Честно сказать, я ждала, что Богдан Романович меня узнает, и даже испытала облегчение. Понимала, что до моей родни не дойдёт известие о том, что я жива, а Сотников и так знает, если Миша рассказал отцу. Но дело вообще не в этом, я устала здесь быть инкогнито, вроде как никому не нужная, наедине со своей миссией, которую сама себе навесила.

Одновременно с этим я понимала, что это не так, мир нуждается в помощи, и только я могу решить проблемы, по крайней мере, часть их.

Цыган проводил меня в кабинет на втором этаже и включил звуковую защиту. Я не стала доверять ей и продублировала, на что хозяин дома хмыкнул.

— Вашу защиту легко обойти, — пояснила я с улыбкой. Да, если иметь ту структуру прослушки, что я дала Петру Михайловичу, то без проблем можно слушать, о чём говорят за щитом, разная механика.

Богдан Романович сел за стол и не сводил с меня глаз, на губах блуждала глупая улыбка.

— Невероятно! — наконец-то он начал говорить. — Этого просто не может быть! Это же вы… — он как-то с облегчением вздохнул. — Анастасия Павловна, как вы выжили в Чёрных путах?

Я понимала, что нет смысла играть дурочку. Мол, о чём вы, какая Анастасия, я Анна!

— Вы же понимаете, что я могу вас убить, чтобы эта информация не пошла дальше? — я сделала отмороженное лицо. — Легко, — мужчина замер, живыми остались только глаза. Подержав так несколько секунд, отпустила. — Но не буду. Это знание вам ничего не даст. Ничью сторону я принимать не намерена и тем более разбираться кто прав, кто виноват. У меня свой путь.

Богдан Романович отмер и, не совладав с телом, стал сползать с кресла.

— Я… вам не враг, — промямлил мужчина. После парализации язык туго слушался, видно было, как мужчина разминает его во рту.

— Как поживает Пётр Михайлович? — от моих слов цыган побледнел.

— Где я прокололся? — он быстро собрался.

— Сейчас, — я рассмеялась, ведь не была уверена на сто процентов. Просто он, скорей всего, в таком же положении, как и я — одинок в своей миссии и встретив человека, который якобы с ним на одной стороне, тут же расслабился.

Богдан закатился истеричным смехом.

— Не стоило мне доверять, я могла просто нацепить личину Насти. Вам повезло.

— Не может быть ещё одного такого сильного мага! — цыган уже сомневался, но продолжал себя убеждать. — Имей кто-то такие силы, он бы захватил мир.

— Вы сами себе противоречите. Я не захватила, хотя имела море возможностей. Каждый судит со своей колокольни. Зачем? Зачем мне этот мир? Рабы? Это мелко, мне не нужны прислужники и почитатели как богине, я самодостаточна. Богатство? Опять вопрос: зачем? Ради того, чтобы лежало мёртвым грузом? Только неудачники хотят поработить людей и самоутверждаться за счёт слабых, вместо того чтобы развиваться. Возможно, меня спасает то, что я пока ребёнок и не вкусила всей жажды взрослой жизни. А теперь вопрос к вам. Что вам, лично, дало знание того, что я жива?

Богдан Романович задумался.

— Отвечу за вас. Я много дала магическому сообществу, появился прогресс. Но тут я исчезла всего на несколько месяцев, и всё встало. Я же права? — цыган опустил глаза. — Вы не способны развиваться самостоятельно, не способны обуздать свои похоти и в результате не способны спасти человечество, хотя оружие вам дали. Да, понимаю, что, говоря это только вам, я просто лью воду в никуда… Знаете, что мне иногда хочется? — я не ждала ответа, поэтому продолжила. — Довести всё до предела, чтобы эти ублюдки захватили власть и человечество поняло, кого оно взрастило своей инертностью. Горы трупов, хотя нет… толпы рабов, восхваляющие своего владыку. И не по своей воле, а потому что им сломали сознание. Это слабость… это мерзко!

У цыгана желваки ходили, а у меня лились слёзы.

— Вам повезло, что я ещё ребёнок, не вкусивший жизни, максималистка, любящая людей. Только боюсь, что, когда всё закончится, люди быстро забудут прошлое и вместо того, чтобы развиваться, опять начнут делить мир… Всё, отпустило! — я выдохнула и улыбнулась. — А теперь к делу.

Богдан Романович смотрел на меня, не отрываясь ещё несколько секунд, потом нервно хохотнул.

— Вы похлеще Сотникова промываете мозги. Почувствовал себя ничтожеством.

— А вы им и являетесь, — криво ухмыльнулась.

— У меня нет выбора, иначе раскатают.

— Выбор всегда есть. Всё, я устала от этого разговора. Мне нужна карта этого сектора, или примерные координаты Тобольска и компас.

Цыган смотрел на меня непонимающими глазами.

— Вы пешком пойдёте?

— Да. Быстренько так, раз-два, — показала пальчиками по столу. Из меня прямо пёрла Анна.

— Может, нужна моя помощь?

— Нет. Но опять ткну в вашу мелочность. Вместо того чтобы спросить напрямую, вы юлите и ищите обходные пути, в данном случае понимая, что я откажусь от помощи. Также и со знаниями, везде ищите выгоду, все люди одинаковые! — понимала, говорю высокомерно и… что уж говорить, как шаблонная богиня, но уже не могла остановиться. — Вы хотите знать, что я намерена предпринять? Скажу в общих словах. Уничтожу цитадель, потом всех одержимых… Хотя нет, оставлю цитадель как напоминание потомкам. Просто уничтожу одержимых, а потом и Чёрные путы, — говорила и видела реакцию Богдана, так и читалось на лице: «Да она сбрендила!» — В этом и отличие меня от вас. Вы видите препятствия, а я вижу возможности. Компас, карту и чай, пожалуйста, — я мило улыбнулась.

Когда хозяин кабинета вышел, я вздохнула. Пусть скажут спасибо, что у меня есть те, кто мне дорог, иначе Анна завоевала меня окончательно, и я реально пошла развлекаться. Да, я говорила Богдану, что мне не нужны богатство и рабы, но есть одно, что привлекает всех и тем более сбрендившую богиню… отмороженный, пресытившийся мозг жаждет только развлечений, потому что другие эмоции уже не приносят удовольствия.

Давая людям знания, я могла искусственно взращивать себе соперников, а потом убивать. Так, стоп! Анну в утиль, я опять Настя! Но, пока открываться всем не намерена, страх за близких всё равно остаётся.

Богдан Романович вернулся через десять минут, с чаем. За ним он и ходил. Карта и компас находились в кабинете, он достал их из шкафа, когда разлил напиток.

— Подробная карта приграничной зоны, дальше только ландшафт, — мужчина развернул карту. — Тобольск где-то здесь, — он обвёл пальцем довольно большую область на карте, недалеко от реки. — Если бы у меня было больше времени, то мог поискать архивные карты до появления Чёрных пут.

Прикинула расстояние, оказалось не так уж и далеко, около пятисот километров. Если постараться, то за несколько суток долечу до контрольной точки, а там уже местные поиски.

— Там тайга, дорог совсем нет. Верней одна есть, но там кордоны — муха не проскочит. Наши люди пытались пройти, никто не вернулся. А ещё артефактная защита. Когда выходишь за пределы населённой зоны начинаются проблемы с восприятием пространства, маги могут далеко зайти, а обыватели, если не остановиться, сходят с ума.

Даже не хотела знать, откуда у него эти знания. Опять вспомнился Сотников, который с нейтральным лицом делал мне смертельную процедуру. Для них все средства хороши в достижении цели. И рассуждать кто большие ублюдки не стану, хоть и считаю Петра Михайловича, скорей другом, но это мои личные отношения, и они не относятся к общей картине.

— У меня есть способы, не беспокойтесь. Пока не стоит никому говорить, что Настя жива и вообще помалкивайте обо мне. Я сейчас уйду, а вы продолжите жить, как прежде, — встала. Хотелось уйти телепортом, для остроты момента, но внизу Кристина, и я должна уйти пешочком, попрощавшись.

— Когда вас ждать?

— Я сама вас найду, если понадобитесь. А сейчас прощайте.

И вряд ли понадобится. Возможностей у него, необходимых мне, очень мало. Хотя я даже не знаю, что мне может понадобиться от надзорных органов и местных бандюков. Пока он доберётся до того же Сотникова, необходимость может отпасть. Да и не хочу я зависеть от человеческого фактора.

Судя по тому, что я успела прикинуть по карте, мне было без разницы, откуда прыгать, расстояние не особо сокращу. Поэтому направилась к ближайшим плотным городским застройкам, где есть тихий переулок.

Слежки я не боялась. Богдан Романович не осмелится, а Кристина просто мелкая сошка. Я её немного прощупала и ничего примечательного не заметила. Да, есть ключ и стандартный набор даров, скорей всего его сам цыган и купил.

Зашла за дом и включив ментальный шум, развернула карту. Выставила направление по компасу и, уйдя в невидимость, прыгнула вначале на крышу. Здесь на пару секунд проявила компас. Вздохнула глубоко пару раз и взяв небольшой разгон, который нужен был больше для психологической настройки, полетела ввысь.

Уже, когда вышла на парение, поняла, сколько времени я теряю. Во-первых, набор высоты, на него уходит немного времени, но он сжирает основной потенциал. По сути, потом я просто парю. Во-вторых, само парение не идёт в режиме постепенного снижения, а замедляется, я падаю по дуге.

Всё-таки эту проблему придётся решать, меня не устраивают прыжки кузнечиком. Жаль, что нет возможности измерить расстояние, но по ощущениям прыжок продлился чуть больше получаса и несмотря на скорость, продвинулась недалеко.

Выбирать место приземления было нельзя, чтобы не сбиться, поэтому села прямо посреди дороги. Отошла на обочину и зарыла телепорт. На карте написала примерную зону расположения и направление по отношению к ближайшему ориентиру. Недалеко была довольно большая яма, которую даже снегом не занесло.

По дороге проехала телега, я её только взглядом проводила. Меня никто не мог видеть, поэтому решила на месте избавиться от проблемы с полётом, сколько бы это времени ни заняло. А ещё нужно найти ночлег, солнце неумолимо движется к закату.

Первая мысль была вернуться в комнату в доме Ивана. Туда никто не зайдёт, была уверена. Но я также уверена, что не выдержу и выйду к людям.

Остаётся какая-нибудь гостиница. А может, прямо здесь? Отойти в сторону, вон хоть за тот холмик… Всё внутри противилось такому ночлегу, да и вряд ли я усну.

Посмотрела на солнце и решила возвращаться в город. Найду комнату и там поработаю с бронёй.

Выбор пал опять на торговый квартал. Вспомнила, что намеривалась обменять кристаллы, но решила не делать этого. Чрезмерная опека тоже не есть хорошо. Я обеспечила деревне безопасность, и пропитание на длительный период, даже иерархию выставила, так что дальше сами.

Личину выбрала серенькой во всех смыслах женщины. Блёклые волосы, обветренное лицо, видавшая виды одежда, не тряпьё, конечно, так, хорошо поношенная. Всё таже большая сумка через плечо, в которой лежали свежие пирожки, в капсуле они могли практически вечно оставаться свежими.

Заведение не особо искала, зашла в первое попавшееся. Обычный трактир со съёмными комнатами на втором этаже.

— Комнату на неделю, — подошла к стойке и сказала чуть охрипшим голосом. Время было раннее, поэтому в зале практически никого не было.

— Оплата вперёд. Только у меня нет отдельных апартаментов, так что сама будешь от мужиков отбиваться, поэтому деньги вперёд… — я не особо видела связи, но спорить не стала.

Мужик сгрёб монеты со стойки и кивнул кому-то. Из подсобки выскочила полноватая женщина и молчаливо поспешила к лестнице на второй этаж. Комната была дальняя по коридору, что меня вполне устраивало. Но в контексте нахождения женщины и самая опасная. Всё-таки хозяин, ещё тот урод! Ну и Бог с ним.

Служанка, а может и жена хозяина указала на дверь, отдала мне ключи и ушла.

Мдя… комната напоминала коморку. Одноместная. Единственная кровать, тумбочка, и, всё. Туалет скорей всего общий, и это ещё больше усложняет жизнь женщины в этом заведении. Мне в принципе было всё равно и от запаха, и от мужиков я легко отгорожусь.

В комнате оказалось довольно чисто, даже клопов не было, но я всё равно её очистила. Вспомнилось наше путешествие с Мишей и Стеллой, грустно улыбнулась, вздохнула и села на кровать.

Это дыра — мой ночлег на ближайшее время. Установила защиту, несколько портальных камней и решила перекусить, пока в зале свободно и нет пьяных морд.

Еда была на удивление неплохая или я просто сильно проголодалась, неважно. Съела суп, жаркое и кусок пирога с творожным сыром, прихватив с собой ещё один.

Мне нужно было заняться бронёй.

Начну с первых шагов. Когда я убегала от жуткого стража, то хотела спуститься с утёса, и пролететь подальше. Возможно, в этом проблема. Хотя это не проблема, а просто особенность функционала, который броня сделала под запрос. Значит, смысла нет дорабатывать, нужно создавать заново.

Так, дальше. Мне нужно именно лететь, а для этого необходима некая сила, подталкивающая снизу. Топливо есть, принцип я знаю. Сосредоточилась, перед глазами пошли картинки. Было непонятно, я это объясняю или мне показывают, что должно быть.

Казалось, прошло всего несколько минут. Я поняла, что процесс создания завершён, когда медленно начала подниматься над кроватью. Хотелось прямо сейчас полететь.

Но ведь ночь за окном? И что? — уговаривала сама себя. — Я летала в Чёрных путах и меня не останавливала темнота. Тем более на улице снежная зима, землю прекрасно видно. Больше не задумываясь, переместилась на оставленную недавно портальную точку.

Сверилась по компасу и начала подъём. Прыгать не стала, нужно было опробовать новый функционал. Набрав высоту примерно метров в двадцать, двинулась горизонтально, вначале осторожно, потом постепенно набирая скорость, не забывая сверяться по компасу. Хотя это было лишним, я дала установку на движение строго вперёд, играя только с высотой.

Подо мной проплывали снежные поля, леса, когда встречался населённый пункт, то на всякий случай оставляла телепорт. Такой, строго контролируемый ритм мне больше нравился, и за несколько часов я хорошо продвинулась. А кто-то хотел опять на утро оставить! С улыбкой в очередной раз приземлилась и вернулась к себе в комнату.

Ко мне, естественно, никто не заходил, мою дверь даже хозяева сейчас не заметят. За время полёта я опять немного проголодалась, а кусок пирога давно уже съеден. Решила спуститься в обеденный зал.

Время было позднее, значит, пора отдыха работяг. Даже не знаю, как они потом рано просыпаются, но сейчас веселье шло на полную катушку.

Мест не было, поэтому я решила взять еду с собой в комнату. Пока ждала у стойки, наблюдала за посетителями. Градус у них в крови приобрёл такую полноту, что хотелось драться, и парочка уже собиралась это сделать. Хозяин никак не реагировал. Скорей всего это тоже заработок, ведь битая посуда и поломанная мебель явно стоит меньше, чем он сдерёт с задир.

В морду оппонента полетел первый кулак. А сзади на ударившего прилетела в голову глиняная кружка. Всё бы превратилось в свалку, но мне захотелось развлечься.

Неожиданно для всех, задира повернулся к ударившему.

— Да не охренел ли ты? — сказал он, давясь от смеха, мужчина развёл руки, словно встретил лучшего друга.

— Ну ты же знаешь, я только начал, — поддержал веселье мужик с осколком кружки в руке. — Может, выйдем, чтобы не мешать честному обществу?

— А почему бы и нет, — оппонент потрогал разбитую голову, поклонился и направился к двери.

— Нет, судари, так не пойдёт, я тоже с вами, — потирая челюсть, за ними направился первый попавший под раздачу.

Что я там говорила: отмороженный, пресытившийся мозг жаждет только развлечений, потому что другие эмоции уже не приносят удовольствия? У этого общества всё, наоборот, они уходят от проблем здесь в таверне. Бьют морды, нажираются, потом идут отсыпаться, а завтра опять отрабатывать долг, который на них повесили, дабы не попасть в работный лагерь.

Меня не устраивало такое положение вещей. Резко передумала развлекаться, хотелось, чтобы хоть один вечер здесь прошёл спокойно. Пусть хозяин удивится, — мысленно хитро посмеялась и успокоила мужиков, заодно кинув лечебные структуры.

Хулиганы быстро угомонились и вернулись за стол, да и все остальные посетители вели себя смирно.

Я смотрела на людей и понимала, что мне здесь не место. Хотела уйти от якорей, а сама уже и здесь пытаюсь навести порядок. В каждую бочку затычка! Так, где я ничего не захочу менять? У Богдана Романовича, естественно!

Мне принесли мой заказ, я расплатилась, откусила кусок пирога, отхлебнула чай и направилась на выход из заведения.

Ну что, пойду искать хозяина города…

Я была более чем уверена, что цыгана нет дома. Вначале хотела просто прогуляться в невидимости, глянуть, чем надзорник-мафиози живёт, и подождать, когда он вернётся домой. Но когда я переместилась к автомобилю Богдана, то оказалась возле огромного особняка, нет скорей дворца.

Рядом стояло ещё много машин, и подъезжали новые.

Это я удачно зашла! — улыбнулась, поняв, куда попала. Это был бал, возможно, Новогодний, судя по тому, что во дворе стояла огромная мерцающая ёлка. А когда я увидела цветник из моих ледяных цветов, то чуть не рассмеялась.

Как же время быстро пролетело, — вспомнила, как веселилась с Эриком, а Миша был ещё просто другом.

Направилась к дверям, на ходу продумывая наряд. Я была уже вполне оформившаяся девушка, поэтому решила похулиганить и сделать себе платье из прошлого мира. Дымчатое, усыпанное мерцающими стразами, облегающее, но полностью закрытое, с небольшим шлейфом. Да, я буду смотреться инородным телом, но это и была цель, поэтому чтобы усилить эффект, я сделала себе огненно-рыжие волосы. Бал был костюмированным, поэтому я добавила скромную маску в виде морды хищной птицы с клювом, закрывающую пол лица. Жаль, я не могу сейчас на себя глянуть, но примерно знаю, как выгляжу.

Зашла я без проблем, лакеи меня просто не увидели. Пристроилась за очередными гостями.

Прошла в женскую уборную, а там в интимной обстановке проявилась. Шикарно, конечно, здесь всё устроено, даже унитаз из мрамора, а нас стенах висели зеркала. Это скорей всего дворец местного князька, жирует, тварина на людских костях. Ну это потом…

Как я выгляжу, меня вполне устроило. Платье красиво подчёркивало формы без пошлости. Решила всё же добавить плащ, отороченный мехом. Вот теперь порядок.

Вышла. В уборной было ещё несколько женщин, они очень изумлённо на меня посмотрели. Вряд ли они удивились моему появлению из ниоткуда, скорей вид непривычный. Ну да, они одеты в архаичных корсетных платьях, а я, по их мнению, практически голая.

Направилась в зал, хотя в вестибюле и в коридорах было полно народа. Взяла шампанское с подноса у обслуги. Пить не хотелось, может только пригубить, нужно было для антуража. На меня так пялились, что хотелось нацепить лёгкий шум, но я быстро собралась, пусть смотрят.

Пары танцевали, а я даже не представляла, как буду выглядеть в том же вальсе, шлейф был лишним, а поднять его невозможно, да и юбку следовало сделать попышней. Но мои думы прервал смелый молодой человек, который буквально выскочил у меня перед носом.

— Сударыня, разрешите вас пригласить на танец! — стандартный такой сыночек какого-то дворянина в костюме а-ля мушкетёр.

Вручила бокал пялившейся на меня тётке и подала руку парню.

Я зря боялась, было вполне комфортно танцевать, благо танец не предполагал виляния бёдрами и резких поворотов. Мы кружились, партнёр пытался отпускать комплементы, даже выпытывал имя. Ну я и назвалась Анной, он назвался Антуаном…

После танца последовало приглашение пообщаться, я отказалась. Заметив, что тётка так и стоит с моим бокалом, подошла и забрала его, поблагодарив с улыбкой.

Прохаживаюсь по залу, смотрела на гостей. Разношёрстная публика, видно, собрали все местные сливки, где-то уже подпорченные. Несмотря на начало мероприятия, один мужик уже успел нахрюкаться и приставал к гостям. Не стала вслушиваться, что он говорит, видно, собутыльника ищет.

Богдана Романовича я увидела издали. В чёрном строгом костюме, в такой же чёрной маске. Он стоял со своей пассией, рядом с группой гостей. Кристина была одета в скромное синее платье, напоминающее академическое, чем опять напомнила меня. Я же так и не спросила, это цыган мой фанат или его женщина на мне помешена?

Судя по одежде, в этом уголке собралась верхушка местной элиты. Я не стала подходить, это было глупо. Просто прошлась рядом, делая маленькие глоточки шампанского.

Цыган стоял лицом к залу и что-то обсуждал с другими мужчинами, но меня быстро зацепил взглядом. Рот дрогнул в улыбке. Мне было интересно, что он предпримет. Неожиданно он направился ко мне, хотя не совсем неожиданно, я именно этого от него и ждала. Ну да, он должен был понять, что раз пришла, то хочу пообщаться с местным обществом.

— Госпожа Анна, вас сложно не узнать, — буквально проворковал он и поцеловал мою протянутую руку. — Не желаете присоединиться к нам?

— А почему бы и нет, — я посмотрела в сторону элиты. Кристина обдала меня холодным взглядом, который не скрыла даже маска, она тоже меня узнала.

Представления никому не понадобилось, Богдан просто подвёл меня поближе к Кристине и встал, между нами. Я хмыкнула, со стороны могло показаться, что я его очередная любовница. Но скорей всего он даже не задумался об этом.

На меня, естественно, обратили внимание, не стесняясь, рассматривали и мужчины, и женщины. Здесь все друг друга знали, поэтому разговор не отличался от обычного светского, даже имена употребляли, вряд ли придуманные. Кто, что купил — основная тема. Имущество, лошади, скот, рабы. Меня, взбесило приравнивание людей к скоту.

— Да прикупил вчера пару десятков душ, по дороге двое покалечилось, да и обмороженные есть. Вот говорил, чтобы фургон лучше утеплили, — я вначале не поняла, о чём говорил полноватый мужик.

— Да бывает некондиция… я в брак списываю или сбываю по дешёвке, чтобы зря продукты не тратить, — вступил в разговор другой, прояснив для меня ситуацию. — В прошлой партии шикарную бабёнку притащили, мягонькая такая… — растянул слащавую улыбку.

— Ты неисправим, — рассмеялись собеседники.

Так захотелось прямо сейчас укокошить этих тварей, отмороженная ухмылка появилась на моём лице. Я боковым зрением заметила, как в мою сторону дёрнул голову Богдан Романович, посмотрела на него. Какой внимательный, однако, всё замечает.

Паника.

Я чуть склонила голову, мило улыбнувшись, он вроде успокоился. Но видно было недостаточно. Пригласил меня на танец, видно хотел отвлечь.

Выполняя танцевальные па, цыган не сводил с меня взгляда.

— Я спокойна, не нужно меня гипнотизировать. Но вы правы, хочется раздавить этих клопов. Пф-ф… — я сделала резкий жест одними пальцами, — чтобы пыль осталась.

— Это ничего не изменит.

— Да успокойтесь вы, не буду я здесь никого убивать, — прошептала я и рассмеялась. Он не поверил. — На всякий случай укажите, кого не трогать.

Богдан Романович судорожно сжал мне руку.

— Всё, всё, успокойтесь, не буду я ворошить ваш гадюшник, пока меня не тронут. Могу уйти, если вы боитесь за своё болото.

— Я не смею вам приказывать, — цыган продолжал вести меня в танце, но как-то нервно. Что он там обо мне напридумывал?

— Ладно, уговорили. Пойду я. Хотела попросить у вас ночлега, но видно не судьба… Какие вы все нервные, — я тихо рассмеялась и, виляя бёдрами, отправилась через зал на выход.

Отдохнула, называется, и даже ужина не вкусила, там, наверное, будет вкусно. Было грустно, но вполне предсказуемо.

Боковым зрением заметила мужчину, который довольно быстро двигался и траектория явно в мою сторону. Лицо сосредоточенное. Интересно. Неужели какой-то глупец осмелился на меня напасть. Хотя вряд ли, скорей просто остановить. Решила посмотреть, что будет.

Он подбежал и схватил меня за руку.

— Следуйте за мной, его светлость желает с вами поговорить, — я почувствовала ментальную волну.

— Ему надо, пусть сам подходит, — развернувшись ответила с вызовом.

— Ты не поняла, это приказ! — сказано было таким тягучим презрительным тоном, что я не удержалась и рассмеялась.

— Ты… мальчик… видно, не понимаешь с кем говоришь, — прошипела я. Ближайшие к нам гости начали отходить.

— Это ты не понимаешь. Когда господин приказывает — ты выполняешь! А он любит строптивых, — окатил меня оценивающим взглядом.

— Говоришь, любишь, когда тебе приказывают? Ах ты псина, дворовая… на колени, — с улыбкой спокойно сказала я. Холоп местного князька встал на колени, а в глазах было непонимание. Ну да, тело делает не то, что он хочет. — Служи!

Он сложил ладони перед грудью и высунул язык. Я окинула взглядом зал, ко мне направились ещё несколько здоровых мужчин. А ещё я заметила, что Богдан Романович буквально побежал в другой конец зала.

Слуги князя уже были совсем рядом, я видела, что в мою сторону метнулись структуры. Моим же оружием… Их манипуляции вызвали только улыбку, так как конструкции, даже не долетев до меня, развеялись.

— А теперь танец пёсиков! — сказала уже громко, и агрессоры бухнулись на колени и начали кружить, словно шелудивые псы за хвостами. К ним присоединился и первый холоп. — Ну что смотрим? Хлопаем! — я стала хлопать в ладоши.

Музыка стихла, в зале повисла тишина, только и слышались звуки от возни мужиков по полу и мои ритмичные удары.

— Никто не смеет мне приказывать! — сказала спокойно, но мой голос отдался от стен.

Я уже хотела уйти, но неожиданно почувствовала то, что совсем не ожидала здесь обнаружить. Чёрная кровь⁈ Да, эманации были мизерные, ключ блокирует её, но от применения дара всё равно остаются следы, довольно длительное время, которые я могу обнаружить.

Не стала искать глазами объект, чтобы не спалиться. Если носитель запаникует, то последует попытка меня убить, и будут случайные жертвы. Просто пустила на поиск тончайший щуп, который, обнаружив жертву, оставит метку. Каково было моё удивление, когда носителей оказалось несколько, по паре с двух сторон. Они не двигались.

Нужно подумать, что делать с этой находкой. Повернулась и вышла.

Потом вспомнила, что кое-что забыла и вернулась в зал, там по-прежнему стояла тишина и у дверей кружили в безумном танце холопы. Махнула на них рукой, и они, остановившись, сразу подскочили.

— В следующий раз не пощажу! — погрозила пальцем и ушла.

При выходе из здания на мне появился привычный чёрный костюм с плащом, а вот волосы я решила оставить, запустив процесс окраски в рыжий, а пока с иллюзией похожу.

Остановилась на ступеньках и задумалась. А способна ли я вот просто, хладнокровно убить? Нет, — дала чёткий ответ. Даже зная, что рядом одержимые с ключами, а значит, минимум ещё с четырьмя дарами, и я думала только, как их обезвредить.

Вспомнился недавний разговор с Богданом, о том, что я грозилась убить всех одержимых… Мда, каждый судит по себе. Но убийца из меня никакой, и как-то придётся выкручиваться. А ещё думать, что мне делать с надсмотрщиками за властью, никем другим эти типы не могут быть. А вот цыгана всё же стоит поставить в известность.

Во дворе никого не было, и взглядов я не чувствовала, но всё же пустила ментальную волну во все стороны, чтобы неожиданный случайный зритель потерял интерес. Ушла в невидимость.

Вернулась в особняк, в зале был настоящий базар. Музыка молчала, но не гости, все обсуждали происшедшее.

Богдан Романович нашёлся возле невысокого мужчины, который стоял, высокомерно задрав подбородок и, держа руки за спиной, что-то высказывал ему. Мне стало интересно, да и звуковую структуру всё равно придётся ставить, нужно было давно это сделать.

— … рь испортила мне вечер. Это твоя вина, — сказал мелкий князёк противным срывающимся голосом. Я видела этого мужичонку, стоял неподалёку и как все остальные поглядывал на меня.

— Моей вины нет. Я не отвечаю за ваших гостей. И если я её в какой-то мере знаю, не даёт право меня обвинять.

— Это тварь пришла с тобой, — продолжал настаивать обвинитель.

А вот это он зря… На князя тоже полетела структура, и в его ухе раздалось тихое заунывное: «тва-арь… тва-арь…» Князь дёрнулся и стал оглядываться.

— Кто говорит? — а в ухе: «говори-ит… говори-ит». Он начал осматривать ничего не понимающих людей рядом. — Это ваши шутки? — он ткнул в Богдана пальцем. А в ухе: «шутки… шутки…»

Князёк так и не взял себя в руки.

— Закрыть все двери и найдите эту тварь! — заорал он, а сам собрался уйти, но неожиданно нога подвернулась, и он растянулся под ногами своих телохранителей, которые кинулись его поднимать. Нет, неожиданности здесь не было.

Детский сад, — поругала я себя за мелкие пакости и переключилась на цыгана.

«– Тихо», — прошептала. Мужчина даже не дёрнулся. «– Здесь в зале одержимые, насчитала четыре человека. Возможно, присматривают за князем. Вспомни, появлялись у тебя среди людей очень исполнительные, может, гастролёры по рекомендации из другого сектора?» — по едва заметной реакции поняла, что такие есть.

Говорила, а сама следила за передвижением гостей, добрая треть которых оказались вовсе не гостями. Меня увидеть они не могут, да и услышать тоже, коммуникатор уже совсем другого уровня. Я бы могла и на Богдана Романовича нацепить переговорную маску с иллюзией «молчание», но сейчас это было лишнее.

«– На твоём месте я бы засобиралась на соседний сектор, вот прямо сейчас. Передай Сотникову, что начну где-то через… так… дня четыре. Я не знаю, смогу ли я обезопасить обычных магов. Забирай тех, кто тебе нужен и вали».

Неожиданно поняла, что я готова, план как пазл начал складываться в голове. Даже страшно стало, как связаны события и, как ни странно, встреча с Виктором — одно из ключевых. Он своим непонятным чувством толкнул на создание основы для оружия, первозданной матрицы. Так захотелось достать странный пирамидальный ключ и полюбоваться.

Но здесь ни место и не время. Вышла на центр зала и проявилась.

— Как же с вами скучно, — люди и криками ринулись от меня во все стороны. — Хотела отдохнуть — не дали, хотела завести друзей — назвали тварью. Не тварь я! — плащ за спиной превратился в сложенные белые крылья, одежда тоже стала белой. Со стороны я должна была напоминать ангела в доспехах. — Вам смертным меня не понять! — крылья расправились и я, вспоминая, как ими машут начала подниматься. Порывы ветра трепали одежду и волосы ближайших ко мне гостей. — Ухожу я от вас, к достойным моего присутствия, — взлетев метра на два, я рассыпалась золотыми искрами, а сама просто исчезла.

«– Как-то так!» — прошептала я Богдану на ухо. «– Хотя сомневаюсь, что они поверят в моё исчезновение, но, надеюсь, отстанут от тебя. Но это не отменяет первое предупреждение, они в итоге всё равно к тебе явятся».

Видела, что цыган хочет, что-то сказать, но смысла не вижу, он может только сбить меня с толку. Я наметила план действий, и человеческий фактор мне не нужен.

В зале была суматоха, бесчисленная охрана всё равно кинулась меня искать, ну до чего же тупые. Будь я настоящим демоном или тварью, да просто сбрендившим магом, какого играю, то здесь было поле битвы, верней бойня, и я сейчас сидела на каком-нибудь трупе и попивала шампанское. А так цель была просто напугать и вывести из равновесия одержимых.

В итоге, получилось, но не так как я хотела. Эти твари тоже не поверили в моё исчезновение, скорей восприняли иллюзионисткой. Я почувствовала движение эманаций Чёрной крови.

«– Эти ублюдки решили положить людей!» — практически крикнула в ухо Богдана Романовича.

Вот почему я не ушла? — запоздало поругала себя. — Всё, больше никаких контактов с людьми, я усвоила урок!

События закрутились очень быстро. Уже и без меня гости увидели настоящих тварей. Поднялся такой ор, что хотелось закрыть уши. Один из одержимых оказался недалеко от меня, вокруг появилось чёрное марево. Действовать пришлось молниеносно. В сторону меток полетели капсулы, заряженные на уничтожение, но одна была с хитрой начинкой. Ближайший ко мне одержимый не рассыпался пылью, а переместился на одну из портальных точек недалеко от Чёрных пут.

«Я тебя ненавижу, Проводник!» — хотелось выкрикнуть, но я только заскрипела зубами. Вот почему, когда мне понадобилось сделать и испытать оружие против одержимых, то сразу подвернулась ситуация захватить объект?

Осмотрев зал, я поняла, что моё участие больше не нужно. Да, поражённые Чёрной кровью будут, но думаю, у них есть мои методы лечения.

Люди даже не поняли кто или что убило одержимых, ну кроме Богдана, он стоял и, нервно скривив рот, смотрел на горку пыли, оставшуюся от твари. Теперь всё, что он себе насочинял, увидел воочию. Возможно, и он принял меня за тварь, ведь я прошла Чёрные путы, а оттуда люди не выходят.

Но мне не было дело до его переживаний, у меня появились свои. Тяжело осознавать, что я открыла счёт своих жертв.

Эту войну не я начала! — пыталась оправдать себя, но всё равно было тошно на душе.

«– Эту войну не я начала!» — озвучила свои мысли для Богдана, он стоял с серым лицом, видно, понимая, что спокойная жизнь зажиревшего мафиози окончена. Но возможно, он просто был не готов увидеть другой уровень магии, как и многие в этом зале.

Эту ситуацию с потерей четырёх, я думаю, не последних бойцов, просто так не оставят и через короткое время в эти края пожалуют ещё одержимые, а имеющиеся в этом городе начнут шерстить народ на причастность. Хотя глупо, видно же, что я одиночка. Но это я вижу полную картину, с той стороны заметна только выскочка, которая баламутит общество, значит, за мной кто-то стоит. И первая ниточка как раз ведёт к Богдану Романовичу.

Не знаю почему, но мне стало жаль цыгана, захотелось его вытащить из всего этого. Нет, палить возможность пользоваться порталами не хочу, хотя проще всего перенести его в безопасное место. Но я предполагаю, рисковать ему не привыкать, так что выкрутится.

Прежде чем отправится к своему пленнику, я решила вернуться в одно место, нужно успокоиться, иначе могу наворотить дел. Несмотря на тяжесть на душе, хотелось разнести что-нибудь.

Как ни странно, но ночью церквушка смотрелась приветливей. Окутанная серебристым светом, она казалась островком безмятежности и покоя. Захотелось сразу укрыться в её темноте, чтобы не видеть этот мир. Что я и сделала.

Зайдя внутрь, подошла к стене и буквально сползла на пол. Как же тошно. Я понимала, что у меня не было выхода, иначе эти недолюди положили как минимум половину присутствующих, в надежде задеть меня. Но я же их и спровоцировала.

Эту войну не я начала, но я хочу её закончить. Вопрос в том, а по силам ли это одному человеку и без жертв? Я не хочу убивать! Я опустила лицо в ладони и заревела. Слёзы быстро иссякли, потому что я не имею право истерить. Нескольких секунд слабости достаточно.

А теперь, что я могу сделать? Что может обезвредить тысячи одержимых, а их не может быть мало, ведь свозят отовсюду, возможно, из всех соседних секторов. Да, я понимаю, что моё, пока неизвестное оружие, может задеть и невиновных. Но носители без ключа все опасны, пока Чёрные путы остаются активными. К ним я вернусь, когда покончу с первым пунктом. Ведь я не смогу работать в путах, зная, что буду исчезать на месяцы из мира, над которым повисла угроза войны.

Так что я могу сделать? — вернула мысли к проблеме. — Что может уничтожить группу людей, не затронув невиновных? Хотя я сомневаюсь, что в цитадели живут обычные люди. Это жестоко со стороны обычного человека и нерентабельно со стороны ублюдков. Ведь в зоне постоянного выхода чёрных эманаций, человек проживёт, дай Бог, месяц. Но маги там точно есть.

Закрыв глаза, я задумалась. Здесь очень легко дышалось и совсем не хотелось никуда уходить. Меня словно окутали тёплым одеялом, говоря: ты дома, отдохни, соберись с мыслями. Что я и делала, мысли были ясные, ничего лишнего. Казалось, я применила на себе ментальную структуру, но это было не так.

Ментальное воздействие притупляет не только чувства, но и совесть. Что можно явственно видеть на примере надзорников и одержимых. Всё кажется правильным и оправданным, даже убийство. Я бы сейчас легко оправдала расщепление тройки бойцов и спокойно пошла экспериментировать с четвёртым. И скорей всего не выбирая гуманные методы, главное — достижение цели! Я же потом спасу миллионы, так что ничего страшного, если я пущу в утиль пару, а может, пару десятков преступников. Ведь они преступники⁈ Нет, они изуродованные люди, и я должна найти способ избежать жертв.

Что-то меня заносит! И это явный признак, что на мне нет воздействия дара, — я нашла в себе силы улыбнуться.

Болезнь… — неожиданная мысль поразила своей простотой. Нет — вирус! Вирусная структура, которая паразит только носителей Чёрной крови. А не попаду ли я под её воздействие? По сути, не должна, ведь у меня нет чистых даров, только матрицы в базе находятся. Но всё равно нужно учесть эту тонкость.

Я ещё на балу догадалась, что мне пригодится новый ключ, ведь способ его создания явно показал, что он может выжечь каналы, в данном случае должен выжечь сеть Чёрной крови. Я же прекрасно знаю, что она не сливается с основной, по крайней мере, у обычных магов. Подействует ли ключ на симбиоз даров не знаю, но таких магов единицы. И если брать в расчёт этапы своего развития, то до полного слияния я всё же чувствовала сеть Чёрной крови.

Так, теперь нужно подробней обмозговать, что я хочу от вируса. Понятно, что просто запускать его нельзя, он выжжет носителя… Вот, носителя! Мне нужно создать паразитическую матрицу, которая будет выпускать вирус при приближении к Чёрной крови. Легко сказать…

Сам ключ не похож на микроскопический организм, и всё же имеет свою массу. Хоть и исчисляется она энергетической фракцией, но она не летучая. Значит, нужно ей помочь. И что же, ножки ей приделать, чтобы прыгала? Бред, конечно, эдакие нанопаучки — прыгуны. Как представила этих созданий, которые ползают, аж передёрнуло и тело неприятно зачесалось.

Но, как ни странно, другого способа доставки нет. Нужно, чтобы этот самый вирус выстреливал из инфицированного в жертву.

Так, способ доставки более-менее придумала. Теперь к самому вирусу. Он не должен повредить хозяину, а для этого у него должна быть защита. Но если он имеет Чёрную кровь, то сразу станет жертвой. Тут или внедрять в каждую матрицу пробник инфицированного… Нет, это тоже в минус. Если встретятся два хозяина, они друг друга уничтожит.

Остаётся что? Старый родной ключ, который даёт эту самую защиту. Сомневаюсь, что его носителей очень много. Хотя… можно запрограммировать матрицу на игнорирование себя самой и клонов. Я вздохнула, что-то начало вырисовываться.

Спасибо! — перекрестилась и вышла.

Стало намного спокойней, и я могу взглянуть на объект экспериментов. Переходить к нему было всё же страшновато. Нет, он не сможет на меня напасть, так как находится в стазисе, в том состоянии как его застала капсула. И ничего с ним не станет, хоть топором руби, капсула полностью блокирует любое воздействие. Объект можно только перемещать. Но вряд ли его кто-то тронет, сомневаюсь, что там будет случайно проходить один из боевиков одержимых.

Неожиданно мысли вернулись к Богдану Романовичу, почему-то было беспокойно. Неужели он настолько дурак, что не послушался меня?

Дай-ка я всё же гляну как он, чтобы уж совсем успокоиться.

Приготовилась взлететь, если машина будет на ходу и перешла через телепорт. И каково же было удивление, когда я оказалась во дворе особняка цыгана.

Треск огня, звуки применения магии, вот что я услышала, да и увидела разрушения, пол дома было разнесено в труху.

Идиот! — подумала я и кинулась в дом, обегая трупы его телохранителей.

В доме шёл бой, дверь была вышиблена, с левой стороны бушевал пожар. Где-то внутри послышался звук разряда молнии, и в следующее мгновение я её увидела, она пересекла пространство вестибюля и врезавшись в одну из колонн буквально расщепила её. Я даже знаю, кто её пустил.

Да это был Богдан. Он стоял под защитой купола, в ногах лежала Кристина, вроде живая, но без сознания. Невозможно лежать спокойно, да ещё в такой позе, когда тебя атакуют.

Бой шёл один на один. Одержимый, окружённый чёрным маревом, не обращая внимания на влетавшие в него молнии, пытался окутать чёрными нитями купол. Не знаю, что он делает, но судя по глумливому лицу преуспевает.

Я не стала ждать и, упаковав ещё одного пленника, переместила его к первому. Цыган не стал снимать щит и продолжал стоять, крутя головой. Я тоже осмотрелась. Недалеко лежал открытый, верней разорванный чемодан, дальше ещё, разбросанные вещи, драгоценности. Так вот зачем он сюда вернулся? Эта овца решила вещи собрать и уговорила любовника.

Так и хотелось бросить её умирать. Хотя Богдан не даст, он любит это дуру. Потратит время на её лечение, а за это время ещё кто-нибудь пожалует.

Накинула на неё капсулу и восстановила — пусть живёт.

«– Подкаблучник!» — сказала цыгану на ухо и ушла к пленным, мне работать нужно.

Переход получился быстрым, я даже ничего сообразить не успела, когда чуть не споткнулась о застывших одержимых, лежавших у моих ног.

Конечно, ужасающее зрелище, особенно в ночном освещении. Два тела напоминают жертв Медузы Горгоны, за момент до того, как окончательно превратятся в камень. Искажённые то ли в гневе, то ли в ужасе лица. Глядя на них, сомневаешься, что у них сохранился рассудок — дар полностью поглотил разум.

Хотя я знаю, как работает ключ, и он даёт возможность контролировать этот страшный дар. Другое дело, если человек отдался на его волю до его установки и, возможно, ловит кайф от использования, как от дозы. Я вспомнила ощущения, когда у меня повторно пробудилась Чёрная кровь, да была эйфория и хотелось почудить. А если жить в этом состоянии годами? Но сомневаюсь, сумасшедшие, не смогли бы втесаться в доверие тому же Богдану или князьку. Так что перестаю их оправдывать — это нелюди, которые ненавидят всех остальных.

Так, приступим.

У меня два объекта. Правда, Проводник, очень кстати? — попыхтела недовольно и продолжила обдумывать.

Действовать нужно быстро, чтобы не упустить течение мысли. Опять, как и в прошлый раз, перед глазами замелькали картинки. Они периодически менялись местами, словно кто-то тасовал карты. Но в этот раз я всё прекрасно понимала, это не этапы создания матрицы, а именно последовательность действий, заложенных в программу. Это мне объясняют, как будет действовать вирус.

В очередной раз убедилась, что я просто инструмент, который как-то может влиять на течение миссии. Хотя в этом влиянии может и есть суть. Сам Проводник имеет возможности, но не способен анализировать ситуацию и исходя из этого шло моё обучение. Он смотрел моими глазами и делал всё моими руками, подстраивая развитие под возникшие обстоятельства.

Возможно, если бы я продолжила научную деятельность, то много дала человечеству. Ведь на полигон меня никто не торопил, и я вообще могла туда не попасть, если бы не стала углубляться в изучение призрачной крови и не начала эксперименты.

Мысли вернулись к обдумыванию варианта, что таких как я много, возможно, даже попаданцев из разных параллелей. Сидят тайком и копаются в своих проблемах, боясь высунуться.

Пока думала, не заметила, что у меня над рукой появилась очень странная структура, пугающе странная. Аж комок в горле сглотнула и отрицательно покачала головой. Я просто не могла такое создать. По моим ассоциациям объект полностью подходил под название — вирус. В нём, казалось, отразились все этапы и всё созданное мной. Всё три ключа сплелись в единый организм, обросли деталями. Эдакий упорядоченный хаос, заключённый в пирамиду, распустивший щупальцы во все стороны, готовые прицепиться к жертве. Прекрасный и мерзкий одновременно.

Даже не хочу думать, что такая штука может в меня забраться. Меня передёрнуло от липких мурашек, пробежавших по спине.

Хоть я и отчасти участвовала в создании вирусной матрицы, и понимала её действие. Всё будет тоньше, чем я придумала и локально. Вот последнее меня более чем устраивало. Я лучше побегаю по миру и повживляю эти матрицы в других носителей, чем рисковать детьми, в которых только проснулась Чёрная кровь.

Вот честно, от души отлегло, и я от счастья даже слезу пустила.

А теперь нужно начинить первых диверсантов и доставить их на место. Которое, к слову, мне ещё нужно найти. Посмотрела на пленных. Можно, конечно, сломать их защиту и допытаться, где находится их цитадель, но, сдаётся мне, это не сильно поможет. Они добирались на транспорте по дороге и вряд ли знают точные координаты.

Так что заканчиваю этап с установкой и сразу стартую на поиски.

Сняла капсулу с первого и сразу взяла под контроль. От одержимого сильно фонило чёрными эманациями, но дар он сразу выключил. Тело мужчины расслабилось, он безучастно смотрел вверх.

Я поднесла вирус к его груди, готовилась к реакции, ведь Виктору было очень больно. Но одержимый даже не дёрнулся. Зрелище было тошнотворное, хотя, возможно, я просто накрутила себя. Вирусная матрица буквально прыгнула на грудь мужчины и, шевеля щупальцами, погрузилась в установленный ключ.

— Пф-ф… — выдохнула я.

В мою сторону никаких поползновений не было, а вот второй скорей всего пострадает. Можно было, конечно, посмотреть, что будет с носителями, даже защищёнными ключами, но у меня мало материала…

Опять перед глазами всплыл палач — Сотников. Не хочу я опускаться до скотского состояния, хотя и его стараюсь не судить. Да, не и оправдываю. Он пытается бороться в силу своих возможностей, и когда борьба затягивается на десятилетия, то гуманизм может просто исчезнуть.

В данном случае это не материал, а диверсанты, инструмент. В итоге носители вирусной матрицы тоже станут их жертвой. Вот здесь я не могу просчитать опасности, возможно, жертвой в прямом смысле. Но очень надеюсь, что выживут.

Я задумалась, а что станет с тысячами бывших одержимых? Ведь большинство из них уже давно не дружат с головой. Толпы больных опасных людей разбредутся по сектору, какие-то с другими дарами.

Так, не буду заглядывать в будущее, это тормозит меня. В этом случае я ничего не смогу сделать, если только не поставить их исцеление на поток.

Всё! Хватит думать о всеобщем благе. Двигаться нужно.

Перенесла второго диверсанта подальше, установила матрицу и вернула в прежнюю локацию. Взаимодействия не последовало — отлично! Но это не навечно. Через время, дней двадцать — тридцать, защита хозяина начнёт исчезать и его сеть будет разрушаться.

Капсулировала диверсантов, накинула на них полог невидимости и тут же переместилась на точку, где прервала полёт. Так, теперь никаких промежуточных остановок. Лечу до упора, сколько выдержу.

Вложилась в старт по полной, выбрав низкую траекторию подъёма, я ракетой устремилась в нужном направлении. Боковым зрение заметила, как подо мной взвился снег от сильного порыва ветра.

Набрав удобную для обзора высоту, я легла на курс.

Пришлось подняться выше, так как скорость была такой, что лес подо мной сливался в сплошную плоскость. Я боялась пропустить любую зацепку.

Через несколько часов я поняла, что зря боялась, такое пропустить невозможно. Из леса поднималась конструкция, очень напоминающая параболическую антенну. В нескольких десятках километрах в стороне имелась ещё одна. Конструкция двигалась, медленно в сторону, что было чётко видно на подсвеченном восходом небе.

Когда я начала снижаться, то почувствовала давление. Антенна транслировала энергетический импульс. А вот и то, что сводит с ума всякого, кто сюда сунется.

Я всё думала, как же они патрулируют такую площадь, оказалось всё просто, одна такая тарелочка зачищает от всего живого на десятки километров. Даже не представляю, сколько такая дура жрёт энергии. Хотя дефицита энергии быть не может, сюда свозят чёрные кристаллы, скорей всего, не только с этого сектора.

А вот и ещё один кусочек пазла встал на место. На нашем секторе добывают кристаллы в промышленном масштабе, но я что-то не заметила, чтобы в каждом доме всё на них работало, наоборот, они запрещены. Не знаю, куда по документам они уходят, но теперь я знаю основное направление.

Антенны поглотили всё моё внимание, и я не сразу заметила, что за ними. И не в зоне отчуждения, которая белой полосой снега отчерчивала границу, а то, что за ней. Вначале я не поняла, что вижу, а потом ужаснулась.

Пролетев артефакты, я двинулась дальше, чтобы рассмотреть. Сплошным полотном в обе стороны шли здания. Отсюда я не видела этажности, но не меньше трёх этажей. Более близкий осмотр выяснил, что часть из них жилые, остальные смахивали на цеха.

Я присмотрелась дальше. То, что я вначале приняла за горный массив, им не являлось, слишком правильная форма. А вот я и нашла сосредоточение зла…

Облегчения я не испытала, также и не было азарта. На душе опять было тошно.

Таких масштабов я не предвидела. Здесь население не тысячи, а сотни тысяч.

Что, ты приготовила два диверсанта? Правда? Вот сейчас я действительно поняла всю глубину проблемы. Даже если они будут днём и ночью скакать по округе, то уйдёт не одна неделя на охват.

Так, а теперь, Настя, включи мозги! — я приземлилась в зоне отчуждения.

Как только перелетела территорию действия антенн, то сразу пропало давление. Значит, сюда не проникает излучение и могут работать даже обычные люди. Теперь я прекрасно понимала, что впереди, это как раз и есть тот самый работный лагерь, откуда нет выхода. Местное правительство оставляет население буквально как затычку для проверяющих органов, чтобы создать видимость жизни и как ресурсную базу для пополнения численности рабов. Поэтому нет карт сектора, потому что нечего наносить, не цитадель же…

Отсюда вывод, что носители Чёрной крови не могут находиться повсеместно, а скорей всего локально, вот именно в той цитадели, — я посмотрела вперёд, даже с земли в дымке виднелась верхушка сооружения, оно поистине циклопическое. Сколько нужно диверсантов, чтобы охватить её? Десяток, два? Нет, скорее сотня. Но я не смогу так быстро всё организовать и раскидать их по всей площади. Значит, что? Нужно переделать вирус, чтобы можно было активировать по сигналу, цепочкой, принудительно дать старт операции. Просто боюсь, что я могла не учесть уровень защиты или ещё чего и не смогу обезвредить всех в короткие сроки.

Скорей всего я перестраховываюсь, но хочется иметь контроль. Нужно, чтобы матрицы начали распространять вирус в одно время и сам вирус начал действовать, допустим, через сутки.

Ты слышишь, Проводник⁈ — сосредоточившись на дополнительных настройках, я создала новую вирусную матрицу. Внешне ничего не изменилось, но я знала, что всё было выполнено.

Так, что дальше? Конечно, хорошо было бы отдохнуть, я уже как минимум сутки не сплю, но у меня большой запас ресурсов в организме, поэтому запущу диверсию, потом посплю, если, конечно, получится. Принудительно выключу себя на несколько часов, — приняла решение.

Опять взлетев, уже осторожно, чтобы не поднять снег, я направилась к цитадели. Подо мной пролетали постройки, повсюду поднимались столбики дыма из труб. Я старалась сильно не снижаться, увидеть меня не могут, но я создаю движение воздуха, которое может заметить маг этой стихии. Но даже с этой высоты я видела, сколько людей здесь живёт.

Рабочие не ходили строем, и конвоя я не видела, но медленно идущие вереницы людей, движущиеся в направлении цехов, навивали тоску. Я даже не представляла, что они там производят, скорей всего всё для нужд одержимых от бытовых мелочей до оружия.

Неожиданно моё внимание привлёк довольно большой объект, движущийся в противную сторону от движения людей. Это была большая машина, в утреннем освещении кажущаяся инородным тёмным телом. Виной всему форма, она больше подходила моему прошлому миру, потому что напомнила бронетранспортёр, огромный металлический с оружием на крыше. Порыв ветра донёс типичный звук дизельного движка. Сдаётся мне, что я и не такое здесь увижу. Скорей всего и летающая техника есть.

Пока тот сектор искусственно тормозят в развитии, здесь всё идёт своим чередом. И институты свои есть, в которых работают подневольные гении, в один из них и мне прописали дорогу, я в этом не сомневаюсь.

Промышленная зона закончилась, судя по форме очередной полосы отчуждения, она кольцом опоясывала цитадель, детали строения которой я уже хорошо видела — защитную стену. Это она издали казалась горой, а при ближайшем рассмотрении смахивала на гидросооружение. Вот за ней, не сомневаюсь, и находятся одержимые. Это я насочиняла себе, что они здесь живут обычной жизнью, типа в резервации. В итоге они живут в защищённой крепости, а всё обеспечение снаружи. Возникает вопрос: это их от мира прячут или мир от них? Для меня значения не имело, я иду, верней лечу к ним.

Насчёт воздушного транспорта я была права, за относительно невысокой стеной, метра четыре-пять, опять пошли здания, а за ними вполне узнаваемые взлётные полосы, верней, стоянки, покрытые аэродромными плитами. Не было привычных самолётов, летающие машины смахивали на дроны, огромные, как транспортные вертолёты, но были и мелкие. Выглядели отнюдь не мирно, тёмная окраска, ракетные установки. Не удивлюсь, что вооружение артефактное. Серьёзно ребята готовятся.

Мне стало страшно, что вот это всё в один прекрасный момент могло двинуться на наш сектор. Да там и противопоставить нечего, одни маги-наземники, умеющие худо-бедно бороться с тварями, но неготовые к войне, по сути, с другой цивилизацией, совсем другой уровень с начинкой из смертоносной Чёрной крови.

Никаких щитов и иных препятствий не было, но когда я подлетела к цитадели, то поняла глубину засады. Это не цитадель — а бункер. Высотой больше сотни метров и площадью, не побоюсь этого слова, десятки километров.

И что мне делать? — я обречённо вздохнула.

Да, проникнуть я туда смогу, но там, скорей всего, лабиринт из коридоров и если брать в расчёт таймер на матрице, то у меня будут сутки, чтобы начинить одержимых вирусами. Конечно, могу в очередной раз переделать матрицу, но не хотелось. Я же потом с ума сойду в ожидании или начну сомневаться в затее, а этого нельзя допустить. Так, что-то я уже начала путаться в этапах, это всё волнение и нежелание лезть в цитадель.

И, ещё проблема, мне нужны носители с установленным ключом. И если их не найду, то придётся попробовать установить его принудительно через капсулу, если не установится, то опять обдумывать, как модернизировать вирусную матрицу.

Неожиданно пришла ещё одна идея. Для чего мне нужен живой носитель, именно для мобильности, чтобы проник в места скопления одержимых и заразил их, ну и попутно батарейкой. Но энергию может обеспечить чёрный кристалл, а мобильность в замкнутом пространстве не столь важна. Я могу раскидать портальные точки по периметру или в тех же местах скопления и потом просто попрыгать между ними, устанавливая вирусные артефакты. Хотя диверсантов не стоит списывать со счетов, они могут забраться туда, куда я не попаду по каким-то причинам.

Так, хватит пасовать, пора действовать. Раскидаю порталы, потом максимально быстро установлю вирусные бомбы и свалю по-быстрому, нет желания смотреть, что будет с одержимыми.

Потратив немного времени на артефактную вирусную мину, я стала приближаться к гигантскому сооружению, сразу выискивая ворота. Они нашлись быстро, я заметила сразу несколько, расположенные через равные промежутки, к ним из соседней зоны шли дороги.

Зависнув, стала наблюдать. Через какое-то время справа показалось движение, это была вереница машин, судя по форме, грузовых. Колонна подъехала к воротам и остановилась, из машин повыскакивали люди, скорей всего водители и буквально бегом отправились в хвост колонны, погрузились в кузов и поспешно уехали.

Как только они скрылись в соседней зоне, ворота бункера начали подниматься и оттуда показались человеческие фигуры, которые распределились среди машин.

Так, что мы имеем? Привозят груз, неважно что, и тогда только открываются ворота. Возможно, есть какие-то двери меньше, для пеших одержимых. Стоит ли мне сейчас туда соваться? Конечно! Вдруг они раз в неделю заходят. Нет, бред. Если предположить, что их там сотни тысяч, то караваны должны приходить по нескольку раз в день.

Я резко притормозила, нужно было обдумать. А если строение ячеистое и между ними нет коммуникационных переходов, стоит ли использовать разные двери? Нет, не может такого быть. Это каким нужно быть параноиком, чтобы изолировать каждую группу⁈ Берём в расчёт, что всё проще, там огромный город, закрытый от наблюдателей и других сторонних сил.

Пока не зайду, не узнаю. Меня стал прошибать пот, когда я двинулась к воротам. Было страшно оказаться в этом хищном муравейнике.

Машины двинулись внутрь, и у меня стал вырисовываться очередной план. А что, если разместить вирусные носители на грузе, который привезли? Если я сейчас это сделаю, то у меня будут сутки… Сутки до активации вируса, но я смогу активировать его заранее. Наконец-то поняла принцип, а то из-за страхов начинаю тупеть. А стоит ли это делать, может лучше пустить волну? Сомневаюсь, что одержимые подвержены панике, они все ментально обработаны, но на случаи атаки есть протокол действий и вряд ли он подразумевает разбегаться как крысы, скорей всего наоборот…

Стоит ли соваться самой в ворота или прикрепить телепорт? Зависнув над машиной, я искала зону, где наименьшая вероятность появления людей. Как ни странно, но самой безопасной в этом смысле показалась пассажирская дверь предпоследней машины, мой мозг её буквально подсветил. Хорошо, доверюсь. Аккуратно подлетела и вплавила телепортный кристалл.

На небольшом отдалении я двигалась за машинами, и когда ворота были совсем близко, то я заметила слабые рунные всполохи на арке. Значит, и входы оборудованы артефактами? Всё-таки у кого-то паранойя… Но от меня она не спасёт.

Когда «моя» машина прошла контрольную арку, я, выждав минуту и собравшись с духом, переместилась.

Машина ещё двигалась, правда, медленно, я это учла и перемещалась в состоянии полёта. Внутри тоже буду двигаться в воздухе. Есть, конечно, вероятность обнаружения завихрений воздуха, но в медленном режиме они ничтожны.

Отлетев в сторону, я быстро осмотрелась. Кругом ангары, к одному из них и ехала колонна. Было светло, каждое здание подсвечивали мощные лампы, подняв голову, я увидела только сумрачную дымку, но, казалось, и там есть освещение.

Кругом были люди в форме, моё присутствие не замечали, даже проходя совсем близко. Поднялась чуть выше ангаров и стала обдумывать ближайшие шаги.

Ячеистость бункера не подтвердилась, по крайней мере, отсюда я не видела препятствий, здания располагались типично обычным городским улицам, только очень ровно.

Не могла понять, что мне не нравится, и пляска мыслей не давала сосредоточиться. Фон! Эманаций было мало. Я ожидала здесь буквально патогенный фон, но нет, было практически чисто. Да, здесь явно использовали Чёрную кровь, но скорей всего практиковались на закрытых полигонах. А это значит только два варианта или здесь все заполучили ключи, или у большинства блокирующие выбросы браслеты.

Опять спустилась, чтобы проверить. Все присутствующие рядом были с ключами. Опять я в тупике. Ключ не пропустит мой вирус, а я не имею возможности заражать всех вручную.

В голове стала крутиться мысль. А почему не пропустит? Если матрицу я устанавливаю через капсулирование, почему я не могу добавить к вирусу капсулу. Что ж я так сегодня туплю… она как раз даст мне необходимое время и сняв её, послав сигнал по цепочке, я запущу процесс.

Всё, хватит уже буксовать… Зато у меня нет проблем с диверсантами, — я бы посмеялась, если бы не боялась себя выдать.

Одержимые выглядели обычными мужчинами и женщинами. Переговаривались, даже шутки отпускали. Конечно, это немного выбивало из настроя, но я твердила себе: их нельзя оставлять, будь они хоть трижды случайные жертвы дара. Когда они получат приказ, то пойдут убивать всех и даже тех, кто их обеспечивал всем необходимым, сидя в концлагере, по-другому и не назовёшь.

В ближайшего мужчину полетела первая обновлённая матрица, он как работал, так и ничего не заметил. Капсула легко проникала в тело и находила цель. Второй, третий… Я кидала во всех людей. С грузом было сложней, там требовалось моё участие. Поднося руку к нижней части ящиков и тюков, я вплавляла кристаллы, тоже делала и с углами зданий.

Не стала задерживаться. Если вначале хотела пойти по периметру, то прикинув размер бункера, решила пойти в центр. У меня с собой было много кристаллов, но я не рассчитывала на такую трату, а выходить, не закончив, уже не хотелось.

Ближе к центру пошли другие здания, высокие, напоминающие небоскрёбы. Я посмотрела наверх и немного удивилась, увидев небо.

Что? Я же с высоты видела крышу! Хотя могла и ошибаться. Небо наверху было не совсем открыто, а ячеистое. Для такого большого города нужно постоянное поступление свежего воздуха. Возможно, его открывали периодически, а вероятней всего, там силовое поле и проникнуть для обычного, даже сильного мага, невозможно.

Так, что-то я отвлеклась. Какова зона поражения моих вирусных мин? Метров десять — пятнадцать. Есть ли смысл охватывать всё? Нет, я просто перегорю, пытаясь, это сделать.

Пока я здесь думаю, я могла десятка два диверсантов начинить! — одёрнула себя и подлетела к высотному зданию.

Я не собиралась углубляться внутрь, только пробежаться по первому этажу.

Час за часом, я блуждала по однородному городу, все люди уже казались на одно лицо.

От группы к группе, от здания к зданию, я летала как невидимая чума, поражая всех встречных, запуская своего рода инкубационный период. Даже не знаю, как я потом буду жить с тяжестью содеянного.

«Эту войну не я начала!» — твердила себе не переставая.

Прошла уже две параллельные улицы, потом, когда начала встречать осечки, повторно матрица не могла установиться, поняла, что нужно уйти подальше.

У одного из зданий меня заинтересовала группа людей, которая вышла из здания и направилась к одной из стоящих машин, я поторопилась к ним, уж очень непростые были люди, явно высшие офицеры.

На радостях я стала начинять всех, но неожиданно поняла, что один из мужчин, стоящий в центре явно главный, судя по форме, смотрит в мою сторону. Его взгляд был чуть выше, но я заметила замешательство, он явно то-то чувствовал. Матрица, полетевшая в него, не встала.

Он мне нужен! — я как загипнотизированная двинулась к главному и метнувшись, касанием вставила матрицу в ключ.

Естественно, мужчина почувствовал моё прикосновение, моментально выставив щит, который мягко отстранил меня. Я тут же взлетела и стала наблюдать. Вокруг главного образовался купол, а телохранители, они никем другим не могли быть, выставили перед собой структурные артефакты. Одержимые, которые стояли вокруг, попадали на землю без сознания и в то же мгновение раздался вой сирены.

Пора начинать? — спросила непонятно у кого.

Поднялась чуть повыше и увидела, как по улицам уже двигаются группы людей, явно подчиняюсь распорядку на случай тревоги.

Удачно получилось! Сейчас они собьются в группы и начнётся массовое заражение, а через сутки произойдёт чистка сети.

Но я не хочу это видеть… — спустилась и, воткнув последнюю мину, запустила активацию всех вирусных матриц. Я не только почувствовала, но и увидела, как начали выпрыгивать вирусные паучки. Побольше степени это моя фантазия, ведь вирусные структуры пока не активны и микроскопически маленькие, но, зная, как они выглядят, я живо всё представила, в очередной раз подавив приступ тошноты.

Вот Настя, ты и превратилась во вселенского злодея! — стараясь не смотреть на людей, я ушла телепортом наружу.

С улицы вой сирены был едва слышен. Наружу никто не выходил, что понятно. Сейчас всё силы и средства будут брошены на поиск диверсанта, то бишь меня. А я займусь следующим этапом. Мне, для начала, нужно разрушить их воздушный флот, чтобы они не смогли быстро перемещаться, потом примусь за тарелки. По-хорошему и предприятия разрушить нужно, но там полно невинных.

Так, на чём я остановилась? Ага… — подлетела к первому дрону и внедрила кристалл с капсулой, она развернётся по команде и распылит технику.

Вначале я хотела просто пройтись ураганом уничтожая машины, но сейчас передумала. Это вызовет ненужный переполох, и часть транспорта может улететь. А мне не нужно, чтобы одержимые покинули свою консервную банку.

Кристаллы. У меня их мало осталось. Нужно метнуться за пополнением, заодно проверю диверсантов. Даже не знаю, куда их теперь…

Когда я вернулась к цитадели, сирены уже не было слышно, это немного напрягало. Возникло ощущение, что за мной наблюдают. Из-за тишины возле воздушного транспорта тоже было не по себе. Ни души. Я напичкивала капсулами уже вторую стоянку и никого не встретила.

Опять шли часы, я по большому кругу обходила аэродромы, меня уже не пугало количество техники, я знала, что в ближайшее время она превратится в пыль.

Конечно, Сотников потом схватится за голову от количества уничтоженного имущества, но нельзя иначе. Для доказательства, что она здесь была, отправила один аппарат в лес поближе к Чёрным путам, накинув на него иллюзию, потом покажу Петру Михайловичу.

Уже скоро внутри бункера начнётся ад, потом выжившие, а я не сомневалась, что будут жертвы, кинуться искать виноватых. Ну эти жертвы я не хочу записывать на себя. От выжигания сети сильный маг не умрёт, смерти могут случиться от безумства после этой страшной процедуры. Бывшие одержимые не будут так сильны и транспорта у них не будет, по крайней мере воздушного, но большинство из них останутся магами. Очень опасными обозлёнными магами. А ещё я не исключаю, что останутся носители Чёрной крови, по каким-то причинам не заразившиеся вирусом, да хотя бы с верхних этажей небоскрёбов.

Может, стоит наведаться к Петру Михайловичу? Насколько я ему доверяю? Да у меня, по сути, и выбора нет, потому что эти маги могут, верней ринутся на наш сектор и начнётся бойня. Значит, в любом случае, нужно пресечь это. А никто, кроме надзорников, их не может сдержать. Если здесь все одержимые с ключами, то в надзорных органах и подавно.

Сердце громко забухало, и на лице появилась улыбка. Как-то неожиданно появилась веская причина вернуться. Да, к Мише мне ещё рано, ведь, обняв его разок, я не захочу уходить. А живя жаждой встречи, я делаю всё быстро.

Решено, уничтожаю здесь всё и прыгаю в тот лесочек, где зарыла свои первые камушки. Кто бы мог подумать, что они мне понадобятся и сократят многие сотни километров. Главное, находясь близко к академии не сорваться и не стартануть, чтобы хоть одним глазком глянуть на своего любимого.

Работать стало намного веселей, на шестой стоянке начали встречаться люди. Они не суетились, но то, что делали, мне совсем не понравилось, явно велась предполётная подготовка. Значит, и на остальных то же самое. Судя по расположению аэродромов, там осталось ещё пара таких площадок. Цитадель практически квадратная, и по каждую сторону было два аэродрома.

Решила не рисковать и уничтожить готовые, а потом уже думать, что делать с оставшимися. Я стала молнией носиться между техникой и уже плевала на возможность обнаружения.

Когда последний летательный аппарат был капсулирован, я запустила процесс уничтожения и взлетела, чтобы проконтролировать. Первая партия замерцала энергетической плёнкой. Я видела, как разворачивающиеся капсулы оттолкнули рядом стоящих людей. Несколько секунд и огромные машины превратились в пыль, капсулы растаяли, оставив после себя чёрные кучки расщеплённого материала.

Я спустилась на землю и переместилась, повторив процедуру со следующими машинами, уже не наблюдая результата. Уничтожив все шесть стоянок, я пулей направилась к нетронутым. И когда увидела, что там находилось, то выругалась. В ряд стояли настоящие летающие крейсеры, и на них уже производилась посадка.

Будет много жертв, с горечью подумала я, успокоив себя тем, что это одержимые. Я видела, что колонны машин движутся из бункера. Не знаю, что послужило причиной исхода, но скорей всего моё появление стало последней каплей. Хотя всё могло просто совпасть. Немного непонятно было спокойное построение возле транспорта. Может, они просто устроили учение?

Нашла время рассуждать! — выругала себя. — Сейчас придёт известие с уничтоженных аэродромов, и эти монстры улетят.

Четыре крейсера я нашпиговала кристаллами буквально за полчаса и тут же запустила уничтожение. Ой, что началось! Даже одержимые не смогли сдержать эмоций, суета, нет паника, которую быстро пресекали командиры. На всякий случай раскидала вокруг вирусные бомбы и стартанула к оставшемуся аэродрому.

Там тоже стояли крейсеры и пара очень странных машин, похожих на гигантские буры, которыми пробивают тоннели метро. Разбираться было некогда.

Судя по суете, здесь уже знали об уничтожении остальной техники, вокруг оставшейся стояли маги, ощетинившись артифактным оружием. Смотрели они не только по сторонам, но и вверх.

Расстояние между бойцами было достаточно, поэтому я легко просочилась к транспорту. Времени заняло больше, но результат был прежним.

Пф… и машины превратились в пыль.

Так, теперь тарелки. Меня, конечно, пугало расстояние, которое мне придётся преодолеть, облетая антенны, но эти артефакты улететь не могут, поэтому сделаю без особой спешки.

Пролетая над лагерем, я с тяжёлым сердцем смотрела на людей, которые перемещались по улице. Я даже не представляла, как им можно помочь. Если учесть масштабы концлагеря, то их здесь миллионы, я просто физически не смогу их переправить в безопасное место, даже встав на поток.

Зачем я сюда прилетела? Смотреть на это — только душу рвать! Приземлилась на крышу дома и переместилась поближе к тарелке. Она издалека казалась огромной, а вблизи просто исполинской, диск диаметром больше пятидесяти метров.

И как его уничтожать? Да запросто, просто обнулить артефактный модуль, который скорей всего в центре, уж очень примечательная там конструкция, напоминающая любимую магическую форму — пирамиду. Можно, конечно, уничтожить просто управление, но я не хочу, чтобы их быстро восстановили, так что в расход пойдёт начинка.

Я не стала подлетать спереди, даже с моей защитой ощущения были не из приятных. Капсула — уничтожение. Как ни странно, но антенна продолжила двигаться даже с дыркой в центре. На всякий случай проверила, подлетев в лоб. Ничего.

Отлично!

Значит, движок ниже. Основание было мощным, но я решила попробовать низвергнуть колоса. Решение нашлось быстро, я запустила через несущую ножку капсулу в форме диска, которая буквально срезала конструкцию.

Словно заворожённая я смотрела на то, как тарелка заваливается, и запоздало поняла, что траектория приведёт её ко мне. Быстро взметнулась ввысь под грохот, разнёсшийся на многие километры.

Поехали дальше!

Тарелка за тарелкой, у меня уже полностью смазалось восприятие. Подлетая к очередной антенне, я поняла, что со мной что-то не так. Ломило всё тело, я поняла, что буквально пикирую. Неужели и меня задел вирус, как-то равнодушно подумала я и потеряла сознание.

В голове пустота, я пошевелилась, поворачиваясь на спину. Подо мной было что-твёрдое, провела рукой — дощатый пол.

Темно, я открыла глаза, чтобы опять увидеть темноту. Зрение начало проясняться, и я увидела высокий деревянный потолок.

Приятно пахло морозом и влажным деревом.

Несмотря на твёрдую лежанку, я прекрасно себя чувствовала.

Легко села и осмотрелась. Я находилась в церкви, даже головой встряхнула, чтобы привести мысли в порядок. Как я здесь очутилась?

Меня бросило в пот от следующей мысли. А что, если мне всё приснилось, и миссия ещё не состоялась? Вот сейчас мне стало до жути страшно, ведь повторно я не пойду на это.

От слабости я опять разревелась.

Нужно вернуться и проверить. Не может это быть сном, слишком реалистично. Возможно, я просто истощилась. Оказывается, у меня некосмические ресурсы, и я по-прежнему имею предел. Скорей всего, когда я упала, или падая, как-то умудрилась перейти телепортом.

Хотя этого не может быть, внутри церкви нет точки перемещения. Значит, меня сюда перенесли. Я хмыкнула.

— Спасибо… — посмотрела наверх.

Желудок сильно подсасывало. Я и до этого больше суток не ела, да ещё провалялась без сознания неизвестно сколько. У меня ещё остались пирожки, поэтому я приступила к их поеданию. Сотворила структурную чашку и запустила генерацию воды. Когда сосуд наполнился наполовину, остановила и выпила чуть ли не залпом.

Стоит ли наведаться в бункер? Я сразу замотала головой, не было желания видеть содеянное. Нужно вернуться к антеннам и доделать начатое, а потом сразу прыгать на родной сектор, очень надеялась, что получится.

Нет, не получится, я прямо почувствовала запрет. Поняла, не дура. Это настоящая граница, которую нельзя преодолеть с помощью дара. Хотя может быть причина в аномалиях, и я просто рискую выскочить не туда. В лучшем случае некорректно, а в худшем — вообще затеряться во времени и пространстве. Значит, ножками. Благо точка есть на той границе. Я опять улыбнулась мысли, что скоро вернусь домой.

Перепрыгнула к той антенне, которую чётко помнила, оказалось, я прошла ещё две, но возле них не было точек телепорта, значит, я уже тогда работала на автопилоте. Нужно следить за своим состоянием, хотя сомневаюсь, что я ещё раз так истощусь.

Я не знала, сколько прошло времени с момента запуска вируса, но возле тарелок я не видела даже свежих следов. Возможно, их и не должно быть, вряд ли эти махины часто обслуживаются. Скорей всего просто кристаллы меняют по определённому режиму. Жаль, времени нет посмотреть начинку.

Подумав, я всё же оставила один механизм, но артефактную начинку обнулила. Понимаю, что чертежи должны сохраниться и можно создать такой же артефакт, но хотелось притормозить развитие в этом направлении. Это слишком опасное оружие. Да, именно оружие. Если такую дуру, даже меньшего размера развернуть в центре города, то она легко сведёт с ума половину населения и завоевать такой населённый пункт будет легко.

Сразу захотелось найти местный институт и навести там шороху. Но это просто эмоции, попав туда, я оставлю всё как есть, прогресс нельзя останавливать, лучше передать разработки в… нет, не добрые, скорей в более лояльные человечеству руки.

Однообразная работа выматывала, и пейзаж был такой же. Слева всё так же тайга, с небольшими изменениями ландшафта, а справа застройки и виднеющаяся в дымке цитадель. Менялось только положение солнца, и день на ночь. Я скоро завершу круг.

Странное дело, за всё время я не увидела признаков боевых действий, ведь должны быть хоть какие-то беспорядки. У одержимых выжглась сеть, возможно, и ментальные настройки сбились. Они должны выйти из бункера. Но нет, тишина.

Покачала головой, прогоняя желание проверить обстановку. Было подозрение, что я всех просто убила. Не хочу знать, лучше жить в неведении! Потом Сотников расскажет.

Наконец-то я увидела первого свергнутого колоса. Всё! Я тяжело выдохнула, здесь мне больше нечего делать.

Сразу прыгнула к церкви. Постояв у поклонного креста, решила всё же прогуляться в деревню, не снимая невидимости.

Проходя мимо кладбища, опять постояла, помолилась за усопших. Взгляд выхватил движение на дороге. Пара, мужчина и женщина, шли тихо, переговаривались, улыбались. На душе стало очень тепло, люди живут, радуются.

В деревне всё было спокойно. Подошла к дому Виктора и Марии, потопталась. Даже в окно было неудобно заглядывать, мало ли что они там делают.

Нехорошо как-то оставлять население в неведении, они же за меня волнуются. Решила появиться. Подошла к двери и постучала, но первым меня увидел мужчина из соседнего дома и сразу заголосил:

— Госпожа вернулась!

Дверь перед носом открылась. Виктор пару секунд смотрел на меня непонимающе, потом улыбнулся. Ну да, я же сейчас рыжая.

— Вы вернулись, — из-за его спины выглянула Мария, тоже с улыбкой.

— Напоите чаем? — не спрашивая разрешения зашла.

Хозяйка дома сразу начала хлопотать, собирая нехитрое угощение: хлеб, мёд, картошка, варёное мясо. Видно всё, что было в пайке, который распределял староста.

— Как вы тут? — начала с простого вопроса. Прошло не так уж и много времени с моего ухода, но я должна была поинтересоваться.

— Хорошо, обживаемся. Вы попрощаться пришли? — маг опустил глаза, я видела, что он беспокоится.

— Я уже всё сделала, — слёзы покатились из глаз, и я заревела. — Я их уничтожила.

Виктор не знал о моей миссии, но догадался о чём я. В ужасе он аж рот открыл, а я решила всё же рассказать кто я.

Меня прервал Иван, буквально залетевший в дом, за ним зашли ещё несколько человек. Я поздоровалась и продолжила.

— Меня зовут Анастасия Павловна Юсупова, графиня Юсупова, — я убрала иллюзию с одежды, показывая форму курсанта академии, изменила волосы на белые. — Это мой истинный облик. Возможно, вы читали обо мне в газетах. Я с соседнего сектора.

Виктор неуверенно кивнул. Бывшие слуги не могли обо мне слышать, но Мария тоже кивнула.

— Я гений, — хмыкнула, — создала магическую формулу и научила человечество передавать дары. Я прибыла сюда с определённой миссией, и я её выполнила.

Присутствующие слушали молча, конечно, ничего не понимая. Да мне было и неважно, озвучив это, я поставила точку в данном этапе.

— Я опять уйду, не знаю… полгода, год, — прикидывала насколько я могу провалиться в аномалии Чёрных пут. — Одержимых, по сути, можно не бояться. Но хочу предупредить, теперь стоит бояться обычных магов, — хотя кому я это говорю.

Глядя на реакцию, понимала, что для людей ничего не изменилось, они в этом страхе всю жизнь жили. Попросила оставить меня наедине с Виктором. Марии это не понравилось, но ослушаться она не могла, опустив взгляд вышла из дома.

— Хочу тебе напоследок сделать подарок, дать недостающие дары. Но для этого нужно установить ту самую магическую формулу. Готов?

— Конечно, ваше сиятельство! Я, если честно, думал, что вы княжна, — маг рассмеялся.

— Был шанс ей стать, но я им не воспользовалась. Жених у меня граф, — я улыбнулась.

— Как он вас отпустил? — Виктор аж ноздри раздул от недовольства.

— Нас не спрашивали. Для всех остальных я умерла, — я отвела взгляд, вспоминая тот день, слёзы навернулись.

Да, я анализировала те события, прекрасно понимая, что это был жёсткий стимул, без которого я не полезла бы сюда.

— Вы возвращаетесь домой?

— И да, и нет. Для меня ещё ничего не закончилось. Потом я вернусь за вами. Если захотите, то переправлю на тот сектор, где вы сможете полноценно жить.

— Бог в помощь, Анастасия Павловна! Можно вас обнять? — глядя на этого мужчину, понимала, он чуть успокоился рядом с Марией, но чувства ко мне не потерял. Не знаю, стоило ли обниматься или нет, но я позволила.

Это не были объятия влюблённых, больше дружеские.

— Так, хватит нежностей, на жену их спускай, — я оттолкнула Виктора, а он улыбнулся, чуть стесняясь.

Пришла безумная идея установить ему ключ самой. Я уже столько экспериментировала, что уже страх потеряла. По сути, я ничем не рискую, если неприемлемое действие, ключ просто не установится. Хотя я была более чем уверена, получится, и не потому, что я его установлю через капсулу, а потому что у Виктора есть изначальная формула.

— Даю тебе на выбор. Сделать ключ самому, потратив минимум час, или поучаствовать в эксперименте и с долей вероятности получить его из моих рук? — предложила, зная, что он ответит.

— Из ваших рук я и смерть приму с улыбкой.

— Фанатизм может сыграть с тобой злую шутку, — ухмыльнулась, вызывая магическую формулу.

Я видела, что Виктор готовится к боли, мышцы на теле напряглись. Не стала его успокаивать, пусть будет приятным сюрпризом.

Ключ вошёл как родной, даже заминки не почувствовала. Положила руку на грудь мага, так было привычней, и посмотрела. Виктор опять вздрогнул от моего прикосновения.

— Можешь расслабиться, я уже поставила, — на меня уставились ничего не понимающие глаза.

Я думала, что оба ключа сольются или первый просто поглотит формулу, но нет, она встала в пирамиду, и оба ключа выглядели как единое целое, оставаясь неизменными. Я добавила рунный ключ. Вот он создал связку.

Вроде форма у вирусной и этой матрицы одинаковая, но насколько первая уродливая, настолько же эта прекрасна в своей сбалансированности. Сейчас я поняла, что в данном деле достигла финала и собрала все части.

Засунула все дары, кроме Чёрной крови и улыбнулась, следившему за мной Виктору.

— Хочу тебя поздравить, ты второй по силе маг в этом мире, — у мужчины округлились глаза. — Не смотри так. Сила — это возможности. Тебе нужно осваивать дары, которых у тебя теперь шесть. — у Виктора аж рот открылся.

— Вот так просто? — промямлил он.

— Ты забыл боль? И после этого ты говоришь просто? Ладно, сейчас запустим дары, попьём чай и мне пора двигаться дальше…

Закончив все дела на этом секторе, я стояла у границы с дебильной улыбкой, готовая сделать шаг в Чёрные путы. Даже не могла подумать, что я буду делать это с удовольствием.

Перед отправкой я закопала несостоявшихся диверсантов, да, в прямом смысле слова, в землю. Неглубоко, практически на поверхности. Не знаю, сколько я буду отсутствовать, но не хотелось, чтобы на них кто-то нарвался. Сами выбраться они не смогут, ресурс капсулы, завязанной на сеть, на маге практически вечный. Была мысль отправить их к цитадели, пусть присоединяться к своим, но что-то меня останавливало, пусть полежать, может пригодятся.

Ещё я прыгнула к Богдану Романовичу. Нет, не для того, чтобы убедиться в его безопасности, я надеялась, что он на пути к переправе между секторами. К моей радости, так и было. Я появилась рядом со стоящей у гостиницы машине. Судя по находящейся рядом железной дороге, он или они практически доехали.

Отлично! У меня есть полезная телепортная точка. Не стала пытаться перепрыгнуть на соседний сектор, рисковать не намерена.

Запахи из здания буквально затянули меня внутрь. Зайдя в закуток между зданиями, преобразилась в обычную женщину и зашла в ресторан, находящийся на первом этаже гостиницы. Нужно подкрепиться перед дорогой.

На одинокую женщину никто не обратил внимания, да и ментальный шум помогал, сняла его только когда подошла официантка. Заказала очень сытный обед. И в ожидании стала смотреть в окно.

Люди входили, выходили из здания, очень оживлённое место. В ресторане тоже было полно народа, но никто не рассиживался, поели и ушли.

Мне принесли еду, торопиться не было желания, вроде и хочется побыстрей перепрыгнуть домой, но в то же время была необходимость сделать паузу, короткую, на время обеда, очень вкусного, судя по запаху.

Я приступила ко второму блюду, когда в ресторан вошла знакомая парочка. Богдан быстро окинул зал и, держа за локоть свою пассию, повёл её к свободному столику. Кристина была в шляпке, которая была буквально надвинута на левый глаз, и распущенные волосы закрывали часть лица, но от меня не укрылась гематома на левой стороне. Вряд ли это следствие атаки одержимых, скорей он её избил, а запретил лечить, чтобы прочувствовала.

Высокие отношения! А по мне стандартные для подобного общества. Мафиози априори не может быть нежным и ласковым, а тут ещё я с «подкаблучником». Естественно, сорвался, хорошо хоть не убил.

Знать бы, когда они будут на нашем секторе… — подумала я, глядя на цыгана. Дёргаться он не станет, так почему бы не спросить, может найдёт способ ответить.

«– Тс-с», — у Богдана только уголок губ дрогнул. «Сколько тебе ехать до другого сектора?»

Стала наблюдать за мужчиной. Он взял вилку и крутанул её медленно два раза, потом сделал паузу и стал резко, прерывисто поворачивать, словно отсчитывая часы.

«– Двое суток и пять-шесть часов. Отлично! Скорей всего тебе интересно — я уничтожила начинку. Может, потом Сотников сводит тебя на экскурсию в цитадель», — опять дрогнули губы. «Прощай! Хотя, может, ещё и встретимся».

Не знаю почему, но я была рада видеть эту парочку. Поела, посмотрев на часы, засекла время и встала, бросив взгляд на цыгана. Он меня сразу зацепил взглядом, только глаза выдали понимание кто я. Улыбнувшись, глядя совсем в другую сторону, я вышла из ресторана.

Предавшись воспоминаниям о недавних событиях, я посмотрела на чёрную стену перед собой. Теперь я знала природу этого явления — это тюрьма или изолятор, смотря как воспринять находящееся внутри. И это что-то, мне придётся найти в ближайшее время. И следующий этап будет не легче, чем прошедший. Очень надеюсь, что я не допущу ошибки, не наврежу людям.

Всё, хватит гонять эти мысли, двигаться пора.

— Я готова к новому этапу, — сказала больше для себя и сделав шаг в Чёрные путы, сразу переместилась в начало своего пути, к границе на соседний сектор.

Не стала задерживаться, ведь минуты здесь равны часам и сразу вышла…

— Ну здрасти, дом родной! — я глубоко вдохнула морозный воздух и посмотрела в чистое небо.

Передо мной была белая гладь зоны отчуждения, хотя и дальше будет лежать такой же снег до самого гарнизона, здесь нет леса.

Подмывало слетать посмотреть на гарнизон, но это лишнее. А вот когда я перемещусь на следующую точку, нужно будет держать себя в руках.

Прыгнула в лесок, где чуть больше года назад оставила телепорт и сразу взлетела, направившись в противоположную сторону от академии. Сердце ныло, но я взяла себя в руки.

Поднялась повыше, чтобы минимизировать столкновение с птицами, и взяла максимально возможную скорость. Внизу тянулась дорога, по которой ехали жирные точки машин. Здесь всё спокойно и, надеюсь, так и останется.

Не прошло и часа, как я увидела Нижний Новгород. Вспоминая дорогу, я искала здание Надзорного Управления. Очень надеялась, что Сотников на месте.

Вот показалась знакомая местность, само здание, гостиница, где я провела немало ночей. Порадовала серебристая пуля на парковке во внутреннем дворе. Значит, Пётр Михайлович здесь.

Приземлилась у стены здания напротив, и стала набираться смелость. Нет, я не боялась, что меня обнаружат, всё-таки был страх ошибиться в Сотникове. Возможно, это бред, но я не могу исключить, что он и есть главный злодей или хотя бы приближённый к нему.

Червяк сомнения продолжал грызть. Одержимые все были с ключами, да и само несостоявшееся моё похищение, происходило не без участия надзорников. Но успокаивает то, что если бы они действительно знали о моих возможностях, даже тех, что я рассказала Петру Михайловичу, то не сунулись так грубо и бестолково.

Ладно, нечего тянуть.

Я подлетела и, выждав очередного открытия двери, просто прошмыгнула в здание. Беспрепятственно прошла охрану. То же проделала и с другими закрытыми дверями, просто выжидая, когда кто-то туда зайдёт. Я не ломилась следом, ведь шанс столкновения был велик, а просто зависнув сверху двери, быстро просовывала руку и цепляла кристалл телепорта на верхний косяк.

И вот я у двери Сотникова. Честно сказать, вымоталась до чёртиков, хотелось буквально лечь на пол и забыться на несколько часиков. Приготовившись долго ждать, я села на пол. Несколько раз приходилось вставать, а иногда и подлетать, чтобы пропускать персонал. Один раз меня чуть не засекли, я замешкалась и резко поднялась, создав порыв ветра. Мужчина остановился, покрутил головой и пошёл дальше.

Начальник управления явился к концу рабочего дня. Солнце село, и я уже подумывала подловить его утром. Мало ли, может, пока я здесь сидела, он уехал.

Сосредоточенное лицо, в руке свёрнутые в рулон листы бумаги. Открыл дверь и, постояв пару секунд, что-то вспоминая, опять вышел.

Но я уже была внутри. Дверь закрылась, и я осталась одна, тут же сев в кресло.

Как же я устала, — откинулась на спинку и закрыла глаза.

Если вначале я хотела устроить небольшой полтергейст, просто сдвинув какой-то предмет, чтобы хозяин кабинета израсходовал первый порыв к атаке, а потом уже заговорить. То сейчас у меня появилась возможность обозначить свой приход более деликатно.

Я подошла к его столу, взяла маленький листок для записей и написала простую фразу: «Я здесь». Надеюсь, он всё поймёт.

Положила на стол и вернулась в покинутое кресло.

Пётр Михайлович вернулся минут через двадцать. Закрыв за собой дверь, сделал шаг к столу и сразу напрягся.

Ух, какой внимательный, сразу заметил листок. Я видела, как он активировал броню, и почувствовала, как меня коснулся поток энергии. Обнаружить он меня не сможет, поэтому я продолжила сидеть.

Тихо подойдя к столу, Сотников кинул взгляд на лист и стал осматриваться, потом посмотрел на соседнее кресло.

— Не там, — сказала шёпотом.

Вместо вопросов мужчина выставил щит, между нами.

— Не нужно меня атаковать, — я проявилась.

Пётр Михайлович, не снимая щит, подозрительно смотрел на меня.

— Кто вы? И как попали сюда?

— Анастасия Павловна Юсупова. Я вернулась.

— Анастасия погибла, — по реакции видела, что он реально не знает.

— Значит, Миша ничего не рассказал… — я улыбнулась. Мой защитник. — Если бы я хотела вас убить, то уже сдала это. Так что можете расслабиться. Присядьте, нас ждёт долгий разговор.

Сотников и не думал снимать защиту, сверля меня взглядом.

— Вас смущают мои волосы или то, что я стала чуть старше? — да, я заметила, что выгляжу намного старше, чем была.

У меня были подозрения, что все эти телепорты отнюдь не сокращают время, я, прыгая через пространство всё равно проживаю сокращённое время, а скорей всего больше. Сколько я прыгала, одному Богу известно, с годик точно намотала, судя по изменениям во внешности.

— Правильно, что не доверяете мне, но поговорить придётся. Кстати, вам большой привет от Богдана Романовича и его крысы Кристины, — я улыбнулась. — Он, кстати, скоро прибудет.

На мои слова Пётр Михайлович отреагировал очень эмоционально, я таким удивлённым его никогда не видела. Но в итоге он убрал щит, деактивировал броню и сел в кресло.

— Значит, всё так серьёзно…

— Серьёзней некуда, — я не знала о чём он, но было неважно. — Успокойтесь, я настоящая Анастасия.

— Как вы сюда попали? — уже чувствовался интерес.

— Я немного подросла в силе. У меня теперь один дар, и границ у него нет, — я протянула ладонь и показала на ней свою космическую начинку. — Но его я не дам человечеству, иначе точно наступит конец света.

— Узнаю Настю, — Сотников наконец-то улыбнулся. — Я слушаю.

— В начале кофе, на том секторе он, мягко сказать, паршивый, — на мои слова хозяин кабинета рассмеялся и пошёл наводить кофе.

Пока я не сделала долгожданный глоток, не проронила ни слова.

Пётр Михайлович достал бутерброды, печение, тарелку с фруктами, я, не стесняясь, стала есть, ведь сильно проголодалась.

Когда насытилась, вначале спросила о личном:

— Как Миша?

— Живёт, — Сотников хмыкнул. — Надо же, я даже не подозревал, что он знает о том, что вы живы. Он очень переживал, замкнулся… Страх за любимого человека порой сильней переживаний смерти, — судя по эмоциям, Пётр Михайлович говорил и о себе, аж желваки заходили.

Я же не удержалась, и слёзы потекли ручьями.

— Не говорите ему, что я здесь, ещё ничего не закончено. Но давайте с самого начала.

Монолог грозился быть долгим. Я хотела охватить всё, кроме некоторых моментов, к чему ему подробности дури, которую я творила в образе Анны.

Начала с самого гарнизона, с момента, когда поняла о приближающейся беде. Потом бой и попытка пленения. Об уровне подготовки одержимых рассказала подробно.

— Значит, у вас тоже была Чёрная кровь, — прервал меня Пётр Михайлович и помотал головой. — Ловко вы меня провели, — он рассмеялся.

— А у меня был выбор? Вы бы меня не пощадили.

— У меня нет выбора. Но всё в прошлом… Простите, давайте продолжим. Я мало что знаю о жизни на том секторе, только из уст таких как Богдан Романович. Агентов внедрить очень сложно, приходится искать лояльных на месте. Это работа многих лет. Он, можно сказать, бриллиант среди агентов. Умудрялся вести подрывную деятельность, оставаясь в тени. Подставлял людей очень мастерски, но один раз оступился.

— Немного зная его, могу утверждать, что причина была в женщине.

Сотников только хмыкнул.

— Нас отгородили от того сектора в прямом смысле, ограничив полномочия и загрузив сложностью логистики. Всё началось давно, лет тридцать назад, и условия только ужесточаются. Я физически ничего не могу сделать, даже попав в Императорский Совет. А здесь от меня мало что зависит, я властен только над своим управлением.

— Ну, значит, я вам поведаю всё, что видела. К слову, у меня есть бывший силовик в друзьях, но вам может не понравиться то, что ваши методы на него не подействуют. Я его нафаршировала как рождественского гуся, — я рассмеялась. Пётр Михайлович только сощурился, но я заметила намёк улыбки на губах. — А ещё у меня в пленниках два одержимых. Но проблема в том, что они заражены одним хитрым вирусом и извлечь его уже не смогу. Как только я их выведу из стазиса, через сутки вирус начнёт распространяться. По сути, он должен действовать только на одержимых, но хочу признаться, не всё, что выходит из моих рук, сделано мной. Я не могу гарантировать полную безопасность, — сказала я это по большей степени для того, чтобы Сотников не торопился. Пусть всё обдумает.

— Я вас понял. Продолжайте, Анастасия Павловна…

Это был долгий рассказ, с поэтапным развитием событий. У Петра Михайловича имелось много вопросов, но он молчал, всё время делая записи. Когда я перешла к самой миссии, он не выдержал.

— Может есть возможность передать или переделать под нас, обычных магов, ваши возможности, хотя бы частично?

— Вы сами подумайте. Если я дам вам возможность перемещаться телепортами, то вы сможете контролировать всё, ведь препятствий не будет, — я вспомнила, как мечтала о транспортной сети и доставке товаров. Да, это и сейчас казалось хорошей идеей, но дело в том, что телепортом можно доставить и бомбу. Да и моё взросление беспокоит. Хотя, может, я изменилась физически, потому что пришло время, да и устала я. — А ещё телепорты и расщепление имеют одни корни и дав одно, дам и остальное.

— Я вас понял.

— Но могу подарить недостающую часть ключа, — я улыбнулась, глядя на шокированное лицо Сотникова. — Да, я доработала его, теперь он настоящее совершенство, — я достала структуру. Над рукой замерцала пирамида.

— Можно? — Пётр Михайлович потёр ладони, вспотели они или от волнения, неважно, но лицо было требовательным.

— Можно. Только хочу предупредить. Когда я изначальный ключ, который пирамидальный, вставляла в Виктора, это тот маг, то боль была напорядок сильней, чем от сферической магической формулы. И она не кратковременная, этот сегмент выжигает сеть, недостающие каналы, — я с коварной улыбкой смотрела на реакцию мужчины.

— У меня она сильно раскачана, думаю, будет не так больно. Я так понял, вы его без первого ключа ставили? — быстро догадался. — Значит, защиты не было. Что он даёт?

— Точно не знаю, к себе поставить не могу, у меня нет ключа и сети, в обычном понимании. Я управляю даром напрямую, командой. Так что это придётся выяснить вам. Могу поставить безболезненно, с помощью своих методов.

— Не нужно. Вы же не будете нас обслуживать, значит, попробую первым. Его прямо так ставить или нужен отделить сегмент?

— Попробуйте так, лишнего точно не возьмёт. Может выйти или при мне будете корчиться? — я продолжала ухмыляться.

— Ох, Настя, не любите вы меня, — Сотников нервничал.

— А за что вас любить? Вы же пользуюсь мной в своих целях, как и я, — это, конечно, не было правдой. Несмотря на сложность отношений, я питала симпатию к этому мужчине, как и он ко мне. Он всевозможно скрывал чувства, но я заметила, что его задели мои слова.

— Тогда придётся смотреть… — сказано было мстительным тоном. Но я знала, он будет держаться. Хотя, скорей всего, надеется на магическую защиту.

Я его не спрашивала про симбиоз даров, но более чем уверена, не получилось, иначе он не смотрел на новый ключ с таким вожделением. Очень хочется не пожалеть о содеянном, ведь я реально сейчас могла дать недостающее звено на пути к слиянию даров. А если получится, то останется добавить только чёрную кровь и вряд ли будут сомнения.

Пётр Михайлович всё никак не решался или мне так казалось.

— Лучше лечь, — внесла предложение, когда заметила, что он мостится в кресле поудобней.

Мужчина кивнул и подошёл к софе, которая стояла в углу кабинета.

— Наверное, вам лучше выйти, не хочу показывать слабость. Вы же меня понимаете?

— Естественно. Я бы и так ушла. Удачи! Я вернусь через десять минут, — встала и перешла телепортом на улицу.

Когда я вернулась, Сотников стоял у окна и курил.

— Ой, простите, Анастасия Павловна, думал у меня есть ещё время! — он быстро потушил сигарету и убрал пепельницу в стол. — Слабости, ничего не могу поделать, тянет, когда переволнуюсь.

— Как состояние? — я видела, что он ещё бледный.

— Сейчас хорошо. Ничего не работало, не защита, не обезболивание. Вы были правы, это очень больно. Даже не знаю, как это выдержит человек со слабой сетью.

— Это знание не для всех, так что слабаков не должно быть. Так на чём мы остановились? — я села в кресло.

— Давайте завтра продолжим. Это вы всесильная богиня, а я простой смертный и мне нужно поспать, — странно, Виктор мне не казался таким вымотанным, хотя что я знаю о работе Петра Михайловича, может, он сутки до этого не спал.

— Хорошо. Вы разрешите мне здесь переночевать? — я посмотрела на софу. — Я пока бездомная, — улыбнулась.

— Не позволю. Вы отправитесь ко мне. Я живу один, никто не узнает о вашем присутствии. Вы сможете незаметно сесть ко мне в машину?

— Я полечу за вами.

— Ох, Настя, дразните меня…

— Так уж и быть, полёт я вам подарю, — и так собиралась, но мне хотелось, чтобы он попросил.

— Тогда немедленно отправляемся ко мне!

Я подошла к двери и исчезла, переместившись к входу в управление, и стала ждать, когда выедет Сотников.

Машина появилась минут через пятнадцать, я же, взлетев, отправилась за ней. Серебряная пуля ехала непривычно медленно. Зависнув рядом с пассажирской дверью, кинула на переговорное устройство.

«– Скорость прибавьте, иначе я усну», — рассмеялась, машина сразу ускорилась. «– Другое дело!»

«– А перегрузки чувствуются? Сложности какие-нибудь есть при полёте?» — Пётр Михайлович присоединился к беседе.

«– В первой версии полёта были… О, может поиздеваться над вами, побудете в моей шкуре. Прыгала как кузнечик, даже головой не подвигаешь, чтобы не сбиться с курса».

«– Да какую дадите, главное — научится летать!» — Сотников громко рассмеялся. Я его прекрасно понимала, сама радовалась как ребёнок возможности полёта.

Квартира у Начальника Надзорного Управления была в центре, кто бы сомневался. Трёхэтажный особняк, на три же хозяина. Пётр Михайлович занимал верхний этаж. Пять комнат, включая столовую, кухня, кабинет.

Внизу сидел консьерж, при появлении хозяина встал, пожелал доброго вечера и поклонился. Сотников ответил очень сдержанно.

Здесь был лифт, не удивлюсь, что не будь меня, он бы им воспользовался, уж очень неважно выглядел. Может, с активными носителями Чёрной крови работал накануне. Это у меня изначально железобетонная защита от этого дара, и я даже не знаю каково обычным магам.

— Кухарка и горничная приходят днём, и то, если меня нет дома. Так что спокойно можете жить здесь, — предложил хозяин квартиры, когда я проявилась.

— Я здесь ненадолго. Сделаю контрольную точку, когда ваш агент пересечёт границу, провожу вас к цитадели… Что-то не подумала, как вас через границу между секторами проводить, вам же нельзя светиться. Придётся накидывать на вас невидимость. Обещайте, что не сделаете даже попытки скопировать эту структуру! Уверения, что вы не используете её во вред человечества, меня не убедят.

— А что даст моё обещание, если вы мне не верите?

— Вы правы, я перестраховываюсь, — я опустила глаза.

— Считаете, что я могу быть во всём замешенным, и всё равно пришли ко мне.

— У меня нет выбора. Вам я больше доверяю, чем остальным. И у вас есть возможности, которые помогут на следующем этапе. Но для того чтобы его начать, мы должны посмотреть, что произошло с одержимыми, может, и ничего делать не придётся, — я горестно ухмыльнулась. — Сотни тысяч возможных трупов, я даже не знаю, как буду с этим жить, — говорила, понимая, что захожу вконец, ведь Сотников ещё не знает о моих похождениях.

— Не вините себя. Но я не знаю подробности, так что придётся ещё немного пободрствовать, вам нужно выговорится, — предложил Пётр Михайлович, не скрывая интерес.

Расположились в гостиной. Налив мне чай, себе напиток покрепче, хозяин квартиры приготовился слушать, и я не стала больше откладывать и перешла к самым тяжёлым событиям.

Рассказ был недолгим, больше походил на отчёт: зашла, установила, сделала то-то, описала мужика — начальника, Сотников тяжело задумался — этот мужчина явно кого-то напомнил, я, сделав короткую паузу, продолжила. На рассказе про авиацию, очень удивлялся технологиям.

— Я не всё обследовала, там должны быть институты и заводы по их производству. Боюсь, если не накрыть верхушку, то работы продолжатся.

— Если бы удалось взять кого-нибудь из высокопоставленных одержимых, но боюсь, это уже невозможно. Если кто-то выжил, то ушли наземным транспортом, — во взгляде надзорника промелькнуло осуждение. Ну да, я дилетантка в этом деле, не подумала упаковать того мужика.

Пётр Михайлович ушёл спать, я же не могла усидеть. Сколько я не гнала от себя образы гор трупов в цитадели, но мне в любом случае придётся туда возвращаться.

Меня держало только то, что мне нужно сделать телепортную точку у границы, а сколько я трачу время на переход Чёрных пут, я не знаю. Взвесив приоритеты, я шагнула на границу и быстро перешла на соседний сектор.

— Как я тебя ненавижу, — сказала в сердцах и прыгнула к зоне отчуждения недалеко от цитадели.

Тишина, — только успела подумать, как за спиной что-то бахнуло, повернувшись туда увидела огонь, который ярким пятном выделялся на фоне ночного неба.

Значит, беспорядки всё же начались. Тут могут быть две причины: хозяева исчезли, и заключённые пытаются взять власть в свои руки, но у них уже другой противник — маги, бывшие надсмотрщики. Но может быть и другое — бывшие хозяева пошли вразнос.

Сотников скажет, чтобы я не винила себя, но я зачинщик всего этого и остановить уже ничего не смогу.

Эту войну не я начала, но это уже моя война! — тяжело вздохнула и направилась к входу в бункер.

Я боялась прыгать внутрь, поэтому буквально кралась к цитадели. Ещё издали я увидела первых людей, довольно большая группа, они чёрными пятнами двигались на фоне снега. Значит, есть выжившие.

Я спустилась к группе, чтобы встретиться лицом с бывшими одержимыми. Один человек упал и не торопился подниматься.

— Вставай, убираться надо, — раздался тихий голос.

— Сил нет, — ответил упавший едва слышно. — Нога совсем отказала.

— Ты хочешь туда вернуться?…

Я слушала, и на душе становилось теплей. Они в здравом уме. Какие у них цели я не знала, но не будь я Настей, если не помогу.

Приземлившись рядом, просканировала упавшего мужчину. Да, признаки магической сети я увидела, но очень тускло, ключа не было. Такая же ситуация и у других. Вирус уничтожил ключ? Так-то логично, ведь они были противники. Значит, если подумать, то я могу уничтожить и других магов?

К чему эти мысли? — одёрнула себя.

Упавший мужчина не просто обессилил, у него была поражена нога, я видела знакомые эманации Чёрной крови. А вот это плохо, значит, остались одержимые.

Накинула капсулу на пострадавшего и исцелила. Со стороны выглядело, что он просто замер на несколько секунд, а потом начал вставать.

— Ничего не понимаю, — он в первую очередь ощупал ногу. — Я здоров? Что происходит?

— Это я тебя исцелила, — проявилась.

— Кто вы? — один из мужчин наставил на меня оружие, которое выхватил из-под плаща. Остальные просто отступили на шаг, кидаться никто не спешил.

— Сейчас я вам уже не враг. В цитадели остались одержимые? Если ответите на все вопросы, я вас отпущу и даже исцелю.

— Кто вы? — опять тот же.

— Я та, кто это сделала, так что убери свою игрушку, поранишься ещё, — указала на артефактное оружие.

Удивительно, но он сразу опустил. Сообразительный. Я могла бы допросить их ментально, но мне хотелось проверить лояльность.

— Почему вы покинули бункер? — задала вопрос смельчаку.

— После того как закончилась непонятная атака, поразившая всех, выяснилось, что у нас пропали дары. Начались стычки. Сильно ослабших убивали, остальных сбивали в подразделения. Мы были в группе, которой поручили выносить трупы. Просто воспользовались ситуацией и ушли.

— Одержимые остались? Почему нога была поражена? — вопрос исцелённому.

— Во время атаки один боец активировал Чёрную кровь… меня задело. Насчёт уцелевших не знаю, — остальные тоже помотали головами.

— Где начальство укрылось? — возникла идея заполучить пленников в подарок для Петра Михайловича.

— В центральном корпусе, — ответил смельчак, — На нём сейчас купол.

Я понимала, что эти люди с изуродованным сознанием, даже со снятым ментальным воздействием могут наделать бед, но я должна дать шанс и информацию, которую, возможно, они донесут другим.

— Я даю вам шанс начать новую жизнь. Отныне вы должны служить во благо человечества. Я уничтожила защитные артефакты, блокирующие эту зону, теперь можно спокойно её покинуть. Организуйте сопротивление и добейтесь освобождения заключённых, — прекрасно понимала, что это очень сложно, но эти люди росли под постоянным промыванием мозгов и есть надежда, что, дав им цель, в период неопределённости, они станут её добиваться.

— Кто вы? — опять смельчак.

— Я судья и палач. И если человечество опять свернёт на путь самоуничтожения, я вернусь, — конечно, я перегибаю палку, но пусть они лучше будут фанатиками и спасут сотни тысяч, чем пойдут вырезать слабых, дабы отомстить за своё положение.

Для подтверждения своего неземного происхождения я создала чёрные крылья и взлетела, пустив по телу небольшие разряды молний, пусть боятся. Предсказуемо они попадали на колени. Да, я не называла себя богиней, но скорей всего я создала культ.

— Я не богиня, — попыталась оправдаться. — Я оружие — высший маг…

Но я видела огонёк фанатизма в глазах. Господи, что я творю! Боюсь, что они теперь начнут вырезать всех сторонников Чёрной крови.

А ты разве не этого хотела? — внутри заговорила Анна.

Нужно поскорей заканчивать всё это, иначе я свихнусь…

Исцелив бывших одержимых, я отправилась в бункер. Двери были открыты, я это заметила ещё на подлёте, изнутри был виден свет. Арка на входе не работала. Ещё я заметила большие чёрные пятна на снегу, похожие на кляксы. Даже не рассматривая, знала, что это — горы трупов.

Сразу начали уничтожать слабых, своих же… Это как вообще? Фашисты — они во всех мирах одинаковые!

Переместилась к тому большому зданию, без пояснений было понятно, что это и есть корпус управления. Было обидно, что мне давали шанс заполучить главного и я им не воспользовалась, значит, нужно исправить. Если получится, то к утреннему кофе я подам Сотникову подарок.

Я оказалась внутри щита, сирены не прозвучало. У дверей много охраны. Судя по ситуации вокруг, одержимых не осталось, здесь по крайней мере, с их сетью на остальной территории сектора ещё придётся бороться. Но если у меня получится взять беззубую верхушку, то всё будет проще, Сотников выжмет из них всё до последней капли.

Я уже заходила внутрь этого здания, так что точки телепорта были. Очень надеялась, что ни с кем не столкнусь, иначе тихой разведки не получится. Выбрала место в углу, вряд ли там кто-то будет. Зря боялась, в вестибюле практически никого не было, только охрана на входе, у лифта и лестницы.

Значит, засели высоко, — подумала я и направилась к лестнице.

Действовала аккуратно, проходя мимо бойцов, чтобы исключить даже сильный порыв воздуха.

Проход на второй этаж был заблокирован металлическими бандурами — массивными конструкциями с шипами, чуть поднятыми вверх. Второй тоже, как и последующие, вплоть до восьмого.

Ага, значит, мне сюда.

Охрана. Дверь как в бункере. Но для меня это не препятствие, стоит дождаться визитёра. Ждать пришлось довольно долго.

Наблюдая за охраной, понимала, что у них всё плохо, бледные лица, постоянное покачивание тел. Им было хреново, но они держались, понимая, что стоит показать слабость и ты труп. Лечить я их не собиралась — это армия врага.

И вот наконец-то мой пропуск! На этаж поднялась группа мужчин, судя по знакам отличия — офицеры.

Хорошо бы их прихватить, — подумала я, и когда офицерам открыли дверь, подсунула кристалл.

Ух! — чуть не высказалась, когда увидела энергетический щит посередине комнаты, за которым стоял тот самый командир.

— Здравия желаю, Ваше Высокопревосходительство! Разрешите доложить? — обратился один из вошедших, стоя по стойке смирно, остальные тоже вытянулись по струнке.

— Докладывайте, — командир скорей всего какой-то генерал, был бодрячком, подошёл к границе поля и встал руки за спину.

— Зачистка закончена, в ближайшее время утвердим списки личного состава и приступим к формированию боевых подразделений…

Дальше пошли сводки о запасах провизии, оружия и т.п. Удивило, что не было ни слова о самой атаке. Возможно, это оговаривалось раньше. Жаль, конечно…

Ушли все офицеры, кроме одного.

— Слушаю, Савелий Дмитриевич, — вот сейчас генерал показал своё истинное состояние, чуть ссутулился, и губы дёргались, словно пытался что-то жевать.

— Ничего не обнаружили. Только чёрные кристаллы разбросаны в таком порядке, словно их намеренно помещали через определённый промежуток, но на них нет никаких носителей.

— Может, они служили передатчиками? — предположил хозяин кабинета.

— Никаких следов, ничего. Никто не видел, ничего не происходило. Допрошена ваша охрана, дежурившая в тот день — ничего. Кроме того касания к вам, ни одного признака нахождения диверсантов.

— Надеюсь, вы не делились этой информацией, могут подумать, что я стал катализатором…

— Нет, Ваше Высокопревосходительство.

Ой, врунишка!

— Давайте по рабочему сектору, — перевёл тему командир.

— Там начались беспорядки, значит, информация о происшествии туда дошла. Но мы ничего сделать не можем, они придут сюда в любом случае, — продолжал докладывать Савелий Дмитриевич.

— Как с ремонтом входных артефактов? Нашли того, кто открыл арки и вывел их из строя?

— Да, но не успели допросить, он покончил с собой. Но говорят, что он громко смеялся и твердил, что жил ради этого. Мы ищем его сообщников, но на это нужно время. Возможно, они тоже были смертники и мы уже ничего не найдём.

О как! Выходит, они думают на скрытую ячейку?

— По самой атаке, что узнали? — генерал устало сел в кресло.

— У всех уничтожена сеть Чёрной крови и повреждён магический ключ, также частично повреждена основная. Ключ повторно установить не получилось, на восстановление скорей всего уйдут годы.

— Готовьте эвакуацию офицерского состава, — приказал командир.

Ах, мои хорошие! Если вы поедите одной машинкой, я вас расцелую.

Офицер ушёл. Так захотелось прямо сейчас упаковать генерала, но я взяла себя в руки, никуда он не денется.

Единственное, что волновало, если я буду проходить защиту, то могу засветиться, я не знаю её устройство, и на что она реагирует. А сами артефакты находились в стенах, видно было, что закладывались при строительстве.

Других дверей в кабинете я не видела, но не исключено, что есть какие-то люки. Коснувшись стены и обходя защитное поле, я выискивала потайные проходы и нашла. От стены, у которой стоял шкаф, шёл коридор, потом шахта вниз, скорей всего в подвал.

Может, стоит сразу туда направиться? Вряд ли он пойдёт через здание. Хотя вряд ли их упущу, можно же взлететь и просто проследить движение транспорта. Решилась и, переместившись вниз, стала вычислять, куда тоннель ведёт под землёй. Он выходил за пределы цитадели.

И что делать? Вдруг они не этим тоннелем отправятся, а реально напрямую? Метания мои были недолгими, я услышала слабую вибрацию. Переместившись к шахте, увидела движение, скорей всего кабина лифта. Всё-таки этим путём.

Не стала ждать и проследовала в направлении потайного тоннеля, сдаётся мне, он ведёт далеко за пределы рабочей зоны. Если я всё же ошиблась, и они направились другим путём? Настя, хватит сомневаться!

Полетела максимально быстро, не хотела прозевать выдвижение эвакуационного транспорта. Это скорей всего что-то мощное, раз они доверились ему. Возможно артефактный автомобиль, способный выдержать магические атаки.

Нужно торопиться, а то получится так, что они уже в машине сидят и на всех порах выедут. Смущал один момент, единственная дорога, которая вела из этой зоны, находилась с противоположной стороны.

Сколько я не всматривалась, не могла увидеть выход. Зависнув над работной зоной, поздно спохватилась, что упустила возможность люка.

Да, люк был, я услышала работу механизма, да как здесь не услышишь, когда земля пришла в движение. Вспучился грунт, и в снежной глади стала появляться гигантская чёрная дыра. Я как заворожённая смотрела на круглое отверстие.

Они что на ракете собрались улететь⁈ — а в панике посмотрела в небо. Нет, это бред!

Мои размышления прервал гудящий шелестящий звук, вначале не поняла, что он мне напоминает, но, когда появились лопасти, всё сразу встало на места. Я упустила возможность резервного аэродрома под землёй, что поделаешь, я всего лишь дилетант с неограниченными возможностями.

Это был двухвинтовой вертолёт, я видела транспортные в нашем мире. Огромные монстры с лопастями в несколько десятков метров. Этот тоже не уступал им в размерах. Вертолёт начал набирать высоту и взял курс в сторону моего сектора. Значит, решили у нас спрятаться. А, возможно, в той стороне перевалочная база или бункер-штаб какой на случай наступления. К другим одержимым они не сунутся, даже к магам. Сейчас эти офицеры — пустышки, которые просто хотят выжить.

Я отправилась за машиной, подлетев под брюхо, выбрала оптимальную скорость.

Стоит ли за ними следить? А смысл? Даже подслушивать, только время тратить. Нужно упаковать подарок, пусть Сотников вскрывает. Жестоко? Да. Но эти люди хотели нас уничтожить! И чем быстрей узнаем имя главаря, тем меньше шанс, что он убежит на другой сектор, а мне нет желания выслеживать этого урода по всей планете. Хотя не исключено, что это целая группировка, и в любом случае её кто-то возглавляет.

Рассуждая, я начала вживлять в корпус кристаллы. На скорости это делать неудобно, да и винты над головой нервировали. Меня они вряд ли перерубят, защита сработает, а вот если выйдут из строя, то я могу не успеть спасти начинку.

Практику размещения кристаллов на больших площадях я отработала до автоматизма, поэтому справилась очень быстро. Так, а теперь ждать, когда они сядут или прямо на лету? Волновал один момент, когда капсула спадёт, двигатель будет работать или нет? А то распакую, а они улетят…

Нет, нужно сейчас. Просто предупрежу Петра Михайловича, что подарок с характером, думаю, он что-нибудь придумает.

Ох, Настя — фокусница! — собравшись, я продумала этапы своих действий.

Я уже телепортировалась в воздухе, немного путается сознание, но привыкнуть можно. Но здесь мне нужно переместить груз, огромный, да ещё и на скорости. Залетела в нос, всё не решаясь на авантюру.

Идея пришла внезапно. Я же крепила телепорт на транспорт. А если прицепить его, допустим, на шасси, и не включать колесо в капсулу и телепортировать через него? Можно сломать мозг, если вдуматься, но, как ни странно, у меня всё выглядело логичным. Хотя единственное, чем я рискую — это падение вертолёта. Он не разобьётся, просто запишу опыт как неудачный.

Так, поехали, уже светает, а мне ещё перетаскивать эту бандуру на другой сектор. А вот куда не знаю.

Вертолёт неожиданно начал снижаться. О нет, ребятки! Несколько секунд, и вертолёт исчез. Я выждала ещё парочку и отправилась следом.

— Ух, тыж…! — я выругалась вслух. Машина влетела в телепорт и по инерции пропахала пару десятков метров, повалив деревья и проделав глубокую борозду.

Здесь места дикие, но всё равно нужно спрятать. Перенесла вертолёт на поляну и накрыла его пологом невидимости. Вначале решим, куда его переправлять, потом вернусь.

Появилась в квартире Сотникова, когда уже встало солнце. Да, путы продолжали красть моё время. Начальник управления был дома, стоял в гостиной и смотрел в окно. Меня ждал, не иначе.

— Выходной решили взять? Кофе угостите? — села в кресло.

— Отдохнёшь с вами, Анастасия Павловна! Я просто не смог бы работать, решил обождать до обеда. Есть новости? Пойдёмте на кухню, вы, наверное, голодны.

А ещё я жутко хочу спать. Но говорить этого не стала, иначе он меня сразу отправит в спальню. Но мне вначале нужно подарок пристроить.

Пока Пётр Михайлович готовил кофе, я начала рассказ, с самого начала.

— Я упаковала эту консервную банку и спрятала в лесу. Нужно решить, куда их безопасно переправить, ведь я не знаю, как поведёт себя машина при деактивации капсулы…

На лице мужчины был шок.

— Вы не шутите? Весь офицерский состав? — он сел и начал растирать виски. — Вы правы, Настя, человечеству нельзя давать такие возможности. В одиночку победить целую армию, да ещё и… как вы назвали, консервную банку? — Сотников нервно засмеялся. — Уму непостижимо, чувствую себя неандертальцем, хотя считал себя сильным магом.

— Я вам немного завидую, вам ещё есть куда расти, а вот мои силы, возможно, заимствованы и когда закончится эпопея с Чёрными путами, у меня их заберут, — я наигранно грустно вздохнула, хотелось, чтобы он проникся.

— Разве это возможно? Дары — неотъемлемая ваша часть!

— Одержимые тоже так думали, а пришла я и отобрала. Когда-нибудь я всё вам расскажу, сейчас не время. Мне скорей всего дали сверхсилы только для миссии, и буду рада, если их заберут. Не хочу вас пугать, но я иногда сама хочу всё уничтожить, бесят людишки! — это была правда, когда я в образе Анны, эти мысли часто проскальзывают, и я боюсь, что в один прекрасный момент я поддамся и пойду вразнос.

— Вы не одиноки, я тоже часто горю этим желанием. Это просто усталость. Сколько вы не спали? — я ждала этого вопроса.

— Пару суток, может, немного больше, но перед этим я хорошо выспалась, — я рассмеялась.

— Давайте, Настенька, вы сейчас отправляетесь в спальню, а я пока решу вопрос с местом для нашей консервной банки. Надо же… — Пётр Михайлович помотал головой.

А я уже не могла сопротивляться, реально вымоталась.

Проснулась я через четыре часа и отправилась в душ. Руны и структуры — это удобно, но не могут заменить удовольствия от самого процесса. Встав под струи, я впервые за долгое время по-настоящему расслабилась.

Намылилась и стала натирать кожу, хотя в этом не было необходимости, я очищала кожу и волосы перед сном. Хотелось почувствовать себя обычным человеком, этими действиями я стирала с себя последствия жизни на том секторе. Да, мне ещё придётся туда вернуться, но это будут командировки, а не заключение.

Вышла и посмотрела на свою курсантскую форму, хоть я её практически не видела, но она мне так опостылела. Но выбора не было, пришлось одеть и изменить на платье, простое серое, как моё любимое.

Когда я вышла, Пётр Михайлович уже был дома. Увидев меня, вначале улыбнулся, потом удивился, глядя на платье.

— Удобно, не правда ли? — я ещё сменила наряд, вначале на чёрный костюм Анны, потом на образ с карнавала. — Но всё это поперёк горла. Хочу побыстрей вернуться к нормальной жизни… Покормите гостью?

— Да-да, конечно, Анастасия Павловна, — Сотников несколько секунд не мог прийти в себя. — Это иллюзия?

— Нет, что вы, — я протянула к нему руку, предлагая потрогать рукав, он осторожно взял ткань пальцами.

— Удивительно, нет это выше моего понимания. Это же…

— Управление материей. Да, я способна влиять на материю, пока ещё учусь, потому что не знаю применения многим способностям. А подсказать некому, с самого начала всё опытными методами.

— И после этого вы говорите, что у вас отберут дар? Если вы не добились совершенства, то что говорить о нас. Боюсь, за свою оставшуюся жизнь я даже на толику не приближусь к чему-то подобному, — прибеднялся вроде, но манипуляцию я за версту чуяла, но поддаваться не собиралась, почти. Как бы я ни сопротивлялась, но телепорты мне придётся адаптировать под нужды человечества. В дальнейших событиях они очень сильно пригодятся надзорным органам, но пока промолчу об этом.

— Ну, рассказывайте, нашли место для наших бывших одержимых?

— Да я и не искал. Подземный полигон вполне подойдёт по размерам, и если объект будет в движении, то защита вполне справится, — ответил Пётр Михайлович.

— Группу будете собирать или вдвоём?

— Вот здесь проблема. После попытки вас похитит, у нас много голов полетела, где-то в прямом смысле. Но это дело другого уровня и скорей всего никак не связано с той группой. Вас хотели похитить как деятеля науки, мы раскрыли ещё несколько готовящихся похищений.

— Да, я предполагала, что с таким уровнем технологий, они выгребали все умы, и не удивлюсь, что и другие сектора пострадали. Я вот чего боюсь, что верхушка сидит не у нас, — озвучила опасения.

— Тем более нужно допросить без лишних свидетелей. Я изолирую полигон и сам займусь допросом, нечего вам там делать.

— Поверьте, я не наивная девочка, — я сощурила глаза.

— В это я как раз верю. Просто не хочу ограничивать себя в средствах…

— Если не хотите, чтобы я слышала разговор, без проблем. Но я могу сделать беседу деликатней.

— Хорошо, я приму помощь. Какие мои действия? — Сотников был уже в нетерпении.

— Ну для начала я поем, — я улыбнулась.

— Простите, Анастасия Павловна, плохой из меня хозяин. У меня такая гостья, а я весь в работе. Мясо и салат из свежих овощей? — я кивнула.

Пётр Михайлович подогрел мясо, благо, для мага огня, это не проблема и я наконец-то приступила к еде, в процессе рассказывая о дальнейших действиях.

В управление начальник поедет один, но прихватит с собой портальный камень. Положив его на стол, стала объяснять, что делать.

Сотников его взял с великой осторожностью.

— Можно полюбопытствовать, что там? Я не буду смотреть.

— Вы ничего не увидите, кроме визуального эффекта плёнки, строение которой не сможете считать. Я таких камушков на том секторе столько раскидала, особенно в цитадели… Да и здесь уже насорила, — я окинула взглядом комнату. — Там симбиоз нескольких структур и деструкторов. Но сам по себе камень не действует, на объект тоже нужно накидывать такую же сеть. Вам нужно будет поместить этот камень в центр полигона, а другой в стороне, желательно у стены, — я положила второй камень.

— А как вы их отличаете?

— Тут всё тоже очень сложно, — я хмыкнула, как объяснить то, что сама толком не понимаю. — Происходит привязка сознания к определённому камню, даже если телепортных точек в данной местности много, я всегда попадаю в самую оптимальную.

— А если в том месте опасно или есть возможность наткнуться на кого-нибудь?

— С таким пока не сталкивалась, всегда размещаю в относительно потаённых местах. Но, думаю, стоит поэкспериментировать, в целях безопасности, а то для этого совсем не было времени, — я грустно улыбнулась.

— Давайте, так… — Сотников чуть отвлёкся и, завернув первый кристаллик в салфетку, убрал в нагрудный карман, а второй в карман брюк. — Вы пока обедайте, а я поеду, чтобы время не терять.

— Вам в любом случае придётся ждать, Чёрные путы крадут время. Я вот даже не знаю, сколько мне сейчас лет, а ведь должно быть пятнадцать… — почему-то стало неприятно на душе. — Чувствую себя излишне взрослой.

— У вас просто очень тяжёлая судьба, не каждый взрослым мужчина выдержит, я бы точно не смог. Вы, Настенька, очень сильная девочка, поразительно сильная и, возможно, единственная, кому действительно можно доверить судьбу этого мира.

— Давайте уже закончим всю эту эпопею, мне ещё замуж выходить, за самого лучшего мужчину в мире, — я рассмеялась, правда, слёзы предательски выступили.

— А если он вас обидит, я собственноручно отвинчу ему голову, — Сотников был серьёзен.

— Меня сложно обидеть…

Пётр Михайлович ушёл, а я, доев обед, сразу переместилась к границе.

Ну что, авантюра началась? Я, если честно, очень боялась потерять груз. Вроде уверена, что капсула защитит от Чёрных пут, но всё равно было страшно. А ещё была задача переместить пару десятков тонн через границу.

Но решение быстро нашлось. Переместив вертолёт поближе к границе, я просто нацепила на него полётную структуру. Пришлось, конечно, немного поломать голову с размерами, но у меня уже была практика запуска цепочек структур, поэтому справилась быстро.

Надеялась, что сбоя не будет, ведь если энергия в кристаллах закончится, это грозит исчезновением капсулы, тогда внутри консервы всё пропадёт.

Капсула с грузом едва колыхнулась и натужно стала подниматься. Я начала паниковать, но, тут же взяв себя в руки со всей дури её, толкнула и побежала за ней за чёрную границу.

— Стоять! — не зная, зачем закричала, когда увидела довольно быстро удаляющийся груз, мне пришлось догонять и принудительно останавливать.

Дальше продолжила уже по прежней схеме, только невидимость накинула, а то вдруг патруль с гарнизона заметит, такую огромную штуковину сложно не заметить.

Толкнула совсем легонько и побежала на опережение. Как только капсула пересекла границу, я сразу сняла полётную структуру и пихнула её в телепорт. Надеюсь, что Пётр Михайлович уже установил телепорты.

Полигон встретил меня давно забытой гнетущей атмосферой. Живо вспомнились дни, проведённые здесь и не всегда приятные.

Сотников сидел на стуле и читал какую-то книгу, видно было, ожидание затянулось. Возможно, чем дальше вглубь, тем больше Чёрные путы съедают время, а капсула успела улететь метров на сто, пока я её не остановила. Буду иметь в виду, хотя это мне не поможет, будущие исследования пройдут в самом центре и съедят многие месяцы моей жизни, надеюсь, не годы во внешности. Не хочу вернуться к Михаилу тёткой.

Я проявилась и, дождавшись внимания от Петра Михайловича, пошла к нему.

— Всё получилось? — он посмотрел на центр, где ничего не было видно.

— Да, пришлось задержаться. Придумывала, как через путы перебросить эту бандуру. Сколько я отсутствовала?

— Я здесь около трёх часов.

— Ясно, — я тяжело вздохнула. — Чёртовы путы, поскорей бы их уничтожить!

Начальник управления очень странно на меня посмотрел.

— Вы действительно собираетесь это сделать? — а в голосе слышалось: «а не сбрендила ли ты девочка».

— А вы только сейчас это поняли. Нет, это не шутка, и я уже ищу решение. Вот закончу разгребать проблемы, которые устроили жадные до власти твари, и пойду решать настоящие. Нужно вернуть человечеству нормальную жизнь. Если не уничтожить Чёрные путы, то всё вернётся, кто-то непременно опять решит на этом сыграть. Уничтожить зарвавшуюся тварь намного проще, когда нет границ. Хочу обеспечить здесь мир, по крайней мере, на период своей жизни.

— Главное, чтобы вам не стали поклоняться, — Сотников был очень серьёзен.

— А мы никому не расскажем, кто за этим стоит, а если кто-то и узнает, то быстро потеряет в это веру. Я всего лишь девчонка, разве могут серьёзные мужи поверить в моё превосходство? Даже вы постоянно сомневаетесь, — я мило улыбнулась.

— Очень на это надеюсь, — Пётр Михайлович вздохнул как-то с облегчением. — Ну показывайте, я уже извёлся весь! Они же под невидимостью?

Не стала устраивать шоу с шутками, совсем не к месту, просто отключила невидимость. В помещении вертолёт казался пришельцем из будущего, что вполне логично, ведь на этом секторе нет таких технологий, в открытом доступе, по крайней мере.

— Невероятно! Я видел подобные разработки, но они все на уровне прототипов небольшого размера. Но это… невероятно! — начальник Надзорного Управления подошёл вплотную. — Трогать можно?

— Вы ничего не почувствуете, там капсула времени, она не пропускает тактильные ощущения текстур.

Несмотря на мои слова, Сотников всё равно коснулся.

— Фантастика. И теперь у нас есть эти технологии, — он посмотрел на меня как на Деда Мороза, принёсшего подарок.

Я дала Петру Михайловичу пять минут насладиться моментом. Накинув на него невидимость, отправила в хвост вертолёта. А сама взлетела над ним, чтобы контролировать ситуацию.

— Снимаю, — сказала и приготовилась ловить.

Машина взвизгнула разок, винты даже полный круг не описали и остановились. Зря боялась.

Повисла тишина, бывшие одержимые не спешили открывать двери, а мы и не торопились. В крайнем случае я легко их вскрою. Мысленно хлопнула себя по лбу, от усталости мозги закисли или после гонки на прошлом секторе расслабилась… Я же цепляла переговорную структуру на того офицера, Савелия Дмитриевича.

— … предпринять. Нам всё равно придётся выходить, — кто-то говорил на повышенных тонах. Надо же, какая шикарная звукоизоляция. Но я не спешила ничего говорить, Сотников тоже молчал.

— Никого не видно. Датчики показывают силовое поле, мы в ловушке.

— И что, предлагаете отсиживаться здесь?

— По крайней мере, до появления противника или вы думаете, нас в гости пригласили?

— Я уже ничего не думаю. Чертовщина какая-то! — о, это тот командир. — Поздравляю, господа, в ближайшее время мы закончим свой путь на этой бренной земле.

— К чему такие настроения, Ваше Высокопревосходительство?

— Нас не просто так оставили в живых…

А вот это мне не нравится! Опять накинула капсулу и проявилась.

— Пётр Михайлович, там по видимости суицидальные настроения назревают, что будем делать?

— Защита на машине какая? Сможешь быстро снять? Нужно их одновременно спеленать ментальной вязкой. Не факт, что сами убьются, скорей всего исполнитель или исполнители есть, чтобы всех разом убрать. Встречал уже такую практику, — просветил начальник.

— Хорошо, сейчас что-нибудь придумаю, — вот же проблема! Думала просто откроют вертолёт и возьму их красиво. А ещё с дурости время потеряла, могла бы хоть глянуть расположение людей внутри, капсула блокирует эту возможность.

Думай, Настя, думай! Я даже не знаю, сколько у меня времени, может, уже в следующий момент сработает какой-нибудь артефакт, ведь даров нет, а исполнить приказ нужно.

— Вы же взяли кофе или слетать по-быстрому в квартиру? — спросила и развеяла невидимость на Сотникове.

— Да, запас есть, я здесь порой сутками сижу, — он подошёл к стене и прислонил руку к одной из пластин, она мигнула и стала отходить в сторону, открывая тёмный проём, в котором тут же вспыхнул свет. Внутри оказался небольшой кабинет: стол, пара стульев и сейфовый шкаф, в стене была дверь, скорей всего санузел, а может, и пыточная, от надзорников всё что угодно можно ожидать.

Я зашла внутрь, Пётр Михайлович направился к столу, из-под которого достал термос и пачку галет.

Разлив кофе по кружкам и пододвинув одну мне, Сотников молча стал следить за мной, а я ломала голову.

Где у них может быть брешь? Не может не быть, — сделав глоток, я закрыла глаза. В самой защите вряд ли есть, она должна быть литая иначе нет смысла. Значит, ищем в самом строении машины.

Мозг хаотично искал в памяти.

— Опять туплю, — поставила кружку, встала и направилась к двери, попросив меня выпустить.

Видно, подсознательно я всё хотела скинуть на Петра Михайловича, поэтому туго соображала. Вертолёт я видела со всех сторон, кроме лобового, а упустила именно кабину пилотов. Там точно есть обзор.

Над массивной мордой металлической машины находилась гладкая зона, явно стеклянная. Я теперь поняла, почему в голове не отложилось чёткого различия, стекло было практически в цвет с корпусом, какое-то покрытие. Подлетела вплотную. Освещение вызывать смысла не было, оно не проникнет сквозь капсулу, поэтому просто всмотрелась.

— Кабина пустая, команда успела зайти внутрь. Но так даже лучше, — идея пришла сразу.

Я просто стала сдвигать капсулу внутрь, освобождая объект постепенно. Довела её до двери в салон и чуть углубила, чтобы иметь возможность открыть.

— А ларчик легко открывался, — я посмотрела на Сотникова, который, задрав голову, наблюдал за мной. Он слегка улыбнулся, без комментариев.

Предсказуемо защита на вертолёте уже не работала.

— Защита стоит, скорей всего, одним блоком, очень глупо, даже если он внутри, — я продолжала рассказывать, что вижу и делаю. — Сместила капсулу, сейчас стекло вскрою.

Дальше было дело нескольких минут. Не стала заниматься вандализмом, срезала его очень аккуратно и перенеся на пол полигона, вернувшись, осмотрела кабину.

Пётр Михайлович так и стоял, задрав голову, а во взгляде тоска.

Я вздохнула и спустилась к нему. Не стала устраивать представление и делать акцент на жалости.

— Давайте сейчас полёт передам, помощь ваша нужна, — если Сотников что-то и заподозрил, то промолчал, но улыбнулся искренне.

— Буду рад поучаствовать.

Какое-то время ушло на обучающий процесс, это мне казалось всё просто, да и возможности у меня выше, а Пётр Михайлович долго осваивал технику полёта. И вот спустя где-то час, он смог нормально пролететь через весь полигон.

— Давайте поедим и продолжим, — предложила я.

— Только у меня всё скромно, — хозяин управления, сделал пригласительный жест в сторону своей коморки.

— Так, мы к вам домой отправимся, — я широко улыбнулась, и сама сделала пригласительный жест.

Волнение, предвкушение… да глаза Сотникова аж засветились.

— Не боитесь потерять немного времени?

— Ради нормального ужина, нет, — мужчина рассмеялся.

Перемещение произошло штатно, для меня, а вот Петра Михайловича аж потряхивало от возбуждения.

— Невероятно! — появившись в комнате, которую он выделил мне, он глубоко вздохнул. — И никакого дискомфорта, ничего не чувствую. Это же какие возможности, целую армию можно за минуты перебросить.

— И я о том же. Но без запретного знания никак…

Пока хозяин квартиры готовил, верней подогревал еду, я решила поговорить, а верней довести своё решение.

— Я хочу в ближайшее время поработать над разовыми телепортными капсулами для ваших ребят, — на мои слова Сотников встрепенулся. — Так что когда будете прорабатывать операцию, то продумайте вариант и с телепортами. Так же дам вам несколько мин с вирусом, которыми уничтожила базу, ведь могут быть ещё скопления одержимых.

Пётр Михайлович чуть не задохнулся от эмоций. Или он при мне перестал себя контролировать, или действительно так сильно впечатлён.

— Странно, даже спасибо неудобно сказать, — мужчина нервно хохотнул. — Я просто не могу выразить, насколько благодарен.

— Это и моя война. Они меня лишили детства, а сейчас забирают годы жизни. Так что не стоит благодарить. Если ещё будут пожелания, то озвучивайте, что… — замялась, ведь о возможности не шла речь, для меня практически нет ничего невозможного, — я что-нибудь придумаю, — ну да, можно же и облегчённую, одноразовую версию выкатить, как с теми же телепортами.

— Полёт я могу использовать на своё усмотрение?

— Да, конечно. Только без передачи третьим лицам, но о мерах не буду говорить, вы и без меня справитесь. Просто минимизировать злоупотребление.

— По этому поводу не беспокойтесь. Если адаптируете для нас невидимость, то никто не узнает, — я рассмеялась на его слова. Хитрец, однако. Но я и так собиралась это сделать.

— Надеюсь, у вас не будет запрета на чёрные кристаллы? Красные слабые для этих целей, да и начинка не та.

— Они у нас никогда не были запрещены, — хмыкнул Пётр Михайлович, раскрывая одну из тайн.

— Отлично. Значит, придётся сбегать в Чёрные путы и пополнить запас, — теперь Сотников громко рассмеялся.

— Даже не представлю, чтобы сейчас было с нами, не вытащи вас из института Юрий Андреевич… Ой, совсем забыл сообщить. У них дочь родилась.

— Надеюсь, Настей не назвали?

— Нет, не Настей, Светланой. Вы знали? — удивился и насторожился.

— Знала о беременности и поле ребёнка. Я не видела господина Рокотова очень давно, если вас это беспокоит.

— Не беспокоит, я ему доверяю, практически как себе, — Пётр Михайлович очень тяжело задышал, видно было, что он хочет что-то рассказать или попросить, но я не стала лезть с вопросами, когда нужно будет, сам скажет.

После позднего ужина мы вернулись на полигон.

— Очень удобно так работать. Заморозил проблему, нашёл решение и продолжил, — высказался Сотников, когда мы стояли в кабине вертолёта у двери в салон.

— Открываем? — спросила, дождавшись кивка, повернула ручку.

Дверь легко поддалась. Блокировка с той стороны, конечно же, меня не остановила, но сейчас уже не хотелось задерживаться.

Мы оказались у блокирующей плёнки. За ней открывался вид на салон вертолёта. Я даже хмыкнула, как и Пётр Михайлович. Если снаружи техника казалась хищной и полностью подходила военному агрессивному духу одержимых, то начинка портила всё впечатление. Оказывается, верхушке одержимых или, возможно, самому генералу была не чужда тяга к роскоши. Салон был оформлен в дворцовом стиле, эдакий кусочек замка, с длинным резным столом по центру, вокруг которого стояли мягкие кресла с золотыми подлокотниками. Стены салона оббиты бархатом и украшены золотыми филигранными украшениями.

— В царька заигрался, — прокомментировала я и стала рассматривать присутствующих.

Капсула запечатала людей прямо в движении, я, по сути, первый раз наблюдаю ситуацию внутри капсулы. Застывший момент времени, одновременно пугающе, но даже я впечатлилась, а что говорить о начальнике Надзорного Управления.

— Вы страшный человек, Настенька! — он мотнул головой.

— Вы только сейчас это поняли? Я вам давно об этом говорила, — это не было бахвальством, но почему-то именно сейчас для Петра Михайловича наступил пиковый момент, даже телепорты, да и сам перенос вертолёта его так не впечатлил, как визуализация застывшего времени с участием людей.

Сотников ничего не ответил и стал всматриваться в лица пленников.

— Я знаю как минимум двоих из них, одного лично, — гнев только промелькнул на секунду. — Генерала видел при дворе с полгода назад, он получал награду из рук императора… пфф… одержимый, — он помотал головой. — Я ничего о нём не знаю. А вот другой… Этого человека я не видел лет двадцать. Я тогда только начинал карьеру в Надзорных органах. Он тогда уже был офицером. Сильный, амбициозный менталист. Потом он исчез, у нас часто так бывает — погиб, перевели, никто не задаёт вопросов. А выходит, он стал одержимым.

Пётр Михайлович начал злиться.

— Не удивлюсь, что всех одержимых свозили на тот сектор и обрабатывали, а смерти только на бумагах. ***, — Сотников матюкнулся и даже не подумал извиниться. — Нас просто используют как чистильщиков и отбора ресурса. А ещё ищейками.

— Вас это взбесило, потому что втёмную? А чтобы изменилось, если бы просто приказали? — я всё же решила усугубить.

— Я бы начал рыть глубже. Я ненавижу их не меньше вас. Из-за них… — Пётр Михайлович замолчал. — Нужно заканчивать эту войну!

Мы вернулись к нашим пленникам. Рассматривая каждого, анализировали и просчитывали дальнейшие их действия. Вычислили двоих возможных убийц, уж очень спокойные были лица, особенно привлёк один из них, он словно что-то сжимал в руке. Но в любом случае придётся перестраховаться.

Продумав конфигурацию ментальной вязки, я добавила в неё парализатор, чтобы уж точно не наделали глупости, вдруг артефакты какие защитные есть и что-то собьётся.

Действовать буду я, Пётр Михайлович, для подстраховки.

Как только капсула спала, я кинула в салон ментальные путы, которые охватили всех присутствующих, кого-то застала во время падения. Действие структуры было видно визуально. Выглядело жутко, вокруг каждой головы появился чёрно-фиолетовый венец, который слегка вздрагивал, словно пульсировал. Сейчас «ментальные короны» были соединены между собой, но я легко могла убрать связку по необходимости.

На руку того особо подозрительного типа, я накинула капсулу времени. Даже не представляю, что он будет чувствовать, возможно, даже потеряет конечность в дальнейшем. Опытов с частичным капсулированием живых организмов, я не проводила на людях, но тварям не нравилось.

— Какие дальнейшие указания, командир? — я встала по стойке смирно, Сотников хмыкнул.

— Расскажите подробно, как с этим работать, — он указал на венец и можете отдыхать.

— Давайте я их капсулирую, и мы вместе отправимся поспать, а за завтраком я вам всё расскажу, — внесла предложение.

Я видела, что Пётр Михайлович борется с собой, но он выглядел очень уставшим.

— Уговорили.

Всё же мы договорились, что на активации первого допроса я буду присутствовать. Именно активацию функции. Сотников будет просто задавать вопросы, бывший одержимый отвечать, излишнего давления не предусматривается, и нет необходимости. Да и сам допрашиваемый скорей всего даже не вспомнит, что говорил.

Я, конечно, поинтересовалась о дальнейших планах, может, Пётр Михайлович решил сам всё разрулить, в прямом смысле. Но нет, он не настолько поверил в свои силы.

— У меня уже были и до этого собраны косвенные доказательства вины некоторых личностей в верхушке правительства, но с появлением новых данных многое встало на свои места. А после допроса, которые я намерен записать на плёнку для дальнейшего расследования, наконец-то узнаю, кто за этим стоит.

Ранним утром, после сытного завтрака и инструкции, мы вернулись на полигон. Сейчас на всех пленниках были индивидуальные капсулы. Мы вначале договорились так, я распаковываю ему несколько выбранных, он с ними работает в моё отсутствие, потом я возвращаюсь и переходим к другой партии. Но на месте Сотников передумал.

— Вы говорили, что ближе к вечеру отправитесь к переправе, встречать Богдана Романовича, я не могу из-за внеплановой задержки приостанавливать работу. И в процессе допроса мне может понадобиться сменить объект.

Я согласилась. По сути, они безобидные, маг его уровня легко справится, так что распаковала всех и покинула подземный бункер. До прыжка к цыгану остаётся часов восемь, если я не потеряла где-нибудь сутки. Но надеюсь, он меня правильно понял и задержится у перешейка между участками Чёрных пут.

Оставив озабоченного надзорника с его жертвами, вернулась в его квартиру. Даже не представляю, что у него случилось в жизни, что он настолько ненавидит одержимых. Хотя нет, не одержимых. Он даже с юмором отнёсся к тому, что я его провела, являясь носителем Чёрной крови. Здесь что-то другое.

Он копает где-то во власти и мастерски скрывает свою деятельность, и на всю катушку пользуется положением. Вон уже до советника в Императорском Совете дорос. Не удивлюсь, что скоро станет его членом. Это вполне может быть. Если произойдёт передел власти, то появится очень много вакантных мест. Главное, чтобы император с семьёй не были замешаны, иначе будет война. Ведь целью может быть не наш сектор, а соседние, но в любом случае мы попадём под раздачу.

Так, что-то меня в эту политику всё глубже и глубже затягивает.

Сходила в душ, растянулась на кровати и стала работать, нужно адаптировать для надзорников кое-какие суперплюшки. Ох, надеюсь, не пожалею об этом и мне не придётся что-нибудь придумать, дабы остановить ещё одну армию.

Практика изготовления индивидуальных артефактов у меня была, а вот одноразовых… Может, не стоит страдать паранойей и просто сделать те же браслеты, при надевании которых будет возможность переходить через телепорт. Ресурс у чёрных кристаллов всё равно невечный и мне меньше возни, на порядок. Да и самих камней меньше уйдёт. Во время предстоящих операций бойцам, возможно, придётся много перемещаться, значит, не стоит захламлять им карманы.

Значит, решено — просто браслеты. Так и где мне их взять?

Сотникова не хотелось беспокоить, мы договорились, что я появлюсь после встречи с Богданом, так что у меня появилась прорва времени. Сразу возникла идея вздремнуть, но сон не шёл.

Сделала заготовки на телепорт и невидимость, добавила в список структурную чашку для сбора воды, плюс тот отвод глаз, что делала для жителей деревни, только заточенный на магов.

Потом решила осмотреть квартиру Петра Михайловича. Я понимала, да и чувствовала, что она напичкана всякого рода защитными артефактами, но от меня это всё не спасало, значит, могут найтись умельцы, которые её пробьют.

Нашла пару брешей, незначительных, но если знать, где они, то можно воспользоваться, допустим, для прослушки. Убирать не стала, решила продублировать своей системой.

Процесс увлёк. Если установленная защита работала на всю квартиру и была отключена в отсутствие хозяина, то свою я сделала модульной, можно было регулировать доступ по типу, как я делала в деревне. Кто при запуске был внутри, то мог спокойно заходить и выходить. Можно было выдавать разовый доступ в виде браслета или любого предмета с вшитым ключом — это как хозяин решит. Также можно было устанавливать уровни доступа. Я даже создала структурную панель, которая вызывалась по запросу как любая структура, а не находилась на материальном носителе.

Я чуть не визжала от результата, процесс так увлёк, что я забыла поесть и вспомнила о делах, когда солнце село.

— Вот же гадство! — забежав на кухню, нашла в холодильнике кусок мяса, помидор, буквально запихала всё в рот и запила соком. Выбрав подходящую одежду, ушла в невидимость и переместилась к машине Богдана Романовича.

Ух! — чуть не высказалась вслух, когда меня буквально оглушил гудок паровоза, проходящего мимо. Огромный чёрный монстр тянул за собой вереницу странных вагонов, похожих на сейфы, чего только стоили массивные двери с артефактными замками.

Машина Богдана Романовича стояла практически у железной дороги. Нет, цыган не специально её туда загнал, для острых ощущений, здесь была стоянка машин и гостиница. Место было выбрано не случайно, других просто не было, вокруг сплошь железнодорожные пути и какие-то ангары, скорей всего склады.

Не знаю, что Богдан знал о моих способностях, но понял меня правильно, гостиница была ближайшая к границе, я даже отсюда видела лёгкое марево. Вот почему меня не пропускало, здесь тоже есть преграда. Внезапно нарисовалось ещё одно дело, хорошо бы убрать её, вопрос, как? Были подозрения, что пока Чёрные путы активны, вряд ли это получится. Хотя был вариант, что она искусственно создана. Вопрос вот о чём: если я её сломаю, как быстро восстановят? И зачем она нужна, если люди и так легко через неё проходят?

Ладно, это всё потом, я не за этим здесь, мне нужно оставить портальные камушки для Сотникова, но вначале дождаться цыгана и отпустить его.

Он появился из гостиницы спустя минут десять, встал у стены и задымил, лениво осматривая окружение. Опять загудел проезжающий паровоз и потянул за собой вагоны. Возможно, в каких-то из них лежит очередная партия одержимых. Интересно, поднялась бы у меня рука запустить вирус в обычном отстойнике, куда свозят носителей Чёрной крови. Ответ дала сразу: нет! Я не настолько озверела. И надеюсь, этого не сделает Пётр Михайлович. При возможности я выскажу своё мнение, но повлиять на его установки вряд ли смогу. По этой причине я не буду оставлять здесь мины с вирусом, хотя уже придумала, как устроить длительную работу на выброс магического патогена.

По дороге, мимо меня, направляясь к границе, проехала примечательная машина, очень похожая на транспорт надзорников. Внутри находилось четверо мужчин. Сорвавшись с места, я полетела за ними. Быстрая диагностика показала отсутствие Чёрной крови, но это были маги с ключами. Я проследила за ними до самого пропускного пункта.

Они не проехали беспрепятственно. К машине подошли три серьёзных типа, один сразу попросил документы, другие визуально и с помощью артефактов приступили к проверке транспорта. Камушек на машине Богдана Романовича не нашли, и здесь не найдут, аккуратно подлетела к машине и прицепила телепорт. Заодно закинула на пассажира, сидящего на переднем сидении, прослушку, на всякий случай, вдруг мне или Сотникову пригодится.

Хорошо бы за ними проследить. Хотя что мне это даст? Даже если туда надзорники поехали, что такого? Они едут открыто, значит, не мои клиенты. Вообще, зря я увязалась.

А вот другая машина, показавшаяся с другой стороны, может пригодиться. Шикарное авто напоминало ролс-ройс, тёмно-красный с кричащими крупными хромированными деталями. Внутри сидело два человека: мужчина в возрасте и молодая женщина. Их тоже подвергли обыску и проверке документов. Нацепив на их машину телепорт, я задумалась. Если я здесь ещё на часик задержусь, то сто процентов клиентов прибавится. Между секторами не ездят простые люди, только деловые и знать, ну ещё силовики и мафиози. Так что каждый второй может попасть под подозрение. А оно мне надо всех проверять? Ни тем я занялась!

Взлетела и вернулась к машине Богдана, он ушёл. Ну вот, опять ждать.

Не упуская из вида вход в гостиницу, приступила к поиску мест для портальных точек, чтоб уж точно ни на кого не натолкнуться.

Нашла пару и решила, что хватит.

У меня бывший был заядлый курильщик, и эта пагубная привычка выгоняла его на балкон по два раза за час. Вот и цыган вышел примерно через полчаса.

Я подлетела к нему.

«– Спасибо, что дождался», — не стала передавать привет от Сотникова, вообще не хочу вмешиваться в их дела. «–Сейчас надену тебе маску молчания. Это иллюзия, запечатлеет последнее перед применением выражение лица», — Богдан Романович опустил сигарету и просто посмотрел вдаль, расслабив лицо.

Я надела ему структуру.

«– Там есть микрофон, так что можешь говорить. Сделай слепок структуры, пригодиться», — решила сделать небольшой подарок, такой структуры даже у Сотникова ещё нет. Цыган сразу коснулся лица, словно что-то стряхивая.

«– Спасибо!» — голос был сдавленный, подсознательно он сдерживал мимику.

«– Спокойно говори, ничего не видно. Пока сам не развеешь, она будет у тебя на лице и голоса со стороны неслышно. Минус есть — принимать пищу не получится, защитное поле».

«– Хорошо», — уже спокойней. «– Какие мои дальнейшие действия?»

«– В твоих услугах я больше не нуждаюсь. Но на тот сектор лучше не соваться, если только от Петра Михайловича не последует другой приказ».

«– Анастасия Павловна, а как вы меня находите?»

«– Потом узнаешь. Прощай!» — я реально попрощалась. Если по какой-то причине судьба нас сведёт, то ладно, но специально искать его не буду.

Ладно, мне пора возвращаться к Сотникову в подземный бункер. Мы договорились, что я буду ждать его в кабинете. Поэтому прыгнув туда, я расположилась в кресле, перед этим, порывшись под столом, достала кофе и галеты.

Ждать пришлось долго. Где-то через пару часов открылась дверь, и заглянул хозяин кабинета.

— Давно ждёте? — он зашёл.

— Пару кружек кофе, — я улыбнулась. — Богдан пересёк границу. Если нужно с ним поговорить, могу организовать в любое время.

— Пока не нужно, но спасибо за предложение. Даже не знаю, как и начать… — Пётр Михайлович устало сел в кресло и стал массировать виски, что скорей всего было успокаивающим действием, ведь напряжение он мог снять при помощи дара целителя. — Всё настолько сложно, что малыми силами не справимся. Большая сеть опутывает оба сектора. Есть ещё базы, но они меньше, — взгляд на меня, значит, ждёт действий.

— Как только выясните примерное местоположение, я туда отправлюсь.

Пётр Михайлович кивнул.

— Но есть и хорошие новости, я узнал имя возможного главаря. Это Светлейший Князь Игорь Дмитриевич Бельский. Почему возможного? Потому что я не могу в это поверить. Этот человек спас императора, у него высшая степень доверия и безупречная репутация.

— Удобно, не правда ли? — не могла скрыть сарказма. — Быть приближённым императора и, почувствовав уровень его власти, только очень сильный человек не возжаждет занять его место. Но это другая история, с самого начала всё было подстроено. Этот человек очень умён и идёт к цели поэтапно, десятилетиями. Напомните, в каком возрасте он спас императора? — я хмыкнула. Остатки памяти Насти по-прежнему со мной. — Князь Бельский спас императора до вступления на престол, стал ему другом, потом соратником. А в это время строил свою теневую империю. На каком этапе он включил туда одержимых, не известно, да и не суть уже.

Сотников кивал на мои слова, он всё прекрасно и без меня понимал.

— Как же нас подставили. Он фактически возглавляет нашу службу, по крайней мере, считается последней инстанцией и в курсе всех наших дел. Я собственноручно делал ему доклады… Теперь, по сути, я и доверять никому не могу, — первый раз я видела во взгляде Петра Михайловича признаки поражения.

— На нашей стороне время. Нужно узнать, где эти базы…

— Я допросил только треть пленных. Но дело в том, что генерал не настоящий. Не в должности дело, он просто ширма, свадебный генерал, как говорится. Нет, он об этом не знает, но один человек косвенно на это указал, — Сотников задумался.

— Я знаю, кто настоящий командир, его адъютант, Савелий Дмитриевич, фамилию, к сожалению, не знаю. Могу указать, кто это, — я улыбнулась.

— Я знаю кто это, — опять грусть на лице. Выходит, это и есть его бывший коллега, кто бы мог подумать.

— Возможно, на каком-то этапе его готовили возглавить надзорников. У вас же есть скрытые подразделения, вот там сто процентов тоже полно одержимых, а с моим ключом их стало ещё больше. И не говорите про систему защиты и детекторы эманаций, они давно были на шаг впереди, и все ваши детекторы настроены на поиск сырых одержимых, — сразу говорила свои выводы.

— Теперь и я это понимаю. Нас искусственно нагружали ненужной работой, особенно в последнее время, нагнетая обстановку среди населения, — Пётр Михайлович продолжал делиться переживаниями.

— Скорей прослеживали модели поведения и стратегию действия надзорников, чтобы во время атаки направить в нужное русло.

— Во всём вы правы, — он глубоко вздохнул. — Да, на нашей стороне время, и не будем его терять. Пойдёмте, Анастасия Павловна. Чтобы вам ничего не пересказывать и дать возможность задать вопросы, проведём допрос адъютанта, вместе.

Сотников проводил допрос прямо в вертолёте, не передвигая пленников. Объяснение было простым, и не лишённым смысла.

— Они каждый находится на своих местах. Субординация, причастность, понимайте как хотите. Вначале я отталкивался от генерала, и с самого начала картина не вязалась. Поэтому продолжил, но уже с другого края, возможно, была оппозиция. Ну нет, после косвенного доказательства фиктивности генерала, я начал допрос без разбора. Но вы точно указали на фигуру, спасибо, Анастасия! Теперь уточним детали и будем обдумывать следующие действия.

Пётр Михайлович начал допрос, а я не могла отвести глаз от своей структуры, ментальная корона выглядела зловеще и немного отвлекала от процесса.

Да, к радости Сотникова, он сразу подтвердил прямое подчинение князю. Корреспонденцию передавали одноразовые посыльные. От такого откровения меня покоробило. У них была служба магов, которых готовили как диверсантов, а по сути, это смертники, одноразовый материал, задача которого была передать письмо одной из сторон. Жуть, конечно!

— На мирном, императорском секторе есть базы? — вклинилась я, потому что Пётр Михайлович повёл допрос про другой сектор.

— Восемь мест дислокации войск, по одному на округ, — отвечал бесцветный голос.

— Одержимые в них есть?

— Да, в подземных бункерах ведётся подготовка ударных подразделений…

Сотников сразу понял направление и повёл допрос в этом русле. Ведь что ни говори, но в первую очередь нужно здесь уничтожить опасность, а потом зачистить другой сектор. Оставшись без начальства, они вряд ли начнут агрессию на наш сектор, скорей затихнут на время и начнут делить тот. Но я не дам им этого сделать.

Базы были распределены по всему сектору и, к удивлению Петра Михайловича, одна была здесь, в предместье Нижнего Новгорода. По мне, логичней было сделать вход от надзорников, из той же тюрьмы. Не зря же говорят, что хочешь спрятать, положи на видном месте. Но нет, они пошли ещё дальше. Входы на базы были в институтах, из одного из которой волей судьбы удалось вырваться.

Этот человек был настоящей находкой. Единственное, что волновало, такие как он были ещё и заседали в каждой базе. Но было и хорошее известие, он не знал о работе на других секторах, даже подготовке.

А вот меня заинтересовал вопрос по поводу институтов.

— Какова цель работы институтов?

— Разработка патогена по заражению магов фракцией Чёрной крови, — на его слова мы с Сотниковым переглянулись.

— Это невозможно. Неужели никто не подозревал, что это отдельный дар, дар Времени? — продолжила задавать вопросы.

— Работали с хаосом. После известия о седьмом даре работы приостановились, но не свернулись. Ведётся подбор научной базы.

— Какова конечная цель применения патогена? — ну не поверю я, чтобы они хотели заразить обычных магов, мелко это.

— Правящая верхушка, в том числе императорская семья, — по сути, мы с Сотниковым и так могли догадаться, поэтому на его ответ практически одновременно хмыкнули.

У каждой базы стояли свои задачи, но мне не нужны были планы и стратегии захвата сектора, мне нужны только координаты. Их нам и предоставили. Пленный начал чётко, без запинки называть координаты самих баз и точки входа. Все бункеры были стандартизированы. К нашей радости, цитаделей больше не было.

Какая там защита? Артефактная, конечно, но мне было всё равно, я придумаю, как вскрыть и эти консервы. Беспокоило только наличие рядом детей — носителей Чёрной крови, нужно придумать, как исключить попадания вируса в сами институты.

Пока Сотников записывал координаты, задавая поясняющие вопросы, я приступила к разработке стратегии. Сразу пришли в голову те механизмы, похожие на буровые, которые я видела на аэродроме, можно попытаться создать что-то подобное и просто пробить дырку. Но это в любом случае будет шумно, а я хочу сделать всё тихо, чтобы до главы Императорского Совета ничего не дошло, а то удумает свалить куда-нибудь, а я хотела записаться на аудиенцию.

Хотя был ещё вариант, записаться заранее, а потом к назначенному времени, наоборот, сделать всё предельно шумно, чтобы на весь сектор прогремел звук рухнувшей Империи Зла. Я аж заёрзала на кресле. Пётр Михайлович глянул на меня и улыбнулся, видно, понимал, причину такой возбуждённости, хорошо изучил эту мою особенность.

Там были ещё резервные выходы, но я понимала, что опять не то. Устраивать массовые захоронения тоже не было желания, поэтому разрушение отмела, хотя это проще всего сделать, и никакая защита не поможет.

Коммуникации! Водопровод, вентиляция, вряд ли кто-то ждёт оттуда атаки. Максимум на вентиляции стоят сетчатые щиты и силовые поля. Нужно будет искать вентиляционные шахты. Это сложно, и вряд ли начальство точно знает, где они находятся. А вот с водой сложней, если трубы ведут из института, то есть риск попадания вируса.

Остановлюсь на вентиляции.

— Мне бы сейчас узнать место ближайшей базы, чтобы без карты найти, — сказала Сотникову.

— Так ночь же?

— А когда для меня это было проблемой? — я улыбнулась.

Расспросили, узнали. Вентиляционных выходов было всего четыре, и находились они под иллюзорными артефактами, выглядели как холмики, поросшие кустарником, а по сути, куполообразные конструкции.

Решила сгонять на разведку. Защита строилась на прошлый уровень развития магического сообщества и просто не успела перестроиться. Но о замене иллюзорного покрова в любом случае подумают в последний момент, а он как раз и выдаст местоположение. Достаточно просто настроиться на магическое излучение, что с моим уровнем развития я могу сделать и в режиме полёта, даже с большой высоты, особенно с большой высоты.

Поднявшись на километр, может, больше, я двинулась в нужном направлении. Включив магический сканер и несмотря на гнетущее настроение по поводу предстоящей миссии, невольно залюбовалась. В свете ночи магические проявления смотрелись особенно ярко и волшебно, как звёзды на тёмном небе: искорка там и там, а вот и планета нарисовалась. Не знаю, что это, но мысленно поставила зарубку в голове. Не стала спускаться, слишком ярко для скрытой цели, моя была не здесь.

Дальше пошёл пустырь по магическим проявлениям, тусклое, расплывчатое пятно сразу выделилось. Оно по форме действительно походило на холм, купол был неровный, расходился в стороны, как клякса.

Снизилась неподалёку, не стала спускаться на землю, зависла метрах в трёх от поверхности. Здесь явно не дураки сидят, должна быть и физическая система защиты или, по крайней мере, сигнализация. Вряд ли она будет вопить, скорей всего сигнал уйдёт к охране, а она уже проверит степень опасности. Хотя животные, да и случайные прохожие сюда не полезут, был явный ментальный шум, отвод глаз или пугач, как минимум.

Значит, нужно настроить поиск на физическую защиту, мне нужно спуститься пониже, чтобы обследовать зону. Возможно, я просто перестраховываюсь, и, не касаясь земли, могу всё посмотреть, но не хотелось экспериментировать, слишком опасно. Не было гарантии, что какими-то своими действиями я запущу необратимый процесс или вообще начало операции по захвату сектора.

Если жертвы среди одержимых я ещё как-то могла списать на потери врага во время боевых действий, то мирным населением не могла рисковать. Рядом город с сотнями тысяч жителей, а если взять прилегающие районы, то и миллион наберётся, а ещё моя родная академия, с дорогими сердцу людьми. Так что действую ювелирно.

Когда проснулась, то не знала, ночевал ли Пётр Михайлович дома. Но я, как только нашла все четыре вентиляции, сразу отправилась спать. Я могла не отдыхать по нескольку суток, но усталость накапливается, и можно допустить фатальную ошибку.

Так, видно, считал и Сотников. Когда я уже рылась у него в холодильнике, в поисках чего-нибудь съестного, он вошёл в кухню.

— Доброе утро, Анастасия Павловна! — несмотря на отдых, он выглядел неважно.

— Я думала, вас нет дома, хозяйничаю здесь, — я улыбнулась.

— Считайте это и своим домом.

— Спасибо. Будете дядюшкой, просто третьего папеньку я не выдержу, — на мои слова Пётр Михайлович рассмеялся.

— Вы удивительная девушка. И не скрою, я бы хотел иметь такую дочь.

Тяжело быть однолюбом. Да и с такой работой и не заведёшь нормальных отношений. В его случае можно только посочувствовать.

— А я бы врагу не пожелала такую дочь, от меня только одни страдания, — не знаю, зачем я это сказала, наверное, себя было жалко.

— Всё будет хорошо. Закончится война, и вы сможете подарить любовь близким, — опять он прятал глаза.

— Может, стоит рассказать мне… — я уставилась на Петра Михайловича. Не знала, что он скрывает, но это, что-то, буквально прожигает его изнутри.

— Сейчас не время, — Сотников выпрямился и с вызовом ответил на мой взгляд.

— Вы боитесь этого откровения? У нас столько секретов, что на сотню человек хватит. Так что говорите. Я вижу, что это как-то касается меня, — не в любопытстве дело, я действительно чувствовала связь.

Я вызвала структурную панель и активировала новую защиту. Это действие имело две задачи: защита и отслеживание реакции хозяина квартиры. Первое со своей задачей справится без вопросов, а вот к реакции они есть. Пётр Михайлович был равнодушен, даже, можно сказать, отрешён.

— Этот, ваш секрет, мешает нашей работе, — решила поговорить на его волне. — Вы витаете в облаках, рассеяны, плохо спите. Нет, я, конечно, могу, и сама справится…

— Настя, прекратите! Не нужно отчитывать меня как мальчишку. Я не смею вас отвлекать своими проблемами. Да и помощник из меня так себе…

— Давайте ещё будем себя жалеть. Я не узнаю вас!

— Хорошо, надеюсь, не пожалею об этом. Моя жена жива, — Сотников аж комок в горле проглотил. — Об этом никто не знает. Она носитель Чёрной крови.

У меня от его слов аж челюсть вниз поползла. Хотелось, что-то сказать, но я решила не перебивать.

— Она, как и я менталист, офицер надзорных органов, была моей подчинённой, но это не помешало нашим отношениям. Мария — самородок, лучшая на курсе в академии и лучший боец в подразделении. На одном задании мы столкнулись с крупной группой одержимых. Она несколько дней до этого дня ходила излишне возбуждённая, перепады настроения я списывал на беременность, не было у нас ещё датчиков на эманации. — Пётр Михайлович закрыл глаза, я видела, что ему тяжело говорить. — Я не хотел её брать на задание и вообще уговаривал оставить службу ради ребёнка. Контракт позволял это сделать, но она упрямилась. Говорила, вот сейчас схожу на дело и стану примерной женой.

Я слушала, а у самой уже слёзы текли ручьями, но я ждала сути, это всё предыстория, хотя понимала, что произошло.

— Во время стычки в неё словно бес вселился. Я был на щите и просто не успел ничего сделать. Она вышла из-под защиты и кинулась на одержимых, другие бойцы последовали её примеру, загородив жену от моего взгляда. Через несколько секунд я услышал её крик, один из одержимых проткнул Марию в районе живота, я видел, как из спины вырвались энергетические пики. Но она не умерла, мне казалось, она даже не заметила ранения, оставаясь на ногах. А дальше я испытал настоящий шок, увидев, как от рук моей жены в сторону врага устремилась чёрная паутина, которая поглотила его. Когда она повернулась, я увидел причину такого поведения, чёрные склеры глаз не давали других вариантов — она стала одержимой. Мария убила всех, но, глядя на меня, остановилась. Я воспользовался моментом и атаковал, лишив её сознания.

— Где она сейчас? Я так поняла, что установить ей ключ обычным способом нет возможности? — если так, я знаю, что делать.

— Нет. Я даже не понимаю, как она выжила. Эта тварь убила нашего ребёнка, но организм залечил рану. Сейчас она находится в поместье. Держу её на артефактах. С того дня она не приходила в себя. Верней пришла, но разум не вернулся, мне пришлось ввести её в кому.

— Что вы хотите от меня? Чтобы я деликатно лишила её Чёрной крови или просто вставила ключ? — мне было интересно, насколько далеко он хочет зайти.

— Для начала мы должны закончить нашу войну.

— Вы боитесь растерять свою злость на этот мир?

— Этот этап я давно уже прошёл. Мария очень любила жизнь и не простила бы, если я не попытался защитить наш дом, поэтому я решил посвятить этому свою жизнь. Ради неё, ради надежды, что она очнётся, — Пётр Михайлович всеми силами прятал глаза, но от меня не смогли укрыться слёзы. — Я десять лет ждал и подожду ещё немного. Ведь если она очнётся… когда Мария очнётся, я уже не смогу воевать.

Как я его понимала…

Тяжело было переходить к делам после такого разговора. Но что удивительно, Сотников собрался, вернулся прежний «палач» с отмороженным, жёстким выражением лица. Я видела, ему стало легче, и он полностью отдался работе. Рассказал последние результаты допросов, расспросил про новую защиту квартиры. Удивился, что она, по сути, универсальная и можно устанавливать на любой объект, даже экстренно, защита сама адаптируется под размеры помещения. Единственный недостаток — энергоёмкая, поэтому я запитала её на чёрные кристаллы. Она и на красных будет работать, если никто бомбить не станет. Но на это и рассчитано, так что резерв защиты должен быть большим.

Потом я передала ему структуру невидимости и сделала на его браслете телепортный блок.

— Камни я уже заготовила. Заряда на браслете должно хватить на пару десятков переходив, на такое же количество рассчитаны и сами камни на портальных точках. Их можно перемещать. Мозг сам должен считывать локацию. А вот дальше есть нюанс, первый раз перемещаться нужно не в конкретное место, а вспоминать обстоятельства, при которых был установлен телепорт. Возможно, из-за этого я теряю время своей жизни, каким-то способом вкладываю туда отрезок, но пока по-другому не знаю как.

— Главное, чтобы другие, переходя по этим телепортам его, не крали, — грустно хмыкнул Пётр Михайлович.

— Это было бы жёстко, — вспомнила сколько народа я перетащила с помощью телепорта, да и вертолёт мог сожрать немерено. Отогнала от себя эти мысли.

Наступило утро. Сотникову нужно было вернуться в Надзорное Управление и создать видимость работы. Почему видимость? Да после того, как узнал о князе, он считал свою работу фикцией.

— Я уже не смогу отдаться полностью на выполнение своих обязанностей, пока во главе нынешнее руководство, — высказался он.

— Кстати, о руководстве. Я тут прикинула, сколько мне нужно времени, чтобы охватить все базы на нашем секторе… Думаю, стоит созвать срочное совещание Императорского Совета где-то дня через три.

— Вы уверены? — Пётр Михайлович заволновался.

— Тянуть нельзя. Вести о падении цитадели в любой момент могут достичь нашего владыку, — да, именно так называл его Савелий Дмитриевич. — И ещё. Вы отправитесь к императору, тоже срочно. Любым способом вы должны попасть к нему лично до этого совета. Передать послание, верней доклад от меня и одну вещицу. Всё будет готово через пару часов.

План действия вырисовывался буквально на ходу, главное, чтобы Сотников не отказался участвовать в этой авантюре.

— Я в вашем распоряжении, Анастасия Павловна. Говорю это, чтобы не сомневались, я полностью вам доверяю. Через два часа я вернусь.

Потратив какое-то время на освоение телепорта, Пётр Михайлович уехал в управление. А я приступила к докладу, разместившись у него в кабинете.

Было волнительно, ведь это послание самому императору, где я должна убедить его в правомерности своих действий и указать на врага.

Кратко описала цели, действия: прошлые и будущие. Намекнула, что в любом случае не отступлю. Если он не дурак, то не будет пытаться помешать мне, ведь последствия вмешательства я тоже описала.

А ещё я пригласила его на свой стрим во время заседания Совета, первую в этом мире трансляцию в режиме реального времени, жаль, записать не получится. Я вспомнила о своей видеоструктуре, вот и её время пришло. У себя на броне я нацеплю передатчик, а у императора и Сотникова будут приёмники. Пояснила правила работы и радиус действия. Опять же надежда, что он не решит, что это попытка заманить его в ловушку. Но для меня его присутствие не имеет значения, это только лично для его блага, ведь я надеюсь, на заседании прозвучит много откровений, которые будет рад слышать глава государства.

Зачем Петру Михайловичу приёмник, ведь он будет на этом заседании? А всё просто, не хочу, чтобы он пропустил ключевые моменты, ведь в определённый момент он уйдёт из зала заседания. Он будет моей гарантией того, что нас никто не побеспокоит. Зал заседания Императорского Совета и так никто не покинет, но снаружи могут начаться беспорядки, и я буду нервничать.

Доклад, а верней пояснительное письмо вышло большим, аж на два листа с двух сторон. Я утаила свою личность. По сути, в этом не было необходимости, но всё та же боязнь того, что император не воспримет слова девчонки всерьёз, а обезличенное письмо донесёт суть лучше.

Заклеила конверт и подумала о печати. Я доверяла Сотникову, но так будет солидней. Сургуч, естественно, нашёлся в столе хозяина.

Печать… У меня её не было. Думала недолго, перед глазами всплыл образ финального ключа. Мысленно стилизовала его и направила слепок на расплавленный сургуч. Моя печать оставила витиеватое теснение, которое поблёскивало серебристо-фиолетовым мерцанием.

Красиво! — полюбовалась на своё творение. А главное, солидно. Напитала энергией, оставив прежнюю интенсивность излучения, чтобы уж точно дотянуло до вскрытия.

Пётр Михайлович появился ровно через два часа. Я передала ему конверт и видеоструктуру, объяснив, как активировать зеркало экрана.

— Вы как ларец с сокровищами, дорогая Анастасия Павловна. Шпионы утонут в слезах, если узнают о таких технологиях, — Сотников был весел и излишне возбуждён.

Я прекрасно его понимала. Ведь если император взбрыкнёт, наша затея может провалиться. Будет попытка ареста Петра Михайловича, и события придётся форсировать с бешеной скоростью, а князя просто брать в плен. А хотелось, чтобы он сам всё рассказал без давления, во всеуслышание. Очень надеюсь, что так и будет.

— Заявку на заседание совета подал. Но у нас немного меньше времени, назначено на второе заседание через двое суток. Уложитесь? Могу перенести, но тогда неделю ждать.

— Не посплю пару суток, не впервой. Ну, с Богом, Пётр Михайлович!

Мне, конечно, хотелось наведаться в свою церквушку, но Чёрные путы опять сожрут время, поэтому перекрестилась и переместилась в назначенную точку, недалеко от базы.

Тишина. Всё так же поблёскивают магические проявления через снежную поверхность.

Приступила в обследование местности на предмет физической защиты. Как я и предполагала, она была. Паря предельно низко, чтобы не задеть снег, я практически сразу обнаружила мелкий артефакт, коих потом увидела много. Присутствовали и простые растяжки на разных уровнях, скорей всего всё сигнальное.

К моей радости, вся защита была на подступах, у самих «холмиков» чистая зона. Скорей всего предусматривалось техническое обслуживание, а значит, должен быть коридор. Так и оказалось, на всех точках он был расположен по разные стороны, но везде прямой. Оставила телепорты и отправилась к другой базе.

Теперь у меня была подробная карта сектора с помеченными координатами. Мне нужно облететь ещё семь локаций. Я заранее прочертила траекторию своего движения по сектору, поэтому взяла направление по компасу, набрала высоту и на максимальной скорости понеслась к очередной точке. Не знаю, какую скорость я развиваю, но с высоты в несколько километров пейзаж довольно быстро двигался.

То, на сколько быстро я пролетела больше тысячи километров, очень удивило, выходит, я летаю со скоростью реактивного самолёта. Это же круто! Нужно будет как-то замерить свои параметры, но это в том случае, если у меня останутся такие магические силы в мирное время. А сейчас это было неважно, главное я всё успеваю!

На поиск баз ушло чуть больше суток. Во время полётов я обдумала технические моменты, а когда вернулась в квартиру Петра Михайловича, то осталось только адаптировать вирус по новые условиям.

Хозяина не было, возможно, он и не появлялся здесь. Я устроила у него на столе небольшой бардак, и, зная его пунктик по поводу порядка, он бы всё прибрал. Также в холодильнике еда была не тронута, да и новой не прибавилось. Кухарка сейчас не приходила, он всё покупал или брал в столовой управления.

Я немного беспокоилась, работать не получалось. Пришлось прыгать в бункер с вертолётом. Он и там отсутствовал. Но я решила подождать и заодно осмотреть пленных.

Все, кроме адъютанта, были в капсулах, это я настояла. С таким количеством пленных много проблем, мало того, что их нужно водить по нужде, так и ещё желательно хоть немного, но кормить, даже если не намерен их оставлять в живых. Какой-то частью души я не хотела их смерти, но участь этих офицеров решать буду уже не я.

Не выдержав, я переместилась в верхний кабинет Петра Михайловича. Он работал там. Я шумно выдохнула.

— Напугали меня, — я села в кресло.

— Да, моё упущение, забыл назначить место встречи, — Сотников был напряжён, но промелькнувшая улыбка и даже само нахождение его на службе, о многом говорило.

— Император принял меня сегодня утром. Забегая вперёд, скажу, нам удалось испортить ему настроение. Я просил частной встречи, поэтому проходила она в малом кабинете, в неформальной обстановке. Приняли меня быстро. Сыграла моя репутация и то, что я никогда ничего не просил. По вашему совету я передал ему записку, где сообщил, что беседа повышенной секретности, отнюдь не личная и требует установки новой защитной системы. Я отдал ему слепок, чтобы проверил и сам запустил. Опять сыграла репутация, он доверился. Затем я изложил вкратце суть и передал ваше послание.

Пётр Михайлович сделал паузу и посмотрел на меня.

— Что не так?

— Император долго рассматривал печать, пришлось отвечать на несколько вопросов и показывать новый ключ, объясняя, что это никакое не тайное общество, — Сотников хмыкнул.

— Да, не подумала…

— При сломе печати, клеймо вспыхнуло, взлетело и растаяло, — осуждение в глазах надзорника.

— Я не хотела фокусов, просто не о том подумала, когда запечатывала. Но красиво же получилось.

— Красиво, но насторожило нашего монарха, — Пётр Михайлович немного нервно засмеялся. — Но письмо быстро привело в чувство. Он не хотел в это верить, ведь Светлейший Князь Игорь Дмитриевич Бельский его друг и соратник. Последовала попытка обвинить нас в клевете. Дальше я предложил ему самому всё посмотреть. Передал зеркало, объяснил, как пользоваться. Чтобы показать свою лояльность, я дал ему структуру невидимости. Вот тут его и проняло. Понял, насколько он уязвим…

— Спасибо, я что-то не сообразила этого сделать, — а сама подумала, мелко я мыслю… Отдала Сотникову такое оружие. Ведь имея только одну невидимость, можно бескровно сменить власть в любой стране и следов не найдёшь.

— Император на всё согласился, — подытожил Пётр Михайлович. — Он сам рвался на заседание Совета, но я посоветовал этого не делать. Есть возможность проследить, чтобы не учудил чего? Почувствует себя бессмертным под покровом и пиши пропал.

— Не беспокойтесь, у меня мышь не проскачет, — я улыбнулась. — Да не пойдёт он. Расположится где-нибудь, под невидимостью, в зоне действия видеоструктуры и будет наслаждаться зрелищем. Надеюсь, я смогу раскрутить князя на откровенность.

— С вами по-другому не получается, даже у меня язык развязывается, — Сотников рассмеялся. — У вас как дела? Успеваете?

— Да, я уже оставила телепорты…

У Петра Михайловича глаза округлились.

— Может вам отдохнуть после таких перегрузок?

— Я не чувствую их, сами потом попробуете на максималках полетать, дух захватывает. Уж я-то знаю. Подсела на эту способность капитально, когда хожу, кажется, что камни ногами ворочаю, — рассмеялась. — Так что осталось только систему внедрения вируса продумать и можно запускать.

Сегодня мне предстоит очень сложный день. В два часа дня состоится заседание Императорского Совета, где я буду незваным гостем.

Сотников туда отправится один, прихватив телепортный камень. Я могла бы отправиться с ним, но у меня восемь диверсий по плану, а уж сам совет как вишенка на торте.

Подготовка была тяжёлая и прежде всего морально. Да, я уничтожила цитадель, но здесь совсем другая история. У меня не было чертежей вентиляции, и я отправлю вирусные модули наобум, просто закинув их, грубо говоря, в трубу.

Немного успокаивало то, что между бункером и самой территорией института около километра тоннеля, да и защита там нехилая. Но форс-мажор никто не отменял.

Новые модули отличались от предыдущих прежде всего плодовитостью. Если прошлые работали на детонацию по сигналу, то здесь действие начнёт походить после удара о поверхность. Модуль начнёт производить вирус как конвейер и закончит только по истощению заряда кристалла. Сам модуль уничтожить нельзя, а как его остановить знаю только я.

Всё оставшееся до вылазки время я делала эти модули, пришлось даже смотаться в Чёрные путы, которые сожрали целый час моего времени. Как же меня всё бесит!

Я стояла у первой вентиляционной шахты и выжидала время. Сейчас я особо не скрывалась, даже следы на снегу оставляла.

Раньше нельзя начинать, чтобы информация не успела просочиться наверх и тем более дойти до самого князя. Поэтому на всё про всё у меня час. Я должна на бешеной скорости пронестись по всем тридцати двум вентшахтам и явиться в здание Совета.

Время пришло! Вдохнув пару раз, я запустила первую партию. Камни беззвучно пробили защиту и понеслись по конструкции. Я начинила их структурой невидимости, поэтому их никто не заметит. Ещё они могут двигаться, стремительно перекатываясь в поиске жертвы. Натыкаясь на человека, структура прицепится как клещ и начнёт свою подрывную деятельность.

Жуть, конечно, не хотелось, чтобы кто-то создал нечто подобное для других магов или вирус, заточенный, допустим, на обычные человеческие признаки, устроив тем самым геноцид.

Тяжёлые мысли не мешали действиям и, закончив здесь, быстро переместилась к следующей точке.

Пугало то, что по отношению к одержимым я совсем перестала испытывать угрызение совести. Не исключу, что потом меня настигнет вся тяжесть содеянного, а сейчас, я просто отгораживаюсь от всего этого, оправдывая себя необходимостью таких действий, ведь идёт война!

Последняя партия была заброшена, и у меня осталось ещё немного камней. Ладно, пусть будут, мне ещё на другом секторе подобную чистку проводить.

А теперь пора отправляться на знакомство с нашим владыкой.

В каком образе мне предстать? Что-то я упустила этот момент. Начала быстро перебирать варианты. Прошлую белобрысую Настю с ангельской внешностью я сразу отмела. Анна? Нет, она для меня отрицательный персонаж и ассоциируется с другим сектором.

Останусь собой. Собрала волосы в хвостик, чтобы добавить немного серьёзности. Одежда? Сама тренировочная броня не подходит, юбка тоже. Опять на помощь пришёл образ Екатерины Савельевны с её в меру строгим костюмом. Серый цвет, светлая водолазка вместо блузки.

Всё, поехали!

Я оказалась в углу большого фойе, судя по виду из окна на втором этаже. Недалеко стоял Пётр Михайлович. Он здесь был не один, у большой, высокой двери стояло пара офицеров в форме надзорных органов.

«– Я здесь!» — сообщила о своём присутствии.

Сотников ничего не ответил, этого не требовалось.

Подошла к бойцам — привратникам и просто обалдела!

«– Вот сейчас спокойно…» — я выдержала паузу. «– Охрана — одержимые!»

Я смотрела на Петра Михайловича. У него только челюсть чуть сильней сжалась.

«– Не удивлюсь, что и ещё есть. Я вам при переходе в зал передам несколько камушков с вирусом. Только не уроните, при ударе они активируются. При угрозе примените», — у меня уже не было сомнений, что придётся это сделать.

Ровно в два часа двери начали открываться, по мне так излишне медленно. Их открывали не люди, сами двери были артефактными, я видела рунный мерцающий рисунок на всей поверхности арки. Скорей всего есть и датчики на какие-то параметры, только на одержимых не реагировали.

Внутри тоже стояла пара охранников, меня уже не удивила Чёрная кровь. В голове уже поселилась догадка, которая очень вписывалась во всё происходящее.

«– Князь — носитель Чёрной крови, более чем уверена», — сообщила Сотникову, думаю, он тоже догадался. Вот отсюда и всё это стремление подмять под себя весь сектор.

Я включила трансляцию для императора, когда появилась в зале Совета, так что он слышал мои слова. Даже не представляю, как он сейчас себя чувствует и как борется с желанием всех разнести. Очень надеюсь, что он не полезет в бой, который может проиграть. Да, он получил всё, что я дала магическому сообществу и даже больше, но противник тоже много получил и обладает разрушительным оружием в виде проклятого дара.

Представили Петра Михайловича, как советника и докладчика, а я немного осмотрелась.

Зал напоминал амфитеатр, с пятью рядами кресел, расположенных через равные промежутки. На них восседали пятьдесят членов совета. По центру, на манер трона было ещё одно кресло, где сидел сам председатель, князь и владыка несостоявшейся империи — Светлейший Князь Игорь Дмитриевич Бельский.

«– Ну здрасти, владыка!» — не удержалась от сарказма. «– Вот честно, хочу прямо сейчас раздавить эту гниду!» — несмотря на момент, мне стало смешно, ведь я реально легко могу его прикончить, верней лишить силы, запустив вирус, убийство не входило в мои планы.

Сотников излишне медленно шёл к трибуне, давая мне время. Пусть нервничают члены совета, мне было всё равно.

Я взлетела. При новых обстоятельствах нужно было осмотреть всех присутствующих. Наличие одержимых среди членов совета меня не удивило. Подлетая к каждому, я акцентировала на этом внимание монарха. Очень надеялась, что я не с воздухом разговариваю, хотя и Пётр Михайлович меня слышит.

В итоге, кроме князя, насчитала восемь человек. Все довольно молодые, по сравнению с основной массой.

«– Начинайте!» — дала команду Сотникову и приземлилась на центр зала.

— Уважаемые члены Императорского Совета, господин председатель, — начал Пётр Михайлович.

И в следующий момент я приступила к воплощению своего плана. Практически все члены совета потеряли сознание, верней так казалось со стороны. Пятьдесят безвольных кукол лежало на креслах. Сзади упала охрана — их я тоже вырубила. Сотников сымитировал состояние, задача была просто скрыться за трибуну от взгляда князя и уйти в невидимость.

Члены совета не совсем потеряли сознание, верней пришли в себя через секунду. Мне нужно было это состояние для достоверности выражения лиц, чтобы владыка не усомнился. Сейчас же все пятьдесят человек, включая одержимых, видели и слышали всё происходящее. Кто-то развалился в кресле очень удачно, и зрачки застыли так, что видит меня или князя.

Всё-таки Анна победила, и в новых обстоятельствах, рядом с одержимым владыкой, она смотрелась органично.

— Ну здравствуйте, владыка! — по-кошачьи протянула я, проявившись посередине зала. — Наконец-то я увидела воочию столь значимую фигу, — немного лести не помешает, хотя сарказм скрыть не смогла.

— Кто вы? Они мертвы? — паники я не слышала. Властный, уверенный голос настоящего властелина. Да и внешность не подкачала: высокий, можно сказать, мощный, тяжёлое лицо с массивным подбородком и прожигающий взгляд. Я думаю, многие за ним пойдут, приди он к власти, он эталон правителя.

— Живы, мертвы — всё относительно в этом мире, правда, владыка? — ушла от ответа. — А кто я? На другом секторе меня знают под именем Анна. Интересное хочу сказать место, весёлое, — я даже рассмеялась. — Решила пообщаться в местной элитой, — я пренебрежительно помотала ладонью, но меня захотели убить. Представляете, прямо на маскараде! И никто иной, как одержимые. Пришлось их успокоить, верней упокоить. Пфф, — я показала ладонями, как распылила их.

Во время разговора я не стояла на месте, а медленно прохаживалась перед собравшимися.

— Представляете, оказывается, на том секторе одержимые ходят прямо по улице, — походила пальцами по воздуху. Анна из меня прямо пёрла, каждое слово сочилось желчью и сарказмом.

— Что вы хотите?

— Не перебивайте! — сказала вроде спокойно, но с ноткой превосходства. Это было сделано намерено, чтобы вывести из равновесия оппонента.

Подействовало, ведь вряд ли он слышал такое в свой адрес. Пока не стал кричать, но тело напряглось.

— Я пошла искать их домик, ну, одержимых. Они же не ходят поодиночке. Безвольные твари с промытыми мозгами не способны принимать самостоятельные решения, — я намерено унижала носителей Чёрной крови. — И живут кучкой…

Князь слушал, но не сидел безучастно. Я увидела, что на нём замерцала защита и чуть на расстоянии тоже появился щит. Он меня боится! А вот это замечательно!

— И я нашла этот домик, — я широко улыбнулась. — Большой такой, чёрный. Долго, наверное, строили? А народа, сколько погубили, там вокруг всё усеяно костями. Хрусь, хрусь. Вам снится этот хруст, владыка?

— Что вы хотите? — повторил князь.

Он бы мог обвинить меня в сумасшествии, ведь я играла именно эту роль. Но не делал этого. Я бы, если честно, тоже поостереглась кидать это в лицо. Мелкая девчонка уложила за секунду пятьдесят магов, ходит смеётся, явно не проявляя страха, как хозяйка положения.

— От вас ничего. Просто прибыла доложить! Цитадель уничтожена! — я встала по стойке смирно, а потом рассмеялась. — Хорошо вы её защитили, тарелочки, вертолётики. А я пришла и пустила всё по ветру, — опять показала руками.

Я широко улыбалась, хотя воспоминания были тягостными.

Заметила, что князь что-то прошептал. Пытается передать кому-то сообщение.

— Не утруждайте себя, вас никто не услышит, — это было правдой, работал только мой передатчик, остальное блокировалось. Ничего и никто не может войти и выйти сюда. — Операция по захвату сектора провалилась, не начавшись. Восемь баз сейчас погружены в хаос.

Я понимала, что для него это просто слова, которые могли быть блефом, поэтому думала, как накалить обстановку.

— Я вот единственное не пойму, зачем нужно заражать императорскую семью Чёрной кровью? Сделать из них марионетки? Бред же! Создали целую научную структуру по изучению дара Чёрной крови… А, поняла! — играла озарение. — У вас болезненная тяга к этому дару, и вы желали приобщать к нему всех достойных, потому что сами являетесь его носителем.

Я расхохоталась.

— Ну это легко проверить, — я довольно бодро направилась к владыке. — Сейчас проверю! — я взлетела, чтобы оказаться на его уровне.

Когда зверь в ловушке, он не будет сидеть спокойно и это не стал. Почуяла жирная крыса, что пришёл час расплаты.

Глаза князя налились чёрным, и в меня устремились чёрные щупальцы. Сколько удовольствия было в этих потусторонних глазах, словно он ждал этого момента всю жизнь, вот так, открыто продемонстрировать свою сущность.

— Я думаю, больше не нужно доказательств, Ваше Величество! — по залу буквально прогремел мой голос, усиленный многократно, что послужило холодным душем для князя. Зверское выражение лица на секунду превратилось в испуганное, а дальше всё прекратилось, я просто запаковала владыку в капсулу.

Сняла защиту с зала и начала приводить в чувства членов совета, кроме носителей Чёрной крови. Предупреждать, чтобы не рыпались, даже не стала. Нужно быть идиотом, чтобы на меня кинуться.

А вот то, что произошло потом, удивило. Дверь начала открываться и на пороге появился одинокий невысокий мужчина.

— Ваше Императорское Величество! — я сделала реверанс, как подобает особе моего положения.

Все пришедшие в сознание члены Совета встали.

Одет он был просто, строго, без регалий, но даже мощная фигура сверженного владыки казалась бы тускло рядом с этим человекам. Спокойный, но одновременно жёсткий взгляд и уверенность в каждом движении.

— Не могу сказать, что зрелище было приятным, но спасибо, сударыня, за возможность увидеть всё своими глазами!

Глядя на этого человека, я даже не знала, как он будет всё разруливать. Предстоит столько работы, что врагу не пожелаешь. Но надеюсь, у него достаточно лояльных людей, которым он сможет доверять, и первый из них появился за спиной — Сотников Пётр Михайлович.

Он не знает, но уже предполагает, что его ждёт молниеносный взлёт по карьерной лестнице. Бывший уже надзорник говорил, что не сможет воевать, но придётся, как и мне. Начнутся беспорядки, которые нужно пресекать. Потеряв голову змея, будет метаться ещё какое-то время.

Но я всё равно вздохнула с облегчением.

Ушла в сторону, пропуская на центр зала императора, который тут же начал свою речь…

А меня ждут дела, верней сон.

Голос императора обрезало, как только я переместилась в квартиру Петра Михайловича.

— Как же я устала… — буквально на ходу стала скидывать одежду, чтобы встать под струйки воды. Душ — это лучшее изобретение человечества, чтобы снять стресс и собрать мысли.

Не знаю, сколько я так простояла, но, когда начало шатать, отправилась в спальню.

Проснувшись, я потянулась. Не было раздвоенности сознания, я прекрасно помнила, что произошло накануне. Вряд ли хозяин квартиры возвращался, пока я спала, он весь в делах на неопределённое количество времени.

Меня трогать не должны, верней привлекать к разборкам. Мои дела глобального масштаба.

Пётр Михайлович должен был передать второе письмо императору, где я пишу о себе: кто я, какие мои цели. Очень надеюсь, что мешать не будут, и наш дорогой монарх понимает, что я выполню задуманное, несмотря ни на что.

Сотников не приходил, еда в холодильнике не тронута. Приготовила завтрак, по времени уже обед и стала поглощать, обдумывая дальнейшие действия. Мой путь лежит на соседний сектор. Да, по площади тот сектор больше, но имея координаты, я быстро найду базы и обезврежу их. Ещё мне хотелось посмотреть, как идут дела в концлагере.

Но в первую очередь я переместилась в бункер-полигон надзорного управления. Перед операцией я своевольничала и запаковала адъютанта в капсулу, снимать я её не собиралась, хотела оставить артефакт для её снятия в кабинете.

В квартире оставила записку, с примерным временем возвращения, может, нужно будет скоординировать действия.

Опять тягостный переход с потерянным временем, и снова я на ненавистном секторе. Взлетев, сразу взяла нужное направление.

Первую базу я увидела издали, как и сказал Савелий Дмитриевич, они прятались за крупными усадьбами, и сами одержимые здесь вольготно жили. Под каждым домом был бункер, не такой глубокий и защищённый, как на нашем секторе, но я не обольщалась, легче не будет.

Приземлившись недалеко, я опять принялась переделывать вирусный модуль. Здесь он должен начать действовать быстро, но «размножаться» медленно, чтобы уж наверняка охватить всех. Надежда была на то, что когда начнёт корёжить первых одержимых, находящихся наверху, то остальные не будут отсиживаться внутри.

Список баз был длинным, и я запаслась огромным количеством чёрных кристаллов, как робот пошла выполнять заложенную программу.

Когда количество «отработанных» точек подошло к десятку, меня начало подташнивать. Нет, не в истощении дело, я это чувствовало, просто всё настолько осточертело, что хотелось лечь где-нибудь и забыться. Что я и сделала, прыгнув к церкви.

Помолившись у креста, зашла внутрь. Несмотря на вечернее время, я там оказалась не одна.

— Анастасия Павловна! — это была Соня, жена нашего старосты, наводила порядок в церкви.

Внутри и правда всё преобразилось и пахло очень вкусно, воском и ладаном.

— Добрый вечер! — поприветствовала я.

— Я сейчас Ивана позову, — женщина положила метёлку и собралась выйти.

— Не нужно Ивана, я одна хочу побыть, — сделала жест, чтобы оставила меня. Соня поклонилась и ушла.

Уже через минуту стояния перед иконами, которых прибавилось, стало лучше. Я уже не строила планов, мне бы начатое закончить, просто несколько минут покоя.

Вышла из церкви, чтобы обозначить уход, и телепортировалась в покинутую точку.

Вернулась я, как и планировала, через трое суток. Нет, я не летала все эти дни без остановки, от такого режима работы сдохнуть можно. Пришлось пару раз спать по нескольку часов, где придётся и даже наведаться в Темногорск, чтобы перекусить. Внешне там всё было спокойно, но напряжение чувствовалось. Местное население казалось зашуганным, и мало его было на улице, несмотря на разгар дня.

Скорей всего из-за исчезновения Богдана Романовича начался передел территории, и второсортные боссы решили занять место главаря. То, что он может вернуться, никого не волновало. А сейчас дом его разрушен, куча трупов, а самого хозяина и машины нет. Значит, что? Конечно, сбежал и бросил своих людей. Ладно, не моё дело, сам разберётся.

Хотя причина может быть и в другом, слухи просочились с территории работного лагеря. Ведь если учесть использование транспорта, то первые беженцы могли добраться до населённых территорий. А дальше слухи будут расходиться во все стороны, обрастая подробностями и по большей части страшными.

Когда я наведалась в концлагерь, то увидела разрушения, как признак бывших сражений. Но сейчас там была тишина.

Порадовали группы людей, которых я видела внутри работных посёлков, они не походили на узников, жгли костры, готовили какую-то еду. Я думала, что они уйдут, но, похоже, некоторые решили обживаться или готовиться к походу.

Ладно, здесь я не буду вмешиваться. Сейчас мне нужен полноценный отдых и сводки от Петра Михайловича.

Хозяина не было, как и засады в квартире. Хотя это глупо, без лишней скромности, убить меня практически нереально.

Холодильник порадовал свежей едой, видно было, хозяин к моему появлению готовился. Почему я так решила, да потому что стояли две коробки с пирожными, разными, по паре штук, словно не мог выбрать. Хотя был ещё вариант — передали из дворца.

Кто говорил, что нельзя есть сладкое перед едой, аппетит испортишь? Я съела четыре нереально вкусных пирожных и осталось настолько голодной, что в меня влез ещё большой кусок мяса и салат.

Поглаживая живот, баюкая свою сытость, я понимала, что засыпаю.

Нужно было вначале в душ сходить, — подумала я, направляясь в спальню. Но силы остались только раздеться и залезть под одеяло.

Проснулась я от тихого щёлканья в голове, это защита сообщала, что кто-то проник внутрь, санкционировано. Проспала я всего часа четыре, но сразу встала.

Пётр Михайлович был на кухне и уже готовил кофе.

— Доброе утро, Настенька! Кофе?

Я кивнула.

Сотников был уставший, но общее настроение показывало удовлетворение происходящим. Значит, моё вмешательство больше не требуется.

— Мне нужно в Чёрные путы, здесь я уже всё закончила, — сообщила я то, что он и так подозревал, ведь не закончив дела, я бы не вернулась.

— Есть предположение, что там может быть? — продолжая наводить напиток, Пётр Михайлович с интересом на меня посматривал. На эту тему мы с ним мало говорили.

— Пока не знаю, но есть гипотеза, Чёрные путы, что-то изолируют от нас и вовсе не полчища тварей. Твари это производное. Постоянные перезагрузки не дают распространяться чёрным зонам, возвращая всё в исходное состояние, которое было, когда чернота опустилась и стабилизировалась. Но это домыслы, которые мне нужно проверять. Уйду я надолго, для вас. Вернусь только перед финальным этапом, чтобы рассказать, что обнаружила и есть ли возможность уничтожить. Возвращаться в промежутках не хочу, я здесь слишком расслабляюсь.

— Что-то от меня требуется?

— Да, галет несколько пачек, — я улыбнулась, а Сотников рассмеялся. — И ещё, давайте вернём вашу жену.

Пётр Михайлович замер и тяжело задышал, он явно боялся, что Мария не будет прежней.

— Вы правы, тянуть нельзя.

— Может, поспите вначале? — ведь он пришёл домой для отдыха.

— Уже не смогу уснуть… — ну это он, конечно, зря сказал, усыпить могу за секунду, но я понимала о чём он.

Мы не поехали, это слишком долго. Выпили кофе и вышли на балкон.

«– Готовы?» — в невидимости я не видела реакции Сотникова, но этого и не нужно было.

Мы выбрали направление, с ориентирами тоже было всё предельно понятно. После моей практики полётов, я могу найти что угодно просто по примерному описанию, а здесь и речка, и озеро, а главное, большой дом, в котором я уже была.

Точка приземления тоже была выбрана. Я уверена, что прибуду туда быстрей, ведь у Петра Михайловича мало практики и он сто процентов будет осторожничать.

«– Поехали!» — скомандовала я и взлетела.

Разговаривать в дороге мы не будем, полёта по прикидкам на час.

Я на месте была через сорок минут. Опустившись на опушку леса, недалеко от поместья рода Сотниковых. Мы не просто так сюда прилетели, нужно было соблюсти осторожность. Пётр Михайлович был так занят, что не имел возможности наведаться в родовое гнездо и проведать родителей.

Надзорник подлетел спустя полчаса.

«– Я здесь!» — сообщил он, но я и так слышала, приземление было довольно шумным. Ему ещё учиться и учиться. «– Это фантастика!» — несмотря на предстоящее событие он поделился восторгом от полёта.

«– Говорите, куда двигаться», — мы оставались в невидимости, так что мне нужны были ориентиры.

Обозначив их, мы поднялись в воздух.

В поместье было спокойно, по крайней мере со стороны хозяйственного строения, к которому мы направились. Обычное каменное строение в саду, где хранился инвентарь. Я их видела несколько.

«– Мария любила возиться в саду, я продолжаю следить за её цветами», — поделился Сотников.

Дверь была с противной от особняка стороне, но я всё равно повесила структуру иллюзии, чтобы скрыть наш вход, расслабляться нельзя, не время.

В небольшом помещении был всевозможный инвентарь, а ещё у стены стояла большая тележка. Пётр Михайлович аккуратно её отодвинул и, коснувшись стены, снял иллюзию.

Дверь, массивная, артефактная.

«– Сюда могу зайти только я», — сказал и посмотрел на меня, я не смогла скрыть сарказма и криво улыбнулась. Меня саму иногда пугают мои возможности.

Дверь тихо открылась, вниз вела тёмная лестница. Как только дверь закрылась, вспыхнул тусклый свет, и мы начали спуск.

— Здесь планировался винный погреб, но я нашёл причину, чтобы его якобы заложить. Артефакты покупал незаконно и собирал сам, пришлось очень быстро и многому учиться. В то время я как раз и познакомился с Богданом, — рассказывал хозяин. Мы сняли невидимость, и разговаривать можно было спокойно.

Внизу была большая комната. Медицинский бокс я сразу увидела. Он казался маленьким по сравнению с массивным артефактом, стоящим рядом. Даже не представляю, сколько он жрал чёрных кристаллов, ведь он именно на них работал, уверена, что Сотников покупал их легально, скорей всего тот же Богдан Романович поставлял.

Я подошла, чтобы увидеть будущую пациентку. Излишне худая, жировой ткани словно не было, через истончённую кожу просвечивали чёрные вены и даже мельчайшие сосуды. От той пышущей здоровьем женщины с портрета ничего не осталось. Надеялась, что мозг выжил.

— Откройте, — показала жестом.

Пётр Михайлович замешкался буквально на секунду, потом подошёл к капсуле и нажал кнопку. Крышка стала медленно подниматься, открывая Марию. Подсознательно всплыло воспоминание из госпиталя, где я лечила заражённых чёрными эманациями. В носу появился запах, но я понимала, что это просто психосоматика и от женщины ничем не пахнет. Верней был запах, но он ничего общего не имел с тем зловонием.

Я не стала касаться пациентки, диагностику и так проведу. Сразу почувствовала чёрные эманации и посмотрела на Сотникова.

— Она постоянно в активном состоянии, — пояснил он.

Я присмотрелась. Да, это были не вены, а каналы Чёрной крови, только тусклые, теперь я явно это видела.

— Артефакт собирает выбросы и преобразует в чистую энергию и её же использует, требуется небольшая подпитка кристаллами. Браслеты блокирую основной поток, но она очень сильная, — сказано было с гордостью. — Браслетов хватает на неполный месяц, потом приходится менять иначе выгорают.

Я его слушала, а сама изучала тело. Очень сильно истощена и физически, и энергетически. Сеть, несмотря на использование поддерживающего артефакта, износилась, я видела, что местами она близка к выгоранию. Ещё год-два и начнёт отмирать, это я прикинула по степени износа распределённую на десять лет, но она же может прогрессировать. Возможно, тогда дар Чёрной крови сам себя сожрёт, но боюсь, и хозяйку в могилу сведёт, ведь в данном случае замкнутый круг: она живёт, пока есть энергия, которая её и убивает.

Мозг. Фатальных изменений в физическом плане я не видела, но на ментальном чувствовалось нагнетание. Нет, эмоций не было, просто ментальный дар постоянно работал, защищая.

— Ей повезло, что она менталист, — я посмотрела на Петра Михайловича, давая немного надежды. — Одно скажу, Чёрную кровь я сейчас не смогу убрать, даже очень деликатно, вначале Марию нужно восстановить. Просто есть подозрение, что дары сплелись между собой, как было у меня с целителем. Я вам не сказала одну вещь и сейчас сообщу для понимания. Чёрная кровь — это не просто дар. Как его ни назови, проклятый, хаос, время — этот дар первородный, он вместилище всего. Дикий, необузданный, всепожирающий, но способный взаимодействовать со всем, — Сотников кивнул. — Хотя вы и так это знаете, используя кровь носителей. И, может статься, так, что, убирая одно, я убью пациента.

— Главное, чтобы она выдержала установку ключа, — Пётр Михайлович потёр место, где у него стоит ключ.

— Я буду всё контролировать. В теории капсула должна блокировать прямое воздействие на тело, но рисковать не буду. Мне бы стул, чтобы сесть, неудобно будет несколько часов в согнутом состоянии стоять, — я осмотрелась.

Сотников чуть ли не побежал за стулом, который обнаружился в углу. Другой мебели не было.

— А вы отправляйтесь отдыхать, — приказывать я не могла, но тон выбрала твёрдый. — Я серьёзно! Вы меня будете отвлекать. Вернётесь часа через четыре, раньше я не закончу.

Пётр Михайлович кивнул, постоял минуту, глядя на жену, и исчез.

Так, что мы имеем? — я села у бокса. — Самого сложного пациента в моей практике. Настя — студентка, точно не справилась, но я сейчас другая.

Помня, как Виктор, да и Сотников реагировали на установку ключа, начинать было страшно. Но выбора у меня нет, я дала слово.

Просчитывать последствия внедрения новой магической формулы смысла не было, но имелась надежда, что капсула блокирует негативные последствия, хотя я даже не понимала, как это можно сделать, ведь в любом случае сеть придётся выжигать.

Ладно, нет смысла тянуть. В последнюю секунду я поняла, что Марию нужно покрыть ещё одной общей капсулой. Ну да, что-то не сообразила, всё же логично, хотя нифига не логично, но сомневаться нельзя…

Накинула капсулу на женщину, потом только создала ключ и поднесла к груди. А вот дальше пошли непонятки, он не исчез, как это обычно было, а замер на поверхности и остался в видимости, постепенно втягиваясь внутрь тела, которое стало полупрозрачным. Понимание пришло не сразу, а когда дошло, то я улыбнулась. Мне показывали процесс, верней он проходил в настолько щадящем режиме, что замедлилось само время.

Я вздохнула с облегчением, опять мои переживания были напрасны.

Ключ встал, и верхняя капсула неожиданно исчезла. Я в шоке не знала, что делать, ведь думала, что процесс восстановления сети пойдёт без меня в энергетическом боксе.

Но удивительное дело, дальше ничего не происходило, и я выдохнула. Ключ так и находился в изоляции.

Так, что дальше? — я задумалась. — От меня ждут следующей команды или нужно просто задать параметры?

По сути, это одно и то же, с небольшим нюансом. В итоге решила восстановить сеть при помощи ключа. Если в академическом госпитале я восстанавливала выгоревшую сеть буквально ручками, то здесь уже другой уровень.

Если я правильно понимаю механику капсулы, то мне достаточно распределить её по сети носителя дара и дать команду на восстановления. Этот способ не затронет само тело пациента. Да, я как-то рассуждала на эту тему, в фантазиях, как создать сеть для обывателей, и теперь понимала, что теперь это может быть реальностью. Магическая сеть для обывателей — мой следующий шаг в этом направлении, только уже в мирной жизни.

Не стала отдаваться на волю ключа, дело не в доверии, а в том, что это эксперимент и мне нужно прочувствовать и увидеть, как всё будет происходить.

Я запустила процесс, медленный, щадящий. Хоть и не видела признаков боли у Марии, но рисковать не имею права. Насколько бы лояльно Пётр Михайлович ко мне не относился, но, если я убью его жену, он мне этого не простит. Он мне верит и ждёт чуда. Сомневаюсь, что чудо произойдёт в полной мере, мне бы мозги восстановить, желательно с памятью. Да фатальных изменений нет, но десять лет в активном ментальном состоянии могли свести её с ума.

Я видела одержимых и прежде всего их психологическое состояние. По сути, она была десять лет в боевом безумстве.

Ладно, не буду нагнетать, дождусь результатов.

Час, два… В сети расправлялась капсула, а я, не переставая мониторила состояние. Процесс окончился, вся её прежняя кустарная сеть заполнилась капсулой. Состояние во время эксперимента совсем не менялось. Но сейчас должно, ведь я собираюсь вобрать стенки каналов под капсулу.

Я понимала, что за несколько секунд с телом без воздействия энергии ничего не случится, но всё равно страшно.

Капсула переместилась, и возникло ощущение пустоты рядом, я понимала, что это просто нагнетание энергии пропало. Не задумываясь более, восстановила сеть и, не снимая с неё капсулу, окутала другой, по сути, обывательское тело Марии.

Восстановление прошло штатно. Опять капсула просто растаяла, сообщая о завершении процесса. Теперь пришло время снять изоляцию с магической сети. То, что ключ сразу приступит к правке сети, я не сомневалась. Проблема в том, что я не представляла, как не допустить продолжения процесса, что сейчас казалось более приемлемо. Я просто тупой пользователь вложенных программ и самим ключом управлять не могу — это другой уровень и подозреваю, мне его не дадут.

Основная задача — сохранить мозг, поэтому я встала у головы и, приложив руки, нащупала орган, готовясь в любой момент снять опасное воздействие.

— Поехали! — капсула растаяла.

Вначале ничего не происходило, но я не стала радоваться. Потом увидела, в чём причина задержки — ключ правит основные артерии, выстраивая их в нужном порядке и подправляя форму. Как только этот этап закончился, я почувствовала боль. Руки буквально пронзили сотни иголок. Возможно, впервые за десять лет изо рта Марии вырвался стон. Боль вывела её из комы, но сознание пока не вернулось.

Хорошо, что Петра Михайловича здесь нет! — подумала я, следя за состоянием мозга и подпитывая пациентку целительной энергией.

Пять минут, которые ключ прожигал недостающие каналы, показались вечностью, я аж взмокла от напряжения.

Мария замерла. Возникло желание привести её в чувства, а потом опять вернуть в безсознанку. Но фальсифицировать первое пробуждение не хотелось, обманывать несчастного мужа — последнее дело.

Сотников пока не явился, зная его, он уже выжидает время и явится ровно через четыре часа. У меня ещё минут двадцать, — принялась напичкивать ключ дарами и структурами, с капсулой я могла засунуть туда что угодно. Если задуматься, я могу даже управлять им.

Вызвала исцеляющую структуру, она послушно замерцала на Марии.

Запоздало сообразила, что немного погорячилась, начиняя женщину дарами. Что будет, если не получится вернуть ей рассудок?

Опять вспомнились пациенты из госпиталя в гарнизоне, тогда у них после лечения случилась амнезия, но в остальном всё было в порядке. Тогда капсула возвращала больного в состояние до боя, в стабильное состояние. Сейчас же у меня стоит точка на пиковый момент — точка потери сознания или точка перед разрушением. Но у Марии не было ни того ни другого, она просто впала в безумие.

Значит, не буду рисковать и в данной ситуации верну настройки. Лёгкая амнезия, да хоть на пару лет, явно не повредит.

— Всё… — я выдохнула, ещё раз проверив самочувствие.

Эманации исчезли. Артефакт, не получая пищи, просто помигивал одной зелёной лампочкой, хотя до лечения ещё и попискивал.

Устало села и выдохнула, видит Бог, я сделала всё, что могла…