк Чарский. — Это ещё при оптимистичном предположении, что такого вообще удастся найти.

Он отставил в сторону пиво и посмотрел мне в глаза.

— Сколько на это уйдёт времени — неизвестно. Скорее всего очень много. Давать концерты с таким дебафом, да и просто покинуть реп базу без помощи портала в безлюдном место, ты не можешь. Кирюх, мне неприятно это говорить, но нужно всерьёз рассмотреть вариант создания нового персонажа без всего этого вороха сложностей.

Все сочувственно посмотрели на меня.

— Может ещё получится Колючку спасти? — в голосе Витька не слышалось особой уверенности.

— Может и получится, — не стал спорить Юрка, — но сколько это займёт? Месяц? Два? Полгода? Всё это время мы не сможем давать концерты и прокачивать группу. Да и хайп вокруг Гераники, Сокрытого леса и недавнего рейда на Тарантула уже стихнет. Сейчас мы можем записать нормальный студийный альбом и смастрячить несколько клипов на хайповые темы. Через полгода совсем не факт, что нам удастся зацепить такие горячие и интересные квесты.

Чарский был прав со всех сторон, откуда ни посмотри. Но… Персонажа было отчаянно жаль. Эйд, квест по поиску Кипрея, уникальные заклинания Мрака — всего этого мне будет нехватать.

— Давай рассуждать логически, — заметив мои колебания предложил Гарик. — Перечисли все плюсы и минусы сохранения текущего персонажа, а затем и создания нового. Лучше запиши и сравни что теряешь, а что приобретаешь.

В который уже раз вздохнув, я достала планшет и провела черту, разделив страницу на две части.

— Первый и главный плюс — эйд, — озвучила я первую записанную строку. — Он офигенен.

— Согласен, — тут же включился в работу Юрка. — Но бабло у нас есть и новую синтегитару мы тебе купим. При этом новая гитара не будет ставить тебе условий и гонять по обязательным заданиям под угрозой блокировки. С точки зрения группы это даже плюс. Стабильность.

Грустно было признавать, но тут Чарский снова был прав. Вздумай Эйд упереться накануне концерта и я рискую оказаться в очень щекотливой ситуации.

— И это логично приводит нас к следующему пункту, — дополнила я список. — Потеря квеста Десятого.

— Квест интересный, не спорю, — весомо заметил Паша, — но что ты получишь в финале — кто его знает. И дойдёшь ли вовсе до того финала. Ему пока ни конца, ни края не видно. И в результате тебе придётся вернуть эйд владельцу.

— Вообще-то, если Кирюха опять сгенеряется сильвари и повторит квест с точками на карте, есть ненулевой вариант, что сумеет снова добраться до той комнаты и получить тот же дневник Кипрея, — встрял Страус. — При удалении персонажа вся цепочка может обнулиться и станет доступной для получения.

— Кстати да, — тут же оживился Гарик. — А если не получится — сильвари я предлагаю тут же удалить и создавать тёмного человека. Нет проблем с выносливостью, нет проблем с репутацией, можно оставить реальную внешность и уже раскручивать Кирюхино медийное лицо.

— Согласен с предыдущим оратором, — продолжил гнуть свою линию Чарский. — Что там ещё из безвозвратных потерь?

Я задумчиво покрутила в руках планшет.

— В принципе, песню для призыва Саламандры я сочинила и смогу призывать его и новым персонажем. Без усилений и бонусов, конечно, но всё же. Это если найду способ выучить «узы памяти» и снова обучусь призыву душ из Серых Земель. Это вообще одна из самых чувствительных потерь. Там столько историй и уникальных квестов…

— Это да…

Юрка побарабанил пальцами по столу и, подумав, спросил:

— Получится что интересное раскрутить в Серых Землях перед удалением персонажа? Может ещё материала на клип наберём.

Я призадумалась. При наличии кусочков хитина в виде платы можно попытаться получить что-нибудь интересное с покойничков. Это если они не будут агриться на меня из-за эгиды.

— Если уж решим удалять персонажа, предлагаю найти этого Святотатца и вернуть его в Барлиону. Он обещал какую-то шмотку и ненависть со всем миром, так что есть шанс заиметь интересный предмет и сюжет для клипа.

— И стримить с канала группы для его раскрутки! — внёс рациональное предложение довольный собой Страус.

— Лучше потом запись выложить, — не согласился Гарик. — А то прямо в процессе возвращения в мир очередного древнего зла откроется портал и из него вывалится толпа ПКшников, желающих поучаствовать в трансляции.

— Даже в играх из-за журналюг срисовывают позиции, — мрачно покачал головой Паша, явно думая о чём-то своём.

— Не отвлекаемся! — вернул всех к теме разговора Чарский. — Кирюх, что у тебя ещё важного на Колючку завязано?

— Проводник… — не особо уверенно протянула я, вспоминая ручного сычика. — Но он не качан…

— И для группы не нужен, — безжалостно припечатал Юрка. — Потому лесом его. Ещё?

— В остальном ничего невосполнимого, — поразмыслив призналась я. — По-настоящему жаль только заклинания фракции мрака.

— Значит, переходим к плюсам создания нового персонажа, — принялся загибать пальцы Чарский. — Во-первых, нет штрафов к выносливости, а значит и вопрос с бодростью закрыть будет проще. Во-вторых, нейтральная репутация со всем Картосом и возможность гастролировать и выступать в любое время. В-третьих, как верно заметил Гарик, будешь раскручивать своё реальное лицо и в игре. В-четвёртых, стабильность и предсказуемость. Мы можем сосредоточиться на прокачке группы и записи альбома, не отвлекаясь на беготню по заданиям твоих петов. Как игрок ты, конечно, потеряешь много уникального, но как музыкант выигрываешь однозначно. Тем более, что Легион пошёл навстречу и готов перенести все обязательства перед тобой на нового персонажа.

Страус широко и весело улыбнулся:

— Судя по довольной роже Фро, им нехило бонусов отвалили за остановку ритуала возвращения тарантула и зачистку крепости культистов. Ты практически как счастливая подкова для Легиона.

— Скорее четырёхлистный клевер, — хмыкнула я и весело подмигнула Вите. — Ксюша там не рассказывала как у них прогресс с заколдованным городом? Нам бы поучаствовать в этом задании чтобы мастер музыкальных инструментов, когда его расколдуют, был к нам благосклонен и выдал солидную скидку.

Как всегда при упоминании дамы сердца лицо Зверя приобрело мечтательное выражение.

— Пока ищут подходы. Ксюшенька говорила…

Что она там говорила я уже не дослушала. Вскочила из-за стола и бросилась к капсуле. В голову раскалённым метеоритом влетела ИДЕЯ.

— Кирюх, что случилось? — встревоженно вскинулся Паша, но я лишь бросила через плечо.

— Есть шанс спасти Лори!

Игровая репетиционная база, к моему удивлению, не пустовала. Снегов, мурлыкая под нос какую-то мелодию, обрабатывал рубанком длинную широкую доску. На могучем зелёном торсе, покрытом замысловатыми татуировками, красовался кожаный фартук, придавая ему несколько нелепый вид.

— О, привет деятелям культуры! — на морде орка появился радостный оскал. — А я вам новую лавку мастырю, чтобы было куда зрителей рассаживать.

— Привет, — коротко отозвалась я, поспешно снимая одну шмотку за другой.

Глаза Снегова округлились и он аж икнул от удивления.

— Не, Кирюх, романтический порыв я оценил, но воспитание требует сперва позвать даму на свидание. Цветы, конфеты, приятная беседа при свечах…

Окинув меня задумчивым взглядом он внёс коррективы:

— Ну, цветы, положим, вычёркиваем — можешь счесть за трупы зверски убитых соплеменников, а вместо свечей организую дымы пожарищ вражеских позиций…

Не обращая внимания на хохмача, я призвала дух Эйда. При виде него Снегов скорчил недовольную гримасу.

— Не, на тройничок я не подписывался. Точнее, не с ним. Вот укулеля твоя была ничего…

Он мечтательно закатил глаза и причмокнул.

— Кирюх, чего случило… — с тревогой спросил появившийся в игре Паша и осёкся, увидев меня в одной только Эгиде Возмездия поверх игрового неглиже.

Дополняли паноптикум призрачный Эйд в тяжёлых латах, да Снегов в фартуке на голый торс и с рубанком наперевес.

— Я чему-то помешал? — деликатно кашлянул Паша, переводя взгляд с меня на Санька.

— А сам не видишь? — тут же весело осклабился тот. — У меня, может, впервые в жизни барышня сама инициативу проявила, а тут ты влез! Вот точно Облом!

Я, не особо вслушиваясь в его разглагольствования, достала переносной почтовый ящик и поспешно запихивала туда всё имущество, отправляя самой себе.

Предмет Эйд невозможно поместить в почтовый ящик.

Чёрт! Это рушит всю задумку!

— Паш, — я протянула инструмент обалдело моргавшему Чипу, — подержи у себя эйд до завтра.

Лохматая лапа ирха прошла сквозь гриф гитары.

Предмет Эйд невозможно передать другому игроку.

Да твою ж медь!

Я глубоко вдохнула, выдохнула и посмотрела на несколько озадаченного духа инструмента.

— Эйд, мне очень нужна твоя помощь, — попросила я его максимально спокойно. — Чтобы найти Кипрея я должна избавиться от эгиды Тарантула, иначе со мной не станет разговаривать ни один разумный Барлионы. Но есть риск при этом уничтожить или повредить тебя. В банк меня теперь не пустят, так что я должна либо временно передать тебя на хранение кому-то из друзей, либо послать самой себе через почту. Понимаю, что это всё тебе не по душе, но умоляю, пойди навстречу. Ненадолго, и суток не пройдёт как ты вернёшься ко мне.

Эйд хмуро оглядел меня, затем перевёлл взгляд на умолкших и заинтересованнно прислушивающихся Санька и Пашу.

— Чип помог спасти Хранителя Сокрытого леса и показал себя верным другом народа сильвари, — наконец проговорил дух инструмента. — Я могу довериться ему как временному владельцу. Но если ты не заберёшь меня через сутки, мы навсегда расстанемся, Лорелей. Я вернусь в Сокрытый лес и буду дожидаться другого странника, готового отправиться на поиски Кипрея.

— Этого более, чем достаточно! — обрадовалась я и протянула гитару Чипу. — Паш, присмотри за эйдом пока я проверю одну теорию.

Предмет Эйд передан на временное хранение игроку Чип Злобный. Если вы не заберёте предмет за 24 часа, он навсегда исчезнет из вашего владения.

— Что за идея? — спросил Паша, бережно принимая инструмент мохнатыми лапищами.

— Потом расскажу, — суеверно отмахнулась я, опасаясь сглазить.

Ответ лежал на поверхности и был так прост, что я боялась поверить в его действенность.

Достав амулет связи, я коротко произнесла:

— Мне нужен портал.

Границы заколдованного города Роанора практически не изменились с моего последнего посещения. Разве что игроков прибавилось и все они принадлежали Тёмному Легиону.

— Тут закрытое клановое мероприятие, — прошептал кто-то у самого моего уха и к горлу красноречиво прижался острый металл. — Убедительно прошу покинуть локацию до его окончания. Клан Тёмный Легион приносит извинения за временные неудобства.

О том, что будет если я пренебрегу столь вежливой просьбой, он умолчал, но всё понятно и без лишних слов. Легион берёг перспективную загадку от посторонних.

Я не успела продумать подходящий ответ, как раздался знакомый голос:

— Прах, отбой, свои! Это ж автор нашего нового гимна.

Прикосновение металла к шее исчезло, так что я рискнула повернуть голову и найти взглядом говорившего.

Ксюпипр собственой персоной. Лекарь весело улыбался разглядывая мой импозантный внешний вид.

— Ты решила тут видосы для клипа поснимать? — выдвинул он самое невинное предположение. — Или появилась идея как расколдовать город? Силой красоты, или весёлой групповушки? Если что, я в деле!

Только тут я заметила, что высокоуровневый жрец щеголяет в стартовой ученической робе, а в руках держит дешевенький посох из тех, что клановые крафтеры выдают нубам для прокачки.

Логично, учитывая наказание за нарушение законов заколдованного города.

— Видосы я, с вашего позволения, действительно поснимаю, но позже, — несколько нервозно улыбнулась я. — А сейчас сбегаю и по-быстрому сдохну там от рук защитника. Есть возражения?

— Нет, — поколебавшись, разрешил Ксюпипр. — Но если какие-то идеи по квесту собираешься опробовать — сперва поговори с нашим аналитиком.

— Ничего связанного с городом, — клятвенно пообещала я.

— Хорошо. Прах, пропусти Лори в город.

Ответа разбойника я не услышала, но даже не сомневалась, что тот последует за мной в скрытности и будет отслеживать соблюдение договорённости.

Но нарушать слово я и не планировала.

Бегом добравшись до границы города я тут же направилась к ближайшей торговой лавке и схватила стоявшую на прилавке нефритовую вазу.

Вы потревожили покой жителей Роанора и пробудили защитника.

Роанор защищён от краж. Вы были обездвижены. Вы не можете воспользоваться почтой или инвентарём. Предмет «Нефритовая ваза спокойствия» вернётся на место после вашей смерти. В качестве наказания за преступление вы теряете случайный предмет экипировки.

Мысленно я взмолилась всем игровым богам. Чёртова эгида была неразрушима, что ставило крест на попытках растворить её в кислоте и прочих агрессивных средах Барлионы. Но тут был шанс. Загадочный заколдованный город не разрушал предметы, а изымал те в качестве наказания.

Затаив дыхание я ждала результата работы игровой механики. Миг, другой и неснимаемая проклятая Эгида Тарантулов истаяла, будто её и не было.

Да! Да! Да!

От радости хотелось бегать и орать, но паралич никуда не делся, так что всё, что я могла — это ждать волшебную марионетку, что прервёт мою игровую жизнь.

Атаковать явившуюся куклу хоть каким-то заклинанием я даже не пыталась. Пусть Вторые ломают голову над тайной заколдованного города, а моя работа — репетиции и концерты.

В свя­зи со смертью уро­вень Опы­та умень­ша­ет­ся на 30%.

Вы умерли. Доступно перемещение в Серые Земли. Переместить?

Не сегодня, дорогие мои дохляки, не сегодня.

С Новым годом вас, друзья! Пусть в новом году всё долгожданное сбудется!

Теперь, когда игровой персонаж был спасён, требовалось плотно заняться прокачкой группы, отложив все квесты, что возможно. И речь шла не только об игровой прокачке. Приятель Снегова из небольшой местной студии звукозаписи, что пообещал услуги в полцены на время простоя аппаратуры, дал контакты пары режиссёров-постановщиков клипов. Цены на их услуги не шли ни в какое сравнение со столичными, но тоже кусались.

Но теперь-то у нас появились деньги.

Ещё сто лет назад для записи трека приличного качества хватало компьютера и не самого дорогого оборудования. Запиши, немного обработай в специальной программе, залей в интернет и готово. С появлением первых нейросетей, предков современных имитаторов, расширились и возможности съёмок клипов. Но вскоре технологии вновь шагнули вперёд и аудитории уже не хватало «плоской» картинки и примитивного звука.

Пришла эпоха голоклипов.

Студии писали и сводили звук таким образом, чтобы слушатель мог перемещаться внутри объёмного пространства клипа. По мере перемещения между музыкантами менялся и звук, а некоторые эффекты привязывали прямо к слушателю. Как зловещий шёпот, что раздаётся у самого уха, или тихий перезвон колокольчиков на самой границе слышимости.

Нечто схожее режиссёры проделывали и с видеорядом. Простая, пусть и объёмная запись, вроде той, что мы слепили из записей квеста в Сокрытом лесу, считалась примитивной любительской кустарщиной. Топовые клипы всегда имели элементы интерактивности и неожиданные детали, что открывались зрителям лишь с определённых ракурсов.

В случае разного рода «поющих трусов» это были особо удачные ракурсы полураздетых девиц, мелькнувшее кружевное бельишко главной звезды, или прямая возможность выбрать точку обзора, скажем, с уровня сцены, и любоваться шоу с самого неприличного ракурса.

У серьёзных звёзд, напротив, зрителям ограничивали подобные возможности, не позволяя превратить дорогой клип в ролики для разного рода извращенцев. Зато накидывали интересные детали, вроде хвоста за спиной барабанщика в песне о кицунэ, или связанного по рукам и ногам вокалиста, спрятанного под сценой в песне о злом близнеце.

Подобные детали превращали клипы в многослойные и интересные произведения искусства, но требовали кропотливой работы талантливого режиссёра.

Как и у всех специалистов, расценки у них варьировались от приемлемых (у новичков) до заоблачных (у именитых).

Мы рассматривали только безвестных новичков, вроде нас самих. И начать решили с тех, с кем уже не раз работал Санин приятель. Всё же объективный отзыв от живого человека, а не безликий отзыв в сети. Да и личное знакомство куда лучше виртуального позволяет узнать человека.

Первым кандидатом оказался лысоватый дородный мужик за сорок. Звали его весьма необычно — Гамлет. Без шуток. Гамлет делал неплохие продающие рекламные ролики местных производителей. В том числе и музыкальные. Портфолио у него было богатое, реклама показывала хороший отклик у потребителей, но…

Но нам его видение категорически не подходило.

— Добавим золото и лепнину, чтобы выглядело богато, — Гамлет накидывал изменения прямо поверх кадров нашего самодельного клипа. — Тут будет огромный трон из черепов, на девочку наденем диадему и колье с крупными бриллиантами. И название группы золотом по чёрному!

В его голосе звучала столь незамутнённая уверенность в правильности собственных слов, что было даже неловко отказываться. Но мы отказались.

Второй кандидат в режиссёры оказался девушкой с необычным именем Зарема. Она потребовала сутки на подготовку ко встрече, ссылки на пять любимых клипов с каждого из нас, и доступ к облаку с некоторыми записями из моей капсулы. Сразу же под договор о неразглашении и нераспространении.

— Она мне уже нравится, — признался Гарик, когда мы сбросили Зареме всё требуемое. — Может из этого и выйдет толк.

— Будем надеяться, — без особой веры в лучшее сказала я. — Что-то меня это «золотом по чёрному» вогнало в депрессию.

— Не скажи, Кирка, — возразил Чарский, — мужик просто работает на свою целевую аудиторию. К примеру, у тех же дроу в Барлионе это считается одновременно сдержанным и аристократичным сочетанием цветов. И если будем давать концерт где-то в их землях, то «золотом по чёрному», и трон с черепами будут прямо в кассу.

— Хочешь сказать, что местные — дроу? — хохотнул Витёк.

— Хочу сказать, к разной аудитории нужен разный подход, — очень серьёзно ответил ему Чарский. — Что тут, что в Барлионе. И на перспективу нам нужно найти игрового портного, который будет шить нам разный сценический шмот.

— Прежде, чем думать о сценическом шмоте, — разумно возразил Гарик, — нужно сперва решить вопрос с выступлениями на этой самой сцене. Что у нас в сухом остатке по игровым концертам?

— Инструменты мы уже заказали, не позже утра придут на почту, — поморщившись, словно ему отдавили ногу, произнёс Юрка.

Оно и понятно. Сумма, которую мы отвалили за игровую аппаратуру, и у меня вызывала почти физическую боль. Таких денег мы раньше даже в руках не держали. Да и теперь, получив от Легиона гонорар за клановый гимн, потратили большую его часть.

Оставалась ещё моя доля от квестовой цепочки с уничтожением культа Тарантулов, но там пока ещё зачищали все хвосты и до расчёта дело не дошло.

— До второго уровня группы осталось всего ничего, как раз хорошо освоить новые инструменты и сыграться, — уже повеселее продолжил Юрка. — Так что можно будет начать публичные выступления, прокачивать «известность», «мастерство» и «реноме».

— И разобраться чё там за артистизм такой, — подал голос Страус. — На что влияет, как качается. Вот зуб даю, надо девок красивых на подтанцовку!

Вид у него при этом сделался такой мечтательный, что Витёк не удержался и отвесил ловеласу дружеский подзатыльник.

— Эй! — тут же возмутился Макс, потирая затылок. — Я вообще-то дело говорю!

— Научись душу инструмента призывать и посмотришь, кто там у тебя в новом синтезаторе сидит, — подмигнула я. — Может сексапильная красотка с пятым размером груди.

От этакой перспективы глаза у Страуса мечтательно заблестели, а с губ едва не закапала слюна.

— Интересно, а в игровом борделе можно того?.. — явно уплыв в собственные мысли произнёс он. — Это самое… дух своего инструмента?

— Фумля… — хором произнесли мы с Юркой, передёрнув плечами.

— Тебе, Макс, бабу надо, — авторитетно произнёс Витёк. — Но поскольку у нас на отвлекающие от работы факторы строгий запрет, выход у тебя один. Впахать как следует, чтобы быть затраханным от работы.

Гарик тихо заржал, а Макс как-то сник и обиженно покосился на Витька.

— Это нам всем не помешает, — подвёл итог Юрка. — Так что по капсулам и работать.

С новыми инструментами дело пошло намного лучше. Мы за несколько часов ударных репетиций мы не только успели более-менее сыграться, но и взяли третий уровень группы, а заодно подняли «мастерство» до двадцати двух единиц.

Ещё с третьего уровня среди статов группы, помимо «известности», «реноме», «мастерства» и «артистизма» появилось «сочинительство». Что характерно, в значении единицы.

Выходит, сочинённый уже в составе «Вестников рока» гимн Тёмному Легиону поднял не только личный стат «сочинительства» Чарского, но и групповой.

А это значит, что у групп с уникальным творчеством есть преимущества перед кавер-исполнителями.

Осталось их только грамотно реализовать.

— Ну вот, уже не стыдно и на публике выступать, — когда отзвучали последние аккорды расплылся в довольной улыбке Страус. — Когда уже концерт дадим?

Его оптимизм разделяли все. Благодаря качественным инструментам мы добились аналогичного реалу звучания, а заодно прикупили игровой аналог студийных мониторов и усилков. Можно хоть в крошечной таверне акустический вариант отыграть, хоть огромную площадь звуком накрыть.

— Вот ща разберёмся как и что тут устроено, и сразу запланируем выступление, — пообещал ему Чарский.

Судя по взгляду, он открыл игровое меню с описанием способности «публичное выступление» и перечитывал его.

Я последовала его примеру.

Групповая способность «Публичное выступление».

Вы можете усиливать своим исполнением (10*уровень группы) + (10*сочинительство) слушателей единовременно.

Сила усиления: (1 + (уровень группы: 5, но не менее 1) + сочинительство)%.

Число накладываемых усилений: 1 + (уровень группы: 10, но не менее 1) + сочинительство.

Вы можете выбрать желаемые усиления из предложенного списка.

Каждая песня, правообладателем которой является группа или её участник, накладывает отдельное усиление вне общего счётчика. Выбрать эффект усиления для той или иной уникальной песни невозможно.

Длительность усилений: (часы выступления * уровень группы) + сочинительство часов.

Для получения эффекта слушателям требуется слышать не менее 90% времени выступления.

Эффект от выступления не может быть развеян, не пропадает после смерти персонажа.

Минимальное время публичного выступления — 30 минут. Максимальное — 12 часов.

Способность не может быть применена чаще одного раза в сутки.

— Что за монстры способны отлабать двенадцатичасовой концерт? — задал риторический вопрос Витёк, очевидно тоже читавший описание абилки.

— Думаю это механика предусмотренная для фестивалей и подобных крупных мероприятий, — разумно предположил Чарский. — Скорее всего там формируется общее для всех групп выступление с масштабными бафами для зрителей.

— Нормально так, — тут же загорелся Витя. — А как на такой попасть?

Юрка лишь тяжело вздохнул.

— Давай сперва разберёмся с азами и попробуем выступить на местячковом уровне.

Он снова пробежал взглядом описание.

— При текущих статах мы можем пригласить на концерт всего сорок зрителей и усилить их тремя трехпроцентными бафами на свой выбор на четыре часа. Что там усилят остальные песни нашего сочинения — посмотрим по ходу дела. Может что-то полезное типа урона, а может узкопрофильную экзотику вроде повышения шанса удачно срезать растение при сборе.

Макс весело хмыкнул.

— Походу, в игре хитами будут становиться песни, у которых выпал удачный баф. Чего наши песни навешивают не видать?

Все уставились на Юрку. Лидером группы сейчас значится он, а потому только у него был доступ к расширенному интерфейсу, связанному с творчеством.

— Пока только вопросики, — разочарова нас он. — Видимо вскроется только после первого живого исполнения на публику.

— Пофиг, — отмахнулась я. — Заявим три выбранных бафа, а остальное пойдёт бонусом. Сюрприз-механика.

— Надо как можно выше прокачать Сочинительство, — решительно заявил Страус. — У групп с уникальными песнями бафы намного сильнее, чем у кавер-команд.

Ребята закивали с довольным видом.

— И это открывает простор для дополнительного заработка, — заметила я. — Надо протестить все эффекты от наших старых песен. Даже не самых удачных и непопулярных. Если баф годный, можно будет выставить авторские права на продажу. Для какого-нибудь кланового барда доп усиление купят без вопросов. А у нас и без того нормальные показатели бафа будут. Могу поспорить, скоро упрёмся в какой-то скрытый потолок.

— Попробовать можно, — задумчиво почесал подбородок Юрка. — А заодно надо потестировать прокачку Сочинительства в игре. Можно же слабать какое-то днище в три аккорда, проблеять невнятный текст, но при этом произведение будет уникальным и качнёт нам стат. Может ещё и толкнуть этот уникум кому-то можно будет.

— Сомневаюсь, что всё будет так просто, — покачал головой Гарик, но всё же предложил. — Айда попробуем, может и получится.

Не получилось. Примитивные мелодии и тексты из серии «эй, прохожий, проходи, эх, пока не получил» система за новое произведение не зачла и сочинительство не качнула.

— Жаль, — разочарованно вздохнул Страус. — А что там с продажей билетов?

— Сперва нужно указать помещение для концерта, затем выбрать дату и время, а затем уже назначить цену за билеты. Городской налог будет списываться автоматически при покупке билета. А вот в случае возврата мы обязаны вернуть полную сумму, в то время как муниципалитет уплаченный налог не возвращает.

— Подстава, — мрачно буркнул Витёк, со звонким шлепком ударив кулаком в ладонь.

— Се ля ви, — развёл руками Юрка. — Это я ещё пропустил этап аренды места проведения концерта. В случае отмены деньги за помещение нам тоже никто не вернёт.

Я устало помассировала виски и подняла взгляд на Юрку.

— А если мы будем распространять билеты бесплатно? Типа благотворительный концерт?

— За аренду всё равно платим, но в случае отмены теряем только реноме. Зато в случае успеха качаем известность, мастерство и реноме. Артистизм пока под вопросом.

— Можем устроить концерт прямо здесь, — предложил Гарик. — Здание уже арендовано у администрации, с бесплатным входом никаких налогов и проблем с возвратом. И ПК тут нас не достанут.

— Ещё как достанут, — тут же возразил Страус. — Любой из тех, кого мы сюда впустим, может нас грохнуть.

— Блин, точно! — погрустнел Гарик. — И чё делать? К Легиону проситься на корпоратив?

— Успеем ещё, — отмахнулся от предложения Страус. — Лучше попытаемся договориться с мэром Тени на баф стражников, или ещё каких строителей. Нам — охрана и благосклонность местных властей, кач репы, рост навыков и обкатка игровых выступлений, а им — халявные бафы.

Глядя на наши шокированные лица, Макс обиженно надулся:

— Можно подумать, я редко выдаю дельные идеи, или меньше вас хочу добиться успеха!

— Иногда складывается такое обманчивое впечатление, — хмыкнул Чарский и тут же примирительно поднял руки. — Но я осознал как сильно ошибался.

— То-то же! — фыркнул Страус, горделиво вскинув подбородок. — И это… Лучше на переговоры с местными не Юрке идти. Местная бюрократия тут через одного эльфы, а те с дроу на ножах. Помните, как холодно с нами говорила та секретарша ушастая? Ну, когда мы группу регистрировали.

— Я думала это из-за меня, — призналась я, честно пытаясь припомнить тот разговор. — Мрак и всё такое.

— Может и из-за тебя, — не стал спорить Макс, — а может из-за Юрки. Поглядывала она на него с неприязнью.

— А говорят молния два раза в одно место не ударит… — едва слышно пробормотал Витёк, поражённо глядя на ставшего пугающе рассудительным Страуса.

Тот лишь недовольно скосился на Зверя, но развивать тему не стал. Этим взрослым и взвешенным поведением он пробудил во мне паранойю. Таким покладистым в последний раз я видела Страуса после того, как он спалил мою квартиру.

— Значит оставляем Кирку и Юрца на улице, а сами идём договариваться с властями, — резюмировал Гарик. — У кого самый высокий показатель харизмы?

— Я по нулям, — развёл руки Витёк. — Не до того было.

— Я тоже, — разочаровал всех Макс. — Магу эта характеристика не нужна была.

— Я до троечки докачал, — виновато потупился Гарик. — И то еле-еле. Вы ж знаете, я не особо общительный.

— А у Кирюхи десятка… — задумчиво пробормотал Юрка, постучав пальцами по ноге. — И язык нормально подвешен.

— И рожа страшная, — безжалостно добавил Макс.

Чарский закрыл лицо ладонью и обречённо покачал головой.

— В игре, я имел ввиду! — тут же поспешно уточнил Страус. — После перехода за Мрак! В реале-то Кирюха у нас…

— Не закапывай себя ещё глубже, — посоветовал ему Витёк. — Умри достойно.

— Да ладно, — отмахнулась я, — на правду не обижаются. Игровая рожа у меня и правда несколько пугающая.

— Да у нас у всех, за исключением Юрки, они такие, — вздохнул Гарик. — Но он дроу.

— Зато Кирюха уникум с её призывом из Серых Земель, — напомнил Юрка.

Окинув меня оценивающим взглядом, он решил:

— Пробуй сперва ты, Кирюха. Бери с собой дохлых мужиков и топай в мэрию. Может среди столоначальников найдутся фанаты героев древности или инструментов с душой. Выглядят они у тебя вполне боевито, а местные, как я понял, уважают способность постоять за себя. Может, получится проскочить за счёт этого. Не выйдет — будем пробовать иначе. Может, пожертвуем золота для подъёма репутации до дружелюбия, а там уже дело лучше пойдёт.

Я только вздохнула. Заработанные шальные деньги утекали сквозь пальцы стремительными ручейками и, что больнее всего, тратили мы их на игровой код. И если инструменты хоть можно будет когда-то перепродать, то вкладывать бабло в добрые отношения с игровыми персонажами казалось полнейшим безумием.

— Ещё красивые шмотки и украшения повышают характеристику Привлекательность, — вспомнил немаловажный фактор Страус. — Надо Кирюхе, да и нам всем, чё-то такое на аукционе поискать. Для концертов прям пригодится.

Гарик одобрительно кивнул и скептически оглядел меня с головы до ног. Ну да, видок не самый эпатажный.

— Попробую обойтись без лишних трат, — вздохнула я, выводя в настройках игры информацию об уровне привлекательности в блок краткой информации об НПС. — А там посмотрим как пойдёт.

Без «защиты теней» я порог репетиционной базы даже не переступала. Кажется Вёлеф угомонился после дебафов от «эгиды возмездия», но кто знает надолго ли? И не затаил ли его новый клан обиду на меня за упущенную квестовую цепочку с Тарантулом?

Да и спонтанного ПК в Тени хватало с избытком, всегда сохраняя интригу: дойду до места назначения, или нет?

Дошла. Даже удивительно.

Мэрия встретила всё той же суровой аскетичностью, разве что народа в этот раз было побольше. В холле чего-то ожидал отряд хорошо экипированных эльфов-неписей, подглядывающих на меня с ленивым интересом. Могу поспорить, залети сюда занятный жук — привлёк бы не меньше внимания скучающих бойцов.

Они, впрочем, тоже не удостоились особого внимания с моей стороны. Сейчас меня интересовали не локальные ивенты, а местная бюрократия.

Лёгкое касание струн и рядом появился призрачный Эйд. Я намеренно призвала его на глазах боевых неписей. Пусть видят, что это не прорвавший оборонительные рубежи призрак руин, а результат призыва игрока.

Надо сказать, бойцы впечатлились. Вытаращились на Эйда, как на… Ну да, как на призрака. Нет, дорогие мои, призрака я призову следом.

Едва отзвучала баллада о короле-Саламандре, а сама душа воплотилась в Барлионе, как раздались сдержанные аплодисменты.

Обернувшись, я картинно поклонилась неожиданному ценителю творчества. Им оказался очередной эльф в боевой экипировке, разве что чуть получше, чем у остальных.

Командир группы наёмников? Капитан местной гвардии?

— Мне доводилось слышать о бардах, что способны призывать души из Серых Земель, но видеть подобного до сих пор не посчастливилось, — с восторженным блеском в глазах произнёс он, обходя нас с Эйдом и Азуром по кругу. — Скажите, вы способны призывать разные души, или только сего доблестного воина?

Он вежливо склонил голову перед Саламандрой и тот поклонился в ответ. Удивительно, но странный эльф сумел отличить призванную душу от души инструмента.

Я с любопытством вчиталась в информацию над головой непися и удивлённо моргнула.

Иларис Наран, мэр Тени, 250 уровень, Свободные Земли. Привлекательность — 45.

Это — мэр⁈ Крепкий, с телосложением бойца, а не столоначальника, он производил впечатление опасного противника. Белые, словно седые, волосы собраны в хвост, контрастируя с вечно молодым лицом бессмертного эльфа. Взгляд зелёных глаз цепкий, оценивающий и при этом полный радости. От скулы на шею уходит жуткий шрам, скрываясь под бронёй. Лук и колчан за спиной указывают на класс охотника, но никаких питомцев рядом не видно.

Мэр остановился напротив с выражением вежливого ожидания на холёном эльфийском лице и я сообразила, что так и не ответила на вопрос.

— Да, уважаемый, я могу призывать те души, о которых сохранились песни или легенды, позволяющие сочинить подходящую песнь.

Уточнять, что есть ещё вариант отправиться в Серые Земли лично и отыскать там подходящего покойничка, я не стала. Многие знания — многие печали.

Ваша Привлекательность с персонажем Иларис Наран выросла на 10 единиц.

— Потрясающе! — Улыбка на лице мэра стала хищной, словно я только что показала ему карту сокровищ, не меньше. — У меня есть для вас важное поручение!

— Поручение? — удивлённо переспросила я, силясь понять почему вдруг глава города с порога собирается выдать задание первому встречному игроку.

Такое поведение для управленцев не было обычным. Даже не будучи крупным специалистом по Барлионе я отчётливо это осознавала.

Выдача заданий от НПС зависела от целого ряда факторов: репутации игрока с конкретной местностью, особенностями расы, а иногда и класса, принадлежности к той или иной религии, с уровнем персонажа и множеством других параметров.

Мне, как представителю экзотической расы, да ещё и тесно связанной с Мраком, рядовые НПС квестов почти не выдавали. По сути, за пределами родного леса я получала задания либо в Серых Землях, либо по цепочке Кипрея. Это не считая доступных для всех желающих квестов на восстановление Тени.

Для подавляющего большинства рядовых НПС я была существом подозрительным, не вызывающим никакого доверия. И уровень моей Привлекательности среди них редко превышал 10 единиц, против типовых 20 у обычных игроков. Чтобы получить самый рядовой квест от непися, обычно требовалось иметь не менее 30 Привлекательности с ним. Потому в Тени меня не обременяли просьбами найти пропавшую кошку, передать стражнику забытый обед, и тому подобной ерундой.

И чем выше статус НПС, тем обычно сложней добиться от него аудиенции и квеста. Тут же… Ладно, положим Тень не обычный город и у него, очевидно, необычный мэр. Но чем объяснить столь высокий уровень Привлекательности при первом же знакомстве? Понравилась песня про Саламандру?

Блин… Как я могла забыть об этом?

Мысленно обозвав себя дурой, я изучила список бафов на Иларисе. И точно, на мэре, как и на всех присутствующих, красовался баф «Под впечатлением». Сработала Известность, на пару часов повысив мою Привлекательность со всеми этими НПС на величину Известности. А она у меня, ни много ни мало, докачана до 44 единиц.

Со всеми этими Серыми землями, тарантулами, эгидами, мраком и прочими масштабными событиями я попросту забыла о базовых фишках класса! Стыд-то какой…

Выходит, моя стартовая Привлекательность с мэром составляла единицу. Да, повезло. Без бафа он бы меня даже слушать не стал.

Но почему Привлекательность выросла ещё на 10 единиц, стоило тому узнать, что я умею призывать души?

Сейчас и выясню.

— Готова оказать городу любую посильную помощь! — бойко заявила я, преданно пожирая начальство глазами.

Давай, непись ушастая, выдай что-то дельное для роста репутации! А потом уже, пока работает баф, поговорим о благотворительных концертах для стражников. Привлекательность с ними тоже лишней не будет.

— Похвальное рвение.

Показалось, или в голосе Илариса проскользнули презрительные нотки?

— Не годится обсуждать дела стоя на пороге, — с вежливой улыбкой произнёс мэр и приглашающе взмахнул рукой. — Прошу вас и ваших спутников проследовать в мой кабинет.

— Почту за честь, — искренне улыбнулась я, радуясь столь счастливому стечению обстоятельств.

Стандартно игроков для оказания тех или иных бюрократических услуг проводили в приёмную, а тут мэр лично пригласил в собственный кабинет. Похоже, высокая Привлекательность творит чудеса. Надо взять на вооружение.

Я, в сопровождении призрачных спутников, проследовала за Иларисом вверх по лестнице, с интересом оглядываясь. Второй этаж выглядел так же аскетично, как и первый. Прочная мебель без изысков, каменные стены без гобеленов и картин, узкие бойницы вместо окон. В таком месте куда уместней держать оборону, чем принимать гостей.

В приёмной за массивным столом сидела уже знакомая эльфийка-секретарь, занятая изучением какого-то списка. Несколько внушительных стопок бумаг подсказывали, что на её хрупких плечах лежит солидная часть бюрократических дел муниципалитета. Типичное, в общем-то, зрелище.

А вот кабинет мэра удивил.

Все стены просторной комнаты были заставлены стеллажами с книгами. Лишь у окна сиротливо притулились пустующие сейчас стойки для доспехов и оружия.

— Вот это да… — восхищённо выдохнула я, пытаясь прочесть названия на корешках.

— Вижу, вы тоже любите читать, — заметил эльф, усаживаясь за стол и указывая мне и спутникам на стулья для посетителей.

В его взгляде не было ожидаемой гордости коллекционера, собирающего свою сокровищницу десятилетиями. Не было и скрытого высокомерия позёра, украсившего кабинет книгами лишь для создания нужного впечатления у посетителей.

Любопытно.

— Простите, не знаю предпочитают ли ваши спутники стоять, или сидеть, — виновато улыбнулся Иларис и обвёл руками кабинет. — Располагайтесь где и как вам будет удобней.

— Благодарю, — вежливо кивнул Саламандра и подошёл к ближайшему стеллажу, изучая корешки стоявших там книг.

— Как и большинство бардов, я живу историями, — прокомментировала я свой недавний возглас, усаживаясь на предложенное место. — Как оставшимися в далёком прошлом, так и попросту выдуманными. Потому люблю читать.

При этих словах Саламандра едва слышно хмыкнул. Эйд же промолчал, предпочитая привычно встать у меня за плечом.

— Я предпочитаю реальность выдумке, — сообщил мэр, краем глаза наблюдая за призраком древнего короля. — Наш город — буквально часть истории, и её знание открывает многие перспективы. А иногда и спасает жизни.

Видя недоумение на моём лице, он пояснил.

— Около трёхсот лет назад мы с соратниками прибыли сюда с мечтами отыскать несметные сокровища Забытой Империи, погребённые среди руин. Те из нас, кто были археологами, желали узнать историю той эпохи, а остальные — получить богатство и могущество.

На губах эльфа заиграла ироничная улыбка.

— Мы были молоды и наивны, а потому полагали, что уже завтра нам покорятся все секреты, приветливо распахнутся сундуки с сокровищами, посыплются с полок свитки с уникальными заклинаниями и рецептами. Но год сменялся годом, а руины не спешили открывать свои тайны. Мы начали осознавать, что помимо энтузиазма для успеха необходим крепкий тыл, снабжение и финансирование. И решать эти проблемы кроме нас некому. Так началось восстановление Тени.

Я слушала со всем вниманием, заодно проверила, что разговор записывается. История создания города могла оказаться очень полезной в будущем. Да и в настоящем вносила некоторую ясность, объясняя засилие эльфов на значимых должностях локации. Выходит, археологи и городские власти — выходцы из одной группы приключенцев, что когда-то пришли в Свободные земли. А значит, должны быть задания, прокачивающие репутацию разом с обеими фракциями. Возможно именно мэр города — ключ к таким заданиям.

Эйду, судя по всему, не было особого дела ни до истории города, ни до судеб его обитателей. Могу поспорить, будь его воля — мы бы уже перетряхивали песок в пустыне, ища следы пребывания тут Кипрея.

А вот Саламандра прислушивался к рассказу, время от времени отрывая взгляд от корешков книг и посматривая на эльфа.

— Сперва мы отвоевали и обезопасили несколько зданий у самой стены, создав пригодный для обороны лагерь, — продолжал свой рассказ Иларис. Благодаря реке удалось наладить доставку продовольствия и торговлю. Многое из найденного в руинах охотно покупали сперва представители Малабара, а потом и Картоса. Редкие артефакты и рецепты привлекли искателей приключений и ремесленников, а лет пятнадцать назад к нам присоединились и свободные жители Барлионы.

+1 параметра характеристики Знания Барда. Итого 19.

Очень интересно и познавательно, но при чём тут я?

Словно подслушав мои мысли, эльф подался вперёд и заговорщически произнёс, понизив голос:

— Из найденных записей мы узнали, что некогда Забытую Империю объединяла портальная сеть. И один из порталов скрыт где-то в руинах Тени. Но где именно — никто из ныне живущих не знает. Как и о способе его активации.

— И чем я могу помочь? — догадываясь, куда клонит градоначальник, спросила я.

Мы оба, не сговариваясь, уставились на Саламандру.

— К моменту моей смерти никакой империи в этих землях ещё не было, — развёл руками дух древнего короля. — Простите, если обманул ваши ожидания, уважаемый.

Эльф лишь покачал головой. Опечаленным он не выглядел.

— На такую удачу я и не рассчитывал. У археологов хранятся записи о мастере, что некогда создал эту портальную сеть. Насколько я помню, известно даже имя. Мне нужно, чтобы ты, Лорелей, призвала душу этого мастера и уговорила его помочь нам с восстановлением порталов.

Предложено задание: «Особо ценный специалист».

Описание: глава вольного города Тень просит вас призвать душу, обладающую знаниями о древней портальной сети в руинах Забытой Империи, и убедить её оказать помощь в восстановлении порталов.

Класс задания: редкое классовое.

Награда за выполнение: подходящий вашему классу предмет времён Забытой Империи.

+ 3000 репутации с вольным городом Тень.

+ 3000 репутации с гильдией Археологов.

Штраф за невыполнение/отказ от задания: — 5000 репутации с городом Тень. — 50 Привлекательности с Иларисом Нараном.

— Я призову эту душу, если она всё ещё находится в Серых Землях, — пообещала я, принимая задание. — Но минули века, высока вероятность, что эта душа уже отправилась в Небытие.

Эльф лишь отмахнулся от моего предупреждения:

— Ваша задача — попытаться, а остальное в руках богов.

Поразмыслив, он добавил:

— Если ты сумеешь призвать другие души времён Забытой Империи, то получишь награду сообразно той полезной информации, что они предоставят мне или археологам.

Предложено задание: «Голос тех, кого нет».

Описание: глава вольного города Тень наградит вас за каждую призванную душу времён Забытой империи.

Класс задания: редкое классовое.

Награда за выполнение: вариативно.

Штраф за невыполнение/отказ от задания: — 1000 репутации с городом Тень. — 1000 репутации с гильдией Археологов.

Забавно. Выходит, градоначальник может влиять на мою репутацию с Археологами, а те, наверное, могут увеличить моё отношение с городом, если найти нечто полезное для его усиления. Надо рассказать Легиону, эта информация одинаково пригодится всем нам. Как и информацию о портальной сети.

— Сделаю всё возможное, — уверила я эльфа. — Для поиска души мне необходимо прочесть все записи, что связаны с мастером, причастным к созданию порталов. Как я могу их получить?

— Я попрошу археологов выписать из книг всю информацию, что касается мастера, и передать вам. Думаю, они справятся за один-два дня.

Обновление задания «Особо ценный специалист».

Дождитесь необходимой для призыва информации от гильдии Археологов в городе Тень.

— Я могу сама прочесть книгу и вычленить из неё необходимую информацию, не обременяя уважаемых археологов, — закинула я удочку.

— Боюсь, пока тебе не доверят столь ценные записи, — с вежливой улыбкой отбрил меня эльф. — Собственно, это всё, что я хотел тебе сказать, Лорелей. Теперь мне пора вернуться к более насущным делам.

Квест выдан и мне вежливо указывают на дверь. А ведь я пришла сюда совсем по другому вопросу.

Но только я открыла рот, как меня опередил Эйд.

— Позвольте задать вопрос, уважаемый, — впервые за всё время разговора подал голос дух моего инструмента.

Эльф выглядел одновременно удивлённым и заинтересованным.

— Слушаю.

— Доводилось ли вам встречать, или слышать о ком-то из народа сильвари в этих землях? О ком-то, похожем скорее на меня или Лорелей, чем на человека.

Брови эльфа удивлённо поползли вверх, а я затаила дыхание. Если сейчас выяснится, что Кипрей ушёл отсюда к чёрту на рога, может снова включиться таймер, требующий последовать за ним.

А мне никак нельзя надолго отрываться от прокачки группы и организации концертов. Одно дело короткие вылазки за пределы городских стен, а другое — путешествие, в процессе которого я буду раз за разом отправляться на перерождение от агров и ПКшников.

Хмыкнув, эльф ответил Эйду:

— Ещё дома мне доводилось слышать предания о запретном месте, что окружено магической завесой. За ней, как говорят, живут разумные звери и растения, что убивают всякого, вторгшегося в их владения. Но до сего дня мне не доводилось своими глазами увидеть представителей этих народов. Неужели вы не первые, кто добрался до руин погибшей империи?

Я украдкой выдохнула, а разочарованный Эйд опустил голову:

— Я ищу пропавшего друга, чьи следы привели нас сюда.

— Назовите его имя и я поспрашиваю не слышал ли о нём кто-нибудь из моих бойцов, — пообещал Иларис.

Эйд благодарно поклонился эльфу.

— Его имя Кипрей.

Иларис очень серьёзно кивнул и, к моему удивлению, записал имя на чистом листе бумаги. Действительно собирается поспрашивать?

Но моя задача состояла в другом, так что я поспешила вклиниться в завершающийся разговор, опасаясь упустить подходящий момент.

— К слову о ваших бойцах, — обратилась я к эльфу. — Мы с друзьями хотим оказать посильную помощь городу. Но мы не строители и не архитекторы, а барды. Наша музыка способна вдохновлять и усиливать как бойцов, так и творцов, а потому мы хотели бы дать бесплатный концерт в поддержку города. Пока наших способностей достаточно для усиления лишь сорока разумных, но со временем мы сможем больше. С вашего позволения мы готовы сыграть хоть для городской стражи, хоть для вас и вашего отряда, хоть для строителей и ремесленников.

— Весьма благородно с вашей стороны, — в голосе мэра звучало одобрение. — Я со своими бойцами как раз собирался предпринять опасную вылазку, так что если вы готовы устроить концерт в течение ближайшего часа — я дам вам шанс показать на что вы способны.

Предложено задание: «Благотворительный концерт».

Описание: устройте благотворительный концерт для отряда мэра города Тень не позднее, чем через 60 минут.

Класс задания: редкое социальное.

Награда за выполнение: вариативное увеличение репутации с городом Тень.

Штраф за невыполнение/отказ от задания: нет.

— Мы будем готовы к указанному времени, — едва не прыгая от радости пообещала я. — Но где именно нам предстоит играть? Дело в том, что свободные жители могут попытаться убить кого-то из нас и прервать концерт.

— Я закрою доступ в это здание на необходимое время, — не раздумывая ответил Иларис. — И выделю охрану, чтобы вы все благополучно добрались сюда. А теперь прошу вас покинуть кабинет, мне нужно отдать все необходимые распоряжения.

Группе «Вестники рока» на 60 минут выделена охрана из десяти городских стражников двухсотого уровня.

Мысленно присвистнув, я попрощалась с мэром и едва не бегом отправилась на репетиционную базу обрадовать ребят новостями.

Но они, как выяснилось, уже были в курсе. Взятый мной квест «Благотворительный концерт» выдали сразу всей группе и к моему возвращению парни уже вовсю спорили, составляя сет-лист. Неписи были отличной публикой для проверки эффектов от тех или иных песен, но при этом требовалось не облажаться. Будет глупо исполнить что-то, способное оскорбить слушателей, а потому друзья перебирали все тексты, ища подводные камни.

— Кирюха, ты гений! — отвлекшись от списка Витёк с довольным видом стукнул меня по спине.

Удар получился такой силы, что я невольно проверила, не засчиталось ли это нападением на другого игрока и не окрасилось ли имя Зверя красным. Пронесло.

— А где обещанная охрана? — возмущённо вопросил Страус, уже определённо почувствовавший себя местечковой звездой.

— За дверью наш почётный эскорт ожидает, — сообщила я, подходя к столу и заглядывая в сет-лист. — Надо не облажаться и отыграть как следует, тогда и репу с городом качнём, и перманентно увеличим привлекательность с частью городской стражи. А это выход на редкие квесты и всякие интересности.

Выступать безо всякого подобия сцены нам было не впервой. Чем-то это даже напоминало корпоратив: пока мы играем слушатели занимаются кто чем. Только неписи не беседовали за столами под горячее и коньячок, а проверяли снаряжение, затачивали оружие, да рассовывали зелья по подсумкам.

Но были среди слушателей и те, чьим вниманием мы всё же завладели. Мэр сидел в компании той самой секретарши, что когда-то проводила регистрацию нашей группы. Теперь она смотрела на нас с искренним интересом, отбросив обычную холодную надменность. Было дело в бафе, временно повысившем Привлекательность со слушателями, или она просто любила музыку — так и осталось неизвестным.

Зато мы узнали какие уникальные бафы дарили наши песни. Баллада о Короле-Саламандре, к примеру, увеличивала общий урон на 2% и на 100% урон по любым арахнидам. История Шестой и Пятого навешивала на слушателей эффект «мстительный венец», возвращающий 5% полученного урона тому, кто его нанёс. Неплохая тема для ПВПшников и танков.

Проверять терпимость местных к Мраку исполнением гимна мы не рискнули, ну а права на созданный для Тёмного Легиона гимн нам уже не принадлежали.

Паре наших ранних песен Барлиона присвоила бафы на небольшое повышение защитных характеристик и скорости атаки, ещё одна неплохо бафнула исходящее лечение персонажей. А вот с исполнением прочего нашего репертуара мы решили не спешить. Часть текстов была завязана на реальность, часть на земную мифологию. Кто знает, как отреагируют неписи на непонятные для себя песни? Был ненулевой шанс бездарно просрать поднявшуюся со стражниками Привлекательность, а хорошее отношение городских служак нам ещё пригодится.

Оставшееся время концерта добили каверами на песни, ставшие общественным достоянием. Дополнительных бафов они не давали, зато хорошо воспринимались неписями и позволили добить концерт до двух часов. Семи часов усилений эльфам должно хватить для их загадочной вылазки и доброго отношения к столь полезным музыкантам.

Способность «Публичное выступление» при текущей прокачке группы позволила на выбор повесить ещё три усиления. Их мы заранее согласовали с мэром, выбрав из типового списка, предложенного игровой механикой.

Надо ли говорить, что заказчик остался доволен?

Едва отзвучали последние аккорды, как раздались не слишком громкие, но всё же уверенные аплодисменты, а перед нашими глазами возникло системное сообщение.

Задание: «Благотворительный концерт» выполнено.

Награда: увеличение репутации всех участников группы с городом Тень до уважения.

Иларис Наран, мэр города Тень, покровительствует группе «Вестники рока». Налоги на публичные выступления снижены на 50%, стоимость аренды помещений в городе снижена на 20%.

В случае, если участники группы будут атакованы игроками, с репутацией города «уважение и ниже», стражники придут на вашу защиту.

+1 параметра характеристики Реноме. Итого 1.

+7 параметра характеристики Мастерство. Итого 29.

— Офигеть… — одними губами выдохнул Страус, едва закончив вчитываться в системный текст.

Остальные лишь ошалело хлопали глазами. Такого роста репутации от социального квеста никто из нас никогда прежде не видел. Это уже не говоря о фактическом «крышевании» городской стражей.

— Благодарю вас за прекрасный концерт, — поднявшись со своего места произнёс мэр, — и надеюсь, что вы останетесь в нашем городе, привлекая в него новых Свободных жителей своей музыкой.

— Мы всерьёз склоняемся к такому решению, господин Наран, — вежливо склонил голову Юрка.

Эльф смерил его задумчивым взглядом и сдержанно улыбнулся.

— Вынужден попрощаться с вами — нам действительно пора в путь, пока усиления повышают наши шансы на успех.

Намёк, что нам пора выметаться, мы уловили и, коротко попрощавшись, покинули стены муниципалитета.

— Ля, я впервые вижу, чтобы одна социалка так качнула репу с целым городом! — едва не завопил Страус, стоило нам оказаться на улице. — Это ж нереально охренительно!

Зверь с довольной улыбкой подставил ему пятерню и Страус, подпрыгнув, хлопнул по его ладони.

— Это и странно… — не поддался ликованию Чарский. — Ну ладно бы на пару тысяч нам репу подняли, но столько всего разом… Напрягает меня столь необъяснимая щедрость. Игра построена для выкачивания денег из игроков, а тут и налог снизили, и скидка на аренду. Не похоже на Барлиону.

— Очень даже похоже, если ты зацепился за какой-то крупный сценарий, — не разделил его пессимизм Страус. — Вспомни, Кирюхе дали квест на призыв какого-то там древнего инженера, который будет чинить местную портальную сеть. А это что?

Он воздел палец и выдержал риторическую паузу прежде, чем сам себе ответил.

— А это верный признак того, что планируется какой-то сценарий или ивент. И чтобы Кирюха не передумала и не свалила, забыв об обещании призвать того покойничка, ей в городе щедро мажут мёдом.

— Думаешь, дело в Кирке? — по-новому взглянул на ситуацию Юрка.

— Да полюбасу! — ничуть не сомневаясь ответил Макс. — Она ж у нас как заведённая всякую редкость хватает. И много ли у местных под боком игроков, способных призывать души из Серых Земель? Они могут не один год другого такого призывателя ждать, чтобы какой-то сценарий запустить. Вот разрабы и привязывают Кирюху к городу всеми силами.

Мы краем обошли шумную стройку на главной площади и свернули на тихую улочку.

— Отличный повод для того, чтобы выбить себе побольше преференций и добыть постоянную репетиционную базу, — согласилась я с мнением Страуса. — И по этому поводу есть разговор к Легиону.

— Погоди пока с разговором, — попросил Юрка. — Нам тут после концерта предлагают выбрать специализацию для группы.

— Да ну нафиг! — глаза Витька азартно заблестели. — Что там?

— Сперва домой вернёмся и там спокойно поговорим, — отмахнулся Чарский, поворачивая к переулку, в котором располагалась наша репетиционная база.

У самой двери Санёк, пыхтя, прилаживал лестницу к стене.

— О! — обрадовался он, завидев нас. — Привет деятелям культуры! А я тут решил оставить пару сюрпризов на соседних крышах. Будет Кирюхиным потенциальным убийцам чем поразвлечься в ожидании. Да и горящие жопы отлично сигнализируют о засаде.

— Думаешь, после дебафов от эгиды ещё рискнут сунуться? — удивилась я, наблюдая как здоровенный орк лезет вверх по хлипкой с вида конструкции.

— Ты недооцениваешь предсказуемость человеческой тупизны, моя колючая ветка сирени, — назидательно указал на меня пальцем Санёк, после чего скрылся где-то на крыше.

— Я его временами побаиваюсь, — доверительно понизил голос Макс.

— Я всё слышу! — раздался насмешливый голос сверху.

— Да я не это имел ввиду! — тут же вскинулся Страус. — Я в хорошем смысле!

— Пойдём уже, — со вздохом толкнул его в спину Витя, — а то тут брусчатка прочная и подушку никто не подложил.

Макс аж покраснел от возмущения, а сверху раздалось заливистое гоготание Санька.

— Так чё там со специализацией группы? — жадно подался вперёд Витёк, едва мы расселись по лавкам на реп. базе. — И почему нам ничего не предложили?

— Потому, что Юрец — лидер, — спокойно пояснил Гарик. — Ему спецуху и выбирать.

— А-а-а, — протянул Витя, — точняк. Так чё там?

— Ща, снимком пришлю, чтобы всё вслух не зачитывать, — пообещал тот. — Проверяйте почту.

Все углубились в чтение.

Доступен выбор специализации для группы «Вестники рока»

Боевое безумие(редкое, доступно благодаря специализации Берсерк одного из участников группы).

При совместном Исполнении группа наносит урон, равный 200% от суммарного урона выбранных участниками групп атакующих способностей. Тип урона будет выбран лидером группы из списка доступных участникам группы.

Лечение

При совместном Исполнении группа творит исцеление, равное 150% от суммарного исцеления выбранных участниками групп способностей. Тип исцеления будет выбран лидером группы из списка доступных участникам группы.

Защита

При совместном Исполнении все защитные способности участников группы вариативно усиливаются. Тип защитных способностей будет выбран лидером группы из списка доступных участникам группы.

Поддержка

При совместном Исполнении группа накладывает усиления с повышенной эффективностью и длительностью (вариативно). Типы усилений будут выбраны лидером группы из списка доступных участникам группы.

Призыв(редкое, доступно благодаря характеристике Призыватель одного из участников группы)

При совместном Исполнении группа происходит вариативное усиление способностей Призыва. Призываемые существа будут выбраны участником группы, обладающим характеристикой Призыватель.

Очарование(редкое, доступно благодаря характеристике Харизма у участников группы)

При совместном Исполнении вариативное увеличение получаемой Привлекательности, Известности и репутации.

Едва Ксюша завершила вербовку Фабрицио в Тёмный Легион, тот сердечно попрощался и шагнул в открывшийся портал.

— Надеюсь, без обид? — уточнила у меня довольная жизнью Ксения. — После переезда из Малабара мы лишились практически всех наших НПС-мастеров и теперь остро нуждаемся в найме новых. С нас для тебя доступ к мастеру без ограничений и создание инструментов по себестоимости. Нужно только дать ему время прокачаться.

— Да какие обиды? — отмахнулась я. — Если возиться с каждым встреченным НПС и заданием, на группу времени не хватит. Нужно правильно расставлять приоритеты. Мои — развитие «Вестников рока» и взаимовыгодная дружба с Легионом. Вам — интересные задания, мне — помощь время от времени.

— Люблю умных и практичных людей, — широко улыбнулась Ксения.

— И, раз уж об этом зашла речь, мне нужна помощь, — я не стала упускать удачную возможность. — Мне снова нужно пройти тот же данж чтобы активировать лютню.

Радости на лице Ксюши поубавилось.

— Бес оффлайн до завтра, так что можем пойти и вдвоём. Данж простенький, а с новыми усилениями нежити я точно справлюсь и одна. Заодно проверим как ты пробафаешь моих петов.

— Давай возьмём с собой моих ребят, — попросила я. — Всё же цепочка бардовская, есть шанс, что им тоже что-то интересное обломится.

— Со мной получается шестеро, — напомнила прагматичная Ксюша. — Не влезем в одну группу.

— Сами разберутся кто не пойдёт, — легко решила я проблему. — Не маленькие.

— Замётано. Сколько требуется времени на сборы?

— Сейчас узнаю.

О том, что с момента регистрации группы участникам доступен отдельный чат мы узнали накануне от Юркиного друга. То ли справка по новому для Барлионы функционалу оказалась неполной, то ли мы проморгали среди кучи системных сообщений. Как бы то ни было, теперь все участники группы, что были онлайн, могли общаться между собой.

— Готовность полчаса, — сообщила я Ксении через минуту.

— Тогда возвращаемся в Тень. Телепорт с меня в честь завершения цепочки.

С прокачанной репутацией с вольным городом жизнь начала налаживаться. По крайней мере теперь можно не бояться нападения залётных гопников, не нафармивших «уважение» с городом. Пока они пробьют защитные тени, благодаря Сочинительству увеличившиеся числом до четырёх штук, на помощь успеют подоспеть стражники. Или агрессоров без затей уконтропупит скорая на расправу чернокнижница.

— Давай немного прогуляемся, — предложила Ксюша и махнула рукой в сторону от точки возврата, на которую время от времени пребывали игроки.

— Не вопрос, — согласилась я, следуя за ней.

Отойдя метров на сто, чернокнижница призвала химеру для охраны и уселась на край стены, свесив ноги.

— Любопытный город, — сказала Ксения, разглядывая открывшийся внизу пейзаж.

От одного этого вида мне сделалось не по себе: высота тут была значительная. Не желая испытывать судьбу, я села в метре от края и лишь после этого уточнила.

— Почему?

Ксюша, не оборачиваясь, повела рукой, очерчивая границы стен.

— Очень большой. Размером пусть и уступает Анхурсу или Безымянному, но не слишком значительно. Намного крупнее всех прочих свободных городов. Потенциально имеет собственный банк и аукцион.

Теперь палец чернокнижницы указывал на ещё не отвоёванную у призраков часть города.

— Среди руин я не вижу чего-то, что в прошлом могло быть дворцовым комплексом, так что вряд ли это столица уничтоженной империи. Но как минимум тут был крупный торговый узел. Слишком удачно пролегает русло судоходной реки, позволяя торговать разом с обеими империями. А ещё по этой реке можно возить игроков, желающих отправиться в путешествие по Свободным землям.

Я невольно прикипела взглядом к воде. Широкая и полноводная, она радовала взгляд, рассекая изрядно опустыненные земли серебристой змейкой. Именно у её берегов росла самая высокая и густая зелень. Ей совсем не подходило мрачное название Погребальная. Возможно в далёкие времена местные жители и использовали её для церемоний захоронения, но сейчас ей куда больше подошло бы название «Светлая», или «Зелёная».

Впрочем, сути это не меняло: река — это в первую очередь удобная транспортная артерия для игроков.

— Думаешь, разрабы хотят устроить тут своеобразную столицу Свободных земель? — я догадалась, к чему ведёт собеседница.

Ксюша спокойно кивнула.

— Похоже на то. Посуди сама. Свободные земли — это огромная территория, занимающая почти шестьдесят процентов нашего материка. В разработку вбухано тысячи и тысячи человеко-часов. Продуманные фракции, истории, легенды. Корпорация постоянно призывает игроков исследовать Свободные земли, но по сей день это практически сплошное белое пятно.

Тут не поспоришь. Даже самые общие карты небольших участков Свободных Земель стоили каких-то нереальных денег. И это, кстати, тоже не добавляло популярности региону.

— А теперь прибавь к этому множество агров, минимум поселений и очень длинный путь из Малабара, — продолжала рассуждать вслух Ксюша. — А тут ещё открытие Картоса вскружило головы любителям новизны и все ломанулись в Тёмную империю, забыв о Свободных Землях. В результате огромная часть игры бессмысленно простаивает, не востребованная игроками.

— Ну, всё же игроков тут немало, — не согласилась я со столь категоричным суждением. — Вон они, камни таскают, стены ремонтируют, мастерят что-то.

— Все, кого на сегодняшний день удалось привлечь разрабам, — это несколько сотен исследователей и фанатиков, вроде этих, — кивнула Ксюша на увлечённых стройкой игроков, — да ещё уникумы, умудрившиеся заруинить репутацию с Малабаром. И те недавно с радостью переехали в Картос.

Она весело прищурилась и покосилась на меня.

— И одна идиотка, сумевшая заруинить репу с обеими империями разом, — добавила я, правильно истолковав её взгляд.

— Не идиотка, а увлекающийся игрок, — со смешком поправила меня Ксюша. — Но суть ты уловила. В массе своей игроки не любят слишком сложные задачи, предпочитая проверенную рутину. Так что для привлечения игроков в Свободные земли нужно создать условия.

— Город со всеми удобствами и фракцию, в которой можно получить что-то особенное, — догадалась я. — Например, уникальные рецепты прошлых эпох от археологов.

— Это первый шаг, — кивнула Ксюша. — А ещё я бы запустила несколько интересных сценариев, способных заинтересовать кланы. Одним из них стал сценарий по поиску святого предмета для спасения императоров обеих империй. Не просто так он вёл в Свободные земли. Не думаю, что он — последний.

И снова многозначительно покосилась на меня.

— Эволетт думает, что мой сценарий — один из таких? — удивилась я. — Но он же только для бардов.

— Вспомни, к чему твои задания «только для бардов» в итоге привели в Сокрытом Лесу, — посоветовала чернокнижница. — И эта цепочка увела тебя не в Картос, а в Свободные земли. Вероятность, что через тебя администрация запускает значимый в рамках локации сценарий очень высока. Вспомни фильмы о Махане. Отчасти к разоблачению Гераники и запуску новой игровой фракции привели именно его классовые особенности.

Я побарабанила пальцами по каменной кладке, размышляя стоит ли открывать Легиону все карты и рассказывать о квесте на восстановление портальной сети.

— Опять же именно ты инициировала цепочку с тарантулами, — продолжала не заметившая моего замешательства Ксения. — И это не считая твоего уникального доступа к заданиям в Серых Землях. Большинство из них по тому же странному стечению обстоятельств ведёт опять же в Свободные земли. С большой вероятностью через тебя продавливают какую-то обнову для Свободных земель чтобы привлечь сюда больше игроков.

Я хмыкнула и с интересом уставилась в глаза чернокнижнице.

— Это объясняет чего вы со мной так носитесь. Но что, если вы ошибаетесь и все усилия напрасны? Я просто пару раз удачно попала в редкие сценарии и на этом всё? Нет никакого крупного обновления и моей в нём центральной роли?

Ксюша лишь улыбнулась и беспечно пожала плечами.

— Тогда мы потратим немного времени и ресурсов просто чтобы потом не кусать локти осознавая, что упустили нечто крупное и прибыльное. В жизни вообще гарантированы только смерть и налоги.

— И к чему ты всё это рассказываешь?

— К тому, что как только появится хоть намёк на что-то интересное, сразу зови меня. Ты, конечно, можешь устроить торги среди лидирующих кланов Малабара и Картоса, предлагать участие Легендам Барлионы, Фениксам, Лазурным драконам, Наследникам титанов и остальным, но тогда твоя жизнь серьёзно осложнится.

Поймав мой ошарашенный взгляд Ксюша рассмеялась.

— Нет, наказывать тебя, мстить и заниматься прочим детским садом мы не собираемся. Но как только значимые игроки поймут что в данный момент на тебе завязано что-то крупное, они начнут настоящую охоту. Сперва будут вербовать, предлагая хитрые соглашения со вторым и третьим дном, желая поиметь тебя и перенаправить все цепочки на своих игроков. А если ты примкнёшь к их соперникам, станут убивать едва возродишься до тех пор, пока на защиту не явятся Вестники. Или кто тут за них в Свободных Землях?

Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, а затем махнула рукой и продолжила.

— Плевать. Суть в том, что каждый пытается затормозить конкурентов, выбивая центральные фигуры в значимых квестовых цепочках. Существуют целые кланы охотников за знаменитостями. Опять же, к известным на весь мир игрокам липнут мошенники. Если я верно понимаю твои цели по жизни, тебе куда выгодней быть незаметным для большинства игроком, прячась в тени Легиона, чем выпячивать себя, как тот же Махан. Множество врагов породит множество проблем, в том числе и лишние сложности с концертами.

Я только хмыкнула, переваривая услышанное. На первый взгляд Ксюша была права, но не стоит забывать, что она действует в интересах своего клана.

— А вы, значит, не пытаетесь меня поиметь и всё отобрать? — прямо спросила я, с интересом наблюдая за выражением лица чернокнижницы.

— А нам куда выгодней тебя поддержать и всё интересное у тебя купить, — ответила та прямым взглядом. — Будь ты профессиональным игроком, нацеленным на заработок в Барлионе, разговор был бы иной. Но твоя цель — развитие группы, а значит у тебя всё равно нет ни времени, ни желания тратить недели и месяцы на сложные долгие и перспективные цепочки в надежде на крупный куш. Тебе куда выгодней продать нам по разумной цене все найденные редкие задания, а самой сосредоточиться на важном для тебя. В результате мы все в выигрыше. Ты получаешь поддержку и покровительство, а мы — источник уникальных заданий и игровых событий.

— Звучит красиво, — согласилась я, всё ещё размышляя, рассказывать ли Легиону о новом задании.

— Так мы и поступаем по красоте, — не потерялась Ксюша. — Разве Легион хоть раз нарушил хоть одно данное тебе обещание?

— Не припомню такого, — вынуждена была признать я.

— Такого и не будет! — уверенно припечатала Ксения. — У тебя с кланом, прости уж, совсем разные масштабы и задачи. Те не хочешь, как Махан, основать свой клан, конкурировать с Легионом и прочими. Тебе нужна комфортная среда для развития и творчества, а не выстраивать собственную игровую корпорацию. Это не игра с нулевой суммой, как у кланов. Твоё сотрудничество с Легионом — это чистый «вин-вин».

Я только хмыкнула. Ксюше бы в рекрутёры идти — с таким искренним жаром и уверенностью в собственном клане она говорила. Не характерно для обычно собранной и насмешливой чернокнижницы.

— А ведь ты всерьёз гордишься своим кланом, — внезапно осенило меня. — По-настоящему.

— Да! — с вызовом ответила Ксюша. — И не вижу в этом ничего постыдного. Я много лет с Легионом и ни на минуту об этом не пожалела. Люблю и уважаю разумных профессионалов. Эволетт и костяк клана — профессионалы. Не смотри на рядовую шушеру — это просто мясо для межкланового ПВП. Да и большую часть балласта уже выгнали на этапе переезда в Картос. Теперь мы, что называется, «пылесосим» всю Тёмную империю на предмет толковых и перспективных кадров. Ты как раз из таких, пусть формально и не планируешь вступать в Легион. Мы ясно осознаём, что если сегодня не дать лучшие условия игроку с потенциалом, уже завтра он будет делать сильней твоего конкурента.

— Мне даже лестно, — со смехом призналась я.

— Своими достижениями надо гордиться и здраво оценивать себя, — очень серьёзно сказала Ксения. — Не только слабые стороны, но и сильные. Ложная скромность — это такое же нездоровое дерьмо, как и излишняя самоуверенность. Сделала дело хорошо — дай себе минутку искренне погордиться достигнутым. Обосралась — признай это, вытрись и иди исправлять, не пытаясь оправдаться или свалить вину на других.

Я только хмыкнула, пообещав себе пересказать эту часть разговора Вите. Поможет лучше понять даму сердца.

Собственно, этот простой и честный подход мне нравился. Сама того не подозревая, Ксюша развеяла последние сомнения в моей душе.

— Золотые слова, — с улыбкой согласилась я. — Ты вообще сегодня бьёшь точно в цель.

Ксюша недоуменно моргнула и непонимающе уставилась на меня.

— Насчёт большого обновления я не уверена, но с транспортной доступностью Свободных земель разрабы работают. Я получила новое задание по которому в городе будет работать некая портальная сеть.

Не дожидаясь закономерных вопросов я открыла Ксении условия задания, полученного от мэра Тени.

— Это очень важные новости, — едва ознакомившись с текстом сказала та. — Если ты не против, я ненадолго выйду и переговорю с Эволеттом и аналитиками.

— Погоди, — остановила я её, — заодно передай моё предложение. Если вы правы, и вместе с портальной сетью запустится какой-то крутой сценарий, сюда набегут другие кланы и руины быстро зачистят слаженными рейдами. Все отвоёванные здания и кварталы, особенно самые удобно расположенные, быстро восстановят и займут. Если вы хотите выбрать и отвоевать себе самые лакомые кусочки — стоит сделать это до того, как все узнают о порталах. Я могу достать столько хитина, что хватит огородить пару отвоёванных кварталов, но взамен хочу выбрать любое здание для себя, а вы его восстановите в приоритетном порядке. И, понятное дело, я делюсь с вами всеми возможными квестами с этой цепочки.

— Передам, — пообещала Ксюша и вышла из игры.

Я же задумчиво разглядывала городские руины, гадая был ли в городе когда-то театр или концертный зал.

Ксюша вернулась минут через двадцать с блестящими от возбуждения глазами.

— Мы в деле! Соглашение тебе скинут в течение пары часов, но условие — ты призываешь душу портальщика после согласования с нашими. Им нужно время мобилизовать ремесленников и выделить рейд для зачистки руин.

— Ну и мне нужно время получить хитин для защитных пилонов, — я украдкой выдохнула.

Всё же шанс оторвать постоянную и просторную репетиционную базу бесценен.

— Маякни как появится понимание сроков, — попросила чернокнижница и поднялась на ноги. — Пойдём, я уже вижу могучую фигуру Вити у площади.

Рядом с красным орком Зверя вышагивал тощий дроу Чарского и могучий таурен Гарика. Когда мы добрались до ребят, те с интересом разглядывали подпрыгивающего и кривляющегося игрока с бубном в руке. Рогатая шапка придавала ему особенно нелепый вид.

— Пф, — презрительно скривилась Ксюша. — Прямо поветрие какое-то. После недавних фильмов о последнем обновлении Барлионы куча долбоклюев решили, что сейчас они тоже нагнут игру. Достаточно создать шамана и начать петь эту задолбавшую уже всех песенку.

— У шамана три руки, — разрывался болезный косплеер Махана. — И крыло из-за плеча!

— Можно хлопать и дрочить, инфернально хохоча! — громкий и поразительно пафосный бас Витька перекрыл слова шамана, вызвав всеобщий хохот.

Сам Зверь тоже остался крайне доволен своим выступлением ровно до тех пор, пока не заметил Ксюшу. В один миг его взгляд стал потерянным от осознания того, в каком неприглядном виде он предстал перед дамой сердца. И лишь спустя пару секунд Витёк осознал, что Ксюша оглушительно хохочет вместе с остальными.

Игроки у входа в подземелье с надеждой пялились на сияние портала, но едва осознав, что пожаловала полная группа, потеряли к нам всякий интерес.

— Стоим за мной, — на ходу инструктировала Ксюша, — вперёд не суёмся. Атакуем ту же цель, что и Глыба. Жрец, воскрешать уже умеешь?

— Ага, — коротко ответил Гарик, поудобней перехватывая посох.

— Если кто упадёт — ресай, — продолжила чернокнижница, шагая по подъёмному мосту. — Приоритет — Кира, в идеале она должна жить на всём протяжении данжа. Глыбу лечить не пытайся — мертвяков божественные касты не хилят. Остальные…

Что «остальные» мы так и не узнали. Стоило пересечь мерцающую пелену подземелья, Ксюша замерла, ошарашенно оглядываясь. Рядом с ней озадаченно вертел головой Витёк, очевидно силясь узреть отсутствующих Гарика и Юру. Я же обалдело осматривалась, не узнавая подземелье.

Внутренний двор крепости не был завален обломками камней и стен, сторожевые башни стояли на своих местах и выглядели неповреждёнными. На них трепетали знамёна — золотое солнце на зелёном поле.

Мост, по которому мы только что прошли, оказался поднят, закрывая вход. А рядом стояли стражники. Совершенно живые на вид, а не призраки, как прежде.

На нас они не обращали никакого внимания. А когда один из неписей попросту прошёл сквозь Ксюшу, словно через голограмму, она обалдело выругалась.

— Что за?.. — выразила чернокнижница всеобщее замешательство.

Над её головой тут же появилась пиктограмма камеры.

«Кирюх, что за нафиг?» — тут же написал Юрка в групповой чат. — «Мы с Гариком в данже без вас. Куда вы делись?»

— А нам точно к нужному подземелью портал повесили? — на всякий случай уточнил Витёк, помахав рукой перед лицом одного из стражников.

Тот ожидаемо не отреагировал.

— В тот, — уверенно ответила Ксюша, вертя головой как заправский оператор. — Похоже мы в какой-то новой фазе из-за квеста.

Висевшая у меня на плече лютня вдруг зазвучала, словно кто-то провёл пальцами по струнам. Удивлённо моргнув, я оглянулась, но никого не увидела. Хмыкнув, перекинула лютню вперёд, взялась поудобней и начала наигрывать мелодию, призывая душу инструмента.

Из воздуха соткалась призрачная фигура высокой стройной девушки с очень печальным взглядом. Длинные, голубоватого оттенка волосы ниспадали почти до талии, а тёмно-синее платье в пол было расшито тончайшими узорами. Она напоминала чуть припылённую, выцветшую от времени прекрасную картину, что внезапно ожила и заговорила.

— Я… жива? — дрожащим от подступающих слёз голосом спросила она. — Но как?.. Почему?..

«Походу, особая квестовая фаза открылась только для тех, кто выполнял задание по ремонту лютни», — поделилась своими выводами Ксюша в групповом чате. — «Подождите пока у входа, может чуть позже нам позволят объединиться».

«Принял», — отозвался Гарик и умолк.

Глядя в печальные глаза души лютни я позабыла заготовленные фразы и аргументы — таким живым и уязвимым выглядел непись. Повезло мастеру Фабрицио, что он не способен самостоятельно призывать души инструментов — влюбился бы в такую без памяти.

Да и судя по лицу Вити, игровая красавица тронула и его сердце. Не будь тут Ксюши, я уверена, друг не удержался бы от комментариев, но сейчас он мудро помалкивал.

— Мы с Эйдом, душой моего инструмента, отыскали тебя в камине.

Я продемонстрировала синтегитару, своеобразно представляя ту лютне. Возможно вид собрата немного успокоит бедняжку.

— Ты была обожжена, но Эйд уверил, что тебя ещё можно спасти, — продолжала я пересказ последних событий. — Мы отыскали мастера, способного тебя восстановить, и вернулись сюда. Прости, я не умею призывать две души сразу, так что поговорить с Эйдом напрямую не получится.

Если бы Витёк был бардом, а не берсерком, и открыл способность призыва души, можно было бы уговорить Эйда недолго побыть в чужих руках, но этот путь закрыт. Даже будь тут Юрка, вряд ли бы что-то получилось. Я как-то пыталась передать ему лютню, но у него в описании предмета даже не было строчки «возможен призыв души инструмента». Видимо, эта характеристика видна лишь тем, кто успел изучить призыв. А может для этого требовалось ещё и принять участие в задании по её восстановлению.

Пока я предавалась грустным размышлениям, душа лютни растерянно оглядывалась, словно не могла поверить глазам. Затем она подошла и мягко положила руку мне на плечо.

— В благодарность за спасение я обучу тебя, бард, — всё с той же печалью во взгляде произнесла девушка.

На этот раз мы отчётливо слышали звуки боя и полные ярости крики, доносившиеся из коридора. Похоже, захватчики сломили оборону и теперь безжалостно добивали выживших.

В зал, тяжело дыша, медленно вошла уже знакомая жрица с трудом таща безвольно обвисшего менестреля. Некогда белые одеяния были так густо залиты кровью, что липли к телу. Губы под серебряной полумаской шептали молитвы, останавливая кровотечения из многочисленных ран на теле барда. Кровавая дорожка, тянувшаяся за юношей, стремительно редела, но в сознание тот не приходил.

— Зачем она его тащит? — тихо пробормотал Витя, оглядывая зал.

Я разделяла его недоумение. Это был тупик, а единственный выход уже заблокировал противник.

Но, несмотря на очевидную бесполезность усилий, жрица продолжала упрямо тащить менестреля к одной ей известной цели. На миг меня объяло ужасное предчувствие. Показалось, что сейчас обезумевшая жрица уложит умирающего барда в огонь рядом с лютней, но здравый рассудок напомнил главный спойлер ролика: менестрель должен выжить.

Но как?

Ответ нашёлся скоро.

Добравшись до того самого камина, где медленно и неохотно тлела обгоревшая лютня, жрица протянула руку и часть казавшейся цельной каменной конструкции с очагом тяжело отъехала в сторону, освобождая узкий проход. В нём и исчезла девушка, упрямо не желавшая отпускать так и не пришедшего в сознание менестреля.

Камни за её спиной вновь пришли в движение и сомкнулись, оставив нашим взглядам лишь рдеющие угли да повреждённый пламенем корпус лютни.

Звуки боя оборвались, словно опустился незримый занавес. Тишина легла тяжёлым саваном, отрезая нас от битвы далёкого прошлого.

— Кто она? — негромко спросила я у лютни.

Та ответила, не отрывая взгляда то ли от своего горящего тела, то ли от потайного хода, куда унесли менестреля.

— Велисса, сестра моего хозяина. Жрица милосердной Элуны.

Я кивнула, принимая информацию к сведению, и задала следующий, куда более важный вопрос:

— Ты уверена, что твой хозяин выжил в тот день, а не погиб лишь несколькими часами позже. Почему?

Ашера печально улыбнулась чему–то.

— Спустя века сюда явился странник, похожий на вас, — она мягко кивнула в нашу с Эйдом сторону. — Он призвал душу Эрмира, и тот явился, выглядя уже зрелым мужчиной.

Мы с Эйдом разом вскинулись и подобрались. Странником, похожим на нас, мог быть только Кипрей. Наконец мы напали на его след!

— Можешь показать нам тот день? — нетерпеливо подавшись вперёд едва не выкрикнул Эйд.

Если лютню и удивила такая горячность, вида она не подала. Лишь молча кивнула и мир снова изменился.

Теперь зал был таким, каким мы увидели видели его впервые. Безжизненные пыльные руины, населённые лишь призраками.

Меж ними, не таясь, шагали трое. Агры, с которыми нам приходилось сражаться при первом посещении подземелья, даже не пытались атаковать путников. Сперва я подумала, что призраки вовсе не замечают вторжения, но вскоре изменила мнение. Души погибших в битве далёкого прошлого провожали чужаков ленивыми и сонными взглядами.

Первым, нервозно поглядывая на призраков, шёл высокий путник в привычной для местных куфии, защищавшей нос и рот от вездесущих песка и пыли. Характерные зелёные миндалевидные глаза и изящное телосложение выдавали в нём представителя эльфийской расы.

Похоже, ушастые давно и весьма активно интересуются этим регионом.

Вторым спокойной и уверенной походкой шагал сильвари, при виде которого Эйд порывисто подался вперёд.

Перед нами предстал Десятый собственной персоной. Типичная для сильвари, но странная для окружающих одежда, лёгкий «растительный» доспех из тех, что я видела на Древе, походная сумка и необычного вида футляр для инструмента за спиной — всё покрыто песком и пылью.

Вид у Кипрея был чуть утомлённый, но совершенно счастливый. Он с живым интересом в глазах разглядывал руины крепости и живущих в ней призраков.

За ним следовала изящная и хрупкая даже на вид призрачная сильвари. Длинное, в пол, растительное платье не скрывало красоту и грацию спутницы Кипрея. Длинные, ниже талии, красные тонкие метёлки волос неуловимо напоминали дреды.

— Кто это? — тихо спросила я у взволнованного Эйда.

— Амаранта, — ответил тот с неожиданной нежностью. — Душа кифары и моя старая подруга.

Что-то в его взгляде заставило задуматься: а могут ли влюбляться души инструментов? Но игровой сценарий не ждал, так что праздные мысли пришлось отложить до лучших времён.

— Ради чего вы стремились попасть в эти руины, господин? — спросил эльф, недоумённо разглядывая безжизненный разрушенный зал. — Тут никто не живёт уже многие сотни лет.

— Ты не прав, мой верный проводник, — покачал головой Кипрей, неспешно шагая среди пыли и обломков. — Тут живёт память о том, кого я хочу призвать в мир живых. Здесь некогда началась его история, о которой я намерен узнать как можно больше.

Проводник безразлично пожал плечами и присел на груду камней, давая отдых ногам. Его, похоже, мало интересовало сокрытое веками и пылью прошлое.

Кипрей же долго бродил по залу, то и дело приседая и разглядывая сохранившиеся обломки. Отыскал он и сгоревшую лютню, но, в отличие от меня, не стал доставать её из очага.

Вместо этого он бережно вытащил из футляра кифару, поднял взгляд на Амаранту и коротко произнёс:

— Я готов попытаться. Помоги мне.

Душа кифары кивнула, а сам инструмент в руках Десятого породил нежную и печальную мелодию. Уверенный и сильный голос Кипрея разнёсся по залу, заполняя его без остатка.

Последняя чаша — прощанье — вино золотое,

В молчаньи по кругу серебряный кубок идет.

Никто не вернется из этого боя,

Последнюю песню сегодня певец допоет.

Лютня сгорает в огне.

Взгляд Ашеры переполняли разом нежность и тоска. Она, не отрываясь, глядела на барда и его кифару, совместно творящих прекрасное волшебство.

Окончился пир, и допета последняя песня.

Железные струны в последний раз гладит ладонь.

«Пора» — на пороге застыл в ожидании вестник,

И бережно лютню певец опускает в огонь.

Лютня сгорает в огне…

С каждым новым аккордом воздух рядом с Кипреем словно сгущался, подёргивался маревом сквозь которое показался знакомый пейзаж Серых Земель. Едва портал окончательно сформировался, как откуда в Барлиону без колебаний шагнула призрачная фигура человека.

В высоком темноволосом мужчине с жёстким волевым лицом едва ли можно было узнать того юношу, что совсем недавно пел в этом самом зале. Он повзрослел и заматерел, огрубевшее лицо пересекал тонкий шрам.

Наблюдавший за происходящим эльф-проводник вздрогнул и едва слышно пробормотал:

— Никогда не привыкну к этому…

Кипрей же опустил кифару и успокаивающим голосом обратился к призраку:

— Прости, что потревожил тебя. Окажусь ли я прав предположив, что когда-то тебя звали Эрмиром и ты был бардом-правителем, история которого сохранилась до наших дней?

Призрак не выглядел потрясённым возвращением в мир живых. Он задумчиво огляделся, очевидно пытаясь понять где и «когда» находится. Это наводило на мысль, что Кипрей не ошибся с призывом. Если это тот самый бард, то он и сам не раз проделывал подобное с другими.

Насмотревшись на развалины, призрак уселся на вывороченный из стены камень и уставился на Десятого. Душа лютни, незримая ни для бывшего хозяина, ни для Кипрея, присела рядом и с грустной улыбкой прижалась щекой к плечу мужчины. Тот не отреагировал на прикосновение, оставаясь лишь воспоминанием.

— Да, когда-то я носил имя Эрмир, — ответил мёртвый бард. — Сколько же времени прошло с моей смерти? Каким я сохранился в памяти потомков? И как называется народ, которому ты принадлежишь, странный чужак?

Призрак разглядывал сильвари с нескрываемым любопытством, особенно долго задерживая взгляд на экзотической одежде и лёгкой растительной броне барда. Интерес можно было понять — вряд ли Эрмиру когда-либо доводилось видеть подобное.

Кипрей же спокойно улыбнулся и без церемоний устроился на пыльном полу напротив призрака. Рядом с ним грациозно опустилась Амаранта, поджав под себя ноги. А вот молчаливый эльф встал так, чтобы контролировать вход в зал, но время от времени всё же бросал любопытные взгляды через плечо.

— Мой народ, сильвари, не покидает родного леса, — признался Десятый, скромно умолчав, что является одним из правителей упомянутого народа. — Лишь я, ведомый призванием, не могу пустить корни и вечно странствую по миру в поисках историй и новых знаний. Наверное, потому меня так поразили легенды о барде, что посвятил себя не странствиям и творчеству, а правлению.

При этих словах губы призрака изогнулись в печальной усмешке, но он ничего не произнёс, внимательно слушая собеседника.

— Ты жил настолько давно, что из памяти людей стёрлось название этого королевства и целой империи, возникшей позже. Мало кто сохранил воспоминания об эпохе жестокой тирании Правителей-тарантулов, о причинах их поражения, о воцарившемся после хаосе. Из тех осколков прошлого, что удалось добыть, я воссоздал лишь историю начала твоего пути.

Призрак по-прежнему молчал, глядя на Десятого с болезненным интересом. Наверное непросто временно вернуться в мир живых и слышать о том, что бесконечно важные для тебя события и целую эпоху люди попросту забыли.

— Эту крепость атаковал враг, и она пала под его неудержимым натиском, — продолжал Кипрей, с сочувствием глядя на призванного героя прошлого. — Практически все защитники погибли, но среди выживших оказался бард, что не сумел смириться ни с поражением, ни с гибелью соратников. Он каким-то образом призвал души друзей из Серых Земель и возглавил армию, что пошла в атаку на врага. При виде армии мёртвых объятый ужасом противник дрогнул и побежал. Вместе вы сумели освободить свою землю и ты, бок о бок с павшими друзьями, восстановил разрушенное и защитил народ от новых вторжений. Со временем эти земли, как и многие другие, оказались под пятой Императора Смерти, но я так и не сумел понять, разделяли вас годы, или века. А может вы жили в одно время и ты пал именно от его руки.

Выслушав Десятого Эрмир горько усмехнулся.

— Не думал, что в веках от воспоминаний обо мне осталось столь мало…

— Так расскажи мне больше и память о тебе, твоих соратниках и ваших свершениях будет жить ещё сотни лет! — Кипрей широким жестом объял руины крепости, словно предлагая увековечить и её.

Эрмир оценивающе оглядел Десятого, словно размышляя, способен ли тот исполнить обещанное. Остался ли он доволен увиденным я так и не сумела понять.

— Зачем это тебе? — без обиняков спросил Кипрея призрак.

Того, кажется, ничуть не удивил этот вопрос.

— Ты и сам бард, а потому должен не хуже меня понимать, как важно хранить память о прошлом.

На губах Эрмира появилась улыбка. Мне показалась, что в ней была лёгкая насмешка над наивными словами Десятого.

— Кроме того, — продолжал тот, — я хочу узнать как ты сумел призвать павших друзей из Серых Земель. Как тебе хватило сил чтобы питать сразу сотни душ в Барлионе.

— Выходит, ты ищешь могущество, а не память? — улыбка Эрмира исказилась, стала кривой и циничной.

— Разве одно противоречит другому? — искренне удивился Кипрей. — Могущество даёт возможность странствовать по опасным местам и находить истории, что не доступны прочим. А затем сохранять их для потомков. В могуществе как таковом нет ничего плохого. Дурными могут быть пути, что разумные выбирают для его достижения.

— Достойный ответ, — оценил Эрмир и поднялся со своего места. — Пойдём, я покажу тебе нечто, когда-то даровавшее мне могущество.

Призрак древнего барда подошёл к камину и ненадолго задержался, с затаённой тоской глядя на обгоревший корпус лютни среди углей и золы. Тряхнув головой Эрмир поднял ставший жёстким и колючим взгляд, осмотрел стену и уверенно надавил на один из кирпичей.

С надсадным скрежетом очаг с пыльными углями отъехал в сторону, открыв затянутый паутиной узкий каменный коридор. Едва Десятый, Амаранта, Эрмир и оставшийся безымянным эльф-проводник скрылись в нём, воспоминание померкло и мы вновь оказались в разрушенной временем крепости.

+10 параметра характеристики Знания Барда. Итого 29.

Узнайте куда Кипрей отправился в сопровождении души Эрмира.

В главе использован фрагмент песни «Последний пир» барда Тэм Гринхилл (Наталия Игоревна Новикова). Ознакомиться с творчеством Тэм вы можете, к примеру, на яндекс-музыке https://music.yandex.ru/artist/12565485

— Это всё, что я видела, — с грустью призналась Ашера, прикипев взглядом к тому месту, где в последний раз видела дух своего прежнего хозяина.

Вид у неё был несчастный.

— Разве они не вышли оттуда позже? — удивлённо спросила я.

Душа лютни лишь отрицательно покачала головой, не отрывая взгляда от каменной стены, что разделила её с хозяином.

— Кипрей со спутниками мог уйти оттуда порталом, — прагматично заметил Эйд, внимательно оглядывая стену с потайным ходом. — Но нам совершенно точно необходимо проследовать за Кипреем и выяснить куда именно он направился. Возможно там мы найдём какие-нибудь подсказки.

Ксюша и Витя благоразумно молчали, не вмешиваясь в мой классовый сценарий, за что я была им искренне благодарна.

— Так мы и поступим через пару минут, — пообещала я Эйду и подошла к Ашере.

Заглянув в её полные тоски глаза, я спросила душу старой лютни:

— Скажи, чего ты хочешь? Остаться здесь, предаваясь печальным воспоминаниям? Попытаться узнать что стало с твоим хозяином после вашего расставания? Оставить прошлое прошлому и отправиться в странствие со мной, или другим бардом? А может тебе и вовсе стала тягостна жизнь?

Брови невозмутимой до того Ксении поползли вверх и она быстро зашевелила пальцами. Парой секунд позже в групповом чате появилось сообщение от неё.

«Кир, ты чего? Это ж уникальная шмотка с охренительными статами, да ещё и на мелкий левел. Её можно загнать на аукционе за хорошие деньги!»

Витя промолчал, но всем своим видом демонстрировал солидарность с дамой сердца.

Умом я понимала их правоту, но опыт общения с Эйдом подсказывал, что столь непростые инструменты имеют собственную волю и характер. И к их желаниям следует прислушиваться, даже если они идут вразрез с моими игровыми интересами. Да и, положа руку на сердце, мне было жаль эту душу. Жизнь, полная тоски и боли, иногда может казаться приговором, а не даром богов.

Кажется, мой вопрос поставил Ашеру в тупик. Она перевела на меня влажный от подступающих слёз взгляд и какое-то время растерянно смотрела, осознавая смысл сказанного.

Наконец она горько усмехнулась и тихо призналась:

— Я бы хотела узнать как сложилась судьба моего хозяина. Как он жил…

В воздухе буквально повисло непроизнесённое «без меня».

— … и как умер, — завершила лютня. — А после… Не знаю. Не могу думать о будущем, пока меня крепко держит в неласковых объятиях прошлое.

Она помедлила, словно не смела произнести следующие слова.

— Если бы я могла встретиться с душой моего господина и поговорить…

Видение завершилось, возвращая меня в Барлиону. Судя по ошарашенным лицам Вити и Ксюши, те видели то же, что и я.

— Лори, тебе выдали какое-то новое умение? — тряхнув головой, словно желая сбросить с себя наваждение, спросила Ксюша.

Её интерес был понятен: если мне обломилось что-то подобное массовому призыву, устроенному Эрмиром, Легион захочет узнать каждую деталь.

— Увы, нет, — с искренним сожалением вздохнула я. — И, самое главное, мы всё ещё не знаем что же случилось с Кипреем.

— Где-то тут должна быть зацепка, или ещё один сюжетный активатор, — уверенно заявила Ксения, оглядываясь.

Увы, в поле зрения больше не было ничего примечательного. Для проформы все поочерёдно коснулись хитина, но дальнейший сценарий запустить так и не смогли.

Мысли вновь вернулись к дневнику Кипрея. Похоже, цепочка сгоревшей лютни рассказывает нам лишь о судьбе её хозяина, а не о Десятом. Что ж, похоже придётся умереть и прочесть следующую запись в дневнике.

Хотя…

Мой взгляд остановился на Эйде. Это ведь он — ключевой персонаж в поисках Кипрея, с его появлением фактически и началась эта цепочка. И лишь он, да душа лютни не касались хитина.

— Эйд, — вкрадчиво позвала я спутника, — а попробуй ты положить руку на хитин. Попробуй… ну хоть подумать о хозяине, позвать его, потянуться…

Взгляд у души моего инструмента сделался скептическим, но он всё же шагнул от входа и положил ладонь поверх древнего хитина.

К моему восторгу мир вновь подёрнулся пеленой и переменился.

Десятый в компании проводника и Амаранты вслед за Эрмиром вошли в мастерскую на вершине башни. Та выглядела давно покинутой, но не разграбленной. Почти все устройства и предметы из видения об Эрмире и Велиссе оказались на своих местах под слоями пыли и паутины. Разбитый витраж никто не починил, как и расколотый алтарь.

Казалось, что брат и сестра вместе с армией призраков ушли отсюда навсегда.

— Получилось! — прошептал Эйд, не отрывая взгляда от хозяина, но не делая попыток прикоснуться к нему.

Как всегда в подобных экскурсах в игровое прошлое, мы были лишь зрителями, не способными повлиять на происходящее.

Призрак древнего барда медленно подошёл к хитину в оправе и зачарованно коснулся его кончиками пальцев.

— Раньше я не представлял сколь притягательно он выглядит для душ павших, — признался Эрмир и с явным трудом отнял руку от источника силы.

— Что это? — с любопытством спросил Кипрей, разглядывая диковинный предмет.

Амаранта тоже посматривала на хитин с интересом, но без жадности. Душа инструмента чувствовала сокрытую в нём силу, но не нуждалась в ней.

— Останки одного из Правителей-Тарантулов, в которых заключена сила поглощённых когда-то душ, — без колебаний признался Эрмир. — Моя сестра лелеяла мечту освободить их из вечного плена, а я по мере сил помогал ей на этом пути. Мы продвинулись в понимании этой ловушки, но так и не смогли подарить им свободу.

Тонкие пальцы Амаранты осторожно коснулись гладкой поверхности хитина. Душа кифары прикрыла глаза, словно пыталась услышать голоса пленённых душ.

А вот молчаливого проводника Десятого, похоже, больше интересовало содержимое столов и ящиков. Он ничего не касался и, тем более, не пытался взять, но рассматривал так, будто уже оценивал стоимость древних артефактов. Можно было ставить медяк против золотого, что именно его стараниями эта мастерская в итоге и опустела.

— Успеха мы не добились, — продолжал тем временем Эрмир, — но полученные знания помогли нам открыть врата в Серые Земли и воззвать к павшим товарищам. И этой же силой я питал войско, что затем повёл в бой против захватчиков.

— Поразительно… — прошептал Кипрей, по-новому глядя на хитин тарантула. — И силы, заключённой лишь в одном фрагменте, достаточно чтобы питать целую армию, а теперь и призраков этой крепости?

— Нет, — покачал головой Эрмир. — В то время хватало останков древних тиранов и у нас было много материала для исследований. Этот фрагмент мы с сестрой оставили тут, чтобы наши друзья могли остаться вечными стражами на границе родной земли.

— Жестокая судьба, — поражённо уставился на призрака Кипрей. — На такое обрекают не всякого врага.

— Такова была их воля, — тяжело вздохнул Эрмир и поднял на Десятого умоляющий взгляд. — И я прошу тебя оставить всё как есть.

Помедлив, Десятый нехотя кивнул.

— Позже я вернусь сюда и попробую переговорить с ними. Если они после стольких веков остались тверды в своём намерении, так тому и быть. Но если души устали быть вечными стражами крепости — я отправлю их в Серые Земли.

Эйд бросил на меня задумчивый взгляд.

— Как думаешь, души защитников не пожелали уходить, или Кипрей так и не вернулся сюда?

Я лишь пожала плечами. Ответа на этот вопрос у меня не было.

— Благодарю, — поклонился Десятому Эрмир. — Это всё, ради чего ты вернул меня в Барлиону? Прошу, не прогоняй меня так скоро, я бы хотел хоть пару часов насладиться красками жизни перед возвращением в Серые Земли.

Услышав это предположение Амаранта тихонько рассмеялась, а Кипрей лишь покачал головой.

— Не для того я проделал такой путь, чтобы прогнать столь особенного собеседника едва начав разговор.

Он уселся прямо в оконном проёме, давно лишённом витража, ничуть не боясь упасть. Неспешно оглядел заваленный обломками двор крепости и вновь перевёл взгляд на Эрмира.

— Предположу, что вы с сестрой продолжили изыскания о Серых Землях и природе ловушки, в которую Тарантулы заключали души своих жертв. Я бы хотел обрести эти знания и готов отплатить за них. Назови свою цену, Эрмир.

Тот вперился в Десятого подозрительным взглядом, будто ожидал какой-то подвох.

— Сперва скажи для чего тебе эти знания, бард. Я вижу, ты и без меня способен призывать души из Серых Земель. К чему тебе те жалкие крохи, что мы с Велиссой сумели постичь?

Кипрей вновь перевёл взгляд на крепостной двор, несущий в себе следы жестокой битвы.

— Я давно мечтаю постичь природу душ, тонкости взаимодействия с ними, их рождения и гибели, — негромко произнёс он. — Разумом я понимаю всю правильность круговорота жизни и смерти, но в сердце лелею несбыточную мечту когда-нибудь одолеть смерть. Я видел как горечь разлуки с любимыми ожесточала сердца, как жажда мести выжигала души дотла, как обезумевшие от потерь выжившие творили ужасное.

Изящная рука Амаранты опустила на плечо Десятого в молчаливом жесте поддержки. А я задумалась, горевал ли он сейчас о Шестой и избранном ею пути мщения.

Прикрытое куфией лицо эльфа-проводника осталось нечитаемым, но казалось, тот внимательно слушал странную беседу.

— Мне знакомы и твоя боль, и твоя мечта, — признался Эрмир по-новому глядя на Кипрея. — Но я не достиг больших успехов на этом пути.

Старейший из бардов сильвари лишь беспечно пожал плечами.

— Кто знает, может именно этот крошечный камешек породит лавину. И для прорыва мне не хватает чего-то, известного лишь тебе.

— Боюсь, ты будешь разочарован, — честно предупредил призрак древнего барда. — Но готов поделиться всем, что успел узнать.

— Чем же я смогу отплатить за твою помощь? — без обиняков спросил о цене услуги Кипрей.

— Помимо возможности вновь побывать в Барлионе и узнать, какой она стала после моей гибели? — с лёгкой грустью спросил Эрмир. — Пожалуй, мне нужно то же, что и прочим мертвецам. Успокоение. Я бы хотел узнать о судьбе своих потомков и, особенно, старшего сына, Алтериса. Боюсь, что горе и жажда мести привели его на кровавый и жестокий путь. Тем более, что он продолжил наши с Велиссой исследования хитина Тарантулов и, возможно, достиг больших успехов.

Десятый и Амаранта обменялись многозначительными взглядами.

— Верно ли я понял, что Алтерис унаследовал твой трон, власть над армией душ и понимание работы с заключённой в хитин силой?

Эрмир лишь беспомощно пожал плечами.

— Ты не хуже меня знаешь, что души сами решают за кем идти. Присягнули они Алтерису или нет — мне не ведомо. Что до трона — после моей гибели он должен был перейти к старшему сыну, так что полагаю так и случилось. А работе с хитином тарантулов я обучал его лично. Но почему тебя так заинтересовал Алтерис?

Кипрей помедлил перед ответом.

— Есть у меня предположение, что твой сын оставил яркий след в истории, но судить об этом рано. В любом случае, меня интересуют и его, и твои исследования. Также я был бы счастлив поговорить с Велиссой. Если ты расскажешь о сестре побольше, я попытаюсь призвать и её душу.

Эрмир покачал головой и бросил взгляд на расколотый алтарь.

— Она не желала, чтобы я возвращал её в Барлиону. Запретила писать балладу о ней или упоминать в летописях. Она даже захотела остаться при дворе, предпочитая уединённую жизнь и исследования в своём особняке. Мало кто вообще знал, что у меня была сестра.

— Но почему? — изумилась Амаранта.

— Велисса не желала возвращаться в виде призрака. Не желала увидеть, как стареют и умирают её дети и внуки. Перед смертью она взяла с меня слово, что я не стану её возвращать. Моя сестра давным-давно ушла в Небытие, без колебаний и сожалений.

— Мне жаль это слышать, — признался Кипрей, — но я уважаю её выбор.

Он поднялся с подоконника и в последний раз оглядел заброшенную мастерскую.

— С чего же нам начать поиски вестей о твоих потомках? — спросил Десятый у Эрмира.

— С библиотеки Вирдены! — уверенно ответил призрак. — Там определённо есть все хроники с момента моей гибели и до сего дня!

И лишь глядя на помрачневшее лицо Кипрея он осёкся и сник.

— Ты ведь говорил, что о моём королевстве остались одни воспоминания, да и те обрывочные… Больше нет ни библиотеки, ни хроник…

— Возможно что-то сохранилось, — как мог утешил его Кипрей. — В руинах многочисленных городов хватает уцелевших зданий, среди которых может быть и вирденская библиотека с древними хрониками. Можно попытаться её отыскать. А по дороге ты расскажешь о своей жизни, смерти, и о том, что же могло ожесточить твоего сына. Возможно память о нём сохранилась и мы сумеем призвать и его душу.

Амаранта бросила на хозяина встревоженный взгляд, но тот лишь молча качнул головой, призывая то ли не беспокоиться, то ли не озвучивать своих опасений вслух.

— Стоит попытаться, — чуть ободрился Эрмир.

— Да будет так, — произнёс Кипрей и развернул перед призраком карту. — Сейчас вокруг нас малоисследованные руины павшей империи, но возможно ты сумеешь указать дорогу к городу, в котором была интересующая нас библиотека. Полагаю, речь о столице?

— Именно, — подтвердил Эрмир и растерянно уставился на карту, очевидно не узнавая изменившийся за века мир.

Я жадно подалась вперёд, намереваясь как можно подробней рассмотреть, а затем и срисовать карту Десятого, но меня ждало разочарование. Вместо подробной карты я видела сплошную муть, словно разработчики заблюрили лишнюю для игрока информацию.

Вот же сволочи!

Какое-то время Эрмир потеряно водил пальцем по карте, очевидно пытаясь сопоставить знакомые ориентиры вроде рек и гор, а затем просиял.

— Есть более простой путь! — воскликнул он. — Эта крепость связана со столицей портальной сетью!

— Портальной сетью? — впервые подал голос проводник. — Что это?

Вид у него был одновременно удивлённый и очень заинтересованный.

— Чтобы надёжно защищать границы нашего королевства, — пояснил Эрмир, — мы с Велиссой и несколькими опытными магами создали сеть из трёх порталов, способных перебросить целое войско.

Он присел на пол и начертил в пыли схематичное изображение.

— На востоке и юге нас защищала горная гряда, а крепости у западной, и северной границ мы соединили порталами со столицей. Аиликс — северная вершина этого треугольника. Это позволяло нам приходить на помощь за считанные часы, защищая границы Вирдены достаточно малыми силами. Если порталы уцелели — мы сможем воспользоваться ими и переместиться отсюда прямо к цели.

— Есть лишь один способ проверить! — в нетерпении подался вперёд Кипрей. — Веди нас, павший герой!

Дух барда лишь покачал головой, подошёл к разбитому витражу и указал на завал, который отлично просматривался из окна башни.

— Боюсь, путь к нему преграждают обломки стены. Эта часть двора недоступна от входа в крепость. Быть может, если обойти стены кругом, мы отыщем проходимую брешь…

Я только покачала головой, не разделяя его оптимизма. Ни снаружи подземелья, ни из него самого прохода в крепостной двор не было. Похоже, следующим заданием для игроков в этой цепочке будет разбор завалов.

— Не беда, — по-юношески беспечно улыбнулся Десятый и легко вспрыгнул на подоконник. — Надеюсь, никто не боится высоты?

Проведя пальцами по струнам лиры, он заиграл приятную мелодию и, не колеблясь шагнул в окно. Вокруг ступней Кипрея едва заметно кружились воздушные потоки, замедляя падение. Амаранта без сомнений последовала за хозяином, да и Эрмир промедлил лишь пару секунд. Но с ним всё понятно: терять нечего — он уже покойничек.

Эйд тоже не удивил: без тени сомнений он одним могучим прыжком выпрыгнул в окно вслед за хозяином.

А вот эльф-проводник мешкал до последнего, переводя взгляд с медленно спускавшихся спутников на свои ноги и обратно. Вокруг ступней эльфа тоже кружились ветерки, разгоняя многовековую пыль. Крепко ругнувшись, ушастый сжал кулаки, одним прыжком взлетел на подоконник и, не давая себе ни секунды на сомнения, сразу шагнул вслед за Кипреем.

Я с ужасом глядела на его вполне себе плавный спуск с огромной высоты. И ужас этот был связан с тем, что вокруг моих ног тоже почему-то вились воздушные потоки, прозрачно намекая не отставать.

Честно говоря, в этот момент я всерьёз размышляла, а так ли мне надо досматривать этот ролик до конца. Блин, и почему именно мне, с моим страхом высоты, игра то и дело подкидывает подобные вызовы? Какая-то скрытая терапия, откровенное издевательство или просто собачье везение?

— Это игра, это игра, это игра… — тихо шептала я, забираясь в оконный проём.

Легче не становилось. С каждым мигом, что я смотрела вниз, решимость продолжать сценарий падала. Осознав, что ещё немного и сил сдвинуться с места точно не останется, я зажмурилась и шагнула в разверзшуюся под ногами пустоту.

Осознала, что ору во всю глотку, я секунд через пять. Сразу после того, как поняла, что не падаю, а медленно, будто на эскалаторе, спускаюсь во двор крепости. Ещё пара секунд ушла на то, чтобы взять себя в руки и заткнуться.

К моменту приземления я прокляла всё, что могла, но зато отчётливо видела как Кипрей в компании Амаранты шагает по изломанной каменной мостовой вслед за духом барда. Рядом с ними, незримый, но неотступный, следовал Эйд.

Проводник держал их в поле зрения, но не спешил догонять. Он с интересом обходил крепостной двор, заглядывал в проломы, образовавшие ниши в каменных стенах, выискивая то ли возможную опасность, то ли нечто, представляющее ценность.

Кипрея, Амаранту, Эйда и Эрмира я нагнала с некоторым опозданием. Они уже стояли рядом с выложенным прямо в камне узором, диаметром метров в тридцать. Подойдя, я внимательно рассмотрела то ли мозаику, то ли рисунок. Он напоминал симметричный трёхлистный цветок, пересечённый кругом. Все точки пересечения линий были отмечены круглыми брусками, напоминающими мутное стекло, и лишь один был насыщенно-голубого цвета.

Что-то этот рисунок мне напоминал, но мысль об этом выветрилась, едва я поняла, из чего он создан.

Хитин тарантулов! Я уже начала узнавать этот своеобразный материал, так широко распространённый в Свободных Землях.

— … не думал, что такое кому-то под силу, — услышала я лишь конец фразы, сказанной Эрмиром.

— Выходит, это не та портальная сеть, которую когда-то создавал ты? — уточнил Кипрей, с интересом обходя орнамент, но не преступая его границ.

— Не уверен, — ответил призрак, внимательно оглядывая двор.

Соотнеся что-то в уме он предположил:

— Похоже, что эти три узла, — Эрмир указал на нижнюю узора, — были частью моей портальной сети. Но кто-то расширил её до двенадцати узлов, охватив многие земли и королевства.

Подошедший наконец эльф-проводник бросил взгляд на узор и в ужасе отшатнулся.

— Это метка Артефактора Проклятий! — воскликнул он, судорожно сглотнув.

— Также сохранившегося в памяти, как Император Смерти, — согласно склонил голову Кипрей. — Я знаю.

— Кто это? — удивлённо и одновременно встревоженно взглянул на него Эрмир.

— Некто, завоевавший множество земель и народов с помощью некромантии и артефакторики, — спокойно ответил ему Десятый. — Рискну предположить, что его немалые успехи в некромантии зиждились на той самой силе, что заключена в хитине тарантулов. И, судя по тому, что твоя портальная сеть стала частью чего-то большего, он понимал суть её работы.

Какое-то время Эрмир неверяще смотрел на Кипрея, осмысляя услышанное.

— Ты хочешь сказать, что моё наследие использовали во зло?.. — тихо спросил он. — Потому ты расспрашивал меня о сыне?

Амаранта отвела взгляд, а Кипрей успокаивающе выставил ладони.

— У нас слишком мало сведений для столь смелых догадок. Тебя и Императора Смерти могли разделять века. Не стоит напрасно терзаться дурными мыслями, лучше пойдём по следу истории и узнаем что же произошло на самом деле.

Вид у Эрмира был безрадостный, но он всё же кивнул.

— Ты прав. Что бы ни произошло после моей гибели, всё уже свершилось. Но я до последнего мига буду надеяться, что никто из моих потомков не причастен к злодеяниям.

— Это мог быть кто угодно, — мягкий мелодичный голос Амаранты успокаивал одним своим звучанием. — Один из магов, что помогал вам строить портальную сеть, кто-то из артефакторов, что получил доступ к твоим записям, или работам твоей сестры. А может и вовсе кто-то другой, как и вы взявшийся за изучение останков Тарантулов.

— В любом случае, чтобы получить ответы, мы должны как можно больше узнать о прошлом этих земель и об Императоре Смерти, — заключил Десятый.

Проводник нервно обрисовал в воздухе некий знак, вероятно защитный, и с ужасом в глазах уставился на Кипрея.

— Если вы собираетесь вернуть душу этого чудовища — ищите другого проводника! — севшим от волнения голосом выдвинул ультиматум эльф.

— Не волнуйся, друг мой! — с улыбкой уверил его Десятый. — Если я когда-то решусь вызвать столь опасную сущность, то сделаю это в окружении могущественных и опытных союзников. Сейчас мы лишь следуем за историей, осторожно приоткрывая завесу прошлого.

Кажется, его слова немного успокоили проводника. Во всяком случае тот остался, нервно переступая с ноги на ногу.

— Как бы то ни было, нам следует отыскать библиотеку, да и другие здания в столице Вирдены, — продолжил Кипрей. — Даже если там остались одни руины, мы можем узнать чуть больше о прошлом, об Императоре Смерти и его пути.

Проводник вздрогнул всем телом и снова нарисовал в воздухе защитный знак.

— Но для чего, господин? — подавляя ужас спросил эльф. — Его имя и деяния не просто так затеряны в веках. Он прогневил самих богов и те обрушили на него свою справедливую кару!

— История призвана предостерегать нас от повторения трагедий прошлого, и учить на чужих ошибках, — назидательно произнёс Десятый. — Кем бы ни был Император Смерти, он сумел покорить огромную империю. Не понимая природы его могущества как мы смогли бы противостоять ещё одному тирану, вздумай тот пройти той же дорогой? И что за сила уничтожила столь огромную империю? Что убило саму землю, породив великую пустыню? И не выжидает ли это нечто подходящего случая, готовясь уничтожить и другие цветущие земли? Наши дома?

Эта мысль, кажется, привела проводника в ещё больший ужас.

— А что если мы и станем теми, кто пробудит дремлющее зло? — в его голосе отчётливо слышался суеверный страх.

— Мы будем крайне осторожны в своих действиях, — очень серьёзно ответил ему Кипрей.

— Похоже, на этот раз хозяин не был достаточно осторожен, — с горечью в голосе произнёс Эйд. — И меня не было рядом, чтобы помочь…

— Твоей вины тут нет, — утешила я свою гитару. — Так уж решил сам Кипрей. Возможно это и к лучшему.

Эйд вперился в меня непонимающим взглядом.

— Потому что без тебя я не смогу отыскать Десятого и помочь ему в беде, в которую он угодил, — ободряюще улыбнулась я духу инструмента.

Кажется, мои слова вселили в Эйда толику оптимизма.

— Эрмир, понимаешь ли ты как воспользоваться этой портальной сетью? — тем временем обратился Кипрей к призраку.

Тот задумчиво обошёл хитиновый орнамент, внимательно изучая его.

— На первый взгляд магическая структура не изменилась, только разрослась, — неуверенно проговорил призрак. — В этом случае нужно влить ману в узел, к которому требуется переместиться. Если этот узел не был разрушен в другой части сети — откроется портал. Длительность его существования зависит от влитой силы.

Кипрей кивнул, очевидно придя к тому же выводу. Он без колебаний присел и коснулся одного из хитиновых кругов. Не прошло и минуты, как перед ним открылся мерцающий портал.

— Мы не знаем что ждёт с той стороны, господин, — предостерегающе поднял руку проводник. — Эти земли полны опасностей, призраков и големов. И раз уж сеть отмечена знаком Императора Смерти, ведёт она в недоброе место.

Дух барда согласно склонил голову, не спеша соваться в открывшийся портал. После долгого пребывания в Серых Землях он вряд ли стремился так скоро вернуться туда.

— Разумные слова, — ко всеобщей радости не стал геройствовать Кипрей. — К счастью, у нас есть превосходный разведчик.

И проводник, и Эрмир с одинаковым сомнением уставились на Амаранту, скромно стоявшую за плечом Кипрея. Меньше всего утончённый дух кифары напоминал «превосходного разведчика».

Десятый же, игнорируя скептические взгляды, бережно спрятал кифару в нарядный кофр и поднёс к губам крупный то ли клык, то ли рог, что болтался у него на шее на витом шнурке. Лишь внимательно приглядевшись, я увидела несколько звуковых отверстий в корпусе необычного кулона.

Когда Десятый подул в него, разлился тихий, мягкий и немного глухой звук. Звучание напоминал флейту: ноты короткие, округлые, без резких обертонов. Кажется, что-то такое мы проходили на курсе истории музыкальных инструментов. Подобные штуки в разных частях мира мастерили из глины, но эта, похоже, была костяной.

Тем временем перед Кипреем материализовалась душа инструмента: мелкий гоблин вороватого вида. При виде него Эйд едва заметно поморщился и расстроенно пробормотал:

— И почему хозяин взял с собой эту детскую сопелку, а не меня?

Гоблин и впрямь не отличался высоким уровнем — всего пятьдесят первый.

— Зырк, друг мой, нужно проверить что нас ждёт по ту сторону портала, — попросил Кипрей.

— Хозяина… — тут же заныл гоблин кривляясь и странно приплясывая. — Опять моя идти страшная места? Когда уже хозяина пошлёт меня смотреть приятная что-та? Как сильная красивая зелёная женщина купается речка… Или на кухня, где запаха кусна и еда мно-о-га… Жареные человеки — очень кусна…

Он мечтательно закатил глаза, а из уголка рта потянулась ниточка слюны.

— А может ты отправишься обратно к шаману, который тебя подарил? — насмешливо поинтересовался у Зырка Кипрей.

Лицо гоблина тут же перекосилось от ужаса.

— Не нада шамана! Зырк всё узнать! Зырк всё разведать! Только не шамана!

Словно опасаясь, что Десятый всё же отправит его к неведомому, но крайне неприятному шаману, Зырк быстро нырнул в портал.

— Что будет, если на него нападут? — скорее с интересом, чем с тревогой спросил проводник.

Похоже, он разделял неприязнь Эйда к гоблину.

— В этом случае Зырк просто вернётся в окарину, — улыбнулся Кипрей, покачав в руке костяную «сопелку», — и посидит там некоторое время, копя силы для воплощения.

— Какой… самобытный инструмент, — с профессиональным интересом заметил Эрмир. — Где ты его раздобыл?

— Как-то раз мне довелось наладить контакт с племенем гоблинов-людоедов, — криво усмехнулся Десятый. — Немало этому способствовало то, что моё тело не состоит из мяса. Шаман этого племени когда-то убил Зырка за то, что тот украл у него один ценный предмет. А убив сделал из его кости эту окарину.

Он стянул шнурок через голову и показал Эрмиру экзотический инструмент, позволяя рассмотреть тот со всех сторон.

— Мне было интересно какой дух живёт в окарине и я призвал Зырка. Увидев, что его недруг жив, шаман вознамерился выяснить, можно ли мучить душу, подвергая инструмент пыткам, но я уговорил его продать окарину мне. Зырк оказался толковым разведчиком, хоть и со своими особенностями.

Проводник, с интересом слушавший историю, покосился на душу кифары.

— А с госпожой Амарантов случилось бы иначе, если бы она отправилась в портал и вступила в неравный бой? — уточнил он.

— С Амарантой произошло бы тоже самое, но она успела бы испугаться, — в голосе Кипрея слышались нотки неодобрения. — Она дева нежная и чувствительная. Зачем подвергать её таким испытаниям?

Душа кифары с благодарностью улыбнулась Десятому, а Эрмир посмотрел на него по-новому.

— Отрадно видеть, что кто-то с такой теплотой относится к душам инструментов, — признался он. — Хотелось бы верить, что и мои друзья после моей смерти оказались в хороших руках.

— Возможно, мы сумеем это выяснить, — ободрил его Кипрей.

В этот момент из портала вынырнул едва не приплясывающий от нетерпения гоблин.

— Хозяина, тама бальшая каменная дома, пахожая на здеся. Туды-сюды призраки слоняются, да тыкалки острые лётают. Но с твоя сила не сравнить, ты всех заборешь!

— Стоит ли доверять столь…. сомнительному источнику информации? — недоверчиво спросил проводник.

— Самая умная, ушастая⁈ — тут же возмутился Зырк. — Сама ходи, смотри, рассказывай хозяина! Когда помереть, хозяина сделать из тебя дудка!

Эльф аж задохнулся от возмущения. Но прежде, чем он нашёлся что ответить, Кипрей примирительно поднял руку и мягко произнёс:

— Зырк вернулся, а значит портал исправен и выход из него достаточно безопасен даже для не самого могучего духа.

— Зырк могуч! — тут же возмутился гоблин.

— Я и не отрицаю, что могуч, — рассмеялся Кипрей, — но не самый могучий среди духов. А теперь возвращайся в окарину.

Удовлетворившись этим объяснением гоблин важно кивнул и исчез.

— Ну что ж, пора и нам увидеть что же находится по ту сторону, — произнёс Десятый, вытащив кифару из кофра и пробежав пальцами по её струнам.

Амаранта исчезла, а Кипрея, Эрмира и проводника окружил причудливый магический щит, состоящий из кружащихся в вихре крупных листьев.

Бросив последний взгляд на крепость, Десятый шагнул в портал.

— Рассказывай, что там было, — жадно обступили меня Витёк и Ксюша едва ролик завершился.

Я коротко пересказала им увиденное, внимательно рассматривая крепостной двор из окна. Где-то там должен быть портал, но как туда попасть? Тоже выпрыгнуть под заклинанием левитации?

Технически, мы сейчас находимся в игровом подземелье. С точки зрения механики Барлионы, мы покинем данж, или портал является его частью? Скорее первое: если уж о нём заговорил и мэр Тени, то портал должен быть общедоступен.

— Надо попросить кого-то вне данжа попробовать перелететь через стену в этом месте на маунте, — вслух рассуждала об этом же Ксюша. — Если проблем не будет и он увидит портальный узор — значит это действительно часть задумки администрации для популяризации региона.

— А если узора там не будет? — простодушно спросил Витя.

— Тогда мы и начнём думать об этой загадке, — хмыкнула Ксюша. — Ставлю Сахарка против медяка, что узор там. Но на всякий случай не станем торопиться и выходить из данжа. Подождите пару минут, я позвоню нашим и обрисую ситуацию.

Её игровая кукла застыла недвижимой статуей. Витя, смущённо покосившись на меня, всё же подошёл к отсутствующей Ксюше, аккуратно приобнял её за плечо и, судя по появившемуся на миг значку камеры над головой, сделал селфи.

Как маленький, ей-богу.

Меня же интересовал совсем другой вопрос. Что будет, если я заберу кусок хитина тарантулов? Могу поспорить, именно он питает призраков в этом данже. Возродятся ли они, как обычно, или теперь не смогут и подземелье станет пустым и бесполезным для других игроков? Или только для меня?

А если при стандартном респауне вновь появится и хитин? Это же читерский источник невероятно полезного ресурса…

Как бы то ни было, перед экспериментом требовалось выяснить не потеряю ли я доступ к порталу, в котором скрылся Десятый.

— Так, — вернулась к нам Ксюша, даже не подозревая, что совсем недавно невольно позировала для «семейного» фото. — Ща Ксюпипр прилетит и проверит нашу теорию. Если портала нет — отправимся вслед за Кипреем прямо отсюда. Мне через пару минут пришлют свитки левитации.

— Ждём, — кивнула я, внутренне содрогаясь от мысли о повторном полёте из окну.

— Нет! — неожиданно заявил задумчиво молчавший до того Эйд. — Я не готов ждать!

Все удивлённо уставились на него.

— С твоего позволения, Лорелей, я прямо сейчас отправлюсь в портал вслед за Десятым, — предложил он таким решительным тоном, что не было сомнений — моих запретов дух не послушает. — Падение с высоты мне не страшно, так что я успею разведать что там до твоего прибытия.

— Уверен, что тебе там ничего не грозит? — на всякий случай уточнила я.

— В худшем случае, я вернусь в своё тело и какое-то время буду собираться с силами, — беспечно ответил Эйд.

Спорить с ним было бессмысленно, так что я лишь махнула рукой на прощание.

— Удачи. Расскажешь потом обо всём, что увидел. Если встретишь Кипрея — пусть дождётся нас.

— И будь осторожен! — неожиданно громко попросила обычно тихая Ашера.

— Обязательно! — отсалютовал ей Эйд и лихо выпрыгнул в окно.

Витёк тут же подался следом, жадно наблюдая полёт духа, а я отвернулась, стараясь не представлять себе это падение с высоты.

— У тебя есть с ним какой-то закрытый чат? — тут же деловито уточнила Ксюша.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет. Только ждать, пока встретимся. Так или иначе.

— Жаль… — расстроилась чернокнижница. — Было бы удобно получать разведданные в реальном времени.

— Походу, Эйд вышел из данжа, — сообщил Витя, продолжая пялиться в окно. — Примерно на полпути к брусчатке прошёл сквозь мерцающую пелену и пропал.

Ксюша достала амулет связи и начала инструктировать жреца по поводу пропавшего из нашего поля зрения духа.

— Всё, Ксюпипр в курсе дела и не прибьёт твоего пета с перепугу. Ждём.

Она бесцеремонно уселась на расколотый алтарь и задумчиво побарабанила пальцами по пыльному мрамору.

— Слушай, а имя ушастого проводника так ни разу и не прозвучало во время кат-сцены?

Я разочарованно покачала головой.

— Нет. Но можно поспрашивать о нём в гильдии археологов. Не просто же так тут обосновались преимущественно эльфы. Может как раз он и был основателем всей движухи. Подумайте сами: пока он сопровождал Кипрея и Эрмира, мог увидеть и услышать много важного о прошлом этих земель. О знаниях и сокровищах, что можно тут отыскать. Неплохая мотивация для того, чтобы сорвать с места родню или друзей-авантюристов, а затем организовать тут форпост.

— Вполне вероятно, — согласилась Ксения. — Он ведь узнал о ценности хитина тарантулов, а единственные, кто его используют в Барлионе, это как раз археологи. Эльфы живут очень долго, так что он может быть кем-то из основателей местного филиала гильдии археологов, или приближённый к нему. Но с такими высокоранговыми неписями так просто не встретишься.

Она закусила губу и нахмурила брови, очевидно перебирая доступные варианты.

Я лишь вздохнула.

— Нет особого толка встречаться. Его лица я так и не увидела, так что…

— Погоди! — перебила меня Ксюша, выудила из инвентаря амулет связи и активировала его.

— Короче, Ксюх, тут ваш призрак, и орнамент каменный на месте, — бодро отрапортовал знакомый голос. — Но я не вижу способа пройти туда без летающего маунта. Походу, первым квестом в этой цепочке будет проламывание стены. Свитки левитации я тебе на почту скинул, так что пробуйте выйти из данжа вслед за петом Колючки.

— Сейчас будем! — бодро пообещала Ксюша, после чего спрятала амулет в инвентарь и выудила оттуда переносной почтовый ящик.

А мне поплохело от одной мысли, что опять надо будет куда-то левитировать. Ноги подкосились и я села прямо на пол.

— Лорелей, что с тобой? — встревоженно спросила Ашера.

— Всё нормально, не обращай внимания, — сдавленно просипела я.

Витёк, тут же сообразивший в чём дело, подошёл ко мне и присел рядом.

— Так, Кирка, соберись. Там ничего сложного, я тебя на руках донесу. Хочешь, закрой глаза и представь, что я тебя просто по лестнице вниз отнёс. А об остальном я позабочусь.

Наблюдавшая за нами Ксюша удивлённо приподняла бровь, утратив контекст разговора.

— Кирка высоты боится, — коротко пояснил Витя. — Очень. С детства.

— Так ты ж уже прыгала из башни в воспоминаниях Кипрея, — озадачилась Ксюша, доставая свитки из почтового ящика.

— Угу, — мрачно буркнула я в ответ. — И на этом мой лимит героических поступков на сегодня исчерпан.

— Не ссы, Кирюха, доставлю в лучшем виде! — пообещал Витёк, лихо закидывая меня на плечо, словно мешок картошки.

— Э! — возмутилась я, разглядывая пыльный пол с высоты орочьего роста. — Поставь где росло!

— Да ладно, я пошутил, — заржал Витя и мир снова перевернулся.

Убедившись, что ноги снова меня держат, я подошла к хитину тарантулов и принялась высвобождать его из оправы с помощью теней, игнорирующих все резисты. Обычному игроку повторить подобное будет сложновато, но на то и я игрок фракции Мрака, чтобы творить странное.

— Ты хочешь лишить обитающие здесь души источника силы, что позволяет им оставаться в Барлионе? — с непонятной мне интонацией спросила Ашера.

По её лицу сложно было прочесть отношение к этому поступку — словно душу лютни одолевали противоречивые эмоции.

— Я хочу освободить их, — почти не солгала я, прервав каст очередного заклинания. — Тут нечего больше беречь, некого защищать. Они просто пленники старой крепости, вынужденные раз за разом погибать от рук свободных жителей Барлионы и вновь возрождаться для следующего боя. Это наказание, а не жизнь.

Какое-то время Ашера молча смотрела на меня, а затем медленно кивнула.

— Ты права. Это давно утратило смысл. Подари им покой.

Ещё несколько ударов тенями и оправа хитина рассыпалась, высвобождая бесценный для меня ресурс.

— Я готова, — сообщила я спутникам, пряча хитин в инвентарь.

Глубоко вдохнув решительно кивнула Витьку. Тот поднял меня на руки и без колебаний шагнул к оконному проёму. Я же смотрела в потолок покоясь в громадных орочьих лапищах, как дитя в колыбели. Ну, или как лист салата в тарелке.

— Кирюха, закрывай глаза. Ксения, касти левитацию.

Весело хмыкнув, чернокнижница активировала свитки поочерёдно на каждом из присутствующих, включая меня. То ли не верила в Витин талант грузчика, то ли того требовала механика игры.

Что происходило дальше я уже не смотрела. Крепко зажмурившись, тихо напевала себе под нос, стараясь не думать вообще ни о чём, кроме весёлого мотивчика.

— Всё, Кирюх, приехали, — через какое-то время пробасил Витёк и мои ноги коснулись каменной мостовой. — Из данжа вышли.

Открыв глаза я огляделась. Слева и справа от нас громоздились непроходимые на первый взгляд каменные завалы, а вот двор был практически свободен, не считая разбросанных тут и там обломков. Позади нас подпирала крепость, а впереди ограничивал уцелевший фрагмент каменной стены, превращая участок двора в слепую зону без входов и выходов.

— Чем обязан такому романтическому явлению? — весело поприветствовал нас шагающий навстречу Ксюпипр. — И что за новый пет у Колючки?

Ашера, не понявшая фразу про «пета», промолчала, а я коротко представила зомбаку душу лютни.

— Что до романтического появления, — весело прищурилась Ксюша, — тут дело в рыцарской натуре Виктора. Кира в силу неких причин не могла идти сама, так что наш доблестный герой донёс прекрасную даму на могучих руках.

Ксюпипр хмыкнул, сочувственно посмотрлв на Ксюшу и ехидно предположил:

— А ты, значит, опять всех кавалеров запугала и пришлось добираться на своих двоих?

Несмотря на то, что Витя играл за красного орка, он каким-то неведомым образом умудрился побагроветь больше прежнего.

— Это не то, о чём вы подумали! — выпалил он так поспешно, что заржала даже я.

— Поздно, Витенька, поздно, — картинно вздохнула чернокнижница и смахнула несуществующую слезинку. — Разбитого сердца уже не склеить…

Вдоволь насладившись выпученными глазами Зверя, она посерьёзнела и указала в сторону портальной сети.

— Лори, твой пет ещё здесь. Почему?

Проследив взглядом в том направлении я увидела Эйда, склонившегося над узором в брусчатке.

— Понятия не имею. Пойдём и спросим, — без затей предложила я.

Ответ оказался очевидным и без расспросов. В каменном узоре отсутствовал весь хитин. Кто-то попросту изъял все источники энергии из портальной сети.

— Жопа, — ёмко резюмировал Витя, разглядывая отверстия в узоре.

— С дыркой, — согласилась с его авторитетным мнением Ксюша. — И даже не с одной. Надо восстанавливать.

Повинуясь наитию я вытащила из инвентаря добытый недавно фрагмент хитина и приложила к тому узлу, из которого Кипрей создал портал. Не сработало. Хитин не подходил по форме и не думал вставляться или втягиваться в магический узор.

— Походу, нужен ювелир или ещё какой артефактор, — со знанием дела заявил Ксюпипр и недовольно поцокал языком. — Чуйка подсказывает, что вам сперва надо будет попрыгать с рецептом, а потом ещё и заполнить все ниши прежде, чем эта байда заработает.

— Да, легко вряд ли будет… — задумчиво протянула Ксения. — Похоже сперва тебе придётся призвать того специалиста по порталам, а потом чинить эту сеть.

— Или не эту, — покачала я головой. — В Тени должна быть аналогичная. Мы знаем в какой конкретно узел отправился Кипрей, так не всё ли равно откуда перемещаться?

— Логично, — согласился Ксюпипр, для которого слова о портальной сети в Тени не стали новостью.

Похоже, он вместе с Ксенией теперь работает над освоением этого региона.

— Значит, нужно ускориться с добычей хитина и завоеванием новых кварталов, — резюмировала я. — Вот сегодня этим и займусь.

— Мы должны как можно скорее отыскать Десятого! — не согласился с моими планами Эйд.

— И Эрмира! — вслед за ним встряла Ашера.

Я выставила вперёд ладонь и поспешно сказала опасаясь, что нетерпеливые инструменты включат таймер на поиски хозяев:

— Над этим я и работаю. Чтобы пойти вслед за Кипреем как можно скорее, нужно отвоевать портал в Тени. Есть немаленький шанс, что неизвестные мародёры не рискнули пробиваться сквозь толпы агрессивных существ чтобы забрать из узора весь хитин. Для отвоевания портала нужны пилоны и безопасный район вокруг. Как только мы это сделаем — сразу же отправляемся вслед за Кипреем.

Кажется, мои слова убедили Эйда. Он вздохнул, раздражённо пнул выемку в брусчатке, и нехотя согласился.

— В твоих словах есть разумное зерно, Лорелей.

Ашера лишь молча кивнула, соглашаясь с собратом.

Я украдкой выдохнула.

— Ну что, двигаем в Тень? — деловито поинтересовался Ксюпипр.

— Сперва нужно кое-что протестить, — покачала я головой. — Можешь перелететь через стену и зайти в данж? Скажи, есть ли там призраки?

— А куда ж они денутся? — натурально изумился зомбак.

— Просто проверь, — с нажимом попросила Ксюша.

— Делать вам нечего, — проворчал Ксюпипр, вызывая маунта и взлетая над руинами.

— Кирюх, я тоже помочь хочу с хитином и новым кварталом, — решительно выпятил грудь Витёк. — Вместе всяко быстрее будет. Попросим Санька, чтобы он нас поочерёдно в руины катапультировал.

— Мысль интересная, — согласилась я, — но у тебя нет ни навыков скрытности, чтобы пробраться мимо охраны в здание, ни теней, чтобы расфигачить оправу.

О том, что можно сделать свитки с заклинаниями и с их помощью высвободить хитин я намеренно упоминать не стала. Тогда Легион неизбежно выпросит у меня бесценные свитки и сможет уже без моей помощи раздобыть бесценный ресурс. А значит, и плакала моя халявная репетиционная база.

— Да, блин, чё-то я не подумал, — расстроился Витёк.

— С разведкой мы можем помочь, — не растерялась Ксения. — Что нужно найти?

Я ненадолго задумалась.

— В первую очередь хорошо бы пролететь сверху и сделать общую карту тех руин. Если получится углядеть узор портала — вообще круто. Будет ясно куда двигаться.

— Это понятно, — кивнула Ксюша. — Что ещё?

— Нужен чернокнижник с умением видеть токи жизненных сил и летающим маунтом. Он должен отметить на карте точки, от которых питаются призраки. Там хранится хитин, который я смогу добыть для наших пилонов.

— Сделаю лично, — пообещала чернокнижница.

У Витька, оставшегося не у дел, был такой удручённый вид, что я сжалилась.

— А ты, Витя, можешь катапультироваться передо мной в сложные кварталы и кайтить агров пока я пробираюсь в здание и ковыряю хитин. Благодаря этому я возможно смогу не вступать в бой и зачистить несколько точек до смерти.

— Сделаю! — тут же воодушевился Витёк.

Сверху раздалось хлопанье крыльев.

— Варвары! — с наигранным гневом проорал с маунта Ксюпипр. — Взяли и данж сломали! Он теперь пустой! Ни единого призрака!

Я задумчиво хмыкнула, а Витёк удивлённо моргнул.

— Так это что теперь, — удивился он, — данжа больше не будет из-за нас? А где тогда выбивать рецепты и лут, который тут фармили?

— Нашёл из-за чего переживать, — фыркнула Ксения. — На днях разрабы его обновят и будут там какие-нибудь банды мародёров вместо призраков с тем же лутом и рецептами. Такое решение игрока явно было предусмотрено в сценарии, и возможные последствия отработаны на этапе закладки сюжетки с Кипреем. Обычно…

— Да поплевать на тот данж! — прервал её Ксюпипр, приземляясь рядом с нами. — Мы город завоёвывать собираемся или нет? Я, может, хочу домик себе оторвать под шумок, осесть, корни пустить. Дерево посажу. Может даже женюсь.

Он весело подмигнул чернокнижнице:

— Чё, Ксюх, нужен тебе видный мужик с недвижкой в перспективном районе?

От этих слов Витя побурел и едва не испепелил наглого зомбака взглядом.

А вот Ксения задумчиво оглядела потенциального ухажёра и едко поинтересовалась:

— Недвижка у тебя, очевидно, уютный склеп?

— А чё б и нет? — заржал довольный Ксюпипр. — Будет где Глыбу и Сахарка припарковать.

Ксюша весело покосилась на закипающего Витька и ответила преувеличенно-серьёзно:

— Ну, пока вариантов получше нет, я рассмотрю твоё предложение. Если подумать, то склеп — тоже крыша над головой.

Витёк открыл было рот, явно чтобы изречь какую-нибудь глупость в духе «я добуду для тебя дворец», но я украдкой ткнула его локтем в бок и отрицательно покачала головой.

«Вить, меньше слов, больше дел», — написала я в чате группы.

«Не понял», — тут же оживился Страус. — «Чё у вас там происходит?»

«Не твоего ума дело у нас тут происходит», — грубо ответил недовольный Витя, но, к счастью, вслух ничего не сказал.

— Ну, раз все серьёзно настроились заполучить недвижимость в новом районе, пора двигаться в Тень и начать работать в этом направлении, — резюмировала я, доставая из сумки свиток возврата.

На репетиционной базе Котофей старательно пыхтел над очередным смертоубийственным устройством, мурлыкая под нос весёлый мотивчик. Завидев меня он хищно улыбнулся и пафосно произнёс:

— Одари меня частичкой небывалой мощи, о Тёмная Госпожа!

Появившийся неподалёку Витёк успел услышать странное обращение и с любопытством покосился на меня. Я, не моргнув глазом, ответила:

— Я же просила не называть меня госпожой при всех!

Зверь аж поперхнулся воздухом и закашлялся, а вот Котяра весело и во весь голос загоготал.

— Учту, о цветущий кактус моей судьбы.

Витя от шока аж кашлять забыл — так и уставился на нас выпученными глазами, молча разинув рот.

— Так чего тебе нужно-то? — перевела я разговор в деловое русло, пока наша группа не лишилась басиста, задохнувшегося от удивления.

— Сделай мне пару десятков свитков с заклинаниями Мрака, — попросил Котофей, снова обнажив зубы в хищном оскале. — Есть тут у меня заказ на одну наглую голову…

— Запросто. Погоди немного.

Достав набор картографа я принялась переносить «преобразование тени» на чистые свитки. Котяра же вернулся к своей конструкции, задумчиво бормоча:

— Удержит или нет? Чем бы эту падлу зафиксировать…

— А в чём проблема? — не удержался от вопроса пришедший в себя Витёк.

— Да надо одного хмыря высокоуровневого на ноль помножить, так я придумал как на него кусок скалы уронить. Как раз Кирюхиными заклами уничтожу подпорку, что ту каменюку держит. Но падать она будет не мгновенно, так что моя задача соорудить что-то, что удержит на этот срок игрока двести восьмидесятого уровня. Но свитки такого уровня я использовать не могу, а более мелкие он или проигнорирует, либо срок действия будет мизерным.

— Так может бревном каким прищемить, или ещё что? — тут же азартно начал накидывать варианты Витёк.

— Место под скалой неподходящее чтобы бревно спрятать, — вздохнул Котофей. — Могу в земляной ямке условный капкан зарыть, но его прочности будет на один плевок. Да и рывком уйти из опасной зоны может. Нужен плотный контроль, типа стана…

Прочный контроль для высокоуровневого персонажа. Что-то знакомое. Память подбросила вспоминание о Вёлефе, беспомощно висящем в паучьих лапах культистов.

Хм… А что если перенести это заклинание на свиток? Не зря же я его выучила. Интересно, это вообще возможно?

Чтобы перенести заклинание «Хватка Тарантула» на свиток, требуется потратить 200 единиц Силы Душ.

Желаете создать свиток?

Ага. Выходит, когда у меня есть хитин тарантулов для зарядки закла, можно создать свиток. Интересно…

— Бери, — я протянула свиток Саньку. — Игнорирует разницу в уровнях.

— А-хре-неть, — восторженно протянул тот, едва прочтя свойства. — С меня магарыч!

— Я даже знаю чем можешь отдариться. Меня нужно снова запулить в руины.

Санёк уставился на меня с немым восхищением.

— Всё же не угас в тебе дух воина священного ветра, — и, вытянув руки по швам, склонился в пародии на традиционный японский поклон. — Уважаю. Зачем на этот раз?

— Всё за тем же. Нужно добыть как можно больше хитина тарантулов, — не стала скрывать я. — Как только мне предоставят карту города с ключевыми точками, можно будет запускать.

— И меня! — напомнил о себе Витя, решительно настроенный внести вклад в дело отвоевания репетиционной базы. — Я буду монстров на себя отвлекать пока Кирюха хитин тырит.

— Грабёж средь бела дня! — умилился непонятно чему Санёк. — Да ещё и группой лиц по предварительному сговору! Я в деле!

Он задумчиво оглядел свой угол, успевший захламиться разного рода инструментом и деталями для ловушек, и потёр подбородок. Но, видимо, задача оказалось сложной, потому Саня стянул свою нелепую жёлто-оранжевую шапочку и почесал затылок, стимулируя мыслительный процесс.

— Тэ-э-экс… — протянул он. — Это надо ещё манекенов для пристрелки наделать и парашютов…

— Обойдёмся свитками левитации, — открестилась я от лишних усложнений.

— Мои ж вы серийные самоубийцы… — Котяра картинно схватился за сердце и закатил глаза. — А ежели насмерть убьётесь? Как я без вас, горемычный, буду?

— Но ты в деле? — на всякий случай уточнила я.

— Конечно в деле! — тут же ожил Санёк. — Ты, главное, маякни заранее когда получишь карту, состыкуемся.

— Это с кем ты там стыковаться собрался, космонавт хренов⁈ — возмутился вошедший в игру Паша.

— Не выясняй, — отмахнулся Санёк. — А то ещё уйдёт информация к янки.

— Каким, к чёрту, янки? — опешил лётчик.

— В Пёрл-Харборе! — рубанул ладонью воздух Сашка. — Эскадрилья камикадзе не знает промаха и пощады! Тора! Тора! Тора!

И, раскинув руки в стороны, зажужжал, изображая самолёт.

Паша, глядя на эту пантомиму, вздохнул, перевёл взгляд на меня, затем — на ухмыляющегося Витька и развёл руками.

— Дурак ты, — резюмировал лётчик. — Камикадзе не атаковали Пёрл-Харбор.

— Знаю! — отозвался Саня. — Но мы решили изменить историю! Да, моя Тёмная Госпожа?

И встал передо мной на колено.

В этот раз пришла очередь Паши закашляться, поперхнувшись от изумления. Витёк же без зазрения совести просто снимал весь этот паноптикум, очевидно намереваясь позже нарезать из записи занятный компромат.

— Сегодня ты изменяешь историю, а завтра — своей госпоже… — я неодобрительно покачала головой под несколько охреневшими взглядами Паши и Вити. — Я негодую!

— Готов принести оммаж, моя госпожа, — Сашка склонил голову.

Вид у него при этом был непривычно серьёзный, со стороны и не скажешь, что дурака валяет. Вон, даже Паша глаза задумчиво прищурил.

— И моим гербом станет чёрная роза, а девизом — «Я служу», — торжественность момента портил колышущийся в такт словам оранжевый помпон на шапке Котофея.

— Поздравляю, Кира, — хмыкнул Паша. — Теперь у тебя есть Чёрный Принц. Только зелёный, потому что контрафактный.

— Плевать, что зелёный — главное, чтобы не синий, — авторитетно заявила Ксюша.

— Синий у меня тоже отлично получается, — хмыкнул Сашка. — Но это не та из моих ипостасей, которой стоит гордиться и уж тем более — демонстрировать своей госпоже.

— Чёрный принц — это сыр такой! — невовремя блеснул знаниями Витёк и тут же стушевался под насмешливым взглядом Ксении.

— Девиз «Я служу» был на турнирном щите принца Эдуарда, сына короля Англии Эдуарда Третьего, — неожиданно для всех произнесла она.

Я, надо сказать, охренела не меньше Витька. Если к обширным историческим знаниям Санька и Паши я успела привыкнуть, то от Ксении подобного не ожидала.

— А ты откуда знаешь?

— Доклад в институте по первой половине Столетней войны как-то писала, — весело рассмеялась та, глядя на наши вытянувшиеся физиономии. — Собственно, на этом мои познания всё.

— Уже немало по нынешним временам, — уважительно качнул головой лётчик. — Столетнюю войну добро если один из десяти вспомнит, не говоря уже про количество кампаний. Слышь, прынц гадский, так и будешь пол вытирать, или делом займёшься?

— Ну, будем считать, что оммаж дан, — Саня вскочил на ноги и отряхнул с штанов пыль.

— Знаешь, — подмигнула мне Ксения. — Я бы на твоём месте не отказывалась от такого принца. Как минимум, с ним точно скучно не будет.

Витя при этих словах превратился из красного орка в бордового и шумно засопел, ревниво поглядывая на Котофея.

— В моём возрасте уже ни от каких принцев не отказываются, — деланно вздохнула я. — Ни от зелёных, ни от чёрных, ни даже от сырных. И белый конь в комплекте не обязателен.

— Не, ну с конём всё легко решается! — обрадовалась Ксюша. — Я ему Сахарка одолжу!

— О, самое то для этого носатого полена, — оживился Паша. — Это ж натурально всадник Апокалипсиса на коне бледном!

— Завидуй молча! — Саня гордо подбоченился и воздел палец вверх. — И раз моя судьба — служение Смерти, то вернусь к работе. Тот мудосранец вряд ли сделает мне подарок и самоубьётся, а мне ещё Тёмной Госпожой из катапульты стрелять.

— Да и нам с Витей надо подготовиться к забегу за хитином, — с сожалением призналась я.

Время клонилось к вечеру и, говоря откровенно, мне уже хотелось вылезти в реал, прогуляться с Пашей и ребятами по парку, поесть вкуснейшего местного мороженого и спать. Но Ксюша оказалась на диво оперативной, своим звонком нарушив все планы.

Самая общая карта руин Тени с отметками источников энергии для призраков была начертана, да и Санька никто не сдёрнул по тревоге, так что с его стороны всё тоже было готово к катапультированию смертников. А раз всё так удачно сложилось, не было смысла оттягивать неизбежное. Тем более, что с немалой вероятностью я сдохну в процессе добычи хитина и как раз успею выбраться из осточертевшей капсулы к вечернему променаду.

На этот раз «КОТОстрофическую КОТОпульту» разместили на крыше полуразрушенного двухэтажного здания на самой границе с населёнными аграми кварталами. Ксения с комфортом устроилась на притащенном Саньком самодельном кресле, а Глыба стерёг вход на первом этаже руин. Ну как стерёг — огромный зомбак попросту перегородил своей тушей единственный проход, физически не позволяя пробраться к нам даже игрокам в скрытности. Где-то неподалёку патрулировал Ганк в стелсе, докладывая «госпоже» о потенциальной опасности.

Паша с Саньком жарко спорили о чём-то за настройкой «КОТОпульты», тыча то в карту, то в направлении одного из зданий, а Витя стоял в гордой позе воителя, идущего на смерть, и время от времени бросал на Ксюшу пылкие взгляды.

Я же откровенно зевала, ожидая, пока меня запустят в короткий, но стремительный полёт. Парадокс, но после прошлой серии запусков я даже немного привыкла к процессу, уже не испытывая первоначального ужаса перед высотой под ногами. Да, сперва сердце уходит в пятки и пытается затормозить падение, но чёткий алгоритм действий заставляет собраться и прекратить паниковать. Активация свитка левитации в нужной точке, «купол тишины», затем «пелена Мрака» и короткий, но стремительный бег к заветному хитину. Всё нужно сделать вовремя и без сбоев — на панику ресурса просто не остаётся.

Пристрелка с помощью манекенов прошла штатно и даже с нотками обыденности, а вот первый запуск Витька в небо произвёл фурор. В ходе короткого, но стремительного полёта Зверь оглашал окрестности таким отборным матом, что даже Котофей восхищённо присвистнул, а Ксюша уважительно хмыкнула, глядя вслед летящему герою.

Меня отправили в полёт секундами десятью позже, так что я успела полюбоваться сверху на Витька, со всех ног улепётывающего от свиты возмущённых таким вероломством големов и призраков. Говоря откровенно, большого толка от этого действа не было: под «пеленой Мрака» я бы с тем же успехом прокралась мимо агров, но Зверю хотелось быть полезным, так что пусть получит свою минуту славы.

Уже приземляясь я сразу же активировала «купол тишины» вокруг себя и «пелену» на всё здание и окрестности, давая другу шанс чуть дольше побегать от преследователей в непроглядной тьме. Увы, я оказала ему медвежью услугу: через несколько секунд раздался звук удара тела о камень, затем сдавленная ругань и фрейм Витька тут же посерел.

Похоже, темнота мешала ему больше, чем противнику.

Но горевать о бесславной гибели товарища было некогда — я тихо прокралась мимо патрулирующего здание летающего меча, отыскала кусок хитина, от которого тянулись многочисленные призрачные пуповины, разрушила его оправу и вернулась в репетиционную базу свитком возврата.

— Быстро ты, — даже удивилась Ксения, когда я добежала до уже заряженной следующим манекеном «КОТОпульты».

— Витя облегчил мне работу отважно взяв на себя всех агров! — торжественно объявила я и протянула чернокнижнице добытый кусок хитина. — Начертайте на пилонах красивую эпитафию в его честь!

— Герой! — тут же подыграл мне Паша, смахнув когтем несуществующую слезинку. — Какой парень сгинул в самом расцвете лет! И не найдётся красавицы, что будет рыдать над его одинокой могилой…

— Ни одна слеза не окропит могилу гиретсу, — печально-возвышенным тоном провозгласил Котофей. — Он погиб, как истинный воин Священного ветра, лихо самоубившись об стену. Лось-камикадзе в исполнении Зверя навечно останется в наших сердцах и памяти.

— Тенно хейко банзай! — рявкнул Паша и принял максимально скорбный вид.

Глядя на скорченную ирхом морду, Ксения расхохоталась:

— Ладно, уговорили, окроплю слезами пилон с эпитафией. — И, посерьёзнев, добавила. — Но чтобы нам отгородить кварталы до самой портальной сети, нужно минимум одиннадцать.

В напоминании не было особого смысла: в подписанном недавно договоре с Легионом уже было прописано необходимое для операции число пилонов, моё вознаграждение и право выбора двух помещений с их последующим восстановлением за клановый счёт.

— Помню, — обречённо вздохнула я и махнула рукой Саньку. — Запускай следующий манекен…

Сдохла я на шестой «десантной операции», как окрестил мои вылеты Паша. То ли устала, то ли просто подзадолбалась и подсознательно жаждала уже выйти в реал, но активировала свиток левитации слишком рано и промахнулась мимо расчётной точки приземления, угодив аккурат в патрулирующих квартал агров. Защиту теней с меня сняли раньше, чем я успела добежать до хитина, но я не особо расстроилась. Прыгну ещё раз-другой завтра, на свежую голову.

От предложения отправиться в Серые Земли я отмахнулась. Да, было бы неплохо прочесть следующую запись в дневнике Кипрея, но, объективно, зачем это делать? Чтобы последовать по его следам нужно сперва отвоевать квартал с портальной сетью, разобраться работает она или нет. Скорее всего нет, ибо не просто так глава Тени выдал мне задание по призыву покойного специалиста по этим самым порталам.

Это всё займёт время и силы. А если в дневнике мне сообщат, что нужно «вот прям щас» всё бросить и отправляться спасать Десятого, планы пойдут побоку. Эйд точно не позволит терять время и заставит бежать «на танк с голой жопой», как любил говаривать Санёк.

Ну его нафиг. Продолжу чтение когда буду к этому готова.

Я не ценила пешие прогулки до того, как стала зависать в вирт капсуле по двенадцать часов и больше. Теперь же тёплый вечерний ветерок, несущий запахи разнотравья с гор, пьянил не хуже вина. И возможность размяться и неторопливо куда-то шагать, поедая сливочный пломбир, казалась верхом мечтаний.

Паша как раз избавился от ставшей уже привычной трости и теперь шагал пусть осторожно, но вполне уверенно. Ребята радостно делились идеями новой песни, и лётчик едва заметно улыбался, наслаждаясь этим мирным гвалтом.

Я смотрела на него и старалась не думать о том, что скоро расстанусь с другом. Пусть мы и были знакомы не так уж и долго, но Паша успел стать за это время одним из близких мне людей. И всего через месяц он вернётся на службу, в свой полк. В Африку. Туда, где война.

Раньше я не интересовалась тем, что творится за много тысяч километров от моего дома. Да и в новостях редко вспоминали про сектора Чёрного континента. Но с тех пор, как в моей жизни появились эти два солдафона, я как-то незаметно для себя стала вникать в то, что официальные средства информации обтекаемо называли «локальный конфликт».

В рассказах Паши и Санька война представала чем-то весёлым, совсем не страшным. Мы с ребятами от души хохотали, слушая, как Паша с сослуживцами спасались от тушканчика, или Санёк воевал с ни в чём неповинным огородным пугалом.

Но того, как иногда менялся взгляд друга, хватало, чтобы понять — о настоящем и он, и Котофей умалчивают.

Зато этого самого «настоящего» хватало в сети, куда я периодически наведывалась в поисках правды. И она была жуткой. Деревни, вырезанные боевиками до последнего человека — не щадили даже младенцев. Дороги, забитые горящей бронетехникой. Переполненные ранеными полевые госпитали. Вышедшие из боя солдаты с глазами людей, при жизни прошедшими ад. Со взглядом, который я иногда видела у новых друзей.

И туда возвращался Паша. Возвращался сам, с нетерпением ожидая, когда сможет вновь сесть за штурвал вертолёта. Словно забыв, что ему пришлось пережить недавно, заживо горя в упавшем вертолёте. Забыв месяцы мучительного восстановления, боль от ожогов и переломанных костей.

Я невольно покосилась на лётчика. Паша шёл, смеясь над рассказом Витька и, казалось, вообще не думал о том, что совсем скоро вновь придётся рисковать жизнью. Ради чего? Ответа на этот вопрос у меня не было. А задать его прямо я не решалась.

От невесёлых мыслей отвлёк звонок на коммуникатор Гарика. Тот, коротко переговорив с собеседником, просиял:

— Братва, кажись срослось с реп базой! Надо прямо сейчас ехать и смотреть помещение, пока хозяин на месте.

— Красава! Вызывай тачку и помчали! — обрадованно хлопнул его по спине Юрка. — Только шестиместную, чтобы друг на друге не сидеть.

И, глядя на мою скисшую усталую физиономию, внёс коррективы:

— Обычную вызывай, вчетвером поедем. Кирка не в форме, пусть откиснет чутка. Сами базу посмотрим, не маленькие.

— Спасибо, Юр, — улыбнулась я другу. — Сегодня я томат.

— Скорее кетчуп, — тут же внёс коррективы Страус. — Раздавленная и кислая.

— Даже не буду спорить, — отмахнулась я от не самого лестного определения.

— Пошли, в кафешке посидим, — Паша кивнул в сторону летнего кафе с открытой верандой. — Передохнём чуть и домой вернёмся.

— Пойдём, — согласилась я, радуясь и этой мелочи.

Теперь мне не приходилось напрягаться и подсчитывать, потянет ли мой скудный бюджет кофе и пирожное в курортной кафешке, или испытывать чувство неловкости от того, что кто-то платит за меня. Теперь у меня были деньги. И пусть для многих моё ненешнее финансовое состояние казалось смешными, но я ощущала себя богачкой и даже немного транжирой.

Ввиду середины рабочей недели народу за столиками было немного. Жизнерадостная официантка быстро принесла наш заказ и вернулась к стойке.

— Хорошо, — счастливо вздохнул Паша, отпив кофе.

Счастливо щурясь, он смотрел на гуляющих по аллее людей.

— Хорошо, — согласилась я, надавив вилкой на шоколадный фондан.

Густая горячая начинка вытекла на блюдце и устремилась к шарику мороженого.

— Не будешь скучать по всему этому? — задала я ни к чему, в общем-то, не обязывающий вопрос.

Но зудящая внутри тревога требовала поговорить с другом. И может не пытаться отговорить его от возвращения на службу, то хоть понять, почему он стремится туда, откуда нормальным людям хочется бежать без оглядки.

— Буду, — честно признался Паша. — Но в этом и есть плюс.

Поймав мой удивлённый взгляд, летчик пояснил:

— На во… — он осёкся, помолчал секунду, подбирая нужные слова и продолжил. — В командировках начинаешь иначе смотреть на многое вещи. И ценить их. Этот кафе, к примеру. Дома можно ходить сюда хоть каждый день. Но такого удовольствия уже не будет. Это обыденность. А после хотя бы месяца где-нибудь в джунглях, куда из благ цивилизации дошли лишь боевые дроны, даже задрипанная тошниловка в туземной деревушке роскошью кажется.

Я лишь тихо вздохнула. Паша всегда старательно избегал слова «война». Он и Саня вообще старались так не говорить. Не на войну они уезжали, а «в командировку», «на работу», будто вахтовики какой-нибудь горнодобывающей корпорации.

— Месяц в горах ты и тут можешь провести, — кивнула я в сторону Бештау. — Хоть в шаге от цивилизации, хоть в днях пути. Если очень хочется в джунгли — к твоим услугам бескрайние просторы Барлионы. Оттуда тоже можно месяцами не вылезать.

«Только убивают там не по-настроящему», — хотела добавить я, но вместо этого прямо посмотрела на Пашу и спросила.

— Зачем тебе туда возвращаться? И тебе, и Саньку. Там же нет ничего хорошего.

Ответ Паши вверг меня, в ступор.

— Там мы дома, Кира, — просто сказал он.

Посмотрел в кофе, сделал глоток и продолжил.

— Там наша настоящая жизнь. Да, там порой плохо. Страшно. Погибают друзья. Но… Там всё настоящее. Человек рядом с тобой открывается, полностью. Здесь ты можешь годами дружить с кем-нибудь, доверять, а потом в какой-то момент, когда ты на него надеешься, открывается истинная сущность. И друг оказывается трусом, или подлецом. Да и в остальном…

Он обвёл рукой городской пейзаж.

— По большей части, Кир, здесь люди играют в игру, мало отличимую от «Барлионы». Только вместо сильвари, ирхов, тауренов, орков они носят личности успешных бизнесменов, сотрудников компаний и прочее. Влезают в кредиты, чтобы пустить пыль друг другу в глаза. Казаться теми, кем хотят быть, но не могут. А мы… Мы просто не понимаем этот мир. Слишком давно из него ушли. Потому Котофей и не любит отпуск.

— А ты?

— И я, — признался Паша. — Мы здесь как мухи в сметане: хреново и сметане, и мухе. С друзьями повидались, пообщались, а дальше… Дальше или слоняться по городу, не зная, чем заняться, или сидеть дома, включив «машину времени».

— Что за «машина времени»? — не поняла я.

— Витя её порой включает, — хохотнул Паша.

Пролетавшая мимо пчела сочла, что пирожное в наших тарелках приготовили именно для неё и радостно накинулась на дармовое угощение. Прогнать нахалку не получилось — из моей тарелки пчела мигрировала в Пашину, не встретив никакого отпора. Лётчик посмотрел на пирующее насекомое и вернулся к разговору:

— «Включить машину времени» значит уйти в запой. Просто никого и ничего не видеть, остаться один на один с тем дерьмом, что кипит в башке. Кстати… — Паша хитро посмотрел на меня. — По странному совпадению, после знакомства с тобой Котофей впервые за много лет не просто отгулял отпуск до конца, но ещё и не включая этот самый хрономеханизм.

— Сперва он был занят свадьбой подруги, а потом почти всё время проводил с тобой, — не поддалась я на провокацию. — Так что моей заслуги тут нет. Разве что за исключением примера трезвого образа жизни.

— Ну, ещё он принёс тебе рыцарскую присягу, — хохотнув, напомнил Паша.

Наевшаяся до отвала пчела, с трудом оторвавшись от халявы, попыталась взлететь. Но, видимо, от жадности налопалась так, что сил на полёт не осталось, а потому насекомое решило передохнуть на носу своего благодетеля.

— Брысь, хамло! — стряхнул обнаглевшую пчелу лётчик.

Оскорблённая в лучших чувствах полосатая обжора полетела прочь с обиженным гудением.

— В общем, Кирюх, — весело резюмировал Паша, — ты теперь обладатель весьма занятного гибрида. Ибо твой верный рыцарь — смесь шута и чудовища под кроватью.

— Обладатель — очень громко сказано, — хмыкнула я и напомнила. — А с учётом того, что живу я у тебя и кровать тоже твоя…

— Вот не надо! — картинно возмутился лётчик. — Теперь это твой питомец! И ты несёшь за него ответственность. Кстати, могу порекомендовать хорошего ветеринара…

Мы посмеялись и больше в этот вечер не говорили ни о чём серьёзном.

С режиссёром Заремой знакомились уже на новой репетиционной базе. Громкое название для просторного гаража в частном секторе, но как временный вариант — очень даже ничего. Акустика в помещении была приличная, отдельный вход с улицы позволял не пересекаться с жильцами хозяйского дома, а пара старых диванов у стены создавали пусть минимальный, но всё же комфорт.

Толстые бетонные стены создавали сносную звукоизоляцию, а удаление от соседей позволяло надеяться, что недовольных нашими репетициями не появится.

И, самое главное, аренда производилась официально, через регистрируемый договор. А ещё хозяин — молодой парень, унаследовавший дом и гараж от бабушки, сам навёл чистоту и порядок.

Зарема пришла, едва мы успели выгрузить и перетащить аппаратуру в гараж, и произвела неизгладимое впечатление. Энергия неудержимого потока просто била через край, очевидно не умещаясь в невысокой хрупкой девушке. Карие глаза фанатично блестели когда она показывала созданные на скорую руку наработки.

Надо сказать, она учла наши вкусы и увиденное понравилось всем. Не всё безупречно, требовалось внести немало правок, но общее направление Зарема уловила точно и была с нами на одной волне.

А ещё она играла в Барлиону и жаждала принять участие в предстоящих событиях для съёмки нового материала. После недолгого обсуждения и консультации с Женей, мы подписали договор и первый клип про Геранику ушёл в работу.

Ну а мы закончили обустройство гаража и вечером вернулись в Барлиону.

На стене в игровой репетиционной базе появилась новая инсталляция неизвестного художника. А именно нарисованный красной краской контур дверного проёма. Над ним аккуратная надпись «Аварийный выход. Только для Зверя». Рядом, на аккуратно прибитой вешалке, красовались белая головная повязка с намалёванным красным кругом, и белый же шёлковый шарф. Благодаря Паше я знала что всё это — атрибуты древних воинов-камикадзе.

Судя по красной роже Витька и хохоту ребят, знали об этом и они. Громче всех ржал Страус — теперь у его «места для удара головой» появился достойный сосед.

— Ничё, я ещё этому рыцарю печального образа жизни деревянного коника-качалку притарабаню, — обиженно сопя пообещал Витёк.

— Боюсь, месть не состоится, — утирая выступившие от смеха слёзы сообщила я. — Он с радостью вскочет в седло, обнажит свою «хряпу» и будет размахивать ей с лихими боевыми кличами.

— А ты в награду за инициативу получишь статус оруженосца и прозвище «Санчо Панчо», — дополнил Паша.

— Блин, об этом я как-то не подумал… — расстроился Витёк. — А что, если…

Договорить он не успел, прерванный громким стуком в дверь. Несколько озадаченный Чарский пошёл узнать кого черти принесли.

— У меня свиток для госпожи Лорелей от его сиятельства господина Илариса Нарана, — раздался звонкий девичий голос. — Велено передать лично в руки!

Пару секунд я озадаченно смотрела на ребят, но затем сообразила в чём дело и поспешила к двери. Мэр обещал сделать для меня выписку из древних хроник об архитекторе, причастном к строительству портальной сети в Тени!

За дверью обнаружилась молодая с виду рыжеволосая эльфийка в форме городской стражи. Конечно же все эльфы выглядели молодо по определению, но что-то в восторженном и открытом взгляде, манере держаться заставляло думать, что девушка юна.

— Я — Лорелей, — представилась я стражнице. — А вы?..

— Младший стражник Миравель! — отрапортовала та милая в своей серьёзности. — Выполняю поручение господина Илариса Нарана! Велено передать вам это!

Гордая от чувства собственной важности она передала мне свиток.

— Вольно, вольно, — величественно махнул лапой бесшумно подошедший следом Паша. — Не тянись, а то грыжу выхлопного клапана заработаешь.

Получен предмет: Выписка из архивов Тени.

Класс предмета: уникальный, квестовый.

— Спасибо, — невольно улыбнулась я, глядя на эльфийку. — Передайте господину Нарану мою благодарность и обещание выполнить работу как можно быстрее.

— Есть! — уморительно-серьёзно отсалютовала рыжая и, развернувшись, строевым шагом утопала в направлении к мэрии.

— Ну красота же, — умилённо вздохнул Паша. — Первоход во всей красе: глаза горят, слюна капает, энтузиазм аж из ушей брызжет. Вот, Страус, учись, как к работе относиться надо!

— А чё сразу я? — тоскливо проныл Страус, будто его уже начали загружать работой.

— А то, что твой прекрасный лик должен украшать словарь армейских терминов, на слове «сачок»! — припечатал Паша. — Вон, бери пример с Вити!

Зверь приосанился и бросил гордый взгляд на товарищей.

— Грудь колесом, — продолжал Паша. — Прям по заветам Петра Великого, имеет вид лихой и малость придурковатый. Особенно рядом с Ксенией.

После этих слов Витя сдулся, как прохудившийся воздушный шарик, и густо покраснел.

— Кирюх, так что тебе передали-то? — перевёл он тему в более безопасное русло.

Я на всякий случай развернула свиток и пробежалась взглядом по первым строкам.

— Выписка из книг археологов для призыва древнего порталостроителя, — сообщила я и, прочитав очередную строчку, добавила. — Порталостроительницы. Покойница была дамой.

— О, симпотной? — тут же оживился Страус.

Паша сумрачно воззрился на нашего клавишника.

— Знаешь, — после минутной паузы сказал лётчик. — Не могу понять, что меня больше напрягает: твоё неуёмное чреслобесие, или то, что под это дело ты готов кувыркаться с мертвецами. В общем… Жениться Вам, барин, надо.

— Страусы — полигамные птицы! — гордо возвестил клавишник.

— Только высиживанием яиц и воспитанием детей занимается самец, — напомнил Паша.

— Да Страус по жизни свои яйца высиживает! — загоготал Витёк.

— Витя, — елейным голосом попросил Чарский. — Избавь нас от подробностей его личной жизни. Хватит и того, что мы теперь задаёмся вопросом: ты-то откуда всё это знаешь?

Дальнейшую пикировку я уже не слушала. Усевшись на одну из лавок у стены, углубилась в изучение присланной Иларисом информации.

Имя мастерицы, что когда-то создала портал в Тени, в веках не сохранилось, в отличие от звонкого прозвища Филигрань.

Жила Филигрань, судя по записям, в те далёкие времена, когда Тень из небольшого рыбацкого посёлка с пристанью превратилась в богатый торговый город. Строительством порта и разработкой близлежащих рудников занималась центральная власть, в те времена известная как Империя Безмолвных.

Краткое пояснение неизвестного исследователя прошлых эпох гласило, что название своё империя получила благодаря сильной школе артефакторики. Используя фрагменты хитина тарантулов они изготавливали охранные артефакты самого разного вида: от человекоподобных и звероподобных големов, до летающего оружия на любой вкус.

Эти немые стражи были неподкупны, верны и не знали усталости, а потому стали самым популярным экспортным товаром стремительно богатевшей империи. Многие соседи пытались вызнать бесценный секрет, но на каждого мастера-артефактора накладывали особое заклятие безмолвия, запрещающее разглашать секрет любым способом под самыми страшными пытками. Ни рассказать, ни написать, ни нарисовать, ни даже пропеть коммерческие тайны своего государства артефакторы не могли, как бы не желали.

Природу этого запрета исследователи не знали, но предполагали, что ограничение может быть наложено прямиком на душу. Иначе оставалась лазейка узнать что-то с помощью некромантии.

Потому для меня заботливо сделали особую сноску: сразу по призыву души Филиграни разъяснить ситуацию во всех подробностях. Сообщить о том, что прошли века, что от Империи Безмолвных не осталось даже названия, что я в курсе наложенных ограничений о неразглашении и понимаю, что многие вопросы останутся без ответов. Особо пояснить, что городские власти нуждаются в ремонте портальной сети, а на знание самого секрета не претендуют. И вообще, будет крайне уместно призвать душу непосредственно в присутствии мэра и предоставить важные переговоры ему.

Я восхищённо присвистнула, осознав как вознеслись целые государства, по сути паразитируя на останках побеждённых Тарантулов. Не то чтобы мне было жаль злобных пауков-душеедов, но от осознания того, что люди, коих они считали жалкими букашками, превратили их трупы в бесплатные источники энергии, Тарантулы в Серых Землях должны были волосы на жопе рвать от гнева и возмущения. Древний бард питал с их помощью призванную армию душ, артефакторы наладили серийное производство охранных големов, и даже собственная секта идейных психов-последователей построила свою особую магию на силе, заключённой в хитине и алтаре. Который, не исключено, тоже содержал в себе тот самый хитин.

От дальшейшего изучения свитка меня отвлёк звонок медальона Ксении.

— Привет беспечным богатеям, — весело произнесла та, едва я ответила на звонок.

— Почему это беспечным богатеям? — озадачилась я.

— Потому, что ты до сих пор даже не поинтересовалась что за лут остался от тарантула, зачистки города культистов и по всей цепочке в целом.

— Точно…

Сперва я так расстроилась из-за изменившихся свойств Эгиды и возможной потери персонажа, что напрочь забыла о своей доле, ожидавшей в клановом хранилище Легиона. А потом закрутились дела группы в реале и голова была забита совсем другими вопросами.

Да и лут с принесённого в жертву Первожреца я как сгребла в одну из сумок, так и напрочь позабыла!

— Вот я и говорю, беспечная богатейка, — весело рассмеялась Ксения. — Я бы о такой прорве бабла в жизни не забыла. Но Эволетт просил напомнить тебе и заодно выкупить кое-что из твоей доли. Вам оно всё равно без надобности — не под классы.

— Слушай, а можешь просто послать мне список того самого лута с описаниями шмоток. А если там будет отмечено то, что в перспективе пригодится мне или ребятам, будет вообще прекрасно. Ну и сразу отметь вещи, которые вы хотите выкупить и сколько за них дадите.

Из амулета снова раздался довольный смех.

— Я проспорила Эволетту ужин в лучшем ресторане Безымянного. Он сразу сказал, что ты не захочешь лично копаться в луте и спорить о его продаже, а я не поверила. Странный ты игрок, Кира.

— Ну какой уж есть. Так что насчёт списка?

— Он уже готов. Лови письмо и проект соглашения о продаже интересующей нас части добычи. Отсылай своему юристу.

На договор я даже не взглянула, малодушно отослав его Жене на проверку и оценку. У неё хоть доступ к аукциону есть, и какое-то понимание игровых цен.

— Что до лута крепости — тут обломинго, — расстроила меня Ксюша. — В процессе зачистки они по сценарию сожгли там всё нафиг. Частично уцелело несколько книг и свитков из библиотеки, да весь лут с убиенных нами неписей. Чтобы они не хранили в своей сокровищнице — разнесли её капитально. Обычная сценарная заплатка, чтобы не выпускать в мир кучу опасных артефактов, созданных на случай возрождения фракции.

— Жаль, — огорчилась я, вспомнив полную книг библиотеку. — Могу я получить копии уцелевших книг? Без права передачи, естественно.

— А ты можешь их прочесть? — казалось, от возбуждения чернокнижница сейчас выпрыгнет из амулета.

— Нет, — остудила я её ожидания. — Но, чисто теоретически, могу когда-то обучиться языку, пытаясь читать на нём. Классовая фишка.

— А… — разочарованно протянула Ксюша. — Это дело нескольких месяцев, если не года. Наши барды уже занимаются этой туфтой. Не завидую — неделями и месяцами просто сидеть, пытаясь прочесть галиматью на страницах. Ты прям добровольно хочешь пойти на такие жертвы?

— Вряд ли, — честно ответила я. — Но всегда есть вариант, что это может прочесть Саламандра, или расскажет о ком-то, кто умел и я отыщу его в Серых Землях.

— Вот это дело! — снова оживилась Ксюша. — Поговорю с Эволеттом, но уверена, что тебе он не откажет. С условием, что ты продашь ему эксклюзивный перевод, если он у тебя будет.

— Если я вообще буду продавать этот перевод кому-либо, — внесла я коррективы.

— Пришлю договор, как только утрясу детали с боссом! — пообещала Ксения и отключилась.

Я же сделала копии полученного списка и передала их всем, включая Пашу. Пусть смотрят, может кому что приглянётся.

Строго говоря, список лута меня тоже не особо интересовал. Подходящие нашей компании шмотки были отмечены, причём с припиской кому и что подойдёт и при прокачке каких абилок будет наиболее эффективным в дальнейшем.

К немалому моему удивлению несколько предметов были с пометкой «злому носатому говнюку». Пока я озадаченно сводила брови, пытаясь сообразить о ком речь, Паша задрал голову к потолку и оглушительно расхохотался.

— Котофей будет доволен, — весело пояснил он, оторжавшись. — Доблестные легионеры отобрали несколько занимательных хреновин для его поделок.

— А почему «злому носатому говнюку»? — тоже не понял Страус, очевидно добравшись до этой строки списка.

— Потому что наш злопамятный разведос никак не может забыть, что игроки Легиона как-то делали ставки на его жизнь или смерть, — охотно пояснил Паша. — И охотно берёт заказы в том числе и на членов сего доблестного клана.

— А нафига тогда выдавать ему оружие против себя же? — не понял Витя.

Паша лишь пожал плечами.

— Их и спроси. Может пытаются всё же наладить отношения и сманить его в клан. Может подсматривают и перенимают его тактики. А может и самим любопытно увидеть что ещё учудит этот злой носатый говнюк.

Тут он бросил хитрый взгляд на Витю и добавил совсем другим тоном:

— А может это Ксюшенька подсуетилась, чтобы порадовать холостого перспективного мужика.

От этих слов Витёк густо покраснел и набычился, скрипнув зубами.

— Не переживай, Зверь! — ободряюще хлопнул его по спине Гарик. — Санёк теперь синий, ой, простите, чёрный рыцарь нашей Кирки. Твоя зазноба в безопасности.

Страус гаденько улыбнулся и только открыл рот для, очевидно, бесценного комментария на эту тему, как его прервал радостный вопль Чарского.

— Охренеть! — вопил он, радостно прыгая по комнате. — Просто охренеть!

Надо сказать такое поведение всегда спокойного Юрки шокировало всех.

— Чё случилось-то? — задал интересующий всех вопрос Гарик.

— Паучья лира! — торжествующе заорал Юра, победно потрясая списком. — Эпическая расовая лира для дроу! Работа какого-то древнего мастера, стартует расовый квест! С собственной душой! С бонусом привлекательности с дроу, да ещё и заклинание массового контроля! Охренеть!

Теперь уже мы все радостно скакали по комнате и обнимались под насмешливо-снисходительным взглядом Паши.

— Радостно видеть всеобщее ликование, — раздался смутно знакомый голос.

Повернув голову я узрела холеного мужчину в дорогом костюме, небрежно прислонившегося к стене.

Гераника собственной персоной.

Обернувшиеся на голос ребята тоже узнали моего несостоявшегося учителя и удивлённо таращились на него. Лишь над Юркиной головой тут же появилась пиктограмма камеры.

— Да ну нафиг… — просипел Страус, глядя на Повелителя Мрака практически с обожанием.

А вот во взгляде Гераники читалось скорее пренебрежение на границе с брезгливостью.

— Я ожидал… большего, — вынес он оценку увиденному. — Но, за неимением лучшего…

— Я тоже ожидал большего от знаменитого повелителя мрака, — с той же небрежной брезгливостью сообщил ему Паша. — А на деле — напыщенный пижон с раздутым самомнением.

Похоже, лишь на него появление одного из главных игровых персонажей не произвело особого впечатления.

Гераника недовольно дёрнул щекой и щёлкнул пальцами. На всех, кроме меня, повесился бессрочный неснимаемый стан.

— Стоило бы вырвать язык этому наглецу, но не буду столь мелочным, — белозубо улыбнулся Повелитель Мрака. — Тем более, что ты водишь дружбу с этим мохнатым недоразумением, моя несостоявшаяся ученица, а я пришёл с предложением сотрудничества.

— Сотрудничества? — ошарашено повторила я, запоздало включая запись происходящего.

Ребята что-то активно написывали в чате, но я даже не пыталась читать, опасаясь упустить нить беседы.

— Да, неразумное, но такое интересное дитя.

Гераника брезгливо посмотрел на грубо сколоченную деревянную лавку, взмахнул рукой и рядом с ним появилось элегантное кресло, в которое этот пижон и уселся.

— Через несколько месяцев состоится первый межклановый турнир Кальрагона, на котором будут представлены все империи материка. В том числе и моя.

Он скромно улыбнулся и поправил едва заметную складку на рукаве роскошного сюртука.

— Несмотря на то, что моя империя насчитывает менее сотни свободных игроков, престиж империи заставляет меня принять участие в этом состязании. Я хочу, чтобы ты приняла в них участие.

Он хищно улыбнулся и чуть подался вперёд, доверительно добавив:

— И не просто приняла участие, а втоптала всех в грязь!

Сказать, что я охренела — это ничего не сказать. После всего случившегося от Гераники я ожидала смертного приговора, а не приглашения на местные олимпийские игры.

— Я очень посредственный боец, — не придумав ничего лучше честно ответила я. — И вряд ли сумею, как вы выразились, втоптать в грязь лучших клановых игроков Малабара и Картоса.

Гераника лишь нетерпеливо отмахнулся от моих слов.

— Бойцы у меня есть, они организуют тренировки и обучат всему необходимому когда я соберу команду. Тем более, что ты умудрилась обучиться кое-чему из забытого ныне арсенала Тарантулов. Но от тебя я хочу не военных свершений, а победы в соревнованиях бардов.

Вот теперь Повелитель империи Мрака меня по-настоящему заинтересовал. Континентальные соревнования в целом и состязания музыкантов в частности совершенно точно будут обозревать и популярные блогеры и планетарные СМИ. Засветиться на таком мероприятии — большая удача, а уж если удастся выиграть…

Вот он, тот решительный толчок в карьере, что может изменить всю жизнь.

Но репутация… Я только выправила свою репутацию с обеими империями с Ненависти до Недоверия и обрушать обратно очередной работёнкой на Мрак не планировала. Но, видимо, придётся. Упускать подобный шанс попросту нельзя.

Вот только показывать Геранике, что я заинтересована в этой сделке куда больше, чем он, нельзя.

— Звучит амбициозно, — осторожно заметила я и, подумав, добавила без ложной скромности. — И достижимо. Но сперва нужно понять условия участия и мою выгоду.

Показалось, или во взгляде Гераники мелькнуло одобрение?

— Выгоду? — он картинно всплеснул руками. — А как же желание доказать, что ты лучше и талантливей всех?

— Это я могу доказать, выступая за Картос, — уверила я Геранику. — Попрошу лидера Тёмного Легиона замолвить за меня словечко, тем более, что я уже почти выправила репутацию с империей, к которой присоединились мои сородичи. Уверена, Первая тоже не откажет мне в рекомендациях. Может к государственным тайнам меня и не допустят, но уж выступить в качестве представителя Сокрытого леса на соревнованиях позволят.

Я искренне надеялась, что блев выглядит убедительно. Чтобы попасть на клановые соревнования в Малабаре игрокам приходилось изрядно напрягаться, а тут первый в истории континентальный турнир. Задействуй я все свои связи и меня, как максимум, допустят до каких-нибудь отборочных. А там уж как повезёт.

Даже если Гераника осознавал всё это, вида не подал. Всё же игроков у него действительно раз два и обчёлся, а есть ли среди них ещё барды — большой вопрос.

— И чего же ты хочешь, Лорелей?

— Для начала я хочу узнать, как моё участие отразится на репутации с остальными империями Кальрагона, — всё же решила я внести некоторую ясность. — Это влияет на цену моего участия.

Гераника лениво зевнул, прикрыв рот ладонью.

— Скукота… Участие в соревнованиях в команде Мрака не опустит репутацию участников. Более того, на всём протяжении турнира любая отрицательная репутация участников будет временно поднята до недоверия. Довольна?

Не то слово! Но вслух я была куда сдержаннее.

— Вполне.

— Так чего ты хочешь, Лорелей? Золота?

А действительно, чего я хочу?

Впрямую монетизировать уникальную возможность попросту глупо. Деньги я могу заработать на продаже квестов и самой разной информации тому же Легиону. Да и само участие на стороне команды Мрака прекрасно монетизируется.

Нет, нужно просить что-то другое.

Какие-то вещи? Наверное, но я не про-игрок, чтобы сходу сообразить какие свойства шмотки серьёзно облегчат мне игру. Да и так ли мне важны те самые шмотки, если главная цель — игровые концерты.

Что-то уникальное для бардов? Не факт, что оно будет применимо без падения репутации, как большая часть заклинаний культистов Тарантулов.

От воспоминания о сгоревшей библиотеке меня словно молния ударила. Точно! Вот оно!

— Я уверена, что у столь могущественного правителя есть замок, — ласково улыбнулась я Геранике. — И почему-то не сомневаюсь, что в нём собрана библиотека с самыми редкими и особенными книгами Барлионы. Угадала?

Тот удивлённо хмыкнул, но кивнул.

— Моя цена за участие в соревнованиях — беспрепятственный доступ в вашу замковую библиотеку, причём мне понадобится какой-то предмет для перемещения туда.

По комнате разнёсся бархатистый смех Гераники.

— А вот теперь мне уже не скучно.

Он с интересом уставился на меня, словно гадая, всерьёз я так обнаглела, или всё же шучу.

— Ты осознаёшь, что за доступ в мою библиотеку большинство разумных, да и свободных жителей Барлионы отдали бы всё, что имеют, да ещё и отсекли бы руку в знак серьёзности намерений?

— Я — не большинство. Но готова выполнить ваше поручение, чтобы уравновесить моё предложение. При условии, что его выполнение не повлияет на падение моей репутации с другими фракциями.

Получить не только доступ в библиотеку, но и новое задание, а то и цепочку от Гераники было бы двойной победой. Лишь бы он согласился…

— Поручение? — задумчиво повторил Гераника, по-новому взглянув на меня. — Пожалуй, это будет интересно.

Он снова расслабленно откинулся в кресле и усмехнулся.

— Хорошо, я дам тебе доступ в мою библиотеку после официального формирования команды Мрака, но взамен ты призовёшь мне душу Кармадонта! У тебя неплохо получается находить интересные души в Серых Землях.

Вчитываясь в появившиеся условия квеста я едва сдерживалась, чтобы не улыбаться от уха до уха.

— Но у меня нет информации для призыва, — на всякий случай сообщила я Геранике.

— Вот у меня в библиотеке и отыщешь, — беспечно отмахнулся тот. — Сделка?

— Сделка! — уверенно ответила я, принимая задание.