— Хорошая работа, — сказала со вздохом Фрау Труда, вызвав вздох облегчения Морганы.

Отыгравшие свою роль вампиры стояли в стороне, выполняя приказы хозяйки сбывшихся судеб.

— Их души не улетят из клетки. Мы поймали всех. Великие строители, это ж сколько нам всего теперь перепадёт⁈ — воскликнула Моргана.

— Ты заслужила это. Тех, кого полагается сдать нашей матери, спрячь в астральной темнице. У амальгамы Мисы во внутреннем мире хранятся души остальных из рейда. Там есть ещё парочка экземпляров, за которых полагается награда. Её нужно будет разобрать перед сдачей. Много добра пропадает.

— Фрагмент левиафана как минимум, — кивнула Моргана.

— Обыщи их, забери все тела с собой. Могильное кольцо ещё с тобой?

— Должно быть.

— Хорошо, грузи их туда. Дежурный вивисектор пустит на фрагменты… впрочем, что я тебя учу. Это не первая твоя миссия.

— Да. Благодарю за доверие!

— Скоро ты предстанешь перед Администратором и получишь сан ревизора. Так потерпи меня ещё немного, голубка. Это мой последний урок.

Старуха улыбнулась. Редкой улыбкой, полной материнского тепла и гордости за ученицу.

— Это хорошая работа, Моргана, — повторила Фрау. — Ты действовала достойно.

Она кивнула и обернулась к остальным.

— Собираем лут. Я открываю путь на могильник. Кладите тела в саркофаги.

Моргана обернулась снова к наставнице, но та уже исчезла.

— Хорошая работа, — прошепелявил Константин.

— Да, мы все большие молодцы. Теперь работаем.

Её небольшая группа выглядела счастливой, несмотря на тяжёлый бой. Им тоже полагались почести и награды. Система наверняка что-то придумает для каждого из них.

Больше всех пострадал Ноэй. Парадокс-полукровка сильно потратился и теперь сидел в стороне от всех. Многие способности друида оказались болезненны для него. А чёрно-белый мерцающий огонь тройной стихии у чужака без регистрации в Системе — разрушал его структуру.

Теневой реверс позволял быстро восстанавливаться, но имел свой предел прочности. К счастью, он был выше, чем предел сил ослабленного Ордена.

Моргана никогда не чуралась простой работы, несмотря на огромное самомнение. Потому и сама приступила к перетаскиванию добычи в могильник. Кольцо с измерением под морозильные камеры — один из прощальных подарков предыдущей цели.

Хотя, Могильник уступал лесному убежищу друида, и Моргана очень надеялась, что фрагмент парадокса можно будет как-то извлечь и переставить ей.

Погрузка тел прошла буднично, где-то за час. Всё это время она думала о том, как им повезло разобраться с целью, которая одно время начала ей казаться неубиваемой…

Друид был чудовищно силён и собрал вокруг себя куда более мощный круг бедствий, чем были его рыцари у короля мечей.

Они не были армией, а лишь небольшой слаженной группой убийц. Нападать в лагере или в бою было самоубийством — слишком многочисленный рейд и слишком много в нём профессионалов с различными статусами и свойствами.

В этом была самая сильная черта Артура. Он всегда умел увидеть в других потенциал развития. К счастью, он при этом был слишком доверчив и часто давал свои знания не в те руки. Так и она сама была многим обязана его урокам.

После очередной победы она часто думала над тем, почему противник проиграл, и что бы он мог сделать, чтобы этого не случилось. Этому мысленному упражнению её научила Фрау, и оно запало ей в душу. Помогало не расслабляться.

В первую очередь, нужно было всегда держать лангольера поблизости. Таким оружием нельзя пренебрегать. Лучше поставить весь этот их Орден на добычу маны, чтобы кормить тварь.

В остальном… Орден был невероятно сплочённым. Артур умел располагать к себе людей. Он был прирождённым лидером, нужно отдать ему должное. Как минимум, он всегда умел собирать людей вокруг себя.

Подобраться ближе к нему тоже не удавалось. Особенно с телохранителем, у которого четыре тела.

Однако «истинный враг», как и говорила Фрау, останавливал и не таких.

Она, как сейчас, помнила слова старухи о сложнейшем фильтре перед смертью в бездонной утробе Многогранника.

— Никто не знает, как зародилась идея «истинного врага». Говорят, последний подарок админов. Предполагалось, что герои столкнутся со своей тёмной копией. Но со временем это стало соревнованием «как победить свою сильнейшую прошлую жизнь». Поэтому этот фильтр так и остался на тридцать девятом, а Оазис оказался выше. Боги не меняются. А тот, кто победил божество Оазиса — по определению уже сильнее него…

— И много было проходчиков, заходивших так глубоко, что превзошли пленников Оазиса? — спросила тогда ещё молодая ученица древнего ревизора.

— Достаточно. Раньше «истинный враг» был лишь преддверием к ним, — пояснила Фрау. — Но теперь усложнение делает куда больших чудовищ из проходчиков. Если однажды окажешься рядом с этим фильтром — беги. Он построен так, чтобы его никто не прошёл. Это последний способ остановить еду от кормления Многогранника.

Моргана вытащила флягу с крепким пойлом и сделала несколько глотков. Жар прокатился по горлу, расплылся облачком в желудке, и на душе стало теплей. А то было почему-то совсем не радостно, несмотря на победу.

В конечном итоге, друид прав.

— Ты был прав, любимый, — произнесла она потерянно, закрывая саркофаг с телом Арктура. — Нас всех ждёт одна судьба. Луна светит всем, как говорят эльфы.

Свернув пространство в кольцо, она вышла и приказала запечатать стригоев. Одурманенные мобы были из числа достаточно редких и ценных. Из них дежурный вивисектор вытащит целое состояние.

Бегло осмотрев поле боя, она глянула на свою верную тройку подручных. Амикус, как всегда, был равнодушен. Константин почёсывался, будто страдал от блох. Ноэй едва смог встать. Он был совсем плох.

Мда, нового такого найти будет непросто. Она много сил потратила, чтобы добыть его в дальнем заповеднике под бывшими землями Гильгамеша. Будет жаль его потерять.

— Что с ним? — спросила она у крыса.

— Нежримая плешеть, — ответил Константин. — Я уже нашёл убивающий её яд. Шутки он будет штрадать. Потом вошштановитша.

Давно пора было найти в группу нормального целителя взамен того, которого сожрал Амикус. Иногда в нём просыпались доминантные гены осквернителя, и он вёл себя, как таракан, а не разумный проходчик.

К счастью, крыс мог заменить почти любого в группе за счёт экипировки.

Хм, может, когда из амальгамы аниматург извлечёт Мису, из оставшегося сделать кадавра?

Эти мысли заметно повысили Моргане настроение. Действительно, подселить подчинённого ритуалом демона или духа, привязать к телу, и получится разумный целестин крутой редкой расы с кучей могущественных навыков.

Значит, решено. Может, ещё пришить парочку полезных умений от других тел, и будет вообще прекрасно…

Вместе с лутом их четвёрка прошла до отмеченной дыры в Оазисе. После того как всю технику они вырубили, связь механистки с дронами потерялась, а без наблюдения пересбор, конечно же, поглотил окно, через которое друид собирался пройти на ту сторону Оазиса.

Но у них на такой случай был Ноэй и его навык звёздной магии «сарос».

Прихрамывая, парадокс-полукровка доковылял до того места, где друид колдовал астральный путь, и активировал навык, повторявший произнесённое некогда заклинание.

Вскоре появился переход. Его нашли там же в складках архитектуры, где он был и в первый раз.

Так начался путь восхождения в уютные владения Системы, где никто уже не мог им навредить, и главным хищником были они, чистильщики на службе последнего администратора Стены.

Друид создал прекрасную логистику для подъёма и спуска. Грешно не пользоваться такими удобствами.

Над Оазисом их четвёрка пошла по отмеченному Фрау пути, избегая столкновений с сильным противником и стараясь не вступать в бой. Им, как всегда, сопутствовала удача. Один из козырей тех, кто имеет дело с настоящей норной.

Фрау Труда открыла путь наверх вдали от контролирующего переход Дмитрия. Он владел истинным зрением и другими неприятными способами усложнить им жизнь. Потому пришлось делать небольшой крюк на тридцатом.

Проходя мимо покинутых и заросших зеленью домов-муравейников, Моргана в очередной раз вздохнула, жалея о том, что слова Арктура не могли быть правдой, и выхода из Стены не существует.

Они все приговорены к смерти здесь, без права выбраться на свободу, без надежды, что Стена их отпустит. Всё, что им дано — продлевать свой век, прежде чем всё поглотят пятна.

Подавив в зародыше нахлынувшую слабость, она повела группу в обход на двадцать пятый, где заканчиваются сверхмиазмы. Это расстояние можно было преодолеть порталом с одной жертвой.

Бездна откликнулась за доходяжную наркоманку, которая не изменила образ жизни даже после устроенного друидом переворота во владениях левиафана. Владыки пространственных перемещений открыли демонические врата, и четвёрка оказалась в локации-склейке, где случилось редкое явление и монстры не погибли, а породили новый вид.

Мутанты наложились на ланцетов, и как родственные виды с единым биологическим корнем, научились сосуществовать, создав уродливых, напоминавших огромных муравьёв со свисающим мясом чудовищ.

Выход из портала часто бывал таким, так что никто не удивился. Начался короткий бой, победитель в котором был ясен с самого начала. Крыс вытащил из своей свалки несколько банок крепких химикатов, которых больше всего боялись и те, и другие виды.

Она танковала, прикрывая раненого Ноэя. Парадокс-полукровка, вопреки словам Константина, на поправку идти не спешил. Ему, наоборот, становилось всё хуже.

Нужен был нормальный целитель, иначе крышка ценному ресурсу.

По тёмным щекам парадокса-полукровки текли светящиеся слёзы. Он страдал, но продолжал молча держаться.

— Костя, ты говорил, что ему станет лучше?

— Я уфелищу дос-су антимикотика… Нежримая плещень опашна.

— Увеличивай, — фыркнула Моргана.

Неприятный сюрприз. Чёртов друид напоследок решил психануть и разыграть сразу все оставшиеся козыри. Спасти его это, конечно, не спасло, но нервы помотало знатно. До сих пор проступала злость, и в то же время скрытое восхищение тем, кто бросил вызов Фрау и какое-то время даже смог с ней сражаться.

Твари с гибридной пустотой, некродревни, древни, усиленные магией крови — такому арсеналу можно было только завидовать. Изучившая немало различных билдов и видевшая немало ренегатов и бедствий, Моргана не могла не поражаться тому, как скучная ветвь банального друида могла привести к такому развитию.

Всё-таки Артур был гением. Безумным, доверчивым, но — гением.

Такое упорство бы в достойное русло, а не фантазии!

— Желье морфации, — объявил Константин, протягивая ящик с шестью пузырьками коричневой жижи. Моргана не любила это зелье — на вкус оно было, будто вытяжка из болотной гнили. Со стойким привкусом испорченных овощей.

Она взяла пузырёк, сняла с пояса флягу, открыла крышку и осушила сперва неприятное зелье, а затем приложилась к фляге.

Увы, она оказалась пуста. Моргана выругалась и протянула крысу требовательную руку за новой, и тот протянул ей какое-то незнакомое пойло технологичного мира в жестяной банке. Крышка банки после нажатия испарилась, оставив крохотное серое облачко.

Что ж, это было намного лучше, чем с виду. Даже с некоторым освежающим эффектом. Впрочем, главное перебить мерзкий вкус.

Сам крыс тоже взял зелье и выпил залпом даже не поморщившись. Следом за ним — Амикус. Ноэй просто понимающе отступил назад, становясь бесплотной точкой сознания, которую мог отследить лишь опытный псионик.

К выходу из лифта девушка подходила в компании худощавого высокого парня с большими глазами и коренастого мужичка с залысинами и с бегающими крысиными глазками.

Старик-привратник не обратил никакого внимания на очередных поднимавшихся наверх проходчиков. Тумор скучающе оглядел ничем не примечательную группу, только бросил:

— Рано вам втроём по двадцать пятому ходить. Или потеряли кого? — спросил он.

— Мы сверху спустились, — жизнерадостно соврала Моргана и протянула в оплату лут. Как раз те склеенные монстры удачно попались, оставив фрагменты.

— Повезло вам. А склейки эти — жуткое зрелище, — сказал Тумор и мысленно активировал подъёмник наверх.

— Вот, возьми ещё, мы доплатим за скорость, — послышался скрипучий голос Фрау.

Тумор взрогнул и обернулся к старухе. Увидел он, впрочем, не её. Моргана просто слишком хорошо знала свою наставницу и не раз была свидетелем, когда люди, завидев ревизора, взявшуюся из ниоткуда, воспринимали её как нечто само собой разумеющееся и вели себя, словно ничего странного не происходило.

— А, простите, не заметил вас, госпожа, — произнёс лифтёр и протянул руку, на которую старуха положила что-то серебристое.

Тумор осмотрел фрагмент, задумчиво покивал.

— Надо прицениться. А вы езжайте пока, раз спешите.

Транспорт двинулся наверх. Шустрее, чем обычно, но всё ещё достаточно медленно. И, тем не менее, вот здесь уже действительно можно расслабиться.

Затем Фрау щёлкнула костлявыми пальцами, создавая купол безмолвия.

— Есть срочное дело? — ничуть не удивилась Моргана.

— Да. Администратор доволен тобой, так что отправляемся немедленно. А потом начнётся твоё следующее задание. Теперь уже без меня.

— Зовущий?

— Да. Он подобрался слишком близко к нулевому сектору, и есть подозрение, что ему подыгрывает одна из сестёр… впрочем, тебя введут в курс дела. Это будет твоё первое задание, как ревизора Системы.

Моргана кивнула.

— Сегодня заночуем наверху. Ивент застопорился, местные выходят в город. Скоро повышение сложности прижмёт этот сектор, и здешние проходчики будут зажаты с двух сторон. Впрочем, нас к тому моменту здесь уже не будет. Закупись расходниками на рынке. Я настрою старую сеть в Обсерватории. За двое-трое суток должны по старым меткам оказаться на базе.

— Главный разрешил пользоваться ими? — удивилась Лирия.

Старуха мягко улыбнулась.

— Старая традиция. Считай, что это часть посвящения… Кстати, что с твоим мотыльком?

Ноэй странно подёргивал головой и вообще выглядел жалко. Из глаз, ушей и носа текла светящаяся белая слизь.

— Друид задел его незримой плесенью, — пояснила Моргана. — Константину ничего, а этому… Кость, ты же обещал, что ему будет лучше!

Крыс с тревогой посмотрел на старуху. Шерсть на загривке чуть вздыбилась, а в глазах стоял страх.

— Я шделал, што мог. В инштрукции шказано, што этот яд убивает плешень.

Старуха требовательно протянула руку, и крыс положил зелёную склянку с привязанной биркой. Фрау пробежалась по тексту и фыркнула. Этот жест в своё время Моргана переняла у наставницы.

— Жаль, хороший был образец, — резюмировала она.

— Не выживет? — расстроенно спросила Моргана.

— Если не лень возиться, поищи специалиста в городе. Этот яд не подходит для его генетики, мотылёк скорее сам окочурится.

— Я не виноват, я не жнал…

Старуха махнула рукой.

— Это лекарство для людей. Инсектоиду и сильфиту его нельзя. Так что насекомыша он бы тоже угробил. Найди себе нормального лекаря, крыса ничего в этом не смыслит.

— Премного благодарю жа мудрошть! — низко поклонился Константин.

— Я хочу сделать кадавра на основе тела Мисы, — поделилась Моргана и увидела одобрительный кивок наставницы.

— Осколок Мисы отдашь Матери, потом найди аниматурга, пусть слепит тебе сервитора на основе того, что останется. Просто замени управляющую часть и оставь сателлиты. Будет тебе управляемая амальгама.

— Спасибо, — поблагодарила Моргана. Примерно так она и собиралась поступить, только вместо искусственного духа-сервитора собиралась взять подчинённого демона. Но вариант наставницы хоть и сложнее, но намного стабильней.

Через минут десять появился старик-лифтёр и с довольным видом сказал, что плата принята. Затем ему, видимо от скуки, захотелось порасспрашивать их группу о проходческих буднях и пребывающая в на редкость хорошем расположении духа старуха взяла разговор на себя, на ходу придумывая и переиначивая правду, чтобы ни в одном слове не солгать, при этом рассказывая далёкие от истины небылицы.

Старая логическая игра, которую в своё время постигала и сама Моргана. Если хорошо её освоить, уже не будешь бояться детекторов лжи и навыков видеть правду.

Моргана устало присела на деревянную лавочку. Платформа слегка покачивалась, вызывая сонливое состояние. Амикус уже впал в анабиоз. Ноэй тоже задремал… а нет, просто сдох.

— Крыс, оживи его, пока Стена его не переродила, — приказала она, и Константин грубо влил в горло парадоксу-полукровке тарийский оживитель.

Тело Ноэя задёргалось, выгнулось от болезненного спазма. Проходчик захрипел и принялся хватать себя за горло. Зрелище чужой агонии вызвало у Морганы тяжёлый вздох. Зелий, если надо, крыс ещё натащит, но незримую плесень так не лечат. Он просто будет раз за разом от неё умирать, по кругу.

Мда, а так хотелось вздремнуть, ехать наверх ещё так долго… Но если этот будет хрипеть каждые десять минут, хрен тут поспишь.

Её снова унесло в далёкие мысли о безрадостном будущем. Да, Стена простоит ещё долго, если вовремя останавливать таких, как её бывший. Но в одном он прав — конец всех ждёт один.

Мимо проплыл двадцатый. Бывшие владения Мракрии теперь выглядели как быстро развивающееся королевство проходчиков. Два лифта друида, плюс топы и архитопы уже проложили железную дорогу и благоустроили место, так что теперь здесь вполне можно было жить с комфортом.

Её поражало, насколько могущественное место начал создавать друид. Королевство Мечей Артура было одним из довольно успешных, но оно было несопоставимо с империей Гильгамеша. Здесь же был задан путь к чему-то ещё более масштабному.

В отличие от Артура, эта друидская версия не пыталась взвалить всё на себя. Правление городом было полностью отдано совету сильнейших фракций, которые постоянно конкурировали друг с другом за силу. Орден друида же был всего лишь системой логистики, но фактически любое решение Орден мог легко продавить, так как от работы лифтов зависела каждая фракция. Лишишься прокачки на нижних уровнях из-за ссоры с Орденом, и вот твоя крупная организация уже проигрывает всем своим конкурентам.

Мягкая сила. Хитрость, достойная лучших стратегов. Полный контроль при фактическом отказе от него. За последние три года с начала активного роста сектора они смогли полностью поменять расклад сил в Стене, сделав в захолустных окраинных секторах мощный очаг развития.

Ещё немного промедлить, и шансов убить такое архибедствие у них уже не было бы.

Вспомнился зависший на двадцатом лангольер. Лифт как раз проезжал мимо.

Чёртов, блин, лангольер! Да кем этот друид себя возомнил? Новым чокнутым Калиостро с запредельными монстрами?

Она снова начала клевать носом от усталости. Фрау исчезла, но оставила своё Присутствие. Технику, которая позволяла оказаться рядом за доли секунды.

Ноэй притих. Потрескавшееся лицо страдающего сильфита слегка поплыло. Левый глаз был намного ниже правого. Лицо теряло остатки человечности, но главное, что он не ныл и не умирал. По крайней мере сейчас.

Свесив голову, она сама не заметила, как погрузилась в дрёму, и даже начала видеть какой-то сон. Проступал образ убитого бывшего. На миг ей показалось, что она всё ещё в лагере Ордена, ночует перед встречей с иммундусами.

Но погрузиться в сон она не успела — разбудил крик долбанного мотылька.

Моргана пересилила раздражение. Верней, сместила его с беспомощного Ноэя на крыса:

— Костя, блин! Где оживитель?

— Да, гошпожа…

— И поищи ему какое-то обезболивающее. Голова болит слушать этот ор!

— Гошпожа… я могу ошибитша шо шнадобьем. Я не жнаю, что ему можно…

— Ещё немного и одного из вас я точно прикончу, — пообещала Лирия.

И только Амикус равнодушно потрескивал жвалами и подвижными лапками под пушистым артефактным плащом.

Так и не выспавшись, в скверном расположении духа Моргана прибыла наверх, под холодное небо утренней Стены. На Ноэя странно косились. Носители цветового заражения здесь редкость. Обычно его просто никто не видит. Это одно из его пассивных свойств. Но сейчас он, видимо, уже не мог нормально его поддерживать.

Местных было не очень много, большинство не спешили возвращаться наверх, хоть новые Всадники и не торопились нападать.

— Костя… — тихо произнесла Моргана, и тот, что-то прошипев, вернулся с плащом-невидимкой.

— В полночь жду у главного терминала Обсерватории, — послышался голос Фрау Труда в её голове. — До этого ты свободна.

Настроение резко улучшилось. Моргана ускорила шаг в сторону рынка. Следующий час она обыскивала рынок и узнавала о специалисте, способном вылечить Ноэя. Причём, как водится у проходчиков — через задницу. Никто понятия не имел, как лечить сильфита. Предложили клонировать его тело, а затем обратиться к аниматургу для переселения душ. Даже дали координаты какого-то специалиста.

Но главное, что проблема, вроде бы, начинает решаться, а времени оставалось ещё с избытком.

Моргана умела ценить простые развлечения. Оставив Амикуса и крыса разбираться с парадоксом-полукровкой, она уверенным шагом, уже без капли усталости, направилась искать способы сбросить накопившееся напряжение.

Из головы не выходил никак чёртов бывший. Стоило ей закрыть глаза, как она видела его в образе друида, гуляющим по ночному лесу, полному зарослей. Неужели она всё ещё что-то чувствует спустя столько времени?

Прислушалась к себе. Нет, падением Ордена и своей чистой победой она гордилась. Она теперь герой, продливший существование Стены, как ни как. Но мысли… почему-то их никак не унять.

Как простая девушка с простыми и понятными способами решать проблемы, она направилась в ближайший кабак, где заказала несовместимую с жизнью обычного человека порцию алкоголя.

— Э, девочка, ты выпьешь-то всё это? — спросил орк-трактирщик.

— Не сомневайся, — ответила она. — Сегодня празднуем. Я могу угостить за свой счёт всех посетителей?

— А есть чем заплатить?

Моргана улыбнулась.

Ей показалось символичным заставить вместе с ней праздновать падение Артура в его же собственном секторе.

Астория была сложным растением. Я много учился ей пользоваться, но так до конца и не понял принцип её работы.

Оружие деирдре действовало сразу в нескольких направлениях, потому сложно было сказать, как именно это работало в комплексе. Задействовались гормоны, память, корректировалась работа мозга.

Но сначала ты просто видишь их, задерживая внимание дольше положенного. Это довольно подлый приём. В бою, например, не смотреть на врага — значит подставиться. Потому попадалась в ловушку Моргана с гарантией. Но вот с самим растением разбираться было сложно.

К счастью, у меня с момента появления этого семени прошло более тысячи дней, и рядом был специалист по растениям.

— Проблема деирдре в том, что они, как и всякая двойная цепь, удваивают признаки, — говорила Селена. — Это на уровне хромосом. Они дублируют набор, усиливая все свойства. В случае с деирдре — это вопрос чрезмерного и безальтернативного единства. Всё, так или иначе, становится единым организмом.

Так она говорила ещё в Оазисе, рассказывая о том, как работает это растение, и распивая чашку молочного улуна с молоком из молотого пшена с водой.

— Поэтому я бы воздержалась от экспериментов. Они не желают зла, напротив, стать единым организмом Древа Деирдре в их понимании — высшее благо. По-своему они правы — конфликтовать ты больше не будешь, все твои чувства, эмоции, мечты будут отражением парадигмы Древа.

— И всё же, хотелось бы научиться этим пользоваться на случай, когда всё остальное окажется бессильно. Это семя ведь фактически делает меня новым Хостером.

— Да, это очень могущественная награда. Просто постарайся быть её хозяином, а не наоборот. Лично я не желаю видеть асторию в моём присутствии.

— Думаешь, я попробую тебя подчинить ими?

— Думаю, что астория может попытаться, не спрашивая твоего разрешения. Вернее, посчитав за него твоё желание. Они умеют чувствовать эмоции…

Стоит только смотреть на них достаточно долго.

Затем ты закрываешь глаза, думаешь… о чём угодно. Не важно, о чём. Но в кадре в фантазии обязательно будет попадаться росток. Если не знаешь, на что обращать внимание, то никогда не догадаешься, что влияние уже началось, а семя уже внутри.

На этом этапе астория начинает влиять на мозг жертвы посредством очень слабых электрических волн, вызывая желание побольше фантазировать. Любые фантазии становятся красочнее, а в крови оказываются ферменты, отвечающие за нужные эмоции.

Мечтать и фантазировать хочется больше. В голову просятся старые воспоминания или мысли «а что было бы, если…». Ведущая эмоция становится определяющей — астории не важно, чувствуешь ты ужас или на вершине блаженства. Главное, что она понимает, за какую ниточку нужно дёрнуть, какого гормона выработать ещё больше, чтобы заставить кормить себя ментальной энергией.

Этап вызревания идёт несколько дней, но я щедро накормил асторию маной и хорошо подготовил почву для внедрения. Декор из алых растений уже всем в Ордене примелькался и часто всплывал в мыслях у всех в рейде. И росло это всё у нас обычно очень быстро, так что мгновенный рост никого не уд-ивлял.

Всё это — своего рода ментальное удобрение для астории.

За первой стадией — заражением мыслей, следует вторая — заражение тела. Когда астория начинает физически проявляться в реальном мире. Для этого она создаёт очаги своих клеток внутри тела носителя. Вернее, это всё те же родные клетки, просто начинается постепенная дендрофикация. Превращение плоти в дерево.

Всё это — начало формирования будущей корневой системы. Однажды носитель встанет в подходящем месте, превратится в часть леса и будет распространять семена новых асторий. А если нужно — вновь станет человеком, дабы попасть туда, куда деревьям хода нет, и прорасти и там тоже.

В общем, можно понять, почему морранди и интри предпочитали использовать планетарное оружие, не вступая в прямое противостояние с этой хтонью.

Но теперь это моя хтонь!

В моей астории была одна важная деталь — симбиоз с астральным лишайником по имени Арктур. Дальше оставалось только нарастить массу и через стихийную форму возродиться в голове Морганы.

То, что растение увело её в странные фантазии обо мне — забавное совпадение. Я думал, её скорее будет брать ужас от осознания того, что она попалась. Но она, похоже, до последнего не понимала, что происходит.

И это не её слабость. Это могущество двойной растительной цепи, проявленной как космический сверххищник Древо Деирдре.

По этой причине бой с Морганой был заведомо обречён на победу. Можно сказать, Орден отплатил убийцам той же монетой. Мы появились тогда и там, когда и где нас никто не ждал, и победили, воспользовавшись слабостью. Но в данном случае у меня не было ни капли угрызений совести. Даже при том, что мне пришлось использовать настолько опасную и ещё не изученную мной толком генетику.

Однако остальные члены команды Морганы тоже пробудились и не спешили погибать. В бой вступили Амикус и Ноэй.

Едва появившись, я сразу начал плести биом. Растения захватывали пространство. Из книжных полок вышли два суходревня. Затем я сразу же призвал убежище на входную дверь, и из него вылетело несколько дронов, опережающих ремонтных роботов с универсами в руках. Они были под управлением Сайны — сработала её подстраховка на случай худшего.

Громадный инсектоид-танк Амикус, управляющий роями насекомых, живущих в его теле, и способный делиться на несколько копий в перспективе способен за короткое время превратиться в армию. Он был самой большой угрозой для нашего крохотного отряда.

Серо-чёрное существо со светящимися белыми волосами, которое называли Ноэем, начало жрать цвет, как в прошлый раз, выпивая его вокруг себя. Этот противник был ещё слаб и до сих пор не восстановился до конца после предыдущего боя. Он был без сил и едва держался. Но его магия всё равно была смертоносной, а способности блокировали применение многих наших навыков.

И всё же нам приходилось ещё хуже. Тия, вселившаяся в первое попавшееся тело, и подчинённые Сайной механизмы сдерживали противника, но этого было недостаточно. Лишь сама Моргана после воздействия Астории была нам уже не противник.

Она с рычанием замахнулась мечом, в отчаянной попытке достать меня, но я легко ушёл с его траектории, не прекращая растить вокруг сад. Астория замедлила её движения и сделала мысли вязкими и медленными, сбивающимися на образы леса.

Ситуацию немного выравнивал мотылёк. Хоть он и был изначально плох, но в ход пошла боевая магия и необычные способности, позволявшие отражать в нас нашу магию, похищать магические усиления и мгновенно телепортироваться без подготовки.

Наши силы сейчас были очень ограничены. У меня были крупицы маны. Сайна представлена едва функционирующим оболочкой и парочкой механизмов. Тия в неведомо чьём теле. Так себе боевая группа.

Однако лидер вражеской группы быстро сдавала позиции. Астория уже проросла из мыслей девушки в окружение. Пространство медленно покрывалось листьями, а следом за ними пойдут цветы, на которое нельзя смотреть слишком долго.

Когда она начала осознавать, что происходит, было уже поздно. Помимо меня самого здесь уже был мой миазм. Локацию окутывала незримая плесень и грибковое заражение.

Моргана попыталась меня атаковать, чтобы остановить рост зелени, но она была уже совсем не в форме. Вид у неё был сейчас так себе — глаза покраснели и слезились, будто она их свежим луком натёрла. Из носа непроизвольно текли сопли. Астория уже поразила мозг.

Я сам был не уверен, смогу ли остановить растение. Это ещё одна причина его не использовать без крайней необходимости. Но тут дело не в жалости или мести. Просто иного пути выжить у нас не было.

Моргана поняла, что дело худо, сняла с пояса пузырёк с зельем и начала жадно глотать его содержимое. Я был ещё слишком слаб, чтобы махать мечом, да и ходил с большим трудом. Потому предпочёл просто стоять и делать вид крутого парня, который уже победил.

Я не мешал ей пить её зелье, полностью сосредоточившись на том, чтобы завладеть преимуществом на поле боя. Продолжил распространять миазмы, окутал пространство незримой плесенью, на чистой мане призвал ещё пару дендроидов и отправил в сторону Амикуса. Просто чтобы задержать противника и выиграть немного времени.

Вероятность победы всё увеличивалась. Если изначально мы были слабее противника, то с каждой секундой укрепления и распространения растительного биома наши шансы росли в геометрической прогрессии. Справиться с раненым друидом, девочкой-призраком в случайном теле и кучкой жестянок враг мог относительно просто, но не с живой локацией, где всё уже было против них.

Амикус и Ноэй сейчас были намного опаснее Морганы. Без заражения асторией они сражались в полную силу, насколько могли. Первого было опасно бить слишком сильно. Любая отсечённая часть его тела — потенциально новый Амикус. С ним пыталась сражаться Тия, но она больше оборонялась и просто тянула время.

Все растения рядом с ним пытались задержать инсектоида, хватали его за части тела и пытались связать. Он быстро разрубал острыми лапами такие путы, но это позволяло Тие в слабом чужом теле хоть как-то держаться против него.

Однако с усилением растительного биома, сопротивляться лианам инсектоиду было всё сложнее. Чем больше он сопротивлялся, тем больше увязал в корнях и лианах и подставлялся под удары Тии и дендроидов.

— Не убивайте его! — бросил я девушкам, и те меня поняли. Сайна направила вниз один из дронов, и тот прошёлся по телу инсектоида током, вырубая его, а Тия направила потоки астральной энергии, выжигая ману.

Оставался светящийся мотылёк, которого называли сильфитом. Он предпринял отчаянную попытку исправить положение — сперва он перешёл к нам, собрал весь обкаст, все наложенные благословения, затем мгновенно исчез из виду и начал разбрасываться дальнобойной магией.

В помещении становилось то жарко то холодно от серии пиробластов и полярных лучей. Он применял магию почти без остановки и постоянно менял своё расположение мгновенными порталами. Это была последняя надежда группы Морганы исправить своё положение, но…

Но долго нам с ним разбираться не пришлось.

Красивое и эффективное магическое существо закончилось очень быстро, и даже не по нашей вине. На острие лезвия крысы, вошедшего в спину мотылька.

— Арктур, — произнесла стая крыс, собравшись в единое существо. — Наш договор в силе? Я хочу просто уйти. Я ухожу. Ты не станешь меня преследовать?

Офигеть. Хотя справились бы и сами. Наверное.

Прямо чувство дежавю. Вспомнился Король Механизмов и механическая крыса Тахион. Ныне король железной саранчи.

Но этот крыс ничего от меня не хотел. Только чтобы его оставили в покое.

— На награды не претендую, — бросил он в сторону терминала и снова обернулся ко мне. — Я не мог им не шлужить. Так вышло. Но Штай служит только своей штае. Мы покинем твой шектор и никогда больше тебе и твоим людям не попадёмша.

— Какова цель, смысл твоей жизни? — спросил я у него.

— Выживание, — ответил крыс, не задумываясь.

— Тогда какая разница, где ты это делаешь? Куда ты направишься дальше?

— Не знаю. Подальше отшуда. Хочешь, чтобы я шлужил тебе, так же, как шлужил ей? — просил он с лёгкой иронией.

— Да не, спасибо, у меня своих, более мотивированных бойцов хватает. Ещё один вопрос — ты атаковал моего друга чем-то вроде белой сферы. Что это?

— Это не моё орушие, — яростно замотал он головой. — Меня жаштавили. Прикаж…

— Что это такое?

— Шфера шожидания.

— Как она работает?

— Не жнаю. Его дала Фрау. Я прошто выполнил прикаж.

— У тебя есть что-то, чтобы лечить такое?

— Я не могу доштать то, щего сам не понимаю хотя бы щастищно. Я не понимаю этой шилы. Просто применил то, что дала Фрау Труда.

— Кто она вообще?

— Я не могу говорить. Штрашная. Древняя, как Штена… Очень штрашная. Убивает таких, как ты.

— Но кто?

— Ревижор. Орден юштищиаров. Больше я нищего не жнаю. Я был раб. Моргана шпашла меня. Но у неё я тоше был раб. Стай прошто хощет швободы. Теперь мы прошто уходит. Никаких взаимных претенжий.

Я кивнул.

— Пошледнее… ешли это для ваш не имеет жначение, подарите ей лёгкий конеш. Аштория может погубить шледующую жизнь.

Я снова кивнул, на этот раз с удивлением.

После этого крыс начал распадаться на множество отдельных крыс, которые единой волной серых тел побежали к вожделенной свободе.

Тем временем, я вновь вернулся к Моргане и мыслям, что с ней делать. Она уже пребывала не совсем в этом мире, явно разглядывая видимых лишь ей призраков леса асторий.

Над погибшим светлячком завис фрагмент… Стеклянная сфера со спиральным синим огнём, напоминавшим галактику в миниатюре. Иногда внутри вспыхивали розоватые и зеленоватые краски…

— Могильник здесь, — сообщила Тия в теле незнакомой девушки в сером тряпье. — Я там взяла это тело, не знаю, кому оно принадлежало, но оно было не защищено. Селена уже проснулась в своём теле. Начинаем воскрешать остальных, кого сможем. Я начала регенерацию Хитоми, скоро смогу с помощью неё помочь другим.

— Да, приступайте, — кивнул я и шагнул к спутанной Моргане.

Впервые пользуясь этим оружием деирдре в реальном бою, я понял, что у этого растения полно интереснейших свойств. Одна из них, например, позволяла подсматривать часть из того, что видела она. Так что я примерно представлял, где мы находимся.

Некий десятый сектор. Необитаемый. И то чудовище в виде старухи, которое едва меня не прикончило, ещё сутки будет отсутствовать.

Мой план появился в последний момент, когда я понял, что рейд обречён. Враг подстерёг нас очень невовремя. Мы сражались тогда едва ли в треть от своей реальной силы, потратив большую часть козырей в битве с двойниками.

Ключевым в этом плане была Лифа, вернее её сведения об астории. Именно благодаря её рассказу о том, как это работает и как это видится со стороны. Возможно, именно ради этого я и взял её когда-то с собой.

Действительно, страшная вещь.

— Сначала ты будешь фантазировать, затем начнёшь путать реальность с фантазией. Она будет так реальна, что ты не отличишь, где что. Астория поглотит все лишние мысли. В конечном итоге ты будешь видеть лишь лес, ты станешь частью леса, и, наконец, самим лесом… — спокойно описал я, что её ждёт.

— Нет… Пожалуйста… не нужно… — попросила Моргана сквозь морок. — Арк… я знаю, что у нас не ладилось… и что тебе есть на что обижаться. Но я не хочу быть овощем! Я заслужила хотя бы на второй шанс…

Она шарахнулась в сторону. Взгляд не мог сконцентрироваться. Всё кажется отвлекающим фактором от чего-то важного, воли деирдре, надо полагать. Любые задачи решаются самым тупым и примитивным путём, лишь бы быстрее. Потому на финальных стадиях одержимости рабы деирдре притворяться нормальными долго не могли.

— Ты не оставила нам выбора. Это было последнее средство.

— Арк, тут терминал, — послышался голос Тии. Она уже стояла у открытой двери в помещение, на котором было активировано кольцо могильника. Она не привязывалась к определённому телу, потому пострадала от поражения в бою меньше всего.

— Что говорит?

— Сам смотри, он сюда едет… — она указала на небольшой экран на ножке.

За ним следом едва шла Сайна. Она тоже сумела возродиться. Значит, уже успела сходить в могильник.

Сайне было заметно хуже. Её шатало, а в глазах менялись цифры ионитов. Она никак не могла проморгаться и стояла, будто слегка согнувшись.

Аудитор Арктур! Вы можете передать её группу системе Стены. В таком случае вас ждёт ряд наград, как устранивших опасное бедствие.

— Вот же… двуличная сука… — с болью и злостью произнесла Моргана.

Вариант победы Модератора Морганы был бы на 83% предпочтительнее. — словно бы оправдываясь, добавила Система.

— Я тоже могу обидеться, — заявил я. Но умный механизм предпочёл не связываться.

— Восемьдесят три… восемь плюс три… — повторяла про себя полубезумная Сайна, которая ещё не пришла в себя после возвращения в родное тело из «могильника».

Следом за ней из локации, созданной артефактом противника, выходили первые воскрешённые. Селена вернула своё тело через тот же навык, который когда-то давно позволил ей воскреснуть в Оазисе после поражения в битве с мёртвой магией пустоты.

За ней поднялся Мерлин с помощью своих навыков возрождения через свет.

— Наверное… Система права, — с трудом сказала Моргана. — Лучше отдай меня ей. Я чиста перед кармой, проснусь в хорошем секторе. В лучшем из оставшихся… Но уже не буду ничего о тебе помнить.

— Ничего личного, только самозащита.

— Арк… это странно… смерть не должна быть такой приятной…

Я понимал, что она одержима деирдре, как тот родственник Лифы, и не понимает, что говорит. Но мне всё равно сделалось не по себе.

«На последних стадиях заражения асторией начинается бред и галлюцинации, вместе с тем фантазия становится настолько сильной, гиперреалистичной, что ты в эйфории от единения с ней»

И всё же выбор она сделала сама.

— И почему бы нам это делать? — спросил я у Системы. Было бы обидно упустить такой случай. — Что за награда?

— Согласно суммарной стоимости четырёх бедствий доступен выбор:

1. 1 предмет божественного уровня

2. 4 предмета мифического уровня

3. 12 предметов легендарного уровня

— Божественный? — воскликнула Сайна. — Это возможно? Я думала, мифик — это предел…

— Когда я проснулся, пределом считали легендарный, — хмыкнул я.

— Нужно брать божественный. Хорошо бы хоть увидеть, что это такое, — задумчиво сказал Мерлин.

— Да, мифические у нас уже есть, — кивнул я. — Они уже определяющие. Какими же тогда будут божественные?

— Божественные артефакты, — произнесла Селена. — Как думаешь, почему у богини не было такого?

— И почему же? — действительно интересный вопрос.

— Потому что это артефакт, который по своим силам может сравняться со мной или тобой. Настоящими богами. Здесь нужно понимать дословно — «божественный артефакт», то есть «бог — артефакт». Предмет, равный богу. Бог, воплощённый в предмете…

— Я бы… убила… за такой… предмет, — с грустью улыбнулась Моргана. — Прямо как ножницы Фрау…

— Система, что с ней будет, если я отдам её тебе?

Согласно текущему статусу и уровню заслуг у Системы, следующее воплощение с высокой вероятностью будет в активном секторе, в одном из пяти с самыми низкими уровнем сложности и процентом смертности проходчиков. Её духовный ресурс признан повышенной ценностью.

— А как это делается?

Необходимо сканирование на системном терминале. Ближайший подходящий — терминал-корректор на втором этаже в 12 м. от вас.

Я оглянулся вокруг, посмотрел в сторону подъёма наверх, где должен был находиться терминал-корректор. Значит, туда?

Моргана потеряла сознание с улыбкой, вновь погрузившись в дурман астории. Я даже мог видеть её грёзы в лесном раю.

Похоже, это растение — не «заход на псионику», как я сперва подумал, а громадная ракета, расхреначивающая психику на лоскуты. Впрочем, наверняка можно поработать с селекцией или создать гибрид с ослабленной версией свойства…

— Что с остальными? — спросил я у Тии с Аморией. Все четыре её тела были уже в строю. Орден медленно начинал приходить в себя.

— Альма держит души своим навыком. Хитоми и Селена постепенно восстанавливают тела. Но кто на самом деле ещё жив, а кто ушёл навсегда… знает только сама Альма.

— А где она?

Тия опустила голову.

— Идём.

Я прошёл мимо светлячка, взяв в руку фрагмент. Для Мерлина, наверное.

В мыслях Морганы этот момент как-то полностью выпал из кадра. Но здесь было две камеры. В одной связаны владельцы навыка девяти жизней — Белая и Кот. Они были крепко обмотаны цепью и пребывали без сознания. А в соседней камере…

В окружении светящихся рунических лент, посреди голой серой комнаты, на холодном полу скрючилось существо, отдалённо напоминавшее Альму.

Вид был тот ещё. Голова представляла собой три сросшиеся, все конечности затроены, причём как попало, ей даже передвигаться было нельзя.

— Как она? — спросил я.

— Я не знаю. Это какое-то оружие-артефакт…

— Если бы я её увидел раньше, хрен бы я отпустил ту крысу! — бросил я.

— На нём моя метка сталкера, — ответила Тия. — Если нужно, я отыщу его.

— Молодец, — одобрил я, порадовавшись тому, какая у меня умная спутница жизни.

Мы поднялись наверх и передали девушку Системе. Вместе с останками мотылька и инсектоида. С последнего сняли шубу — предмет был мификом защитного типа. Именно он давал инсектоиду эффект неуязвимости к магии. Артефакт явно рассчитанный на мага, но нужную танку живучесть Амикус набирал и так.

Из любопытства я спросил, какую судьбу заслужили двое других, и Система поделилась, что инсектоид, как и Моргана, на хорошем счету у Системы и попадёт в топ-десять самых безопасных секторов. У Ноэя ситуация чуть похуже, он попадёт в средний сектор, из топ-двадцать по безопасности.

Насчёт награды мне просто сказали «ожидайте», и всё.

Спустился вниз, где коридор постепенно наполнялся теми Орденцами, чьи тела пострадали меньше всего и были бережно забраны нашим противником с собой. За это им большое отдельное спасибо.

— Что скажешь про Альму? — спросил я у Селены, едва спустился обратно вниз.

— Стабильно, — ответила она. — Она что-то пытается сказать, но я разбираю только мычание.

— Вот надо было так упираться от растительной ветки… сейчас бы хоть немного понимал, что с ней… — тяжело вздохнул я и обернулся к тому, во что превратилась моя сестра. — Потерпи, Альма. Мы обязательно вернём тебе нормальный вид.

Пока Селена и Хитоми пытались возродить часть бойцов рейда, мы с Мерлином занялись обыском здешней обсерватории. Место, похоже, использовалось как сторожка или временная стоянка. Перемещались сюда чистильщики, скорее всего, только порталами.

Внутри была припасена пища — рис, пшено и незнакомая злаковая культура. Её я забрал и проверил — ничего особенного, каша как каша. Набор специй для готовки, колодец. Последний меня особенно удивил — отдельная комнатушка в Обсерватории, достроенная позже красным кирпичом.

Внутри — дыра с привязанным цепью ведром. Внизу — светящаяся вода с плавающими льдинами. Достаточно прозрачная, чтобы видеть силуэты светящейся радужной рыбы.

Удобно.

В остальном место достаточно скучное. Как Обсерватория оно уже давно не использовалось, книг на полках не было, да и самих полок тоже. Оставшиеся две я переделал в суходревней. Всё остальное было давно переоборудовано в место для стоянки небольшой группы.

К нам с Мерлином вскоре присоединились Кот и Белая. Селена привела их в порядок, хотя оба всё ещё были слабы.

Вчетвером мы начали изучать вещи убитых нами чистильщиков.

Ценными артефактами оказались очень много вещей. Помимо плаща Амикуса — пушистой меховой накидки с бежево-коричневыми угловатыми полосками, тут было ещё много всего интересного и необычного. Накидка Ноэя и странная легендарка в виде брошки. Сапоги — лега из того же сета, что и всё остальное. Только плащ, видимо, качался отдельно до мифика.

У Морганы было артефактов — серебряный клинок с розой на эфесе. Это было основное оружие девушки, но в бою она им почему-то не пользовалась, предпочитая способность с призывом. Мантия, меняющая форму, она же плащ, платье и любая тряпка по запросу хозяина. Артефакт по своей сути очень сильно напоминал мифик Белой — доспехи Василия. Но там в основе был металлы мурум с китарой, и технологии тари. Здесь изготовитель был другим, и форма ограничена только тканью, в отличие от артефакта Белой, который мог быть хоть ночной рубашкой, хоть тяжёлыми латами.

Но и свойства здесь были интересней. К примеру, полный иммунитет к проклятиям, который стал причиной поражения Тии в бою с ней. Плюс большая защита от запредельных стихий и другие бонусы. Меньше физической защиты, но значительно больше магической.

Третьим мификом была обувь со всего одним, но интереснейшим свойством — возможностью ходить где угодно, даже по липким ловушкам или сквозь стены. Во всяком случае, так гласило описание.

И напоследок, кольцо, открывающее путь в Могильник — альтернативу моему убежищу, хотя, конечно, больше предназначенное для других целей.

А ещё была артефактная броня, серьги, браслеты и прочая мелочёвка. Легендарки на фоне мификов уже так круто не смотрелись, хотя не стоит, наверное, недооценивать предметы ниже редкостью. Эпический кинжал Тии до сих пор оберегает Альму.

Что ж, какой-то девушке в Ордене сильно повезёт. Или, может, одному из тел Тии.

Возможно, было что-то ещё. Не удивлюсь, если это не всё, и что-то с собой утащила крысиная стая…

Насчёт тела Ноэя Белая сказала, что оно настолько сильно насыщено магией, что, возможно, его имеет смысл сдать Тихону в обработку на фрагменты. Очень уж примечательное существо.

Из интересного — личные вещи Морганы. Дневников или чего-то такого она не вела, но внутри её сумки обнаружился портативный компьютер с голографическим монитором на вечной тамарской батарее.

Пароль на входе взломала Сайна ионическим кодом, и мы обнаружили небольшой набор личных фото и видео. Примерно половина из них — бытового характера. Но несколько были рабочими. Я с удивлением увидел небольшое досье на себя, Сайну, Альму, Тию, Рейна и Мерлина.

Часть прошлых воплощений, известные нарушения, предполагаемые способности и ветви развития билдов, варианты генетики… К счастью, сведения о двадцать втором секторе были весьма обрывочны и ничего серьёзного я там не увидел.

Отдельным листом — всё, что известно о моей дендрической цепи. На самом деле — куча предположений и минимум фактов. Сплошь догадки. Наверняка когда группа Лирии оказалась в двадцать втором, они уже в первые полчаса узнали больше, чем было в этом исследовании.

Рядом нашлось досье ещё на одного проходчика. Вернее, юстициара. На фото был высокий темноволосый бородатый мужчина с кривой усмешкой. Сириус по прозвищу «Зовущий Птиц». Что-то знакомое… кажется, это торгаш, с которым ведут дела Семнадцатые. Они отзывались о нём как о своём хорошем союзнике.

Бегло просмотрел документ. Инженерный класс, способности энергета, интересное сочетание. Совсем не то направление, что у Сайны. Генетика снежного угнетателя… Валтор, ритуалист и мастер карт… необычный цвет волос. Рогатая розововолосая девчонка в чёрной броне морранди, забавно сложившая руки в знак сердца.

Наверное, Семнадцатые будут рады получить эту информацию. Может быть даже не бесплатно.

На ноуте наверняка было что-то ещё, но рыться в нём сейчас было преступной растратой ценного времени, потому я просто отдал трофей Сайне — пусть изучает.

Ещё в её вещах нашлись два рабских контракта. Ничего магического, скорее, бюрократическая памятка. На имя незуми Константина. Который был на самом деле совсем не незуми, а хрен пойми чем.

— Арктур, — позвала меня Селена, и по её голосу я понял, что новости она несёт невесёлые.

— М-м?

— Боюсь, я почти ничем больше не могу помочь. Элейс воскрес через магию крови, у Ильгора особый навык. Ещё мы с Тией вернули к жизни Лифу и Листвичку. С остальными местными ситуация оказалась проще. Стена не похищает их души так быстро. Видимо, без духовного ресурса они для неё большой ценности не представляют.

— А Рейн?

Богиня трав отрицательно покачала головой.

— Точно нет. Боюсь… его не сможет поднять даже Альма.

— В смысле? Он что, проклят? Альма не могла упустить его душу!

— Я не знаю, — вздохнула Селена. — Я не могу ничего гарантировать. Ни одно заклинание не работает, будто в теле уже давно никого нет. Помнишь, Лирия говорила о божественных предметах? Рейна лично убила та старуха. Она разрубила его такими ножницами.

— Это был предмет божественного класса?..

— Я не смогла прочитать его стихию, но сила была, как от двух падших богов.

— Два лезвия? — спросил я.

— Или ножницы в целом и старуха. Скорее всего, она сама тоже — падший бог.

— Что значит, падший? Это вроде бы приставка пустотников?

— Я имела ввиду, что она явно на стороне зла и управляет тёмными силами.

В этот момент я вспомнил, что Селена всё-таки не настоящий проходчик, и в ней всё ещё говорит существо из другого мира и другой жизни.

— Как будем выбираться отсюда, Арктур? — спросила меня Белая.

— Я знаю, что это десятый сектор, — начал я. — А значит, топать пешком — не вариант. У нас в запасе уже не осталось времени. Альма не сможет поддерживать заклинание ещё несколько суток.

— Да тут по снегу, да ещё и под нападками летунов и вьюги… — начал Мерлин. — Я даже не знаю, за сколько мы управимся. Тем более пешком.

— Я соберу транспорт, это вообще не проблема, — пообещала Сайна.

— Всё равно слишком долго, — я покачал головой. — Нужен какой-то портал… Где Странник?

Тишина.

Обычно он отзывается и появляется из пустоты, будто там всегда и был. Надеюсь, с ним всё в порядке, и он просто отступил в последний момент. В конце концов, его образ в маске был в списках на ликвидацию у Морганы…

— Ничего о нём не слышала с того боя, — ответила Белая, поняв, что больше некому.

Я обернулся к терминалу.

— Система. Аудитор Арктур. Запрашиваю сведения по данному сектору. Уровень сложности, активные цепи, активность летунов — всё, что полагается.

Я сам понятия не имел, что полагается, потому сказал просто на всякий случай.

Взгляды обратились к терминалу. Тот сперва застыл с надписью «идёт анализ», и минут пять ничего не происходило. Но так у Системы порой случается, тем более в спящих секторах. В двадцать первом было так же.

— Может, проще будет пройти низом? — предложил Мерлин. — По первым-вторым этажам.

— Я бы вообще не рассматривал такие способы покинуть это место, — покачал я головой.

Но у меня у самого пока что идей не возникало. Астральный путь? Совместить с точной хорошей оптикой и прыгать на столько, насколько мы сможем разглядеть вершину Стены. Всё равно не успеем, конечно, раньше срока. И маны потребуется уйма на такие прыжки.

Блин. Астория сработала, когда сработала, я ей не мог выставлять время активации. Катализатором послужил алкоголь. Он ослабил естественное сопротивление разума, и растение смогло прорасти быстрее.

Впрочем, расписание Морганы мне в любом случае было неизвестно, так что мы могли оказаться, где угодно. Кто ж знал, что старуха перенесёт их фиг пойми куда?..

— Сайна, а как насчёт попытки взломать эту систему порталов? Это ведь делает Система, а не какая-то особая магия. Статус, возможно.

— Я попробую, — кивнула неуверенно девушка. — Но ничего обещать не могу.

Тем временем наконец-то на экране начал появляться текст:

Сектор X

Сложность: превышена на 67 180% (сектор смерти IV порядка)

Примечание: здесь был падший заповедный мир. Помянем. Рев.Самонту.

Тип генератора: механо-световой (неактивно). Заражено: ирреал [цвет II порядка]

Присутствуют критические системные ошибки:

Механика ивента неисправна.

Смертность среди инкарнированных составляет 100%

Повреждено или отсутствует ядро I II III.

Активные цепи: биологическая, айфольная, прановая, ирреальная, цветовая, металлическая, водопроявленная, энергетическая, магическая, маггитовая, духовная, хаотическая, кристаллическая (13).

Спуск внутрь запрещён при статусе ниже «ревизор» / «координатор» согласно параграфу 1 директивы о недопущении растраты духовного ресурса (базовый протокол безопасности)

— Я думаю, по низу мы точно идти не будем… и лучше вообще туда не соваться… — выразил я общее мнение.

— Да ну нафиг… — выдохнул Мерлин. — Такое, наверное, даже мне не взорвать… или наоборот, может, взорвём этот сектор?

— Если мы здесь что-нибудь взорвём, тем, кто ниже, похоже, будет плевать.

— Думаешь, что-то может выйти наверх к нам? — спросила с опаской Белая.

— Надеюсь, что нет. Как-то же эти тут на сутки собирались оставаться, — ответил я и добавил. — Вообще-то нам желательно как можно быстрее убраться с концами отсюда. Но точно не пешком. Вся надежда на тебя, Сайна.

— Не дави на меня, — буркнула механистка. — Попробую ассимилировать ионическим кодом, но ничего обещать не могу.

Я кивнул и отошёл от терминала. Прошёлся к двери в Обсерваторию. Хотелось просто подумать в тишине, пройтись и найти нужную мне мысль.

Бешеная сложность сектора поражала, как и количество незнакомых мне цепей.

Как бы те рыбки, у которых ведром можно черпать питьевую воду, не оказались тварями, способными и в одиночку сожрать весь рейд в его лучшие времена.

Коснулся створки врат, но открыть удалось лишь с некоторым усилием. Снаружи всё было завалено снегом, а через крохотную открывшуюся щель внутрь проник ледяной воздух. Настолько стылый, что меня обожгло холодом, а кожу будто проморозило насквозь.

Где-то вдалеке виднелся странный свет, медленно менявший оттенки в случайном порядке. Где-то как раз по центру города сектора. Там, где должен быть генератор. Зрелище завораживало, хотелось смотреть и смотреть. Но я хорошо помнил, как попалась Моргана.

Я резко закрыл дверь. Почему-то хлопок показался зловещим.

Нужно было что-то решать и срочно.

Белка через истинное имя изучила рыбок под нами. Хтонь оказалась такая, что эта стая сожрёт всех нас и не подавится. Одна такая рыбка должна быть как существо с тридцать восьмого. Пять цепей на первом этаже! Жесть какая то.

— У Морганы не было какого-то ключа или чего-то похожего? — спросила Сайна.

— Её комп у тебя. Что там, то и есть.

— Ясно, ищем дальше…

В полночь должна была появиться Фрау. Знает ли она о гибели группы? Лучше действовать из того, что знает.

Возможно, ключ есть у неё. Возможно, она придёт не одна. Возможно, она сама как маленькая армия. Существо Фрау явно непростое. И это странное чувство, будто мы с ней знакомы, и я её даже… боюсь?

Это значит, что нам нужно как-то подготовиться к гостям. Идти отсюда нам некуда. Значит, остаётся только сражение. Договориться вряд ли выйдет. Её условия я уже знаю — не спускаться ниже. Да и её подчинённых мы сдали Системе, как бы. Я бы предпочёл вообще не со старухой связываться.

С другой стороны, она ведь может и отомстить. Так не лучше ли решить всё сразу? Или тогда за мной пришлют ещё больше таких групп? Было бы здорово, но хватит ли нам текущих сил? Сильно сомневаюсь.

Когда вокруг слишком много лишних вопросов, полезно бывает вспомнить о своей главной цели. Ради чего всё это?

Нужно проходить Стену. Это то, чего они боятся больше всего. Затевая войну с неведомой организацией неизвестной силы, я едва ли добьюсь своей главной цели.

— Здесь может быть ещё терминал юстициаров. У нас в секторе его нет, но в двадцать первом стоит, — припомнил я ещё одну важную деталь.

Направился туда, где обычно располагался этот терминал. Понял, почему не обратил на него внимание раньше.

Мифическое кольцо Морганы, призывающее Могильник, было активировано как раз на помещение с ним.

Принципы работы артефакта были мне пока неизвестны. Если они такие же, как у моего убежища, то при отмене призыва локации все существа внутри должны оказываться в ином мире. И тела не портились от такой транспортировки.

Взял кольцо, отменил призыв, сплёл из покрывающих теперь здесь всё растений подобие стены с дверью, перенёс Могильник туда. Сработало. Теперь предо мной предстал терминал юстициаров.

Место вокруг него превратили в склад. Стопки макулатуры от пола до потолка, полки с пузырьками разных зелий, расходные материалы — в общем, всё непродовольственное добро, которое может потребоваться останавливающейся здесь группе.

В центре этого бардака стоял заставленный чем попало терминал юстов, который явно не применялся очень давно.

Потребовалось ещё полчаса, чтобы убрать всё, что мешало и блокировало его работу. Затем я обратился к устройству и прочёл не радостное известие.

Идёт сканирование…

Статус юстициара не обнаружен.

Терминал не отвечает.

— Обидно, — буркнула Сайна из динамика дрона.

— Ты продолжай главный терминал ломать, не отвлекайся.

Тем не менее, это устройство могло оказаться полезным. Если Альма коснётся его, возможно, ей выдадут варианты встройки модов. А терминал бы ей сейчас очень помог, наверное. Я, как лидер её группы, буду иметь право выбрать улучшение за неё, и тогда терминалу придётся со мной взаимодействовать.

Лучше бы, конечно, трёхголового мутанта скопировать, изучить и пересобрать в нормальную форму на терминале-корректоре. Так бы я поступил в спокойной обстановке без ограничений по времени. Тактика уже была известна — создать гибрид, содержащий признаки изменяемого существа, добавить древесную цепь, которая обеспечивает возможность чуда-юда выглядеть нормально, пребывая в человеческой форме.

Но сейчас у меня не было под рукой всего необходимого, а самое главное — времени. Потому терминал-корректор для помощи Альме не подходил. Позже — да, но без подготовительной работы он ей ничего не мог предложить для эволюции.

То, что терминал юстов поможет, я тоже сомневался, однако шанс был.

Девушку ко мне несли два робота. Синеволосая селенитская красавица и андроид из колонии крианских тари. Значит, их враг тоже забрал с собой, и Сайна смогла вернуть их в строй.

Одна из шести ладошек Альмы коснулась машины, и та отреагировала. Ненадолго — мелькнула надпись о сканировании, и экран тут же погас, а сверху посыпались осколки под звук бьющегося стекла.

Как оказалось, у вершины терминала были некие подвижные манипуляторы, которые столкнулись с выпирающей полкой с пузырьками наверху и застряли. Пришлось лезть туда и разбирать препятствие, после чего повторять процедуру.

Идёт сканирование.

Альма, верификатор, цернунн, целестин.

Твой вклад в защиту Стены оценён и признан достойным!

Начислено 2 балла доблести за устранение опасных существ.

Внимание! Терминал исчерпал ресурс и работает в режиме поддержки. Доступны только технические модификации низкой мощности для восстановления структуры.

Идёт оценка состояния юстициара…

Состояние оценено как недееспособное.

Тип повреждения: аниматургический шок, вызванный критическим дисбалансом структуры амальгаммы.

— Я лидер её группы, — сказал я. — Ей можно помочь?

Терминал работает в режиме поддержки. Идёт анализ. Текущая ситуация подпадает под директиву защиты юстициаров.

Идёт процесс построения подходящих модификаций с учётом наличествующих ресурсов.

Справка: система внедрения навыков X.

Тип вмешательства: модульно-синтетический

Внедрение посредством создания искусственной формы, симулирующей заданный алгоритм.

Улучшенное сопряжение: […51…]

Удовлетворительное сопряжение: […86…]

Минимальное сопряжение: […114…]

Терминал походил на тот, что был в двадцать первом. Номер равен номеру сектора, тип вмешательства тот же. Только описания типов существ, с фрагментами которых терминал взаимодействовал, заменяли какие-то числа.

Я коснулся цифры «51» и увидел длинный выпадающий список, который не помещался на экране и уходил за его пределы. В самом списке — большая часть была незнакомыми терминами, обозначающими обитавших в этом секторе монстров. О большинстве из них я никогда прежде не слышал и, пожалуй, предпочту не слышать дальше.

Тем временем, терминал на этом не закончил. Не успел я дочитать кусок списка из незнакомых существ, как текст сменился оповещением:

Идёт построение списка возможных корректирующих модификаций.

Доступно 6 вариантов преобразования:

1. Модульная реструктуризация амальгамы.

Фрагменты: амальгама абнормали [амальгамы]

Шанс успеха: 99%.

Вероятность внутренних конфликтов парадигм — 75% (множественная личность).

Рекомендуется продолжить нормализацию юстициара на другом терминале.

2. Проведение процедуры эрранизации.

Суб-личности будут утрачены. Память будет удалена.

Шанс успеха: 100%.

3. Проведение процедуры эррано-сепарации на основе личности: Алихая. 67%.

Фрагменты: сердце энирай (источник магии земли)

Будет утрачено: зеркало Мисы, 34% духовного ресурса

4. Проведение процедуры эррано-сепарации на основе личности: Миса Зеркальная 48%

Фрагменты: зеркало Мисы, осколок души мегалодона [левиафаны]

Будет утрачено: 100% духовного ресурса (наложен директивный запрет)

5. Проведение процедуры эррано-сепарации на основе личности: Альма 31%

Фрагменты: осколок души человека [животные, в. ф.]

Будет утрачено: зеркало Мисы, 66% духовного ресурса

6. Проведение процедуры частичной сепарации на основе общего ядра

Фрагменты: осколок сердца мракобестии [тёмное биосиликатное средоточие]

Будет перестроена внутренняя структура амальгамета до статуса месс-амальгамет.

Инициация новой генетической ветви: мракобестия.

Будет добавлена способность: порождение месса.

Шанс успеха: 96%.

Я задумался. Нам предстояло сделать выбор за Альму. Та пребывала в ужасном состоянии, а смотреть на неё было откровенно неприятно, будто кто-то сделал кашу из частей тела девушки.

— Что же с ней случилось? — спросила Белая, с ужасом и сочувствием глядя на то, во что превратилась Альма.

— Крыс назвал это сферой созидания. Как она работает, я не представляю. Вроде бы считалось, что созидание — самая мирная стихия и не способна вредить людям в принципе.

— Думаю, ответ кроется в особенностях строения её души, — произнесла Тия. — Мой наставник по аниматургии говорил, что созидание — единственная стихия, способная исцелять душу.

— Это же хорошо? — не поняла Белая.

— Да, но Альма ведь не обычная душа, а амальгамет — сущность, сшитая из трёх душ существ, — пояснила Тия. — Представь, что будет с киборгом, к которому применить магическую регенерацию?

— Отросшие конечности будут мешать имплантам.

— Да. Здесь почти так же, но задето было не только тело, но и душа… Мы много говорили с ней об этом в последнее время. Она искала способ повторить то, что сделала я с единой душой в четырёх… уже пяти телах.

— И что ты ей сказала?

— У нас очень разные ситуации. У меня есть навык параллельного мышления. Я поддерживаю пять потоков на данный момент, а значит могу жить в пяти телах независимо друг от друга. У неё такого навыка нет. Но она всё равно продолжала расспросы. Думаю, у неё был план развития.

— Первый вариант, — начал я вслух, — это возможность отложить вопрос на потом, а не его решение. Второй, наверное, был бы самым правильным, но принимать такое решение имеет право только сама Альма. С третьего по пятый — все идут в деградацию. Она по итогу теряет часть своей силы или осознанности. Такое выбирать нельзя. Альма точно нам не простит, если мы её лишим одной из веток развития. А после твоего рассказа я думаю, что она сама бы выбрала шестой.

— Я тоже так думаю, — кивнула Тия. — Хотела предложить именно его.

— Тут ещё и навык новый нахаляву. Месс-амальгамма… Мессами вроде бы назывались те существа, на которых делилась мракобестия, от которой этот фрагмент?

Тия кивнула.

— Там были ветер, камень и тьма. Из всего этого у Альмы только тьма есть. Фрагмент от вампира, правда. Ладно… Система, подтверждаю последний вариант.

Принято.

Доступна способность: «Месс-амальгама» (не определено).

Позволяет создавать месса из мрака на основе источников «земля Алихаи», «зеркало Мисы», «ветра Альмалексии».

Побочно будет добавлено: Ветра Альмалексии (пассивное)

Инициирует развитие магического источника стихии ветер типа «стандартный источник тёплых ветров» потенциалом средний.

Логи встройки выглядели приятно. Единственный красный текст перебивался зелёным и обещал добавить дополнительно источник магии ветра. Магический источник безопасной стихии в теле никогда не бывает лишним.

Цена же за новый источник была смешной. Все три фрагмента, которые терминал требовал — были обычным, падавшими выше десятого.

— Ого, ещё и бонусов сверху насыпало. Будем считать это хорошим знаком. Система, сколько это займёт по времени?

Ожидаемое время работы: 6ч 32мин 19сек

— Да ну нафиг… — обречённо выдохнул я. — Почему так долго?

Вопрос был риторическим, однако терминал мне ответил:

— Ого, — я даже растерялся от такого подробного описания. Перечитал дважды, чтобы понять суть, и затем ответил.

— Не нужно ничего менять, ставь нормальный источник. Сорок шесть минут ничего не изменят. Но время у нас ещё есть. Продолжим думать, что ещё можно сделать, чтобы не встречаться с этой старухой сейчас. Или чтобы избавиться от неё в бою с гарантией.

Терминал подхватил слипшийся комок плоти и затянул вглубь себя.

На ближайшие шесть часов мы теперь точно застрянем здесь. Но привести Альму в порядок было нужнее всего.

Добраться до Чёрной Дороги можно даже не рассчитывать. Уровень сложности даёт понимание, почему Мракрия не совался в эти сектора.

— Меня беспокоит небо, — вдруг произнесла Тия. А когда я обернулся к ней, добавила. — Здесь нет птиц. Я использовала старые навыки хаархусов, чтобы найти сородичей, но никто мне не ответил. Начала искать в небе жизнь и поняла, что её там нет.

— Сектор без летунов? — задумался я. — Звучит зловеще, но вообще нам это на руку. Передвигаться придётся по верху. Я не понимаю, как с такой сложностью этот сектор до сих пор ещё не развалился. Интересно, что здесь произошло?

— Ничего хорошего, — ответила Сайна. — Я отправила дроны по Стене в обе стороны. Города здесь, можно сказать, нет. Здания подчистую сровняли с землёй. Остались только отдельные районы. Более-менее цело только место рядом с генератором. Но… туда лучше вообще не подходить на пушечный выстрел.

Она указала пальцем на стену, и зависший над ней дрон спроектировал титаническую структуру со множеством зависших зеркал, хромированных манипуляторов и ярких лучей света. В центре, скорее всего, был когда-то технологический стержень, внешне ядро терминалов в каждом секторе было похоже и напоминало по форме обелиск.

Здесь же его будто вывернули наизнанку. В центре был полуразобранный стержень из шевелящихся, будто живых, серебряных проводов без изоляции. Там же были куски экранов, которые без остановки выводили неведомые логи, рассмотреть которые не удавалось. Изнутри било множество тонких световых лучей, которые отражались обратно в стержень осколками зеркал. По большей части они находились в медленном плавании по воздуху, будто по орбите вокруг стержня, но часть самых крупных висела стабильно на одном месте. Что их удерживало в воздухе — понятия не имею.

Но самым зловещим был свет. Это со стороны генератора было то жуткое зарево. Свечение постоянно меняло оттенок, и периодически в сознании вспыхивало что-то странное, будто бы я видел несуществующие цвета, которые в следующий миг не мог ни вспомнить ни как-либо описать.

Генератор выглядел зловеще. Не знаю, какой конструкция задумывалась, но явно не такой, как сейчас. Почему-то чувство от этого зрелища было неприятным, будто я увидел какую-то редкостную хтонь, хотя ничего биологического в этом секторе мы вообще ещё не встречали. Не считая рыб, которые тоже походили больше на энергетов или вовсе на ирреалов.

— В общем, от сектора мало что осталось, — подытожила Сайна.

— Помните, Мракрия говорил, что они упёрлись в обезумевшую цепь цвета за четырнадцатым, — вспомнил Мерлин. — Это десятый. Наверное, к нему сложность нарастает настолько, что даже о выживании речи не идёт. Поэтому здесь такой запас еды. Предполагается, что этот сектор в принципе покинуть непросто.

— Я уже выслала дроны к стыку с одиннадцатым сектором, — добавила механистка. — Но мне всё-таки не нравится путь по верху.

— Какие есть варианты?

— Игры с оптикой и магией, — неожиданно нашлась Сайна. — Я не хочу встречаться здесь с той старухой. Нам нужно построить тропу подальше. По идее, до барьера, затем от него — в следующий сектор. Я настрою роботов создать разборную башню с телескопом. Дождёмся нормальной погоды с хорошей видимостью, или используем большие вентиляторы.

— А как быть с бешеной температурой между секторами? — спросил Мерлин.

— На улице сейчас минус пятьдесят. Обсерватория хорошо обогревается.

— То есть их генератор вообще не работает?

— Я боюсь даже предположить, что он делает, — поморщилась Сайна. — Скорее всего, это какой-то заражённый Цветом эстерноид или вселившийся в генератор дух. В общем, я бы к генератору не подходила.

— Тем не менее, у края локации температура ещё ниже. Плюс разреженный воздух, — начал прикидывать я. — Так или иначе, нам придётся сделать остановку на границе двух секторов. Плюс даже так до сектора с Чёрной Дорогой мы будем идти очень долго. Скорее всего, нормально спуститься мы сможем аж у семнадцатых.

— Четырнадцатый перестал быть сектором смерти. Вроде бы там сейчас тоже относительно безопасно, — заметила Тия. — Я собирала на всякий случай информацию о секторах.

— Там есть что-то вроде лифта? Пятнадцатый этаж с Дорогой они уже открыли?

— Понятия не имею. В основном у меня рассказы Странника и кое-что со слов семнадцатых. Раньше там, вроде бы, правили пустотники. Сейчас фактическая власть перешла некоему Ольгерду, которому удалось развить магию созидания, там вроде бы даже храм этой стихии есть.

— Как у Нэссы?

— Да, это единственное достаточно эффективное оружие против мёртвой магии. Хотя пустотные кошмары до сих пор летают в окрестностях. Ольгерд носитель уникального класса, завязанного на этой стихии. И по слухам с ним можно вести дела. Во всяком случае, лучше с ним, чем с сектантами пятнадцатого.

— Четырнадцатый этаж смотрится уже реалистичней, — задумчиво кивнул я. — Туда может и доберёмся.

Получается, от первого сектора до четырнадцатого идут сектора смерти. Я слышал, что третий пал, вроде бы, Конрад оттуда. С десятого по четырнадцатый — точно вымершие сектора, захваченные Цветом. Затем начинается короткий проблеск живых секторов — четырнадцатый, где когда-то был Иван Мудрец, а затем долгое время была диктатура пустотников.

Пятнадцатый, захваченный культистами хаоса. Шестнадцатый с цветовым заражением, мёртвый сектор. Семнадцатый обитаем, затем девятнадцатый и двадцатый вроде бы тоже, хотя последние два не имеют доступа на Чёрную Дорогу. Затем двадцать первый и мы.

Дальше начинаются захваченные пустотой сектора, успокоенные ныне ушедшим на рестарт Хостером Тихоней. Затем обнаруженный Котом двадцать седьмой, с аномально низким уровнем сложности.

Кстати, там тоже вроде как «заповедный мир». А это значит, что потенциально он может переродиться… в хтонь, как здешняя безумная цепь цвета. Там, кажется, живой пластик? Сидим не так далеко от пороховой бочки, получается.

Затем двадцать восьмой и… что дальше, я не знал, но чёрная дорога тянулась аж до восемьдесят четвёртого. Где-то примерно там когда-то начиналась империя Гильгамеша… ладно, это уже совсем далеко и известно лишь по воспоминаниям Рейна.

Рейн за то время, пока я изучал наше положение и доступные терминалы, в себя так и не пришёл. Да и в целом наши ряды не сильно пополнились.

Вернулся отряд стрелков Лифы. Все, кто не имел духовного ресурса и статуса проходчиков, возрождались легче. Стена сильно не боролась за их души. Но в случае возрождения товарищей-проходчиков уповать приходилось на Альму.

Тия утверждала, что способность всё ещё держится. Система это подтверждала, говоря о наличии духовного ресурса. Даже войдя в терминал Альма поддерживала навык. Ну, или он работал пассивно, пока не закончится её мана.

Раньше меня успокаивала мысль о том, что хуже, чем после столкновения с микотами и ингенами, нам уже не будет. А тогда мы вырвались с Альмой и Странником. Сейчас же они оба не отвечали. И мне, как назло, новый гениальный план не приходил в голову даже с мудростью природы.

Потому я рассудил, что буду реализовывать то немногое, что есть. Возможно, с ходом времени будет знак о том, какой путь вернее.

От вершины Обсерватории потянулась небольшая защищённая стрела. Сайна создала эфирный проект надстройки с тонкой высокой башней. В неё предполагалось залезть, чтобы с вершины активировать астральный путь. К счастью, теперь владельцев такого навыка в рейде уже трое — на последнем терминале версия астрального пути появилась у Белой — путь через её Долину.

Башня была разборной. Материалы были в дефиците — внутри сектора поживиться было нечем, к генератору на всякий случай дроны не подлетали. Оставалось лишь то, что было на складе в убежище. Увы, там были материалы в расчёте на то, что будут строиться новые роботы, а не объёмная башня.

Этой задачей занималась сейчас Вереск, пока сама Сайна пыталась промыть ионическим кодом терминал, заставив открыть нам портал в другой сектор. Как-то старуха это точно делала, значит технически это возможно. Такой вариант был бы конечно лучшим. Просто уйти отсюда без лишних проблем.

Ещё один вариант предложила Селена. Она могла открыть портальные врата через травы, но это израсходует всю её ману, и мы лишимся на время целителя. Останется только Хитоми. Плюс для этого требовалось как-то доставить большое количество травы в нужное место. А это затраты маны ещё и для того, чтобы их вырастить.

Я дал Сильвану приказ растить зелень за счёт ресурсов убежища. Потом траву можно будет доставить дронами. И проконтролировать, чтобы её не снесло сразу же ветром со Стены.

Вспоминалась обманка Локи — старый трюк магов-ритуалистов, которым даже на время со Стены некоторые выбирались. Но у нас на ногах не было знакомого с ним ритуалиста. Связь с Перекатчиком не работала.

В такой атмосфере деятельность начинала казаться немного обречённой. Это напомнило мне Оазис, от чего на душе сделалось ещё хуже.

А если ничего не сработает или враг придёт вовремя — Лифа с Мерлином готовила тёплый приём для старухи.

Но, к счастью, долгая модификация Альмы успела закончиться раньше, чем к нам пришёл враг. Когда таймер на терминале начал отсчитывать последние десятки секунд, все, кто был на ногах, кроме группы Лифы, ожидавшей противника, направились к местному терминалу юстициаров.

С надеждой, что Альму удалось спасти, иначе следующий удар Орден мог бы и не пережить.

Капсула модульно-синтетического терминала со щелчком и шипением отворилась. Мы замерли перед ней — обычно проходчик после улучшения мог встать и выйти оттуда. Прежде большинство терминалов, за редкими исключениями, восстанавливал здоровье и возвращал сознание.

Но наружу никто не спешил.

Не выдержав, я подошёл к капсуле, где в белом геле лежала обнажённая девушка со светящимися рогами.

Она смотрела на меня большими, меняющимися зрачками. Горизонтальный, вертикальный зрачок на жёлтом фоне. Зрачок символом «плюс». Затем закрутилась чёрно-жёлтая спираль и глаза поменяли цвет на спираль с бирюзовым и пурпурным. Цвета Мисы.

Лицо её было в порядке. Всё та же милая энирай. Рук и ног тоже правильное количество. Пальцев пять. Всё хорошо.

— Как ты? — спросил я.

— Это сложно описать словами, брат, — произнесла она после долгой паузы. — Но, кажется, здесь мой путь поиска себя заканчивается.

— Это хорошо или плохо?

Она улыбнулась.

— Теперь для меня всё будет по-другому… Могу я увидеть логи встройки, и что за фрагмент я получила? Чувствую себя иначе. Что-то внутри изменилось.

— Мракобестия. Помнишь существо из тьмы со светящимися каменными зубами? Он распадался на несколько своих копий, и смерть одной из них просто переливала силу в других. Они тогда нас заставили отступать в локацию с Орденом Тиши.

— Конечно, помню, — она привстала. В руки девушки сам прыгнул тарийский листвин — скрещенная с мантией броня. Серебристые сапоги ласточки тоже были рядом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Пойму, когда увижу логи, — сказала она.

— Ты понимаешь, что с тобой произошло? — спросила Тия.

Она подошла к подруге и начала помогать одеваться и вооружаться. Заодно вырастив растительный заслон перед ними. Я как-то об этом не подумал — слишком переживал за саму Альму, как за младшую сестру.

— Помню бой с предателями. Меня что-то задело. Вероятно, граната. Предположу, что вы не смогли меня воскресить сразу и потребовалось вмешательство терминала. Но не пойму, почему вы не использовали простую модификацию, не задевающую структуру развития. Мракобестия — сильное существо, а я получила новую генетическую ветвь.

— Всё немного сложнее, — поведал я. — Мы тебя едва не потеряли. Тот мод, который был сейчас встроен — единственный способ тебя вытащить. Мы не можем в данный момент искать другой терминал.

— Где мы?

— Десятый сектор.

Альма замерла и с удивлением посмотрела на меня.

— Как долго я была в беспамятстве?

— А ты вообще ничего не помнишь после того момента?

— Отдалённо… — нахмурилась девушка. — Мне снились кошмары. Много кошмаров, где всё вокруг состояло из уродливых монстров. Я думала, что погибла и оказалась в аду, но теперь понимаю, что это лишь морок…

— Ты говорила, что поняла ответ на вопрос — кто ты, и что твой путь поиска себя окончен.

— Скорее всего. Всегда есть шанс, что меня снова увлекут другие вопросы, — улыбнулась Альма. — Сейчас мне важно знать, что со мной и как это произошло…

Она коснулась терминала и начала читать логи встройки. На некоторое время мы все замерли в ожидании. По лицу Альмы было сложно сказать, угадали ли мы с модом, но постепенно черты её лица разгладились, а улыбка стала искренней.

— Это действительно лучший вариант из доступных. И в целом, это именно то, чего я хотела добиться сама. Хотя, конечно, использовала бы для этого другой фрагмент.

— Не парься так. Это модульно-синтетический. Юстовский, короче, который только тебя подпускает. Он, насколько я знаю, не использует сам фрагмент, а создаёт искусственную копию на основе. Так что мракобестией ты точно не станешь. Видишь, в логах встройки нет ошибки по мировоззрению и осознанности.

— И правда, — на лице Альмы было удивление. — Если так, то всё вообще шикарно. Я, наверное, должна благодарить эту гранату.

— Это была не граната, — сообщила ей Тия. — А концентрированная энергия стихии Созидания, которая вступила в контакт со структурой твоей души и дала развитие твоей амальгамической композиции.

— Так… понятно. Нужно попробовать, как это делается… Кстати, как?

Пояснений Система не дала. Альма напряглась и попыталась сосредоточиться. Затем махнула рукой, будто пыталась что-то выбросить из себя. Ничего не срабатывало.

— Тия, как ты это делаешь? — спросил она.

— Тебе не поможет мой ответ. Я концентрируюсь на подходящем теле и представляю себя в нём, пытаюсь ощутить себя им с помощью эмпатии. То есть перенять сенсорные ощущения тела. А перед этим насыщаю тело маной, конечно.

— Точно, мана! — просияла Альма, сосредоточилась и резко выбросила правую руку в сторону, швыряя сгусток черноты.

Послышался мелодичный голос Альмы — из чёрного сгустка, на глазах обретающего форму той же Альмы. Получилось немного грубо, и та сильно ушиблась о пол локации.

Но с этим девушка разобралась сама, собрав огни золотистой энергии жизни и применив их на себе.

— Работает, — не веря своим словам, сказала Альма, довольно улыбаясь.

Затем зажмурилась, собралась с силами и повторила жест левой рукой, выбросив из себя ещё один сгусток мрака. Поднялся лёгкий ветерок, сложившийся в спиральный узор из песка и пыли на давно немытом полу.

— Хою-ами! — произнесла тари с короткой белой стрижкой и кошачьими ушами. — Я снова Миса! Только… — она призвала артефактное зеркало, то зависло рядом с ней, позволяя рассмотреть свой новый облик. — Только поседела. Ну да, ещё бы, столько нервов. Ну и мордашка у нас у всех одинаковая. Сестрёнки, хех. Всегда хотела себе близняшку… ха-ха. Марнин-айрай…

— У-у… я? Это я? Всамделишно? — мягко произнесла вторая Альма. Она неверяще осматривала свои руки. — И в то же время не совсем я. Но я же — я?

— Даже не сомневайся! — показала большой палец седая Миса.

— Это так странно. Я вышла из терминала, а затем… выбросилась в сторону с уверенностью, что я Алихая. Я всегда была Алихаей, но почему-то считала себя Мисой в теле Алихаи.

— Вообще-то базисом тела мы обязаны ей, хотя твоя генетика там тоже имеется, — Миса кивнула на третью.

— А-а… где я? — спросила третья. — Что нужно делать?

— Делать? — удивилась Миса. — У тебя есть самосознание? Ты помнишь, кто ты?

— Я… помню холод. И долгий сон. Я же… часть группы. В голове будто дыра. Я была чем-то одержима и не контролировала, что я делаю. Ничего не понимаю. Помню, как стреляла… только из арбалета, а не винтовки.

— От твоей личности почти ничего не осталось. Но посмотрим, что с тобой можно сделать, — заявила Миса.

— Сделать со мной?.. — не поняла Альма. — Что? Постой… я была одержима тобой, да? Ты тёмный дух! Вот почему…

— Всё есть в твоей памяти, — оборвала её Миса. — Успокойся. По идее, ты — это я, так что база у тебя должна быть та же, что и у меня. Безжалостность должна работать. Вспомни, как её включать. Или возьми арбалет. С ним у тебя прояснится в голове из-за способности юста.

Кот понятливо протянул девушке её арбалет. И как раз вовремя, потому как вскоре им пришлось пользоваться по прямому назначению.

Послышался грохот и выстрелы. Это могло означать только нападение на Обсерваторию. Для старухи было ещё рано, а если это местные монстры — нам конец.

Но как оказалось, я был не прав.

— Прочь, насекомыши! — Рявкнула Фрау, и группу встречающих отбросило в стороны. Выполнявшие роль танков дендроиды на время вышли из боя, но стрелки Лифы и сама она продолжали поливать старуху пулями.

Та взмахнула ножницами — слишком быстро для старческого тела — и перед ней возникло силовое поле.

Затем старуха с невероятной скоростью прорезала пространство и прыгнула в портал, чтобы выйти прямо нос к носу ко мне.

Я удивился такому ходу, но не растерялся и бросил себе под ноги связку гранат. А сам перенёс сознание в растущий клон моего тела.

Как я и думал, предосторожность оказалась вовсе не лишней. Ещё до взрыва Фрау с немыслимой скоростью, разрубила ножницами мою копию.

— Ты заплатишь за содеянное, Арктур Алолесный! — пророкотала она скрипучим ледяным голосом.

— Вы напали, я защищался. Я в своём праве! — крикнул я.

— Ты бедствие! — послышался её голос у меня за спиной, но когда я обернулся, там никого не было. Настоящая же бабка атаковала с другой стороны и абсолютно бесшумно. Спас только покров.

Я ударил в ответ, направив на неё всю растительность вокруг нас. Активировал плач цикад и атаковал во всю мощь растительной цепи.

Из руки выстрелил Майр, но Фрау легко уклонилась и поставила между нами заслон ножницами. Ещё одно силовое поле.

— Ты никогда не меняешься, Артерикс! Настырно прёшь, куда не следует, каждую чёртову жизнь! — прорычала она. — А сейчас ты убил мою ученицу!

— Отдал Системе на перерождение.

— А учить её тоже заново будешь, умник?

Движения карги были совсем не старушечьими, да и не человеческими вовсе. Со змеиной резкостью и точностью она ударила ножницами сбоку, но я остановил её барьером в браслете. Тот напряжения не выдержал и осыпался.

Следующий удар последовал молниеносно, но замедлился в алом свете ионитов. Сайна применила остановку времени. Верней, её навык искажал время вокруг неё самой. Благодаря этому она смогла сравняться в скорости с Фрау, но всё равно проигрывала ей в технике.

Боевой опыт тысяч дней был явно виден по движениям старухи. Фрау отбила болт, пущенный Альмой из арбалета. В бою третья версия девушки вернула себе крупицы осознанности — глаза её заблестели, и она начала посылать болты со смертельной точностью.

Сайна тоже не прекращали пальбу. Судя по тяжёлым шагам, её гвардия робота из Вереск, Лорелей, синеволосой и бегущего за ними некрочешира была рядом с ней, охраняя жизнь механистки.

Каргу окружали, но та ловко вырвалась порталом и оказалась за спинами проходчиков. Взмах ножницами оборвал жизнь одного из киборгов, затем портал к раненому Манри — Фрау ловко насадила его на ножницы и резко развела рукоять, разламывая некродендроида.

Круговой взмах в попытке достать Рэйдала, но тому хватает ловкости уклониться. А старуха тем временем не глядя открывает портал и шагает назад, появляясь у меня за спиной. Приём не новый, так что там же она попадается в ловушку в виде облака незримой плесени.

Злобный рык, который не мог принадлежать человеку. Ненависть, разлитая повсюду, ощущалась физически. Старуха топнула ногой, поднимая вверх крупицы разбитого пола, и изо всех теней потянулась энергия, собиравшаяся в форму чудовищ.

На поле боя появились четыре крупных чёрно-лиловых полосатых саблезубых тигра, силуэты которых двоились в глазах. Сама старуха перешла в стихийную форму и втянулась чернотой в пол.

Поняла как-то, гадина, что угодила в плесень.

Я запустил миазмы циркулировать по кругу в локации. Само место работало на меня.

— Эти ножницы режут нити судьбы, Артерикс! Те, кто попадётся под них — не имеют будущего!

Вслед за этим послышался крик.

— Скольких ты готов потерять, друид? Или ты, как Аркфейн, кайфуешь от потери товарищей?

Послышался крик Листвички. По полу проскользил старый арбалет Альмы. Новый же выпустил ещё один арбалетный болт, больше напоминавший копьё. Фрау Труда отбилась барьером и коротким порталом перешла к эльфийке. Но та была готова к такому повороту событий и тоже обладала тысячами лет опыта.

Первая кровь в этом бою оказалась за ней. Увернуться до конца Фрау не смогла — фактически она вышла из портала под дуло. И сразу же раздался выстрел артефактной пушки, которая вырвала плечо вместе с рукой.

Как я и думал, под старческой кожей не было плоти. Лишь клубящийся мрак и сияющие белые нити. Думать, что это, времени не было.

Слышались крики и звуки идущего боя. Призванные двоящиеся саблезубые тигры набросились на остальных, насколько позволяли размеры локации. Синие росчерки пламени говорили о том, что Мерлин сражается с одной из зверушек. Белая взяла на себя вторую и проигрывала — пустота пробралась в её душу, и движения девушки стали нервными. Ещё двух монстров я не видел, но не сомневался, что они никуда не делись.

— Нужно было тебя стереть навсегда ещё в первый раз! — произнесла она и атаковала меня ножницами.

Удар отразил покров, а я ответил ей Майром. Но не успел. Раненое плечо старухи при этом уже практически заросло.

— Сколько раз, в скольких жизнях я должна повторять, что выхода нет⁈ Строители не задумывали выход из этого места! Путь в Стене должен был быть вечным! Его не существует! На дне нет ничего кроме моря цепей!

— Тогда почему вы не позволяете его увидеть?

— Потому что оно тебя сожрёт, глупец!

Мелькнула ещё одна стрела Альмы. Старуха отбила её ножницами, теми же неестественно быстрыми движениями. Затем отбила чью-то пулю и сходу рубанула меня. Но ножницы столкнулись с тяжёлой рамой огромного зеркала.

— Мы не будем здесь сидеть вечно! — зло прорычала Селена. — Да покарают бесконечные травы поправших волю мою!

Энергия магии природы подняла листья и травы, увеличила их прочность и множество зелёных игл вошли в тело старухи. От них она защитилась стихийной формой. Хищная тьма поглотила растения, после чего чернота ринулась ко мне.

Хочешь победить врага — удиви его.

Резко перехожу с энергии жизни на некротизм, и из обломков мёртвой древесины восстают два голема. Один из них — с источником магии. Он сразу же применяет волну магии смерти, которая прокатывается по спине другого некро-древня и уносится к карге.

Фрау резко с шумом выдыхает воздух — изо рта старухи вырывается чёрное пламя — один из гибридов стихии огня. Я пытаюсь поймать её побегами цветов зла. Пустота — единственное, что хоть как-то работает.

Неубиваемая тварь, в которой от бабки был только возраст и облик, передвигалась с немыслимой скоростью. Сайна без остановки перезапускала временные аномалии, чтобы позволить нам сравняться с её скоростью. И единственная надежда победить в бою с пришедшей слишком рано Фрау была в том, чтобы использовать наши преимущества — количество и контроль над локацией.

Несколько раз она порталами оказывалась рядом с механисткой и пыталась задеть проклятым кинжалом с чёрно-лиловым огнём. Но девушку хорошо защищало трио механизмов. Старуха и не настаивала — она ни с кем не вступала в долгое противостояние. Её тактика была во множестве быстрых болезненных уколов. Чтобы выбить сперва слабых внезапными ударами в спину, постепенно сокращая нашу численность.

Каждая такая жертва ложилась на мою совесть, потому как мы ещё не знали, можно ли будет как-то воскресить убитых этим артефактом. С Рейном пока не получалось.

Потерпев неудачу в попытке убить Сайну, она снова отыгралась на ком-то из группы Лифы, после чего получила стрелу крови и заряд универса от Элейса. Магию старуха погасила и впитала в себя. Однако заря универса был слишком быстр даже для её рефлексов и достиг цели.

Часть тела чудовища отвалилась и разлилась на полу чёрной жижей. Фрау даже не замедлилась и уже быстро регенерировала. Создавалось ощущение, что она давно потеряла привязку к форме и была чем-то сродни живого элементаля, который поддерживает форму старушки неким модом со свойством мимикрии, как каждый второй обладатель странных негуманоидных рас.

Проблема была не в том, что мы её не пробивали — изредка нам удавалось её поймать. Нас было слишком много, и даже сверхсущество, с лёгкостью отбивающее пули, не могло защититься от выстрелов и магии сразу отовсюду. Даже сама локация под воздействием «хищных земель» пыталась зацепить её чем-то или удержать.

Тем временем, потери в строю продолжались. Лифа второй раз поразила Фрау, причём на этот раз пулей с кровью ляпуса, но почти сразу поплатилась за это жизнью.

На короткий миг мне показалось, что это победа. Но наша противница оказалась крепче — она отделилась и принялась регенерировать от одних лишь ног. Саму Лифу же настигла кара в виде неизвестного заклинания карги. Эльфийку разрезало на множество тонких листов. Сверху на уже погибшую девушку зачем-то обрушились ещё и ножницы, а в бок Фрау вошёл болт Альмы.

Тело старухи дёрнулось, и в другой бок прилетела пуля с криотиком. Стрелком неожиданно оказался выживший тари. И вид у него был самый воинственный.

Фрау взмахнула ножницами, но в спину прилетела синяя стрела огня Мерлина. Если он осободился от сдерживания призванных монтров, значит справиться с ними как-то удалось.

Бой становился немного сюрреалистичным, но я уже видел его конец. Старуха была сильнее нас, однако не могла сражаться сразу с таким количеством окруживших её противников. Она не ожидала увидеть здесь такой комитет по встрече. Несмотря на всю свою силу и скорость, за всеми она не поспевала.

Разделёнными ножницами она отбила ещё несколько выстрелов, затем снова попыталась зарубить Сайну, поддерживающую постоянный перезапуск неприятной для неё способности с искажением времени. Снова столкнулась с роботами, зарубила новенькую синеволосую, отрубив голову и сильно повредив механизм в области живота.

Но робот был просто жестянкой, и забрать его судьбу она своим артефактом не могла. Всё острее становился вопрос выносливости. Кто первым выдохнется? Это натолкнуло меня на мысли об использовании этиний, и регение оказалось верным.

Первая же, сумевшая коснуться этого чудовища растительная пиявка аж засветилась от пожираемой прорвы энергии, а старуха будто стала чуть меньше. После этого она не пропустила ни одной этинии и отвлекалась на их устранение магией или уклоненялась от них.

Противнику приходилось тяжело под давлением группы.

Сгустком мрака она мгновенно перешла слева от меня и атаковала вновь. Защит уже не оставалось, но был старый трюк с переносом сознания в тело клона. То же, что было моим телом только что — было пробито насквозь ножницами. Затем Фрау резко их раскрыла, разрывая тело, и сразу же отхватила облако спор незримой плесени, а одержимый цветами зла древень, которым стало всё остальное, принялся её оплетать колючими ветвями, несущими мой гибрид мёртвой магии.

Урон пустотой старуха уже ощутила. Попыталась уйти коротким порталом, но что-то сработало не так, и она лишь отскочила на пару шагов. Подвижные ветви вновь взяли её в оборот.

— Меня так не убить! — крикнула она и отбила ещё один арбалетный болт. Затем резко разделила ножницы на два клинка и принялась с невероятной, запредельной скоростью освобождаться от пут.

Где-то рядом завыла призванная тварь.

Левитирующее зеркало Мисы настигло её со спины, повалив на пол. Из зеркала выскочила Альма с арбалетом. Следующая стрела была необычной — я узнал светящийся контур стрел «богоборца».

Увернуться она уже не могла на такой дистанции. На полу разлилась чёрная жижа. Тело старухи начало рассыпаться в мерзкую субстанцию из чёрной клокочущей слизи.

— Я… ещё… вернусь!… — прошипела старуха, ловя болт затылком.

На месте тела падшей богини осталась лишь лужа из чёрной мерзкой жижи с лопающимися пузырями.

— Тебе не покинуть это место, — послышался шёпот старухи где-то над головой. — Я буду забирать вас по одному!!

Некоторое время мы сидели в тишине, не веря, что жестокий бой с опасным врагом прервался. Наконец, Сайна спросила:

— Она что, всё? Или ушла?

— Ушла, конечно, — ответил я с сожалением. — Она, походу, тоже с кучей модов на бессмертие, так что всё не может закончиться так просто. Может, у неё где-то схроны с запасными телами.

— Но обещала вернуться, — добавила Тия.

Троица Альм переговаривались чуть в стороне от остальных.

— Как те, кого она успела зарубить? — спросил я у них.

— Я пытаюсь понять, — ответила та, что с рогами энирай. — Тела я восстановлю. Но здесь что-то нарушено с привязкой души.

— Давай попробуем связку с твоим перерождением? — предложила Альма с кошачьими ушами и посмотрела на Селену.

— Говори, что делать, Миса. Навык «природного перерождения» заново привязывает к новому телу, но иногда магия прописывает код.

— Она очень сильный проклинатель, — подала голос Тия. — Нам очень повезло, что я хаархус, а у Арка способность превращать проклятия в чистую ману. Но мы заблокировали сильнейшую ветвь способностей Фрау.

— Тогда понятно, почему она пошла в затяжной бой. Мы не должны были дожить до исхода.

— Проклятия должны были выкосить нас гораздо раньше, — подтвердила Тия. — Физические сражения с использованием ножниц — вынужденная мера, а не основной стиль боя.

— Мда… — покачал я головой. — Надеюсь, все помнят, что она обещала вернуться?

— Нужно уходить отсюда как можно скорее, — предложила Белая. — Альма прошла модификацию. Разбираться будем потом. Мы должны покинуть это место прямо сейчас!

— Я достроила башню, мы можем прыгнуть астральной тропой, — заявила Сайна. — Видимость сейчас неплохая.

— В следующий раз старуха придёт сюда не одна, если она не совсем тупая, — сказал Мерлин. — Иначе это будет самый скучный бой в истории.

— Я бы не назвала скучным бой с такими потерями, — сказала Тия. — Мы стали забывать, как выглядит смерть. Возрождения с магией стали нормой. Но я не представляю, можно ли вернуть тех, кому обрубили связь с материальным планом.

— Она ещё вернётся, и скорее всего с компанией, так что давайте постараемся сделать так, чтобы нас здесь к тому моменту уже не было, — сказал я.

— А что со взломом терминала?

— Я пытаюсь пробить ионическим кодом главный терминал сектора, Арк, — ответила Сайна. — Это задача на грани возможностей даже для меня. Если бы не логосфера, я бы даже не бралась. Но быстро точно не будет.

Её механические куклы сидели рядом с ней и ремонтировали друг дружку.

Значит, этот способ возвращения домой пока не рассматривается. Остаётся портал Селены, который сделает её бесполезной, или астральные переходы — мои и Белой.

Сейчас мана Белой была наименее ценной. Её запасы были достаточно обширны благодаря близкой к магии расе, мощным источникам и наследию её воплощений. Но все действительно затратные заклинания были связаны с Долиной, и для сражения ей было достаточно и меньших объёмов.

Поднялись на башню мы с Сайной и Белой. Здесь была устроена небольшая смотровая площадка. Холод был собачий даже с учётом стекла, которое добавила механистка, и пары обогревателей. Здесь температура падала ещё сильнее, да и с кислородом начинались проблемы.

Разгонять туман не требовалось. Видимость под спокойным ясным небом была и так идеальной.

— Ну что, приступим? — спросил я и первым глянул на Стену. За один раз все же прыгнуть не удастся. Нужно будет делать привал и там собирать ещё одну башенку. Или вырастить, если нужно будет сразу. Мифический амулет Селены у меня на шее воплотит всё мгновенно, но в разреженной ледяном аду это будет стоить мне запредельно много. Или самой Селене, но тогда проще будет сделать её травяной портал изначально.

Если бы Белая смогла поставить два портала… Впрочем, остаётся вопрос с тем, что ещё два прыжка астральными тропами придется преодолеть в соседнем секторе. Одиннадцатый сектор — ещё один сектор смерти. Будет ли там безопасно? Может, город там заражён хтонью, или там сидит банда бедствий-людоедов… всё может быть.

А какая там сложность? Будет ли где укрыться? В худшем случае нам придётся вообще пробежать этот сектор насквозь.

Технически, это два астральных пути для нас с Белой и один портал Селены.

Впритык.

А если двенадцатый сектор тоже гадюшник? А тринадцатый? Такой спринт мы не осилим. Плюс время… Оно у нас очень ограничено.

— Сколько будет стоить по мане? — спросил я.

— Треть, может четверть от запаса… — обрадовала Белая.

— Ого!

— Вода и снег благоволят мне, — улыбнулась девушка.

Она хотела было уже отойти от телескопа, но в последний момент застыла и резко повела вверх.

— Арктур! Здесь люди! Проходчики!

— В смысле? — удивился я и перехватил телескоп.

Белая указала на далёкую точку в небе. Я посмотрел туда и увидел приближение крупного летучего корабля. Он держался в небе над Стеной и двигался медленно, будто прощупывая под собой воздух и опасаясь внезапной атаки.

— Похоже на культуру сорамин, — сказала Сайна. — Но с сильными изменениями и доработками. Над этим кораблём хорошо потрудился сильный механик. Вижу влияние других культур. У вороньих технологий никогда не было турбин и понятия форсажа на их основе. Они крайне редко скрещивали электричество с другими источниками энергии. Интересно, а батареи тамарские, или нашлось решение получше? Возмущения в эфире такие, будто там всё ещё родная система, но как-то хитро модифицированная…

— Значит, проходчики, — понял я главное. — На всякий случай, готовьтесь к тёплому приёму.

Новость пролетела по остаткам рейда. Но боя никто не хотел. И так на хвосте эта бешеная карга. Так что с любым, кто летает на этом судне, нужно пытаться договориться. Если нет — попытаться захватить корабль. На самом деле, я был почти уверен в этом варианте. Кто попало не стал бы просто так лететь в такое опасное место. Должна быть причина, почему они здесь.

Например, это может быть банда головорезов, отправленных старухой. И этот вариант казался мне наиболее вероятным. Так что нужно заранее продумать, как захватить судно с минимумом повреждений.

Конечно же, как водится на Стене, ничего из этого нам не понадобилось, и решать пришлось вообще совсем другие задачи.

— Они останавливаются, — сообщила Сайна. — Хм…

Затем она удивлённо подняла брови и посмотрела на меня:

— Арк, глянь-ка!

Наверху медной посудины в стимпанковском стиле, с развевающимся чёрным плащом стояла фигура в белой маске.

Странник помахал мне рукой, будто знал, что за ним следят, и ткнул пальцем себе под ноги.

Я сперва подумал, что он намекает на корабль, который привёл сюда. Но затем я посмотрел ниже и вздрогнул. Примерно посередине между нами и кораблём невесть откуда взявшегося Странника было пространство, в котором угадывалась аномалия.

— Гляньте на Стену. Вы тоже это видите? — спросил я у девушек.

— Да… — растерянно сказала Сайна. — Только что не было. Что это?..

— Аномалия, — нахмурилась Белка. — Интересно, что она делает?

Ответ пришёл вместе с первобытным рыком неведомого зверя. Часть Стены заходила буграми, и в следующий миг из камня, будто из жидкости, вынырнул ирреал. Огромный, почти титанический, метров десять шириной и раз в двадцать больше в длину.

— Арк! — протянула ко мне левую руку встревоженная Белая.

Способность девушки позволила мне увидеть мир её глазами. Из серого камня вынырнула длинная рыба, что-то вроде угря с зеркальным телом и ярко горящими неестественно насыщенным алым цветом гребнем и плавниками.

Красный цвет приковывал к себе взгляд. Хотелось смотреть на него, как на чудо, запоминая оттенок и яркость. Но я уже знал, чем заканчиваются встречи с ирреалами, и заблаговременно закрыл глаза.

Сверхъяркая насыщенная краснота никуда не исчезла. Я продолжал видеть движения угря, но уже за закрытыми глазами. Это меня не на шутку встревожило. Свежи были в памяти эпизоды с прорастающей асторией. Древнее оружие деирдре тоже начало уничтожать группу Морганы с разума её лидера.

К счастью, вскоре существо прочертило алую петлю прыжка и вновь скрылось в камне. Рядом по поверхности Стены были хорошо заметны кружащие плавники кого-то, кто ждал нас, если мы посмеем оказаться рядом.

Края аномальной области оказалось найти не сложно. Там, где плавали ирреалы, камень слегка подсвечивался. Самую малость, но с учётом размеров это было заметно.

«Истинное имя» в системном интерфейсе показывало название чудовища:

Угорь Сомнамдуса #211 [айфольносиликатный энергоирреал]

Уровень угрозы: 121 451

Свойства не распознаны.

Корабль всё так же висел в воздухе, но опустился чуть ниже. Садиться он, впрочем, не собирался, только демонстративно опустил лестницу, намекая на то, что подберёт нас, когда мы сами окажемся в нужном месте.

— Прыгать астральной тропой всё равно придётся, — подытожил я свои наблюдения.

— Я всё сделаю, — кивнула Белая. — У меня ещё останутся силы для боя, если это враг.

— Не думаю, что Странник мог к нам привести врага, — покачал я головой. — Мы уже много раз сражались спина к спине. Хотел бы нас предать или подставить, тысячу раз бы это сделал.

— Он может и не знать. Мы не можем доверять незнакомым проходчикам.

— Мы и не будем. Полетим в недоверии, — хмыкнул я. — Главное, чтоб полетели. Готовь портал, а мы соберёмся пока. Бешеная бабка может появиться в любой момент.

— Главное, чтобы ему можно было верить, — ответил я и взялся за лестницу.

Странник махнул рукой, и, хоть я не мог видеть его лица, мне показалось, что он улыбается. Из камня вдруг выскочила золотая рыбка, целиком проглотила его и устремилась вертикально вверх, на корабль. С золотистой вспышкой она вошла в корабль, и тот немного дёрнулся.

Мне послышалось, будто наверху матом выругалась какая-то женщина.

А я вдруг понял, где Странник смог себе раздобыть такую странную способность с перемещавшей строго по вертикали волшебной рыбой. Блин, а ведь это всегда был ирреал! Просто она была привязана к его золотому цвету.

Я начал подниматься наверх. Внизу подходили остальные. Белая, Тия с Аморией, Альма, Мерлин и Тео, который наотрез отказался оставаться в убежище в критический момент.

После того, как мы его не бросили и вернули к жизни силами Селены, он проявил удивительное понимание зависимости жизни его подруги от Альмы. Хотя зря он вообще в этом сомневался — даже будь я прожжёным эгоистом типа Аркфейна, фиг бы я захотел избавиться от связанного со мной могущественного боевого мага.

Последним с собой я хотел взять Хантера, но его силы к нему ещё не вернулись, а без них гораздо разумней будет взять Кота как более опытного боевика.

Вид сверху вниз открывался удивительный — будто мы находились на белом островке посреди кишащего странной рыбой озера. Общий размер аномалии потрясал и растягивался на километры.

Белая светящаяся трава уступила место снегу. Мы окончательно покинули Долину и вернулись в реальность десятого сектора. В холод и разреженный воздух…

Мы поднялись на крышу корабля, где нас встречал высокий темноволосый мужик с аккуратной ухоженной бородой.

— Ну что, добро пожаловать на борт Навуходоносора. Я свободный верификатор Сириус, но почему-то меня чаще называют «Зовущий Птиц», — произнёс он и протянул мне руку, помогая подняться.

— Арктур, Орден Смотрителей. Пытаемся пройти Стену, — коротко представился я уже наверху.

— Август мне описал вашу ситуацию. По себе знаю, каково это — застрять посреди вершины Стены. Надеюсь, мы сойдёмся в цене.

— Нам нужно попасть в четырнадцатый сектор, — сказал я. — Можно и ближе, если вам известно место, где можно спуститься до Чёрной Дороги.

— Так то её и в четырнадцатом нет. Там путешествуют через десятый. Потом своим ходом к краю сектора и выйдете на Чёрную Дорогу в пятнадцатом, — задумчиво сказал Сириус.

— Я так и планировал, — кивнул я. — Хотя, если с четырнадцатым сложности, то может, лучше сразу лететь в пятнадцатый?

— Не, это плохая идея, — поморщился Сириус. — Мы его проходим через эфир, чтобы лишний раз не провоцировать местных. Четырнадцатый сейчас гораздо приятнее. Раньше, конечно, адское было местечко, но сейчас получше. Высадка там будет спокойной и обойдётся вам дешевле. Летучие кошмары не трогают людей… и то, что похоже на людей.

— Хорошо, тогда, как договорились, в четырнадцатый. Что хочешь за помощь?

— Я не привередливый. Фрагменты, артефакты, другие ценности. Не берём слишком опасное и объёмное барахло — место в трюме не безгранично. Как насчёт фрагмента левиафана? — на лице бородача появилась хитрая ухмылка.

— Исключено, — сразу отрезал я, хотя, если припрёт, то в целом я был готов расстаться с лутом мегалодона. Хотя на него у меня уже были свои далеко идущие планы.

— Ну да, ну да, — усмехнулся Зовущий. — Давайте-ка я вас провожу в каюты, там и продолжим. Думаю, что-нибудь придумаем, чтобы договориться.

Он бросил голодный взгляд на Сайну, скользнул глазами по её соблазнительной фигуре, но интересовала его не девушка, а модифицированный экзоскелет на основе технологий селенитов и ионитов с тамарскими батареями и эридианскими щитами. Зависшие за её спиной дроны тоже смотрелись внушительно, а направление развития у обоих механистов шло совершенно по разному, так что они вполне могли бы обменяться технологиями.

Затем взгляд глаз, в которых заискрились молнии, выдавая общие модификации с энергетами, остановился снова на мне.

— Идём, покажу вашу каюту. Места у нас не много, так что ночевать придётся в тесноте…

— Это не совсем запах, — пояснил он. — Его воспринимает что-то в мозге и воспроизводит. Тебе кажется, что ты чувствуешь запах, но на самом деле никакого запаха нет.

— Скажи, Странник… — я задумался, формулируя вопрос. — А почему всё ирреалы похожи на рыбу? В десятом секторе в логах про генератор в скобках было написано, вроде бы, про двойную цепь цвета, захватившую его. Да и летающая рыба без воды никого не удивит. Какой-то виток их эволюции?

— Не знаю, Арк… хороший вопрос. Никто до конца толком не знает, что они такое. Здесь верили, что это двойной цвет. Ты можешь верить, что это двойная рыба. Мне нравится.

— Рыба — это просто вид биологической цепи, а на муталисков они не похожи, — заметил я.

— Совсем не похожи. — усмехнулся Странник. — Но это вопрос не по адресу. Десятый сектор стал таким задолго до меня.

— А как давно длится это твоё воплощение? — заинтересовался я.

Странник заложил руки за голову. Белый шарф на нём, словно живой, перебежал на более удобное место.

— Я не помню точного количества дней, давно сбился со счёта. Но империю Гильгамеша я застал уже руинами. Третий долго держался. Шестой пал почти сразу после моего появления.

— А прошлая жизнь? Тот сирименталь?

— Тогда я был больше похож на Альму и пытался найти себя. К счастью, я оказался не амальгамой, и невидимый для Системы амарантин сопровождал меня в каждой из жизней по праву.

— Может, ты помнишь, как попал сюда?

Где-то за окном ударила молния и разразился гром, как перед дождём. Свет в лампах вновь замерцал, но пока гаснуть не собирался.

— Помню, что плыл на Акинор… это такой континент в моём мире. Не знаю, как сейчас, но тогда никто не знал, что там. В общем, долгая история. Я помню, как плыву туда, а затем провал в памяти до первых фрагментов первого воплощения.

— Насколько я понял, основная масса проходчиков — пришли с одной версии Земли. Тебя на Стену забросило позже, получается?

— Да, в моей памяти нет ничего от временах, когда этот мир работал исправно. Но помню, когда он работал намного лучше.

— Если добавить к этому историю Тео и Серой, или наших мельхиорцев, получается, что Стена нашла способ как-то добывать духовный ресурс за пределами этой планеты?

— Да… ты прав, — задумчиво покивал Странник. — Впрочем, не удивлён, ведь она может как-то возвращать тех, кто каким-то образом сбежал со Стены, но оставил на себе её метку.

— Брр! — проняло Сайну. — Почему-то представила, как живу я себе нормальную счастливую жизнь, выхожу из душа с халатом на голое тело и вдруг оказываюсь в локации где-то на пятом. У некроморфов, которым плевать, как я выгляжу, но без брони вкуснее.

— С учениками Гильгамеша так и произошло. Говорят, по легендам Эхмея и Меас бежали отсюда в иной мир. Теперь знаю, что речь скорее всего шла о Зехире.

— В моём мире это было шесть тысяч лет назад, — послышался голос Тео.

— О, очнулся. Ты предпоследний. Доброе утро, — приветствовал его Странник. — Остался только Мерлин.

— А сколько мы так провалялись? Что это вообще было? Я видел какой-то бредовый сон с килькой.

— Все видели рыбу. Где-то часов пять или шесть. И ты не спал. Никто из нас не спал в этот момент. А если бы спал, ему снилась бы рыба.

— А что я делал?

— Не знаю, я тоже потерял около четырёх с половиной часов. Они поглощают память о большей части встречи с ними.

— И всё?

— Да, они безобидны, если не проявлять агрессию в их адрес. В общем-то, они зеркалят твоё поведение. Если бы кто-то из вас искренне их ненавидел, его ждали бы незабываемые четыре часа галлюцинаций с поиском глубинных причин, как так вышло. Этот ирреал питается страхом и ненавистью. Ну, в числе прочего. Так говорят. Но если ты их не испытываешь, то они идут мимо.

— С чего бы мне ненавидеть рыбу?

— Ну, всякое бывает, — развёл руками Странник.

— Вот по этой причине проще отдать пару часов, — произнесла розововолосая Айна в чёрной броне.

Я не слышал, как она открыла дверь нашей каюты. Хотя, судя по её виду, это случилось не только что — она стояла уже у распахнутой двери, я просто этого не заметил и не услышал её открытия. Что-то со мной всё ещё не так после этой рыбы.

— И часто такое? — спросил я у неё.

— Вы счастливчики. Это второй раз, когда мы встречаемся с ними, — улыбнулась Айна. — Это механизм взаимодействия ищеек с их добычей. А их добыча — это всё, что желает им зла или ужасно боится. К счастью, речь не о нас. Они питаются другими ирреалами в этой области. Проходчики действительно не имеют привычки испытывать личную ненависть конкретно к этой рыбе.

— А страх? — уточнила Сайна. — Мне было страшно до чёртиков.

— Для тебя это страх перед неизведанным, а для добычи — перед сверххищником, который уничтожает твой вид поколение за поколением, — пояснила Айна. — Поэтому весь твой страх, поглощённый рыбой, вылился в эпизод из прошлого с элементом лёгкой шизофрении. Я уже дважды проходила через это.

— А теперь всё, или ещё к чему-то готовиться?

— С местными тремя чудесами мы уже не повстречаемся, — сказала она. — Я пришла ещё сообщить, что через час мы будем на границе секторов. Мы входим в одиннадцатый.

— А что будет там? — спросил я. — Кстати, три чуда это что?

— Ох… начинаю понимать, почему Сириус отправил к вам меня… — тяжело вздохнула Айна. — Зачем вам знания о десятом секторе?

— Любопытно, — с горящими глазами сдала нас Сайна.

Действительно, нам эта информация была не за чем. Но такой довод, на удивление, подействовал.

— Это один из первых павших секторов-заповедников. Здесь зародились три тёмных чуда. Уникальные цепи, которые не встречались больше нигде.

— В прошедшем времени?

— Теперь ирреалы плавают по многим секторам с высокой сложностью. Кроме пересбора их ничто не выгонит, если монстр уже заплыл в сектор. Просто держит согласно уровню сложности. Сейчас они, как техноцит — живут в секторе, и Ссистема игнорирует наличие их цепи в списках монстров.

— Они не занимаются активной ассимиляцией, — заметила Сайна.

— Да, поэтому Системушка и закрывает глаза на это непотребство. Два других чуда более разрушительны. Айфоли сильно вредят прочности и физически ломают Стену, приближая её конец. Ну и маггиты. Третье тёмное чудо, которое когда-то было только здесь, а теперь гуляет по многим секторам.

— А что они такое?

— Я знаю три версии их происхождения. Каждая сестра выдаёт свою…

— Сестра? — слово показалось знакомым.

— Ой, всё, я пойду, наверное, пока мне не прилетело за длинный язык, — Айна всплеснула руками и начала выходить из каюты. — В общем, через час будьте готовы. Для перехода нужно спуститься и пройти сканирование. Это безопасно.

С этими словами она вышла, не прощаясь, только пробурчав себе под нос «Нашли кому доверить, блин…»

Я усмехнулся. Любимая фраза Сайны.

Все любопытные взоры уставились на Странника. Но тот только развёл руками.

— Всем доброе утро. Как спалось? — улыбнулся он с толикой ехидства. — Мне сегодня снился отличный сон, как я с батей ходил на рыбалку! А потом мы ели отличную уху!

— Ты, наверное, мне не поверишь, но мне тоже сегодня снилась рыба, — улыбнулся я.

— Какое удивительное совпадение, — криво улыбнулся Зовущий Птиц. — Одевайтесь теплее, Система должна просканировать вас у перехода.

— Это нужно у каждого сектора? — спросил я.

Погода над Стеной быстро менялась. У перехода между локациями была метель. Пока только начинающаяся, но очень скоро она станет настоящей бурей. Вокруг корабля было нечто вроде силового поля. Внутри него, даже стоя на крыше, мы держались уверенно и нас не сносило в стороны, а также поддерживалась нормальная атмосфера и температура.

Но стоило спуститься ниже, как на наши плечи обрушился ледяной ад.

Я совершил большую глупость и прыгнул вниз в стихийной форме. Споры в процессе быстро затвердели и я едва не погиб самой глупой смертью от обморожения.

К счастью, почувствовав, что споры лишайника замерзают, я вновь вернул себе человеческий облик и закончил спуск с включенным антигравом.

Рядом оказался Сириус. Он тоже прилетел вниз своим ходом и встал у мерцающего полупрозрачного барьера, разделяющего сектора.

Перед ним появился крупный терминал, выехавший на ножке из Стены.

Модуль ключа считан, верификатор Сириус. Доступ подтверждён.

Модуль ключа считан, аудитор Арктур. Доступ подтверждён.

— О, у тебя тоже есть, — улыбнулся хозяин судна. — Это хорошо, проверка пойдёт быстрее.

— Кстати, вам не нужно проводить сканирование? — спросил я.

— Нет, мы, можно сказать, купили себе временный пропуск. У следующего барьера всем выходить уже не обязательно, хотя, если у тебя тоже ключ, то лучше сходим вместе. Система бдит, чтобы монстры из разных секторов не смешивались… Кстати, здесь не все.

Я обернулся к спустившимся членам своей группы.

— Тео не нужно, — пояснил я, поняв причину вопроса.

— Ну вообще, всем нужно, — не согласился Зовущий.

— Кроме него, — кивнул я. — Система его не видит, так что он может ходить между секторами без разрешения.

— Интересные люди у тебя в команде, — сказал Сириус.

— У тебя тоже.

— Ну, это ты ещё всех не видел, — усмехнулся он. — Ладно, если это не прокатит, сам будешь объяснять моему навигатору, почему мы вписались в барьер, а не прошли сквозь него.

— Обязательно.

Нас укрывала моя утепляющая аура. «Внутреннее тепло» работало на полную, но всё равно это толком не помогало.

Система пробежалась по остальным, выводя список имён моей команды. Чуть дольше задержалась на Альме. Селену среди остальных никак не выделила и спокойно выдала подтверждение.

Затем я подошёл к барьеру и первым попытался пройти за него. Это легко мне удалось. Пропуск действительно был выдан. Затем прошли и все остальные, один за другим.

Корабль над нами тоже прошёл на ту сторону совершенно спокойно. Мы пересекли разделявшие барьер врата. Ничего особенного в процессе не было. Корабль снова застыл на той стороне.

Сириус хмыкнул.

— Добро пожаловать в одиннадцатый — сектор смерти. Теперь поднимаемся обратно.

Мы вернулись на корабль и снова заняли свои места за столом. Перекусили — я доставал пищу из убежища через дыру.

— О, совсем позабыли об этом с теми ирреалами. Как раз хотел предложить, — улыбнулся Сириус. — Но раз вы уже сами нашли чем перекусить…

— Угощайтесь, — предложил я.

— А откуда ты берёшь эту еду? — заинтересовался Сириус. — Пространственный навык или воплощение?

— Пространственный навык, — ответил я и понял что мой ответ его порадовал. — У меня в другом мире волшебные существа готовят.

— Интересно. Видимо он совсем небольшой. Призыв локаций здесь невозможен.

— Почему, кстати? — спросил я.

Зовущий Птиц усмехнулся.

— Это не от нас зависит. Мы летающий объект вне прямого контроля Системы. Она не может тебе обеспечить летающий аналог того что у тебя есть с собой. Только если это чисто стихийная способность с поддержкой полётов.

Полёт над одиннадцатым сектором был довольно мрачным. Запустение виделось практически во всём. В трещинах, идущих по Стене, в в следах выжженного камня в местах старых битв.

Долгое время мы просто летели, тоскливо смотря в окна на однообразный пейзаж.

Это была самая спокойная часть пути, которую мы очень зря не оценили. На пятидесятом километре на нас напали летуны. Здесь фауна уже работала как надо и крылатая угроза существовала.

Странник появился рядом, предупредив, что нашей помощи не требуется и разговор пойдёт пойдёт без нашего участия.

Под разговором подразумевался бой с тремя крупными летунами. И нашего участия действительно не требовалось — с противником разобрались орудия корабля. Жаль, зрелище особенно рассмотреть не удалось. Видел только вспышку молнии, что по словам Сайны не удивительно для технологий сорамин.

Затем — ещё километров двадцать спокойного полёта и снова налёт. На этот раз в виде мелких мутантных птиц с неестественно-ярким оперением. Эти были мелкими и против них применилось похоже, нечто массовое. Наше участие вновь не потребовалось. А пару фрагментов «куриц», как их назвала Айна, перепало нам. Просто так, на память. Судя по всему, у них этого добра было навалом.

— Что это за сектор такой? — спросила Сайна у неё. Я тоже заинтересованно прислушался к их разговору. Девушки вообще поладили, как я и думал.

— Он тоже пал очень-очень давно. Не так давно как заповедный сектор, но тоже задолго до нас. Здесь в основном было буйство Цвета и кризис ирреалов. Скорее всего, сектор пал во многом из-за прорыва чудовищ оттуда. Здесь почти тот же набор цепей, только айфолей нет, так что можно твёрдо стоять на ногах. Правда, зато есть люмены…

— Интересно, что здесь случилось?..

— Об этих секторах вообще известно очень мело, — посетовала Айна. — Скоро будем пролетать город — смотри внимательно. К сожалению мы будем там к вечеру, так что лучше долго на них не смотреть. Они могут утащить твою точку сборки и ничего кроме этих ирреалов видеть ты больше не будешь.

— Тогда зачем на них смотреть?

— Красивые, — пожала плечами Айна. — Главное не погружаться сильно. Хоть раз в минут пять-десять смотреть на мир вокруг.

— А маггиты? Они где? — спросил я, вернувшись к нашему попутному квесту.

— Не волнуйтесь, мы обязательно встретим их дальше.

— Можешь описать встречу с типичным представителем?

— Ну, помню черепаху. вызывающую к себе аномальную ненависть. Проходчики бросались на неё будто это последний бой в их жизни, тратили все силы, которые впитывала черепаха, потом об неё убивались физически, пытаясь уничтожить, а затем уже если кто-то выживал, они переходят в наступление. В реальном бою слабое существо с невероятно огромной защитой.

— И на что ты нас подписал, Арк? — спросила Сайна.

— Ну, черепаху убивали тяжёлым орудием, так что если мы встретимся с ней — это будет большая удача. Они уязвимы для крупного калибра, и их радиус поражения значительно меньше, чем дальность орудий.

— Есть какие-то особые места обитания?

— Они не летуны, так что по всей поверхности, когда выбираются поохотиться на птиц. Или они на них, бывает по разному…

Будто услышав наш разговор, мелькнул свет, после которого послышался голос Сириуса по динамику:

— Всем кто хотел поучаствовать в охоте — добро пожаловать наверх.

Из команды Сириуса был только Валотор. Да и то в качестве наблюдателя. И не потому что им было лень, скорее кто-то должен был следить за небом, чтобы нам в спину внезапно не ударили летуны.

К счастью, нашим врагом была не та хтонь, о которой говорила Айна. Маггитом, а точнее существом с тремя цепями и чисто боевым умением воровать копировать чужие способности.

— Это кристомаггит. Вид называется ящид. Очень тупое существо, достаточно медлительное но неприятное для магов. Один из слабейших гибридов маггита. Я думаю, победа над ним не составит для вас труда, если слухи о короле Алолесья не преувеличивали.

— Мы просто делаем свою работу, — пожал я плечами.

— Коростический ящид, — произнесла Белая. — Заражает серой хворью. Что такое серая хворь?

— А, точно. Это коростический. С каменной коростой. Такое окаменение заживо. Медленное но плохо лечится. Но это только если подойти к нему вплотную.

— Хорошо что ты не вспомнил этого после боя. Решили нас убить?

— Правда забыл. Заразные редко встречаются наверху, а внешне их не отличить. И такого мне наверное ловить не нужно.

— Нет, такой только один, — произнесла Белая и схватила меня за руку.

Перед глазами замелькали системные оповещения с существом одиннадцатитысячного уровня. Те что без заразы — восьми. Так что раздающий заразу был чем-то вроде вожака.

— Предлагаю использовать автоматичекое оружие, затем если мы хотим захватить нескольких из них, можем попробовать криотик или яд ляпуса.

— Яд точно не нужно, — остановил я растрату ценнейшего ресурса.

— Не стоит тратить такие редкие вещи, — согласился Валтор. — Это действительно слабый маггит. Я могу обойтись без пленников.

— Да не, — отмахнулся я. — Если нужно то это не сложно, просто ману тратить не хочется.

— Только на них её не направляй, — напомнил он.

Я посмотрел на трёхметровое чёрное тело с бирюзовыми разломами и сверкающими будто морская волна в свете солнца кристлаллами на плечах, спине и массивных руках. Передвигались они как обезьяны, но морды скорее как у ящеров.

В дальнейшем охота проблемой действительно не стала. Призыв древней, которые затем превращаются в силки. Да, монстр тут же скопировал и отправил мне в ответ.

Передо мной возникли два древня — монстр смог повторить даже то что они были пропущены через силу амулета Селены и несли в себе усиливающие руны.

Результат это принесло монстру не очень хороший. Древесные существа распознали хуорна и сразу же перешли на мою сторону.

Когда стало понятно, что монстры тупы настолько, тактику резко сменили и пленили с десяток существ явно перевыполнив план.

Особенно радовало, что вели себя эти маггиты как мобы в играх — то есть бросались только если их атаковали, но на помощь товарищам никогда не приходили. Могли только сорваться если оказывались совсем рядом.

Настроение поднялось. После рассказа Айны я уже начал думать что меня ждёт какая-то большая подстава, но монстр был действительно сильный, но легко попадающий в ловушку.

Пара фрагментов досталась нам но за помощь в сборе пленников обещали приплатить своими фрагментами на выбор.

Затем Валтор начал делать то, ради чего они были нужны живыми — собирать в карты. У него была некая способность, благодаря которой он запечатывал чудовищ в рисунке.

В это время на нас решили вновь напасть птицы неведомого типа. Верней, на корабль, который вступил с ними в бой. Наверху разыгралась битва, в которой я увидел разряды электричества и могущественного мага воды, призывавшего мощную маги с визуальными эффектами и хлещущей вниз водой.

Затем чудовища перешли в ближний бой и попытались порвать корабль на части, но сработал мощный силовой щит, напомнивший как Стена уничтождала пятна и других лезущих куда не просят существ.

Последние нападавшие падали на собравшиеся внизу иглы из застывшей в падении воды.

После этого корабль чуть отлетел и мы забрались наверх.

Результатами похода все были очень довольны. Нападавшие птицы тоже были повержены относительно легко. Разобравшись с лутом, мы вновь отправились тянуть время у кают, в полумраке среди тусклого серого неба.

Локация был мёртвой и пустынной. Бесконечная белая полоса заснеженной дороги тянулась куда-то далеко за горизонт. Вечерело. Мы приближались к городу…

На месте мы оказались почти к ночи, как и говорила Айна. Она тоже была тут как тут, чтобы напомнить о своём предупреждении, когда внизу начал разыгрываться театр огней.

Город одиннадцатого сектора был самым странным и зловещим из тех что я видел. Все здания выше второго этажа были снесены, и преобладали одноэтажки. Но они не темнели в ночи. а напротив, светились с яркими неестественными оттенками.

Цвета были словно витражи, окружавшие стены. Нас внезапно окружили звуки джунглей и тропиков. Звук нарастал, а среди гармоничных витражей из света разных цветов начали проступать образы птиц. Они были чёрными тенями, снующими между домов.

Стоило засмотреться на них, как я ощутил псионическое влияние — головокружение, беспричинные волны страха, хаос спутанного сознания, который внезапно начал поднимать по мне панические мысли о прошлых ошибках и будущих угрозах.

Затем начало казаться, будто я сам вовсе не на корабле, а бреду где-то по лесу, в окружении тёмных птиц. И тогда я от греха подальше отвернулся.

Звуки и запахи леса начали быстро пропадать и возникло сильное желание повернуться обратно и ещё немного побыть там, в том красочном мире страшной но красивой тропической сказки.

Ещё через минут десять до меня дошло, что настолько сильные эмоции тоже были наведением. К счастью, расстояние и моя ментальная защита справились. Почти. Глаза всё равно норовил скосить в сторону окна.

Наверное остальные чувствовали нечто подобное, потому как корабль надолго погрузился в молчание.

Я не знаю в какой момент я провалился в сон. Снились мне невероятно яркие, красочные сны про сюрреалистичные джунгли с невозможными цветами. Будто мы застряли здесь как в Оазисе и несколько тысяч дней пытались выбраться отсюда, но никак не могли найти дорогу.

К счастью, это действительно был только сон. Пусть и очень долгий, с обилием подробностей, но когда я пробудился, всё сразу встало на свои места.

Тем не менее, утро началось рано и с хороших новостей. Мы никого не встретили за время сна, целых шесть часов корабль летел не влипая в неприятности. И наверное летел бы дальше, если б не охота.

На горизонте появились новые маггиты, только более жирные, с более хитрыми свойствами. И эти уже были на порядок сильней предыдущих. Впереди был ещё долгий путь, и похоже нам удастся неплохо в нём заработать. А затем или терминал ионитов или… нам вдвойне нужно заполучить терминал Ёрша!

— Этим сектором смерти когда-то правил демонолог, и большая часть цепей — гибриды бездны и демонов. Скверноботы, хтонии, даэдра, инферналы и всё вот это вот, — красноречиво сказала Айна. — Но вы не волнуйтесь, опасные места мы проскочим Эфиром. Вниз к ним лучше не лезть, у них тут уже не совсем Стена.

— Это как? — спросила Сайна.

— Стена давно потеряла здесь свою власть и управляет только островками. Иногда пытается подтянуть пересбор. Местные монстры ниже шестого этажа живут согласно законам природы и по праву сильного. Пересборы редки. Монстры охотятся друг на друга.

— А сложность? — спросила она.

— Система определяет превышение сложности тысяч на пятьдесят. Но на деле мы понятия не имеем, как она считает, не видя половину своих владений в месте, где начиная с третьего этажа сила монстров не коррелирует с ним и зависит только от того, какой клан демонических порождений этим этажом владеет.

Сектор действительно был странным. Примерно через пятьдесят километров привычный холод Стены начал ослабевать. А примерно на сотом — стало знатно так припекать и мотивировало раздеться.

Айна, как обычно присматривающая за нами и отвечавшая на вопросы нашей рыжей механистки, не расставалась с её подарком — портативным кондиционером на основе технологий саахаров и тамарцев. Должно быть в этой чёрной броне ей очень неуютно.

— А какой он, ваш сектор? — Сайна всё ближе подбиралась к самому сокровенному. Причём механистка не была большим хитрецом, наоборот, она всегда была довольно прямолинейна. Хватило просто большого любопытства и быстро зародившейся между девушками дружбы.

— Да обычный… — отмахнулась она. — Правит всем корректор Лысый. Раньше я считала его конченым мудаком, но после того, скольких владык я повидала, понимаю, что мужик делает, что может. Хотя, конечно, семнадцатым повезло больше…

— Корректор Август?

— Пока все выживают, они пытаются строить утопию. Я люблю собирать истории о жизни разных секторов, представлять себя в них… ну, просто думаю, как бы сложилась моя жизнь там. В конце концов, я в любой момент могу действительно оказаться в одном из них… Так вот, таких утопий я больше не видела.

— А много вы повидали секторов?

— Больше, чем многие, но меньше, чем хотелось бы, — улыбнулась рогатая красавица в чёрной броне с пауком.

На самом деле, скорее всего с двадцатого по десятый. Может быть по седьмой, не зря его упомянул Сириус. В двадцать первый они вроде бы не летали, в двадцать второй — точно нет. Иначе Тия была бы в курсе.

— Интересное решение в мире, где все стремятся идти вниз.

— Ну, нам повезло найти кое-что… Да и не сиделось мне в девятнадцатом, чего уж там. Корректор Лысый порой чересчур старается всем помочь правильно жить. А он… невероятно сильный и очень деспотичный псионик. Все должны работать, пища по расписанию, общее дело… а как же романтика? Творчество? Мне вот, музыка всегда нравилась… А у вас как?

— У нас в секторе нет единого лидера. Только очень сильные фракции, которые конкурируют друг с другом. Кто не хочет работать на фракции ходить сам, но это риск. Кто не хочет ходить в Стену, занимается крафтом и бытом. Творчество… если есть за что жить, хоть пой хоть пляши, — поделилась Синица.

— И никто тебя даже гонять не будет за тунеядство? Мне уже нравится. А какие фракции? Получается, нет единого владыки?

— Именно. У каждого свои цели, но в целом главное защитить своих людей и самим выжить. Мы одна из таких фракций, хотим спуститься вниз и найти выход отсюда.

— А он есть? — с недоверием спросила Айна.

— Я видела землю за облаками, — девушка посмотрела на меня, пытаясь понять, не против ли я, что она выдаёт такие секреты.

Я кивнул, тем более что мы с Сириусом уже успели это обсудить.

— Правда? — с восторгом спросила рогатая.

— Я видела там траву. Даже если выхода нет, его можно будет проделать на первом этаже с низа.

Ну и разобраться, как сделать так, чтобы Стена тебя за это не убила, — добавил я про себя. Но говорить не стал, чтобы не нарушить ход беседы. Пока что Айна вообще на меня внимания не обращала, и я просто пил пуэр мудрости от Хантера из убежища и смотрел в иллюминатор на Стену под нами.

Она была горячей. В местах разломов плясали языки пламени. Небо над нами было чёрным от облаков чего-то похожего на пепел.

— Эти локации горят уже сотни дней, — произнесла вдруг едва слышно Тия. — Я чувствую, как где-то в глубине пульсирует сердце пламени невыразимой силы. Я чую жар невыносимой мощи, который плавит всё, кроме фрактала.

— Мы здесь ненадолго, — сказал я ей.

Она кивнула, сняла шляпу и принялась ей обмахиваться, чтобы хоть немного освежиться, но куда там. Кондиционеры на корабле тоже работали в полную силу.

— … вот как-то так, — я вновь прислушался к разговору Айны с Синицей и посмотрел в окно, в самый жаркий сектор Стены. — Цели у нас с ним общие, но подходы очень разнятся с коррекором Лысым. Я думаю, Сириус прав. Если этот механизм можно починить, то только сперва исправив настройки. Пытаться починить его ручным трудом — невозможно.

— Как проходчики, мы обязательно завершим свою миссию и дойдём до такого терминала, если он есть на дне. Арк не отступит, — заверила механистка.

— Прям, как мой отец, — вставила с улыбкой Альма.

— Так что мы тоже попробуем помочь, — закончила мысль Сайна. — Если окажется, что такой админский терминал существует где-то на дне.

— А мы постараемся добраться до нулевого и найти админский терминал юстов, — улыбнулась рогатая красавица и протянула кулак своей новой подруге.

— Всё, с меня хватит, — вздохнула Альма и начала снимать с себя серую мантию. Сапоги ласточки уже давно стояли у стола. — Эта жара меня скоро прикончит. У меня все моды на сопротивление холоду!

— Поддерживаю, — охотно кивнула Сайна и приказала своему костюму раскрыться.

Девушки оказались в одном белье, но о смущении никто уже не думал. Жара была запредельной.

— Тоже давай, — предложила механистка Айне.

— Не-е, мне по статусу не положено. Я же не пассажир, а член команды. Да и у меня есть твой кондиционер.

— Если бы он так помогал, как ты говоришь, я бы так не страдала… — проныла Сайна.

А за окном всё выше поднимались языки пламени. Где-то внизу левитировала куда-то по своим делам группа краснокожих ифритов с огненным маревом вместо нижней части тела.

Рядом с городом жара стала совсем невыносимой. В тот момент меня осенило, хотя, казалось бы, мысль очевидная.

— Что здесь с генератором? — спросил я у Айны.

— Ты правильно понял, — послышался голос со стороны коридора.

В кают-компанию входил владелец судна.

— В этом секторе монстры захватили генератор и используют его, чтобы создать комфортную для себя атмосферу, — криво улыбнулся он.

— И Система ничего с этим не делает?

— Ну, она повесила квест… у тебя ведь есть в команде юстициар, верно?

Альма заинтересованно посмотрела на Зовущего.

— Тогда сам скоро увидишь, если возьмёшь его с собой вниз. Система выдаёт этот квест всем юстициарам в этом секторе и самым сильным в соседних. У тех, кто за нами охотится, точно есть.

— Квест невыполним?

— Почему? Дойди до архидьявола, победи и будешь героем. Может, получишь несколько мификов.

Мимо из трещины в стене взметнулся огненный гейзер. Корабль едва успел с ним разминуться. А затем, чуть поодаль от нас — вспыхнул ещё один. Мы влетали в город, и он вовсе не был пустым.

— Точно, — вспомнил Сириус. — Я здесь чтобы предупредить, что может слегка трясти, и что иногда некоторые бесы пробираются через эфир внутрь судна. Просто предупреждаю. Шанс небольшой, но он есть. Айна, отдохни пока, я развлеку наших гостей. Вот список технологий и материалов, которые у присутствуют у меня…

Сайна заинтересованно прильнула к столу, забрала лист и вчиталась. Не глядя достала и передала свой такой же. А я, не отрываясь, смотрел вниз. Зрелище того стоило.

В тринадцатом секторе смерти кипела жизнь, и в ней никак не участвовали проходчики с духовным ресурсом. По улицам слонялись демонические отродья. Краснокожие рогатые твари, мелкие бесы, ифриты и неведомые существа, явно близкие к стихии бездны.

На окраинах демоны были в основном полуразумными и вели себя почти как животные или те троглодиты с тридцать седьмого. Но дальше, по мере углубления в город, всё чаще попадались более продвинутые демоны, явно разумные и ведущие цивилизованную жизнь.

Нас никто, на первый взгляд, не замечал. Корабль поднялся выше, чтобы его не зацепило вырывающимися из трещин столбами пламени. Жара стала такой, что я бы снял с себя кожу, если бы мог. Дышать было практически нечем, и это при том, что работало буквально всё, что могло хоть как-то снизить температуру.

А впереди ярким свечением выделялся он. Раскалённый до бела терминал, в котором можно было угадать что-то похожее на механизм. Глаза заболели, и я закрыл их. Яркий свет, как от солнца, оставался и за закрытыми глазами. И почему-то отпечатался он в форме смеющейся злобной морды.

Терминал был живым. Более того, он сам был будто неким демоническим механизмом, вокруг которого ходили сотни рогатых краснокожих существ, принося к нему дары в виде кристаллов, топлива и живых существ.

Корабль свернул чуть в сторону, чтобы обогнуть терминал, и вскоре приблизился к краю Стены.

— Может, взять ещё чуть левее? — предложил я. — Подальше от этой штуки.

— Ну пробуй, только без нас, — хмыкнул Сириус.

— А что там? — я сразу понял, в чём причина такого отказа.

— Попробуй как-нибудь отправить что-то живое к тем деревьям.

— И что будет?

— Личный опыт — самый надёжный учитель, — ответил он.

Значит, будем считать, что сожрёт очередная хтонь.

— По идее, это ещё один способ решить дилемму привязки к разрушенной Стене. Просто жить там, на вершинах тех деревьев за морем костей. Они ведь как башни, на каждом можно выстроить небольшой город.

Сириус задумчиво кивнул.

— Да… может в каком-то секторе кто-нибудь пытается. Но нашему уютному кораблю там точно не место.

Наша небольшая группа приближалась к границам города. Я решил пока что не вызывать больше членов Ордена и обойтись текущим составом: Альма, Тия с Аморией, Мерлин, Сайна, Белая, Тео и Кот.

Задумчиво разглядывая кинжал из Оазиса, я думал о том, что, попади он к нам чуть раньше, когда мы были ещё слабы, он бы очень помог нам в прокачке. А сейчас вроде бы и сильных врагов хватает, но у каждого из них или мёртвая магия, или что-то не лучше.

Охота на маггитов и торговля оставила довольными обе стороны. Хоть Зовущий и пытался меня ещё раз прогнуть на то, чтобы я расстался с мификом. Пришлось пообещать, что отдам его в аренду, когда покину Стену. Так себе обещание, конечно — если мы сможем найти выход, всё уже будет совершенно иначе…

По мере приближения город становился видней. Шла метель и видимость снизилась, а окраины занесло. Но вот наконец через пургу стали проступать башенки некоторых зданий с типичными для любого сектора Стены штырями на крыше от летунов.

— Смотрите! — воскликнула Тия, указывая в небо. Глаз на её шляпе настороженно сощурился.

В небе кружили существа, похожие на летунов, причём найти двух одинаковых было невозможно. Даже отсюда чувствовалась аура страха, исходящая от них. Пустоту не спутаешь ни с чем…

Как и сказал Сириус, они подлетели, но не атаковали. Покружили, принюхались и удалились восвояси. Но зрелище кружащих вокруг птиц тревожно давило на голову. Обычно летуны делали точно так же перед тем, как напасть.

Однако это были не летуны.

Альма призвала терминал. На поверхности Стены её помощь от Системы работала не хуже «истинного имени» Белой.

— Система. Верификатор Альма. Что это за существо? — спросила она.

Воплощенный кошмар. Стихии: сновидение [астрал, изнанка], пустота [отчаяние]. Владелец Луи.

— Пока все сходится, Сириус не соврал, — прокомментировал Мерлин.

— Почему ты всегда думаешь о людях худшее? — нахмурилась Сайна.

Мы двинулись дальше, углубляясь в заснеженные улицы. Переменчивая погода Стены снова сменила своё настроение, и теперь нам в лицо дул шквальный ветер, снимая снежные шапки со зданий и бросая нам в лицо.

Некоторое время мы стояли под защитными навыками и ждали, пока непогода стихнет. Идти так было невозможно. Но и эта погода длилась недолго, сменившись затишьем. А я наконец смог рассмотреть центр четырнадцатого сектора.

Первого обитаемого сектора, кроме родного, который я увижу воочию. Двадцать первый не в счёт — там был лишь крохотный лагерь из новичков.

Город состоял из обычных бетонных зданий, однако был окружен поясом заброшенных цехов. Было видно, что сектору не чужды высокие технологии. Мы прошлись по пустынным улочкам, глядя на здания по обе стороны от нас.

На середине пути до меня донеслось послание Сильвана. Он сообщал о том, что дар предсказателя начинает возвращаться к Хантеру, так что можно вновь включить его в группу.

Это была очень хорошая новость. Я уже привык к тому, что нас прикрывает сильный прорицатель. Поэтому, проходя мимо крупного помещения, напоминавшего кустарную мануфактуру, призвал убежище, чтобы пополнить наши ряды.

Обсерватория четырнадцатого сектора тоже не представляла собой ничего особенного — двухэтажный особняк с вырастающей еще на три этажа башней.

В ответ на стук дверь открылась, за ней стоял мужчина в возрасте «увядающей зрелости». Он был спокоен, ни искры удивления или страха не возникло в его глазах.

Я почувствовал ладонь Тии и услышал голос в голове:

— Арк, это амальгамет.

Значит собран из осколков нескольких душ, как Альма?

— Добрый вечер путешественники, чем могу быть полезен? — спросил он, встретив нас на пороге.

Будто к нему каждый день здесь гости захаживают.

— Добрый вечер. Странник должен был предупредить насчёт нас.

— Конечно-конечно. Помню.

— Нам бы попасть на Черную Дорогу, — перешёл я сразу к делу. — Или, если есть портальщики, умеющие открывать путь между секторами, мы готовы обсудить цену за их услуги.

— Боюсь мне нечем вам помочь, кроме меня здесь никого нет. Все переехали на тридцатый этаж.

Я в шоке посмотрел на хранителя. О том, что здесь спускались так низко, я не знал. Возрождение четырнадцатого сектора произошло за ту тысячу дней, что я был в Оазисе. Когда я туда уходил, семнадцатые говорили, что пятнадцатый сектор, захваченный культистами, последний обитаемый.

Но за время моего отсутствия здесь многое произошло, и похоже тут сейчас люди не только живут, но и как-то сумели достичь настолько глубокого этажа.

Это поражало. Невольно задумываешься о том, что не я один стремлюсь вниз и у меня могут быть конкуренты в спуске. Хотя Странник неоднократно упоминал о секторе Ивана Мудреца и подающем большие надежды местном герое.

Конкуренты — это я конечно образно. На самом деле я был рад, что, если мне не удастся покорить Стену, попытки не прекратятся. Но как ему удалось забраться так глубоко, и над чем местный лидер работает сейчас?

— Что, совсем нет никакой связи? — спросил я. — Я корректор двадцать второго сектора, Арктур. Хотел бы поговорить с вашим главным. Возможно, мы могли бы быть полезны друг другу.

Старик несколько мгновений думал, а потом открыл дверь полностью и пригласил за собой.

Мы вошли в помещение Обсерватории. Первый этаж был типичным для всех таких мест. Высокие потолки, книги, лестница вверх. Даже любимый столик с креслами находился там же, где он был в родном двадцать втором. Только без дыры в стене и куполе здания.

— Садитесь, — отстранённо сказал он. — Я свяжусь с ним, но если он сейчас в бою, то не ответит.

— Где Странник? Он должен был встретить нас здесь, — заметил я.

— Не знаю. У него есть свойство исчезать неожиданно и без предупреждения.

— Я здесь, — послышался его голос у нас за спиной. — Волшебники всегда появляются вовремя.

— Где пропадал?

— В одном чудном астральном осколке. Здесь несколько прохладно, так что я ненадолго отошёл.

— Может, хотите чаю? — вежливо предложил я хранителю.

Тот снова пару секунд подумал, затем равнодушно ответил:

— Как пожелаете.

На столе появился чай Хантера с тарелкой свежеиспечённых булок от Сильвана. После холода снаружи это всё было очень кстати.

— Ты совсем нас не опасаешься? А я думал, это Арк доверчивый и безрассудный, — хмыкнул соларис. — А если нас послали убить вашего главного?

— Мерлин! — Сайна пнула его ногой под столом.

— Ну это уже его проблемы. — Мужчина сделал паузу и, улыбнувшись одними губами, продолжил. — Шучу, я чувствую ваш эмоциональный фон, вы не желаете навредить. Вы устали, немного испуганы, разозлены и очень-очень напряжены, как при погоне.

Белая выдвинулась вперед и с интересом ответила.

— А вот ты абсолютно спокоен и это даже как то странно.

Он снова улыбнулся и кивнул в угол комнаты. Там расположился алтарь девушки с завязанными глазами.

— Богиня дарит мне Покой.

— О, тётушка! — обрадовалась Миса, но амальгамета это высказывание оставило равнодушным.

— Хм, я думал, вы будете молиться парню с созиданием, а не Трибуналу.

— Мы молимся только Нефтис, Ольгерд сам это предложил. Его аспект нам не подходит, как и владычицы сияющих вод, и уж тем более мы не хотим кланяться кошке с мерзким характером.

Хантер от возмущения взмахнул руками.

— Подвальный Владыка пятый в иерархии астрала, да как ты вообще…

На этот раз Сайне пришлось успокаивать уже разбушевавшегося астральщика, запихивая булку ему в рот.

— Слушай, как тебя зовут? Я Арктур, а это Сайна, Белая, Тия, Амория, Кот, Альма. Хантер и Мерлин.

— Меня зовут Храм Покоя, — равнодушно ответил он. — Я сейчас свяжусь с Ольгердом.

На этом он закрыл глаза и сидел так минуты три. Даже сквозь закрытые веки было видно чистое белое сияние. Я узнал магию созидания. Но, в отличие от света Нессы, здесь не было этого чувства счастья. В голове возник вопрос — «а кто я?», а сознание будто начало проваливаться куда-то.

С трудом оторвал взгляд. Сеанс продлился ещё минуту, спустя которую «храм» открыл глаза.

— Ольгерд передает привет Страннику. И он слышал про тебя, Арктур Алолесный. Скоро придет сопровождающий. А мне нужно помолиться, я слишком взволнован. — С этими словами он отошел, сел перед алтарем Нефтис и забормотал что-то под нос.

Прошло некоторое время, прежде чем Тия напряженно сказала.

— Арк, один из кошмаров летит сюда.

— На всякий случай будь готова к бою, но, думаю, это тот самый сопровождающий.

Сквозь стену просочился призрачный силуэт антропоморфного монстра с крыльями, но быстро начал обтекать, как плавленый воск, пока не сложился в человека.

Молодо выглядящий и очень вычурно одетый, словно собрался на бал, а не на встречу с незнакомцами. На каждом пальце по золотому кольцу с камнем, сюртук в фиалковых тонах вышитый золотом, белоснежная сорочка с высоким воротником и пышным бантом вместо галстука и, конечно, с пышными манжетами, удобными только для вытирания стола. К счастью, он был в брюках, а не в кюлотах. Как по мне, чулки идут только девушкам.

Незнакомец оглядел нашу группу аристократичным взглядом и склонился в безупречном поклоне.

— Бонжур, дамы и господа, меня зовут Луи. — И, заняв место молящегося, он махнул рукой. — Рассказывайте. Храм Покоя, сделай нам кофе.

— Иди к черту.

— Эхх, совсем перестали уважать бывшего короля… ну без кофе значит.

— Может, чай с булками? — улыбнулся Хантер.

Рассказ занял минут пять, во время него Луи чему-то улыбнулся, показав острые вампирские клыки. Я не вдавался в детали и не называл имён. Лишь сказал, что недруги перенесли нас в десятый сектор, за что поплатились жизнью. Но мы оказались очень далеко от дома и теперь ищем путь на Чёрную Дорогу.

— … так вот, нам нужно как можно быстрее попасть к себе, мы готовы договорится за адекватную цену, — закончил я.

— Я мало что знаю об адекватности. — он по прежнему улыбался, а затем наклонился и прошептал. — По секрету, мы с Ольгердом — оба ужасные торгаши, вам повезло, что пришел не Луч, тот не упустит выгоду. Ладно, мы вам поможем, взамен раздай кристаллы связи главам ваших гильдий. Попытаемся наладить торговые отношения.

— Это не проблема, мы бы и так это сделали, — кивнул я. — А что насчёт дороги?

— В четырнадцатом нет Чёрной Дороги. Когда Король Механизмов был жив, он увяз на пятнадцатом, уткнувшись в гнездовье ирреалов с материальной формой… подумать только, как ошибки плетут нити судьбы.

— Что вы имеете ввиду?

— Вы знаете, как появились ирреалы?

— Нет, но с удовольствием послушаю.

— Это долгая история, на неё времени у нас нет. Скажу так, однажды одному слишком хитрому цветоманту взбрело в голову, что он использует не весь спектр. Ведь есть цвета в невидимом для человека спектре, но естественные для некоторых видов животных. А значит, эти Цвета тоже имеют свойства и их можно использовать. Спустя несколько сотен дней десятый стал тем, чем стал… чтобы потом исторгнуть из себя ирреалов, которые поднимут наверх порождения пустоты и породят новых чудовищ.

— Я думал, этот сектор получил повышенную сложность из-за провала Ивана Мудреца.

— В итоге да. Иван в тот момент копил силу для одного точечного прорыва до дна Стены. Пришедшие ирреалы сломали план. Он начал искать союзников и нашёл Мракрию. Порождения цвета столкнулись с техноцитом, война двух видов оказалась подарком судьбы. Если бы победили ирреалы, опустошавшие сектора один за другим, наш сектор тоже погиб бы, они слишком неудобные противники для магов. Но две армии стёрли друг друга, фактически, коллега Мракрия нас спас, четырнадцатый выжил, а Иван сгинул в Оазисе.

— Не слишком то он был мудр, если поставил всё на один прорыв. — Опять нагрубил соларис, к счастью, обижаться никто и не думал.

— Я знаю его только по дневникам, фактически, вся наша ритуалистика — это его наследие. Он был даже не гением, а богом магии. Он просчитал корреляцию сложности по этажам, основные цепи сектора, использовал магию судьбы, хаос и астрал, чтобы повысить свою удачу. Он правда отлично подготовился, но этого не хватило.

Я тяжело вздохнул, вспомнив, как сам поступил почти так же. Мне казалось, я хорошо подготовился. Вооружился, набрал артефактов, взял копьё Летаргии, чтоб наверняка. Но в Оазисе никто не стал со мной драться. Это была ловушка…

Да и Ёрш из двадцать третьего тоже был очень непростым парнем и своего противника-бога смог победить. А вот выйти — уже не смог.

— Спасибо за историю, было любопытно, — поблагодарил я. — А как насчёт границ с пятнадцатым сектором? Ближайшая точка к Дороге.

— Могу помочь добраться до границы с пятнадцатым сектором на десятом этаже. Но предупреждаю, что путешествие будет своеобразное.

— Лишь бы быстрое. Мы немного спешим.

— Готовы доверится мне? Моя сила весьма специфична для не привыкших.

Луи был пустотником, это было понятно ещё по его духам над городом. А хорошего от мёртвой магии ждать не приходилось. Если бы я так не спешил, трижды подумал бы, стоит ли оно того, и по итогу выбрал бы спускаться своими ногами.

Но ситуация складывалась так, что время было слишком ограничено. Так что я себя успокаивал тем, что Аси поадекватнее многих будет, или Тёмный Мики, который вообще нашёл способы обходить ответный удар от стихии.

Всё лучше, чем спешить во враждебный пятнадцатый, а затем спускаться пятнадцать этажей вниз. А так опасным местом будет лишь спуск с десятого на пятнадцатый.

— Недолгое воздействие пустоты мы переживем, — сказал я.

— Отлично! — Луи хлопнул в ладоши, и Тия передала мысль:

— Арк, он пытается нас усыпить, я могу заблокировать это воздействие.

— Сильвупле, не нужно сопротивляться, иначе чуда не получится.

Я успокаивающе погладил Тию и разрешил внушение.

И ничего не произошло, мы также сидели за столом.

А затем вдруг потолок над нами в один миг исчез, показав ночное звездное небо.

— Он позер, я тоже так могу, это нам не поможет Арк. — вновь донеслась до меня переданная мысль Тии.

Но пустотник, похоже, читал нашу ментальную связь.

— Может и позер, но в моем кошмаре от меня нет тайн. — Слащавый совсем не обиделся, шутливо округлив глаза он указал пальцем чуть выше Тии. Над ее головой появилось облако со стрелкой и надписью, ровно то, что она мне сказала.

— Не опишешь принцип работы твоего навыка? — спросил я на всякий случай.

— Охотно! Что вы знаете о ритуальной магии? В вашем секторе она развита?

— Да, и довольно хорошо, — ответил я, сравнив знания двадцать второго в этой области с тем, что знал о других секторах. Специализация была не наша, но наши соседи по большей части тоже технари, так что на общем уровне у нас с этим всё в порядке.

— Прекрасно! — ответил пустотник. — Так вот, тела сновидений не обладают весом, а значит и скоростью, но это можно исправить аспектами порядка. Допустим, гравитацией…

Звезды над головой задвигались, собираясь в вязь символов, пока целое небо не занял ритуальный круг.

— … Примерно так Мерлин удержал разрушающийся Зехир. — Прошептав это, он обратился к нам. — Вам когда нибудь снились кошмары, где вы падаете?

Ответить мы не успели. Наши тела начали просачиваться сквозь пол, сперва медленно, но с каждой секундой всё быстрее. Мы пролетели первый этаж и вынырнули на втором, упав прямо на мобов, однако прошли и сквозь них. У меня появился иррациональный страх, холодом по коже.

Ощущения развивались как в реальности — рот пересох, а в горле возник склизкий комок, который я безуспешно пытался сглотнуть. От Альмы пришла помощь пламени Асгора. Этажи замелькали всё быстрее. Казалось, что мы вот-вот разобьемся.

Внезапно падение закончилось, без всякой инерции мы оказались стоящими в пещере из мяса, напоминающей гнездо ланцетов.

Белая и Амория заняли места танков, Кот и Хантер приготовили универсы. Над ладонями Тео и Мерлина зажглись огни. Но прямо сейчас на нас никто пока что не нападал.

— На седьмом была аномалия, сквозь которую не проникнуть, — пояснил внезапную остановку Луи. — Поэтому дальше пойдем тропой кошмаров.

— Подожди, камни же защищают от такого проникновения, как ты это сделал? — Тия была впечатлена.

— Это физический материал, состоящий из мельчайших частиц и пустоты, ненавижу это слово! — поморщился он. — Все, что нужно — это связать астральные тела с физическим явлением, а дальше сработают законы порядка. Проблема только в том, что у вас чудовищно сильная аура, будь вы слабее, я бы протащил сразу на десятый.

Мы пошли дальше по пещере, не оставляя бдительность. В середине из мясной кучи торчал каменный человек. Его лицо застыло в немом крике, глядя куда-то над нами, так что возникало невольное желание обернуться и посмотреть себе за спину.

— Только не трогайте его, а то проснется ещё, — предостерёг Луи.

— Мы в его сне? — понял я.

— В кошмаре, да, — кивнул он и бросил взгляд на существо. — Судя по всему, это биосиликатоэстер, довольно разумные твари.

Мы прошли мимо него. Пещера закончилась сплошной стеной, Луи разрезал её выросшими когтями и смело шагнул вперед. На этот раз мы очутились на лужайке среди стаи некротических орлов, которые нападали на трехголовую гигантскую змею. Птицы попробовали напасть и на нас, но, приблизившись, без следа втянулись в тело Луи. Тот, не обращая внимания, прошёл сквозь кипевший бой и завернул за дерево. И мы вышли в Стену, на это указывал инфо-терминал.

Я хотел было попробовать его активировать, но не успел, мы снова начали падать. На этот раз темнота долго не уходила, плита такой толщины была только… Да, я оказался прав! Мы летели с огромной высоты, земля находилась примерно в километре от нас, значит это десятый. Не успев даже испугаться, мы оказались снова в обсерватории, сидящими за столом.

Я оглянулся.

— Ну и… что это? — спросил я.

— Минуту, — ответил он.

Мы на время замолчали, пока наконец улыбчивый пижон не щелкнул пальцами и почти пропел. — Просыпа-айте-есь.

Я очнулся среди травы, и это точно был не сон, я чувствовал связь с растениями. Рядом заворочались ребята, а Луи уже стоял.

Десятый? Мы что, уже на месте?

— Как это произошло? — не выдержал Странник, тоже впечатлённый работой сновидца-пустотника.

— Обманка Локи, — пояснил он. — Я дал физический вес вашим астральным телам, потом поменял с физическими, а затем просто разбудил. Это не требует ритуала с обеих сторон и гораздо дешевле обходится по мане.

— Впечатляет, куда дальше?

— Вам нужно к границе с 15 сектором? Долетим на моих зверушках. Кстати, ваша защита еще держится? Потому что я могу защищать только себя.

Альма кивнула.

В воздухе появился очередной карикатурный монстр, напоминающий гигантского ската, заражённого хаосом.

Мы все залезли на него, и тот взлетел.

Десятый был здесь таким же, как у нас. По крайней мере, та его часть, в которой мы находились, была пригодной для жизни. Технически, я мог бы открыть врата в убежище, запустить туда всех, а затем долететь в стихийной форме с теми, кто ей обладает.

Но я предпочёл остаться с проводником, чтобы и самому лишних подозрений не вызывать, а то вдруг ещё останемся и будем делать что-то не то, и чтобы ещё немного поговорить с представителем четырнадцатого сектора.

Тем более что всё идёт к союзу, как минимум, торговому, между секторами с четырнадцатого по двадцать второй. Может, и с двадцать восьмыми тоже заключим что-то подобное.

Таким образом, у нас уже получался крупный альянс. Едва ли такие личности, как корректоры Август или Лысый, захотят кому-то подчиняться, но о совместной защите договориться можно. Как минимум, помогать друг другу в случае серьёзных угроз безопасности сектора.

Со своим бы только сектором ещё разобраться, как-то остановить повышение роста уровня сложности, пока в секторе всё ещё можно жить…

Мирная картина зелени под искусственным небом расслабляла. Мы сидели на крупном летучем скате, перебираясь из локации в локацию, и пили чай Хантера.

— Насколько здесь безопасно? — спросил я.

— Конкретно здесь — сейчас безопасно, — уклончиво ответил Луи.

— А давно вы осваиваете тридцатый?

— Не очень.

— Мы где-то полторы тысячи дней, чуть меньше. Выходит, вы победили левиафана?

— Выходит, что так, — Луи поморщился и вздрогнул но подробностей не добавил.

Если подумать, в этом есть смысл. Если я буду знать, кто их левиафан, то могу предположить, какими силами владеет их глава. Источник сил других корректоров от меня не сильно скрывался. Механист, псионик… о четырнадцатом говорили, что их лидер как-то связан со стихией созидания. Но ничего больше об этом я не знал. Возможно, что и левиафан был с ним связан.

Хотя, это всё уже мои домыслы.

— А как у вас успехи вообще? — продолжал я расспрашивать нашего проводника.

— О, я недавно закончил токсичные отношения.

— Я имел ввиду в целом, с освоением сектора. Но поздравляю, что расстался.

— Убил, а не расстался, — солнечно улыбнулся Луи.

— Ээ… ладно, — я не стал вдаваться в детали.

Мимо пронеслась локация с руинами, видимо, бывшие древними ещё во времена, когда Стена работала идеально.

— А как называются отношения с гаремом из одной девушки? — спросил он.

— Хороший вопрос, — натянуто улыбнулся я.

— Он видит мою структуру, — прошептала Тия у меня в голове.

Получил толчок в бок локтем от Сайны, наткнулся на холодный взгляд Белки и тяжёлый вздох со стороны Селены.

— Если не секрет, каковы вообще цели у вашего сектора? — поспешно перевёл я разговор в правильное русло.

— А у вас? — ответил вопросом Луи, пояснив. — Чтобы я понимал, как мне отвечать.

— Вы ведь знаете, что Стена разрушается? Рано или поздно придётся что-то решать с этим. Не в этой жизни, так в следующей. Мы пытаемся спуститься вниз и найти выход. В семнадцатом строят автономный летающий город, чтобы распад Стены их не затронул. В девятнадцатом пытаются всё починить…

— Теперь понял. В таком случае, мы смотрим немного дальше, чем вы. Скорее всего, большинство из нас не увидит момент, когда Стены не станет. А те, кто увидят, едва ли смогут что-то понять искажённым разумом монстра.

— Звучит не очень. Есть угроза, о которой мы не знаем?

— Да, можно сказать и так, — медленно кивнул Луи. — Души не созданы жить в искусственной клетке, где они подвергаются страданиям. Скажи, аудитор Арктур, как давно ты видел полностью психически здорового человека?

Я кивнул, поняв, к чему он.

— Необратимая потеря духовного ресурса?

— Я видел безумие. Я жил в безумии. Я правил безумцами… я видел, как распадаются души, которых вынуждают раз за разом перерождаться в мире, где все вынуждены заниматься выживанием, а не жить.

— И подвергаться воздействию мёртвой магии.

— Да, — кивнул он. — В том числе. Сейчас здесь уже есть силы и помимо пустоты, способные вредить душам. А мы пытаемся что-то с этим сделать. Лечить то, что, как часто врут, не лечится.

— Вы исцеляете утрату духовного ресурса? — спросил я с интересом. — Я слышал о магии созидания.

Медитации Селены и техники Мисы тоже могли это делать. Но их способы требовали большого количества времени, несопоставимого с бешеным ритмом жизни в Стене. Их способы хороши больше в Оазисе…

— В том числе, — махнул рукой Луи. — Система её не видит, эта стихия — одна из сил, ускользающих от её внимания. Поэтому для неё способа исцелить душу не существует. Но они есть, просто нужно хорошо искать и очень стараться. Если сохранить душу, можно построить летающий остров или найти способ выбраться, или даже починить этот мир. По крайней мере, хотя бы пытаться можно. А к чему ты будешь идти, если ты — принц безумия с прозвищем «Забвенный»?

Он обернулся. Я увидел лёгкую улыбку на его лице.

— Ты вернулся из тьмы. Может, я тоже в каком-то смысле. Но гораздо больше остались в ней. И это не их вина. Души нужно лечить.

Впереди за искусственными горами показался барьер, разделявший сектора. Дальше начинались локации пятнадцатого сектора. Нам предстояло спуститься на пять этажей вниз, а дальше должно быть уже быстро. Чёрная Дорога значительно ускорит наш путь.

— Арктур, у меня две просьбы от Ольгерда. Передай каждой страдающей душе, что тем, кому уже не поможет эволюция, поможем мы. Также, если доберёшься до дна, отправь нам весть, если это будет возможно.

— Хотелось бы узнать побольше о том, как вы это делаете. Всё же мне ручаться за рекомендацию придётся. Да и находимся мы далеко друг от друга. Но я рад, что мы можем мирно сосуществовать и быть полезны друг другу.

Терминал провёл сканирование, нашёл меня, проверил мой статус и начал делать проём в радужной фрактальной стене. Я хорошо помню, как это делали мы с Сириусом, пересекая такие защиты сектор за сектором. Да и самому уже доводилось проходить на десятом этаже через такую.

В барьере появилась брешь. Система пропускала нас.

Мои товарищи начали по одному проходить на ту сторону, а я задержался в четырнадцатом и коснулся местных трав. Десятый сектора Луи оказался довольно пустынным, хотя мне показалось, что он специально избегал мест, где кто-то обитал. Где-то в центре сектора я уловил очертания крупного города.

Высокая сложная архитектура на основе дерева и серьёзной магии — благодаря Сайне, у которой изучение разных культур людей в Стене было своеобразным хобби, я узнал культуру ариан. Обилие крашеных резных фигур в качестве декораций. Некое магическое устройство, напоминавшее ромб из яркого света. Оно уловило поток неизвестной энергии, который на миг стал видимым, превратившись в голубоватую стрелу, и сменил направление, направившись в другую сторону.

Деревянные избы со ставнями пестрели фигурами мифических зверей и яркими белыми и красными красками. Намётаным глазом я уже видел, что ни одно украшение здесь не поставлено просто так. Каждое было живым артефактом и выполняло какую-то цель.

Здесь между травой и городом лежала пропасть, на дне которой текла речушка. При желании можно было конечно пересечь её через стихийную форму, или лучше через древня, который переплывёт на ту сторону и превратится в меня. Но я помнил, что эта ветвь людей в двадцать втором секторе была в топе лучших магических культур. Здесь это могло быть и не так, но сами ариане от этого менее крутыми магами не становятся. Так что спалить присутствие чужой маны, шпионящей за ними — Арианам очень легко. И сразу оставит пятно на наших отношениях с четырнадцатым сектором.

Поэтому я на этом остановил исследование. Тем более что уже и времен не оставалось.

— Арк, о чём задумался? — спросила Тия.

— О том, насколько огромна Стена. Мы сейчас на восемь секторов от дома. И здесь будто та же Стена, но совсем другие миры, живущие в других реальностях и правилах.

— Интересно, а ведь нам ещё идти мимо семнадцатых, — задумалась она.

— Посмотрим, будут ли они рады гостям. Их сектор не так беспечен.

— О, корректор Август тот ещё параноик, — вмешался Луи. — Но ему пришлось через многое пройти. Да и сектор далеко не всегда был так благополучен.

Интересно, сколько же дней назад он проснулся в этой инкарнации в Стене?..

На этом распрощались, пожав руки. Передо мной было силовое поле, разделяющее сектора. Я посмотрел на ту сторону — там была тёмная локация с неизвестным противником или аномалией. Но выбирать не приходится.

— Удачных спусков и хорошего улова! — пожелал я Луи. — Удачи!

— Лёгких Кошмаров, мес амис. — Луи приподнял появившуюся на голове шляпу, а затем разлетелся стаей летучих мышей.

Я улыбнулся вслед ему, развернулся и шагнул на ту сторону, в пятнадцатый сектор.

Десятый этаж пятнадцатого сектора выглядел не таким живым, как десятый четырнадцатого. У барьера ещё было немного зелени, и проникал свет. Дальше всё превращалось в одну сплошную пустошь с белой потрескавшейся землёй и мёртвыми растениями.

Вдалеке виднелись остатки мегаструктур, будто в этом мире некогда обитал левиафан вроде Голубя и строил свою антиутопию. Впереди виднелся силуэт месяца. Верней, куска гигантской постройки, перемешанной с камнем и осыпавшейся до вида полумесяца.

Здесь когда-то шёл бой, но так давно, что не осталось уже ничего целого, одни руины, по которым даже культуру не определишь.

Мерлин зажёг нам свет. Сайна выпустила дроны. Я махнул рукой, командуя продолжать путь.

— Я на разведку, — сообщила Белая и призвала полуреального зверя.

— Я наверное тоже? — спросил Кот и, увидев мой кивок, начал менять форму на кошачью, в которой его скорость была намного выше.

— Возьмите на себя кто-нибудь вон те руины, — сказала Сайна. — Дроны не могут пролететь внутрь, там каменная дверь.

— Мех! Не думаю, что там есть что-то ценное, — заметил Кот, — Но я схожу.

Я был склонен с ним согласиться. Всё выглядело настолько древним и разрушенным, что искать здесь уже нечего. Но, в любом случае, места здесь много. Хватит, чтобы столкнуться двум небольшим армиям, что, видимо, когда-то и случилось.

— А напомните мне, что у нас известно о пятнадцатом? — спросил я у оставшейся части группы.

— Уровень сложности почти восемь тысяч, — сказала Белая. — Это сложнее, чем у нас раньше, но легче чем то, что будет у нас, когда процесс глобального пересбора завершится.

— Здесь правят цепи бездны и хаоса, — сказала Тия. — Семнадцатые говорили, что эти стихии плотно прописались там. Ещё есть хтонисты — те, кто имеют гибридную стихию хаоса с пустотой. Три эти группы и управляют сектором. Хотя, так было в тот короткий период, когда они были разгромлены семнадцатыми. У них постоянно меняется власть, появляются вожаки. И все как один с бедами с головой.

— Вроде припоминаю, как Корректор Август обмолвился, что у них генератор связан с хаосом, — дополнила Сайна.

— В любом случае, позову-ка я на всякий случай остальных, раз уж можно уже ничего не скрывать, — задумчиво озвучил я свои мысли и открыл вход в убежище.

Оттуда сразу же вышли свежие силы Ордена.

Вереск с гигантским клинком и тяжёлой версией универса за спиной, Лорелея — подобранный нами андроид-эстер в локации тари, и трофейная механическая кукла селенитов, которую вернула себе Сайна.

— Кстати, я всё думаю, как её назвать, — сказала задумчиво механистка, глядя на троицу механизмов. — Василисой, от василькового цвета, или Мариной, от ультрамарина?

— Аспидией, — улыбнулся Мерлин. — Могу даже волосы ей подкрасить.

— Не вздумай! Мне нравится её кобальтовый оттенок!

Тем временем, за механизмами показалась неразлучная четвёрка некродендроидов со своими фамильярами.

Манри сопровождала сильно изменившаяся под его руководством Лора. Теперь снежная банши в теле кровавой лорелеи больше походила на разумное существо. Несмотря на то что изначально она больше походила на монстра, сейчас девушка была одета в броню из тёмного мифрила с китарой. Я не ошибся, когда отдавал её в ученики к Манри. Держалась она строго, следуя по пятам за бывшим тари, как оруженосец, старающийся подражать своему наставнику.

Так же ближе к Манри держался и Рейдал и отстранённо стоял бывший истервис Безмолвный. Они были главными танками в их группе.

Мордред редко покидал убежище, предпочитая оставаться рядом со своими экспериментами, но сейчас нам были нужны все, да и он был рад прогуляться, выгулять своих петов — спектрального волка и жуткое перекати поле из шипастых ветвей, яда и свойств некро-растений.

Последним из убежища выехал довольный Наги. Он сидел верхом на громадном фамильяре из муталиска. Только такое чудовищное существо могло выдержать вес стального скелета с весящим, как он сам, посохом. Его мантия пожирателя смерти спадала до плечей чудовища, в левой руке была зажата волшебная палочка, на боку на всякий случай висел универс, а на голове — венок с ромашками. Не артефакт, просто он почему-то очень любил его носить.

Вроде бы на портрете о прошлом Наги он тоже был с таким венком. Только класс был явно какой-то добрый.

В бою вся их группа была уничтожена, но Фрау со своими ножницами не тратила время на них, считая видимо безликой массой моих некро-древней, которых я могу наделать в любой момент сколько угодно. Это отчасти было правдой, механизм уже был отлажен и сейчас вышло бы намного лучше. Но эти уже успели стать частью Ордена. А старую четвёрку я бы мог назвать своими друзьями. Такие вещи, как доверие и дружба, нельзя заменить.

— Наконец-то новые приключения, — послышался довольный голос Элейса.

— Эх, парень, тут твой сородич-вампир такой крутой был, — улыбнулся Кот.

— Да слышал уже. Я тоже крутой после терминала иммундусов. Только у нас и враги были не хуже.

— Держи, — вручил ему Кот универс, а сам вооружился тамарской легой.

— Странник, ты тут? — произнёс я, не сомневаясь в том, что он меня услышит.

Фигура парня в маске и в чёрном плаще соткалась из золотых нитей и лент. В руке у него была мраморная чашка, пахнущая какао.

— Прости, от чаепития оторвал?

— О, всё в порядке, я смотрю за вами из другого мира и знаю, что здесь мирно.

— Знаешь, потому что смотришь со стороны или потому что тебе знакомо это место?

— Как сказать… в общих чертах. Чудовища здесь точно есть, но их немного и они нам по силам. Это не станет проблемой.

— Что за чудовища?

— Песчаные черви и старые механизмы защиты, насколько я знаю. Последнего живого человека здесь я видел очень давно… — в его голосе послышалась печаль.

— Что можешь рассказать, пока ждём результаты разведки?

— Немного, — ответил Странник. — Я бывал здесь. Десятый этаж пятнадцатого сектора практически мёртв. Большая часть локаций не имеют света и системы орошения. Иногда здесь возникают поселения беглецов сверху, тех, кто устал от жизни в секторе культистов. Но все они заканчивают одинаково.

— Рейды бывших товарищей?

— И это тоже, но больше сами условия. Здесь неоткуда брать пищу и мало воды. Обычно её источники служат логовом монстров.

— Что здесь произошло?

— Доподлинно не знаю, — ответил Странник. — Предположу, что сюда проникли проходчики, построили царства, но что-то не поделили между собой и перебили друг друга вместе с местными.

— А почему не сами местные?

— Они обычно ограничены в средствах, и Система не поощряет путешествия между локациями десятого и не даёт здесь развить много сил. Почти всегда эта система нарушается влиянием извне. Или проходчики, или монстры-бедствия.

Логично, с учётом следов сражения разумных, хоть и были эти следы весьма слабыми.

— Жаль тех, кто оказывается в таком секторе умалишённых и вынужден быть изгоем, — вздохнул я. Картина навевала тоску.

— Да… Я помню одного человека, с которым мы случайно познакомились здесь. Он поселился как раз на границе с шестнадцатым сектором. Там есть небольшой участок плодородной земли, на которой можно растить пищу. Хороший был бы проходчик. Очень был умный мужик и очень хитрый, в хорошем смысле… Своего рода гений.

— И что с ним случилось?

— Погиб, скорее всего. Я не видел его тела — черви жрут всё целиком.

— А почему ты его не вытащил, как Сайну с Эстель?

— Я предлагал, но он отказался. Сказал, что нашёл своё счастье в отшельничестве. Говорит, хватит с меня господ и сражений. Лучше буду ловить себе мобов и жить в своё удовольствие. Всё равно из Стены не сбежать и ничего не изменить, так зачем париться?

— Мрачный взгляд на мир…

— Многие так думают. Да, это грустно. Поэтому я с теми, кто горит желанием выйти и верит, что это возможно. Жаль, что такие всё чаще становятся изгоями. А загнанный в угол человек часто начинает терять человеческий облик. Хорошо, если как Маркус, просто сбежал сюда и прожил долгую жизнь. Можно ведь и как Хостер…

— Ты был знаком и с ним?

— Не то чтобы, просто знаю его историю в общих чертах. Его родной двадцать шестой был сектором пустотников. Он был немного не от мира сего, слегка с аутизмом, очень наивный и добрый был парень. Но в то же время, как проходчик, он был гением.

— Да уж, Хостер тот ещё добряк, — хмыкнул я. — Хотя мотивация у него была, просто обрести покой. С его сенсорикой, когда слышишь мысли полуразумной чепухи за пятьдесят километров от тебя, кто угодно поехал бы крышей.

— Над ним издевалась горстка психопатов-пустотников, как, в общем-то, над многими в том секторе. А по итогу он отчаялся и начал ставить самые безумные сборки модов, чтобы получить силу любой ценой. Фактически, они создал одного из самых жутких психопатов в истории Стены. Большинство пустотных секторов однажды заканчивает так. Наверное, только в четырнадцатом выходит наоборот. Уникальный случай.

— Кстати, собственно я тебя звал узнать, как здесь с переходом вниз? Нам останавливаться на раскопки или здесь есть спуски попроще?

— Есть попроще. Рыбкой, — он улыбнулся, видя мой кислый вид.

— Это единственный способ?

— Можно вырыть яму и проплавить аделит, как ты уже делал. Но рыбка быстрее и дешевле. Что выбираешь?

Я тяжело вздохнул.

— Фиг с тобой, пусть будет рыбка. Только хочу чуть отойти от барьера, а то не уверен, что Чёрная Дорога здесь прилегает к самому барьеру. Отойдём хоть на десяток километров, если угроза нападения здесь не так велика…

Вскоре вернулась Белая и с лёгкой грустью сообщила, что место необитаемо. Три локации, с которыми мы граничим — точно такие же тёмные руины. Живых существ она не обнаружила. Может, даже те песчаные черви здесь уже давно перевелись.

Кот порадовал чуть больше:

— Вот, награда нашла героев, — сообщил он и протянул мне грязный мешочек.

— Что это?

— Я наткнулся на чью-то стоянку. Ей оставили уже очень давно, но сработал мой «кот в мешке», мех! Совершенно случайно задел одну развалину, и мне к ногам свалилось из нычки на крыше.

— Фрагменты? — понял я, заглянув внутрь.

— Да. Их совсем немного, но вдруг чего дельного кому-то предложит? — улыбнулся проходчик.

На этом хороших новостей больше не было. Сайна закончила делать карту этой локации и начала исследовать соседние с нами. Результат был почти таким же, как у Кота и Белой, до того момента, пока один из дронов не нашёл редкую локацию со светом.

На экране появились очертания искорёженных растений и застывших рогатых бесов, явно с цепью бездны. А свет… он мерцал, то каждую секунду, то делал паузу минуты на две-три. Как существа там живут в таких условиях — понимаю слабо. Наверное, разум у них в голове очень своеобразный.

— Это где такое чудо? — спросил я.

— За три локации отсюда. Интересно?

— Не очень, — ответила за меня Белая. — Они агрессивны, а интеллект ниже нашего. К тому же они поклоняются Бафомету и связаны с бездной.

— Истинное имя сказало? — уточнила Синица.

— Каждый примерно около тысячи в уровне угрозы. Если необходимо, мы можем зачистить деревню. Но я не думаю, что в этом есть смысл.

— Я тоже не думаю, — ответил я. — Наверное, делать нам здесь нечего, так что собирайтесь в убежище, Странник нас опустит ниже порталом.

— То есть напрямую вниз? — уточнила девушка. — С помощью золотой рыбки?

Я кивнул.

— Тогда ты не против, если я тоже уйду в убежище?..

Процесс как и прежде был не из приятных. Я с Мерлином, Белой, Тиями и Котом встали в тесный круг, окружив Странника. Затем сверху на нас обрушилась гигантская рыба-ирреал. Она проглотила нас целиком, и на какое-то время мы ощутили себя в её внутренностях. Везде вокруг была одна слизь. Пахло соответствующе, как в желудке у рыбы.

Затем нас выбросило из существа этажом ниже, прямо в небольшой колодец.

Это было большой удачей — попасть в совмещённую локацию, то есть, фактически, спуститься не на одиннадцатый, а сразу на двенадцатый.

Нашей первой локацией здесь был древний, зарытый где-то глубоко под землёй храм, где не ступала нога живого существа едва ли не десятки тысяч земных лет.

Видимость была немного неестественно мутной, будто свет вяз в пространстве и не хотел идти дальше. Как бы Мерлин не старался, у него не получалось сделать свет действительно ярким. Но получилось осветить пространство до полумрака, позволяющего контролировать ближайшую обстановку.

— Чувствую присутствие чужого разума, — тихо сказала Тия. — Слабое, но я думаю, что противник скрывается. Я его ощущаю благодаря шляпе, здесь есть остаточные эманации.

Она коснулась одной из толстых тёмно-серых колонн. Закрыла глаза и добавила:

— Нет, стражи здесь никогда никем не тревожились, так что в памяти локации пусто. Если это существо способно бесконечно пребывать в неподвижности

Способностей Эстель не хватало.

Мы прошли по длинному коридору к развилке. Путь расходился вправо и влево, и одна дорога от другой ничем не отличалась. Но стоило нам шагнуть вправо, как Тия указала пальцем в сторону одной из колонн, у которой темнела трёхметровая фигура.

Свет Мерлина явил нам лик застывшего скелета в богато украшенной рясе неизвестного бога. Ростом он был где-то метра два с половиной. Последние полметра высоты оказались крупным высоким головным убором, расшитым золотом и белой дорогой тканью.

Существо не подавало никаких признаков жизни и не реагировало на подсветку. Складывалось ощущение, что оно и вовсе — элемент декорации. Но Белая сразу расставила всё по своим местам.

Она взяла меня за руку, и я снова оказался в её теле. Ощутил лёгкий азарт и интерес. Похоже, новый монстр не вызвал у неё опасений.

Вечный жрец [некрохаоты].

Уровень угрозы: 3520.

Способности: хаотическая фаза, стрела тьмы, продвинутая некромантия, эксгумация, погостный оберег, проклятие слепоты, призыв: могильные псы, луч смерти, магия смерти III, перст Мортис, мутация, рой щупалец.

Иммунитет: разум, тьма, хаос

Защита: астрал, изнанка

Уязвимость: магия света, магия жизни

— Что тебя радует? — спросил я у Белой, не отрывая взгляд от застывшей нежити.

— Здесь вменяемый уровень сложности. Я опасалась, что придётся пробиваться через опасных чудовищ.

Три с половиной тысячи — это хороший монстр времён прохождения земли аномалий. Один на один он будет примерно на равных с большинством членов моей группы. Но против даже двух из нас у него уже не было ни шанса. И всё же я предупредил Белую на всякий случай:

— Ну, ты этого парня тоже со счетов не списывай, — посоветовал я, зная о том, как любит Стена делать сюрпризы. — Но в целом это соответствует этажу с учётом сложности почти в восемь тысяч. У нас бы этот парень был бы пониже, этажу к двадцать второму.

— Что будем с ним делать? — спросил Кот.

— Раньше бы предложил пройти мимо, раз он нас не трогает, — хмыкнул я. — А сейчас думаю, может разнести ему голову на всякий случай?

— Определённо стоит, — ответил Мерлин, но его опередил Тео — мощный заряд белого огня стрелой влетел в тело нежити, пробил его насквозь, но тут сработал навык «хаотическая фаза».

— Описание поменялось! — воскликнула Белая.

Не только описание. Я вдруг увидел, как на плече нежити вдруг появился светло-серый комок плоти со множеством щупалец, которые принялись кастовать заклинания.

Книга в руке у мертвеца ярко засияла. Щупальца забегали по страницам. В комке неведомой серой субстанции открылся ярко горящий глаз — чудовище читало текст книги, пять щупалец активировали магический щит, бросили в нас три боевых заклинания и призвали некую янтарную сферу.

Амория попыталась перейти к нему в астральной форме и атаковать серпом по спине, но монстр оказался неожиданно проворным и сильным. Из под жреческой хламиды вывалились щупальца, которые позволили телу отскочить, и затем очень быстро разорвать расстояние между нами.

Мерлин направил синий огненный шар. За ним следом — белая стрела пламени Тео. И обе — мимо. Щупальца оттолкнулись от земли и подбросили нежить в воздух. Тело унеслось куда-то вверх. Я поднял голову… ох ты ж блин!

Ещё трое таких же застыли под потолком — щупальца позволяли им стоять на вертикальной поверхности и даже на самом потолке.

— Меня ослепило! — бросил Кот, прикрывая глаза и пятясь к рейду.

Не став дожидаться целителей, я шагнул к нему, чтобы аура поглощения проклятий переработала наведённую слепоту в ману.

Монстры же, поняв, что они обнаружены, принялись поливать нас заклинаниями смерти и хаоса. Мерлин сразу же поднял барьер, маги запустили массовые заклятия — под потолком расцвели синий и белый цветки из пламени. В помещении стало заметно жарче. Запахло палёной тканью. Один из скелетов жрецов свалился вниз к нашим ногам и так затих грудой разбитых костей.

— Один есть, — улыбнулся Тео, сдувая со сложенных в пистолет пальцев несуществующий дым.

— Два, — ответил Мерлин под яркий всполох света, охвативший ещё одного жреца. Тот свалился на пол, распавшись второй грудой костей.

Над вторым вверх всплыл фрагмент. Первый встал сам, с прожжённой дырой в груди и без башки и рук. Но они ему и не сильно были нужны — в дыре появился сияющий зелёный глаз, выстреливший лучом магии смерти.

Щупальце подхватило упавшую книгу. Монстр не собирался сдаваться, но был уже в очень неудобной для него позиции, фактически, в прямой видимости всех в нашей группе. Потому в следующий миг на него со всех сторон обрушились выстрелы и магия.

Выполняющая роль танка Амория не справлялась, потому я призвал для неё подмогу. Два костлявых тела поднялись, как некродендроиды.

Вдалеке показались и другие чудовища. Один из них атаковал «звездой смерти». Магией, поднимающей мощную вспышку некротической энергии. Это сбило защиту Мерлина, но барьер смог нас защитить. Следом за этим атаковавший вспыхнул белым пламенем Тео.

Ещё двоих новеньких накрыло «плачем цикад» Селены. Сверху свалились третий и четвёртый. Я поднял голову и не смог сдержать улыбку. Я и забыл о том, что Тиины серпы глубинной жатвы, некогда отобранные у третьего Всадника, имеют такое свойство. Клинок появлялся в каждой руке своего владельца. Девушка раньше часто это использовала, чтобы вооружать тем же оружием третью руку. И вот теперь она сумела распространить это свойство на навык произрастания.

Множество рук, торчащих из колонн и потолка, были вооружены копиями серпов.

Так что вскоре подбираться к нам по потолку стало гиблой затеей. Уже после второй провальной попытки монстры прекратили лезть наверх. Но внизу мы тоже начали доминировать, и исход боя стал очевиден.

Следующие пол часа мы заканчивали зачистку. С двумя боевыми группами дело пошло быстрее. Мы продолжили исследовать локацию храма и трижды сталкивались с вечными жрецами.

После этого тщательно собрали лут и получили в своё распоряжения разрушенную и совершенно унылую локацию древних руин. Отсюда было три выхода.

— Сюда бы Эстель, — посетовал я. — Узнать, какой из них ведёт вниз.

— Хорошо бы наткнуться на местный терминал, — конкретизировал Мерлин.

— Локация слева — скорее всего, порождения хаоса, но какого-то другого типа, — сообщила Тия. — Прямо по курсу — что-то бездушное, но очень злое. Хантер сказал, что чувствует угрозу, исходящую оттуда.

— Значит, туда не идём. А справа?

— Ничего. Скорее всего, аномалия.

— Ну, выбор, как говорится, очевиден, — сказал я и оказался сильно неправ.

Локация по ту сторону была покрыта густым тёмно-зелёным грязным туманом, где-то на метр от пола. Сама лока имитировала древние руины с невероятно сложной архитектурой. Внутренние стены локации, ступени и переходы все были изготовлены из обтёсанного по геометрическим узорам камня. Сделано это было со множеством деталей, так что на стенах выделялся некий узор из множества кругов, полукругов и треугольных форм.

Из некоторых текла светящаяся жидкость — что-то вроде древних фонтанов, которые работали и по сей день.

Арки были такими же. Неровными, состоящими из сложных геометрических форм — из края то закручивались как спираль, то были обтёсаны под треугольники с отверстиями. Тянулась такая арка очень высоко, но криво и узко, так что была скорее таким же странным элементом декора.

— Фиксирую движение, — произнес Элейс.

Рейд начал разворачиваться для обороны.

— М-м, ничего не вижу, — пожаловалась Сайна.

— Есть контакт, — подтвердила Белая и протянула в мою сторону руку.

Я понял, что ей нужно, и наши пальцы сплелись.

Ощутил, что держу в руках холодную поверхность модифицированного в терминале колдерского автомата Белой. Посмотрел в прицел — верней, посмотрела сама Белка, показывая мне обитавшую здесь тварь.

Жонглёр форм [парадоксохаоты].

Уровень угрозы: 2905

Способности: магия хаоса III, частичное похищение формы, передача формы, шаг сквозь хаос, оберег хаоса.

Иммунитет: разум, жизнь, хаос

Защита: пустота

Уязвимость: магия света, магия порядка

— Не нравится мне та часть, где про парадоксы, ответил я, вернувшись в своё тело.

— Больше похожи на обычную нечисть, — отмахнулся Мерлин. — Настоящие парадоксы не нападают, как тупые мобы.

— Да эти пока тоже, — заметил Кот.

Внезапно Тия резко развернулась, протянула левую руку, и три янтарных конечности ухватили одно из существ. Я смог рассмотреть нашего врага как следует — драная хламида с капюшоном, из под которого горели три глаза. А там, где у людей находится грудь… наверное, штук двадцать торчащих рук разного вида и формы.

Выстрелы универсов прочертили бирюзовые линии в тело чудовища. Существо попыталось поймать пули руками, но тамарская рельса просто разнесла его на части.

И стоило мне подумать, что передо мной проходной моб, твари пошли в атаку.

Короткий портал выплюнул одно из существ за спиной у Кота и Сайны. Алая вспышка силы, и оно исчезло. Быстрее, чем Кот зацепил его своим кинжалом.

А мои товарищи — повалились на пол.

Я вздрогнул от увиденного. Какого хрена они творят?

Правые руки у обоих отсутствовали — теперь из обрубков торчало намертво приросшее оружие. А упавший Кот… великие строители, тварь как-то развернула его ногу, и теперь пятка врастала в бедро.

Раздалась серия выстрелов. Мимо мелькнуло белое пламя Тео. Без остановки куда-то в туман палил Наги. Но алые вспышки порталов продолжали перебрасывать к нам существ, которые превращали проходчиков в обитателей кунсткамеры.

Жестокая перестрелка длилась недолго. Ещё троих жонглёров удалось прикончить, и тогда существа отступили. Это была не победа, а лишь временная передышка.

Вот только треть рейда к тому моменту уже успели стать калеками.

— Отступаем, — зло бросил я, и никто спорить не стал. Приказ был воспринят с облегчением. Тех, кто не мог ходить, подхватили и понесли на себе.

— Арк, я их не вижу, — тревожно сказала Сайна. — Камеры их игнорируют, и механизмы не фиксируют.

Я только кивнул. Об этом свойстве даже «истинное имя» Белой молчало.

Когда мы уже выходили обратно в локацию храма, монстры предприняли ещё одну попытку атаки, но на этот раз мы были готовы, и стояли так кучно, что оказаться за спиной они не могли.

Раздались выстрелы и вспышки магии, а мы получили ещё два фрагмента. Последний монстр успел порталом убраться. Пошёл за подмогой, видать.

С облегчением закрыв дверь, мы сели перевести дух рядом с ней.

— Альма, скажи, что это лечится.

— Пока думаю, — растерянно ответила целестин. Рядом с ней с недоумением на лице стояла Селена.

— Грёбаный сломаный баланс! — выругался Мерлин. — Взорвать бы эту локацию нахрен!

— Да не, они сами по себе не сильные, — не согласился я. — А их щиты легко пробивают рельсы. Если бы не этот эффект, были бы лёгкими.

— Брат… честно говоря, я в замешательстве. Это не магия. Структура тел просто изменилась. Боюсь, я тут ничего не могу сделать.

— Можно попробовать перерождением, — предложила Селена. — Но я не уверена, что заклинание примет за основу правильную форму тела, а не новую. Может быть, что это даже терминал не сможет исправить.

— Да ну нафиг… — выругался я. — На ровном месте!

— Оружие вместо руки — это не так уж плохо. Даже стильно в каком-то смысле, — послышался голос Странника, а вскоре появился и он сам.

— Что-то знаешь про этих гадов? — спросил я.

— Немного. Перерождение Селены должно помочь, но сначала нужно, чтобы Тия откачала всю ману, и… нужно убрать перевёрнутую конечность.

— Прямо вспоминаются первые дни. Старый добрый алый лёд, — улыбнулся Мерлин.

— Там ещё обязательно нужно, чтобы тот, кто это сделал, был мёртв, — добавил Странник. — Но с этим вы, вроде бы, справились.

— Надеюсь, с них хотя бы фрагменты ценные, — буркнула Сайна с торчащим из плеча универсом.

— Специфические, — пожал плечами парень в маске. — Тие должны зайти. Может, Хантеру.

— Ты уже сталкивался с ними?

— С другими, но похожими. Понял, когда увидел, что они делают.

Я вздохнул.

— Блин, думал катком пройтись. Если монстры слабее нас, легко спуститься, заодно найдя местный терминал. Но если тут будут такие сюрпризы, то лучше расплавить пол и сделать себе выход самим.

Ещё некоторое время я взвешивал в голове все «за» и «против», взглядом останавливаясь на покалеченных мерзкой способностью монстров товарищах, и бросил Мерлину:

— Сейчас отдохнём, попробуем вернуть нормальное состояние всем, и затем, наверное, запускай циклическое колдовство. Пойдём напрямик. Наигрались, спасибо.

Лечение оказалось долгим и трудозатратным, но способ Странника работал.

Вампиризм Тии вытягивал из конечности всю ману, вызывая её истощение. Затем под анестезией Альмы Кот живой металлической лентой отсекал конечность, и Селена применяла перерождение. По итогу — три часа впустую, не говоря уж о прорве маны — перерождение Селены было чем-то вроде целительской ульты, и требовало немало магической энергии.

Ещё от монстров сильно пострадала группа Манри. Там тоже троих перемешало как попало. Но с некродендроидами разобрался Мордред, и намного легче, чем мы. Без биологической цепи исцеление перемешанных конечностей оказалось простой задачей.

После сеанса целительства приступили к раскопкам. Верней, Мерлин просто начал плавить пол посреди коридора. До конца дня у нас, можно сказать, будет ещё минус один боевой маг. Сил на проделывание незапланированной дыры вниз тоже требовалось немало.

Но самое неприятное, что незамеченным для Системы это тоже не осталось.

— Арк. Приближается враг, — сообщила Тия и указала на вторую дверь, где были сильно непонравившиеся Хантеру некроморфы. Стена прислала монстров выказать своё «фе» на наш вандализм.

— Всем в строй. Готовим универсы. Сайна, картинку! — скомандовал я.

Мелькнула вспышка света от проектора с дрона. Белка ухватила меня за руку, и я увидел её глазами приближающуюся тварь.

Ненасытный коюр [некроморфохаоты].

Уровень угрозы: 4191

Способности: мгновенная регенерация, присоединение плоти, метавирус, мутация VIII, некроэволюция.

Иммунитет: смерть, жизнь, хаос, яд

Защита: пустота, физический урон

Уязвимость: огонь, кислота

Тощее сгорбленное гуманоидное тело, серо-фиолетовая тёмная кожа, подобие небольшой головы с игольчатой гривой и очень примечательные руки — почти клешни с покрытыми зубами щупальцами и торчащими костями и языками.

Впрочем, некроморфы никогда красотой не отличались.

Едва монстры появились в коридоре храма, как мы открыли огонь. Твари действительно регенерировали мгновенно, но сила ударного урона тамарской рельсы была такой, что монстров относило назад на несколько метров. И повреждение, оплавленное раскалённым снарядом, мгновенно не регенерировало.

Уязвимость к огню была очень хорошей новостью. Тео и Мерлин запустили массовые заклинания. Мерлин, правда, был почти без сил, и вышло слабо. А вот Тео своей волной белого огня положил сразу нескольких.

Существа оказались быстрыми, живучими и очень адаптивными. Когда первые бегущие сгорели, другие их уже обходили по стенам, прыгая между колоннами и ползая под потолком.

Тия скрестила на груди руки с серпами и закрыла глаза. А серпы в астральных руках под потолком заработали.

Твари издавали странные звуки. Универсы вспыхивали бирюзой режима тамарской рельсы. Затем, когда враги подступили ближе, Белка скомандовала переход на огнемёты.

Струи пламени объяли некроморфов. Те взвыли, но не остановились.

Группа некродендроидов встала у них на пути, беря огонь на себя. Затем в сторону противника потянулось от посоха Наги пылающее облако. Пламенным дождём оно пролилось над рядами противника, заодно озаряя локацию, будто днём.

Всё это время я готовился, медленно преобразовывая локацию. И, когда критическая масса зелени выросла, приказал растениям атаковать и связывать нападавших, после чего использовать, как питание.

Это стало финальным аккордом схватки. Растения хватали некроморфов и сходу вцеплялись в них корнями, выпивая все соки. Вместе с тем они впитывали и энергию хаоса, от чего становились всё менее контролируемы.

— Тише, — попросила заражённую хаосом растительность Тия, и гибридная стихия Тифона заставила их подчиниться ей.

— Ну что, всё? — спросил Мерлин и откупорил бутылку с водой.

— Стойте!! — остановил всех Хантер. — Что-то не так. Дайте минуту.

Мы замерли. Только соларис продолжил, вскрыв фиал зелья маны, затем сделал пару глотков воды и влил синюю жидкость в воду. Чуть взболтал и принялся с наслаждением пить.

— Ага. К телам не подходите, — разобрался Хантер. — Там смертельный вирус, который делает одним из них. А, Белая… и ты тоже немного…

Я посмотрел на воительницу, лицо которой начало покрываться болезненным сероватым цветом, а вены вспучились и пульсировали.

Та невозмутимо активировала навык и разлетелась осколками льда, чтобы возродиться из воды в паре метров от места гибели.

— Минус одна жизнь, — посетовала она.

— Фрагменты-то брать можно? — спросил я у предсказателя.

Тот задумался.

— Наверное, только лучше обеззаразить чем-то и руками не трогать.

— Если так, то нужны ли нам вообще такие фрагменты? — с сомнением спросила Сайна.

— В хозяйстве всё пригодится. В крайнем случае скормим терминалу, пусть растёт, — ответил я.

— Да куда уж больше, скоро в потолок десятого упрётся…

Тринадцатый. Нам не повезло, под нами была аномалия. Вернее, ловушка, потому как действительно аномального в ней ничего не было. Я даже оценил оригинальность подхода.

Помещение было стилизовано под лабораторию безумного учёного, где опасным было абсолютно всё, но было расставлено так, что не свалить что-нибудь ненароком невозможно. Сайна попробовала крохотными дронами и то умудрилась задеть пару образцов, из-за чего на полу теперь было чёрное пятно от неизвестной субстанции, разъедавшей пол.

Спускаться вниз не стали. Я счёл, что хорошо бы такую ловушку разобрать и занести себе, мало ли где пригодится. Оказалось, что это тоже задача запредельной сложности. Чем бы мы не пытались извлекать экземпляры, больше половины оказывались уничтоженными. Зачастую вместе с самими дронами.

— Мне такой размен не нравится, — заявила Сайна. — Может к чёрту эту химию, просто взорвём там всё? — спросила она.

— Тебя что, Мерлин покусал? — удивился я.

Но в главном она была права. Нечего жадничать.

— Кстати, можно попробовать зайти туда с твоей остановкой времени…

— Даже не думай, Арк, я не буду тратить ульту на невесть что.

— Ладно, дайте Софье, пусть изучит, — вздохнул я. — Немного времени у нас есть.

Синица тем временем отправила свои машины в локацию некроморфов. Монстры пришли все, так что теперь место было пустым. Но исследование его ничего не дало — место больше походило на логово троглодитов, с костями сожранных жертв.

Два выхода из локации вели — один в локацию с той же аномалией, что была справа от нас. Второй… на лестницу вниз. Что ж, путь мы нашли в любом случае.

Второй выход мы исследовать уже детально не стали — незачем. Чёрт с ним, будем уничтожать лабораторию. А жаль. Прям сердце кровью обливается, что там ещё может быть.

Попробовал вытащить что-то корнями, но вскоре понял, о чём говорила Сайна. Локация была изначально выстроена так, чтобы избежать мародёрки. Я просто взял со стола хрупкий бутылёк с какой-то жидкостью, и небольшой столик, на котором он стоял, сложился пополам, устроив небольшой погром.

Флакон наверх, к слову, я тоже достал повреждённым. Осмотрел его — и понял, что стекло нарочно очень тонкое, так что его было очень легко сломать просто взяв в руку. Таким же хрупким было всё, что мы сумели достать оттуда.

Вскоре подоспел ответ Софьи:

— Чёрная жижа — это эссенция чего-то живого. Она летучая, вызывает блокаду манаканалов и паралич всех систем организма.

— Как кровь ляпуса?

— Суть похожа, но принцип другой. Бесцветная жидкость — это царская водка — смесь концентрированных кислот. Металлическая банка — с летучим составом, он нарушает координацию движений и повреждает вестибулярный аппарат. Кстати, банка проржавела, так что я бы это выкинула. Она уже испаряется через дыры.

— Ясно… — вздохнул я. — Ну ладно, так и быть, взрывайте.

Это была очень плохая идея.

Тео уже пошёл к яме, зажигая пламя над рукой, когда его остановил Хантер:

— Стоп! Не вздумайте! — воскликнул он — Там что-то очень токсичное. Если мы случайно его повредим, через дыру сюда придёт… что-то вроде газообразной кислоты. В общем, оно в видении растворяло даже наши скафандры.

— Спасибо. Хантер, как же я рад, что ты снова в строю, дружище!

— А уж я то как рад, — буркнул он.

Пошли на переход к лестнице. Убедились, что на ней нет защиты — периодически лестницы оставались без охраны, видимо, здесь было так же.

Выход с лестницы вёл в локацию с тем, что поначалу можно было принять за снегопад.

Я понял, что мы вышли на хаб. Таких спусков, как наш, было довольно много — они спиралью вились вниз и выглядели, как толстые колонны посреди заснеженного леса.

Но в Стене всё часто не то, чем кажется. Снег не был холодным. Вместо него под ногами был пепел.

— Горелые… кости, — сказал Мордред. — Я могу получать в этой локации силу.

То, что я принял за деревья, тоже ими не были. Это была некая шипастая имитация деревьев, но из подржавевшего металла. А вот металл — был настоящим. Кот смог нормально с ним взаимодействовать и сразу же закрутил вокруг себя режущие металлические нити.

Противник в локации оказался разумный. Одетые по пояс в красные юбки мужчины и женщины неизвестного вида. Кожа была розовато-серой, а головы — с приросшими масками быков.

Баффен [дьяволы].

Уровень угрозы: 4289

Способности: магия бездны III, магия крови III, магия разума II, укрепление тела, укрепление духа, власть над низшими, внедрение ложной парадигмы, чтец душ, дьявольский рывок, дьявольский портал.

Иммунитет: бездна, астрал и их гибриды

Защита: стандартные стихии, физический урон

Уязвимость: вера

Существа не скрывались. Первыми нас встретило трое — двое мужчин и женщина. Девчонка ушла в рывок, двое её спутников — сгорели в языках пламени, чтобы выйти из такого же рядом с нами.

Выстрелы рельс в упор ранили чудовище и отбросили на полтора метра. Я рассмотрел существо вблизи — обнажённый торс был покрыт тонкой вязью алых татуировок с корявыми буквами на латыни.

В руках у существа было нестандартное оружие — боевые чётки. Сколько хожу по Стене, впервые вижу, чтобы их использовали как оружие и усилитель магии.

Пробитый насквозь дважды демон смог устоять и активировать способность.

Я ощутил сильнейший прилив разнообразных эмоций. Их было так много, что сопротивляться было почти невозможно. Хотелось одновременно бежать, убивать, есть, спариваться — сердце заколотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди.

Рядом такому же воздействию подверглась Альма. Лицо её приобрело бессознательно-довольное выражение, и она осела на пол. Но в то же время из её тела вышли две другие Альмы, будто призраки. Одна выстрелила существу в голову из арбалета, другая активировал пламя Асгора и применила к поражённой эффектом Альме.

Запоздало вспомнив, что мудрость природы работает схожим образом в случае псионического воздействия, я применил её.

Морок не исчез, но стал будто фоновым и не мешал трезво мыслить.

В этот момент подошла третья рогатая. Выставив перед собой чётки, она силовым полем отбила огненное копьё Тео, затем атаковала Аморию и получила увесистым посохом Наги по черепу. Тот, видимо, использовал как оружие короткий портал и просто перенёсся над противником с уже занесённым артефактом.

Итогом боя была половина рейда в не совсем вменяемом состоянии — все, кто не смог взять эмоции под контроль, глупо хихикали, рыдали или испытывали другие сильные эмоции. Причём эти эмоции бесконтрольно переключались случайным образом…

Лечилось это или временем, или пламенем Асгора. Мы выбрали первое, потому как мана Альмы была для нас крайне ценна, чтобы поддерживать стазис тел наших товарищей. Как только её способность иссякнет, Стена заберёт их души на перерождение. Так что магическое истощение для неё было концом пути для них.

Мы устроились прямо у входа, окопались на случай нападений и час провели на месте, дожидаясь, пока все задетые навыком придут в себя. Что ж, нужно сказать спасибо, что это проходит само, а не требует танцев с бубнами.

Сайна тоже пришла в себя сама, благодаря алгоритмам ионитов. Но управление механизмами почему-то не работало в этой локации. Возможно, тоже какой-то эффект чудовищ. Но разведка в лице Белой вскоре обрадовала, что всё не просто так, и здесь есть терминал.

Новость была встречена с огромной радостью. Народ только что шапки в воздух не кидал и не кричал, привлекая баффенов.

Стало понятно, что локацию придётся чистить. Стали разрабатывать план. Решили, что лучше всего вообще их к нам не подпускать. Уровень у них был вменяемый, а к физике не иммунитет, а лишь защита.

Настал звёздный час стрелков. Я открыл убежище, немного поменял состав группы и вывел на передние позиции группу Лифы с киборгами, улиткой и троицей тари. К ним же отошли три механические девушки Сайны, каждая из которых тоже была отличным стрелком.

Начали медленно прочёсывать лес. Пространство было достаточно открытым, чтобы замечать противника издали.

Так без особых хлопот прошли к самому центру локации, которая была стилизована, как жерло вулкана. В центре был небольшое святилище бездны. Которое на самом деле — было искомым терминалом.

Здесь, как водится, на нас опять напала крупная группа противника, и мы ещё с полчаса сражались с ними. В конце им даже почти удалось добраться до стрелков и вступить в ближний бой. Их чётки и впрямь могли быть оружием ближнего боя. Во всяком случае удар не блокировался ничем, будто весили они под пол тонны. Но троица мехов перешла на оружие ближнего боя и легко закрыла брешь в строю.

Терминал был наш.

Я подошёл к нему, активировал, пробежался по списку логов и дошёл до самого главного — модификаций. И… разочарованно скривился.

Находка была для нас бесполезной…

Идёт сканирование.

Арктур, астральный лишайник, архидруид/эссенциарх

Тип вмешательства — дьявольский.

Интеграция путём обращения к обитателям демонических миров.

Улучшенное сопряжение: демонические структуры

Удовлетворительное сопряжение: биологические структуры, хаотические структуры

Минимальное сопряжение: некротические структуры, духовные структуры

Доступно модификаций для класса архидруид: 6

Доступно модификаций для класса эссенциарх: 13

С предвкушением чуда я открыл первый список и увидел шесть абсолютно бесполезных способностей. Уже по первой можно было понять, что это полная лажа, и остальные мало чем отличались:

Доступна способность: «убежище порока» (пассивное).

Постепенно снижает нормы морали всех находящихся в убежище существ, а также пассивно транслирует желание исполнять волю хозяина леса.

Внимание: осознанность находящихся в убежище существ будет снижена на 15%, сопротивление греховным чувствам снижено на 40%.

Доступна способность: «лес рук» (активное).

Позволяет выращивать конечности убитых врагов на деревьях.

Внимание: будет подселена сущность: бес кровожадности с вероятностью 85%. Будет добавлена парадигма: жажда обрубать конечности +1% за каждые 3 применения.

— Ну и нафига нам такие модификации? — спросил я, разочарованно выходя из списка.

Зашёл в модификации эссенциарха.

Доступна способность: «твареобразие» (активное).

Снижает когнитивные способности созданных существ, придавая свирепости и отключая инстинкт самосохранения.

Внимание: цель влияния будет подвергаться системному искажению доминирующими стихиями.

Снижение общего запаса маны на 5%

И ещё двенадцать пунктов такого добра. Или сама способность была бесполезной, или, если толк от неё всё же был, то откат вешался такой, что оно того просто не стоило.

Иными словами — зря радовались. Чушь это, а не терминал.

— Кто хочет — пробуйте, — сказал я разочарованно. — Но там походу только говно.

Самое обидное, когда ты уже успел порадоваться, что проблема решена, и тут оказывается, что хрен тебе. Мы всё ещё спешим домой, и нам всё ещё нужен терминал…

Бегло просмотрев свои моды, Альма поморщилась. За ней следом — Тия, с тем же исходом.

— Думаю, это имеет смысл только для тех, кто связан с бездной, — сказала Сайна. — Как ионитовый мой хорош с ионитами, а у других пациентов неправильная математика в голове.

— Арк, — обратился ко мне Хантер. — Верни Нэссу!

Я задумался.

— На этом? Ты побочки видел?

— У неё связь с бездной. Возможно у неё есть шанс получить хотя бы не сильно плохое.

— Хорошо, если так думаешь, проверим.

Вскоре Нэссу уложили на демонический алтарь. Белые дреды растрепались по тёмному камню. Терминал вспыхнул, сканируя подопытного, и затем выдал свой вердикт.

Для тёмного паладина было двадцать семь возможных навыков. Начали читать. Я с разочарованием покачал головой. Всё то же. Половина навыков больше вредят, ещё треть — непонятно зачем нужны и имеют кучу побочек. Но Хантер продолжал изучать список под пристальным вниманием других членов Ордена.

— Вот! Девятнадцатая! — сказал он, тыча пальцем в экран.

Доступна способность: «стихийный аватар» (активное).

Позволяет активировать боевую форму стихийного аватара.

Заклинания школы тьмы будут усилены в 2 раза, добавлена способность «иммунитет к тьме», базовые характеристики повышены вдвое силой стихии тьма.

Внимание: будет подселена сущность: бес кровожадности с вероятностью 95%. Будет добавлена парадигма: жажда кровавой бойни +0.5% за каждое применение.

Внимание. Способность будет улучшена.

Парадигма «жажда кровавой бойни» будет активироваться только на момент сражения. Шанс подселения сущности существенно снижен до 5%. Стоимость поддержки каста будет снижена (печать Астарота)

— Вроде бы и правда не так плохо, — задумчиво сказал я. — Эй, терминал, сколько это займёт по времени?

Ожидаемое время работы 13 мин 13 сек.

— Немного, — настаивал Хантер.

— Понимаю, что ты хочешь возродить свою подругу, но… поступай на свой риск, в общем. Терминал больно стрёмный.

— Я знаю, что делаю, — уверенно сказал Хантер. — В прошлой жизни я уже имел дело с похожими терминалами.

— Правда? Что ж ты раньше не сказал? — спросил я.

— А зачем? — слабо улыбнулся предсказатель. — Всё, что я могу рассказать, ты сам видел. Он подходит демонологам, чернокнижникам и обладателям контрактов с бездной. Или хотя бы с наличием ветви демонических навыков в билде. У остальных варианты всегда плохие.

Я кивнул, принимая правила игры.

— Ладно, хоть кому-то может польза будет. Мы подождём, — согласился я и почти сразу услышал:

— Не только она! Я тоже хочу! — послышался голос Наги.

— Ты боевой технолич, а не чернокнижник, тебе тоже будет одна хрень.

— Не, я уже выбрал! — поделился он. — Всего одну! Источник стихии бездна!

Доступна способность: «бездна ярости» (пассивное).

Инициирует зарождение источника стихии бездна с поддержкой передачи маны другим источникам (в таком случае на способности будут наложены искажения бездны)

Внимание: во время активации ярости будет принудительно добавлен статус «ярость берсерка».

— А откат? — строго спросил я.

— Я техноцитодендроз, Арктур. Как ярость возьмёт верх над машинным разумом или изолированной филактерией лича? Не-е, я всё продумал.

Его способность ставилась чуточку дольше, пятнадцать минут. Но это уже мелочи. По старой традиции мы окружили терминали и ожидали конца модификации. Вышел небольшой спокойный привал — монстры нас не побеспокоили.

Очень хотелось поднять как-то Эстель, но у неё все моды в терминале ничего хорошего не несли. Да и вариантов для логиста было не так много, как для других классов.

С большой надеждой исследовали модификации остальных, надеясь что получится поднять кого-то ещё и какие-нибудь моды дают улучшение. Но увы, демонические ритуалы никому из нас лучше не делали. Были интересные варианты для Тии и Элейса, но очень близко к грани с опасностью испортить билд, потому Тия сразу отказалась, а вампир какое-то время думал. Я уже не следил чем закончились его размышления, поскольку очередь дошла до Рейна.

Терминал с ним работать вообще отказался. От этого по телу пробежались ледяные мурашки. Это могло быть признаком того, что проходчик окончательно мёртв. Но Белая успокоила, что возможно в нём просто слишком многое от Гильгамеша, и его сила фактически враждебна терминалу, и причина может быть в этом.

Пока мы занимались экспериментами с терминалом, шла разведка близлежащих локаций. Размеры хаба позволяли Сайне выпустить несколько дронов. Это тоже был хороший вариант разведки за неимением лучшего. Так что время провели в целом с пользой. А спустя тринадцать минут алый свет поднял над алтарём тело Нэссы, открыл её светящиеся красным глаза, и поставил на ноги со свежей оккультной татуировкой на плече.

— Ты как? — с тревогой подошёл к ней Хантер.

— Отлично. Ты вернул меня! — она тоже была рада снова оказаться среди живых. Затем принялась озираться. — Где мы? Демоническая локация?

— Это пятнадцатый сектор, милая. Нас занесло сюда после боя. Всё в порядке, мы в безопасности. В рейде.

Она кивнула, а я посмотрел на Наги. Удивительна всё же судьба. Был проходчиком, погиб в бою, был поднял обычным мобом, как лич, а потом совершенно случайно его фрагмент оказался среди тех, что я использовал как тест для создания первых высших некродендроидов.

Интересно, сколько ещё в Стене душ, которые застряли в мобах или предметах, и из-за низкого духовного ресурса невидимы для Стены? Сейчас она видит в нём проходчика, но духовный ресурс Наги значительно ниже пятидесяти.

Наконец, алый свет поднял и его, поставив на ноги. С учётом того, что он был металлическим скелетом с сияющим генератором в груди, выглядело это зловеще. Ещё и чёрную мантию пожирателя смерти вместе с венком обратно надел на голову.

— Ну как? — спросил я его.

— Полный порядок! — отрапортовал технолич, подняв большой палец. — Шеф, мне подойдёт любой терминал. Кстати, а можно мне будет как-то передать управление некро-растениями? Ну, как у тебя? У меня получается сейчас твоя цепь самая большая слабость. А так есть идея, как совместить всё и… слушай, Арк, а у тебя будет время мне эволюцию сделать?

— Тебе? — удивился я. — В кого? Человека?

— Да нафиг мне человек, я тут придумал, как можно растения свести с некро в новую цепь. Буду техно-некро-дендро… ну или как там оно назовёт. А если ещё мне как-то фишку астории прикрутить…

— Это точно нет.

— Да ты погоди, Арк, ты оценишь. Короче, мне не псионику надо, хотя она тоже круто, но, короче, можно всё поменять под смесь двойной дендро, некро-дендро и ещё с механической частью. А тут у тебя были эти, как их, синтетические растения! ТОЧНО! Вот оно, Арктур! Шеф! Я понял! Дендро будет связующим, а на его основе будет переключение механики с некротической. И…

— Понял-понял, — остановил я поток его мыслей. — Всё попробуем, как вернёмся домой.

— А про астории?

— Поговорим, — пообещал я. — Ты просто не понимаешь, что это такое.

— Буду сниться своим врагам в кошмарах! Муахаха! — карикатурно зловеще рассмеялся Наги.

— Арк, я, кажется, нашла спуск вниз, на четырнадцатый. Здесь нет дверей, летать удобно.

Я увидел спроецированную на белый пепел под ногами картину. Вниз спускалась спиральная каменная лестница. Впереди за ней был крупный провал вниз, в черноту.

— Здесь недалеко, и монстров я по пути не встретила, — добавила она. — А потом этот провал тянется ниже. Возможно, обрыв выходит аккурат над Чёрной Дорогой. Но пока ещё не скажу точно, нужно разведать детальней. Дай чуть больше времени.

— Тогда собираемся, — принял я решение. — Наконец-то дошли.

Спокойный путь до лестницы через пустыню из пепла занял чуть больше получаса. Локация оказалась безжизненной. Атаковали нас всего один раз — чёрные черти с хопешами и порталами. Ничего особенного, с ними мы разобрались достаточно легко.

Спуск представлял собой лестницу у обрыва, выходившего над чернотой. Здесь были подпиравшие потолок колонны. Внизу под нами — хорошо была видна лестница вниз. Долгая и извилистая. А дальше — чернота. Сизая чернота, будто покров тайны.

Провели стандартные проверки. Небольшими группами начали спускаться. Мерлин едва восстановил малую толику своих сил, потому поддерживал лишь тусклый свет, позволяющий идти, не натыкаясь на стены и не падая с обрыва.

Сперва дроны, а потом и разведка подтвердили — Чёрная Дорога находится прямо под нами.

Чудовищ здесь не было. Как и охраны техноцита. Место казалось пустым и безжизненным.

Мы решили заночевать на нижнем витке лестницы. Она была достаточно широка, а основная часть отдыхала всё равно в убежище. Дальше путь вёл на небольшой перекрёсток с аномалией. Некая головоломка с плитами, где наступая не на ту, проходчик получал смертельный удар.

Нам проходить её было не нужно, потому я просто порадовался, что она там есть и не пропустит никого лишнего, если Стена позовёт монстров проверить, чем мы занимаемся.

Далее — перекрёсток выходил в три разные локации. Они были закрыты, так что дроны Сайны не помогли. Но я и не настаивал. Достаточно и того, что оттуда к нам не придёт никто.

Перед локацией с ловушкой на лестнице мы разбили лагерь и распалили костёр. Я посматривал на спортивную фигуру Нэссы и думал о том, насколько терминал сильно мог на неё повлиять. Но на первый взгляд всё было в порядке.

А ведь ещё никуда не делся вопрос с тем терминалом в локации иммундусов. Будут ли неописанные негативные последствия?

Я присел на краю лестницы, свесив ноги в обрыв. Где-то внизу торчали металлические балки, уходившие из стены в стену. Позади, за кострами, собиралась компания ночного дежурства. Тех, кто вторыми примет удар, если ночью будет вторжение монстров. Ещё одна группа во главе с Манри, были витком выше по лестнице и прикрывали наш тыл.

Некродендроидам не требовался сон, и они гораздо меньше нуждались в отдыхе.

Прикрыл глаза. Крохотные частички лишайника уже начали преображать это место. Я не тратил ману попусту лишний раз. Часть силы вовсе была взята из сердца убежища.

Локация преображалась. Я ощущал, как плетение биомов изменяет безжизненный каменный спуск, создавая закрытую экосистему. Мох на отвесных стенах. Поросль плюща. Видоизменённые лилии, которые призывали воду и повышали уровень влажности. Открылись бутоны люминесцентных цветов, которые станут нашим светом и питанием для всех прочих растений.

Я полностью погрузился в связь с растениями. На сердце было умиротворение, несмотря на всё, через что мы прошли и как близко к краху всё ещё находимся. Единение с растениями было настолько сильным, что я вдруг понял, что могу мыслями и сердцем быть единым со своим лесом и чувствовать каждый лепесток, как часть себя.

— В моей памяти есть это чувство, но в моём сердце нет силы того Манри тар Ланкдора…

— Мы оба не имеем прежней жизни. Мы даже не люди, а нежить. У мёртвых не бывает эмоций. Поэтому это нечто большее, Манри. Мне ничего не нужно от тебя, я просто рада быть рядом. Тело кровавой лорелеи предназначено убивать, а не носить платья. Настоящие чувства не нуждаются в плоти. Я хочу касаться твоей души, последний из Ланкдоров…

— Правильно ли я постигаю свою душу и прошлое, хранитель? — спросил Манри в пустоту, не зная о том, что я его слышу.

Намерений подслушивать у меня не было, но в этот момент я слышал весь зарождающийся природный биом. Могу себе представить, что чувствовал Хостер, слыша мысли на пятьдесят километров от себя. Кто угодно бы съехал с катушек.

— … может, это и правда сомнение. Но как сомнение может порождать фанатизм?

— Ты пытаешься убедить в этом себя и чувствуешь себя недостойной, Аси. И пытаешься это компенсировать им. Но я люблю тебя безусловно, Аси. Тебе не нужно ничего мне доказывать. Ты уже часть отражения Зеркала Мисы. Ты заслуживаешь любви просто по факту того, что ты есть.

Они находились в убежище, в комнате Альмы. Сознание случайным образом вырывало отдельные картины моего дома, без какой либо закономерности. Растительная эмпатия и связь растений захватывали всё пространство локации и объединяли общую сеть.

— Одиночество — то самое, что разъедало тебе душу всё это время, тоже фантом пустоты, — продолжила Миса. — Эта стихия не просто абстракция, как формулы звёздной магии. Она ищет тьму внутри тебя. Если внутри тебя нет тьмы, пустота будет бессильна. Иммунитет к пустоте можно тренировать. Не давай ей триггеры входа в твоё сознание. Любая ментальная боль, и тьма окажется здесь.

Она коснулась длинным тонким пальцем груди Аселлы напротив сердца.

— Сколько себя помню, я была на тёмной стороне, Миса… Моё место — промежуточный босс сломанной локации. Слишком порочна для твоей доброты.

— Мы обе знаем, что это не так. Разве ты не верила в того змея, в которого была влюблена? При чём тут зло? Разве не из чувства попранной справедливости ты бросала вызов прошлому воплощению Дины, даже зная, что слабей? Разве это не настоящая Аси? Судьба вела тебя тёмными тропами, но только ты сама можешь позволить запятнать свою душу.

— Спасибо, Миса… — послышался звук закованных в металл ног и резкие всхлипывания. Я увидел в сознании картину, как Аселла встала на колени и разрыдалась, уткнувшись в ноги Альмы. А та тепло улыбнулась и принялась гладить её по коротким чёрным волосам.

Ощутил разговоры, ведущиеся у костра. Проходчики вспоминали пройденные фильтры и гадали насчёт антагониста. Всё сходилось на том, что это будет младшая из дочерей смерти, безумная хозяйка мёртвой магии. Возможно, самое злейшее существо во вселенной.

Дина обещала посодействовать, чтобы это был какой-то маг разума попроще. И даже если предположить, что ей можно поверить в этом вопросе, он едва ли будет слаб.

Подумать только, мы уже боги. Окажись самый слабый член Ордена в обычном мире, он бы легко стал императором или кандидатом в местные боги. Возможности каждого давно вышли за грань нормальности. Я сам мог бы сейчас захватить, наверное, целую планету. Создать армию высших дендроидов, дать каждому из них армию низших, вооружить всей той генетикой из разных миров, которую я успел собрать за долгое время проходческой жизни, и едва ли многие смогут этому противостоять. А ведь это только часть дарованных Стеной навыков. Можно развивать свойства астории и подчинить все правительства. Можно…

Можно создать что-то своё. Хороший мир, где каждый сможет развиваться и жить без страха и принуждения. Мир, где всё будет правильно. Свою утопию, как та что была создана на десятом этаже.

— … Спасибо, мой чайный кот. Тьма была так близко. Я… очень боюсь, что однажды Стена нас разделит. То, что мы переродились в этом мире вместе — чудо. Такое очень редко случается.

— Почти никогда, — ответил Хантер с ухмылкой.

— Погоди, ты и это как-то устроил?

— У астральных стражей есть существа, отвечающие за удачу, — ответил он. — Так что я подстраховался на такой случай. Потом, конечно, забыл, но в той галерее вспомнил. В этом тёмном мире, полном страданий, самая большая ценность — это человек, с которым ты можешь разделить свою судьбу. Но, как видишь, я не мог знать, что мы ещё расходниками попадём в лапы к Первуху.

— Это тоже было нужно, — заметила Нэсса. — Помнишь, он свозил расходников из разных мест. Благодаря этому мы не прошли мимо друг друга. Как знать, может этот демонолог тоже был важной частью, которая свела нас вместе в этой новой жизни… кстати, что не так с терминалом, который меня поднял?

— А-а… он всем выдавал редкостную дрянь. Но у тебя был бонус от Астарота, и способность выходила нормальной. Только тебе подошло из-за этого. Бездну у нас в рейде никто не практикует. Хотя Наги себе источник поставил.

— Ну, это же Наги, — рассмеялась Нэсса.

— Да уж… — Хатер прервался, чтобы налить чай подруге.

Я услышал звук льющейся жидкости, а затем проступили очертания предсказателя и тёмного паладина с другой стороны обрыва, у самой стены.

Они сидели вместе неподалёку от провала за небольшим кофейным столиком из убежища, на котором стояла магическая плита с подогревом и бело-золотой чайник Странника.

— Повезло, что в этот раз можно чувствовать себя в безопасности в группе, — заметила Нэсса после долгой паузы на первые глотки пока ещё горячего чая. — Я давно не чувствовала себя так спокойно, как на привалах Ордена. Ну, разве что на базе на десятом.

— Такая себе безопасность, — хмыкнул Хантер. — В любой момент может на голову свалиться какая-то дрянь… хотя, наверное, ты права, даже так приятно знать, что, если ты погибнешь в бою, тебя постараются вернуть, а не разберут на фрагменты или бросят, чтобы задержать тварей.

— А вдруг нам правда удастся найти выход отсюда?

— Знаешь… — задумался Хантер. — Я часто думаю об этом в последнее время. Вот ты сама что бы делала, если бы тебе больше не нужно было выживать?

— Хороший вопрос… если честно, я уже и забыла, как живут в нормальных мирах, — виновато улыбнулась девушка. — Наверное, будем учиться расслабляться и жить без страха перед гонами, ивентами и прочим. А ты что думаешь?

— Думаю, — улыбнулся предсказатель, — что пока мы вместе, любой мир будет не так плох.

Звуков было так много, что я не сразу различил среди них голос Тии, когда та присела рядом на краю обрыва. Её голос казался одним из множества раздававшихся по всему убежищу, и, стоило чуть больше сконцентрироваться на любом из них, как я тут же оказывался сознанием рядом.

— Давно у нас не было таких мирных моментов. Здесь так спокойно, будто в целом мире есть только наша крошечная группа… — произнесла она. Девушка просто рассуждала вслух.

Я сконцентрировался и оборвал действие навыка, чтобы все чужие голоса скрылись кроме её.

— Самой не верится, что мы так далеко зашли. Никто бы не поверил, если бы им это рассказали раньше. Только ты с самого начала знал, что пройдёшь Стену.

— Пока что я ещё ничего не сделал. Знаешь, даже мне это кажется порой невозможным, — признался я.

— Правда? — удивилась она.

— Только тебе признаюсь, — улыбнулся я. — Просто я знаю, что буду пытаться. Я не хочу, чтобы Аврора или наши будущие дети жили с мыслью, что их ждёт мучительный конец. Я хочу, чтобы они знали, что бессмертны, и жили как боги. С осознанием своей вечности.

— Выйти из бесконечного цикла перерождений Стены, — произнесла Тия. — Я помню так много жизней… галерея показала далеко не всё. Я помню жизни в астрально-эфирном терминале, где я была птицей. Ионитовый, изуродовав тело тем крылом, сделал гораздо меньше, чем эфирный, в котором я прожила несколько жизней разными видами хаархуса. Я уже не знаю, что я такое, но я… просто перестала в какой-то момент задавать себе вопросы.

— Может оно и к лучшему, с учётом того, как мучилась с этим Альма.

— Но она, похоже, нашла свой ответ. А я… долгое время вела себя, как птица Стены. Потом боролась с этим. Боролась с прошлым неудачницы Таи. Потом с одержимостью хаосом…

— А сейчас с чем ты борешься?

— Уже ни с чем, — улыбнулась девушка. — Я могу посмотреть на мир с пяти разных сторон. Эта Тия всё ещё страдает от хаоса и сути хаархуса, хоть и может это блокировать. И она всегда рада компании Сайны, Белой или даже Селены, раз так сложилось. Это мысли главной женщины рода хаархусов.

— А остальные?

— С Аморией сложно. Она при жизни была моралистом. И она чрезмерно ответственная. Теистический терминал лореев в землях аномалий, который охраняли окаменелые диклониусы… помнишь, он дал волю ей и Дине, хотя не должен был. Чем это закончилось с Диной, ты знаешь. Тело вообще взбунтовалось, и пришлось пробуждать настоящую Дину, хотя её душа уже должна была практически раствориться… Амория другая.

Она вздохнула.

— Сетта самая спокойная. В её теле можно отдохнуть от мыслей и погрузиться в тишину. Хитоми очень чувствительная. Она боится чужих взглядов и ей грустно от того, что она больше похожа на монстра, чем на девушку. Мне кажется, в ней собралась вся моя застенчивость, наконец-то освободив остальные тела. Наверное, её облик тебе не очень приятен…

— Передай ей, что она слишком много думает лишнего.

— Она знает, — улыбнулась Тия. — А теперь я получила точную копию Таи. И могу смотреть на мир глазами прежней себя. Я была поражена тем, насколько сильно я изменилась с того момента. Будто совершенно другое существо.

— Технически, это так и есть. Вы совершенно разные виды.

— Да, точно… ты прав. Но знаешь, что у них всех общее?

— И?

— Мои чувства к тебе — это свойства души, а не тела. Потому что я люблю тебя, будучи каждой из них.

Я дотронулся до её плеча и запустил руку под одежду. Коснулся кожи девушки и активировал единство. А затем поцеловал, ощущая всеми доступными сенсорными системами организма, ставшего больше, чем просто человеком. И Тия ответила тем же навыком, объединяя сенсорные системы.

Чёрная дорога пятнадцатого сектора была неспокойным местом, но проблем она для нас не составляла. По непонятной причине, монстров-стражей локации здесь не было. Место представляло собой один крупный хаб, пересекавший весь сектор. Чуть меньше трёх сотен километров.

Мы ускорились — Дорога подхватила нас, и пространственная аномалия, созданная Мракрией в древние времена, заработала, как и раньше. Один шаг теперь равнялся двум. Хотя, в случае со Стеной гораздо важней было то, что это в принципе ровное прямое пространство, а не лабиринт из самых разных локаций.

Путь через пятнадцатый оказался достаточно скучным. Чёрная Дорога была довольно однообразным местом. Сайна и Вереск контролировали рои дронов, которые разведовали прилегающие к Дороге локации. Затем проектировали на стенах пустые локации разных культур. Большинство были связаны с хаосом или демонологией. Но стражей в них не было.

— Напоминает баг больших хабов, — заметила Белка. И, глядя на непонимание в глазах остальных, пояснила. — Крупные хабы со множеством выходов часто становятся жертвами активных ассимиляторов. Достаточно одному из выходов вести к существам, которые склонны покидать свою зону обитания и нападать на других, и прочие виды начинают зачищаться.

— И правда, если вспомнить, то так часто было, — кивнула Сайна.

— А как же пересбор? — спросила с интересом Тия.

— В нормальных локациях да, периодически случается пересбор, но если это разборки монстров, Система часто медлит с пересбором, экономя ресурсы, — пояснила она.

— Зачем перерождать то, что всё равно убьют далеко от проходчиков, — с сарказмом прокомментировал Мерлин.

— Здесь пересбор скорее всего блокирован Чёрной Дорогой, — продолжила Белая. — По идее, её должны удерживать стражи, но Мракрия бросил это место, так что, честно говоря, я не знаю, почему Дорога здесь всё ещё существует. Возможно, дело в ускоряющей аномалии… больше идей нет.

— Ладно, главное, что это работает, — подвёл я итог. — Сражаться за каждый метр мне бы не хотелось.

Впервые мы встретили монстров километров через пятнадцать. Но справились очень легко. Существа походили на уменьшенных динозавров с защищённой от всего на свете шкурой, но когда мы завалили нескольких из них, остальные предпочли сбежать.

Так стало понятно, что место всё же не так безопасно, и монстры здесь есть. Но не местные, а мигрирующие из локации в локацию. Как раз те самые активные ассимиляторы, или, скорее, просто захватчики, охотящиеся по законам первобытной жизни, а не по правилам Стены.

Затем ещё километров за шестьдесят мы столкнулись с крупным отрядом бредущей куда-то нежити. Скелеты с мечами и луками, мёртвые рыцари верхом на скелетах лошадей, личи в одежде жрецов, костяные собаки, мёртвые охотничьи птицы и главная фишка — костяной ужас — огромная тварь, собранная из множества костей.

Бой с ними был не сложным, но долгим. Монстры были тупыми и нападали просто по факту того, что увидели нас, не ведая самосохранения. Потому в целом, не смотря на численное преимущество в несколько раз, скелетная армия была разбита относительно легко благодаря стандартным проходческим тактикам.

После скелетов очень долго шло затишье. Пару раз мы встречались с существами, которые шли вдали от Дороги, или всё таки были пересобраны Стеной в локациях в по сторонам от неё.

Поскольку мы превосходили в среднем уровень здешних стражей, я позволил Белой собрать небольшую группу для вылазок, чтобы пополнить наш запас фрагментов. Уникальный лут из пятнадцатого сектора мог оказаться полезным.

Мы приближались к центру сектора. Я опасался встретить здесь отряды сектантов, но там не оказалось ничего опасного. Просто такие же пустые локации. Местные если и спускались, то или не здесь, или не сегодня.

Во второй половине сектора к нам в гости пришли демонические звери. Их было немного, но силой и умом они заметно превосходили скелетов. В любом случае, проблем с ними тоже не возникло. Сражение было недолгим и оставило после себя лишь лёгкие ранения и ценный лут. Цепь бездны в существе не была доминирующей, а остальные: животная, духовная и магическая, говорили о высоком шансе на то, что лут будет безопасным.

Можно сказать, путь был эффективным и лёгким до самого конца пятнадцатого сектора. А вот там нас ждал неприятный сюрприз.

— Чувствую множество жизней, — сообщила Тия. — Около тридцати-сорока человек.

Вскоре к её словам добавилась видеосъемка. Камера дрона Сайны показала группу проходчиков, которые дежурили на самой границе секторов. В центре был костёр, на котором жарились небольшие съедобные монстры, напоминающие крыс с крыльями.

Вокруг в охранении стояло человек двадцать, у костра возилось ещё человек шесть. Плюс здесь были разбиты палатки, в которых тоже кто-то был. Люди полностью перекрывали выход Чёрной Дороги своим лагерем.

Большинство — мужчины. Оружие слабее нашего, но тоже неплохое. В основном эридианские, колдерские и что-то красное, неизвестной культуры. Тамарского оборудования и выше не было.

Зато у многих на поясе были зелья лечения и артефакты неизвестного типа. Особенно я отметил наличие карт, наподобие тех, что носит Ильгор или Валтор из группы Зовущего.

Ритуалисты-саммонеры.

То есть в случае столкновения их здесь будет намного больше — половина призовёт какую-то дрянь. Похоже, в этом секторе направление было развито лучше, чем у нас. Что ж, это компенсировало более слабое техническое оснащение. Дронов и роботов у них тоже не было.

— Что будем делать? — спросила меня Белая.

— Ну, варианта три, — ответил я, прикидывая их в уме. — Можно просто обойти — найти подъём или сделать его самим, подняться на четырнадцатый, там пробить путь дальше. Но это долго, и велик шанс, что нас выдадут пришедшие к нам монстры. Или ещё хуже — Система сама их напрямую направит с квестом по наши души. Могут ведь и не удержаться перед горой легендарок с мификами.

— Скорее всего, так и будет, они же вроде как неадекваты по словам семнадцатых, — выразила мнение Сайна.

— Второй вариант — попробовать всё же с ними поговорить…

— Думаешь, это хорошая мысль? — нахмурился Мерлин. — Я бы их взорвал и пособирал лут.

— Вот так, только встретили незнакомцев — сразу взрывать, — нахмурилась Сайна.

— Сама же только что говорила, что они неадекваты? — возмутился маг.

— А вдруг нет?

— Вот и поговорю, — решил я.

— Отправишь копию? — спросила Сайна.

— Нет. Предлагаю идти всей толпой, в открытую, — решил я.

— Зачем? — опешила Белая. — Теряем эффект внезапности.

— Но получаем возможность пройти миром, — не согласился я. — Если они идиоты, то бросятся в нас стрелять. У нас щиты и барьеры. С первого залпа они ничего не сделают. В бою мы сильнее.

— Бой будет непростым. Их много, и половина — саммонеры, — заметила она. — Внезапная атака была бы намного эффективнее.

— Тем не менее, в победе я не сомневаюсь. Мы оснащены лучше и в целом сильнее. И ещё я очень сомневаюсь, что они ожидают удар отсюда. Смотри, где у них укрепления.

На кадрах с камеры наконец-то можно было разглядеть защитные сооружения. Сваленные крупные мешки с каменной крошкой образовывали огневые точки со стационарными орудиями. Оружие — смесь огнестрела с ритуалистикой, судя по обилию надписей на латыни и языке хаоситов со множеством закорючек и радиальных узоров.

Всё это было направлено в сторону шестнадцатого. И хоть стража стояла по обе стороны от лагеря, было видно, что охрана чувствует себя расслабленно. Бойцы что-то пили и играли в кости.

На наших глазах кто-то выиграл, послышался смех и шумные возгласы. Мрачный бородатый тип протянул победителю карту, инкрустированную драгоценными камнями. Это было встречено ажиотажем зрителей, которые тут же захотели поближе посмотреть на трофей.

— Пожалуй, разведаю для верности, что там такое… — решил я.

— Арктур, ты говорил, что вариантов три. Какой третий? — спросила Белка.

— А. Его уже озвучили вы с Мерлином. Напасть первыми и перебить их, пользуясь внезапностью.

— О. Так значит он всё же рассматривается?

— Да, — нехотя сказал я. — Сейчас решу, не отвлекай пока.

Я закрыл глаза и ощутил позвоночник, который показался когда-то давно кристаллическому терминалу схожим с древесным стволом, из-за чего именно он стал источником силы хуорна во мне.

Стихийная форма превратила тело в летучий лишайник. Я активировал на всякий случай рост заготовки клона для себя — вдруг меня какой-нибудь магией обнаружат и прикончат на месте?

Но похоже, опасения были излишни. Я оказался на территории лагеря без каких либо проблем. Стоило только разлететься достаточно далеко, чтобы летучая зелень не слишком выделялась на фоне черноты Дороги.

Затем начал оставлять свои споры по лагерю, создавая небольше очаги роста трав, чтобы ощущать всё в лагере так же, как недавно ощущал наше место стоянки. Только преображением биома я не пользовался, а лишь частично высаживал травы для слежения.

— … Как же они мне уже надоели. Третий день никаких поставок. Мне что, опять самому идти на охоту?

— Обещали нубьё выслать, чтоб шестёрили.

— Нубьё быстро мрёт, — поморщился первый говоривший с грубым прокуренным голосом. — Наверное, проще набрать мобов. Может даже повезёт, и будут бабы, как в тот раз.

— Ага, гоблинши, — саркастично усмехнулся его собеседник.

Лишайник пролетел в шатёр главного в лагере и постепенно вступал в контакт с плесенью и грибком, которые разрастались на ткани старой платки. Сама палатка тоже была из чего-то растительного, только сильно вымоченного и долго прослужившего, так что навыки друида требовали значительно больше вливания сил, если я хочу пробудить спящие в ней фрагменты растительной ДНК.

Наконец, проявилась картинка. Лидером был мужчина среднего роста, возрастом чуть за сорок, с плохо выбритой щетиной и всклокоченными сальными волосами. Одежда — смесь тактической брони незнакомой культуры с фэнтезийной рубахой и штанами. На руках и шее — украшения. Четыре браслета, по кольцу на каждом втором пальце, амулет и чётки. Всё это, скорее всего, артефакты, а у главного, наверное, шаманский класс, раз много побрякушек работает сообща. Вроде, это их фишка.

— Да хоть бы и гоблинши. Лишь бы работали. Хотя, как по мне, лучше б вообще на кого-то съедобного выйти. Как с тем стадом гуселисков.

— Да-а… до чего мерзкие твари были, а как хороши на вкус! — мечтательно поддержал лидера его помощник.

Судя по обилию зелий и медицинских инструментов на поясе вместе с небрежно заткнутой за ним волшебной палочкой, это был здешний лекарь.

Распространившись по лагерю, я начал оглядывать силы пятнадцатых, всё больше убеждаясь, что в прямом столкновении победа будет за нами, но и без потерь тоже не обойдётся. Вешать дополнительную нагрузку на Альму нельзя.

Итак, тридцать шесть бойцов. В основном люди, хотя есть орки и рогатые обладатели демонических рас. Ещё шесть — женщины. Вместе с двумя мужчинами они нарезали что-то коричневое, напоминающее гнилую верёвку. Ножи это нечто брали очень плохо, даже не смотря на то, что это был мифрил. Готовое — бросали в кипящий котёл. Похоже, эта штука была едой.

Я уловил слабый отклик растительной природы странной субстанции и понял, что это было неким вяленым корнеплодом со множеством специй.

— Ну, в целом, ничего страшного я у них не увидел, — произнёс я, вернувшись к рейду.

— Нападаем? — спросила Белка.

— Нет, почему? Будут переговоры. Они не показались мне отбитыми неадекватами. Не корректор Август, конечно, но и мы не полиция нравов.

— Вы не знаете, точно, — Кей посмотрел в сторону барьера. — И правда, что вы не отсюда. Да стрёмно там, и лезет всякое.

— Мы так и так туда полезем, — сказал я со вздохом. — Так что расскажи всё, что знаешь. Готов заплатить за эту информацию пищей.

— Ну смотри, я тебя за язык не тянул. Сделка, — он протянул руку.

Сектор адептов бездны, хаоса и хтонии… пожать руку… ну да, как же. Хотя…

На всякий случай наложил на руку сепарацию, чтобы, если там демонический ритуал, контракт он заключал с куском дерева.

Но, похоже, мужик и правда просто хотел пожать мне руку.

— Прям сделка? Всё так серьёзно? — спросил я с доброй улыбкой.

— Да… с едой здесь всегда напряг просто. А информация моя и крысиного хвоста не стоит, это просто байки и пара фактов, которые все знают.

— Ну мы не все, а еды у нас навалом, — пояснил я. — Так что с моей стороны сделка очень выгодная.

Кей усмехнулся.

— Тогда все в плюсе. В общем, что случилось в шестнадцатом, никто не знает, но там ещё при старых владыках был сектор смерти. Света там нет. Но стража техноцитовая стоит, и на Дороге в целом безопасно, если выводков нет.

— Тогда почему темнота? Что значит, нет света?

— Его там в принципе нет. Не работает, — удивил Кей.

— Это как?

— Ну, представь, что до тебя долетает, может, процент от света. Магия какая, или аномалия, один хрен. Это не опасно, просто жутко до одури. Ещё иногда бывают явления. В смысле, духи являются. Но это редко. На них главное не нападать и не пялиться сильно. Если идти всё время прямо, лишний раз не останавливаясь, то в целом это абсолютно безопасно… физически. Но для крыши не очень.

— Псионика?

— Не, просто на голову что-то давит страхом. Лебедь, говорят, там и поехал крышей.

— Но если идти прямо, не останавливаться надолго и не пялиться по сторонам, то там безопасно? — уточнил я, покосившись на турели, направленные в сторону барьера.

— Да, всё так. Ну я сам так не ходил, если что. Я здесь уже после старой войны очнулся.

— А пушки тогда для чего?

— Пушки для пришлых.

— Семнадцатых?

— И их тоже, но они, как ушли, больше сюда не лезли. Это против монстров.

— Которые лезут через границу секторов?

— Да. Очень редко, но случается. Но вас это не касается.

— Почему не касается? Мы идём в шестнадцатый.

— Сейчас вы с нами, но если вы туда пойдёте, то им будет уже на вас плевать, — отмахнулся Кей.

— С чего бы это?

— В шестнадцатом всего три вида монстров, которые могут проходить границу. Все три, если выходят на дорогу, стремятся пробиться сюда. Если удаётся, мы их встречаем.

— И как часто?

— Чаще всего франакты, раз в дней пятнадцать-двадцать. Это что-то фрактальное, они жрут барьер и пролазят. Эти всегда вылазят перед самым барьером, так что вы их точно не встретите дальше километра от барьера. Раз в дней сорок лезут ланцемаггиты. Они вылазят, где попало, но всегда ползут сюда…

— А на дороге просто игнорируют проходчиков?

— Вроде как да…

— Почему?

— Мне почём знать, мужик? Первые вылазят очень близко к границе секторов, вторые так сильно сюда стремятся, что атакуют только то, что им помешает, а то где вылезут там и бегут. Ну и ещё чернии. Но им редко удаётся пройти барьер. На них раз в дней сто собирают рейд. Стучатся они долго с той стороны. Я их всего раз видел — кошмары до сих пор снятся. Но на той стороне они не нападают. В метре будешь стоять — не тронет. Хотя, наверное, лучше всё равно не проверять.

— А это что за твари? Впервые слышу о таких.

— А хрен их знает, — снова развёл руками Кей. — Их вы кстати встретите точно, но в своём секторе они никого не трогают. Просто игнорируйте и идите мимо.

— Если мы их увидим без света, — хмыкнул я.

— Говорят, привыкает зрение. А вообще говорят, в том походе активно алхимку пользовали. Ну там, зелье ночного виденья. Сам не пробовал, но говорят, помогало.

— Спасибо. Это всё, что ты знаешь?

— Да, — погрустнел Кей. — Это краткая выжимка историй о старой войне. Всё что знаю.

— Это очень много и очень полезно, — сказал я своё мнение. — Кстати, ты ведь так и не спросил меня, что за еду я предлагаю. Вдруг там тухлая крысиная консерва?

— Значит, нажрёмся дезинфекторов и будем жрать тухлую крысятину, чего уж. Лишь бы не совсем яд.

— Смотрю, у вас с этим совсем всё плохо.

— С хавкой-то? Ну, как Стена пошлёт. А что за мясо?

— Нет у нас мяса, — ответил я, глядя, как азарт в его глазах быстро тает, — Но есть полно зелени и овощей на любой вкус.

— Овощи? — опешил Кей. — Откуда?

— Я друид, — пожал я плечами и извлёк из под плаща через дыру в убежище большое зелёное яблоко.

— Охренеть, — он взял фрукт в руки, повертел, понюхал. — Жесть! Точно не отравленное?

— Ну попробуй на ком-то, кого тебе не жалко, проверь.

— И много у тебя такого, мужик?

Сильван в убежище начал перечислять, что у нас есть. Но я озвучил куда более ёмкое:

— Дохрена, если найдёшь чем расплатиться.

Вскоре выяснилось, что нам перепадёт вагон и тележка лута с местных монстров. За редкую еду здесь готовы были щедро платить. Включая образцы местной техники и магические камни. А вот артефактами не торговали, а то, что предлагали — стоило достаточно дорого, и нам на текущем уровне уже было не нужно.

Но в остальном обменом все остались довольны. И обошлось мне это всего десятком мешков картошки, капусты, репы, редьки, съедобных грибов, мешков с зерновыми и бобовыми. Я не жалел — у Сильвана всегда на такой случай была припасена пища в промышленных масштабах. Мало ли где пригодится? А нам всё равно скоро домой. В крайнем случае я могу потратить ману и вырастить новую прямо в убежище. У меня до сих пор осталось всё необходимое для промышленного роста на гидропонике.

Для торговли пришлось призывать убежище, и теперь роботы Сайны выносили оттуда пищу и заносили фрагменты, материалы и образцы. Из убежища выходила Вереск, неся в крупных мешках фасоль и нут.

Я смотрел на алчный блеск в глазах Кея, соотносил его с размером его не такой уж и большой группы и понимал, что, выгребая все наши запасы и готовый за них платить чем угодно, он вскоре расскажет нам всё, что мы хотим и не хотим знать.

Его люди тоже смотрели на происходящее со смесью удивления и непонимания, что происходит.

— Скажи, Кей, — а что у вас с семнадцатыми было?

— Не могу знать. Война. Вроде как за мифик поцапались. Верней, Система стравила наших главных с их корректором. А у них сектор, говорят, райский. И техники много было, вот как у вас.

— Прям райский?

— Ну, развились они там как-то, ни чета нам. И скрытные. Говорят, пятеро верили в то, что мы сильней продвинулись за счёт цепей. У нас и цветоманты были, и ручные высшие демоны, и связи с богами Хаоса… Но по магии они не слабей нас оказались, а из техники у них что-то совсем запредельное было. Шпионские дроны отследили наших ещё на выходе из шестнадцатого. А дальше… говорят, Август видит ход любого боя наперёд.

— Он что, предсказатель?

— Нет. Но так Лебедь говорил. Потом он ещё говорил, что они блокаду поставили и все наши демоны пошли к чертям под хвост. Кого уже призвали ладно, но там жесть что творилось. Если б не Щука, на том бы и конец вторжению. Но она, говорят, была на четверть ирреалом и спускалась в Стену так низко, как никто другой…

— А на какой вы, кстати, спускались?

— До войны к тридцатому ходили, говорят. Но то отдельная история… — Кей уже понял, что я готов платить за байки. — А сейчас только до девятнадцатого. Наместник техноцита здесь не так давно взбесился, никого не пускает, нападает и невесть что делает. Чую, будет ещё беда с ним.

— Как давно?

— Где-то тысяча триста — тысяча пятьсот. Я не знаю, мне всего восемьсот сорок шесть дней.

— Ясно. Так это видать, как Король Механизмов ушёл на рестарт, — сопоставил я время. Всё сходится, скорее всего, местный наместник получил внезапную свободу и власть над техноцитом двадцатого.

— Ого! Не знал, что Мракрии больше нет…

— Скажи-ка, а до того, как он сошёл с ума, техноцит стоял здесь? По краю сектора?

— Ага. Потому и в стражах мрака на границах не было нужды. Техноцит сам разбирался со всем. А теперь надо нам… — посетовал Кей. — Не дай боги хаоса монстры расплодятся, и мы станем ещё одним мёртвым сектором…

— А почему на той стороне техноцит никого не останавливает?

Мужик пожал плечами.

— Кто ж его знает. Должен бы. Наверное, сломан. Но на тебя точно нападёт, если попытаешься пройти внутрь сектора.

— А почему они именно через эту дыру лезут?

— Старый король двадцатых, который строил когда-то Дорогу. Он что-то сделал с барьером и пересбором, чтобы это всё не зарастало и не спавнились монстры. И барьер здесь ослаблен. По идее, он и нас же пропускать тут не должен, но проходчиков не трогает, только монстров блокирует.

— Но некоторые в ослабленном месте теперь тоже пробиваются, — кивнул я.

Действительно, я помню, как на десятом было сложно со входом, и как та страхолюдина бессильно билась в барьер, не в силах его преодолеть. А тут какие-то твари сопоставимых с нами уровней.

От таких прорывов должен был защищать техноцит, который Дорогу и курировал.

В нашем двадцать втором сейчас техноцит остался только вдоль дороги и не восстанавливает свою численность. Кто им управляет как оператор — непонятно. Наместник — бегает с нами в группе. Может случиться так, что у нас тоже эта защита исчезнет.

— Да, — продолжил Кей. — Вот потому мы здесь и стоим по сменам.

Рассказы о пятнадцатом и его истории казались местами странными, но в том, что он рассказывал, он не врал. В этом я был уверен благодаря Белке рядом. То есть, как минимум, это действительно была распространённая в этом секторе версия произошедших тогда событий.

А байки были очень увлекательными, нужно отдать Кею должное. К тому же, вскоре к разговору присоединились его лекарь и рыжий полноватый демонолог с короткими рожками и козлиной рыжей бородкой.

Из разговора я сложил примерную картину идущего противостояния. Ставка «пяти владык» на саммон провалилась об антимагические барьеры. Ближний бой, в которой пошли пятнадцатые, был почти проигран — причём они сражались просто с ботами, которых строят семнадцатые в своём городе.

Ситуацию спасли цепи цвета и ирреалы. Одна из пяти владык обладала связанными с ними способностями, и на неё не сработали средства защиты. Она начала ассимиляцию цветом, призвала смесь цвета с бездной — её изобретение, набафала цветом выживших товарищей. И первый бой всё-таки затащили.

Дальше, решив, что на этом всё и оборона прорвана, рейд устроил скоростной забег наверх, в их город. Там их встретили боевые мехи с излучателями ионитов и адамантовыми рогами, чтобы провоцировать демонов. Сверху — боевые дроны с пулемётами и силовыми щитами.

Попытка всё-таки напризывать высших демонов на этот раз им удалась, но и они не помогли — их атаковали мелкие роботы, которые проникали под кожу крупных демонов. Причём они ещё и заносили в раны что-то, блокировавшее им способности.

Наконец, свои козыри выложили остальные владыки. Они щедро зачерпнули заёмных сил своих планов и сумасшедшим превозмоганием таки сумели прорваться в город. Его корректор Лебедь описывал, как поднятый над Стеной с турельными башнями и энергобарьерами.

На помощь опять пришла корректор Щука, сумела через цвет вывести из строя защитные системы и обеспечить прорыв. Единственное, что стало для семнадцатых сюрпризом, это способности цветомантов и ирреалов. Их в шестнадцатом и дальше не водилось нигде, потому о таких цепях там не слышали.

Зато сейчас становится понятно, почему корректор Август был так щепетилен относительно безопасности от цвета. Даже наш видеозвонок специально делал чёрно-белым.

Однако, когда хаоситы вторглись в город, они уже ничего толком не соображали. Часть обезумели из-за воздействия грехов, которыми стали одержимы. Похоть, агрессия, ярость берсерка — почти все уже были безумны и даже не помнили, зачем вообще пришли.

Эпического боя Августа с владыками не случилось. Их обезвредили почти у самой границы города. Единственными, кто смог выбраться из той бойни был тот самый Лебедь, который всё это рассказал, несколько сопровождавших его и сохранивших разум бойцов и Щука.

О дальнейшей судьбе девушки с геномом ирреала ничего известно не было. Здесь легенды расходились — домой они вернулись вместе, но дальше она закрылась у себя в доме, долгое время провела там взаперти, никуда не выходя, а затем просто исчезла.

Спустя несколько дней после этого семнадцатые нагрянули с ответным визитом вежливости, катком прошлись по сектору, но в город входить не стали и Лебедя не трогали. Может, даже договорились о чём-то, никто точно не знает.

Так и закончился бесславный поход, уничтоживший старый режим и начавший новую главу в истории сектора.

— И кто правит сектором сейчас? Лебедь? — спросил я, переходя к последней теме своего опроса.

— Да. Триумвират. Он и двое новых владык, которых он признал. Медуза и Летучий.

— А они кто по жизни?

— Про Медузу я только слышал. Знаю, что она где-то есть и что у неё такая кликуха. А Летучий — типа Летучий Мышь сокращённо. Этот часто бывает. Вампир со своей личной гвардией из крупной группы сильных камаль.

— Камаль? — удивился я. — Это вроде редкая раса?

— Вроде. Но они вроде как мобы. Просто тренированные и с хорошим боевым опытом выживания в Стене. У него здесь небольшая резиденция, но он занимается какими-то своими делами. Я так понимаю, ему плевать на руководство пятнадцатым. Просто держат здесь базу и ни с кем особо не общаются.

— А как выглядит?

— Короткостриженный блондин с красными вампирскими глазами. Но солнца вроде бы не боится, билд мудрёный, и сам он не отсюда. Как и Медуза, собственно. Хрен их знает, зачем они вообще здесь.

— То есть фактически правит всё так же Лебедь?

— Правит… — поморщился Кей, пожевал губами, подбирая правильные слова, и затем продолжил мысль. — У нас здесь нет правителей. Владыки это владыки, но… с тех пор, как остался один Чёрный Лебедь, каждый сам себе хозяин. У нас здесь вольница, ни у кого нет господ.

Оп-па. Кажется, я зацепил ещё одну интересную тему.

— А можно поподробней?

— А у вас ещё много еды?

— Ты где это всё хранить собираешься? — спросил я.

— Так темпокапсулы же, — ответил он.

— А что это? — заинтересовался я.

— Ну, для хранения того, что портится. Реплика навских технологий.

— Это кто у вас навские технологии умеет воспроизводить?

— Один из прежних владык умел. Наделал много, вот осталось.

— Они продаются?

— Свою не отдам, сам понимаешь. Иначе смысла в нашей сделке уже нет. Но достать я думаю, что смогу.

— Только мы уже к тому времени будем далеко отсюда, — вздохнул я. — Ладно, расскажи, как у вас тогда всё устроено? Юстициаров нет?

— Есть, почему нет? — удивился Кей. — Есть общие правила. Если их нарушают, можешь зарубить на месте нарушителя и забрать себе его шмот. Потом псионик проверит, что не врёшь, и всё.

— Суровые законы у вас?

— Не очень. Не убей, не укради, не принуждай. Корми генератор раз в пять дней. Всё. Ну и не гадь Обсерватории и Генератору, но то и так понятно.

— И что, даже этот Лебель, Летучий и остальная верхушка тоже носят к терминалу топливо?

— Правила одни для всех, — пожал плечами Кей, будто это и так очевидно. — Летучий и Медуза, правда, ничего не носят. Их нет большую часть времени. А Лебедь да, носит мусор во Всегенератор.

— Кстати, он у вас от хаоса?

— Не совсем, — усмехнулся Кей. — Он у нас особенный. Дискордантный. Рассказать, чем он питается?..

И, увидев мой кивок, продолжил:

— Важностью.

— Это ещё какая-то цепь?

— Нет. Он перерабатывает в плазму всё, что впитывало в себя чужое внимание. Орудия труда, старое оружие, Ресурсы, которые добывались упорным трудом, изделия, над которыми долго работали. Или объекты культа, которым много молились.

— Важно, чтобы это были проходчики?

— Нет, мобы тоже сойдут.

— Тогда таких предметов должно быть полно… — задумался я.

— Поэтому, если ты слаб и ссышься при виде слайма, можешь сходить с крупной группой в рейд по первому этажу и выполнить свой долг без особого риска, потратив полдня на общественные работы.

— Звучит так, будто у вас там прям идиллический строй, — заметил я.

— Анархия, — ответил проходчик. — Каждый делает, что хочет. Просто есть правила, чтобы не появилось новых владык.

— А что думает по этому поводу ваш корректор Лебедь?

— Лебедь пол дня сидит на какой-то наркоте, чтобы не сойти с ума от панических атак, и страдает вспышками психоза. Ему вполне хватает Обсерватории и наложниц. Так то он мужик умный. Не зря увёл своих, когда понял, что мифика и завоевания соседей им не видать. Но с головой совсем проблемы. Кстати, он всё ещё верит, что он правит сектором. Но он безобиден, как для проклятого.

— А ты здесь по своей воле, получается?

— Ну, это долг со звёздочкой. Для сильных групп, которые могут спускаться… — он посмотрел в сторону мрачного перехода.

— Спасибо за рассказы, Кей. Тогда ещё такой момент. Я вот думаю, мне, если честно, ваш сектор описывали как кучку отбитых культистов, а с вами, оказывается, можно иметь дела.

— Ну, смотря с кем, — отвел взгляд он. — Сумасшедших здесь тоже хватает. Вам повезло, что здесь сегодня мы… А что за дела?

— С ритуалом обманки Локи знакомы?

— Ну? — оживились Кей и его помощники.

— Так можно переносить небольшие партии, равные по весу. Думаю, мы могли бы и дальше продолжать обмен. Только фрагментов нам ваших настолько много не нужно пока. Вы составьте список, что у вас есть, а мы подумаем насчёт обмена.

— А как с вами связаться?

— Сайна сделает вам передатчик, так и организуемся. Нужны будут снимки места проведения ритуала.

— Конечно, — кивнул Кей и остальные следом за ним.

Тем временем, свежая пища, да ещё и большая экзотика по здешним меркам, постепенно переломила дух рейда на почти праздничный. Чему мы активно способствовали — Альма и Тия сейчас сойдут за армию официанток. Девушки выносили свежий плов с карри от Сильвана, большие деревянные чаны с салатами, варёный картофель и другие блюда.

Заметив это, глава группы неодобрительно покосился на подчинённых. Если бы мы хотели их убить — самое время. Ну, или у них просто тоже есть свой предсказатель, который сказал, что есть можно, и ничем страшным это им не грозит.

Сильван расстарался — он всегда любил видеть реакцию на свою готовку. Заодно перекусила и моя группа. Напряжение спало, начались беседы и посыпались вопросы с обеих сторон.

Распрощались почти друзьями, но на ночлег оставаться не стали. Времени впереди было ещё много. Пересечь шестнадцатый успеем где-то к вечеру.

За время нашего перерыва в убежище Софья сварила для нас зелье ночного зрения, а небольшой автоматический завод Сайны собирал ускоренными темпами приборы ночного видения.

Основа группы на этот раз состояла в первую очередь из тех, кто обладал способностью альтернативного пространственного ориентирования без зрения.

Таких было немного. У Селены, как и у меня, была способность ощущать пространство с помощью растений. У Элейса нашлась эхолокация от какой-то летучей мыши, которую он за ненадобностью всегда держал отключённой. Тия, вернее Хитоми, ощущала пространство иначе, комплексом ощущений, части из которых у людей не было. Сайна и её механизмы могли ориентироваться без зрения по звукам и другим косвенным сенсорным данным, выстраивая визуальный путь в виде трёхмерной модели.

Барьер нас легко пропустил, не задавая вопросов. Ощущение, будто входишь в мыльный пузырь. Слегка щекотно, и только. А на той стороне нас ждало мрачное продолжение Чёрной Дороги.

По обе стороны возвышались стражи техноцита. Ряд застывших мёртвых киборгов с погасшими глазами. Здесь они неподвижно стояли, будто операторы давно покинули это место и не посещали эти тела. Но я помнил предостережение о том, что они очень даже активны, если коснуться их.

Не сходить с дороги…

Дорога уходила во мрак, и никакого светлого тоннеля впереди не виднелось. Лишь тьма рассеивается светом из-за барьера со стороны пятнадцатого сектора.

Здесь было абсолютно тихо. Стоило нам застыть на одном месте, как в ушах начинало звенеть. Пахло пылью.

Все почему-то замолчали, хотя приказа не поступало. Но казалось, будто нас кто-то подслушивает и следит за каждым движением.

Но техноцит оставался безмолвным. Мёртвые киборги не шевелились, уставившись погасшими визорами в пустоту.

Света с каждым шагом становилось всё меньше. По мере удаления от пятнадцатого он слаб и начинал тонуть в давящем мраке.

Мерлин не выдержал и, что-то проворчав вполголоса, призвал над ладонью огонёк. Я обернулся к нему и увидел крохотную блеклую искорку у мага над рукой. Судя по напряжению на лице, сил он на неё тратил немало.

Затем соларис добавил силу Цвета в магию. Ничего не изменилось, кроме того, что искорка стала синей.

Сайна, глядя на его эксперименты, попробовала свет в разных спектрах. Что обычный, что ультрафиолетовый, что ионический — все были едва видны, будто тлеющие угольки от костра в безлунную ночь.

Аномалия. Если бы это была магия, красный свет бы её рассеял.

— Ну что, давайте пробовать зелья.

Срок работы у них был ограничен, потому первую часть пути, где ещё было достаточно света, лучше было пройти так.

Сделал несколько глотков. Для растительной цепи у Софьи была адаптированная версия с резким сильным вкусом хвои и можжевельника. Я на миг закрыл глаза, слегка помассировал их, пока пробегали искры, а затем открыл и увидел слабые очертания дороги под ногами и белеющие ряды стоящих по краям тропы в вечном почётном карауле воинов техноцита.

Здесь это были одинаковые фигуры скелетов в технологичной белёсой углеродной броне. Из-за этого их было видно даже лучше, чем тропу, по которой мы шли.

— Держи, — протянула Сайна мой прибор ночного видения.

Надел его. Ничего в целом не поменялось, только оттенки стали зелёными.

— По моему, эффект зелья не складывается с прибором ночного виденья.

— Попробуй этот, — протянула Сайна другой.

Этот был больше похож на очки. Оттенки стали слегка бирюзовыми, но видно стало ещё лучше. Первая модель делала видимо некий анализ и выводила картинку как экран, потому ночное зрение самих глаз не работало. А эта версия была именно что некоей формой оптики. Однако было понятно, что…

— Полную мощность они не выдают. Но чтобы случайно не ткнуться лбом в техноцит — этого хватит.

— Здесь будто бы правила не такие, как в других секторах. Будто свет распространяется иначе, — произнесла Тия и создала над ладонью несколько янтарных светлячков хаоса. — Это мана хаоса. Он универсален и его мало волнуют законы физики. Но… сам видишь.

— Вижу, — кивнул я. — Думаю, нужно просто забить и идти как есть. Тия, Селена, Элейс, Сайна. Теперь вы глаза рейда.

— Арктур, — подала голос Нэсса. — Я могу ощущать пространство через стихию тьмы. И вообще… мне одной здесь кажется настолько уютно?

— Одной, — заметил я с удивлением.

— Я могу ограниченно управлять этой тьмой, — порадовала она. — И вообще, это место даёт мне силы.

— Рад слышать. Тогда тоже будь на стрёме и смотри в оба. Надеюсь, пройдём сектор без лишних приключений. С ускорением Чёрной Дороги это максимум часов шесть.

— Я тоже вижу чуть лучше, — добавила Тия. — Одно из свойств шляпы.

Глаз на её голове моргнул в подтверждение.

Вообще, зелья и приборы ночного видения и так делали достаточно, чтобы идти вперёд.

Я начал прямо на руках растить из чистой маны летучий лишайник и грибные споры, создавая облако. Селена призвала свои парящие семена и магией ветра разнесла перед нами, чтобы охватить поле, которое будет исследовано.

Закрыл глаза. Перед ними начала рисоваться примерная тактическая карта местности.

За плотным строем техноцита начинались обычные локации, и я не мог не захотеть заглянуть туда. При большом желании я бы даже легко мог бы туда перейти через стихийную форму или вырастить там себе новое тело. Но рисковать не хотелось — в Стене всегда найдётся, чем удивить самых хитрых.

— Что-то со звуком, — послышался голос Тии у меня в голове.

Я на мгновение разорвал связь с сетью растений. Осмотрелся насколько позволяло зрение. Тёмные фигуры товарищей были слабо различимы.

В третий раз пожалел, что с нами нет Эстель. Вот кому зрение вообще не нужно для ориентирования в пространстве.

— Что-то приближается, — произнёс приглушённым голосом Элейс.

Прислушался. Где-то вдалеке что-то с грохотом ступало по камню в нашем направлении.

Действительно, звук приближался, но понять, где именно его источник, было сложно. Пока ещё нас разделяло очень большое расстояние, если это не игра восприятия.

Почему-то на душе было мрачно. Сердце колотилось слишком быстро, хотя, казалось бы, причин для этого не было никаких. Я ощутил страх. Навязчивый, сбивающий мысли. Активировал мудрость природы и стало легче. Но чувство никуда не ушло, просто притупилось и превратилось в постоянную давящую тревогу.

— Белка, тут?

— Да — произнесла она будто полушёпотом.

— Дай руку, — я включил мощный фонарь из убежища. От луча света было лишь едва заметное пятно, будто от тлеющей сигареты.

Ладони коснулась холодные длинные пальцы Белой. Она поняла, что мне нужно — я увидел мир её глазами. Сердце колотилось как сумасшедшее, а в голове стоял ужас. Но Белка умела подавлять чувства, и теперь я видел, каким колоссальным внутренним напряжением это делалось. Она оставалась хладнокровным проходчиком, который не верит навязанным чувствам Стены, зная, что все они — ложь.

Только зубы болели от того, с какой силой она сжала челюсть.

Эмпатия девушки, которая меня и интересовала сейчас больше всего, говорила, что почти весь рейд сейчас находится в том же состоянии. Липкий страх, холодящий ужас и невыносимая тоска без конкретной причины.

Только Нэсса выделялась на общем фоне, испытывая воодушевление и любопытство.

Эффект, тем не менее, нарастал. Я отдал приказ пить зелья для стабилизации психики. Такие мы всегда носили с собой в последнее время. Альма активно начала накладывать пламя Асгора.

— Она поёт, — вдруг произнесла Нэсса. — Вы слышите музыку?

— Кто? — спросил её Хантер.

— Тьма поёт. Красиво…

— Что-то приближается, — предупредила Тия дрогнувшим голосом.

— Опасное?

Ответа пришлось ждать долго.

— Очень. Но оно же не нападёт, если мы сами его не спровоцируем, верно?

— Кей сказал, что мы обязательно встретимся с ними, — ответил я. — Но они не нападут, если мы не спровоцируем их.

Шум где-то вдалеке продолжался. Топот тяжёлых ног. Но он был ещё слишком далеко. Нет, это было другое.

Страх стал почти осязаем. Теперь лица идущих рядом казались бледными от ужаса, несмотря на все принятые меры. В ушах стоял странный гул, будто шум ветра.

А затем Тия указала на сгусток тьмы, который казался не таким, как прочие. Он, словно живой, медленно приближался к нам. Будто ожившая тень или облако темноты.

Существа шли у края дороги. Чтобы разминуться с ними, не нужно было менять направление. Хотя я понимал, что «не сходить с пути» было условностью, чтобы мы просто ненароком не влипли в техноцит.

Впрочем, техноцит пугал куда меньше.

Тьма приближалась. Существа плыли бесшумно, в сантиметре над каменным полом. Теперь можно было уже рассмотреть отдалённо напоминающее гуманоида в балахоне тело. Только его края расплывались облаком мрака. Я помнил, что смотреть на них нельзя, и усилием воли заставил себя отвести взгляд в пол.

Они не меняли скорость, не корректировали маршрут — просто плыли прямо, не обращая на нас никакого внимания.

За спиной пискнула Белая. Я обернулся и увидел, что девушка едва способна пошевелиться от страха. Она вся дрожала, а глаза были широко раскрыты от шока.

Я взял её за руку и потянул на себя, вырывая из ощущений, но вместо этого получил порцию её эмоций через расовую способность лекисов, которую она зачем-то включила.

И почти сразу же через её глаза увидел истинный облик чудовища.

Над гуманоидной чёрной дымкой застыло нечто, смутно напоминающее искажённое, разрезанное на отдельные вертикальные лоскуты безумно улыбающееся лицо с напрочь безумными глазами. Эти лоскуты слегка подсвечивались бледным белёсым светом и висели в воздухе, не соединяясь друг с другом.

Профессиональная привычка дала сбой — она посмотрела на это истинным именем.

Зритель [чернии (ноктюрнальный биоаберрант)]

Уровень угрозы: [не установлено]

Иммунитет: физический урон, всё кроме стихий: свет, хаос, [неустановлено], фрактала, ветер, молния [эфир]

Защита: свет, хаос, фрактал, эфир.

Свойства: я есмь зрящая тьма.

Я дёрнул её за руку на себя, вырывая из оцепенения.

На какой-то миг мне показалось, что оно обернулось к нам, но я поспешил вперёд, не оглядываясь. И очень надеялся, что остальные делают так же. Голова не соображала от нахлынувших эмоций, которые пробивали даже мудрость природы.

Наконец, чувство страха начало отступать. Силуэты черний проплыли мимо и были уже далеко позади. Чёрная Дорога не ускоряла их, так что, если они идут на выход к Пятнадцатым, с такой скоростью прибудут туда только завтра.

Я же радовался каждому метру, который разделял нас с ними. Однако и грохот был всё ближе. Теперь я уже мог различить, что это не отдалённые шаги титана, а идущий бой, свидетелями которого мы вскоре станем.

Треть пути мы преодолели часа за два, как и планировалось. Чёрная Дорога позволяла ходить пешком со скоростью неплохой машины. Начало положено, осталось не так долго. Каждый шаг приближает нас к цели.

— Все в порядке? — спросил я у Тии, когда смог ясно мыслить. А это случилось спустя минут сорок после того, как мы разошлись с черниями.

Она тоже смогла ответить не сразу.

— Да. Кажется, всё. Но в себя ещё пришли не все.

— Главное, никто не потерялся, — ответил я и увидел успокаивающий кивок Тии.

Пока что Кей не соврал ни в чём. Никто нас не преследовал и не обращал на нас никакого внимания.

Стук вдалеке затих. Я сам не заметил когда, чернии всё в голове перемешали, чем бы они ни были. Мы подходили к середине сектора. Нас окружила кромешная тьма и тишина. Говорить не хотелось. Только Селена что-то едва слышно проговаривала одними губами.

Однообразный путь между шеренгами белёсых пятен техноцита начинал напоминать своеобразную медитацию. Каждый был погружён в свои мысли. Или свои способы справиться с проблемой. Сайна пила что-то из небольшой фляжки, и кажется, ей это вполне помогало.

— Я, конечно, не Эстель, но впереди голоса, — послышался тихий голос Элейса.

Вскоре их услышали и все остальные, включая меня. В кромешной тишине Чёрной Дороги они были едва различимы, но если прислушаться, то можно было уловить текст.

— … нужно бежать! Соберись, вот зелье. Оно должно немного снять усталость и привести дыхание в порядок. Слышишь?

— Да, я… я пью. Уже пью… сейчас… — сквозь плач ответила женщина.

— Мы не умрём, слышишь? Верь мне, мы не умрём. Мы будем жить. Говорят, за одиннадцатым начинаются владения Гильгамеша. Там примут нас. Точно примут. В нас нет тьмы.

— Чернии… чернота… везде чернота… в этом мире закончился свет.

— Иди на мой голос. Я буду говорить с тобой всё время. Иди за мной.

— Это бессмысленно… весь мир стал черным…

— Иди на голос, — повторило мужское эхо. — Она прорастает в телах, но наши души не тронуты. В нас кровь ноктюрна. Мы тёмные, но мы не черны. Мы не умрём. Иди на мой голос…

— Поздно. Я начинаю видеть сквозь тени.

— Это всё страх и морок. Мы выпили зелье. В нас кровь ноктюрналов. Мы выберемся. Иди на мой голос!

— Иду… мы любим тебя. Обними меня.

— Иди на мой…

Тихий голос сменился криком, от которого кто-то в рейде вдруг бросился бежать назад, но был тут же пойман Хитоми. Парализующие споры вырубили проходчика. Кто это, я разглядеть не сумел из-за темноты.

А затем темнота сама пришла к нам в виде хозяев раздававшихся голосов. И были это отнюдь не проходчики. Один сгусток мрака лежал на полу с перекошенной неестественно широкой улыбкой белого лица посреди черноты и смотрел куда-то сквозь нас. На голове у него было что-то вроде шлема центурионов, с ирокезом параллельно лицу, только из чёрных длинных пальцев.

Второе существо, игравшее женщину, хитро улыбалось и прикладывало белую тонкую ручку к лицу, которое лишь до носа было человеческим. Дальше кружились вертикальные сегменты с двумя глазами один под другим, как у Хитоми.

«Женщина» протянула в нашу сторону шляпу, как будто просило платы за представление. Но на деле скорее предлагало что-то нам. В шляпе были три фрагмента и все явно очень непростые.

Существа застыли в статичных позах с улыбками.

Белая потянула руку к шляпе, но была перехвачена Тией.

— Говорят же… ик… не трогай, — заплетающимся языком прокомментировала Сайна.

«Мужчина» посмотрел на заговорившую механистку. И только сейчас меня пробрало дрожью. Эта парочка не источала такой ужас вокруг себя, как группа идущих «зрителей», воздействуя только на тех, кто увидел «представление».

Сглотнул комок в пересохшем горле. Зрители… Это что, намёк?

— Идём, — бросил я и, не оборачиваясь, двинулся дальше.

Чернии провожали нас улыбками, но никто не нападал. Кажется, обошлось.

Кажется…

Следующий час из головы не выходила картина сыгранной ими короткой сцены. Да, обычная история для Стены, да, души этих проходчиков наверняка где-то переродились… или нет? Что, если это они и есть — эти две чернии? У них есть духовный ресурс? Что вообще произошло в этом секторе?

Моё любопытство снова пробивалось наружу болезненной жаждой углубиться в исследование этого сектора и найти ответы на все эти вопросы.

— Арк, слушай, — задумалась Тия. — Может, нам в стихийной форме слетать на разведку?

Я посмотрел на девушку в шляпе.

— У нас у многих тут есть стихийная форма. Или можем пробить пол, — задумалась Сайна. — Мракрия, наверное, делал всё по одному шаблону, и укреплял пол и потолок на этом этаже, чтобы в них не копали в сторону его земель, кроме поверхности под Дорогой. Но мы как раз на ней. Можно попробовать…

— Нет, — отрезал я. — Эти мысли вам навели.

— Думаешь? — удивилась Сайна.

— Знаю, — холодно сказал я. — Рейд, кто ещё сейчас почувствовал желание прогуляться?

— Я, — сказал Кот.

— Я, — повторила Селена.

Послышались те же ответы и от остальных. Вопрос был снят сам собой. Одна и та же идея не могла прийти ко всем в голову одновременно.

— И я, — кивнула последней Белая. — У тех существ были фрагменты высшего ноктюрнала и ноктюрнава… видимо, гибрид с навами. Первый стоит целое состояние, у Дориана такой. А второй должен быть ещё круче, у нас нет таких…

В голосе у неё слышалась тоска.

— А стать одной из этих тварей ты бонусом не хочешь? — спросил я, и девушка тяжело вздохнула. Морок всё ещё действовал. Самому хотелось прогуляться и глянуть, как выглядят здешние чудеса.

Некоторое время мы шли в полной тишине. Шёл четвёртый час, когда я вновь услышал стук впереди. Он снова начал усиливаться и напоминать идущее сражение. Нечто пыталось пробиться через ряды техноцитовых стражей на Дорогу.

Впереди появились редкие вспышки, которые казались яркими на фоне тотального мрака сектора.

— Что будем делать? — спросила Тия.

— Пока просто идём… — тихо сказал я. — Это не чернии. Те ходят сквозь техноцит, и тем, похоже, плевать. Да и шума они не издавали.

Чёрный однообразный путь снова начал погружать нас в гипнотическое состояние. Чувства быстро менялись, то страх, то тревога, то интерес и воодушевление. Звук приближался, и вскоре впереди стали заметны силуэты сражающихся во тьме существ.

Путь дальше был перекрыт идущим сражением между крупными монстрами с едва заметными рыжеватыми огоньками на теле, которые, как я и думал, сражались с техноцитом. Вход в локацию уже был прорван, но осиротевшие слуги Мракрии не сдавались, показывая всё, на что способен здешний техноцит.

Мы подступали к идущему бою всё ближе. Вспышки света стали видны отчётливее. Здесь техноцит был вооружён оружием неизвестного типа, которое больше напоминало большой двуручный фен со ярким элементом за крупной линзой. Стреляло это нечто вспышками света.

Скелеты-киборги в футуристичной броне проигрывали бой, но не сдавались. Их противником были крупные, метров четырёх-пяти, существа с толстыми нижними лапами и множеством верхних, подвижных. У существ не было головы, как, в общем-то, и переда с задом. Нижние конечности передвигались в любую сторону. Верхние — множество гнущихся под разным углом, будто щупальца, с когтистой лапой на конце.

Силы в существах было тоже немеряно, потому как сражались они очень просто — подхватывали лапой техноцитовых особей и начинали швырять их о стены, иногда держали за ноги, будто дубинку, и молотили, пока киборг не приходил в полную негодность. Не чурались и давить сверху лапами, а затем выплёскивали на останки некую слизь с жёлтыми крупицами света. После этого техноцит уже не регенерировал.

Твари уже зачистили две прилегавшие локации от стражей, и новые особи техноцита бросали свои посты, чтобы вступить в неравный бой с великанами.

Ходячие кучи чёрных водорослей заканчивали зачистку. Какой-то особо умный ломал пойманных некров об колено, а затем давил. Нежить не прекращала поливать противника светом из своего оружия, но это вызывало реакцию, только если вспышка попадала в средоточие огоньков на шкуре чудовища.

Белая, не дожидаясь команды, поймала меня за руку.

Чернильный блоб [ноктюрнальный ланцемаггит]

Уровень угрозы: ~61 000

Иммунитет: огонь, холод, чистая мана, воздух, магия земли, магия разума, магия крови, магия тьмы, магия астрала, магия изнанки, магия хаоса, магия пустоты [отчаяние]

Защита: магия бездны, магия света, радиация, химический урон

Свойства: сверхсила, сверхживучесть, маггитарная искра, [не установлено], [не установлено].

— Этот расписан лучше, чем черния, — заметил я. — Технически, мы бы с одним таким даже справились.

— Только их там десяток, — хмыкнула Сайна.

И первая парочка вырвавшихся из окружения маггитов уже бежала в нашу сторону на всех пяти доступных ей ногах.

— В сторону! — приказал я. — Готовимся к бою, но не нападаем!

Это было правильным решением. Говорилось же — просто идти мимо. Тут мимо не получится, но можно попробовать пропустить. Чернушные блобы не выглядели сильно интеллектуальными, может, и не тронут то, что им не мешает.

Существа, не снижая скорости, пробежали мимо нас. Лапы по мере ходьбы адаптировались и перестраивались, так что чем дольше они бежали, тем быстрей это у них получалось.

Когда они пронеслись мимо нас, скорость у них была, как у хорошего грузовика. О сражении и речи не шло — они бы просто пробежались по нашим телам и не заметили. Всё равно что встать на ходу у несущегося стада буйволов.

Первый, второй, чуть отстающий третий. Четвёртый и пятый на полном ходу встретились с техноцитом. По правую сторону от нас уже четвёртая локация опустошалась и выходила на Чёрную Дорогу, чтобы встретить существ.

Новый очаг битвы вспыхнул совсем рядом с нами. Забавно, что весь техноцит по правую сторону оставался безучастным к происходящему, хотя сражение было буквально у них под носом.

Блобы тоже старались их не трогать. Уж не знаю, интеллект или чуйка им так помогла.

— Обходим справа, рядом с техноцитом, — сказал я. — Малыми группами.

Поняв, что драки не будет, рейд начал выстраиваться для обхода. Никто из сражавшихся на нас никакого внимания не обратил. Техноцит справа на нас тоже не реагировал. Главное только случайно никого не зацепить, а то будет плохо и нам, и маггитам.

Мы прошли мимо второго очага идущей схватки. Однажды по нам прилетел случайный снаряд со стороны техноцита, но его приняли на себя барьеры.

Дальше, за идущей схваткой, были открытые беззащитные локации шестнадцатого, которые больше не охранял техноцит. Тёмные проходы манили неизведанным. Голову не покидала мысль о том, что сейчас ближайшие локации к нам были зачищены гоном лезущих на дорогу чернильных блобов. Не четыре, как я сперва думал, а где-то почти километр.

Более того, справа тоже почему-то отсутствовала большая группа техноцита. Видимо, там бой тоже их зацепил. И эти прорехи в строю техноцит закрывать не спешил. Через сколько времени слуги павшего короля отстроят охрану? Они ведь точно это сделают, иначе ровные ряды не стояли бы на всём протяжении сектора.

Для техноцита потеря одной особи ничего не значит — важны лишь ведущие их в бой операторы, а значит наштамповать новых тел не велика проблема.

— Видимость стала лучше, — заметила Тия.

— И тьмы меньше, — с сожалением подтвердила Нэсса.

— Это оружие техноцита, — сказала Белая и подняла валявшийся на полу излучатель странной конструкции.

— О-о, — заинтересовалась Сайна.

— Оно как-то влияет на эту черноту, — сказала Белка. — Скорее всего, оно специализированное, конкретно под существ с местной тёмной цепью.

Механистка подобрала себе такой же образец. Блобы пользоваться оружием не умели и оставили валяться на месте.

Мы шли дальше, поглядывая по сторонам, и я знал, что одна и та же мысль сейчас присутствует в голове у каждого. Но я гнал её от себя, как мог. Видать, ещё эффект воздействия черний до конца не прошёл.

Возможно, мы бы просто прошли мимо, как и собирались, если бы не резкий оклик слегка пьяной и не в меру любопытной Сайны Синицы.

— Арк, глянь-ка. Как тебе?

Зависший над ней дрон спроецировал на каменную поверхность Чёрной Дороги то, что перевесило чашу весов в сторону риска.

— Терминал! — воскликнул я, глядя на крупное устройство с пылающим в центре салатовым свечением энергетическим шаром, двумя уходящими к потолку колоннами, со множеством кабелей и сгустившимся вокруг терминала, будто налипшая плесень, чёрным мороком.

— Где это? — спросила Тия.

— Наверняка он заражён этой дрянью, — поморщилась Белка.

— А вдруг нет? — улыбнулась рыжая. — Он почти рядом, через одну локу. Здесь не осталось ни одного монстра. Я уже четвёртую локацию пролетела, ничего нет.

— А аномалии? — уточнила Тия.

— Были бы аномалии, как бы здесь прошли те штуки?

И то правда.

Рейд как-то сам собой остановился и замер.

Я огляделся — видимость пока что была хорошей. Нам нахаляву перепали пушки против этой тьмы… правда прежним хозяевам они не очень-то помогли. Техноцита нет ни впереди, ни позади нас, ни по бокам. Если мы зайдем — кто узнает?

Дело максимум на полчаса. Если терминал потребует больше, мы не будем его использовать. Если он сломан или заражён — и подавно. Но, если я пропущу терминал из сектора смерти со странными свойствами, да ещё и перед своей встречей с истинными врагами, поисками терминала Ежа в Оазисе и спуском к антагонисту… никогда себе этого не прощу. А может, и некому прощать будет, если не вывезу.

— Идём. Только быстро, — принял я решение с заколотившимся быстрее сердцем.

Ближайшая локация, охраняемая раньше теноцитом, была безликой бетонной коробкой без мебели и признаков жизни. Мы прошли её, не оглядываясь, до нужного перехода. За ним была вторая локация, уже ведущая к терминалу. Она напоминала относительно чистую, но мрачную клинику с высокими потолками и чёрной плиткой на полу — идеально налакированной до скользкости и отражений идущих.

Заканчивалась она крупной стеной из стеклянных кубов, через которые в мрачное помещение попадал салатовый свет. Его издавала как раз энергосфера в сердце устройства.

— Здесь делимся, — сказал я. — Нужно выстроить цепочку, чтобы пересбор нам никакую жесть не принёс. Сайна, ты пьёшь настой собачьего корня и смотришь в оба за дронами. Если появится техноцит — сразу дай знать, чтобы мы успели выйти отсюда.

Девушка кивнула, не став спорить. Бутыль с нейтрализующим алкоголь зельем у неё тоже была под рукой.

В случае чего, технику контролировала также троица роботов Сайны. Две переделанные куклы селенитов встали по центру нашего пути, спина к спине, и управляли двумя облаками разведывательных дронов.

Передовая группа с Белой, Хантером и Нэссой первой встала в двери в комнату с терминалом. За ними след в след шли Хитоми и Сетта, готовые ответить на любые угрозы. Однако всё, что могло напасть, уже было сметено ноктюрнальными маггитами.

Всё было чисто. Ничто не предвещало беды. Только где-то внутри точил зубы червь сомнения. Если случится так, что мы застрянем в этом секторе, боюсь, на этот раз можем уже и не выбраться.

Стена много раз доказывала, что все пафосные боссы и фильтры меркнут перед обычными мобами с задранной сложностью. Пожалуй, если бы у меня был выбор, сразиться с Аркфейном или с одной такой чернией, я бы предпочёл своего тёмного двойника. И сам техноцит здесь сильнее, чем у нас в несколько раз.

Они же не могут перекрыть путь из локаций мгновенно? Впрочем, даже если они отрежут нас от выхода на Дорогу, я могу разозлиться, выйти в ближайший колодец и открыть там врата к лангольеру…

Эта мысль позволила мне немного успокоиться.

Конечно, до такого нельзя доводить, но всё равно как-то спокойней стало.

За дверью в комнату с терминалом никто не нападал. Здесь был всё тот же зеркальный тёмный фон, ряды дверей в суб-локации, и рядом с салатовыми окнами в конце коридора стоял он.

Идёт сканирование.

Аудитор Арктур, астральный лишайник, архидруид/эссенциарх

Тип вмешательства: ноктюрнально-кибернетический.

Интеграция посредством распределения света в материи.

Рекомендовано при наличии мракосодержащих источников.

Улучшенное сопряжение: мракосодержащая материя

Удовлетворительное сопряжение: светосодержащая материя

Минимальное сопряжение: кристаллиды

Доступно модификаций для класса архидруид: 1

Доступно модификаций для класса эссенциарх: 2

— Я уже в предвкушении, — произнёс я, не заметив сперва строку с рекомендацией.

— Что-то не так? — спросила Белая, тоже не заметив подвох в тексте, но сразу же отследившая изменения в моих эмоциях.

— Сейчас узнаем, — произнёс я и сказал терминалу. — Выведи мод на друида.

1 𝌴 [Фрагмент: мгла зрителя [чернии (ноктюрнальный биоаберрант)]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: астральный лишайник ✕. Ошибка совместимости. Отсутствуют ноктюрнальные структуры. Критическая ошибка нарушения функционирования души, принудительная эфиризация, риск потери духовного ресурса. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: искажённый хуорн, спектр. Модифицируемая область: теневая структура накопителя основного источника. ✓. Анализ и внедрение ноктюрнальной структуры ✕. Обнаружена критическая несовместимость со структурой Источник типа «сопряжение». Локализована стихия свет. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Ноктюрнальное инвертирование свойств света перед основной встройкой. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: ноктюрнально-кибернетический.

Доступна способность: «чернильная мормора» (пассивное)

Создаёт ноктюрнальную ауру радиусом 250 м, ассимилирующую пространство ноктюрнальным лесом. Подвергшиеся воздействию цели будут преображены в теневых дендроидов, подконтрольных заклинателю.

Поднятые дендроформы будут записаны в память источника с привязкой к заклинателю и могут быть призваны по его воле.

Будет добавлена доминирующая структура: чернии

Будет добавлена парадигма «служение мраку» c уровнем влияния 65%

Будет добавлена парадигма «служение черноте» c уровнем влияния 30%

Уровень осознанности будет снижен до 68%

Побочно: будут удалены навыки обновление, луч жизни, глаза жизни, внутреннее тепло. Будут искажены: лидерство, интеграция символа.

Будет добавлено: тёмный оазис, луч тьмы, глаза тени, отторжение стужи.

Будет скорректировано: вожак, тёмный оттиск.

Стихия ауремия: будет удалено.

У меня вырвался нервный смех.

— Ну и говно, — не удержался я.

Способность нещадно резала все мои родные навыки и поганила билд, чтобы дать навык, от которого больше вреда чем пользы. С таким только становиться новым Хостером и блуждать как неприкаянный дух, всюду неся смерть и разрушение.

Впрочем, оно и не удивительно, если учесть, что терминал предложил взять за фрагмент лут с чернии из тех, что мы наменяли в пятнадцатом на пищу.

Глянул способности эссенциарха, понял, что там ровно такая же гадость, и разочарованно махнул рукой. В первую очередь терминал совал чернию, затем маггита и ту тёмно-фрактальную штуку, которую мы живьём не видели. Хотя, по идее, должны подойти и базовые фрагменты, содержащие, как написано, тьму, свет или кристаллическую структуру.

Что ж, нужно глянуть, что выдаст Нэссе, будут ли там нормальные варианты.

— Рекомендовано для тёмных, — прочитала вслух, наконец, Сайна. — Здесь как с тем терминалом в пятнадцатом. Нужно попробовать тем, у кого есть тьма в билде.

— Я всегда готова, — подала голос Нэсса. — Смотрю, везёт мне в последнее время.

Девушка коснулась терминала.

1 𝌴 [Фрагмент: мгла зрителя [чернии (ноктюрнальный биоаберрант)]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: дендроморф ✓. Модифицируемая область: магическое ядро ночницы (тьма), «аватар мрака» ✓. Создание конструкции концентрации теней и интеграция базового свойства материализации ноктюрнальных структур. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: ноктюрнально-кибернетический.

Доступна способность: «вороны нэссы» (активное).

Позволяет создавать из тьмы подконтрольных слуг или изменять собственную форму, разделяя между порожденными ею существами.

Внимание, обнаружен источник неустановленного типа. Способность будет искажена. Проводится анализ…

Доступна способность: «творения нэссы» (активное).

Позволяет созидать из теней подконтрольных слуг или изменять собственную форму, разделяя между порожденными ею существами.

— Выглядит вроде бы не опасно, — задумчиво сказал я и перешёл к описанию второго навыка, который ей предложил терминал.

2 𝌴 [Фрагмент: сердце чернильного блоба [ноктюрнальный ланцемаггит]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: дендроморф ✓. Модифицируемая область: магическое ядро ночницы (тьма), «хищная тьма», «форма тени», «аватар мрака» ✓. Модернизация источника ноктюрнального типа. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: ноктюрнально-кибернетический.

Доступна способность: «ноктюрнальный концентратор» (пассивное).

Повышает уровень развития источника до «малый божественный», повышает общий запас маны (мрак) на 200%.

Будет добавлен режим работы источника: ноктюрн.

В режиме «ноктюрн» некоторые заклинания источника будут изменены (тёмный дар, хищная тьма, стрела теней, шар мрака, барьер мрака, высшая эгида тени, волна мрака, творец мрака, аватар мрака)

В режиме ноктюрн навык «магия тьмы» будет временно повышен до V ранга.

Дополнительно: при нахождении в режиме ноктюрна шанс подчинение парадигме «служение черноте» будет расти на +3% в секунду.

Дополнительно: при использовании заклинаний V круга вероятность подчинения парадигме «служение черноте» будет составлять 97%. Будет инициировано перерождение в ноктюрнальное существо.

Глядя на это, Хантер рассмеялся. Нэсса недовольно на него посмотрела, но он пояснил:

— А я всё думал, как система выкрутится, дав невозможный ранг магии! Гениально! — произнёс он.

— Нэсса загадала получить пятый ранг на терминале судьбы, помнишь? — тихо шепнула Тия.

— Пятый ранг — это магия планетарного уровня, — вздохнула Селена. — У меня была такая, когда я была свободным богом с полной силой.

— В рамках Стены такой, скорее всего, не существует, — бросила Белая. — Подобные заклинания могли бы нанести ей критический вред.

— Да через баг в мёртвом секторе — легко, — высказался Мерлин.

Рейд собирался вокруг терминала. Способности он давал нереально мощные. Шанс встройки не писался, значит встройка фрагментов будет гарантированной.

— Вторая, конечно, крута, но я бы, наверное, её не брал от греха подальше, — сказал я. — Но дело твоё. Втрое увеличить размер источника — дорогого стоит.

— Да я вот тоже думаю, — сказала Нэсса. — Можно же просто не использовать этот режим, а бонус к мане пассивный. С таким источником я сразу становлюсь крутым магом.

— Главное, чернией не стань, любимка, — потрепал её по голове Хантер.

Парочка обнялась, а я осмотрелся. Дверей рядом было полно. Но все они вели в суб-локации. Офисы и лаборатории. На одну из них я накинул убежище. Нужно было проверить всех, кто имел какое-либо отношение к тьме. В первую очередь те, кого система могла бы вернуть к жизни прохождением терминала.

— Мы становимся богами быстрей, чем обретаем божественное сознание, — послышался голос Странника позади нас.

Я обернулся.

— Ты вовремя, друг. Тоже заинтересовал терминал?

— Отчасти, — признал он. — Шестнадцатый уже давно в таком состоянии.

— Был здесь до того, как он стал сектором смерти?

— Нет. Увы, насчёт этого сектора мне ничего неизвестно. Я ходил здесь Чёрной Дорогой.

— И? Почему нам не рассказал?

Странник пожал плечами.

— Пятнадцатые сказали больше, чем знал я сам. У меня было лишь правило — иди прямо и не останавливайся, что бы ни случилось. Это не единственное место на Дороге, где есть свои правила. Нам ещё между девятнадцатым и двадцатым проходить… это намного страшнее.

— В нашу первую встречу ты, кажется, уже упоминал об этом? — вспомнила Сайна.

— Возможно, — он с толикой осуждения посмотрел на беззаботно тыкающего пальцем в терминал Мерлина.

Послышался разочарованный вой. Магу света терминал тьмы ничего предлагать не хотел. Какая неожиданность! Расчёт был на чудо?

— Насколько это вообще опасно? — спросил я у него.

— Я не сталкивался с ноктюрнальными терминалами. Я тоже попробую. Если он распознал у Нэссы созидание, то возможно и у меня будет какой-то вариант. Хочу посмотреть, способен ли он увидеть мой амарантин.

— С чего ты решил, что он увидел созидание? — спросила Нэсса.

— Вот же, — улыбнулся он. — В первой способности, что тебе предложил терминал. Неустановленная стихия. И описание как поменялось, видишь?

— С мрака на тени? — неуверенно посмотрела девушка на Странника. — А в чём разница?

— Не здесь. Не создаёт, а созидает. Это важный момент. Созидание — уникальная стихия, которая может из злой магии сделать добрую. Первый навык — большая удача, рекомендую его брать. Второй — как посчитаешь нужным.

Нэсса кивнула. Хантер начал её отводить в сторону, чтобы посоветоваться друг с другом без нас. А я обратился к терминалу с вопросом, с которого стоило бы начинать:

— Сколько время встройки?

Среднее время встройки составляет 4–26 мин.

Хм. Четыре это очень хорошо, а вот пол часа мы тут сидеть уже не будем, слишком опасно. Так что при встройке будем ориентироваться в первую очередь на таймер. Далее все по очереди пошли проверять свои модификации.

Тёмных, в отличии от связанных с бездной, у нас было намного больше.

Терминал отреагировал на тёмный источник Альмы, предложив его развитие, как и Нэссе, но до меньших значений и с меньшими побочками, и что-то связанное с зеркалами и целительством. В целом моды были неплохими, на удивление сбалансированными. Во многом из-за наличия источника света в сердце.

На все модификации система вешала штрафы на понижение эффективности и блокировала часть свойств. Логи встройки были длинными и пестрели ошибками. Но в данном случае это было очень хорошо.

Чудной терминал, конечно. Зелёным он выделял обычно всякую дрянь и ругался на то, что, наоборот, помогало её отбалансировать до нормальной способности.

Небольшой мод получила Белая, а затем и Хантер. Как оказалось, бешеный список эффектов терминал выдавал тем, кто ставил в себя фрагмент местной хтони. Но вместе с ними терминал принимал и фрагменты из нашего сектора, из тех цепей, что были в обоих.

Чистого источника тьмы у них не было, у обоих присутствовал только гибрид астрала с тьмой.

Конечно же, терминал порадовал Наги. Но здесь никто и не сомневался. Его вообще любили все терминалы. А одна из способностей оказалась неожиданно очень полезной. Не боевое, а сильное защитное свойство. Таким образом, купол от дальнобойных атак теперь могли держать не только Мерлин и Нэсса. Плюс хорошая способность для самовосстановления.

Ещё больше удивило то, что терминал признал киборгов с тридцатого. Их духовный ресурс изредка позволял им брать модификации на терминалах. Где-то каждый третий отвечал и предлагал какую-то мелочь. Модификации для них обычно были очень слабыми, чаще пассивные свойства вроде сопротивлений или повышения характеристик.

А тут — внезапно всех троих: Калеба, Дариуса и Никодима, терминал порадовал очень полезными навыками. Сейчас ослабление в их случае было невероятной удачей — слабые версии модов как раз были по силам, как полноценные моды проходчиков.

И последние четыре кандидата на модификацию. Тёмные моды перепали Софье, Райшину, Крайну и Эстель. Наконец-то у нас снова появится искатель, да и хороший танк с некромантом точно не повредят.

По оценкам работы терминала, поставить всё это мы могли в течении восемнадцати минут. Хорошо бы, конечно, отказаться от самых долгих, но они как раз были у киборгов и Эстель. Я впервые видел старого киборга Дариуса, обычно равнодушного ко всему опытного оперативника с тридцатого таким радостным. Товарищи вернутся в строй, и все втроём получат мощные навыки!

Ну и об отсутствии в группе искателя я уже не раз пожалел, так что возвращения Эстель очень ждал. Даже Фирала успел вспомнить.

Стоил ли того риск? Вопрос был открытым. Если техноцит не успеет восстановиться и перекрыть пути выхода — определённо да. А вот если мы не успеем убраться — будет проблема.

С момента нашего появления в этой локации времени прошло совсем немного, и высылать по наши души кого-то Система пока не станет. Но от блуждающих монстров тоже никто не застрахован. Не хотелось бы нарваться на пятиметрового маггита или, того хуже, на чернию…

Хантер, баюн, пророк

1 𝌴 [Фрагмент: материя ноктюрна [ноктюрнальные формы]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: баюн ✓. Модифицируемая область: сахасрара чакра [исток гнева баюна, тёмный астрал] ✓. Создание конструкции концентрации теней с их растворением в воде ✕. Ошибка совместимости. Обнаружена деградирующая люменная структура. Идёт поиск возможных вариантов. Решение найдено: удаление атавизма магической структуры ✕. Ошибка удаления. Невозможно нейтрализовать центральную магическую ветвь, недостаточно ноктюрнального ресурса [684%]. Идёт поиск возможных решений. Решение не найдено! Модификация будет существенно искажена, встройка не рекомендуется. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: ноктюрнально-кибернетический.

Доступна способность: «тёмный чай» (активное).

Позволяет создавать и заключать ноктюрнальную и теневую энергию в форме чая, повышая запас маны и скорость её восполнения.

Внимание: чрезмерная концентрация люминесцентных свойств и кипячение исходного материала приводят к деградации и развеиванию ноктюрнальной материи. Эффективность способности будет существенно снижена. Бонус для ноктюрнальных существ деактивирован. Ноктюрнальная энергия будет заменена нейтральной маной.

Внимание: дополнительный бонус повышения парадигмы «служение черноте» заблокировано.

Минуты тянулись долго. Я настороженно разглядывал стены и утварь локации из шестнадцатого. Что же здесь произошло? Судя по всему, что-то или кто-то послужили причиной появления ноктюрнальной цепи. Предположу, что это или какая-нибудь двойная тьма, или что-то похожее.

В последнее время я всё чаще ловлю себя на мысли о том, что система цепей хоть и работает лучше стандартной таблицы со списком видов существ из Обсерватории, всё ещё лишь способ условной классификации. Причём каждый корректор в своём секторе устанавливал свои правила, пусть и на основе общих.

Далее цепь вырвалась из-под контроля и начала массовую ассимиляцию. Так же, видимо, вышло в тринадцатом и частично проникло в пятнадцатый. В четырнадцатом долгое время правила пустота, и это был сектор смерти. Не представляю, как Ольгерду удалось вернуть в него жизнь, но они справились. Значит, теоретически сложность можно остановить и даже немного откатить.

Шестнадцатый, скорее всего, постигла та же судьба, что и сектор с демонами. Или двадцать первый, где кто-то явно заигрывал давным-давно с системной стихией и тоже наломал дров.

Если ничего не предпринять, то же самое коснётся двадцать второго. Будет ещё один такой же сектор, только с бешеными, заражёнными кучей стихий и цепей растениями.

Этот мир разрушается, а его алгоритмы давно полны дыр…

Окончилась модификация у Хантера. У него было самое короткое по времени улучшение. Вид у него был после терминала довольным, значит ничего страшного внутри не делают.

— Ты при своём уме и памяти? Ноктюрничать не хочется? — спросил я с улыбкой.

— Чаю бы выпил. Новый навык попробовать, — ответил он. — Тебе заварить?

— Какой тут чай… — отказался я. — Нам бы валить поскорей отсюда.

Второй вышла Белая. Её новый навык позволял создавать существ в астрале себе в услужение. Как минимум, теперь, когда она перенесёт кого-то в Долину, ей не нужно будет ждать милости местных обитателей, она сама сможет наделать теневых миньонов и отправить в бой.

— Интересно же, что там за навык, — вздохнул предсказатель. Описание мутное. Как я понял, это бафф. Но пить черноту как-то не хочется…

— Тогда зачем брал?

— Предчувствие хорошее. В моём деле предчувствие — это почти гарантия.

— А ты не думал, что этот терминал зелёным текстом как бонус обещал превратить вас в местных зомби?

— Да не должно, по идее, это же с моей стороны хорошее, мой же навык предсказателя. Слушай, не подкинешь чайник с кухни? — спросил он у меня.

Я протянул ему из дыры в убежище золотой чайник Странника.

— А воды не нальёшь? — он протянул чайник Белой.

— Нашли, блин, время и место, — буркнула она, но просьбу выполнила и сформировала из тумана влагу, конденсируя её в чайнике.

— Сайна, поможешь? — Хантер протянул чайник ей, и девушка снизила мощность универса до минимума, чтобы получить небольшую горелку вместо огнемёта.

Я покачал головой.

Тем временем, началась магия. Глаза предсказателя потемнели. Затем он их закрыл и сосредоточился на некоей форме медитации. Свет в помещении вдруг стал нестабильным, что я поначалу принял за признак приближения монстров и приготовился встречать неприятности.Но стоило Хантеру закончить с навыком, как всё вернулось, как было.

— Фигасе у тебя чаёк.

— Угу, — буркнул он. — Сейчас глянем, что получилось.

Заглянул внутрь чайника. Удивился.

— Чашку не подкинешь? — обратился ко мне.

Я достал из убежища пару чашек на случай, если кто-то ещё захочет, и посмотрел на таймер. Скоро терминал должен был выпустить Эстель.

Предсказатель задумчиво пил и смотрел в потолок.

— Ну как, мы не отравимся? — спросила Сайна, которую тоже заинтересовал его эксперимент.

— Да не… — задумчиво ответил Хантер. — Скорее наоборот, походу, навык имбища, а описание писали криворукие нейросети.

— Что делает? — заинтересовался и я.

— Ману регенит, — ответил оживившийся Хантер. — Работает, походу, как зелье, только круче. И здесь маны больше, чем я потратил на каст.

— Тёмная какая-нибудь?

— Да нет. Он использует тень, концентрирует, смешивает с водой. Но во время кипения чёрная вода превращается в нейтральную ману!

— Интересно. Чернота тебе дала способ превращать её в энергию? — удивился я. По правде, я действительно думал, что это бесполезный для группы бафф специально для Нэссы.

— Возможно, сработали регалии, — задумчиво сказала Белка. — Он ведь был известен в астрале как Чайный Кот. И сейчас астрал на его стороне. А навык не от чистой тьмы, а от тёмного астрала. Обычно это злое место, но не для астральных стражей. Коты иначе взаимодействуют с тёмной энергией, потому даже тёмные коты считаются светлыми для по-настоящему тёмных существ из нижнего астрала.

В магии астрала я так хорошо не разбирался, но судя по задумчивым кивкам Селены, сработала раса и класс, выдав хороший вменяемый навык.

— А ты свой проверить не хочешь? — спросил я у Белой.

Девушка подняла руки над грудью и погрузилась в лёгкий транс. Ждать пришлось, наверное, с минуту, во время которой она слегка раскачивалась на месте. Затем в таком состоянии она начала идти вокруг терминала, и за её следами из блестящей плитки из чёрного мрамора начали пробиваться светящиеся белые травы Долины. Затем среди темноты мелькнули две неестественные чёрные молнии. Они затрещали будто энергеты, но продолжали бить всё чаще пока не приобрели облик двух сиамских котов, полтора метра каждый.

— Они тебе полностью подчиняются? — спросил я с интересом.

Белка отдала им ментальный приказ, и оба кота встали на задние лапы.

На лице девушки мелькнуло удивление.

— Что-то не так?

— Навык привязан к Долине. Видимо, то же, что и у Хантера. Тьму забрала Долина. Похоже, что управление такого рода мраком входит в возможности моего навыка.

— То есть тьма полностью тебе подчиняется.

— Это не тьма, а астральные тени. В этих котах осколки душ погибших в Долине котов трёх племён. Они приходят на время и затем снова уходят в племя Мерцающих Звёзд…

— Не хочу прерывать ваш диспут, но тут техноцит зашевелился, — сообщила Сайна, и зависший над её плечом дрон спроектировал картинку на стену.

Слуги мёртвого короля никуда не спешили. Несколько групп с горящими зеленью глазами ходили по полю боя и бережно собирали останки своих товарищей. В руках у мертвецов были крупные тяжёлые устройства, напоминавшие пылесосы, которые те носили как ранцы. Ими они обрабатывали тела товарищей неизвестной субстанцией, которая создавала шипящую белую пену, будто в соду плеснули уксусом.

Хорошая новость — нас они не искали. Вторая хорошая — они вообще не спешили, группа занималась только очисткой товарищей. Никто не восстанавливал заслон на Чёрной Дороге.

Вскоре стало понятно, почему. Постепенно из одной, а затем из другой покрытой белыми пузырями лужи, вставали особи техноцита. Похоже, что это средство нейтрализовало слизь чернильных блобов, а остальное делала бешеная регенерация поделок Мракрии.

Плохая же новость состояла в том, что даже так скоро они будут уже у нас. Минут пятнадцать у нас ещё точно есть, но двадцать…

Третьим терминал покинул Наги. Как всегда довольный, он одел обратно венок из ромашек на голову и, не дожидаясь моих слов, сразу же начал проверять два своих навыка.

Первый — защитный барьер из мрака. Он был очень похож на тот, с которым ходила Нэсса. Призывался в виде чёрного щита, затем, если было нужно, расширялся и сворачивался в купол. Это было главное отличие, у Нэссы и Мерлина каст был мгновенным, а тут придётся подождать ещё секунд пять-шесть.

Второй — некое подобие стихийной формы. Навык был странным, на стыке тьмы и растительной цепи. И по сути он являлся стихийной формой, только превращал Наги не в тьму, как Нэссу, а в нечто вроде угля.

Наги попытался взлететь, обратившись в некое угольное облако, но вышел неловкий прыжок, и он рассыпался чёрной горкой на полу. Но горкой достаточно активной, потому как по полу этот угольный песок передвигался достаточно быстро.

Иными словами, навык не позволял ему летать, как мне, Селене, Тие или Белой. Но зато позволял очень быстро перемещаться по горизонтальным поверхностям. К тому же, главное свойство стихийной формы никуда не девалось — любой урон технолич мог просто пропустить через себя.

— Жрёт много, — пожаловался Наги, когда вернул себе прежний вид стального скелета в мантии пожирателя смерти. — А у барьера скорость каста…

Наш разговор прервал оглушительный грохот в противоположной от Дороги стороне. Мы все замерли и обернулись на звук. Это было похоже на металлические удары, как будто с большой высоты в груду металлолома сваливались друг за другом стальные рельсы.

Сайна закрыла глаза. Облака дронов направились в ту сторону, чтобы оценить размер угрозы. Но полагаться только на её технику я не стал. В прошлый раз она уже говорила, что её камеры не видят черний. Так что это могло быть свойством и других обитателей этого сектора.

— Хантер, что там?

— Пока опасности не вижу. В ближайшие пять минут нас никто не тронет, — пообещал он.

Я мрачно кивнул.

— Народ, рассредоточимся по соседним локам. Идём тройками, в каждой будет одна из Тий… Здесь всего четыре места, со стороны которых к нам можно подойти. В бой не вступать, но пушки техноцита держите поближе.

С трофейным оружием я уже наспех ознакомился. Оно было очень простым — нажимаешь на кнопку — вылетает пучок света. Сайна сказала, что оружие выпускает мощный поток фотонов с неким аномальным центром притяжения, которое делает выстрел схожим со светящейся сферой.

То есть, как я и думал, оружие было специализированным против тех, в ком была тёмная цепь. Для других существ это оружие почти безвредно.

Интересное решение местного наместника сосредоточиться только на таком узком по виду урона оружии.

Впрочем, главная проблема всё ещё была в том, что техноцит просто не видел черний, защищая Дорогу лишь от других видов противников. Ну и обилие посторонних цепей у маггита сделало его опасным противником для техноцита с таким вооружением.

Металлический грохот повторялся. Уже не так громко, но ощутимо.

На восемнадцатой минуте из терминала вышла Нэсса.

Хантер сжал её в объятьях. Девушка выглядела настороженной, растерянной, но в целом довольной. При виде любимого её лицо прояснилось.

— Ну как? — спросил я.

Нэсса отстранилась от предсказателя, закрыла глаза. Получилось не сразу — некоторое время она напряжённо пыталась сосредоточиться, села на пол, скрестив ноги, как для медитации.

Затем её лицо прояснилось. Она с улыбкой открыла глаза, и в тот же миг тень за её спиной увеличилась, разделилась и отделилась от пола сгустками мрака, которые превратились в её точные копии.

— О, ещё одна научилась размножаться почкованием, — заржал Мерлин.

— Нет, — с лёгкой досадой ответила девушка. — Это фантомы, я могу им отдавать приказы, но у них нет мозгов. Они все состоят из хищной тьмы… или из той же материи, что и мой шар тьмы. Делают только то, что я вкладываю в них в момент создания… а что у вас тут за музыка?

— Музыка? — не понял сперва я.

Прислушался. Металлический грохот продолжался, но теперь в нём было что-то вроде… художественности? В лязге металла о металл действительно проглядывалась мелодия.

Постепенно звук стал становиться всё более объёмным. Среди перестука появился металлический скрежет, цокот металлических молотков и что-то, напоминавшее струнные.

Мелодия была слегка тоскливой, но не заунывной, а скорее просто торжественно-мрачной. Я понял, что мне хочется слушать ещё и ещё. Музыка ещё только начинала разыгрываться, но с каждой минутой она становилась глубже и многогранней. Она всё меньше напоминала грохот металла и всё больше — невероятно красивую мелодию.

— Тьма снова поёт, — с теплом в голосе произнесла Нэсса. В глазах у неё появились огоньки восхищения.

— Угу, и я теперь слышу. Прикольно, — согласился Мерлин.

— Звук приближается, — сказала Белая.

Раскрылся терминал, выпуская Крайна, научившегося призывать на службу теней.

Оставались Софья с Эстель и киборги.

— Что-то техноцит тоже начал спешить, — заметила Сайна.

Проекторы показывали, как мёртвые киборги техноцита активно опрыскивали тела товарищей, подбираясь всё ближе к нам.

Не нравится мне всё это…

— Отойду. Тия, пригляди тут за всем.

Девушка кивнула, но посмотрела на меня с настороженностью. Однако ничего опасного делать я не собирался. Лишь отошёл в соседнюю локацию, граничащую с той, где вскоре встанет техноцит.

Здесь меня сразу поймала в фокус стоящая на страже Амория с эльфийкой и тари. Чуть поодаль стоял Райшин, тестируя новые навыки — что-то вроде угольной формы у Наги, но больше заточенной под передвижение, а не защиту.

Подошёл к арке, выбитой пятиметровыми маггитами — монстры не проходили в двери, потому вместо врат дыры зияли на каждой второй локации.

Настроился. Активировал астральную тропу. Пусть будет заранее для отхода. Чтобы помочь заклинанию найти нам место для перехода, предварительно создал небольшие заросли темновника. Растение прекрасно вписывалось в здешний колорит.

Музыка становилась всё громче. В ней различался ведущий инструмент. Больше всего он напоминал скрипку, но намного ниже по тональности, к тому же звук был дребезжащим, слегка рваным, будто струны были плохо натянуты и слегка болтались.

Стук молотков, металлический скрежет и прочее тоже никуда не девались, став своеобразной перкуссией.

— Арк, — внезапно произнесла Амория. — Хантер говорит, нужно убираться.

— Он же говорил, что нам пока ничего не грозит!

— Ближайшие пять минут. Но они уже прошли.

— Чёрт, — выругался я и поспешил к терминалу.

Гвардеец и два отца с тридцатого уже покинули терминал. Все трое были в полном здравии и тестировали блинк. При виде меня они застыли, приложив руку к сердцу, как было принято при виде старших в гвардии птиц.

— Хантер, что там? — сходу спросил я.

— Просто плохое предчувствие появилось. Чувствуешь что-то давящее в воздухе?

Я ничего не чувствовал, но я и не предсказатель.

— Тия, что там?

— Всё пока чисто.

— Хорошо, отходите к двери, чтобы сразу выскользнуть если что-то появится. Оружие техноцита при вас? Будьте готовы. Как только терминал выпустит Эстель с Софьей — валим, не оглядываясь, по астральной тропе.

— Принято, — кивнула девушка.

За пять минут до выхода Эстель с Софьей началось пение. Теперь все услышали, что музыке вторил голос. Четыре голоса, певшие хором. Без слов, просто голоса, идеально сочетавшиеся друг с другом, как у идеально сыгранных певцов, каждый в своей тональности от высокого до низкого.

Вместе с пением появился озноб. Стало почему-то холодно. Поднималась тревога, видимо, отличительная черта черний. Не страх, а именно медленно растущая тревога и стойкое ощущение, что что-то не так.

Меня охватило нетерпение. Хотелось немедленно сорваться с места и бежать. Всё тело будто требовало действий.

А затем, за три минуты до открытия терминала Тия тихо произнесла:

— Есть контакт. Со стороны Сетты.

Значит, на девять часов от нас.

— Уходим.

— Да… сейчас, — в голосе девушки послышалась растерянность.

— Что сейчас? — мне показалось, будто девушка слегка заторможена.

— Красиво… дослушать… — пояснила она путанно, будто слова ей давались с трудом.

— ВСЕМ ВЫПИТЬ ЗЕЛЬЕ ВОЛИ!! — громко приказал я.

Мудрость природы давала мне хороший резист к этой дряни, но не у всех были похожие навыки.

Тия вздрогнула. Со страхом посмотрела на меня, замотала головой, будто пыталась выгнать таким образом из неё лишние мысли, и активировала «канон Алолесья». Старый навык, который помогал ей в своё время бороться с одержимостью хаосом.

В глазах снова появились искры сознания.

— Отступаем, — сообщила Сайна. — Я передала через дроны. Чёрт, ни хрена не вижу, что там творится!

Послышался щелчок со стороны терминала. Эстель и Софья закончили модификацию. Старуха деловито смотрела по сторонам. Искатель сперва округлила глаза, затем вдруг открыла рот и начала подпевать. Её бирюзовые глаза заволокло мраком, а затем рот закрыла тряпка с сильнодействующим снотворным.

— Ей нельзя слышать звуковые атаки, — пояснила старушка.

Я кивнул. Не успела ожить и опять в бессознанку. Но что поделать, Софья была права. На Эстель всегда всё связанное со звуком действовало во много раз сильней, чем на нас.

— К тропе! — приказал я.

В комнате с переходом уже собирались все остальные. Мы успевали впритык. Не хватало буквально какой-то минуты, чтобы все успели пройти на тропу. Та, как всегда, была узкой, и толпой в неё было не пролезть.

Оставалось только одно.

Я поднял оружие техноцита и приготовился встречать идущую за нами чернию. То, что это именно эта тварь, я не сомневался и оказался полностью прав.

В дыру в двери пролазил силуэт громадной твари с бесформенным чёрным телом из которого торчало множество чёрных рук. Руки держали множество музыкальных инструментов, каких я прежде нигде не видел. Будто их сотворил безумный мастер под какими-то веществами.

Но они меркли перед мордой чудовища. Лица у черний вообще были очень примечательным местом.

Это была большая голова черноволосой женщины с растянутым выпуклым лицом, на котором отпечатались две пары глаз, нос и под ним три рта. Четвёртый рот находился прямо на шее, переходившей в черноту.

Белка взяла меня за руку.

Концерт [чернии (ноктюрнальный биоаберрант)]

Уровень угрозы: [не установлено]

Иммунитет: физический урон, всё кроме стихий: свет, хаос, [не установлено], фрактала, ветер, молния [эфир]

Защита: свет, хаос, фрактал, эфир.

Свойства: я есмь поющая тьма.

Фотонные пушки принялись поливать чудовище вспышками света. Это причиняло ему некоторые неудобства, но вредить не помешало.

Четыре рта по очереди начали смеяться в разной тональности, а я вдруг ощутил, что мои руки начали неметь. Посмотрел на них и ужаснулся — они намертво приросли к оружию техноцита и не слушались.

С той же проблемой столкнулись и остальные.

— Свет, хаос, фрактал, ветер, молния! — скороговоркой проговорила Белка. У неё не было ни одной из этих стихий, но была старая добрая тамарская граната. Вот только бросить она её уже не смогла. В присутствии существа она тоже приросла к руке девушки.

К счастью, у девушки ещё оставались жизни в запасе.

Коснувшись плеча другой рукой, она превратила часть тела в лёд и отсекла себе конечность, после чего швырнула в чудовище оледеневший обрубок.

Тия принялась направлять стрелы хаоса, но видимого эффекта от её светлячков не было никакого. Как и от света Мерлина. Напротив, увидев каст магии света, тварь воспылала особым гастрономическим интересом и бросилась в резкую атаку. Где-то в этот момент тамарская граната взорвалась второй раз, опалив существо со спины.

Но неожиданно самой эффективной оказалась атака Селены.

Она подняла мощные потоки ветра и изо всей силы ударила по существу. И это сработало! Часть черноты, окружавшей чудовище, стала разлетаться под мощным напором воздушной струи.

Увы, видимого урона твари это тоже не наносило. Но замедляло очень сильно. Поняв это, Альма сосредоточилась на навыке стихийного контроля. Боевых навыков магии ветра она развить пока не успела, но хватило и этого, чтобы ещё сильнее сбить существо с траектории пути.

Черния тупила несколько секунд, собирая свою разлетевшуюся черноту обратно, и за это время подставилась под мощную электрическую дугу со стороны Сайны. Девушка разогнала на полную источник ионитовой магнитосферы.

Впервые тварь издала что-то, похожее на шипение, будто эта атака сильно ей не понравилась.

— Давай ещё! — крикнул я.

— Я не маг молний! Магнитосфера не рассчитана…

Мимо пролетела боевая молния Наги. На него, похоже, эффект пения не работал или работал вполсилы, как на меня. И кое-какая магия электричества у него была. Он вообще старался быть разноплановым магом с широким арсеналом.

Что-то тряхнуло где-то за пару локаций от нас. Да так, что аж пол задрожал. Что там произошло, я понятия не имел и не хотел узнавать. Основная часть рейда уже перешла на во вход в тропу. Однако черния ещё не сожрала нас только благодаря атакам Сайны с Наги и работе ветра Альмы с Селеной.

Сайна ударила красной молнией ещё раз, а затем активировала искажение времени. На этом её способности были исчерпаны, и она не удержалась на ногах. Её подхватил Никифор и вместе с Калебом потащил на астральную тропу.

Последними отступали мы с Селеной и Альмой. Ну и Наги накладывал магическую ловушку на пол, чтобы ещё разок ударить тварь электричеством. Не сказать, чтобы монстр стал от этого слабее или поубавил энтузиазма в охоте на нас, но, по крайней мере, на молнии и ветер оно хоть как-то реагировало.

Наконец, я шагнул на астральную тропу. Сильно мешалось приросшее намертво оружие. Пришлось поступить как Белка — дендроморфизм помог избавиться от конечностей и вырастить новые.

Затем, уже на бегу активировал «обновление», питая растения вокруг нас, и следом за этим — «ураганный рост». Зелень, всегда в изобилии имеющееся на тропе, принялась расти, создавая между нами и монстром древесные заслонки, одну за другой.

Сработают ли они, я уже не смотрел, пустившись в бег следом за товарищами. Нельзя было отрываться от Сайны, пока работает её временная аномалия.

Не знаю, преследовала ли нас тварь, но концерт не стихал. Напротив, он будто намертво отпечатался в голове и мотив заунывной мелодии никак не хотел её покидать.

Как и тревога — в конце концов, если у меня есть прорастающая в мозгах астория, то почему бы здесь не водиться особому передающему тьму звуку?

Впрочем, это уже паранойя, подстёгиваемая проклятым чудовищем…

Руки схватились за треснувший камень. Мы поднимались из-под разлома в Чёрной Дороге на её поверхность. Разлом был, разумеется, ложным — так материализовался выход из астральной тропы.

Я огляделся. Концерт не стихал. Но теперь между мной и ним стояли три шеренги костлявых бойцов в белой броне и с фотонными пушками. Великие Строители, как же я был рад сейчас видеть этих ребят!

— Дай тебе Стена хорошее перерождение, Мракрия, — вторил моим мыслям Мерлин, выбираясь наверх.

— Можно сказать, легко отделались, — сказала Сайна. — Как ты вообще меня уговорил на такое подписаться⁈

— Так ты первая и просила, — улыбнулся я. — Хотел тебя порадовать.

— Издеваешься? Я была под влиянием и не ведала, что творю!

— Зато в полку божественных сущностей твоими стараниями прибыло, — я кивнул в сторону Нэссы, которая выбралась наверх, пафосно собравшись из чёрной дымки.

— Да здесь каждый второй какой-нибудь бог. По-моему, в Стене этот титул так себе аргумент, — заметила рыжая.

— Ха, с какого-то момента я правда начал смотреть на богов, как на обычное явление, — заметил Мерлин.

— Просто все эти боги по сути очень крутые маги, — сказал я.

Хотелось рассмеяться. Видимо что-то нервное. Ещё несколько минут назад нас всех чуть не превратили в какую-то хрень. Была ли разыгранная черниями история про погибших проходчиков правдой? Если так, то мы избежали участи до самого разрушения Стены так же шататься по коридорам.

— Ох, великая Баст, какое богохульство… — покачала головой Селена.

— Ну а чё, нет разве? — продолжил Мерлин.

— Даже не знаю, стоит ли рассказывать про рождённых стихией богов и тех, кто получил свой статус по праву силы или… этими вашими модификациями…

— Эй, ты вообще-то тоже проходчик, — заметил маг.

— Дело не в богах, соларис, — со вздохом ответила она. — Дело в самом этом месте. Когда-то мне поклонялись во множестве миров. Мне служили в тысячах храмов! Я…

— Расскажешь по дороге, — прервал я её и нервно заозирался.

Селена умолкла, сперва сделав обиженный вид, но затем Концерт на миг стих, а четыре голоса начали исполнять акапельно. Пение в четыре глотки одного монстра взбодрило великую богиню трав, дочь Аруны, внучку Баст и наследницу миров Мельхиора и Гайи.

— Что-то не так? — насторожилась Белая.

— Да, — ответил я и попробовал ещё раз связаться с астральным путём. Как и призыв убежища, я мог его отменить.

Теперь же готовился отменить астральную тропу, когда последний из нас покинет ей. Однако навык не подчинялся. Сейчас я использовал тропу без убежища. Хорошо, что решил лишний раз его не призывать, иначе мы бы подставили Сильвана и спящую после снотворного Софьи Эстель.

Звук усиливался.

— Нужно уходить, — настороженно сказал Хантер.

Мана начинала подходить к концу. Я, не глядя, выпил зелье маны и закрыл разлом в чёрной дороге массой на основе камнедрева.

Конечно, если тварь каким-то образом прошла за мной в астральный путь, а затем блокировала возможность его отменить, то едва ли это нам сильно поможет. Но хоть слышимость стала меньше.

Рейд поспешил по дороге, продолжая мрачный путь через странный вымерший сектор.

Первое время мы едва ли не бежали, затем, когда выдохлись, перешли на быстрый, а затем и на обычный шаг. Концерт за спиной не смолкал. Но оторваться нам всё же удалось. Ещё одна особенность Чёрной Дороги была в том, что она ускоряла лишь тех, кто имел духовный ресурс и их спутников. Сделано это было как раз специально для того, чтобы от любого монстра мог сбежать даже хромой.

Сбиваться со следа или оставлять преследование настырная черния не хотела. Но уже стало ясно, что догнать она нас тоже не сможет, даже если мы будем спокойно идти пешком.

Когда я понял всю гениальность задумки Мракрии, даже повторил про себя слова Мерлина. Надеюсь, король механизмов переродится где-то в нормальном секторе и найдёт верных друзей.

Теперь главное, никуда не сворачивая, дойти до барьера.

Спустя полчаса пути видимость снова сошла на нет, а затем начали стихать звуки наших шагов и голосов. Только концерт за спиной всё ещё слышался в отдалении.

Настроение снова стало подавленным, но сейчас я уже не сомневался, что это наведённый эффект, ведь наша прогулка закончилась оглушительным успехом, и нет ни единой причины для этой тоски.

Ну, не считая непонятного статуса Рейна, убитого теми ножницами.

Рейд погрузился в молчание — всех накрыл тот же эффект. Вероятно, где-то рядом орудовала черния, распространяющая эту муть в голове. После обдумывания судьбы друга, в голову пришла мысль о том, как бы я не привёл на хвосте в семнадцатый какую дрянь, и что не стоило никуда идти, подвергая рейд опасности. В конце концов, мы могли спокойно дойти до родного сектора и возродить всех в терминале. Так ли мне была нужна Эстель так срочно?

Затем вспомнился Фирал, который вместе с Белой перешёл на сторону Мёртвой Мечты в земле аномалий. Мог ли я его спасти? Если бы знал, что так будет, точно бы вытащил. И его, и Дока. Блин, у бывшего Всадника духовного ресурса было — кот наплакал. Мужик только начал чуть-чуть в себя приходить, возвращать свою личность. Если бы я только…

Так, стоп.

Я хлопнул себя по щекам, приводя в чувство. А увидев это — Альма отправила ко мне свой фантом, который положил мне на плечо руку, активируя пламя Асгора.

Стало легче. Не то чтобы проснулась радость или какой-то позитив. Скорее, просто стало чуть больше плевать на всё это.

В конце концов, найдя выход отсюда, я дам надежду всем заключённым в Стене пленникам на то, что можно освободиться от всего этого, и мир не заканчивается этой страшной постройкой.

По времени мы уже провели на Дороге достаточно долго, но путь всё не заканчивался. Концерт всё это время держался на примерно том же расстоянии. А вот мы, казалось, шли всё медленнее. Начала просыпаться усталость.

— Сайна, сколько мы уже идём? — спросил я.

— Даже не представляю. Я же использовала временную аномалию. У меня на часах уже заканчивается шестой. Но это точно неправильное время.

Техноцит по обе стороны внушал спокойствие. Безмолвные стражи застыли, повернувшись к нам спинами и глядя во мрак погасшими визорами.

Кей же ничего не говорил про такие аномалии?

— Давайте-ка на всякий случай чуть замедлимся и перестроимся как для боя, — сказал я и посмотрел на Хантера.

— В ближайшее время нам ничего вроде бы не грозит, — сказал он.

— Значит, скоро должны будем уже подойти к барьеру. Нужно быть готовым к какой-нибудь подлянке от местных. Лишь бы не какая-нибудь аномалия, а то мне кажется, эта штука начинает нас догонять.

— Да, — оживилась Белая. — Я думала, мне кажется, и на меня просто давит… всякие мысли, вот и мерещится.

— Нет, он реально стал ближе, — оживилась Сайна. — Сейчас отправлю туда разведку.

— А они что-то различают в такой темени?

— Если за нами что-то идёт, они с этим столкнутся. А у семнадцатых я куплю себе новые или запчасти на сборку, — пояснила она.

— По-моему, они просто пролетят сквозь чернию.

— Не, я обмотала их диодами, они, как светящиеся шары. Вроде они на свет реагируют? Ну и святой водой можно опрыскать на всякий случай.

Я вздохнул.

— Должно сработать, если так.

Вынул для неё из убежища несколько механизмов. Тем временем, у меня росло стойкое убеждение, что здесь что-то не так.

На всякий случай приготовили оружие. Чуть замедлились. Концерт за спиной нарастал. Хоровое пение, струнные, стук барабанов, ведущая партия химерных смычковых…

Усталость начала накрывать с головой. Я поймал себя на том, что едва не отключаюсь на ходу. И это тоже было ненормально. Проходчик моего уровня от шести часов пешей ходьбы с небольшой пробежкой не мог настолько вымотаться. И спать пока нам ещё было рано.

Что-то здесь не так.

— Белка, зови Долину. У кого есть зелья для бодрости?

В темноте было практически ничего не разглядеть, но кто-то вроде кивнул.

— У кого нет, идите на мой голос, — сказал я и вздрогнул. Непроизвольно получилась цитата из жуткого диалога двух ставших черниями проходчиков.

Через дыру в убежище принялся доставать самые мощные зелья восстановления сил, когда услышал искажённый маской голос Сайны:

— Арк, здесь что-то в воздухе, — сказала она.

Не потребовалось приказа, чтобы все начали в спешке натягивать на себя противогазы.

В этот момент со щелчком в нашу сторону ударили лучи ослепительно яркого света. Я инстинктивно закрылся рукой и опустил веки. После подавляющей темноты эта резкая перемена отразилась режущей болью в глазах. Затем я попытался активировать стихийную форму, но она не сработала.

— Всем стоять!! — послышался громкий властный голос. — Оружие на пол! Не сопротивляться!

— Свои! — крикнул я. Наверное, это служба безопасности семнадцатых. Скорее всего, они тоже держат у перехода стражу. Логично, что маггиты, чернии и прочая нечисть лезет оттуда и к ним.

Майр бросать не было нужды, он просто спрятался в ладони.

Белая вопросительно посмотрела на меня.

— Оружие на пол! — повторили со стороны прожекторов.

Я кивнул Белке. В конце концов, у нас нет конфликта с семнадцатым сектором.

Послышались шаги. Свет приглушать никто не стал, но я уже узнал голос.

— Давно не виделись, Джек, — улыбнулся я. — Сбавь свет. Это Арктур. Странник должен был сообщить о том, что мы скоро появимся у вас!

Обернулся назад в поисках портальщика. После того, как он появился для изучения терминала, уже не покидал нас. Странник кивнул.

— Всё в порядке! Передайте корректору Августу…

Я вдруг всем телом ощутил воздействие чего-то до этого незнакомого. Что-то над нами?

Поднял голову, но нас всё ещё слепило прожектором.

— Теперь всем молчать и не издавать ни звука, — произнёс Джек. — Впрочем, вы и не сможете…

Действительно, я вдруг понял, что больше не слышу собственный голос.

Происходящее нравилось мне всё меньше. Это что, предательство?

— Сейчас вы потеряете… — продолжил Джек, и я ощутил, как мне силой сдавливает виски, и я проваливаюсь в беспамятство.

Это стало последней каплей. Я резко бросился в сторону, уходя из зоны поражения неизвестного оружия. Часть моих товарищей потеряла сознание. Но сильного проходчика так легко вырубить нельзя.

Магия мне не подчинялась, будто её и не было. Но в наследство от микотов у меня осталось много интересных свойств тела. Потому я выпустил облако грибных спор. И сам начал делиться на отдельные облака маленьких микотов.

Белая бросилась в сторону противника с очевидными для Джека целями, с клинком в руке. Я её знал лучше и понял ход — сейчас её убьют, она оставит после себя ледяной взрыв с парой гранат бонусом, а затем переродится где-то у них за спинами. Однако противник действовал куда более тонко.

В грудь проходчице вошла игла с ампулой. С округлившимися глазами она падает на камни.

Вспышка. Сайна активирует эфирную гранату с эффектом ЭМИ. Из-под черноты над нами на дорогу летит сгоревшая следящая техника Семнадцатых.

Нэсса с новыми модами оказывается для Семнадцатых неприятным сюрпризом. Физических модов и брони хватило, чтобы выйти из зоны с ярким освещением. Хантер резко вырос, принимая боевую форму Владыки Голода. Тело шарообразного громадного кота закрывает девушку, даруя ей спасительную Тень.

Сила телекинеза голодной воли предсказателя поднимает рядом с ними облако пыли, из которой резко усилившийся в боевой форме астральный зверь тем же телекинезом шлёт это всё в сторону прожекторов. А вместе с ним — создавая тень, по которой новая богиня теней проникает к надоевшей всем технике.

Наконец-то, света было ровно столько, чтобы хорошо видеть поле боя.

Создаю заготовленные семена боевых растений со вложенной энергией жизни и выбрасываю через Майр за пределы поля боя. Активирую призыв древней, но слышу звук скрипки. Вижу Юлиана, который своей звуковой атакой отбрасывает их назад.

Следом за этим слышу звериный рёв и в следующее мгновение вижу замах клинка Райшина в мою сторону. С трудом уклоняюсь за счёт старого мода рефлексов и усиливающих их зелий Софьи. Но в следующий миг вижу Сетту, которая, видимо, больше хозяйку не слушалась.

Над головой жужжат машины. Новые дроны, которые формируют между собой нечто вроде поля. Но что-то делать с этим нет времени. Громко слышна динамичная мелодия скрипки. Я понимаю, что идёт ещё и какая-то псионическая хрень через звук — насмотрелся на такие трюки в шестнадцатом.

Амория сбивает с ног Сетту. Позади меня — вставшие роботы Сайны. Все три боевые машины были поражены излучением. Обе с серыми бесцветными лицами. Понимаю, что семнадцатые приготовились и к способностям Цвета. Поэтому я так и не увидел аспидной синевы и золотого модуса.

В воздухе жужжат управляемые магнитосферой Сайны циркулярные пилы. Нейтрализовать технику ионитов не так-то просто. Увы, её заряд ещё не успел восстановиться после ударов молнией по черниям.

Убежище и астральный путь всё ещё не работают, и остаётся надеяться только на физические навыки микоманта. Выбрасываю споры и создаю из них грибных слуг, призываю древней рядом с собой, и в этот момент дроны вокруг нас заканчивают свою работу — по периметру вспыхивает защитное поле.

Вижу Нэссу, которая смогла кого-то вырубить и разобраться с техникой. В этом бою она была нашей самой сильной козырной картой. Но и на неё нашлось средство в виде мага из группы Джека. Сайлас обладал чем-то, контрящим всю эту ноктюрнальную дрянь, потому сумел приковать её к одному месту, а затем чем-то выбил из способности аватара мрака. Копьё летаргии упало на пол, так и не достигнув цели.

Наша группа оказывается в энергетическом кубе с барьерами по периметру.

Все, кто ещё был на ногах, оказались заперты в крупной энергетической темнице.

Зло крою Семнадцатых матом и понимаю, что не могу сделать и этого. Звуков внутри созданного ими поля нет.

За выходку Лирии-Морганы мне обидно не было — я с самого начала готовился к подлянке с их стороны, просто время удачно выбрали. Но такой подставы от старого союзника я ждал в последнюю очередь.

Неужели Система всё же сумела их подкупить? Интересно, сколько же за наши головы обещано мификов?..

Время застыло. Мир вокруг почернел, а я ощутил себя зависшим в воздухе в бесконечном лесу из уходящих из ниоткуда в никуда стволов чёрных деревьев.

Мир Тии.

Астральный осколок, сформированный из фрагмента тёмного духа, обитающего над Стеной.

— Что мне делать, Арк? — спросила она.

— Это ещё не конец. У меня ещё есть пара сюрпризов. Они недооценивают генетику микотов.

— Помнишь слова Кея? Корректор Август способен как-то проводить симуляции поединков в своей голове. Он явно готовился к нашему появлению.

— Да, — кивнул я. — Но о навыках Нэссы они не знали. Пока не появился их колдун, она сумела вывести из строя их технику. И против распространения мицелия они ничего специального не применили. Они просто не ждали от меня превращения в облака спор. Иначе нас бы заранее опрыскали чем-то от грибов.

— Поняла. Ещё моё тело попало под вражеский контроль. Прости, что Сетта атаковала тебя.

— Как и Райшин, — кивнул я. — Это понятно. В общем, план такой — применяем все навыки, которые мы получили после моего тысячедневного перерыва. Их данные устарели.

— Тогда мне тоже есть что применить, — сосредоточилась Тия. — Я тоже училась использовать силу цепей и свой навык создания муши.

— Что-то вроде моего создания дендроидов?

— Новая цепь. Не использовала, чтобы не повысить свой статус бедствия в глазах Системы.

— Интересно. Даже мне не сказала?

— Ну… они слабее некродендроидов и с меньшим потенциалом разумности, так что пока это несовершенная техника. Зачем хвастаться незаконченным делом?

Логично.

— С копией своего старого тела я добавлю в своих спригганов цепь камня и объединю с корвитусами!

Глаза девушки слегка вспыхнули янтарём.

— В любом случае, тебе не стоит переживать. Они не знают про асторию. Просто это на самый крайний случай. Мне бы хотелось обойтись без убийств на случай, если это ошибка.

— Тогда я отвлеку их своими спригганами.

— Вперёд. Я попробую распространить споры вокруг нас и обойти барьеры через стихийную форму под землёй. И выпущу этиний, на случай, если антимагия имеет магическую, а не техническую природу.

— Если что, я могу ещё воззвать к Хаосу.

— Пока не нужно. Лучше пусть Хитоми усилит моё облако спор. Хочу создать здесь грибковый миазм. Аморию отправь к Сайне. Чтобы, если что, она услышала мои приказы. Пусть на всякий случай подсветит алым.

— Вся техника не работает.

— Это ненадолго. Сейчас она переключится со стандартной связи на ионическую, и тогда никакое ЭМИ им не поможет.

— Принято. Тогда я отменяю переход. Сейчас бой продолжится, — предупредила девушка. Но перед этим подалась ко мне и поцеловала.

Я резко открыл глаза и подорвался с пола.

Похоже, я всё ещё был на Чёрной Дороге. Кругом были товарищи. Рейд медленно просыпался и приходил в себя как и я. Но где мы точно? Это уже конец шестнадцатого или мы всё ещё там?

Барьер, в котором мы находились, мне сильно не нравился. В голову сразу начали приходить мысли о том, как бы его сломать или обойти. Похоже, что мы в клетке за силовыми полями. А держат эти поля… дроны? Механизмы? Мы попали в засаду?

Майр показался из ладони. Я готовился встретиться лицом с теми, кто посадил нас в клетку. Сил я чувствовал в себе достаточно. Маны был не полный запас, но для боя хватит. Да и остальные выглядят сонными, но живым.

Сделал первый шаг к краю слабо подсвеченного барьера, но на моём пути встала Вереск с небольшим планшетом, на котором был текст:

«Арктур. Меня просили передать, когда ты проснёшься, чтобы ты сразу же связался с Сильваном.»

Я хотел было ей ответить, но понял, что не слышу собственного голоса. Это меня насторожило ещё больше. Мы попали в ловушку?

Взял планшет у эстерноида и вбил вопрос:

«Кто просил?»

«Ты. Точнее, мать сказала мне, а ей приказал ты.» - написала в ответ на планшете Вереск.

Поискал глазами такую же ошарашенную и ничего не понимающую Сайну.

— Сильван? — обратился я мысленно.

— О, давно не виделись, ха. Ты спал пятнадцать минут.

Всего? Такое чувство, будто полдня проспал.

— А такое чувство, что пол дня. Помню, как мы шли по Чёрной Дороге в шестнадцатом…

— Так и было. Но затем повстречались с опасной сущностью, которая забралась в разум. Софья сварила для тебя и остальных зелье частичной амнезии, чтобы вы забыли последние события с внушением.

— А, вот как, — чуть успокоился я. — А где мы? Всё ещё в шестнадцатом?

— Не знаю точно. Судя по черноте вокруг нас — возможно.

Я огляделся. Чёрную дорогу я видел, а вот техноцит по краям не стоял.

— Семнадцатый сектор? — предположил я.

— Да. У роботов Сайны есть запись всего, что произошло, только без звука, на нём ментальная закладка.

Ситуация вырисовывалась неприятная. На душе было тревожно, но вроде бы всё в порядке. Что бы там ни было, мы с этим справились. Наверное.

Послышались шаги.

Я обернулся на звук и увидел выходящего из тьмы Джека в сопровождении Мораны, Оскара и Сайласа. Остальные, скорее всего, тоже были где-то поблизости. По лицу оборотня было сложно сказать, о чём он думает. Морана, девушка с причёской как у Дины, ровная чёлка и длинные волосы. Но характер был совсем другим, ближе к тем, кто потерял много духовного ресурса. Она равнодушно смотрела в сторону. И только Сайлас даже через слишком живую маску лучился довольством.

— Время подходит к концу, — сказал он сходу. — Как самочувствие?

— Великолепно, — я не стал вдаваться в подробности. Вопросов было много, но большая часть из них будет смотреться глупо до тех пор, пока я не изучу видеозаписи с камер Сайны.

— Очень хорошо. Нам нужно проверить, сработало ли ваше зелье. Надеюсь, это не станет проблемой?

— Смотря, как вы это собираетесь делать.

В ответ Джек показал незнакомое устройство на резинке.

— Это нужно надеть на голову и ответить на пару вопросов. Ничего сложного или опасного.

Я с сомнением посмотрел на незнакомый прибор. Если там взрывчатка или другой неприятный сюрприз, то меня так точно не убить.

Джек протянул устройство к барьеру. На мгновение зависший над нами дрон, державший барьер, слегка съехал в сторону, давая возможность ему оставить устройство на полу, но почти сразу же защита вновь была восстановлена.

— Что с ним делать? — спросил я, поднимая устройство.

— Просто надеть на голову и отвечать на вопросы. — Терпеливо повторил Джек.

— Хорошо, я слушаю.

Семнадцатые, вроде как, были нашими союзниками. И сейчас всё смотрелось так, будто они хотели помочь. Но их вечная паранойя и недоверие вызывали ответную реакцию. Рядом с Пятнадцатыми или с Луи в четырнадцатом я чувствовал себя намного спокойнее. А эти так шифруются, будто для этого есть веские причины, которые нам не понравятся.

Прибор я надел не сразу. Вернулся к рейду и протянул его Сайне. Та внимательно его осмотрела, затем передала Вереск, которая просканировала его красными лучами и вернула обратно.

«Что с ним нужно делать?» — выдала через планшет эстерноид.

«Это безопасно? Что скажете с Сайной?»

«Прибор не знаком. Принцип действия в настройке на частоту активности мозга. Предположительно, работает как электроэнцефалография, но с более тонкими настройками на естественное электричество нейронов мозга.»

Значит, просто сканер?

Забрал устройство и надел на себя. Выглядело оно немного кустарно, будто к резинке от трусов пришили несколько пластиковых устройств, напоминающих пейджеры или уменьшенную рацию.

Вернулся к Семнадцатым.

— Убедился, что всё в порядке? Хорошо. Я буду задавать вопросы. Отвечать не обязательно, достаточно думать над ответом.

Идея мне не понравилась. Если оно считывает мозговую активность, не хотелось бы, чтобы они собрали обо мне те данные, которые я бы предпочёл не афишировать, или параметры своей силы.

— Вспомни, как звучит Концерт?

Я задумался, пытаясь понять, о каком концерте идёт речь. Похоже, он говорит об аномалии с таким названием или о какой-то способности. Но ничего в памяти не всплывало.

— Хорошо. Вспомни какую-нибудь мелодию. Любую, какая придёт в голову.

Мелодия нарисовалась сама собой почти сразу. Верней, песня.

«В море ветер, в море буря, в море воют ураганы, в синем море тонут лодки и большие корабли…»

Это вроде пела рыба-химера, созданная Емельяном Гриммиром?..

Лицо Джека ни капли не изменилось. Он посмотрел назад. Из-за яркости барьера и темноты за ним я едва увидел Элеонору, предсказательницу с коротким каре. В руках у неё был небольшой раскладной планшет.

Наконец, она подняла взгляд на командира и отрицательно покачала головой.

— Чисто, — объявил Джек и чуть улыбнулся. — Слава строителям. Теперь нужно, чтобы все остальные тоже прошли такой же опрос.

Я согласно кивнул. Подвоха вроде бы не чувствовалось, а поднявшаяся было тревога начала ослабевать.

К рейду я вернулся, напевая всё туже песню — чтобы понять, где границы работы поля подавления звука.

Следующие минут двадцать пришлось потратить на довольно скучный процесс. Элеонора теперь проводила оставшуюся часть процедуры одна. Джек куда-то отошёл. Семнадцатые, похоже, немного расслабились.

За это время я на ускоренной перемотке просмотрел наши приключения. Для этого я отошёл в сторону, где не работало поле подавления шума, и создал растительный зонтик от любопытных глаз вездесущих камер. Затем подключил один наушник, чтобы одним ухом на всякий случай отслеживать обстановку.

Прошлый я оставил мне нынешнему нарезку видео того, как мы шли по шестнадцатому сектору, дошли до места сражения с монстрами, подождали, когда сражение уйдёт подальше от самой дороги, и пошли дальше.

Видимо, «концерт» мы подхватили где-то в этот момент, когда маггиты оттеснили техноцит и никто не мешал глубинным черниям сектора подняться наверх и наслать на нас морок.

Нахождение в клетке мне не нравилось, это давило на мозги психологически. Но судя по тому, что мне рассказали об этом чудовище, такие меры были оправданы.

Тем не менее, хотелось наконец выйти отсюда и продолжить путь по Чёрной Дороге. Аж до тех пор, пока неожиданно не оказались под лучами ярких прожекторов, под действием заготовленных специально против нас силовых полей, поля антимагии, под действием ЭМИ, блокировкой звука и даже каким-то специальным светом, в котором исчезли краски и Мерлин стал беспомощным без магии и Цвета, а у Странника работал лишь его амарантин, позволяющий превращать части тела в оружие.

Короткий бой был не в нашу пользу — противник слишком хорошо подготовился и конкретно против нас. Мне в голову пришло, что здесь нужно было действовать чуть иначе, сразу же применяя способности, о которых семнадцатые не могли знать. К примеру, моя генетика микота позволяла оставаться эффективным микомантом со стихийной формой даже под всеми полями.

Вскоре нас заключили, окружив прямо в бою неким силовым полем. А я, похоже, начал наконец воплощать всё, о чём только что подумал, то есть применять грибную форму. Остальные тоже перестраивались, бой начал выравниваться, но едва вспыхнул барьер, семнадцатые резко отступили, а Джек попытался вступить в диалог:

— Арктур! Стой! — послышался неожиданно голос Джека. — Дай объяснить!

Я попытался ему ответить, но звук всё ещё не распространялся.

— Это ж сколько за них бы отвалила Система… — послышался насмешливый голос Сайласа. — Аудитор-ренегат и целая куча бедствий из расстрельного списка. Враг ордена Юстициаров! Коллекцией мифических шмоток пахнет…

— Сайлас, заткнись! — рыкнул командир на него и снова обернулся ко мне. — Арктур, мы не собираемся вам вредить. Слышишь⁈ Но вы сейчас очень сильно можете навредить нам. Поэтому мы вынуждены были готовиться к вашему появлению.

Я скептически ухмыльнулся.

— Извини, пока что мы не можем позволить, чтобы кто-то из вас говорил, — продолжил Джек. — Это опасно. На вас каким-то образом вышел глубинный монстр с нижних уровней шестнадцатого. Вы слышали странную музыку по пути сюда?

Выражение моего лица резко переменилось. Значит, слышали — потому как на записи звук отсутствовал, а все диалоги подавались электронным голосом робота.

— Это существо называется «Концерт», — пояснил Джек. — Единожды услышав его «музыку», вы будете её продолжать слышать в голове и, что ещё хуже, передавать её другим. А затем, если слушатель не идёт к концерту, концерт сам придёт к своим слушателям. Надеюсь, принцип понятен?

Я кивнул.

Джек вышел из тени к границам клетки. А следом за ним я увидел Сайласа в цилиндре и маске, идущую следом хрупкую предсказательницу Элеонору с короткими тёмными волосами и вечно равнодушную девушку-танка с большим мечом.

— Пока мелодия играет у вас в голове, эта тварь выйдет на вас даже через барьеры секторов. Система начинает воспринимать монстра тобой, и Концерт беспрепятственно проходит через границы секторов. А если кто-то из вас повторит мелодию, просто напоёт, это может быть опасно для всего нашего сектора. Да и вашего тоже. Поэтому мы не можем вам позволить говорить что-либо. Достаточно чтобы Концерт проявился в любом из вас, и заражены будем уже мы.

— Где вы только откопали эту тварь? — спросил Сайлас. — Она никогда не подходит к Дороге слишком близко, а на ней работает защита разума.

— Я надеюсь, вы не сходили с тропы и не лезли к техноциту, — добавил Джек. — Впрочем, уже не важно. Мы можем вылечить это только одним способом. С помощью принятия амнезиаков, которые заставят вас забыть всё, что вы слышали за последние шесть часов. Если вы готовы, мы предоставим лекарство.

Про «концерт» Джек не врал. И его слова в безумном мире Стены звучали вполне убедительно. Я нисколько не сомневался, что может существовать монстр с подобными свойствами. Хостер тоже управлял звуком, страшная вещь.

На видео я вырастил на руке дендроморфизмом небольшую деревянную табличку, на которой древесным скульптором выдавил текст:

'Концерт слышали. За предупреждение спасибо. На будущее — о таких вещах можно сказать заранее и избежать ненужных недоразумений.

За лекарство спасибо. Не будем вас обременять — у нас есть специалист, который предоставит нужное зелье. А перед этим мы подробно запишем всё, что видели за это время.

Теперь снимите магический барьер, чтобы я мог призвать нужное зелье пространственным навыком.'

— Понял, — коротко ответил Джек. — Это приемлемо. Только мы будем настаивать, чтобы записи были в виде текста. Без записи звуков.

— И нот в тексте быть не должно, — добавил скрипач Юлиан.

— Думаю, наши гости и так всё понимают, — холодно бросил лидер группы. — Концерт может вызывать сильные эмоции, но он не влияет на разум в целом. Так что вы должны всё понимать.

Я кивнул.

— Как вы смогли подхватить «Концерт»? — спросил глава группы Семнадцатых. — Нам нужно знать, если система защиты нарушилась, и путь стал небезопасен.

Я изменил текст на деревянной дощечке:

«Техноцит был атакован прорывом чёрных блобов (ноктюрнальный ланцемаггит), несколько локаций были зачищены ими.»

— Понятно, — повторил Джек. — Такое случается раз в двадцать-тридцать суток. Не повезло. В таком случае, мы сейчас отменим антимагическое поле. Двух часов вам хватит?

Я кивнул.

— Тогда через два часа мы снимем барьеры.

После этого я коснулся Сайны. Видимо, мы общались через растительную цепь, не имея возможности говорить нормально. Скорее всего, как раз давал приказы насчёт записи. А после — сел рядом на каменную поверхность Дороги и погрузился в медитацию. Связался с Сильваном, поскольку спустя где-то часа полтора, которые за миг пронеслись в ускоренной перемотке, я начал доставать бутылки с зельями Софьи из под мантии.

На этом запись обрывалась.

Тем временем, тест семнадцатых проходил последний в группе, Райшин. Никаких проблем ни с кем выявлено не было. После этого дроны, проецирующие энергобарьеры, пришли в движение и разлетелись в разные стороны.

Вновь появился Джек в сопровождении недостающих членов его группы. Оборотень Оскар и Морана с длинным мечом. Светловолосый скрипач Юлиан, насмешливый Сайлас и проводившая только что опрос с прибором хрупкая Элеонора.

Больше они от нас не закрывались барьерами, хотя со светом здесь всё ещё было так себе. Не настолько плохо, как в сердце шестнадцатого сектора, но всё ещё не так, как в нормальном пространстве.

Я приготовился к более детальному разговору, уже без такого напряжения и готовности в любой момент продолжить бой. Хотя по виду Джека всегда было сложно сказать, что у него на уме.

— Рад, что все в порядке, — сказал Джек. — Теперь пройдите с нами…

— Куда? Я, если честно, предпочёл бы просто пройти по Дороге, если это возможно, к себе домой. Это проблема?

— Нет. Для начала нужно выйти из аномалии. Затем, если захотите, можете продолжить путь.

— Кстати, я так и не понял, где мы сейчас? Всё ещё шестнадцатый? Тогда где техноцит?

— В нашем секторе он больше не нужен, — странно ответил Джек.

— То есть мы уже у вас?

— Да, — коротко бросил он, не вдаваясь в детали.

К счастью, Сайлас поговорить был не против и пояснил:

— Зачем сражаться с лезущими монстрами, если можно сделать вид, что это всё ещё их дом?

— Хм. Значит, мы уже прошли барьер? — спросил я. На видео этого момента не было.

— В каком-то смысле, — усмехнулся Сайлас.

— Барьера больше нет, — пояснил Джек. — Пятнадцатые позаботились об этом в своё время.

— Стоп, он разрушен? Разве такое возможно?

— Только на Дороге. Поэтому приходится следить, чтобы наш сектор не повторил судьбу шестнадцатого.

— Хм. Раньше вы этого не упоминали, — заметил я.

— Конечно. И сейчас бы не стали, но вы видели всё сами. Впрочем, от концерта он бы всё равно не помог. Ему плевать на барьеры.

— Как им это удалось?

— Сильный проходчик с особым навыком. Решили напакостить напоследок, когда уходили. Надеялись, что их работу доделают твари шестнадцатого.

— Подлая тактика.

— И бессмысленная, — кивнул Джек. — Им бы тогда сектор тоже не достался.

— С тех пор они к вам ещё наведывались?

— Нет. Мимо шестнадцатого без лишней нужды стараются не ходить. Теперь вы знаете почему.

Мы приближались к краю черноты. Локаций по краям Дороги не было как и техноцита. Лишь сплошной тоннель, покрытый мраком. Однако Джек смело шагнул прямо в него и исчез. Остальные его люди последовали за ним, и я с осторожностью шагнул туда же, проваливаясь за чернильный полог.

По ту сторону перед нами предстало то, чего я ждал меньше всего. Залитая светом локация с минималистичным серым дизайном, где стояло несколько солдат в технологичной броне с оружием незнакомой модели.

Здесь находился пропускной пункт и, как я понял позже, имелись казармы. Скорее всего, был где-то и центр обслуживания техники, потому как железных бойцов в виде гуманоидных роботов-солдат было ещё больше раза в три.

А ещё турели под потолком и крупный ангар. Дальше шло длинное широкое пространство Чёрной Дороги. Здесь она была хорошо освещена прожекторами, и на всём протяжении стояли роботы и боевые машины.

Благодаря хорошему освещению дальше я увидел и монстров, прямо и чуть правее от нас. Нечто вроде полуметровых бабочек со слегка светящимися крыльями.

Они летели вдоль прозрачной стены из незнакомого материала.

Похоже, Семнадцатые огородили Дорогу сами, на всём протяжении выставив заслонку с обеих сторон, позволяя монстрам по обе стороны стоять естественным образом, что препятствовало пересбору.

В секторах Мракрии, чтобы корректировать уровень сложности и не позволять пересбору поглотить дорогу, стоял техноцит. Здесь процесс был более естественным, на саморегуляции Стены.

Пройдя мимо внутренних построек аванпоста Семнадцатых, мы остановились по центру Чёрной Дороги.

— Если идти дальше прямо не сворачивая, окажетесь в восемнадцатом секторе.

— Там опасно?

— Сектор смерти, — ответил Джек. — Но без ментальных воздействий. Дорога там не очень комфортная, но безопасная.

— Маггиты не устраивают прорывы?

— Это сектор смерти первого порядка. Уровень сложности там незначительно превышает порог выживаемости. Поэтому, если случится прорыв, вы легко с ним справитесь. Их пятнадцатый на уровне вашего двадцать пятого. Ментальных чудовищ нет.

— Почти жилой сектор, — хмыкнул я.

— К сожалению, нет. Генератор уничтожен, поэтому сектор непригоден для жизни. Его жители скорее всего замёрзли.

— Это давно случилось?

— Ещё до моего пробуждения, — ответил Джек и остановился. — Арктур, извиняться за досмотр и грубость не буду. Концерт, пронесённый сюда, мог превратить нас в сектор смерти. Но теперь, когда вы чисты, передаю официальное разрешение на посещение нашего города.

— Гордись, друид, такое выдавалось только Зовущему Птиц и вот теперь вам, — добавил Сайлас.

— Спасибо за предложение, — удивлённо улыбнулся я. — Я ценю этот акт доверия. Но у нас товарищи между жизнью и смертью. Мы спешим домой в терминал, чтобы вернуть их.

Джек на миг задумался, после чего ответил:

— Хорошо. Я думаю, это тоже решаемый вопрос. Мы предоставим вам доступ в подходящий терминал. У нас есть одно устройство, которое может решить вашу проблему. Решение за вами.

Идея мне не сильно нравилась. Она предполагала то, что мы опять будем уязвимы, находясь на их территории. Этот акт доверия был обоюдным — мы тоже фактически подставлялись под новую ловушку.

Даже если первая была оправдана, судя по видео, то соблазн велик. В каждой шутке есть доля правды. Это же касается и слов Сайласа.

— Альма, что скажешь? — спросил я у неё. Наша спешка обуславливалась в первую очередь её навыком. Возможно, у нас уже не осталось времени, и нам придётся пойти на это.

— Мы успеваем впритык, — сказала она.

— Насколько опасен дальнейший путь к двадцать второму?

— У вас будут проблемы при переходе между девятнадцатым и двадцатым. По легенде, безумный маг устроил грандиозный пробой между секторами, и сейчас это очень опасное место. Нам потребовалось время, чтобы найти путь через него.

— Я там периодически проходил, — подал голос Странник. — Так что знаю, как это делается.

— Это займёт время?

— Да, Чёрная Дорога там имеет много надрывов, которые необходимо пересекать пространственными навыками, — ответил он. — Это занимает некоторое время и силы.

— Хорошо, — согласился я со вздохом. — Какие условия нашего пребывания? И где вы предлагаете нам остаться? Хотя, сперва хотелось бы заняться терминалом.

Джек посмотрел на другую сторону Дороги.

— Идём. По пути расскажу. Подъём займёт два с половиной — три часа. Зависит от миазмов.

Город семнадцатых резко отличался от всего, что я видел раньше. До этого все они в своей основе были одинаковыми — убежище, выстроенное на выдавленных из стены локациях. Дома обычно представляли собой просто обычные локи Стены, просто переоборудованные под жильё и без спавнящихся монстров. Чтобы жить в этих локациях требовалась работа по переустройству.

По этой причине любой город Стены был запутанным. Нечто вроде улиц появлялось ближе к Генератору и Обсерватории, двум главным зданиям на вершине Стены. К тому же, для защиты от летунов город был очень неудобным в плане строительства верхних этажей. Ещё и крыши часто венчали копья и штыри. Эти решения были универсальны и прослеживались во всех секторах, что мы видели.

Здесь же нас встретил высокотехнологичный мегаполис. Внутри было сложно поверить, что это место находится в Стене. И я понимал, почему они редко жалуют гостей и в целом помешаны на безопасности — в городе было… как в городе обычного мира. По улицам ходили обычные люди без модификаций в обычной одежде. Без брони и оружия. Не редкостью были дети, играющие на улицах.

Я вспомнил, что часть людей с нашего тридцатого отправилась к ним. Должно быть, они сейчас счастливы, что им так повезло. Ещё и атмосфера более привычная, чем у нас. Всё же Белая на десятом строила фэнтези, идеальный мир, каким его представляет себе она, с учётом того, что она сама из такого фэнтези родом. Но жители антиутопии Леви были людьми, привыкшими к футуризму и киберпанку.

Сам город семнадцатые перестроили почти с нуля. Сохранилось очень немного от знакомого вида. На самом деле — почти ничего. Крупные белые стены из неизвестного материала создавали правильную геометрическую форму восьмигранника, скорее всего, если прикинуть по дистрикту, в котором мы оказались.

Дистриктом назывался район. Нам выделили дом в так называемом «эльфятнике». Здесь хайтек сочетался с похожей на эльфийскую архитектурой и обилием растительности. Настоящей, я проверил.

Здесь была не просто функциональность, но и своего рода эстетика. Просто имея возможность прогуляться по улице этого места, я начинал понимать, почему местные так параноидально относятся к здоровью своего лидера. В том, как было устроено место, читалось не просто желание выжить, а нечто большее. Замашка на то, чтобы создать рукотворный рай в холодном аду Стены.

Вспоминались мысли о том, что бы я делал, если бы очнулся в семнадцатом. И понимал, что все они были не верны. В таком мире не может прийти в голову мысль о том, чтобы спускаться вниз. Скорее о том, что есть одно единственное обитаемое место в океане безумия и что мне нужно всеми силами защищать его. Потому что другого такого места для жизни попросту не существует — максимум короткое выживание в первобытных условиях.

Местные, скорее всего, именно так видели окружающий мир и вкладывали все силы в безопасность.

Красота дистрикта с эльфийской архитектурой и парками прикрывалась орудиями в башнях, расположенных на внутренних и внешних стенах города. Здесь преобладали тёплые и светлые тона, город был залит солнечным светом. Но среди домов и деревьев практически отовсюду можно было найти очертания турелей, ракетных комплексов и оборонительных сооружений.

Сегменты дистриктов были разделены высокими стенами, на которых были орудия, готовые переключиться на стрельбу по самому дистрикту. Хорошее решение на случай прорыва монстров внутрь.

Дом, который нам выделили, имел усиленный каркас. Прочные полимерные окна и зачарованные двери, описанные ритуальными рунами, могли позволить обитателям закрыться в помещении и переждать налёт монстров не хуже чем в бункере.

Этого я не видел, но почти наверняка есть ещё и какая-то система от злых духов, какие-нибудь обереги от тёмных сущностей. В обычном доме семнадцатые предусмотрели любой вид угрозы.

Ещё у нашего дома был подвал, и его наличие меня особенно озадачило. Город был поднят над Стеной где-то на два-три метра. Под домами проходили трубы, в том числе существовало разветвленное отопление. То-то мне город показался больше, чем позволяет обеспечить стандартный генератор, но подумал, что здесь как-то модифицировали само устройство.

В доме было полноценное центральное водоснабжение. Горячая вода в доме, полноценный санузел, душ. Судя по всему, под нами имелась даже система канализации. В двадцать втором такой роскошью не каждый из топов мог похвастать. Мне с Сильваном и убежищем повезло, нужно было только пополнять запасы воды. Далее её нагревал Сильван, или, если нужно быстрее, кто-то из магов огня помогал.

На кухне нас ждала плита с газом. Где они его взяли и как провели газификацию в мире, где нет месторождений газа — ума не приложу. Ставлю на аномалию или парадокс. Особенно если учесть, что огонь почему-то был бирюзового цвета.

Рядом с плитой — датчики газа, дыма, чистоты воздуха. Электричество тоже было с системой электропроводки. На столе — странный прибор, в котором благодаря Сайне удалось признать пищевой 3D-принтер.

Выглянул в окно — на крышах домов тоже были или сады, или солнечные панели. Несмотря на то что город казался достаточно просторным, лишнего места здесь не было, вся площадь использовалась рационально.

Район, где нас поселили, весь изобиловал растительностью. При желании через связь растений я мог бы охватить сознанием весь район и нарисовать его примерную карту в своём уме. Но перемахнуть через стену я не мог. Она была достаточно монолитной и не пропускала ману.

Ощущение, что за нами следят, не покидала меня с самого входа в город. Несколько камер я отследил ещё по пути сюда — они были замаскированы среди растений, потому для друида это была не весть какая задача.

Тем не менее, здесь жили люди, и окажись на нашем месте кровожадные чудовища, они бы не удержались при виде такой выставленной напоказ мирной жизни. Другая половина — воспылала бы, наверное, завистью к тому, что здесь простые люди живут подчас лучше, чем некоторые топы.

Ну а я просто отметил с уважением, что создать уютный островок безопасности в хаосе разрушающейся Стены им удалось. Проделана просто титаническая работа.

Однако семнадцатые ничего не делают просто так. И этот кусочек рукотворного рая мне показывали не просто так и не для хвастовства. Это было некое послание. Будем считать, что жест доверия.

Разместившись в доме, я попытался превратить подвал в путь в убежище и понял, что пространственные навыки снова не работают. Сам же погрузился в глубокую медитацию, чтобы восстановить запас сил и приготовиться к любым неожиданностям.

Единственное, что меня отделяло от этого занятия — мрачный вид Альмы, сидевшей вдали от всех, уткнувшись взглядом в пол. Как она оказалась в моей комнате я даже не заметил.

— И что ты здесь делаешь? — спросил я у неё.

— Прячусь от Аси. Не пристало адепту видеть меня такой…

— Она в ещё в терминале и будет там ближайшие часа два. Так что ты поторопилась.

— Я прячусь заранее.

Я усмехнулся.

— Рад, что чувство юмора тебя не покинуло.

— Меня не покинула мана. Я постоянно сижу под пламенем Асгора. Скорей бы все пришли в себя. Меня уже не хватит надолго в таком режиме. Ненавижу это. Мне не нравится быть смертной, брат.

— Осталось немного.

— Если семнадцатые нас не заманили в ловушку.

— Они заманили нас пока что в свой любимый город очень близко к драгоценному корректору. Если бы хотели с нами ссориться, не привели бы сюда.

— А жаль. Мне так и хочется на ком-то выместить свою злобу. Но это бы означало потратить ещё больше маны… Минор-ами… мне казалось, что я уже всё понимаю, а вопросы всё сыпятся и сыпятся.

— Это называется жизнь. По крайней мере, внутри Стены она именно такая. Только разобрались с Ивентом, и тут — хоба, получаем визит Хостера.

— Ага, а потом истерика Белки, чтобы спуститься за пятнадцатый, — улыбнулась Альма, — И следом — твоё помешательство с терминалом судьбы, вынудившее тебя штурмовать двадцатый… Ты прав, брат. Наверное, я слишком устала от всего. На Стене день за год идёт. Прости, я наверное отвлекаю тебя от важных дел?

— Нисколько.

— Хорошо. Рядом с тобой думается как-то легче.

— Мы вернём Рейна. Ты главный юст нашего сектора. Хватай Белку и расспрашивай, пусть говорит всё, что знает о том, как отлавливать души. Тебе не хуже чем мне известно, что смерти не существует.

— А если он… возродился в каком-нибудь секторе смерти? Попадёт в лапы к пустотникам? Станет на тёмную сторону? И вообще, будет ли это наш Рейн?

— Все мы сменили множество жизней. Конец будет тогда, когда ты решишь, что это конец. Тем более что он единственный из нас не засветился на создании цепей и даже не имеет эфирного мода. Только один раз разнёс верхушку Стены катаклизмом и всё. За своих Орден будет бороться до конца. Надо — пойдём в этот сектор смерти, будем искать.

— Айна говорила, где-то в нулевом секторе обитает последний администратор. У него могут быть ответы. Или у этой Фрау.

— Если нужно, доберёмся и до них, — пообещал я. — Ты его любишь?

— Алихая любит. Альмалексия — толком не соображает. Когда у нас будет время, я займусь копией её старого тела, которую забрала. Тия с Селеной уже вернули частицы себя благодаря памяти, отпечатавшийся в мозге копий. Но мне нужно больше времени и более сложные условия из-за сущности амальгаммы.

— А Миса?

Девушка посмотрела на меня. Затем опустила голову, уткнувшись в колени.

— А Миса растерянна и боится…

— Чего?

— Делать неправильные выборы…

— Например?

Альма посмотрела на меня и мрачно улыбнулась.

— Тебе это всё покажется скучным и непонятным… Я сама себя сейчас с трудом понимаю. А ведь, казалось, во всём разобралась… Хою айрай! Почему-то именно ты мне кажешься кем-то самым близким здесь, будто родня.

— Взаимно, — улыбнулся я. — Так что делись, что на душе.

— Я просто думаю… вот мы пройдём Стену. Выберемся. Что дальше? Кто мы для всего остального мира? Новые боги?

— Если там такие боги, как Селена, то да, можно сказать и так.

— Здесь был искусственно повышен уровень сложности до запредельных высот. Только и всего. Какие мы боги? Ну я, может быть, на треть. И то, что осталось от Селены Бескрайних Полей.

— Меня уже несколько раз звали богом Алолесья. Не скажу, что я тщеславен, звучит странно. Но в целом мне плевать на ярлыки. Лис вроде бы тоже частично копия какого-то бога. Гильгамешу поклонялись… у кого-то ещё вроде бы был божественный источник на прокачке… не помню, у кого.

— И кто мы будем для внешнего мира? Копии богов, усиленные частями тел монстров на специальных машинах?

— Дилемма Лифы, освободившейся от прошлого, — заметил я.

— Её прошлое слишком мрачное. Знание о том, что оно ложь, идёт ей на пользу. А мне нравится быть Мисой Зеркальной. И не нравится быть богиней только на одну треть. Вычёркивая прошлое, я начинаю отрицать себя.

— Почему бы не поступить как Лифа и не начать создавать будущее?

— Возможно, я упустила своё будущее.

— Рейн?

— Угу… Минор-ами, я ведь не Алихая. Я дочь бога воды, основавшего культ Трибунала, и той, чью душу и имя осквернила та, чьё имя никто не смеет назвать. Хозяйка пустоты и её сила — самое страшное, что видели знакомые мне миры. На мне лежит печать младшей из связанных с родом тёмных богов. Я прожила всю свою жизнь под грузом того, что я должна совершить нечто невозможное. Поэтому я ещё в детстве поставила себе цель победить Пустоту. Это бы сняло этот груз над нашей семьёй.

— Это хорошая цель. Если хочешь, продолжай работать над этим, я тебя поддержу. Но я пока слабо понимаю, как это связано с твоей родословной.

— Мне наверное просто нужно выговориться, — слабо улыбнулась она. — Когда я поняла, что Рейна унесла Стена, я поняла, как сильно ошибалась. Кому, как не начинающему богу справедливости, идти рядом с богиней равновесия против поглощающего миры зла? В общем, я слишком долго искала себя и теперь думаю, что возможно упустила нечто не менее важное.

— Тогда скажи спасибо Стене за то, что она тебе показала твои истинные чувства и помогла навести порядок в голове.

— Но… если Рейна не вернуть, это понимание не имеет смысла.

— В мире, где нет смерти, смысл имеет всё. Сейчас одно из двух. Или его душа находится в хранилище душ Стены, и тогда его можно будет вернуть либо терминалом Чёрной, либо пройдясь до локации Леви. Помнишь, как он возрождал Вязя, Первуха и других? Что мешает нам сделать так же с Рейном?

Альма оживилась.

— Действительно…

— Второй вариант — Стена уже переродила его в другом секторе. Он не создавал цепь и не имеет эфирных модификаций. Он попадёт в обитаемый сектор сопоставимого с нами уровня сложности. Таких осталось не так много. Будет нужно — отправимся за ним, куда будет нужно.

— Ты прав, брат. Не погружайся в тоску, а действуй. Это же принцип Мисы. Мне должно быть стыдно, что мне об этом напоминают. Всё из-за Алихаи. Нужно разделиться с ней и как следует обдумать твои слова. Об этой способности Леви я напрочь забыла. Но он же использовал несуществующий статус куратора?

— Это уже детали. Ты верификатор, а будет надо, скоро станешь ревизором. Вроде бы механизм «возьми статус предшественника силой» пока не давал сбой. Аудиторство мне Мракрия подарил.

— Спасибо, Арктур. — тяжело вздохнула она. — Человеческие эмоции слишком сложны для Мисы Зеркальной…

После отдыха в непривычных условиях, будто в обычном обитаемом мире, за нами пришли. В сопровождении был Сайлас с Элеонорой. То, что за нами пришла не вся группа — тоже знак большого доверия. Или какая-то очень уж хитрая ловушка.

Так я подумал поначалу, пока не получил ответ Августа насчёт того, что ещё раз на то, чтобы находиться под множеством полей, я уже не подпишусь.

— Хорошо, корректор сказал, что встретится с вами без защитных барьеров. Однако вы можете взять с собой не больше одного спутника. И желательно, чтобы этим спутником не была девушка со способностью взлома техники за счёт технологий ионитов.

Значит, один спутник, и это не Сайна. Выбор был очевиден — роль своей спутницы я отдал Тие.

Местные для передвижения использовали личный электротранспорт — самокаты и велосипеды. Для более дальних путешествий использовались монорельсы. Сверху можно было разглядеть трудившихся внизу роботов-уборщиков и снующих по улицам мирных людей, живущих так, будто они находятся не на Стене.

Ближе к центру города, на границе дистрикта, стали виднеться небоскрёбы. Хотя мы и так были очень высоко над уровнем земли. Здания высотой в тридцать-сорок этажей впечатляли. Конечно, каждый этаж был по высоте как первый внутри Стены, но всё равно маштаб впечатлял. Всё это — тоже с зеленью и солнечными панелями.

За ними обнаружилась главная местная достопримечательность — масштабный шар из знакомого прозрачного сверхпрочного материала. В диаметре метров под сто, наверное. Внутри резервуара была вода, в которой находилась полноценная искусственная экосистема, используемая для выращивания рыбы, моллюсков и прочих морских обитателей, пригодных в пищу.

К Генератору нас не подпустили, так что его мы видели лишь издали. Крупный механизм, но принцип его работы так и остался для меня загадкой. Скорее всего, какой-то подвид механического — так мне показалось издали, да и в целом это самый распространённый вид генераторов.

Конечной точкой пути была Обсерватория. Второе важное строение любого города Стены. Она претерпела меньше всего изменений в сравнении со всем здесь. Здание было всё тем же типовым, только появились пристройки, достроенный купол сверху и крупный модифицированный телескоп значительно мощнее того, что стоял у нас.

Добравшись до Обсерватории, мы с Тией и семнадцатыми сошли на твёрдую землю и направились к зданию. Уже на подходе услышали скрипку Юлиана. Скорее всего, остальная часть знакомой группы тоже здесь. Каждый из них достаточно силён, чтобы в случае боя расклад был совсем не в нашу с Тией пользу. Но информация о нападении мгновенно окажется у остальной части рейда через Аморию, которая оставалась в нашем временном жилище, и через находившуюся рядом с терминалом Хитоми.

Однако я не верил в то, что семнадцатые на нас нападут. Скорее, было интересно, с чего вдруг корректор Август решил встретиться с нами лично.

На пороге нас встретил Джек. Охраны оказалось не так много, как я думал. Август полагался на уже знакомую мне группу. Учитывая размеры города, в котором точно жило несколько сотен тысяч человек, недостатка в верных людях у него не было. Создавалось ощущение, что наш визит здесь не афишируется.

Внутри Обсерватория была типовой, но сильно расширенной и снабжённой техникой. Стеллажи с книгами до высокого пятиметрового потолка пребывали в идеальном порядке. Было тепло, хотя с температурой здесь везде было всё хорошо.

Направились мы не наверх, как я сперва думал. Там располагался главный терминал сектора, потому место вполне походило на рабочее место корректора. Но вместо этого мы свернули влево от входа. Туда, где в двадцать втором был спуск в подвальное помещение — лабораторию Принца, которую нам когда-то предоставляла Серая.

— Вниз? — удивился я. — Мы идём на первый?

— Корректор сейчас в своей лаборатории. Будет лучше… — начал было Джек, но его остановил механический голос из динамиков в Обсерватории.

— Нет-нет, я уже иду. Размяться никогда не повредит.

Мы с Тией переглянулись.

— Элеонора, будь добра, поставь для нас чай, — послышался голос.

— Идём, — коротко бросил Джек.

Я проследовал за ним — к уютному столику неподалёку от крупного телескопа, значительно более мощного, чем был у нас.

— Интересное устройство, — отметил я. — Я могу воспользоваться?

Наш спутник замешкался, но Август, кажется, прекрасно нас слышал, потому как механический голос сразу ответил:

— Конечно, смотрите на здоровье!

Джек остался равнодушен к этому. Значит, чего-то секретного в телескопе не было.

Я направил взор в сторону далёкого от Стены гигантского леса, вершины которого видел далеко отсюда ещё когда впервые вышел наверх. Сила телескопа позволяла рассмотреть деревья получше.

Они выглядели мёртвыми. Хвойного типа, хотя конкретный вид мне был неизвестен. Иглы были длинными, наверное, как рука по локоть, а может как целая. Цвет — болезненный серо-коричневый с зелёным оттенком. Издали они казались полноценными, но благодаря мощному увеличению их можно было рассмотреть лучше.

Детально осмотрел несколько растений, но ни одного живого существа там не заметил. Одно место было очень похоже на гнездо. Может, давно покинутое, а может, мне просто показалось, и это лишь нагромождение сломанных игл и мелкого мусора, нанесённого с ветром.

Затем посмотрел вниз. Море костей продолжалось до самого леса. Дальше из-за плотного строя миазмов рассмотреть ничего не удавалось.

Зато море костей больше не казалось мёртвым. Теперь я, спустившийся ниже, знал, что это место лишь кажется безжизненным. На самом деле я прекрасно знал, что находится там.

— Ну как вид, господин Арктур? — послышался мягкий голос корректора Августа.

— Мрачный, — ответил я. — Думал, если телескоп мощнее, то и знаний станет больше.

— Просто мы используем его, чтобы смотреть в небо, — ответил он и, пройдя к столу, сел в мягкое кресло.

Мой взгляд застрял на лице мужчины, которого до этого я видел лишь в чёрно-белом варианте на экране. На вид ему было около шестидесяти, но внешний вид в Стене не имеет значения. Короткие седые волосы, короткая аккуратная борода, родинка на щеке. Одет он был просто, в лёгкий пиджак нараспашку и белую рубаху с расстёгнутой верхней пуговицей. Одежда человека, который слишком занят сложной работой, чтобы думать о таких мелочах.

Но во взгляде его ироничных глаз читалось нечто большее, я пока не мог определить, что.

Отойдя от телескопа, я вернулся к столу и сел рядом с Тией. Та сразу же коснулась рукой моей руки и передала мысленно:

— У него невероятно силён ментальный план. Как у очень могущественного псионика, — послышался голос девушки у меня в голове.

— Нет, я не псионик, — улыбнулся корректор Август. — Хотя такой силой тоже владею.

Я непроизвольно вздрогнул. Читает мысли?

— И мысли я тоже не читаю, если что, — улыбнулся он, непринуждённо сел и взял со стола чашку чая. — Хотя, при желании, конечно, могу.

— На всякий случай буду считать, что у вас несколько направлений, одно из которых вполне может быть магией разума. Нам уже приходилось сталкиваться с этой силой.

— Интеллект, — улыбнулся он. — Моя раса и высокий интеллект автоматически делают меня магом разума четвёртого круга. При виде меня все ощущают это превосходство и думают, что это аура сильного псионика. Но у нас с корректором Лысым совсем разные направления развития. Я зачастую использую интеллект иначе.

— Город у вас действительно впечатляющий. Видно, что здесь всё делается для людей.

— Спасибо. Я убеждён, что проходчики могли бы добиться многого, если бы не затевали конфликты из-за такой мелочи, как награды сломанной Системы.

— Очень рад это слышать. Мы за награды тоже не боролись. Система сама щедро осыпает дарами тех, кто спускается вниз. Чем затевать войны между секторами, можно просто пройти пару фильтров и получить гораздо больше.

— Шанс смерти, как многим кажется, тоже будет выше. Но ваш взгляд на вещи никак не конфликтует с нашим, так что между нашими секторами нет идеологических разногласий.

— В этом я соглашусь с вами, — сказал я. — Объединяясь и действуя сообща, можно сделать спуск вниз занятием во много раз более безопасным и получить гораздо больше артефактов и ценностей. Впрочем, предметы не являются целью моей работы. Они лишь её следствие.

— Понимаю… — кивнул Август.

— К слову, меня мучает вопрос, — продолжил я. — Зачем вы хотели, чтобы мы посетили ваш город, и зачем хотели видеть меня лично? Честно говоря, это выглядит ловушкой, с учётом того, что обычно вы проявляете крайнюю степень осторожности.

— Мои люди часто осторожничают, когда дело касается меня. Некоторые ещё помнят, каким был этот сектор до того, как я стал в нём первым. Но, к сожалению, забывают, что я и по сей день остаюсь первым проходчиком семнадцатого сектора.

— Глядя на город, можно понять, почему они вас ценят, если это вы выстроили такое место.

Август заулыбался и пригладил бороду. Было видно, что похвала ему приятна. А я вспомнил, как во время наших первых разговоров он с гордостью говорил, что у них в секторе давно есть все бытовые удобства для жизни простых людей.

Общаясь с нами вживую, корректор семнадцатых создавал совсем не такое впечатление, как через чёрно-белый экран. Казалось, от образа самодовольного параноика не осталось и следа. Сейчас он напоминал больше доброго мудрого короля из сказки.

— Говоришь, зачем мы тебе всё это показали? — спросил Август. — Всё просто. Я хотел показать, ради чего мы стараемся. За твою голову обещают просто невероятную награду. Когда-то давно пятнадцатые едва не уничтожили сектор в попытке добыть одну мифическую реликвию. А за вас Стена готова выдавать их с десяток.

— Тогда почему?

— Кто совершает подобное из жажды наживы, заканчивает так, как пятнадцатые. Система пяти владык уничтожена. У власти самый слабый и почти недееспособный из них и пришлые, которым вообще плевать на сектор. Мы умеем учиться на чужих ошибках и учить других. Война с двадцать вторым сектором нам не нужна и проверять, чей сектор сильнее — только подставляться для удара в спину.

— У вас так много врагов?

— Пятнадцатые могут попытаться взять реванш в любой момент. Девятнадцатый поддерживает мир, но власть корректора Лысого шаткая. У них уже были попытки переворота. Представители одной из двух самых сильных революционных ячеек — наши прямые идеологические враги. В попытки воссоздать цепь композита мы будем вынуждены вмешаться. Плюс чернии. А боевые артефакты проходчика редко могут решить наши задачи.

— Как успехи с летающим городом?

— А кто вам сказал, что у нас летающий город? — улыбнулся он.

— А это не так?

— У нас разные проекты, и большая часть из них засекречена.

— Но ваша главная цель — выжить после разрушения Стены, не так ли? Вы не собираетесь сидеть и ждать конца, как ревизор системы?

— Фрау Труда… нам не враг. Её цели, вернее, цели мертвеца на троне Администратора, лежат в том, чтобы сохранить текущий баланс сил. Мы же изоляционисты и никак не влияем на баланс, — сказал он и затем чуть поправился. — По крайней мере, не влияем в той мере, как наши соседи.

— Зато у нас с ней полная конфронтация. А теперь ещё и кое-какие личные счёты.

— Месть — это контрпродуктивное чувство, Арктур. Но это ваше право.

— Моего друга в бою задели её ножницы, и теперь мы не можем его возродить в терминале.

— Сожалею. Ранение, нанесённое оружием норны, обрывает нити судьбы.

— Вам что-то известно об этом? — спохватился я.

— Только то, что они обрывают судьбу, вследствии чего наступает мгновенная смерть и перерождение, потому как без судьбы жизнь невозможна. По этой же причине пустотники долго не живут, пожирая свою судьбу, лишают себя в том числе и физического существования.

— Неужели ничего с этим нельзя сделать?

— Полагаю, душа вашего друга уже у Системы. Возможно даже в новом теле.

Я тяжело вздохнул. Наверное, Альме лучше этого не говорить.

— А как насчёт системных методов? С помощью терминала?

— Для этого понадобится высокий статус в ветви юстициаров… Если система ещё не провела процесс реинтеграции души проходчика, можно попробовать направить душу в нужный сектор.

— Сколько у нас времени, и что для этого конкретно нужно?

— Главный терминал и сектор, где твои полномочия будут самыми высокими. Затем, возможно, придётся убедить Систему в том, что нужно перерождение именно в этом секторе. Желательно, без личных мотивов. Если твой друг был юстициаром — шансов на это больше. Если бедствием — меньше.

Я хотел было ответить, но где-то вдалеке послышался вой сирены.

Август едва заметно приподнял брови.

— Пойду проверю, — коротко бросил Джек.

То, что он отошёл, менее защищённым Августа не сделало — к нам сразу же сделали шаг Морана и Оскар. Да и Сайлас стал поглядывать в нашу сторону чуть чаще.

— Летуны? — предположил я.

— Возможно, — задумчиво ответил Август.

— В общем, если дела обстоят так, что у нас ограничено время, то, наверное, мы бы покинули ваш сектор и поспешили домой. Если только у вас нет решений попроще.

— К сожалению, единственное, о котором я знал, я вам поведал, — ответил Август. — Соболезную.

— Не стоит. Ещё ничего не закончено.

Август кивнул.

— В вас говорит забота о своих людях. Это одна из тех причин, по которым я хотел предложить…

Сирена усилилась, где-то снаружи послышался взрыв.

На лицах охраны стояло недоумение.

— Полагаю, так бывает не часто? — уточнил я.

— Последний раз — во время прорыва пятнадцатых в город, — ответил он. — Скажите, Арктур, это ведь не ваши знакомые?

— Если вы намекаете на пятнадцатых, то я понятия не имею. Мы лишь поторговали и пошли дальше.

— Вот как, — задумчиво кивнул Август. — Скажите, Арктур, а что служило средством бартера? С вашей стороны, полагаю, пища. У анархистов традиционно проблема с продуктами. А что получили от этой сделки вы?

— Фрагменты.

— Я так и подумал, — вновь кивнул Август. — Фрагменты черний, я полагаю?

— Разных существ.

Сайлас хлопнул себя по лбу.

— Вот как… — задумчиво покивал Август. — Элеонора, передай, пожалуйста, в центр управления, чтобы там перешли к протоколу шесть, против черний.

— Хотите сказать, это мы их привели? — спросил я.

— Полагаю, вас подставили, — тяжело вздохнул Август. — У меня было предположение, что это они как-то сумели завязать на вас «концерт». Но, похоже, ловушка была двойной. Сумасшедшая никак не уймётся со своей местью…

— О ком вы?

— Щука. Она периодически проверяет нас на прочность, засылая подлянки.

Я промотал в памяти диалог с пятнадцатыми. Кей показался мне вполне искренним парнем, да и шестнадцатый мы пересекли во многом благодаря полученной от него информации. А вот лут… мог ли он знать, что фрагменты с черний привлекают других черний?

Таких фрагментов у нас с собой было достаточно много. И тут, кстати, вопрос — ведь Кей утверждал, что чернии крайне редко пересекают барьер. Или они там стоят тысячи дней, или чернии приходят чаще чем раз в тридцать дней, но что-то здесь не сходится с количеством фрагментов, которые у них были в наличии.

— В таком случае, я бы хотел помочь в обороне, — сказал я.

— Не стоит, мы справимся с этим.

Дверь с шумом открылась. На пороге стоял Джек. Я впервые видел его такими встревоженым.

— Корректор… — он замер, глядя на нас.

— Чернии, — подсказал Август.

— Да. Их очень много. Тени, зрители и страждущие. Но возможно, есть и другие. Это самый масштабный прорыв, и они… кажется их главная цель — Обсерватория. Они пришли за нашими гостями.

Джек гневно посмотрел на меня.

— Позвольте мне помочь, — повторил я. — Если вы правы, это я навлёк беду на сектор, будет справедливо, если я приму участие в обороне.

Джек немного растерялся от моих слов, а Август чуть улыбнулся.

— Хорошо, продолжим наш разговор чуточку позже, — сказал он. — К слову, аудитор Арктур, как вы планируете бороться с черниями?

Ответ был явно с подвохом, потому как на лице-маске Сайласа и в уголках губ Оскара я увидел усмешку.

— Молния, сильный ветер, обкаст созиданием и фотонное оружие техноцита, — не стал скрывать я свой простой как двери план.

— У вас хороший сенсор, — уважительно ответил Август. — А насчёт оружия техноцита, позвольте спросить, где вы его взяли? Мне бы, признаться, не хотелось встречать на своей земле усиленный техноцит того чудовища, которое считается наместником шестнадцатого.

— Если и нужно предъявлять к кому-то претензии, то к маггитам, которые устроили геноцид техноцита посреди дороги. Мы только взяли с собой парочку образцов.

На лице корректора появилась улыбка.

— В таком случае, образец этого оружия был бы хорошим способом показать нам готовность к сотрудничеству.

— Не вопрос, — легко согласился я. Оружие техноцита в шестнадцатом секторе, а точнее, их необычные фотонные излучатели, не имели ценности как оружие против людей. Это специальное оружие против черний. А их нам было нисколько не жалко. — Мог бы передать прямо сейчас, но у вас не работают пространственные навыки.

— Хорошо. Джек, проводи наших гостей к балкону.

Он кивнул и вновь открыл дверь.

Снаружи, за пределами города сектора, царила вьюга. Но над городом семнадцатых было силовое поле — сейчас оно виднелось особенно ярко: сгустки снега с кусочками льда сталкивались с барьером, создавая едва заметные волны, из-за которых он становился видимым.

— У края есть область за барьером, — пояснил проходчик. — Мы не можем во время боя снимать «замок смещений». Этого достаточно?

— Для оружия хватит, — кивнул я и посмотрел влево, на город.

Слышались выстрелы. Массивные металлические орудия, расставленные по всему городу, нервно дёргались, выискивая потенциального противника в небе. Выла сирена. Где-то вдалеке слышался шум идущего боя.

Это не было постановкой, в городе реально были большие проблемы. Мысль об обмане до последнего теплилась в груди. Что такое чернии, я уже понял, и если там что-то вроде тех же концертов, дела плохи.

Мы с Тией шагнули к краю балкона, на котором стояла Обсерватория.

— Свяжись с Белой. Мне нужна вся инфа по тем, кого она увидит. Сайна пусть готовит дроны, как вернёмся к Августу, запрошу какие-нибудь цифровые метки, чтобы их не сбивали. Не знаю, есть ли у них кто-то со способностью Белой…

— Да, я уже… — начала было Тия, но в этот момент я вдруг почувствовал, как из меня выбило мощным ударом весь воздух.

Прямо передо мной стояла Фрау с пылающими чёрно-лиловым ножницами.

— Твой артефакт не сможет защищать тебя вечно! — проскрежетала старуха и сделала шаг в мою сторону, волоча божественный предмет за собой.

Не теряя ни секунды, я выбросил вперёд семена и активировал создание древней перед собой, одновременно ударяя во всю силу обновлением. Волна жизненной энергии позволила древням быстро обрести силу, но главная задача была в том, чтобы этим кастом перезарядить покров.

Почти сразу же это спасло мне жизнь — старуха вдруг порталом оказалась рядом со мной с уже занесённым над головой оружием. Увернуться было невозможно. Конрад был прав, на таких уровнях угрозы мод на ловкость ничего уже не менял. Здесь у друида рулили совсем другие навыки.

Второй удар ножницами — в живот пришёлся по деревянной кукле, которая тут же попыталась обхватить ведьму кореньями.

Два древня тоже не стали стоять в стороне, нанося серию ударов клинками из листьев церу.

Я стихийной формой собрался в десяти метрах от Фрау. Сильный ветер отнёс листья в сторону, позволив мне выйти из боя.

Выхватил Майр. Выпустил облако спор и лишайника, зная, что ведьма попытается снова подойти ко мне порталом.

Так и случилось, но остановилась Труда перед самым облаком, а затем, резко ударяя ногой, выкрикнула:

— Кхам! — выпалила она на незнакомом языке, и облако сдуло мощным потоком ветра.

Этим я воспользовался, чтобы отскочить от неё в стихийной форме ещё на десять метров. Дальше начинался край широкого карниза, на котором стояла Обсерватория. Была надежда чем-то её утяжелить и сбросить со Стены. Но Фрау будто слышала мои мысли и вместо нового портала ко мне с силой вогнала ножницы в камень перед собой, и отточенными движениями принялась руками складывать магические печати.

— Ты заплатишь за Моргану и её людей, ренегат! — бросила она в гневе. — Я уже дважды тебя убивала! Третий раз будет последним! Придите на зов, клоны из тени!

Образ ведьмы поплыл, и на её месте появилось семь одинаковых ведьм.

— Вы сами на меня нападаете, а потом я ещё и виноват⁈ — удивился я такой наглости.

В ответ три копии старухи остановились и синхронными движениями закрыли левую ноздрю, выдыхая из правой неестественно-красное пламя.

Ещё две шли по направлению ко мне прямо через пламя:

— Крылья мои, придите на зов мой! — одновременно произнесли они, и за спинами старушек раскрылись широкие насыщенные мраком чёрные крылья летучей мыши.

Использую старый трюк — делаю вид, что готовлюсь защищаться, а на деле стихийной формой покидаю тело, оставляя вместо себя дендроида. Только на этот раз я заронил в него энергию цветов зла. Может, хоть это её проймёт.

Ухожу сразу в разные стороны, ожидая подвох. И он был. Первая растущая копия тела сжигается одной струёй алого пламени. Вторая сталкивается с очень злой старушкой.

Применяю внутреннюю санацию, физически усиливая тело маной. Майр, получивший множество улучшений на прочность и остроту и впитавший множество крепких материалов в себя, держится против божественного предмета.

Заблокированный удар ножниц оставляет внушительную зазубрину, едва не перерубив меч. Взмахиваю им, вливая ману жизни, и живое оружие быстро восстанавливается.

Сражаться на холоде, с сильным ветром и на голом камне — плохой выбор поля боя для друида. Облака спор и незримой плесени уносятся прочь. Старуха ловко уходит от незримой плесени и грибкового заражения.

Древни не успевают за старухой. Фиксирую, что оба дерева уничтожены, и призываю новых. Придаю дендроморфизмом и скульптором форму своих копий, но с начинкой из цветов зла. Старуха слишком быстра и слишком быстро соображает. В ловушку она в прошлый раз так и не попала и, скорее всего, сейчас тоже почует подвох.

Но я, как всегда, смотрел наперёд и рассчитывал на долгий бой.

Краем глаза заметил, что сражался не только я один. Вместе с Фрау здесь были незнакомые проходчики, не знаю, из её подчинённых или просто бандиты. Но могущества, видимо, немалого, раз Семнадцатым приходилось сражаться в полную силу.

Джек перешёл в свою боевую форму чудовищного инсектоида, напоминающего богомола. Рядом с ним уже лежали тела нападавших. Несмотря на неплохую экипировку из чёрного мифрила и эбонита, они, будто бумага, резались его лапами или лезвиями, которые появились у него на спине. Враги пытались окружить его, но в этой форме он, похоже, видел всё вокруг.

Его спутница, вечно равнодушная Морана, вообще творила что-то нереальное — забив на защиту, она врывалась в строй противников и рубила клинком всё, что под руку попадётся. Похоже, у неё была некая способность, дающая временную неуязвимость. Чит как он есть…

Рычал оборотень, ещё одно хтоническое существо, показавшее новый чудовищный навык — одно его касание буквально впитывало противников, превращая их в поглощаемую им энергию жизни.

Остальных я не видел, но суть уловил. Похоже, Август собрал под своим крылом группу по-настоящему серьёзных бедствий, как делал в своё время Артур. Да и чего уж там, как складывается моя судьба и в этой жизни. За каждым из семнадцатых стояла своя сложная история пути к силе.

Морана выглядит так, будто у неё проблемы с осознанностью и духовным ресурсом. Джек тоже явно был не простым метаморфом, не зря он является лидером группы. Только в отличие от Королевства мечей, Семнадцатые крайне скрытны, и об их внутренних делах никто ничего толком не знал. Так что едва ли много у кого есть информация, какие личности укрываются под флагом корректора Августа.

Но кто нападавшие?

Их было довольно много. Сильные проходчики с солидной экипировкой. Но до боевой группы, которая была с Лирией-Морганой, они не дотягивали и брали всё-таки числом.

Начался снегопад. Ветер переменился, как это часто бывает над Стеной, и белые хлопья снега стали собираться у нас под ногами. Ведьма ветром снесла облака грибка и спор незримой плесени. Её старческое тело не вязалось с резкими точными движениями. Но она и не была старухой, да и вообще человеком.

Неожиданно и неуместно накатили воспоминания вместе с сильным чувством дежавю. Всё это уже было. Как минимум, дважды я уже находился в похожей ситуации.

— Остановись, Артерикс. Я — последнее, что здесь есть. За моей спиной только смерть, — произнесла прекрасная девушка с длинными угольно-чёрными волосами. — Я больше, чем просто бог. Я ведаю судьбами, ибо я их норна. И я вижу, что впереди только смерть…

— Хватит, сирименталь, — строго произнесла суровая женщина за пятьдесят. — Ты влез в систему и разрушаешь её изнутри. Ты гуляешь по запретным этажам как у себя дома. Но твои желания неосуществимы. Отсюда нет выхода. Прими, наконец, реальность, Артерикс… или как там тебя сейчас, Волк, да?..

Я вдруг вспомнил оба эпизода сражения с каргой. Оба раза она пыталась меня уговорить остановиться. Но, видимо, не сейчас.

— Ты причинил слишком много вреда этому миру, — произнесла со злобой ведьма. — На этот раз я сотру твою душу и развею осколки над морем костей!

Я не стал отвечать. Отвлекаться от боя с безумной старухой было смертельно опасно. На рукоятке Майра появились шипы, впиваясь в ладонь. Клинок перешёл в режим бензопилы. Фрау восприняла это как сигнал к атаке и бросилась на меня через короткий портал, крепко сжимая ножницы.

Внутренняя санация, усиливающая тело, помогала чуть улучшить и кошачьи рефлексы. Я знал, что будет атака, и готовился отступать в последний момент. Последняя капля крови капнула на скрытые под снегом сигилы магии крови. Они стали для карги неожиданностью. Она поняла, что попалась во что-то, но не сразу поняла, во что.

Я не сильно оригинальничал, и сгустки красного мха под моими ногами складывались в сигилы хищения и анемии.

Старуха зарычала, будто зверь, но это был не гнев, а ещё один навык, каким-то образом сбрасывающий эффект моих не очень-то сильных проклятий. Но пару секунд я выиграл. Ровно столько, чтобы отступить поближе к тому месту, где погибли несколько моих древней в начале этого поединка.

Всплеск некротической энергии, и погибшие древни восстали в виде растительной нежити. Мёртвые растения потянулись вверх — как раз в тот момент, когда Фрау ожидаемо оказалась передо мной через портал. Ветви обхватили тело старухи, и мне оставалось добавить цветы зла и сепарацию растениям, чтобы разорвать нашу связь. Дальше пустотная цепь сама сделает своё дело. Мёртвая магия — единственная стихия, которая жрёт саму себя.

Разорвав связь с растениями, я на всякий случай перестраховался. Так меня ничем не огреет из-за вампиризма энергии у ведьмы. По идее, она использует явно что-то нехорошее. Пустота или её гибриды там точно есть. А это значит, что пить её ману, как минимум, не стоит.

Ветви и принялись раздирать старуху на части. Фрау захрипела, из её горла вырвался болезненный вскрик, и она изо всех сил попыталась выбраться из силков растений. Но я на неё уже не смотрел — ещё одна такая же выходила из портала прямо передо мной. И все её действия были направлены лишь на то, чтобы отвлечь моё внимание, пока другая копия подкрадывается ко мне со спины.

Я не успел закрыться Майром — меня на секунду опередила Тия. Мифический серп из зубов могущественной рыбы изогнулся. Ножницы были могущественней этого артефакта, но девушку это не остановило — второй серп уже летел к старухе, а подставить громоздкие ножницы для защиты от нового удара она уже не успевала.

— Наши идут, Арк! — бросила мне Тия, не глядя. Ни капли страха в голосе девушки я не слышал.

Старуха, будто змея, изогнулась, но всё равно была слегка задета серпом. Попыталась отскочить назад коротким порталом, но по голове, груди и бедру прилетели астральные стрелы — янтарные сгустки светлячков Тии.

Сама Тия имела навык мерцания, почти тот же короткий портал, которыми передвигалась Фрау. Девушка перенеслась к старухе потоком светящихся мотыльков и атаковала двумя серпами. Старуха резким движением разделила свой артефакт на два клинка и с невероятной быстротой и силой атаковала Тию в ответ.

Божественная половина ножниц выбила один из серпов из рук девушки, а другой не выдержал мощи артефакта. Половина серпа с металлическим цокотом покатилась по мостовой. Но саму Тию это не остановило. Глаза её лишь вспыхнули ярче янтарём, говоря о том, что она берёт силу у хаоса. Вместо серпов руки трансформировались в птичьи лапы с острыми когтями и невероятной силой. Так выглядел её навык астральных когтей, которым она редко пользовалась, всегда имея оружие.

Для Фрау Труда когти тоже стали неожиданностью. Как и две янтарные руки, которые вырвались из каменного пола и ухватили её за ноги. Та ловко вырвалась, но в последний момент рядом с ней потоком светлячков собралась Тия, пронзая тело ведьмы когтями.

Ещё одна копия Фрау погибла, на этот раз распавшись на множество состоящих из тьмы существ. Тия тоже погибла на месте, когда в её тело впились чёрные змеи и прочая живность.

К счастью, девушка ещё не потратила свои запасные жизни, и на её месте появился крупный краснокожий демон, которого девушка убила ещё в пятнадцатом секторе.

— Я — твой меч! — произнесла настоящая Тия, оказываясь рядом со мной. А затем применила десничный лес, окружая нас светящимися руками из энергии хаоса, и следом — несколько проклятий. В такие моменты за её спиной проявлялись крылья хаархуса, одно призрачное и одно — настоящее.

За нашими спинами вспыхнуло яркое зарево солнечного света. Вокруг, несмотря на ясный день, всё резко начало темнеть, будто наступает ночь. Весь свет стекался к единственному источнику — плывущему по направлению к Обсерватории ирреалу.

Сейчас рыба была самым ярким источником света у Обсерватории. Она была будто бы солнечным зайчиком на каменной поверхности Стены, проплывая под ногами сражавшихся прямо по мостовой. Длинная, с пятнистой спиной и небольшими плавниками, а также длинным подвижным хвостом. Рот раскрылся, обнажая тонкие острые зубы.

Щука, — узнал я этот вид рыб.

Пятнадцатые?

Ирреал пронёсся через поле боя и скрылся внутри Обсерватории. Следом за ней в дверь поспешил Сайлас. А к нам, наконец, добралось обещанное подкрепление в виде Мерлина, Нэссы, Альмы и Белой. Причём самой опасной среди них выглядела именно рогатая целительница.

Она без лишних слов набросилась на первое попавшееся тело Фрау.

— Зеркало Мисы! — призвала она свой артефакт и сильнейший навык.

За её спиной появилось старинное зеркало в старинной раме. Только отражение старухи в нём было совсем не таким, как в реальности — в глубине стекла было нечто, напоминающее по внешнему виду умертвие с ярко горящими алым глазами. Только ножницы ярко светились лиловым огнём.

— А-а, самая никчёмная из отпрысков тьмы и воды. Пора бы… — договорить Фрау не успела — её сбило летящее в неё зеркало. Альма могла быстро перемещать его в пространстве, выставляя под любым углом. Раньше, правда, она никогда не применяла свой артефакт таким образом.

Сбитую с ног старуху поймали напоминавшие ртуть щупальца, потянувшиеся к ней из артефакта. Альма активировала темницу душ, заточая эту Фрау внутри себя. Другая версия Фрау порталом оказалась у неё за спиной, но её встретил фрактальный арбалет кардинала Тиши со стрелой богоборца.

Тело старухи испепелило на месте. Лишь некая чёрная дымка попыталась покинуть тело, чтобы перейти к другим телам Фрау.

Я узнал её — так работала способность самой Альмы. Отсюда можно было сделать два вывода — разделяться бесконечно она не может, это каждый раз требует ману, а она не безгранична. И второе — уничтожить придётся все копии, которые она уже наделала.

Основой для навыка такого типа у них обоих послужил фрагмент мракобестии — гибель одного чудовища отправляла его жизненную энергию к другим её частям.

С Альмой в ярости лучше дел не иметь. Впервые я видел её в таком бешенстве. И это не была истерика — навык безжалостности делал любое её решение в бою максимально рациональным.

Начавшее было светлеть после исчезновения ирреала пространство в Обсерватории снова слегка потемнело, а цвета начали блекнуть. Альма применила навык, позволяющий пить ману из иных планов вокруг себя, и чёрная энергия, оставшаяся от Фрау, против воли хозяйки свернула к новой богине равновесия.

Зрачки Альмы изменились. Горизонтальные — повернулись в сторону застывшего поодаль от неё месса старухи и ещё одного, подкрадывающегося к ней сзади. Глаза зафиксировали цель, и горизонтальные прямоугольники сменились чёрным крестом и намертво зафиксировали её образ.

Вторая стрела полетела в дальнюю месс-Фрау. На лице Альмы отразилась улыбка очень злой Мисы.

— Метка агонии, — активировала она свой единственный пустотный навык, подаренный некогда модулем терминала юстициаров в двадцать первом секторе.

Две копии старухи связались пустотными узами, и ранение одной привело к поражению другой. Обе вскоре развеялись, а чёрная дымка потекла в сторону последней.

Альма коротким порталом шагнула к ней. Одновременно активировала навык, доставшийся её от люста, — создала временную копию, которой обычно возвращала к жизни членов Ордена. Только вместо целительных чар она активировала касание Нефтис.

Старуха вздрогнула, а затем покрылась сетью потемневших капилляров. В ход пошёл навык живого источника, который наверное и в новой жизни будет сниться эльфам интри из земли аномалий.

Альма без страха поглощала энергию старухи. Её зрачки начали менять очертания на лиловые спирали. Я даже подумал, что она становится одержимой мёртвой магией, но затем промелькнул блеск бирюзовой спирали — глаза Мисы.

Девушка резко сделала шаг назад, проваливаясь в зависшее зеркало-артефакт.

Теперь старуха смотрела на себя, на какое-то время зависнув. Тем более что её отражение в нём было весьма хтоничным.

Настоящая же Миса уже накладывала стазис цирруса, раз касание Нефтис не сработало. Гибридная стихия сработала вернее, парализовав чудовище под ликом старушки. Но мессов можно было развеивать и дистанционно.

Силы стекались к последней старушке, которая сражалась с Нэссой. Прилив энергии позволил ей отбросить девушку, но не уклониться от стрелы богоборца. Подарок, который Система подарила Альме, намекая на убийство Селены в Оазисе, очень пригодился против Фрау, явно имевшую связи с богами.

С двух сторон дорогу перекрывали Нэсса со смертельно опасным копьём Летаргии и Селена, призывающая вокруг себя веер железных листьев.

Звуки сражения тоже стихли. Победили семнадцатые совместно с Мерлином и другими поспешившими мне на выручку. Фрау тоже поняла, что этот бой проигран, и намного более разгромно, чем в первый раз. И решила нагадить напоследок, вынув что-то из под одежды и швырнув себе под ноги.

Прогремел оглушительный взрыв, но к счастью, здесь все были опытными проходчиками и старуху накрыло сразу три защитных купола, сдерживающих взрыв, и зелёное пламя, вызванное Фрау, ушло через каменный пол на первый этаж, а чёрная дымка энергии ведьмы ушло куда-то вверх.

Чёрт… над нами пронёсся силуэт последней, крылатой карги. Впрочем, это было ожидаемо. Осталось понять, чем бой обошёлся семнадцатым, и самое главое — жив ли корректор Август?

В Обсерватории не было ни звука.

На входе мне преградил путь Джек. Он уже вернулся в человеческую форму, но выглядел уставшим и потрёпанным. Мы встретились у самой двери.

— Стой. Жди здесь.

— Я могу помочь, если эта тварь ещё жива. Мы только что сражались спина к спине.

— Это вы их сюда и привели, — поморщился проходчик, но препятствовать не стал.

А следом за мной внутрь юркнула Тия и волчий оборотень Оскар.

Но наша помощь уже была не нужна.

— О, господин Арктур, — произнёс Август.

В помещении было темно — часть света поглощало яркое пятно на полу в виде извивающейся щуки. Она была пришпилена длинными энергетическими стрелами и описана кругом светящихся символов.

— Поздравляю с победой, — произнёс я, глядя на ирреала на полу.

— Джек, ты напрасно так печёшься обо мне. Я в состоянии сам справиться с сумасшедшей. С другой стороны, может это и к лучшему, раз она так меня недооценила.

— Корректор. Здесь была ревизор. Они пришли за гостями.

— А ещё кто-то носит с собой больше десятка несистемных фрагментов черний.

— Мы отнеслись к тебе как к другу, а ты… как крыса, принёс на хвосте чуму!.. — начал было мне выговаривать Джек, но Август остановил его.

— Я тоже так подумал поначалу, но есть и хорошие новости, — сказал Август. — Каков ущерб? Что с прорывом?

— Он всё ещё продолжается, — сказал Юлиан. — Удаётся его сдерживать за второй стеной. Точные потери неизвестны. Гражданские эвакуированы.

— Мы можем помочь, — предложил я.

— Вы уже помогли, на самом деле, — чуть улыбнулся корректор Август и осторожно присел в кресло. — Я вижу, что сейчас их сдерживают вашим прототипом фотонного оружия. К сожалению, мы не можем воссоздать больше образцов так быстро, но и этого хватает, чтобы не дать им разгуляться.

Перед левым глазом Августа появился визор, на котором, видимо, отобразились виды с камер — мне издалека был виден лишь яркий свет, какой возможен лишь на поверхности Стены.

— Признаться, мне порядком надоели попытки навредить нам. К сожалению, разум корректора Щуки повреждён. Нельзя брать чужую силу, не оставляя ничего взамен. Да и в целом агрессия порождает агрессию. Она уже несколько раз устраивала налёты. В прошлый раз дала фрагменты черний разумным летунам. Теперь подставили вас. Но это всё же не так опасно, как концерт.

— Мне стоит покинуть город и увести их за собой, — сказал я. — Отойду на пару километров и сброшу вниз.

— Не стоит утруждаться, — покачал головой Август. — Их можно передать Системе для анализа.

— Что это даст?

— Ничего. Просто в Системе появится больше понимания их свойств. Так лучше всего поступать с опасными несистемными фрагментами. Утилизация и пополнение базы знаний Стены. Свойство, о котором мало кто знает, но оно часто бывает полезно.

— Утилизация — это тоже полезно, — я вспомнил радиоактивные и проклятые фрагменты, которые даже держать у себя опасно.

— Корректор, у нас теперь будет конфликт с ревизором, — отметил Джек.

— У нас уже конфликт с ними. Старуха не появилась бы просто так. Скорее всего, она замешана во всём этом. Таких, как она, нельзя попросить помочь с налётом. Она сама пришла к Щуке и её головорезам.

— Ей нужна была массовка, которую не жалко, вот и взяла первых, кто на вас точит зуб. Кстати, почему так? Это не похоже на охоту за артефактом.

— Теперь это кровная месть, как она считает, — светящаяся рыба забилась в истерике, безуспешно пытаясь вырваться. — Хотя мы едва ли виноваты в том, что её любовник оказался слишком жадным.

— И что теперь с ней будет?

— Передадим Системе, — пожал плечами Август. — Скорее всего, сектор у неё будет не очень — эфирный фрагмент ирреала пока что плохо поддаётся коррекции. Но от искажённого делирия вылечить сможет, так что для неё это даже лучше.

— А награда за неё не положена?

— Ну да, — кивнул Август. — Надеюсь, это будет хороший халат, бельё было бы излишним. Теперь передайте фрагменты черний, пожалуйста.

Он протянул ко мне руку, но тут всё было не так просто…

Я уже обратился к Сильвану, и тот сходил за ними на склад, где запаковал оказавшуюся опасной валюту Пятнадцатых.

— Нужны только чернии? Маггиты и фрактальные не интересны?

— Только чернии, — повторил Август, всё ещё требовательно протягивая руку в металлической перчатке.

Я вынул из под плаща ведро, наполненное доверху чернотой. Корректор взял его, явно впечатлённый размером. А я… вынул второе.

— Сколько у вас таких? — спросил Август.

— Ещё полтора.

Джек ударил себя по лбу.

— Немудрено, что их сюда так тянет… — глубокомысленно заметил корректор. — Зачем вам столько? Этого хватит на целую армию высших тёмных. А другим они не подходят. На перепродажу?

— Что-то да. Что-то на корм терминалу, что-то на склад, — не стал я скрывать планы, которым уже не суждено было сбыться. — Я собирался заключить с Пятнадцатыми торговый договор. У них проблема с пищей.

— Что ж, в таком случае вам стоит тщательно перепроверять каждую поставку, — назидательно добавил Август. — Они обязательно попытаются вас обмануть ещё не один раз. Мы уже пытались с ними строить добрососедские отношения… Сами видите, чем это у нас обернулось.

Затем он поднял остальные вёдра с фрагментами. Смотреть на такую гору пропадающего в никуда лута было больно. Корректор направился наверх, к служебному терминалу.

Туда нас уже не пустили. Вход перекрыл Оскар, а Джек раздражённо бросил:

— Вы всех нас подставили. Корректор слишком добр.

— Скорее, он мудр и понимает, что нам лучше дружить, а не враждовать из-за чужих подстав. Разве в бою не было понятно, на какой мы стороне?

— В бою было понятно, что вы атаковали лишь Фрау, ученицу которой убили.

— Здесь ситуация, схожая с Щукой, поскольку это ведьма убилась об нас. Я никогда не искал встреч с киллерами из сомнительных организаций.

— Вообще, Орден в эльфийском квартале действительно нам помог сдерживать черний, — заметил Юлиан. Джек на него сурово посмотрел, но к сведению информацию принял.

— Мы просто проходим Стену. По возможности я стараюсь помогать окружающим. Но в первую очередь исполняем наш долг. Во враги записываем тех, кто этому препятствует. В конце концов, в этом смысл существования проходчиков, разве нет?

— Каждый сам выбирает, для чего жить. Прохождение Стены невозможно. Стена сломана.

— Другого смысла я не знаю. По крайней мере, я пытаюсь докопаться до истины того, почему мы здесь и как покинуть это место.

— Вот и всё, — послышался голос Августа, спускающегося по лестнице с пустыми вёдрами. — Кое-что даже осталось.

Я удивился. Корректор показал четыре чёрных сферы.

— Это системные фрагменты. Они безопасны, чернии их не чуют. Система не стала их забирать. Но мы будем рады выкупить у вас половину.

Я прикинул. Во-первых, Август мог бы легко прикарманить себе их все, я бы даже не узнал. Или забрать часть из них. Во-вторых, прошлая торговля за фрагмент Хостера была для нас очень удачной. У Мерлина от их фрагмента композита целая ветвь навыков магии цвета открылась. Одно из сильнейших средств Ордена. У Сайны открылась способность создавать эстерноидов. Да и фрагмент недвижимого оказался очень полезным мирным техническим модом для восстановления сил. Все три оказались очень полезны.

— Половину можем обменять. Да и других фрагментов у нас тоже много. В том числе после торговли с Пятнадцатыми и группой Зовущего. Возможно, вам будут интересны слёзы иммундусов. Чудовищ, живущих на тридцать девятом этаже за великим разломом обрушенных локаций перед фильтром Истинного Врага.

Сайлас почему-то усмехнулся.

— Юлиан, что происходит в городе? Чернии ушли?

— Нет, — ответил тот. — Они утратили след и теперь разбредаются. Мы начали эвакуацию соседних кварталов.

— Давайте мы всё же поможем с ними, а потом обсудим наши торговые вопросы, — предложил я. Долю своей вины за инцидент с черниями я тоже чувствовал и считал своим долгом сделать всё возможное, чтобы разобраться с ними.

Вторая часть аудиенции была посвящена моему рассказу о спуске. О монстрах, которых мы видели, об огромном обвале, осадивший этажи вниз, и о владениях без Системы.

Август и вся группа Джека внимательно слушали мой рассказ. Иногда корректор задавал уточняющие вопросы. На большинство из них, с конкретикой вроде параметров чудовищ, отвечала Белка. История была сжатой, без подробностей, лишь общая информация о спуске, без подробностей встречи с «истинным врагом». Об этом я решил пока не рассказывать никому, по крайней мере, пока мы сами не преодолеем этот фильтр.

Попутно Тия выкладывала некоторые фрагменты из моей истории, которые мы были готовы обменять.

— … есть основания полагать, что иммундусы, как и ирреалы, являются теми, кто располагается по множеству секторов независимо от активных цепей. Но расселяются внизу. Возможно, у Системы просто не хватает равных им по силам существ, чтобы создать видовое разнообразие.

— Хотите сказать, иммундусы сильнее тех, кто обитает в Море Костей? — удивился Август.

— Испытаний я не проводил и не знаю, как бы обстояли дела в прямом поединке. Как я уже говорил, они могут разрушать материю касанием. Это работает как миазм энтропии, самый жуткий и калечащий Стену. Но не исключаю, что запредельные существа снаружи могут иметь к этому эффекту сопротивление. Однако внутри это делает их самыми сильными. Система же считает, сколько существо может убить условных противников в секунду, а они это делают мгновенно.

— Да, спускаться в такое место может действительно только безумец. Что кроме терминала с неизвестным побочным действием вы смогли получить?

— Мы видели, что находится ниже. Стража перед антагонистом. Но подробности об этом пока что сообщить я не могу. Наш спуск был прерван появлением этих крыс, ударивших в спину во время паузы в поединке.

Истину я немного приукрашивал, представляя в правильном свете, но на всякий случай напрямую не лгал, а то способность различать ложь здесь не редкость.

— Значит, этот страж проходим? — спросил Август.

— Да. Всё как всегда сводится к сражению с сильным противником. В этом плане пауза пойдёт нам на пользу. И это второй вопрос, который я хотел бы обсудить. Есть один терминал в другом секторе, который позволяет встраивать сильно ослабленные фрагменты опасных существ. Таких, как обитатели глубин моря костей.

— Даже так? Каков принцип его работы?

— Квантово-дистиллирующий.

Корректор Август выглядел удивлённым.

— Квантовые терминалы встречаются очень редко, но практически в каждом секторе есть его вариации. Дистиллирующий, по идее, должен как-то их чистить, я полагаю?

— Всё так. Мне уже доводилось его однажды использовать. Он даёт сильные способности без вреда для тела и психики. Поэтому мы заинтересованы в приобретении сильных фрагментов, которые могут быть опасны при встройке на других терминалах. Подходят заражённые фрагменты и активные ассимиляторы. Кроме радиоактивных и чистой мёртвой магии только.

Вообще, эти тоже годились, но здесь уже начинался вопрос транспортировки к терминалу. У нас нет таких хранилищ с экранированием от радиации, а источающие пустоту фрагменты могли начать медленно сводить Орден с ума, повышая количество депрессий, конфликтов и суицидальных мыслей. А у нас и так с боевым духом сейчас не очень.

— Интересное предложение. Возможно, кое-что мы предложить вам действительно можем. Но знаете, такой терминал был бы очень интересен и нам для развития. Поэтому мы бы хотели затем получить его координаты.

— Если всё получится, он окажется у нас дома, на базе Ордена. Так что идёт. Заодно можем предложить ещё наш родной терминал, как благодарность за помощь в восстановлении рейда.

— Отказываться не буду, — кивнул Август. — А сейчас в обмен нам интересны простые фрагменты разных секторов из тех, которые являются безопасными. Некоторые цепи у нас повторяются, но виды различны. А для других будем изучать эффекты на ионическом.

— О, вы опробовали этот терминал на чужих сектору фрагментах, как я говорил, — улыбнулся я. — Рад что информация пригодилась. Кстати, как далеко вы продвинулись в спуске?

— Напоминаю, что мы не ставим своей целью спуск и прохождение, — сказал корректор. — Меня больше интересует практическая сторона вопроса. Контроль над Чёрной Дорогой и захват бывших земель Короля Механизмов на двадцатом были очень полезны. Спуск дальше продолжается, но он не в приоритете. Мы продвигаемся дальше, только когда уверены, что сможем решить текущие проблемы без лишнего риска. И в основном, для решения своих основных задач. Хотя информация о левиафанах и том, что может находиться ещё ниже, вдохновляют продолжать исследование Стены.

— Тем не менее, я, как видите, не скрываю от братьев-проходчиков информацию о том, что мы смогли узнать о нижних этажах. А подробности про квест юстициаров как-то всегда ускользают от меня.

Август задумчиво кивнул:

— Действительно, ускользают. Но это не моя вина. Я не могу обсуждать квест юстициаров с тем, кто в него не посвящён. Как это, в общем-то, часто бывает в Стене.

— Да, как с нулевыми этажами, — кивнул я. — Понимаю. Для этого нужен терминал юстициаров? Ваш не подойдёт?

— Вам нужен юстициар с сильным механическим классом, в идеале инженер или близко к нему. А также сектор с рабочим терминалом юстов. Всё остальное уже в руках у Системы.

Я кивнул.

— А как это было связано с Хостером?

— Это… сложный вопрос. В его разуме была нить, ведущая к одному… существу, которое встречается лишь раз на девять секторов. Большего я сказать не могу. И как я уже говорил, на ваши цели этот квест никоим образом не влияет.

— Кто знает, — я пожал плечами. — Вдруг окажется, что выхода действительно нет, и тогда я буду пытаться искать другие пути.

У края техноцит отсутствовал полностью на протяжении двух с лишним километров. Где-то посередине этого пространства мы сошли с тропы, чтобы разместиться в уютной локации, стилизованной под руины замка.

Было всё ещё холодно и проходчики развели костры чтобы согреться.

Света здесь было достаточно — локации над нами напоминали сыр. Его источниками служили сквозные отверстия сверху, ведущие наружу, за пределы Стены. Оттуда же к нам проникали свежий морозный воздух и холод.

Спокойная и уютная, пусть и прохладная, атмосфера в этом месте показалась мне хорошим знаком. Было здесь что-то умиротворяющее и уютное.

Я призвал убежище. Перед ним уже развели костёр, и проходчики грели первые за сегодня кружки чая. Разговоры были тихими и приглушёнными, силуэты фигур моих людей отражались на стенах локации. Некоторые тихо общались между собой. Рейд ещё не отошёл от новостей насчёт Рейна. Альма повторяла мои слова, что ещё не всё кончено, и смерь в Стене не бывает окончательной.

Но что касается нашего похода, всё шло хорошо. Сектора смерти часто ассоциируются с кошмарным адом, в котором обитает зло в чистом виде. Но, видимо, есть и такие, которые могли бы быть даже жилыми, если бы наверху не погас генератор.

Мы выставили дозор. Белая и Кот возглавили две поисковые бригады. Группа лиговцев вновь была в полном составе. И на радостях они первыми обнаружили кое-что интересное, изучая соседние локации с той, где мы остановились.

Я сидел у костра вместе с Таей. Девушка пела в своём старом теле, и я завороженно её слушал, боясь спугнуть чудо. Похоже, голос нынешней Тии был искажён ещё где-то в первом терминале или даже перед ним. В старой версии тела, которую скопировала Система для истинного врага, голос был другим, более нежным.

— Арк, — обратил на себя внимание Кот, когда песня закончилась.

Если ждал, значит, дело не срочное.

— Что нашли?

— Терминал!

Все сразу же оживились. Взгляды вокруг костра обратились к разведчику.

— Здесь через одну локацию большой пролом. Часть этажа лежит в глубине этой дыры, получился колодец на четыре этажа. Так вот, терминал на самом обрыве.

— Стража есть?

— Да, волк-энергет. Стихия — лёд или холодный гибрид стихии воды.

Он протянул мне сразу фото на планшете. Волк был крупным, метров пяти высотой. Похоже, у терминала было его логово, а за ним виднелся ещё один уходящий наверх разлом.

Вскоре вернулась Белая и прочла характеристики существа. Оказалось, несмотря на грозный вид, противник много времени и сил не займёт. Набор способностей ледяной магии вплоть до третьего круга, ледяное дыхание и прочее.

— Может, имеет смысл поохотиться? — выразила мнение рейда Белая.

— Как бы эта охота нам не обернулась потом неприятностями, — вздохнул я.

— Это не очень сильное существо. И сильных здесь мы пока не встречали, — поддержал её Кот. — Терминал же!

— Нам не понадобится весь рейд, — продолжила Белая, глядя на Кота. — Достаточно будет добровольцев. А польза будет для всего Ордена.

— Звучит как необязательная авантюра, — с сомнением сказал я. — Но если есть большое желание — вперёд.

— Я возглавлю рейд, — загорелась Белая.

— Угу, — буркнул я. — Только пусть кто-то из Тий с вами пойдёт. Кстати, что кроме терминала удалось выяснить?

— Сектор в плачевном состоянии. Практически необитаемый, — начала перечислять Белая. — большая часть из того, что мы разведали — пустые безжизненные локации. Есть и локации с монстрами. Их ничего не сдерживает, поэтому они устраивают логова и ведут естественный дикий образ жизни на этажах. Противник преимущественно — животные, энергеты и их сочетания. Ещё есть элементали и другие цепи вокруг энергетов холода.

— А как работает Система, проверяли? Обращались к инфо-терминалам?

Белая развела руками.

— Я находил один, — сказал Кот. — Он как раз неподалёку от входа в тот разлом. Система отвечает битыми буквами, точками и иероглифами. Скорее всего, она неисправна.

— Картина ясна. Вы уверены, что в терминале не будет то же самое?

— Не, — ответил Кот. — Мех, мы просто ничем не рискуем. Я, в общем-то, и сам со своей группой справился бы с монстром. Даже группа Белой — уже перебор.

— Ладно, будь по вашему, — отмахнулся я.

Мне этот рейд сейчас был не к месту. Шанс, что нам сказочно повезёт, и терминал окажется рабочим, конечно, был. Но он был не таким уж и большим.

На вечер этого дня у нас было запланировано нечто иное.

Когда я объявил о привале, ко мне подошли Сайна и Вереск. Эстер сообщала, что я оставил для себя послание перед стиранием памяти, когда мы только перешли в семнадцатый сектор. Механизм должен был мне её передать, когда мы отойдём на расстояние в день пути от союзников.

Именно этим я и занялся вместе с Тией и Альмой после сытного ужина.

Чем дольше я смотрел запись, тем более неоднозначными были у меня чувства. История будто повторялась — группа проходчиков заходит туда, куда нельзя заходить, и огребает проблем. К концу просмотра беззвучной записи нашего путешествия внутрь шестнадцатого и встречи с «концертом», настроение у меня было уже не очень.

Хотя… знал бы я, что помимо концерта на хвосте мы ведём с собой ещё и армию черний… мда. Неудачно вышло. И сейчас не стоило одобрять рейд части Ордена в незнакомый сектор, да ещё и во главе с Белой, склонной к суицидальным порывам.

— Хм. Так вот почему я ощутила такое облегчение, — нашла на видео свою модификацию Альма. — Новые навыки… их нужно испробовать!

А я вдруг только сейчас подумал, с каких пор с рейдом ходит Эстель и другие обладатели тёмных источников, и не мог вспомнить, где успел всех их возродить.

В этот момент стало известно, что рейд Белой уже возвращается с победой.

Заняло это совсем немного времени и сил, как они и говорили, и сценарий шестнадцатого сектора не повторился. Добыча, правда, была такой же.

— Ну что, поздравляю с победой. Как терминал? — приветствовал я рейд.

— Ты был прав, терминал неисправен. Ну да ничего, этот рейд нам ничего не стоил. А так напряжение хоть сбросили.

Суть испытания, сколько бы ни пытался объяснить её Странник, окончательно мне стала ясна тогда, когда я увидел всё своими глазами.

Нечто подобное я ощущал, когда мы с Селеной и Альмой плавили путь за пределы Стены. Когда между тобой и чем-то таким, для чего ты всего лишь муравей, несмотря на уже троих проходчиков в божественном статусе за моей спиной, стоит лишь фрактальный барьер.

Мы без приключений прошли половину сектора. Затем почувствовали запахи крови и гари, а по Дороге понёсся холодный стылый воздух. Впереди был бой. Вечный бой, как сказал Странник.

Первым противником была какая-то тварь с хреновой тучей цепей. Оно походило на шестикрылого ангелоида с кошачьим телом ниже талии. Вместо верхней половины тела — искорёженный рот, намекавший на цепь муталисков. Ещё у этой штуки над ртом, там, где биологически должна находиться голова, была маленькая чёрная сфера, пылающая красным огнём, а над головой застыла левитирующая стальная корона из лезвий.

Короче… лютая мешанина всего на свете.

Противником этой штуки было нечто более однородное, но менее описуемое. Просто некий синий комок со множеством рук разного размера, покрытый множеством ртов. Причём росли они как попало, порой мешая друг другу. Плюс несколько глаз в разных местах и языки… языки были главной фишкой. Ими оно каким-то образом передвигалось — выстреливая в разные стороны, отчего казалось, будто этот синий комок плоти постоянно находится в быстром движении в хаотичном направлении.

— Харцин и Хаошитар, — произнесла Белка. — Нужны подробные значения?

— Есть на что посмотреть, кроме «информация скрыта»?

— Вообще, есть, — ответила она. — Похоже, их фрагменты кто-то уже находил…

В этот миг раздался оглушительный грохот. Та астрально-ангелоидная хтонь наконец-то смогла поймать живой клубок, и по инерции они оба покатились прямо под бой трёхметровых мёртвых киборгов техноцита.

До этого безучастно стоявшие существа резко развернулись как один и принялись атаковать существ. Атака их оружия походила на пулемётные очереди из чего-то, похожего на тамарские рельсы. Существо резко развернулось к обидчикам, забыв про аппетитный синий комок, и бросилось на техноцит.

Мы замерли, боясь попасть под раздачу. И правильно сделали — повинуясь инерции, комок отскочил от стены и срикошетил поближе к нам. Ещё недостаточно, чтобы мы оказались под боем, но ещё бы немного, и мы попали бы под ноги некротическому космодесанту.

Техноцит начал отстреливать шарик, и это вовсе не было игрой в одни ворота. Монстр своими тонкими ручками принялся хватать скелетов и тащить себе во рты. Выходило с переменным успехом — весил трёхметровый железный скелет в мощном боекостюме немало и сил имел предостаточно.

Затем шёл бой. И это было… Впечатляюще, эффектно, со множеством неожиданных моментов. Но… невероятно долго. Нас не замечали ни техноцит, ни ангело-астрал, ни шарик. Харцин применил, наверное, с десяток умений, которые можно было принять за ульту, и я понимал, что шансы победить такое у нас были нулевыми, куда там «истинным врагам» или Фрау…

Существо вспыхивало, превращаясь в кусочек солнца и расплавляя воинов техноцита, оказавшихся поблизости, распыляло облака из зависших в воздухе частичек своего меха, издавало дребезжащие звуки, от которых противник впадал в ступор, и призывало из любой поверхности свои лапы, как Тия со своим навыком.

Шарик оказался ещё более агрессивным и прожорливым. Плюс ко всему, очень быстро регенерировал. Как, впрочем, и астрал, и сам техноцит.

Поэтому в какой-то момент даже сражение с кучей спецэффектов начало утомлять, и мы смотрели на продолжавшийся бой с ленивой скукой.

— И часто так? — спросил я.

— Да. Мы им не интересны, но попасть под их способности можно. Плюс нужно очень много порталов, или идти пару дней. Разлом пересекает дорогу. Если оказаться над ним, ты становишься заметен всем этим зверушкам. Так что полёт не подходит. Мои порталы, ритуалы Ильгора, астральные тропы у тебя, Селены и Белой. Может быть кого-то ещё забыл… Если так, то может быть быстрее.

— Всё, как говорили Семнадцатые. Опасно и морочно, — вздохнул я. — Хорошо, что мы уже никуда не спешим.

Где-то через час после его начала астралу игра надоела — помогало только проглотить техноцит целиком, а лапы и магия харцину не помогали. Сам он обладал аналогом девяти жизней, только было их в запасе явно больше. Так что сколько бы его ни уничтожали — он всегда появлялся снова где-то рядом, совсем как Белая.

Как же я хочу себе эту способность! — подумал я, снова мыслями возвращаясь к терминалу Ежа, застрявшему в двадцать третьем секторе. Но затем астрал вдруг резко развернулся и бросился улетать прочь на всех своих шести крыльях.

Бой закончился спустя час сорок минут, когда техноцит с помощью безостановочного обстрела и потери двадцати восьми здоровенных вооружённых до зубов особей смог-таки прикончить комок синей плоти. Причём, в основном как раз именно благодаря тому, что существо глотало их целиком, а каждый техноцит был снабжён мощным средством самоуничтожения и вырывал крупные куски плоти чудовища.

Над растёкшейся лужей плоти с искорёженными чертами монстра возник вожделенный трофей. Миниатюрная синяя сферка со ртами и глазами, которая слегка ходила буграми в безостановочном движении.

Что может на терминале Ежа дать этот фрагмент?..

Надежды были растоптаны в ту же секунду, как я об этом подумал. Одна из особей техноцита пнула сферу вверх, подхватила манипулятором, а затем вышвырнула за пределы Стены.

— Эй, куда? — не сдержался я, видя такую бессовестную растрату. — С каких пор мобы вообще подбирают фрагменты? Разве они не должны их игнорировать?

— Операторы делаются из проходчиков с духовным ресурсом, — напомнила Аси.

Как и говорил Странник, трещина в Стене пересекала Дорогу, и, чтобы продолжить путь, нужно было как-то перебраться через разлом.

Глянул вниз — увидел тусклый свет и локации под нами. Сверху через разлом солнце проникало слабо. Но то, что я увидел, сильно мне не понравилось.

Что вверху, что внизу шли поединки чудовищ друг с другом. Надо полагать, такие же безумные и долгие, как у того, что был только что. Хтонические чудовища охотились и гонялись друг за другом, словно в последний раз. Чёрная Дорога в этом омуте казалась крохотным островком стабильности посреди вечного сражения монстров.

Техноцит на нас по-прежнему внимания не обращал. Фрагменты своих товарищей жлобы утащили с собой. Вечная стража продолжилась.

Мда… на недавнем видео я был таким счастливым, когда узнал, что у Нэссы на ровном месте теперь божественный статус от чернии. А тут в очередной раз понимаю, какая это сейчас мелочь.

Моё мнение о том, что нужно докопаться до того, что случилось с этим миром, всё ещё актуально, так же как и в первые дни.

Отошёл от обрыва подальше.

— Вот тебе и рейд с тремя богами, — вырвалось у меня.

— Знаешь, — задумчиво сказал Мерлин. — Вот Странник тут зыркает на меня, команда «Зовущего» меня бы выгнала с корабля, наверное. Но я всё больше убеждаюсь в том, что я был чертовски прав!

— Поясни, — спокойно попросил Странник.

— Даже если б мы все здесь были богами, мы бы эту синюю штуку давили ценой жизни половины, если не больше. А ведь это не самая жирная тварь тут. И у нас сил столько, что, будь мы в нормальном мире, реально сошли бы за богов. Теперь представь, что море костей и вот такие гаврики бегают по всей окружности планеты, где мы находимся. Теперь представь, что будет, если отсюда в другие миры сбежит один вот такой ангельский котик или его клубок? Ну как, не хочется нажать на большую красную кнопку…?

— Блин, когда ты так говоришь… — произнесла Сайна. — Что-то в твоих словах есть.

— Тот гениальный, талантливый и красивый подрывник не пытался просто сделать дыру в Стене. Такие повреждения, как ты описываешь, возможны только в случае направленного взрыва. Я знал, что делал, и у этого была какая-то цель…

— Кстати, если Стена однажды падёт, — добавила Белка, — то, по идее, вся эта хтонь ринется на ту сторону, куда мы, возможно, уйдём. А значит, будем также привязаны к существованию Стены.

— Так, погодь, давай решать проблемы по мере их поступления, — остановил я поток мрачных мыслей Белой.

Вообще-то она была права, сам об этом порой думал. Но гнал эти мысли прочь, потому как до этого нам ещё ой как далеко. Я хотел найти главный терминал или что-то такое, что прояснило бы мне, что здесь произошло и почему. И тогда уже, зная это, думать, что делать дальше.

Разлом в десять метров мы преодолели порталом Странника. Затем ещё десять метров шли по осколку Дороги, и снова портал. Техноцит на десяти зависших метрах не стоял, так что находиться там было неуютно. Затем шёл участок дороги в полкилометра уже под прикрытием мёртвых стражей. А дальше мы снова уткнулись в место столкновения.

Бесформенная некротическая штука из черепа, железа, дыма, оплетённая паутиной. Выглядело как груда хлама, в общем. Его противниками были три гуманоидные хреновины с тонкими железными ногами и странного вида косами. Ещё и головы с синим визором и огромными рогами летали отдельно рядом с телом. Виду запредельных чудовищ остаётся только поражаться.

Путь был перекрыт, и разглядывать этих ребят нам пришлось новые два часа. Наверное, прежний Арк бы бесился, но после Оазиса я только вздохнул и поблагодарил Строителей за то, что даже при худших прогнозах путь займёт у нас всего пару дней.

Дождавшись финала боя, мы увидели, как синий кубик с четырьмя антеннами, фрагмент второго существа, отлетел на дорогу. Один из техноцитовых стражей метко пнул его обратно в обрыв и пошёл на своё место.

Да ну нафиг…

В общем, так прошёл этот день. Вечером, когда в разломах стемнело, мы думали, стоит ли идти дальше на морально-волевых, чтобы не ночевать тут, но Странник заверил, что это безопасно, с оговоркой, что делать это нужно хотя бы в километре от ближайшего разлома.

Выбрав подходящее место, мы устроились на ночлег. Отходить от лагеря я запретил, но никто и так не собирался там гулять. Три раза в разломе впереди вспыхивал бой. Все три раза это была какая-то хтонь. До техноцита дело не дошло, чудовища сами разбирались со своими вопросами, а победитель уносил весь лут с проигравшего.

— Кстати, — сразу после того, как я сказал о привале, обратился ко мне Странник. — Семнадцатые не сказали, да и я чуть не забыл. Скажи Софье сварить что-то для сна покрепче. Сны здесь — врагу не пожелаешь.

— Главное вовремя, — кивнул я и передал задачу через Сильвана.

Как ни странно, ночь прошла спокойно и без сновидений. Напряжение стало спадать. Мы продолжили путь, по очереди используя навыки перехода. Второй день пути по началу был очень спокойным. Я увёл рейд на астральную тропу, и мы четыре часа бродили по хвойному лесу в уютной атмосфере, перекусили по-человечески в убежище на полпути и пошли дальше.

Затем ещё два с половиной часа пересекали другой разлом через Долину Белой. Я уже соскучиться успел по белым травам и бескрайнему полю цветов, которые грозятся в любой момент расцвести, чтобы превратить нас в кровавых безумцев, нападающих друг на друга. Но мы вышли, конечно же, задолго до того, как проклятие Долины сработает.

Затем — упёрлись в очередных сражавшихся монстров и зависли на три часа праздного созерцания. Путь получался утомительным, хоть и познавательным для любителей анатомии невозможных чудовищ.

Когда бой уже близился к концу, что-то пошло не по плану, и одно из существ — крылатый краб, метающий сгустки чёрной энергии с бирюзовым пламенем, оказалось отброшено на Дорогу. Бой между чудовищами перерос в очередную схватку с техноцитом.

Места на этом участке дороги было немного, и техноцит перед нашим приходом кого-то только что усмирял и был немного потрёпанным. Потому, когда краб переключился на некро-киборгов, вышло зрелищно. Он оказался колдуном и применял магию гибридной стихии, о которой мы даже не слышали. Белая только называла ничего не говорящие нам названия.

В конце концов, и краба тоже удалось усмирить. Его отбросило назад мощным взрывом пожертвовавшего собой мертвеца. В рабочем состоянии осталось всего четверо. И первое, что сделал техноцит — пошёл восстанавливать практически из пепла и покорёженного металла своих товарищей. Способности техноцита к регенерации, как всегда, были на высоте.

— Арк! — обратила моё внимание Тия и указала на самый край перед обрывом.

Отлетевшее тело монстра валялось неподалёку, а за ним, незамеченный для четвёрки техноцита, валялся фрагмент краба.

Я ускорил шаг и, пока туша чудовища ещё скрывала за собой фрагмент, поспешил закинуть его в убежище. Не пропадать же добру?

Оглянулся — техноцит на меня никакого внимания не обращал. А я закинул фрагмент через дыру в убежище.

Белка прикрыла глаза и замедлилась, строя астральный мост через следующий разлом. Светящаяся белоснежная трава пробивалась через чёрные камни, а пространство вокруг Стены и разлом постепенно сменялись ландшафтами Долины.

Пользовались её навыком мы уже не впервые, так что я ждал и на этот раз обычного пути через иной мир, минуя опасную область. Тем неожиданнее было для меня услышать крик Хантера:

— Бежим!!

Задавать вопросы никто не стал, тем более что он сам подал пример, что нужно делать. Затем послышался шум позади нас. Я обернулся всего на миг и увидел картину, как неопределённого вида хтоническая тварь вырвалась из покрытой белой травой земли. Существо заверещало, замолотив по земле щупальцами, и принялось вырывать куски материи и отправлять их себе во рты, которых у него было аж три штуки.

Пространство начало блекнуть, способность Белой развеивалась, возвращая нас в реальность. К счастью, саму трещину мы уже прошли.

Буйствовал монстр со щупальцами недолго. Затем сверху откуда-то на него приземлился четырёхметровый волк, немного по комплекции напоминавший орангутанга. Существо было полностью перепачкано кровью, видимо только с охоты. А после приземления на комок щупалец окрасилось ещё и жидкостями его тела — золотой жижей.

Дальше до нас чудовищам уже дела не было, они были целиком поглощены тесным взаимодействием друг с другом.

— Дальше самый паршивый участок, — прокомментировал Странник. — чем ближе к стыку секторов, тем разломов будет больше и серьёзнее.

— Если они могут пересекать наши астральные пути, то нужно будет использовать только порталы.

— Порталы тоже не безупречны, — ответил он. — Пока короткие прыжки они хорошо работают, но на длинных разломах тропы будут получше. Хотя у каждого своя специфика навыка… Здесь скорее нужно внимательно смотреть, чтобы никого не было рядом. И переходить вовремя.

— Думаешь, можно успеть быстрее заметившей тебя твари такого уровня? — с сомнением спросил я.

— Можно, — кивнул Странник. — Они мало интересуются нами. Ваши божественные источники, что закуска из мухи для пса. Пока есть другие монстры, мы для них насекомые, а не пища.

— Хорошо, если так… — потянул я со вздохом.

Дорога действительно стала сложнее. Разломы длинней, техноцита меньше. Несколько раз мы становились свидетелями драк чудовищ, и один раз — очередное случайное столкновение с техноцитом. Выходить из под прикрытия скелетов-космодесантников не хотелось.

Однако пришлось — на следующем островке техноцита вообще не оказалось. Мы увидели двух странных коричневых существ с длинными хвостами, которые шмыгали между тел воинов техноцита, вытаскивая прямо из под железа на скелетах их старые кости и с особым аппетитом жуя фрагменты.

— Они сильные? — спросил я у Белой.

— Даже не думай, — она сразу поняла мою идею. — Без шансов.

— Эх, опять столько добра пропадает… — покачал я головой, глядя, как падальщики весело хрустят стражами Дороги.

В любом случае, возникал вопрос, как быть дальше. Если воевать с ними не вариант, то остаётся только ждать, когда они уйдут сами, придёт следующая смена техноцита, что произойдёт ещё неизвестно когда, или… попробовать прошмыгнуть мимо…

Я посмотрел наверх. Потолок был не очень высоким, но я могу вырастить башню к нему и построить астральный путь по верху.

Насколько в этом есть смысл? Сложно сказать.

— Ладно, немного подождём, техноцит они скоро дожрут и потом вопрос, куда поползут дальше.

На том и решили. Странник утверждал, что техноцит обязательно объявится на замену своих товарищей, но он не спешил. Ящерицы, вдоволь нажравшись, устраивались на ночлег. Мда, не вовремя. Я надеялся, что они просто свалят.

— Значит, всё-таки строим башню и идём по потолку, — решил я.

Однако, когда мы приступили к делу, и древо, стоившее мне много маны из-за того, что растил я его на Дороге, было готово, появились грешные железки. Техноцит приступил к восстановлению того, что осталось от их сородичей. Костей, к сожалению, не наблюдалось.

— Чё они делают? — спросил Мерлин, глядя на то, как скелеты в массивной броне принялись потрошить броню своих павших братьев.

— Внутри брони запаяна намертво капсула с базовым генетическим материалом в адамантовом сердце, — пояснила Аси.

И действительно, вскоре первый техноцит достал из брони товарища чёрное яйцо и принялся напитывать его некротической энергией. Скорее всего, для этого внутри были свои манаканалы, потому как прямо вокруг сферы начали собираться кости из частиц поднятой с пола материи и обломков камня. Но получался по итогу именно костяк, а не голем.

Затем начались сварочные работы — скелеты одевались в массивную броню, которая латалась тут же, на месте.

— Вечная война… — тихо сказала Тия, качая головой в сочувствии.

— Мрак был трудоголиком, — сказала Аси. — Фанатичным трудоголиком даже. И требовал от других того же самого, думая, что у всех столько же энергии, сколько и у него.

— Скучаешь по нему? — спросила Альма.

— Ну, он был мне как старший брат, пока мы не попались в ловушку Мёртвой Мечты, и он не стал королём техноцита.

Стражи быстро разошлись в стороны на боевые посты.

Это был небольшой, всего в шесть сотен метров, путь. С учётом ускорения Чёрной Дороги, мы даже не заметили этого. Дальше шло то, что Странник называл тяжёлым участком.

Множество мелких кусков изломанной дороги — участки метров от десяти до сотни. Фактически крошка, а не Дорога.

— Ограничений на пространственные навыки здесь нет, — сказал Странник. — Дорога перебита во множестве мест. Но маны потребуется много.

— Может проще всё-таки пролететь? Выглядит как лютый… — начал Мерлин, но Странник его перебил:

— Самоубийство. Нас заметят.

— Откуда ты знаешь?

— Знал тех, кто пробовал. Вообще без шансов. На дороге они нас не замечают и охотятся на своих. Я думаю, здесь есть некий барьер или что-то такое, что делает нас незаметными, — пояснил Странник.

— А как же «мы для них — пыль под ногами»? — припомнил Мерлин.

— Пока мы на дороге, — невозмутимо ответил он. — Они и техноцит никогда не видят и игнорируют, пока случайно на него не свалятся, и тот не откроет по ним огонь.

Стражей на этих островках не было. Оно и неудивительно, сюда фиг заберёшься. Техноцит приходил снизу, а тут не везде было место для локации с лестницей. Это было вторым неприятным моментом — прикрыть нас будет некому.

— Как ты проходил это место? — спросил я у Странника.

— Серия порталов и артефактов, — ответил он. — Я просто переходил несколькими порталами разного типа, снимал откат и прыгал снова. Лучше заранее определиться с очерёдностью кастов.

— Астральные тропы, как видишь, ненадёжны.

— Групповых порталов у меня не так много, — пожал плечами Странник. — Я могу взять на себя только два прыжка.

— А двоих потянешь? — спросил я.

— Хм. Рейд в убежище, а сам порталами со мной? Да, хорошая мысль, можно попробовать так.

— Арк, если на тебя нападут, я не смогу тебя прикрыть. Я могу последовать за тобой короткими порталами, — возразила Тия.

— Не переживай, я не собираюсь ни с кем сражаться, а Странник был здесь уже много раз.

Тот кивнул в подтверждение.

— Это каждый раз сложно, но Арктур прав, ты ничего не сможешь сделать даже если пойдёшь с нами.

— Я возьму копьё летаргии, — упрямо буркнула девушка.

— Хочешь подарить им зубочистку? — Странник демонстративно посмотрел на зависший на краю Дороги гигантский череп какого-то существа, для которого мы действительно были муравьями. И как только он влез сюда? Интересно, что его грохнуло?

Решение было принято. Дойдя до ближайшего места на Дороге, где была дверь в другую локацию, призвал убежище. Вскоре остались только мы со Странником.

— Порталы разные, некоторые требуют особых действий, так что, если что, не удивляйся… — произнёс он. — И нужно будет делать всё, что я скажу, не задавая вопросов. То есть, мы можем общаться, когда идём, это не опасно. Но перед прыжками нужно сделать ритуальное действие или вроде того.

Я кивнул, заинтригованный происходящим. Похоже, мне предстояло увидеть воочию то, как он пересекает миры и где вечно пропадает.

— Смотри, портал настроен на меня. Но я могу насыщать тебя энергией золотого модуса. Это может быть не очень приятно с непривычки. А, и главное. У тебя ведь есть стихийная форма — нужно, чтобы ты перешёл в неё и окружил меня собой, как одеждой, сможешь? Нужно, чтобы портал считал нас одним существом.

— А, вот, значит, в чём хитрость.

— Одна из, — уклончиво ответил он. — И внутри нам придётся пройтись какое-то время, так что после перехода экономь ману.

Я кивнул и применил стихийную форму, обратившись облаком лишайника. Затем стал концентрироваться и собираться на плаще Странника зелёными хлопьями. А затем я ощутил касание его силы Цвета.

Сперва меня будто парализовало давящим прессом эмоций, под которыми я едва не забыл, кто я и где нахожусь. Но в отличии от подобного воздействия со стороны пустоты, здесь ощущения были, как ни странно, скорее приятными. Меня вдруг охватило огромное любопытство и жажда познавать новое.

Что произошло дальше, я не очень понял, но обнаружил себя посреди древнего леса с тысячелетними секвойями. Место было очень красивым, и пахло здесь… свободой, что ли.

— Это что, целый мир? — спросил я. — Твой осколок?

— Мой, — ответил Странник — Но не весь, конечно же, а только три тысячных процента. Но это довольно много, Лемурия крупный мир. Двести пятьдесят тысяч квадратных километров леса. Здесь нет ничего, кроме него. Ну, ещё кусочек речушки и много ручьёв. И область с озёрами, но там от погодных циклов зависит…

Я прямо загорелся исследовать этот мир. Первым делом коснулся ближайшей секвойи и убедился, что дерево настоящее. И я мог через него даже связаться с другими и начать строить карту владений Странника.

— Блин, у тебя такое место в кармане, и ты молчал?

— А зачем говорить? — с лёгкой улыбкой спросил он. — Что бы это тебе дало? Тебе нужна генетика лемурийской секвойи?

— Так интересно же! — с восхищением сказал я. — Если начну прямо сейчас, смогу за несколько часов охватить всю область и узнать про это место то, чего ты сам о нём не знаешь. Или знаешь? Что это за мир? Как он к тебе попал?

— Ясно, — резюмировал Странник. — Сейчас, погоди минуту, вытащу из тебя силу модуса.

От меня в его сторону потекло сияющее золотистое облако.

— Мой цвет побуждает в человеке жажду странствий и исследований. В твоём случае это похоже вылилось в болезненное любопытство, усиливая твои естественные черты. Сейчас пройдёт.

Действительно, в голове начало проясняться, и идея посвятить сутки исследованию чужого мира, забив на свои дела, уже не казалась мне такой хорошей.

— Ну а попал он ко мне очень просто, выпал из монстра, как и большинство осколков. Лемурия досталась от зелёного дракона с пространственными способностями.

— Но всё же, почему ты их не используешь? Это же намного больше моего убежища? Или есть какие-то подводные камни?

— Один только. Переместить сюда я могу кого-то только так, как перенёс тебя. Но в сущности это ничего не меняет. Просто немного отдохнуть — да, возможно. Могу перенести кого-то ещё, если очень хочешь. Но это не поможет сбежать со Стены. Привязка к ней остаётся.

— А просто жить здесь? Хорошее же место?

— Можно. Но время идёт, Стена рушится. Однажды я стану пленником этих миров и никогда не вернусь домой.

— Блин, да на такой площади может расположиться небольшое государство. Можно перенести сюда побольше людей… вот, кстати, я могу здесь открыть убежище?

— М-м… — потянул Странник. — Даже не знаю. Никто прежде не применял пространственные навыки здесь. Пробуй, если хочешь.

И я попробовал. Создал крупное помещение из дерева и активировал убежище на него.

— Не работает, — с сожалением констатировал я.

— Я так и думал. Воплощение в комнате обеспечивает Стена, это её парадокс. А здесь комнат фактически нет, мир работает по другим правилам.

— А если сделать?

— Нет, ты не понял. Дело не в самом наличии комнат, а в том, что на Стене локации это базовая механика со своими размерами и свойствами. Работу твоего парадокса обеспечивает сама Стена системой локаций. Это направленный пересбор комнаты под твои нужды, как если бы в ней просто пересбором появился обычный парадокс. Они меняют правила физики в своей локации. А здесь этой основы нет, и комната не является закрытым участком с созданной Стеной локацией.

— Хмм… — задумался я. — Значит, дело не только в отсутствии комнат? Я могу сейчас накинуть убежище на астральную тропу, тогда она сгенерится между текущей и финальной точкой выхода.

— Пробуй, — пожав плечами, повторил Странник.

Мы неспешно шли по лесу. Я выбрал самый дальний кусок леса между деревьев, активировал навык астрального пути и столкнулся с тем, что в лесу я понятия не имею, какая дорога будет моей.

— Здесь, — увидел моё затруднение Странник и указал на землю.

— Как понял? — спросил я, осматривая лаз в корнях у секвойи, который вёл куда-то вглубь земли.

— Я просто знаю это место наизусть, — хмыкнул он и охотно полез следом за мной.

— Кстати, а куда мы вообще идём и зачем?

— На Стену, конечно. Куда же ещё?

— Да, но в лесу это где?

— Не важно, нужно просто пройти определённое расстояние от точки входа. В любом направлении.

Я кивнул и посмотрел вперёд. Среди пути между кореньев, в невысокой пещере, пространство расширялось, демонстрируя крупный зал, в котором и разместилось убежище.

— Арк! — радостно воскликнула Тия. — Всё в порядке?

— Да, тестируем навыки, — улыбнулся я и приобнял подлетевшую ко мне девушку. — Всё в порядке, иди к остальным. Не обращайте на нас внимание, — и добавил для Странника. — Слушай, а мы точно не можем её тоже с собой взять?

— Если настаиваешь, — идея ему по душе не пришлась. — Можем попробовать.

— Что тебя смущает?

— Много чего, — ответил он. — Так мы будем заметней, и мне больше энергии тратить. Но в принципе, это не критично, так что пусть идёт.

— Да ладно, я просто хотел ей эту красоту показать, — улыбнулся я. — Для дела это не нужно.

— Ничего страшного, — улыбнулась Тия.

— Если так, — ответил Странник, — то давайте я вас лучше потом на экскурсию свожу, мне не жалко. Тем более есть способ призывать здесь Убежище. Это было для меня неожиданностью.

Вскоре мы покинули лаз у корней и вышли в конечной точке перехода. Вышло где-то с час пути. Затем Странник посмотрел на часы и сказал снова переходить в стихийную форму. Я ощутил касание золотого модуса, снова на время завис на чувстве острого любопытства ко всему вокруг, а затем мы оказались вновь на Стене посреди Чёрной Дороги. Верней участка её останков метров на двадцать.

Меня пробрало жгучим желанием немедленно идти дальше и исследовать это место.

— Не выходи из навыка, идём в следующий мир, — произнёс он и протянул вперёд руку. Я заметил в ней что-то тонкое и серебристое, но рассмотреть не смог — Странник держал это большим пальцем под ладонью, прикрывая от моего взгляда.

Похоже, это был артефакт или что-то такое, что Странник скрывал даже от меня.

— Дуат, — объявил он, когда мы оказались в новом мире.

Мы были в странном месте, напоминающем гробницу анубисатов. Это было огромное здание, сопоставимое с тем, что можно видеть на девятых этажах. Здесь даже титан Корморан чувствовал бы себя крошечным, а он — самое крупное человекоподобное существо из встреченных мной. У того было росту метров десять.

— Мрачненько тут.

— Угу, — кивнул Странник. — Помнишь локацию с гибридной стихией зла? Там, где мы сражались с телом Дины.

— Так значит ты взял этот осколок оттуда? Насколько велико это место?

— Меньше чем осколок Лемурии раза в два. Но это всё ещё очень много. Большую часть времени здесь пусто, но могут быть неприятные ловушки, и иногда появляются агрессивные существа. Так что будь готов к тому, что здесь не безопасно.

— Сильные?

— Ну, те же, что были в той локации. Помнишь, там демоны призывались? Здесь бродят такие. Но их немного, просто чтобы не расслабляться.

Я кивнул.

Путь по Дуату мне понравился меньше. Статуи фараонов, настенная роспись из непривычного языка, собранного из незнакомых рун и маленьких человечков. Чуть позже встретилась и ловушка — нажимная плита, убиравшая пол к волчьей яме со ржавыми кольями. Мелочь — на нашем уровне этим никого не убить. Я просто перешёл в стихийную форму, когда случайно нажал на ловушку, а Странник завис на золотом диске.

Оттуда — снова на Стену. Странник проколол серебристым артефактом пространство, и перед нами появилась следующая область Стены. Великие строители, пять метров от силы… Это был крохотный кусок камня, на котором и смотреть нечего. Скорее кусок зависшей арки, а не Дорога.

— Зря снял форму, мы опять прыгаем, — сказал он.

— Не, погодь, — остановил я его.

Глаза выцепили маленькое чудо, лежавшее среди обломков камня и крупных кусков костей странной формы.

Не веря своему счастью, я подошёл к груде мусора и поднял зависший над гниющими останками шар с блестящими лентами внутри.

Похоже, существо несколько десятков дней назад свалилось сюда умирать. Преследователей у него не было, а дальше… похоже, его, как и нас, другие монстры начали игнорировать. Иначе объяснить наличие тела я не мог — местная фауна обычно сжирала всю органику и не только подчистую.

Я довольно сунул фрагмент в убежище, и Сильван сразу же мне доложил, что Белая истинным именем видит чудовище. Бесформенная туша на дороге оказалась внезапно харцином, тем странным существом, которого мы встретили в самом начале и встречали ещё разок по пути сюда. Ангелоид с нижней половиной кошачьего тела и верхней половиной от муталиска.

— Круто, — без особых эмоций отозвался Странник. — Но поставить его безопасно невозможно, так что он бесполезен.

— Терминал Ежа, дружище. Когда до него дойдём, ты оценишь.

— Да, точно, — улыбнулся Странник. — Ладно, продолжим?

Я кивнул, продолжая внутренне радоваться столь ценному трофею.

Стихийная форма, касание золотого модуса, переход.

Меня окружил запах дождя и сильный ветер, гуляющий по полю светящейся янтарной пшеницы. Небо же было чёрным, будто на нём не было ни единой звезды. Место было одновременно мрачным, торжественным и… романтичным, что ли. Впереди над полем виднелась единственная географическая особенность — посреди ровного моря колосьев на небольшом холме возвышалось крупное цветущее дерево, напоминавшее увеличенную крупную яблоню.

— Какое странное место, — заметил я. — Где-то я уже видел его. Это не туда ты уходил через карту, когда мы с тобой познакомились?

— Да, туда, — кивнул он. — Это место называется райским мраком.

— Название говорящее. Действительно, здесь мрачно, но уютно. Много у тебя здесь земли?

— Двадцать четыре процента этого мира. Но он маленький, примерно как десятая часть осколка Лемурии. Процент нужен, чтобы отслеживать права на мир, а сам мир может быть как крохотным, так и целой планетой.

— Это как?

— Да так же, как у Белой. Ей принадлежит какой-то процент Долины Красных Цветов. Остальные проценты принадлежат четырём тёмным и одному светлому астралу.

— Значит, мы можем встретиться с другими хозяевами осколка?

— Очень вряд ли. По крайней мере, раньше не встречал ни разу. Хотя тут, наверное, зависит от специфики осколка. Белая активно взаимодействует с другими владыками мира. Технически, я бы мог искать хозяев «Дуата» или «Райского мрака», но зачем?

— Путь к силе. Белке те коты здорово помогают порой.

— Помогают? — с усмешкой спросил Странник. — Просто приходят пожрать, когда кормят. В каждом мире или его осколке свои правила. Чаще всего выйти к другим хозяевам я не могу, только если они сами забредут в это место. Обычно осколок — это именно осколок. Он не граничит с другими частями мира, а как бы изолирован сам по себе.

— Откуда на Стене вообще взялись куски других миров? Она их затягивает, что ли? Или делает копии?

— Насколько я знаю, осколки настоящие. С учётом того, что падают они с монстров, связанных со своим родным миром, предположу, что это непредвиденный бонус от заключённых здесь существ, чья сила завязана на родном плане.

— Как астралы?

— Да. Чаще всего это астралы, хотя могут быть демоны, духи — всё что в бою может применять частичный переход в свой мир или воплощать его части в реальности, значит можно делать то же самое с его осколком. Вопрос только в навыках, классе и… других мелочах, — в конце он сделал паузу, будто хотел сказать что-то другое, но в последний момент передумал.

— Та железка, которой ты пронзаешь пространство? — спросил я.

Странник заметно помрачнел. Это ощущалось даже сквозь маску.

— Да… так… — отмахнулся он, — просто памятный сувенир из родного мира.

— Это артефакт?

— Угу.

— Какой редкости?

— Да не важно. Просто памятная для меня вещь.

— Но без неё бы этот трюк с прогулками по мирам бы не работал? — настаивал я.

Странник вздохнул.

— Это предмет из моего мира. Он мне ценен как память, и я бы не хотел о нём распространяться.

— Да уж, на Стене убивают и за меньшее, взять хоть войну пятнадцатого с семнадцатым за мифик. Хотя здесь что-то явно покруче.

Последнее я просто предположил, на самом деле серебристая игла могла оказаться действительно памятным техническим артефактом, и у неё полно дешёвых аналогов. Но, судя по тому, как занервничал обычно спокойный и лёгкий Странник, я попал в точку.

— Что, божественный предмет? Да ладно!

— У нас их называли платиновой двусторонней иглой, и делались они из чрева Вездесущих… это что-то вроде богов, отсюда статус. Я её использую не совсем по назначению… делаю дыры в реальности, сшиваю миры на время и хожу. Но без осколков пространств и знаний техники её использования игла бесполезна.

— Божественная шмотка не может быть бесполезной. Альма, вон, с эпиком ходит, который мы на втором этаже нашли. До сих пор актуально… друг, не смотри на меня так, ты сам своим цветом сделал меня ещё более любопытным. Я никому не скажу о твоём артефакте. Ты давно знаешь и меня, и других в Ордене и знаешь мои принципы. Предметы должны быть у тех, кто умеет ими пользоваться.

— Игла может разрушить и воссоздать что угодно. Двое из трёх человек, которые о ней узнали, пытались меня убить.

— О, а Стену починить?

Странник рассмеялся.

— Стена давно вышла за пределы того, что можно починить одним божественным артефактом. Кстати, ты бы лучше со своим не затягивал. Система ведь должна тебе предмет такого же уровня.

Я кивнул.

— Да, дойдём домой и сразу.

Мы шли через поле светящейся пшеницы, которое казалось бесконечным. Единственным ориентиром было дерево на холме, но путь до него словно не сокращался. К счастью, нам туда и не нужно.

Мой проводник замедлился. Странник вновь пронзил пространство. Я обратился золотым лишайником, слился с плащом своего спутника и вскоре вновь оказался на Стене.

Нас ждала прогулка по длинному участку, где даже стоял техноцит.

— О, здесь ещё есть островки жизни? — спросил я, когда вернул человеческий вид.

— Да, таких здесь немного. Слишком большая смертность, — ответил он.

— А как ты планируешь развивать осколки дальше? Интересная же сила, много применений можно придумать.

— Они нужны мне для отката силы цвета, Арктур. Чем больше у меня будет осколков, тем реже я буду вынужден отлучаться в рейде. Так что это в твоих интересах, если хочешь меня видеть как боевую единицу в Ордене.

— Ты интересный и крутой боец, да и порталы это круто, но в первую очередь мне нужны скорее твои знания. Сейчас ты тот, кто знает об этом мире больше, чем все остальные.

— Польщён, — ответил Странник. — но это не так. А в той задаче, которая стоит перед нами, я понимаю не больше, чем ты. Я даже не слышал о тех, кто спускался настолько ниже Оазиса.

— Но откуда-то появились истории про Антагониста и рассказы про Многогранник.

— Антагонист — логичный фильтр, — пожал плечами Странник. Если богов выгнали с сорокового, то что тогда обитает сейчас в нём? Глобальный сюжет каждого сектора всегда имеет несколько кандидатов на главного злодея. Если внизу теперь не божество, значит там главный злодей. Это логично. Но, конечно, бездоказательно. Никто не спускался так низко.

— Леви говорил, что был на дне Стены и видел лишь Многогранник. Некую сверхтварь, как я понял.

— Эх… ты как специально стараешься повторять это слово. Говорят, не к добру это.

— Я не суеверен.

— Как скажешь… Ну, возможно, так и есть. Это вторая теория. Нет никакого антагониста, ибо на дне Стены ни один архизлодей не выживет. Чем ниже спускаешься, тем больше цепей. Логично предположить, что на дне — тварь со множеством цепей. Может быть, именно он вытеснил богов из сорокового, а значит Антагониста не существует. Что будешь делать в таком случае?

Я задумался.

— В обоих случаях всё, по большому счёту, сводится к одному и тому же — внизу что-то большое и злое, что нужно будет завалить, чтобы пройти дальше. Этот принцип актуален и не менялся ещё с первых этажей.

— Да… наверное, ты прав, — медленно закивал Странник. — Лишь бы не оказалось, что выхода не существует, как верят Фрау Труда и другие из Ордена Юстициаров.

— Всё может быть. Только это не значит, что мы остановимся. Просто будем думать как сбежать отсюда иначе.

— Ты так не любишь Стену? — неожиданно спросил Странник.

— Не люблю быть не свободным и играть по чужим правилам, — ответил я и добавил уже тише. — И любопытство мучает, да. Хочу понять, за что нас сюда, и чего добиваются от существования такого места.

— Значит, ты приверженец теории о том, что Стена — это тюрьма?

Я пожал плечами.

— Кто-то и зачем-то это место создал. У него должны быть какие-то функции и причины возникновения. Зачем-то это кому-то нужно. Как минимум, существуют «строители».

— В таком случае, это должны быть злодеи. Потому что настолько злой мир может породить только ещё большее зло.

— Вот тут не соглашусь с тобой, друг. Я не считаю, что Стена — это зло.

— Нет? — удивился Странник.

— Стена — это резервация сумасшедшего дома. И делает она не злодеев. Если посмотреть на то, к чему приводят все пути к силе, необходимой для того, чтобы выбраться или даже просто выжить, то она делает безумцев. Если выйти нам не удастся, то те, кто пойдут за нами — скорее всего зайдут ещё дальше в прокачке. А она заканчивается… вон как.

Я кивнул в сторону пролома в локации, где виднелось яростное сражение двух сверхтварей. Одна из них представляла собой верхнюю половину великана, выполненную из металла и костей, внутри которой ярко пульсировал, будто живое сердце, генератор. Возможно, это и есть сердце, хрен её разберешь, эту хтонь. Вторая — четырёхметровая серая собака с кучей растущих как попало лап, парой крыльев и пастью ланцета вместо башки.

— Знаешь, а ведь они вполне могут быть людьми с духовным ресурсом, — заметил я. — К нам Наги попал в своё время чисто случайно. Проходчик погиб в локации с нежитью, был поднят и поставлен в строй как новый лич. Сколько он так простоял — он сам не знает, но очень долго. Наги сам давно забыл, что был человеком и проходчиком. Только сейчас постепенно начинает возвращаться память. А сколько таких ещё?

— Немало, — кивнул мой собеседник.

— Но я ушёл от темы. Собственно, я о том, что если нашей силы чтобы покинуть Стену недостаточно, то отсюда однажды выйдут безумные бедствия, которых точно не стоит выпускать в обитаемые миры.

— Да… в твоих словах есть доля истины, здесь есть о чём задуматься, — кивнул Странник и вновь вытащил платиновую иглу.

Я обратился в стихийную форму, и сгустки золотого лишайника облепили его одежду.

На той стороне ощущался шум ветра и редкое умиротворение. Я ощутил покой на душе и перешёл в человеческую форму. Странник шёл впереди. А место вокруг… я огляделся.

Снова бесконечное поле светящейся пшеницы, только ветер был сильней, и сияющего крупного дерева вдали видно не было. Вместо него вдалеке проступал огромный дом. Бесформенный, как будто сшитый из множества тканей и досок бригадой пьяных строителей по проекту архитектора-наркомана.

Но, тем не менее, несмотря на странность конструкции, она почему-то притягивала взгляд, а дизайнер, или кто там у них отвечал за цвета, ел свой хлеб не зря, потому смотреть на постройку было скорее приятно. Просто нечто, совершенно чуждое знакомой мне архитектуре.

— Мы опять в «райском мраке»? — удивился я.

— Нет, — ответил Странник. — Это «кошкин дом». Один из центральных миров Астрала, сакральное место в религии длиннокотизма.

— Длинночего? — я подумал, что не расслышал.

— Это вера астральных стражей. Они верят, что вселенную создал Великий Трансцендентальный Кот, а свет и тьма — его дети. Бесконечный мрак и бесконечный свет. Вечные враги и соперники, которые в сущности являются двумя проявлениями единого целого.

— Звучит глубоко.

— Коты находятся ровно по центру между верхним и нижним астралом. Половина их пантеона тёмные, половина — светлые сущности. Хотя в светлых котах недостаточно света, а тёмные — на самом деле, не такие уж и тёмные. В общем… расспроси потом Хантера, если интересно. Это его тема.

— А конкретно это место чем знаменито?

— Кошкин дом — сакральное место пантеона. Каждый кот имеет маленький кусочек этой земли. Здесь могут мирно встретиться высшие коты судьбы, ведь у них нет права сражаться в доме.

— А откуда у тебя фрагмент такого места?

— Выпал с астрала, конечно же, — пожал плечами Странник. — Это один из самых маленьких осколков, метров четыреста, может, или чуть меньше…

Следующим за этим миром оказался осколок верхнего Зехира. Земля была в целом обычной, если не считать того, что она была летающим островом, и вид открывался невероятный — на окружавшие нас такие же зависшие в воздухе острова. Законы физики, в частности гравитация, в этом мире работали как-то иначе.

Следом Странник перенёс нас в свой мир. Я узнал трактир вдалеке, который он называл важным для себя местом. Наш разговор перетёк в другое русло, и какое-то время мы обсуждали его родину.

Странник оказался хорошим рассказчиком, правда о себе говорил очень мало. В основном это были истории о других людях из его мира. О девушке, управлявшей гравитацией, о воителе, способном перенаправлять урон силой амарантина, искателе, способном найти путь куда угодно, может быть, даже на Стену. И странном мире, который был не похож ни на один из известных мне.

Как я понял, Странник был частью некоей организации, выполнявшей с помощью своей силы разные задания в своём мире.

— Значит, ты попал сюда во время одного из таких заданий? — сделал я вывод, и Странник не стал отрицать.

— У нас есть континент… Акинор. Он окружён барьером, природу которого мы пока не поняли. Я должен был стать первым, кто окажется за ним. Но… видимо, что-то пошло не так.

— Что было дальше?

— Не помню, — развёл руками Странник. — Это всё, что я смог восстановить в Стене.

— Непроходимые барьеры пахнут системной стихией, — заметил я.

— Да, по признакам похоже, но точно не берусь утверждать. Тогда у меня не было той силы и знаний, которыми я обладаю сейчас… ну что, осталось всего два прыжка, и разлом закончится. Готов?

Я кивнул и в который раз за сегодня обратился лишайником. Запас маны опустел наполовину, но в случае нападения я ещё должен быть боеспособен.

Очередной мир вновь начинался со светящихся пшеничных полей.

— Так понимаю, это не мрак по второму кругу и не кошачий дом, — сказал я, глядя на проступающие рядом руины города. Причём города, сделанного явно не астралами, судя по старым хрущёвкам и заасфальтированной дороге, через которую пробивались одинокие растения. — Смотрю, эта пшеница пользуется особенной популярностью.

— Да… — ответил мой проводник. — Только это не пшеница. Разве пшеница колосится в любое время года? Зимой и летом она всегда светится золотом.

— Тогда что это? — я попробовал обратиться к растению через навыки хуорна, а когда ничего не вышло — попытался воскресить растение, но тоже безрезультатно.

— Точно не знаю, но эта штука часто растёт на границах миров. «Мрак» и «Дом» очень маленькие миры, поэтому с их границей сложно не столкнуться. А здесь мне принадлежит самый край этого места.

— Ясно. Знаешь что-то об этом месте?

— Ну, это единственный из миров, где я порой встречаю других людей.

— Да? Они опасны?

— Для тебя — не думаю. Ко мне враждебности не проявляли.

— А говорить с ними пробовал?

— Да, но выяснил совсем немного. Первый встреченный мной человек сам толком не знал, где находился. Как я понял, он был из другого осколка этого мира, где сохранилась жизнь. А вторая… попыталась навязать мне рабский контракт на основе магии астрала. После этого я предпочитаю не общаться с местными. Но они здесь и правда крайне редки. А что? Тебя заинтересовал этот мир?

— Да… так, архитектура показалась знакомой. Наверное, мой родной мир был чем-то похож на этот.

— Этот осколок выпал мне в одном далёком отсюда секторе смерти, захваченном цепью времени, так что всё может быть.

Последний переход между мирами оказался самым странным, поскольку походил на бесконечный захламлённый склад. Идти было сложно, потому как приходилось переступать сложенные стопками книги, какие-то вещи и множество случайных предметов. Общими здесь были только древность и толстый слой пыли. Из сложенных вещей складывались горы и рельеф местности.

Пахло здесь как в библиотеке, поскольку книг было всё таки больше всего. Я поднял одну и заглянул в текст. Это была детская азбука с картинками. Поднял вторую — справочник по замене труб в каком-то неизвестном агрегате.

— Не старайся, это всё хлам, — сказал Странник, заметив мои действия.

— Что, прям всё? Уверен, что здесь нет ничего полезного? Так много разных вещей…

— Поверь, у меня было много времени исследовать этот мир. Он не зря называется «хламовником». Он выпал из энергета хаоса, двойная цепь такая. Средоточие хлама, если не ошибаюсь.

Название показалось мне знакомым.

— Выглядит как оживший вихрь из старых вещей с ведром вместо головы?

— Да.

— Мы с Тией таких как-то встречали…

Странник вновь поднял иглу, а я обратился в золотой лишайник. А затем вернулся в человеческий вид уже на Чёрной Дороге.

Вперёд тянулись длинные ряды готового к бою техноцита. Где-то за спиной в разломе с рёвом мутузили друг друга два бесформенных монстра.

Дом, милый дом…

— Всё, — объявил Странник. — Разломы закончились. Правда убежище здесь будет сложно призвать. Пространственные навыки скоро перестанут действовать. Скорее всего, придётся идти до ближайшего открытого места с прорывом.

Я кивнул.

— Значит, это уже двадцатый сектор?

— Да, барьер между девятнадцатым и двадцатым разрушен, так что уже да.

Переведя дух и осмотревшись, мы направились дальше по уходящей во мрак тропе. Вскоре свет за спиной померк, и мы вновь ориентировались по тусклым огням боекостюмов техноцита.

Странник продолжил рассказывать мне о своём мире и боевых товарищах. Похоже, ему самому было в радость вспомнить старые времена, так что вскоре он погрузился в свой рассказ, а я слушал и представлял себе приключения в далёком Виоландо.

За этим я едва не пропустил разделявший сектора барьер.

Время за рассказом прошло неожиданно быстро, и смертельно опасный двадцатый сектор мне практически ничем не запомнился, лишь историями моего спутника.

Система проверила нас на наличие духовного ресурса и попустила дальше. Так мы оказались в двадцать первом.

Первое, что бросалось в глаза — это техноцит. Он резко отличался от всех прежних особей этого вида. Наверное, потому, что он им и не являлся. Местная цепь фрактала, то есть системной стихии, давно ассимилировала железных мертвецов, однако вместе с телами техноцита фрактал перенял и его свойства, потому, как ни парадоксально, ассимилированные системной стихией стражи Чёрной Дороги делали то же самое, что и любой другой техноцит — защищали её от вторжения монстров.

Удивительно, но с этой задачей неразумные монстры справлялись намного лучше, чем стандартные стражи, подчинённые наместнику Мракрии в секторе. И это было только первое из трёх преимуществ этого вида.

Ещё этот системный техноцит не держал край Дороги чётко. В некоторых местах, где она перерезала локации, и образовывался тупик, техноцит отсутствовал. Первое такое место встретилось нам на двенадцатом километре, и там я со спокойной душой призвал убежище, чтобы устроить последний ночлег перед возвращением домой.

Была немаленькая вероятность, что дальше по пути нас опять ждёт засада Фрау или каких-нибудь головорезов. Так что лучше бы восстановить ману и быть готовыми к бою.

После долгой тишины появление товарищей показалось необычно шумным событием. Мы распалили костёр и устроились на ночлег. Был выставлен дозор, в том числе на Дороге, которая была почти на территории нашего лагеря. Мы лишь немного сошли с пути — здесь остался буквально крохотный кусок тупиковой локации. Достаточно длинной, чтобы я вырастил стену и дверь, создав таким образом суб-локацию.

Теперь я лучше понимал принцип работы своих способностей. Работу навыка во многом обеспечивает Стена. То есть, можно предположить, что Система просто по моей команде проводит пересбор локации. Также, как она сделала бы это, если бы просто переносила локацию с парадоксом.

А где находится убежище между призывами? Какое-то время на прошлом месте, а потом? По идее, на него должны работать стандартные правила. Или оно хранится в каком-то ином измерении?

Тия и остальные полезли ко мне с расспросами, как прошёл путь через весь двадцатый сектор, но мне нечем было их порадовать. Удивительно, но это была самая спокойная его часть. И я надеялся, что здесь будет точно так же.

Вспомнилась та страшная хрень, которая за нами гналась до самого барьера на десятом. Если она захочет пробраться к нам сюда, едва ли её что-то сможет остановить. Её, пожалуй, даже лангольер не остановит.

От мыслей о той штуке настроение только поползло вниз.

К счастью, я уже не был один.

Выпили у костра чаю Хантера, порадовались тому, что уже почти дома, перекусили яствами Сильвана. Зачарованный Софьей луковый суп с растением, напоминавшим на вкус сыр, и с таким же свойством плавиться от температуры. Пшеничная каша с картофелем и луком. Какие-то салаты…

Никакая нечисть к нам не спешила. Техноцит замер в соседних локациях, никаких звуков и подозрительных явлений. Эстель сидела посреди Дороги, поджав колени, и слушала окружающий мир. Тия притащила ей одеяло с подогревом, чтобы та не сидела на холоде, а то с нашего искателя станется простудиться. Она вообще порой вела себя, как будто с духовным ресурсом не всё в порядке. Но, кажется, ни ей, ни окружающим проблем это не доставляло. Только выглядело порой странно.

Я ожидал, что вскоре нас навестят какие-нибудь местные монстры, но никто так и не появился.

Когда вечер подошёл к концу, меня ждало продолжение процесса восстановления боевого духа. В моей комнате были Тии. Верней, Тия и Тая, версия девушки из прошлого воплощения на Стене. Амория, Хитоми и Сетта оставались в дозоре.

Затем я заметил Сайну, увлечённо колдующую над неким устройством. Услышав, что дверь открылась, механистка повернулась, демонстрируя красноватую сферу в пересекающихся трёх медных обручах.

— Это что?

— Синхронизировала свою хроносферу с временным искажением убежища. Наверняка ведь скоро опять появится какая-то нечисть и нас будет ждать очередной скучный бой с монстрами. Вот и подумала, как поправить математику вычисления твоего парадокса убежища.

— Звучит очень полезно, — похвалил я. — Значит, у нас будет больше времени на отдых?

— Ну, постоянно я сферу так разгонять не смогу. Это уже работа логосферы, переписывание математики пространства. Я пока такому не научилась. Могу только создавать хроно-ионный пробой и вот этой штукой вносить изменения в вычисления.

— Ничего не понял, но звучит очень круто, — одобрил я.

— Нужно поставить тебе где-то модуль ионических вычислений. Это здорово меняет взгляд на вещи! — предложила механистка.

— Она хочет сказать, что сегодня будет длинная ночь, даже если враги нагрянут через часа два, — пояснила Тия. — Селена, хватит магичить.

Последние слова меня удивили. А мастер муши вытащила из-под одеяла горсть светящихся зелёных трав стихийной формы.

Той ночью монстры нас так и не побеспокоили…

Обе синеволосые кошки сопротивляться не стали. Они посмотрели друг на друга, ткнули пальцами и одновременно с одной интонацией произнесли:

— А-а? Ну почему я⁈ — они посмотрели на меня, — Арк, я настоящая!

Затем вновь друг на друга.

— Эй, не копируй меня!

— Так, — вмешался я. — Для начала говорите по очереди. Сейчас мы отведём вас в изолятор в убежище, посидите там немного.

— Только не один на один с этой штукой!! — взмолились две тари.

Лис и Райшин разоружили кошек, а то мало ли ещё что…

— Конечно, по отдельности.

— Арк…

— Я же просил по очереди! Ты сначала, — я ткнул пальцем в ту, что была слева.

— Просто хотела сказать, что может меня Тия осмотрит? Ну там, чужая душа же должна быть заметна, — ответила она.

— Белая может проверить эмпатией. Она узнает настоящую тари! — выпалила правая.

— Или к Мордреду. Пусть изучает состав крови! — вскрикнула левая.

— Можно вызвать Дину. Она умеет ковыряться в мозгах и точно скажет, кто есть кто! — самодовольно улыбнулась правая. — На, выкуси, мимик.

— Пойти к Фреду! Путь всю душу по кусочкам разберёт тебе, доппель драный! — ответила левая.

— Я⁈ Да как ты…

— Тихо! — остановил я кошек от драки. — Спасибо за идеи, мы обязательно опробуем все и всё выясним. Но знаете что… Если ты, мимик, или что ты там, хочешь жить, просто свали обратно в свой сектор. Я тебя даже проведу и пожелаю удачи. Иначе просто станешь фрагментом.

— Слышала⁈ — синхронно обратились кошки друг к другу.

Я хлопнул себя ладонью по лбу.

Обе тари позволили себя запереть в изоляторе и вели себя абсолютно одинаково. Это могло означать две вещи — либо существо просто тупое и говорит без понимания контекста, либо настолько самоуверенно, что готово проходить все описанные проверки.

Память оно, вроде бы, тоже скопировало, судя по всему. Теперь большой вопрос, понимает ли оно, какой у нас богатый арсенал способов её выкурить?

По совету самих Листвичек мы на всякий случай поставили рядом ионический прожектор. Помещение у нас было одно, а его стены — прозрачными, так что кошки могли видеть друг друга. В нашу сторону никакого негатива я не увидел. Тари активно изображали обоюдную нелюбовь. Я замучился раз за разом повторять, чтобы они заткнулись.

Зато идей по проверкам и содержанию они и правда выдумали очень много. Даже любопытно, откуда у них столько идей, основанных на глубоком понимании возможностей Ордена и его членов. Они даже вспомнили про навык «ауспекс» у Элейса, о котором я был не в курсе — он помогал видеть ауры существ.

Существо не блефовало. Почти все доступные нам на текущий момент способы обнаружения оказались бесполезны. Сильван их не различал, различные анализы Мордреда показали одинаковую генетику — кровь, слюна, шерсть — всё было одинаковым. Одежда, кстати, тоже. Полная реплика стандартной экипировки Ордена.

Пришёл черёд Тии. Она не нашла различий в душе. Провалился и упомянутый эксперимент с чтением ауры — она была у них абсолютно одинакова.

Подниматься наверх с явной проблемой не хотелось. Если цель существа не мы, то в толпе оно с такими способностями затеряется легче лёгкого.

— У них абсолютно одинаковый спектр эмоций, — пожала плечами Белая.

— А если коснуться, как ты делала, когда передавала данные о монстрах?

Белая смутилась. Обе тари почему-то покраснели.

— Это расовый навык, Арк. Я могу применять его не ко всем таким образом.

Оставалось только вздохнуть.

Рамилен в теле лидера двадцать первого сектора присел на ближайший стул спинкой вперёд и призвал двумя руками сверкающие сферы. Долго сидел и смотрел на них. Тари тоже завороженно смотрели на сородича в человеческом теле. Затем он был вынужден признать.

— Нифига не получается. Я сканирую магию и сферы. Но здесь, скорее всего, магическая структура полностью скопирована. С точки зрения магии сфер они идентичны. Кстати, в таком теле существо тоже будет смертно. Ну это я так, в целом, — он коварно улыбнулся. — Способности регенерации у них тоже сейчас одинаковы.

— Арк, ты же не станешь так делать, правда? — спросили Листвички.

Хантер походил с чашкой чая вокруг двух камер изолятора, разглядывая обоих.

— Боюсь, я тоже помочь не смогу. Я в основном чувствую опасность. Но пока они мне не желают вреда, я и угрозы не ощущаю.

— Похоже, на этом идеи у нас заканчиваются, — вздохнул я с сожалением. — Сидеть вечно мы здесь не можем, так что, скорее всего, придётся избавиться от вас обоих.

— Что⁈ А-арк! — возмутились тари.

— Не волнуйтесь, Альма вас воскресит. Попробуем такой способ распознания.

Кошки переглянулись.

— А без этого никак?

Альма была грустной и безучастной к происходящему. Для этого я её и позвал, а не Хитоми или другого целителя. Хотелось немного её расшевелить, что ли.

— Давайте уже приступать, — уронила она в пол.

— Кстати, — заметила её спутница Аселла. — Я как экзекутор ещё могу попробовать что-то из своего арсенала.

— Нэсса уже предлагала пытки, — отмахнулся я. — Как нибудь обойдёмся. В конце концов, можем и правда нанять псионика. Дина не единственный представитель этой профессии в городе.

— Может, я просто использую зеркало? — предложила Альма.

— Думаешь, поможет? Такой идеи кошки вроде бы не подавали.

Я посмотрел на синеволосых девушек с кошачьими ушками и хвостами.

Мне показалось, или кто-то отреагировал на идею чуть более негативно?

В любом случае, я дал добро на призыв Зеркала Мисы.

Мифик появился, как ему и положено, и застыл перед правой тари, гордо смотревшей на своё отражение с высунутым языком. Ничего, как и ожидалось. Перевели зеркало на вторую камеру…

— Оп-па! Кажется, кое-чем удивить неведому зверушку нам всё-таки удалось.

В отражении была всё та же Листвичка, но была она там не одна. Рядом с ней можно было увидеть ещё одного синеволосого тари, игравшего на полу с деревянным конструктором. Чуть поодаль сидела взрослая синеволосая тари с книжкой в руках.

— Откуда? — возмутилась правая. Глаза кошки заслезились. Она подошла к краю изолятора поражённая образом.

Я тоже присмотрелся внимательней. Отражение казалось мне слегка странным — если приглядеться, то можно было заметить, что реальным является только Листвичка в центре, а остальные существа были будто бы не настоящими.

Обернулся к существу в изоляторе, которое было безбилетником с двадцать первого сектора.

Я посмотрел на перепуганное лицо паникующей лже-Листвички и смотрел секунды три, прежде чем она сообразила, что делать, и вместо неё появилась высокая фигура блондина в тяжёлой броне.

Рейн посмотрел на меня с вызовом. Ненастоящий, конечно же — я глянул в зеркало и увидел отражение новичка Рейна, лежавшего в локации на первом этаже со стеклянным оружием, где мы останавливались до того как познакомились с Сильваном.

В ту ночь мы встретились с мёртвым пересмешником, и его через копьё зацепило силой мёртвой магии. А она, в свою очередь, выцепила из прошлых жизней первые воспоминания о Гильгамеше.

Рейн лежал на коленях у Альмы. Та проводила рукой по его волосам и своим мелодичным голосом говорила, что всё хорошо.

Реальная Альма всхлипнула и выбежала из помещения. Мифический артефакт без поддержки владелицы сперва попытался полететь за ней, а затем просто растворился в воздухе, видимо, возвращаясь в мир Мисы.

— Неудачную ты выбрала цель для превращения, хреновина, — сказал я с тяжёлым вздохом. — Теперь мне вдвойне хочется тебя убить. И что нам с тобой делать?

Рейн попытался применить способности, но под ионическим светом использовать стихийную форму не получалось, и кулак беспомощно ударил по усиленному бронированному стеклу. Вернее, сплаву с незримой китарой. Этот изолятор уже не один раз доказал свою прочность.

Существо поняло свою ошибку, и следующий удар кулаком полетел уже под личиной Вереск. Металлический кулак с силой врезался в преграду, но даже этого было мало. По помещению пошёл гул.

— О, так ты и в роботов можешь мутировать? Любопытный с тебя будет фрагмент. Как раз идём к терминалу, который может поставить без побочек всё, что угодно.

Образ механической куклы сменился металлическим скелетом с алыми визорами под венком из ромашек.

— А ведь я могу применить здесь Зону полураспада, — произнесло существо. — Как насчёт радиации?

Существо понимало, что скорее всего не выживет и само, потому демонстрировать не спешило. В закрытом пространстве взрыв навыка такой силы может даже Наги превратить в лужу расплавленного металла. Про угольную форму, правда, не уверен, я пока этот навык видел только на видео с потерянной частью воспоминаний.

— Жить надоело?

— Ты тоже сдохнешь.

— Да ладно? В меня превратиться можешь? Значит и про стихийную форму, вечное цветение и так далее тоже знаешь.

— Твои люди не успеют уйти.

— Ну так весь рейд поднимать нам тоже не впервой, — пожал я плечами, хотя здесь я, конечно, уже блефовал. Хотелось бы обойтись без такого сценария.

Тем временем, в памяти всплыло название похожей твари, как раз обитающей в двадцать первом.

— Архиларвин, — понял я. — Только какой-то хиленький.

— Верни ключ, паскуда!! — разразился бранью Аркфейн, барабаня по прозрачной китаре.

— Какой ключ? — сначала не понял я. — А-а, точно, тот твой сородич тоже что-то про ключ говорил.

— Ты знаешь, о чём я! — зло закричала Моргана.

— А в себя превратиться слабо? — предложил я.

Существо нахмурилось и снова стукнуло кулаком по металлу, но уже как-то без огонька.

— Значит, ты пришло сюда, чтобы убить меня и забрать свой ключ?

— Отдай сам.

— Не хочу. Полезная же вещица. Мне её завещал прошлый владелец. Ты его, кстати, видела… слушай, ты какого пола вообще, а то не знаю как правильно обращаться.

На самом деле я бы не смог, даже если б захотел. Ключ — это ведь не предмет. Он теперь как бы часть меня, спасибо терминалу.

Я подошёл ближе к прозрачной преграде, а сущность за миг обратилась уродливым муталиском со множеством пастей и попыталось испугать. Я и бровью не повёл — морда существа просто столкнулась с металлической стеной.

Обернулся к стоящей неподалёку Белой и протянул руку.

Горечь [архиларвины (высший псионический некроэнергет)]

Уровень угрозы: [изменчивый]

Иммунитет: [изменчивый]

Защита: [изменчивый]

Свойства: воплощение памяти

— Четыре цепи. Глубоко забралась. Как тебя не сожрали на подступах к Чёрной Дороге. Зачем тебе ключ?

— Нам было обещано, — произнёс Дух Джа, в теле которого сейчас ходил Рамилен. — Отдай! Мы найдём тебя! За мной придут другие!

— Отдай! — произнесла, заливаясь слезами, лже-Листвичка.

— Отдай! — повторил сурово глядящий лже-Рейн.

— Он ведь не принадлежит тебе, — сказала Тия.

Затем существо начало менять личины слишком быстро, а слова стали смазываться, будто говорила целая толпа людей.

— Эстель! — крикнул я.

Вскоре всё затихло.

Я посмотрел на пленённую сущность. Та — на меня. В образе моей бабушки, которую я однажды мельком вспомнил в одном из терминалов. Видя, что на меня это впечатления не произвело — превратилось в обнажённую Тию.

— Ладно, отсюда оно не сбежит, так что пусть посидит пока, — решил я.

Существо продолжало попытки привлечь к себе внимание, меняя облик с Тии на Альму, Селену, Аси, похоже, выбирая образ случайно.

Я на ларвина внимание уже не обращал. Открыл изолятор с настоящей Листвичкой.

— Молодец, получаешь двойную порцию ужина у Сильвана.

— Рада служить Ордену! — отсалютовала Листвичка, затем посмотрела, как существо в её облике изгибается в развратных позах, и бросилась с кулаками на стену изолятора, только с другой стороны…

Покачав головой, вышел наружу. Весело, наверное, будет тому, кто будет сторожить эту штуку. Надо Аси с Лифой поставить, этих точно ничем не удивить. Хотя, если оно начнёт превращаться в Дину…

Они думают, что я рискую из-за излишней спешки.

Они думают, что спешка вообще не нужна.

Они думают, что впереди их ждёт долгая жизнь.

Но они забывают, что долгая жизнь не равно бесконечная. Мы появляемся в случайном месте и с первых дней выживаем. Терпим боль и страдания и постоянно боимся. Здесь нет абсолютного бессмертия и нет абсолютной защиты. Главное правило Стены в том, что убить можно всё.

В этой череде бесконечных рестартов нет справедливости, нет понятия добра и не видно смысла. Рано или поздно на долю проходчика находятся такие страдания, что заставляют его душу мечтать о том, чтобы она больше не существовала. Чтобы всё вообще закончилось раз и навсегда.

Сейчас я помню, что у меня были и такие жизни.

Если мой истинный враг, Аркфейн, действительно моя копия, то я могу с точностью сказать, о чём он сейчас думает.

«Как же я устал… Скорей бы это всё закончилось…»

Тогда я ближе всех подошёл к тому, чтобы исчезнуть, пытаясь выбраться. Но Медный Король забирает больше, чем ценности. Он забирает кусочек тебя самого, связанного с этой ценностью. Он забирает кусочек человечности. Аркфейн отдал ту, кто его любила, в жертву Медному Королю, сам потеряв при этом право быть человеком. Ведь именно способность любить и дружить делает нас людьми, а не просто тройной цепью из тела, разума и души.

Есть лишь один способ по настоящему выбраться отсюда — спуститься вниз и покинуть Стену. Впрочем, я поставил себе цель ещё больше. Понять, зачем это всё было нужно, и что превратило этот мир в ад.

Стоит мне остановиться, и Система напишет в списке бедствий рядом с моими именем в скобках слово «стагнация». А затем рано или поздно эпоха Арктура закончится, как уже заканчивалась много раз. Те воплощения, которые я смог вспомнить перед встречей с фильтром Истинного Врага, все были великими, сильными магами. И далеко не все они рвались наружу. Некоторые останавливались и строили свой рай в Стене. Закончили все одинаково…

Наверное, это главная причина, которая меня толкает вниз.

Примерно это я в двух словах и говорил, произнося тост на вечернем праздновании. Но находил ли я понимание в сердце каждого?

— … Поэтому, если кто-то желает покинуть рейд и остаться здесь, я пойму, — закончил я на печальной ноте. — Нам нужны те, кто поведут Орден и будут защищать наш дом, если что-то случится со мной.

Повисла мрачная неловкая пауза, которая оборвалась со словами Ильгора:

— Шеф, а отпуск можно? Мы же сейчас ещё не к Антагонисту?

Следом посыпались и другие предложения того же рода. И в принципе, такой вариант меня более чем устраивал.

— Хорошо, тогда те, кто хотят, пусть остаются. С терминалом мы, в любом случае, вернёмся сюда.

— Это будет у нас уже четвёртый, — со смешком заметил Кот.

— Угу, только темпоральный использовать нельзя, а ионный только для Сайны, — напомнил Лис.

— Ничего, новый будет безопасен… вроде бы, — сказал я и в очередной раз подумал, насколько может усилиться Орден с терминалом Ежа. Фрагменты, правда, добывать придётся отдельно. Впрочем, не стоит забывать о том, что мы больше не ограничены рынком двадцать второго сектора…

Мы всё же не уложились в два дня. Во многом потому, что я позволил девушкам себя уговорить устроить нам всем небольшой отпуск. Совсем небольшой — ведь Система могла в любой момент начать вставлять нам палки в колёса.

Третий день мы просто отдыхали. Ели досыта, отсыпались и развлекались, будто все проблемы нас не касаются.

На четвёртый — наконец-то посетили город наверху для пополнения запасов.

Это место сильно изменилось. Теперь поверхность двадцать второго сектора выглядела, словно оазис в ледяной пустоши. Привезённая с двадцатого плодородная земля и тепло от генератора позволили создавать теплицы. А с помощью магии одна такая теплица вполне могла прокормить человека, если уделять ей минимум времени на уход и вложиться в средства ускорения роста.

Позволить себе такое могли, конечно, далеко не все, но средний проходчик, регулярно уходящий в рейды не ниже шестого, вполне мог. Некоторые собирались вместе для создания крупной теплицы и приглядывали за растениями по очереди. А ещё чаще — нанимали мирных проходчиков, которые не хотели рисковать и спускаться вниз.

Пожалуй, для таких жизнь изменилась сильнее всего. С появлением теплиц, а с недавнего времени и малых теплогенераторов и фито-освещения работы для них сильно прибавилось. Чтобы ухаживать за садом, техникой и обслуживать всю эту инфраструктуру, нужны были специалисты.

Раньше мирные делились фактически на три касты. Инженеры, которых уважали и никто не смел трогать, ибо от этого зависело выживание города. Обслуживающий персонал, до которого особого дела уже никому не было, но старались без нужды не трогать. Ну а от бандитов такие выплачивали дань. Ну и нищие, которых было большинство и которые влачили жалкое существование.

Теперь же не работал только ленивый.

Я шёл, разглядывая город и ловя на себе любопытные взгляды. В городе я бывал редко, обычно отсюда мы выносили только неприятности. Но сейчас здесь, похоже, жилось намного лучше. И это при том, что Орден напрямую на всё это не влиял, только косвенно, как захват двадцатого.

— Как-то спокойно здесь стало, — заметил я.

— Да… — отстранённо кивнул Тумор.

Мы шли большой компанией проходчиков, большинство из которых были хорошо известны в Городе. Белая и раньше была знаменитостью. Тия запомнилась за тысячу дней моего отсутствия как администратор Ордена, даже получила прозвище Многоликая. Да и остальные выглядели не хуже с точки зрения топовой экипировки с нижних этажей.

— Смотрю, твои глаза здесь везде, — заметил я с улыбкой.

Все дома были увиты ветвями растений, и, как друид, я чувствовал, что это не просто поросль, а связанная воедино система слежения, через которую нужные люди могли видеть происходящее.

Растительная сеть охватывала весь город, таким образом, старик становился здесь вездесущим, способным появляться в любом месте и наблюдать за чем угодно.

— Есть такое, — как-то смущённо отвёл взгляд Тумор.

— Зачем тебе следить за всем городом? Не, я идею одобряю, Ордену это будет только на пользу, но зачем?

— Да так… красиво же. И людям помогает, — ответил он скрипучим голосом.

— Людям? Чем?

Старик поджал губы.

— Тумор делает важную работу, следит за порядком, — ответила за него Тия.

— Вместо юстициаров? — удивился я.

— Я никогда в полиции не работал, — сказал старик, — и законы никакие никого соблюдать не принуждаю, окромя божьих. Не убивать, не насильничать, не чинить разбой… это же общечеловеческие ценности. Даже здесь они должны быть.

— Тогда да, правильно делаешь, — кивнул я. — Просто удивился, что этим не занимаются те, кому полагается.

— Юсты ходят под фракциями в основном и следят за порядком у своих, защищая от конкурентов. А немногие вольные — крышуют кого-то за деньги. А я вижу всё здесь. Бывает пропускаю. Но слышу, если кто-то меня зовёт, и периодически сижу в медитации, просматривая, что делается в городе.

— По этому поводу уже городские легенды появились о вершащем справедливость дедушке, — добавила Белая.

— А малые генераторы кто закупил у семнадцатых? Это же их технология.

— Проходчик Дориан, — ответила Тия. — Всё, что не растительного происхождения — инициатива архитопов разных фракций альянса. А всё зелёное — работа Тумора.

Интересно, как, обладая схожим набором способностей, старик совершенно иначе применял свои силы.

На подходе к рынку стали чаще попадаться люди. Тию и Белую узнавали и кланялись. Меня узнавали намного реже — в основном обо мне только слышали. Наконец, впереди показался поворот на улочку, которая была отведена под рынок и магазины.

Здесь наша группа делилась. Серая покинула свой пост, когда ушла с нами, и теперь считала необходимым передать дела кому-то другому. Тео в своей привычной манере сказал, что поход к терминалу в другом секторе его не касается и не нужен ни ему, ни его без того пострадавшей от модов девушке. Так что эта пара осталась пока в Обсерватории.

Жаль, в бою сильный маг и опытный танк нам бы точно не помешали. Но понять Тео я тоже мог. Он старался сильно не показывать вид, но, когда Серая была смертельно ранена в бою с убийцами, он очень сильно переживал и не устраивал скандал только потому, что у нас почти весь рейд завис в таком же состоянии, и никто не переживал по этому поводу, уже привыкнув к таким вещам в Стене.

Кот со своей группой уходил на тайную базу Лиги повидаться с Перекатчиком, Ариддарх уходил в Гильдию. Но они собирались вернуться к спуску. По крайней мере, Коту было интересно взглянуть на Оазис хотя бы издали.

Белая, Тия и Сайна оставались на рынке. Нужно было закупиться огромным списком нужных вещей. Торгуя с соседями, мы делали упор на оружие, боеприпасы и технику, но было ещё полно бытовых мелочей, средства гигиены, кое-что из посуды, бытовые артефакты, ингредиенты для зелий Софьи, специи для Сильвана… в общем, много чего скопилось на покупку.

Вскоре мы остались только втроём. Я, Тия в теле Хитоми и мрачная Альма. Нас ждал путь дальше, на другой конец города, где находилось старое кладбище из каменной крошки вместо песка. Больше символическое место, чем место захоронения — погибшие проходчики гораздо чаще оставались в Стене, а здесь клали какие-нибудь памятные и не особенно ценные вещи, связанные с погибшими.

Снаружи поднялась метель, совсем как когда я впервые встретился там с Чёрной. Белая не хотела сюда приходить из-за воспоминаний о подруге. Мы оба понимали, что она сейчас где-то в другом секторе.

Без эфирного мода, статуса бедствия и больших косяков с точки зрения Системы, она возродится в одном из самых удачных секторов из оставшихся. И стирание памяти в её случае не беда, а большое благо. Только так может закончится её вечная тоска по погибшему Принцу. У него, кстати, тоже перспективы хорошие, так что, кто знает, может быть даже они вновь встретятся…

Говорить ни о чём не хотелось. Мысли сами собой уходили куда-то в мрачняк. Пожалуй о том, как свой путь закончила Чёрная, я жалел больше всего. Я не собирался сражаться с ней… хотя стоило ожидать, что череп она просто так не отдаст.

— Как думаешь, Рейн уже переродился? — вдруг спросила Альма.

— Это нужно было у Белки спрашивать. Я не знаю, насколько большая у Стены текучка кадров и запас душ, — ответил я.

— Но как ты думаешь? По интуиции? — настаивала целестин.

— Я слышала, что многие души очень долго ждут рестарт, — послышалось со стороны Хитоми. — У каждого есть статистика и требования к стартовым условиям.

— Например? — удивился я. Тема показалась мне интересной.

— У Белой было прописано обязательное условие — встроенная склонность к магии воды и магии изнанки. Из-за этого она воплощалась значительно реже других.

— А как это связано? — не понял я. — Система же просто пересоздаёт тело со склонностью?

— Со стороны пересбора да, но со стороны баланса сложнее. Стена старается всё расставить так, чтобы с учётом особых требований проходчик не был сильнее или слабее других в среднем по сектору. Подробностей я не знаю, можно порасспрашивать её, но она и сама знает не очень много.

— Она говорила, что стартовала одна, если не ошибаюсь?

— Чем больше бонус на старте, тем меньше будет союзников, — ответила Хитоми. — Это не факт, просто наблюдение. Белая с двумя бонусами к магии начинала одна, пока не влилась в группу Принца. Первух, кстати, тоже стартовал один. Так рассказывала Нэсса.

— Что ж к нам тогда Дину подсунуло с жирным бонусом к псионике? — хмыкнул я. — Она нам мозги сразу после того, как очнулась, начала промывать.

— Тебя удивляют ошибки в работе Стены? — спросила Хитоми с усмешкой в глазах. На лишённой рта голове все эмоции отражались только так.

— Меня больше волнует, почему в Ордене всё чаще вспоминают о ней, — заметила Хитоми. — Похоже, её влияние по какой-то причине рассеялось. И произошло это во время нашего похода.

— А ведь правда… — задумался я. — Может, её сила не работает на таком большом расстоянии? Хотя вряд ли это действует по дальности, как аура. Может, зелье амнезии, которое мы приняли? Хотя, там ведь стёрлось из памяти всего несколько часов пути.

— Возможно, из-за нахождения на грани жизни и смерти долгое время, — предположила Хитоми. — Перерождения часто снимают активные чары.

— Это чернии, — подала голос тихая Альма. — Они сделали больше, чем кажется.

— Поясни, — насторожился я.

— Они сканируют душу и снимают ментальные защиты в поисках уязвимого места. Не знаю, все чернии или какая-то конкретная, просто всё посыпалось там.

— Откуда ты знаешь?

— Пламя Асгора и другие внушения на этой основе тоже постоянно слетали. Я ими поддерживаю Аси и иногда других, если вижу, что нужно. Тьма, как и пустота, пытается зацепиться за повреждения души и внутренние конфликты.

— Ну и соседи у семнадцатых, — я покачал головой. — Не удивительно, что они так подозрительны ко всему.

— Альма, может быть заглянем по пути к Фреду? — предложила Хитоми, когда над крышами показался возвышавшийся над другими дом аниматурга.

— Нет… — медленно покачала головой целестин. — Позже может… сейчас я ни о чём больше не могу думать, кроме терминала Чёрной. Всё остальное потом.

Всё так или иначе сводилось к одному. Всё упиралось в силу и права доступа. Причём первое вполне способно перетекать во второе. Леви получил статус куратора благодаря этому…

Я вытащил из кармана на свет прозрачный шарик. Он напоминал каплю идеальной, кристально чистой воды и был как будто не из этого мира. Он казался слишком чистым для этой реальности, будто и не отсюда вовсе.

Впрочем, стихия созидания и не относилась к стандартным, известным Системе стихиям. Но из-за того, что она часто встречалась там, где был замешан духовный ресурс, в каждом секторе найдётся кто-то, кто знает байку об универсальной стихии, которая способна в лёгкую уделывать пустоту, мёртвую магию, которая считается на пару с радиацией самыми страшными проблемами Стены. Впрочем, даже с радиацией бороться мы уже научились через смену тел, так что можно было бы отдавать ей почётное первое место… если бы не стихия созидания.

Леви с её помощью обманул Систему, заставив считать себя куратором.

Работало это на чистой вере миллионов людей, которые, в общем-то, и влачили своё жалкое существование лишь ради этого. Всё прочее созданное левиафаном было лишь отводом глаз.

— Они как бы нарастают за выслугу лет, — произнёс Странник, беря шар в руку.

Мы сидели на пятнадцатом и смотрели на подготовку рейда к походу.

Свершилось это аж на восемь дней позже запланированного. И на самом деле, случилось бы ещё позже, если бы разведка не сообщила, что в двадцать третьем вновь собираются тёмные силы, возможно, готовясь в поход по наши души во славу Ивента. Такого мы допустить, конечно, не могли, и пришлось поспешить.

Всё это время мы готовились, но по большей части морально. На сбор всего необходимого для спуска ушло четыре дня, причём моего участия в этом много не требовалось, чем беззастенчиво пользовалась Тия и другие девушки.

К спокойной обстановке, царской еде, мирному духу десятого и долгим страстным ночам привыкаешь быстро, и с каждым днём работать хочется всё меньше и меньше.

Спокойная праздная жизнь… затягивает. Когда каждый день посвящён лишь отдыху, велик соблазн послать всё куда подальше и действительно основать своё королевство где-нибудь в другом секторе и жить в своё удовольствие. Даже прикидывал, что технически можно было бы построить новую базу на двадцатом этаже восемнадцатого сектора. Чтобы жить в глубине Стены генератор не нужен, монстры плюс-минус терпимые. Нужно только расспросить у Аси, кто там наместничает.

Однако это очень опасные мысли. Потом по мою голову придёт Фрау или ещё какая-нибудь нечисть, и однажды им повезёт. И здравствуй — всё заново.

— То есть, чем дольше левиафан правит, тем больше с него падает таких фрагментов? — спросил я у парня в маске.

— Да, именно так. Точный принцип работы не спрашивай — я прежде не держал в руках лут с левиафана и, признаться, никогда таким желанием и не горел.

— Почему, разве ты не хочешь стать богом?

— Не, я просто хочу домой, — легко ответил Странник.

— А если этот статус и есть путь домой?

— Тогда я бы подумал, как встроить его безопасно. Чего ты в общем-то и добиваешься, так что вперёд.

— Арктур, — послышался голос Белой. — Рейд готов, можем выступать.

Я кивнул и поднялся. Странник протянул мне фрагмент левиафана.

— Чёрное солнце дало, вроде бы, пять или шесть фрагментов. То есть, оно было в три раза сильней нашего Голубя.

— Не удивительно. Леви получил часть силы Чёрного Солнца и стал левиафаном-самозванцем здесь. А Солнце было изначальным левиафаном, созданным самой Системой на заре Стены. Полагаю, оно просуществовало там до самой гибели от рук Гильгамеша и его последователей.

— Жаль, Рейна уже не расспросить…

— Фрагменты левиафанов слишком могущественны для человеческого разума. Практически все, кто напрямую их встраивает — заканчивают так же. Без побочных свойств их могут встраивать только кто-то со статусом выше, то есть боги. Как поступила Миса. В будущем если усилить связь с божественностью, Лис или Нэсса могли бы попробовать. Но я бы всё равно не рекомендовал.

Мы продолжили разговор уже по пути. Я занял своё место во главе рейда рядом с Тией. Белая тоже осталась тут, наш разговор её тоже заинтересовал.

— А каким образом у Леви вообще появился лут созидания? От Чёрного Солнца он получил пустоту. Это её естественный враг.

— Первый лежит в основе, но «нарастает» то, что чаще всего применяется. Пустотники бывают двух типов. Психопаты, которым в радость издеваться над другими, идя на поводу у стихии, и те, кто пытаются сохранить адекватность, всячески ослабляя влияние стихии и не прибегая к её силам.

Я кивнул. Действительно, при всех своих недостатках, Леви-Голубь никогда не был садистом и не делал зло ради зла. Скорее, извращённая стихией и страхом паранойя заставляла его это делать, чтобы не стало ещё хуже. В сущности, великий куратор и левиафан, серый кардинал сектора был просто насмерть перепуганным бедолагой.

— Значит, он мог взять созидание и применять его, чтобы иметь противовес пустоте? Белка, расскажи о способности Принца. Чем была его магия слова?

Девушка задумалась.

— Это было совсем не так, как у Нэссы, — ответила она после паузы. — У силы Принца не было визуальных эффектов. Просто… люди верили ему. У него была очень сильная харизма. Он умел убеждать других и заражать своим огнём, умел вдохновлять… Окружающие часто видели в нём великого лидера, даже мессию…

— У меня сложилось впечатление, что он больше хитрил, чем был великим вожаком.

— Да, — кивнула Белая. — Это только впечатление, но оно очень сильное. На самом деле да, он был очень хитрым, умным… чем-то похож на тебя… Но у него не было такого стержня из уверенности в своей правоте и упрямства. Он ко всему относился легко, как к игре. В общем-то он и сам любил повторять, что это всё просто игра, и нужно получать от неё удовольствие.

— Ничего себе игры, — меня пробило на нервный смех.

— Ну, в этом был весь он, — она чуть улыбнулась. — Его стержень был в самомнении. Такой лёгкий нарциссизм, знаешь? Он никогда не сомневался в себе и считал себя самым умным, тем более что он и правда во многом был гением. Но в итоге это его и сгубило.

— Как он использовал созидание? Ты видела его логи встройки каких-нибудь навыков?

— Видела, но это тебе ни о чём не скажет. Класс мага слова для Системы не родной, она ведь почти не понимает принципы работы созидания. Потому описания были как у Хантера, так что по контексту трудно понять, что тот или иной навык действительно делает. А как это работает на практике, он никогда не рассказывал.

— Но как-то же ты поняла, что он пользуется своей силой?

— Я думаю, его сила и была в харизме. Люди ему верят, он им рассказывает что-то, и когда критическая масса верящих в его слова достигала нужной отметки, происходило чудо. Но не напрямую, а через набор случайностей.

— Напоминает магию хаоса, — заметила Тия.

— Тари называли это магией судьбы, — ответила Белка. — Как по мне, очень меткое сравнение. Обстоятельства, множество мелочей выстраивались так, что всё складывалось в его интересах. Поэтому я как бы не видела его магию, но я видела череду успешных действий. Причём он рисковал намного больше тебя. Как наш спуск на двадцатый, когда нас едва не положили некрочеширы и Аси. У Принца практически все планы были такими, на самой грани, когда шансы на успех минимальны.

— Значит, манипуляция вероятностями за счёт веры окружающих?

Я оглянулся вокруг в поисках Нэссы. Они с Хантером тоже согласились выйти в рейд за новым терминалом, за что я был очень им благодарен. В первую очередь предсказателю, чьи способности могут нам спасти жизнь в этом походе.

Сейчас парочка общалась друг с другом, не слушая наш разговор.

— Нэсса! — окликнул я её. — Расскажешь нам про созидание?

— Про что конкретно, Арк? — отозвалась девушка.

— Манипуляция вероятностями? Магия судьбы? Завязки на веру? Что-то из этого у тебя есть?

— У меня всего четыре навыка, — ответила Нэсса. — И те не особо полезны. Созидательный рост — это обычный манареген, но здесь его нужно было ставить отдельно. Магия созидания для изучения заклинаний… но ты хоть одно заклинание этой стихии встречал? Разве что стихийный контроль помогает ставить всякие щиты и перенаправлять энергию в другие навыки. Но это только против мёртвой магии. Остальное без толку.

— Звучит как бесполезная стихия только для защиты от пустоты.

— Могучий Мик классный, — ответила Нэсса. — Единственный реально крутой, им постоянно пользуюсь. Даёт большой бонус в бою против монстров, которые сильней меня.

— На фронтире это каждый второй монстр.

— Созидание не может давать бонус к урону, у него вообще нет атакующих свойств, — вставил Странник.

— Так он меня бафает, а не урон, — улыбнулась Нэсса. — Чем сильнее враг, тем сильней буду и я в плане возможностей тела. Способности, жаль, не балансирует, а монстры сильны в основном свойствами.

— А новый навык? Озарение, кажется? — припомнил я.

— Как твоя мудрость природы с безжалостностью Альмы и защитой разума. Полезная штука, но у других стихий есть аналоги.

Я перевёл взгляд на Белую.

— Что-то совсем другое.

— Класс играет большую роль, — сказала она. — Принц был магом слова, а не тёмным паладином.

— Леви был сказочником. Потому промывал мозги через комиксы и прочий контент на тридцатом. А мне, получается, дадут что-то на архидруида. Или эссенциарха.

Оба варианта были не очень, но отдавать фрагмент кому-то другому я не собирался. Однако, если я хочу повторить трюк Леви с рангом куратора, мне нужно нечто близкое к его возможностям.

Леви воскрешал своих последователей по щелчку пальца, значит, в принципе это возможно. Ревизор у нас появится только, если мы как-то сумеем отловить Фрау во время её очередной подлянки и не позволим сбежать. Сильного проходчика поймать очень непросто. Координатор — следующая ступень за аудитором. Как этот ранг получают — понятия не имею. А вот путь к несуществующему куратору как минимум точно возможен.

В крайнем случае можно попробовать состряпать для Тии новое тело из погибшего расходника, ещё не успевшего получить статус, поставить фрагмент созидания в него, затем попытаться отыграть роль Принца для нужного класса, и новым куратором станет Тия. Но это оставим на крайний случай.

Рейд пересекал сектор от центра в сторону двадцать третьего сектора. Среди техноцита всё чаще зияли проплешины, но монстры на дорогу ещё не выходили. Я в очередной раз себе напомнил о том, что этим вопросом необходимо будет заняться в скором времени.

Вскоре вдалеке показался разделяющий сектора барьер. Однотипный выжженный тоннель уже начал надоедать после долгого перехода.

У края сектора нас ждал сюрприз. Я издали увидел группу проходчиков и тяжёлую боевую технику. Совсем как это было на границах пятнадцатого и шестнадцатого сектора.

О том, что впереди люди, сообщила Эстель, услышав их задолго до того, как мы смогли их увидеть. Я сразу же растительной эмпатией связался с зеленью, которую распространил по всей Дороге в секторе, и увидел тех, кто стоял на границе.

— Это свои, — сообщил я с удивлением.

Большая часть рейда на границе была мне незнакома, но я узнал проходчика Зарю из Гильдии, а затем Конного Клуба. У него был тот же класс, что у нашего Лиса, практик пути.

Проходчики здесь были явно давно и надолго. У перехода стояли массивные боевые машины и турели. Но направлено всё это было в сторону двадцать третьего.

Мы открыто пошли вперёд, чтобы нас заметили издали и не приняли за чудовищ.

— Доброго времени, братья-проходчики! — приветствовал я собравшихся впереди людей.

Нас заметили и встречали. Но не враждебно — большая часть проходчиков осталось в машинах или сторожили барьер.

— Арктур! Рад тебя видеть, дружище! — улыбнулся высокий темноволосый проходчик в голубом узорном кимоно с большой двуручной катаной за спиной. — Какими судьбами здесь? Ты вроде бы спускался вниз, да так и пропал надолго.

— Да, обстоятельства завели в другой сектор. Недавно вернулись, — улыбнулся я ему в ответ.

Мы крепко пожали друг другу руки.

— Зачем вы здесь? Смотрю, надолго. Пахнет у вас тут вкусно, — нос щекотал запах супа, который сейчас кипел в большом казанке над огнём слева от Дороги.

— Сразу видно, долго вас не было. Кто-то должен сектор прикрывать, а то лезет всякое.

— С двадцать третьего? А барьер?

— С начала нового Ивента он как открылся, так и не закрывается. Приходится вот, сторожить.

— И что, часто лезут?

— Да не то чтобы, — отмахнулся Заря. — Все монстры там очень тупые, лезут, только если случайно рядом окажутся и почуют свежие души. Большинство — цепи мёртвой магии. Проклятые, скверноботы, моргфреймы, войды, умертвия, хтонии… Все неразумных форм. Что-то с разумной жизнью там туго.

— Отсюда по двадцать шестой сектор разумных монстров практически нет, там же был Хостер, — пояснил я. — Он всё, способное к сложному мышлению, истреблял под корень. Разве что внизу что-то осталось.

— Понятно. А вы здесь какими судьбами? Я думал, вы сменщики. Ещё удивился, что так рано. Нам ещё двое суток здесь стоять.

— А техноцит наш или с той стороны не помогает?

— Здесь его уже перебили давно, — усмехнулся Заря. — Там же монстры где-то на восемь этажей сильнее, чем тут, так что местную живность чужаки легко гоняют.

— Это инициатива архитопов? — спросила Белая.

— Да, пять дней назад был совет альянса. Решили, что каждая фракция от десяти человек в составе должна по очереди защищать переход. Иначе, если не сторожить переход, твари расплодятся тут, и сложность сразу подскочит, и у нас будет полно новых цепей.

— И что, даже Свора согласилась?

Заря рассмеялся.

— Ха! Скажешь тоже, Арктур. Кто ж им доверит такое? Представь Медведя, сторожащего сектор от пустотных цепей. Нет, это только для тех, кто входит в альянс топов и может поставить нормальный рейд. В общем, те, кто понимают, зачем это делается. Кстати, вас, по идее, тоже касается. Хотя вы и так… Лифт построили.

— Если надо — будем дежурить, — согласился я. — Хотя лучше подумать, как устранить проблему в корне.

— Убить всех пустотных тварей в двадцать третьем? — усмехнулся Заря.

— Хах, разве что если у тебя есть личный Хостер, — рассмеялся я в ответ. — Не, скорее барьер укрепить как-то. И оборону лучше организовать автоматическую, роботы и турели. Их пустотники не чувствуют и меньше будут лезть сюда в принципе.

— Ну, это тебе к Альянсу, обсудите. А пока лучше так, чем повышение сложности от тварей с двадцать третьего. Там такое водится, что наши проклятые потом кажутся безобидными.

— Безобидных пустотников не бывает, — заявила Белая.

— Так зачем вы тут, если не к нам на смену? — спросил Заря.

— В двадцать третий идём, как видишь. Так что некоторое время вся нечисть будет у нас на хвосте.

— Это хорошо, хоть одну ночь поспим по людски. Любят они ночные прорывы устраивать. Но вы там смотрите осторожней. Для вас монстры конечно уже не смертельные, но это всё ещё сильные пустотники. На пятнадцатом, как у нас за двадцатым.

Я не стал говорить, что мы собираемся за тридцатый. Звучало это слишком безумно. Но у нас был серьёзный аргумент в виде ассимилированного лангольера. Правда, были и другие подводные камни такого спуска, и изучать их нам придётся уже на своём опыте.

— А далеко собираетесь? — словно прочитав мои мысли, спросил Заря.

— Пока на двадцатый, а там посмотрим, — уклончиво ответил я.

Первым делом нужно было изучить бывшие владения Мракрии, а ныне, получается, земли Тахиона, унаследовавшего Стальную Дубраву и власть над техноцитом.

— Хотите глянуть на землю там? — понял практик. — Хорошая мысль. Не забудьте потом поделиться информацией. Мы периодически тоже совершаем вылазки.

— О, это интересно, — разговор сразу стал приобретать для меня ещё больше смысла. — И что там?

— Да то же, что и сюда лезет. Больше всего там умертвий и скверноботов. Это магическая нежить с пустотой и одержимые мёртвой магией машины. Реже войды, это что-то вроде нематериальных сущностей. Ну а морги и хтонии это джек пот. Сложный противник. Если вы на двадцатый, то, скорее всего, повидаете минимум половину списка. Сектор разнообразен по части цепей мёртвой магии. Думаю, даже что-то новое встретите.

— Спасибо за предупреждение. Постараемся соблюдать осторожность.

— Рад помочь. Если ещё есть какие вопросы — спрашивай. Если за два дня вернётесь, возьми с собой что-нибудь памятное оттуда. И буду рад послушать историю о вашем пути.

На этой ноте мы распрощались, и рейд Ордена двинулся дальше, сквозь незарастающую дыру в барьере в сторону чёрного зева Дороги в двадцать третьем секторе.

Мы пересекли дыру в барьере, входя на ту сторону. Чёрная дорога всё так же уходила далеко вперёд. Освещение было очень слабым, а дальше туннель уходил в кромешную темень, прямо как в шестнадцатом. К счастью, не магическую — темнота вполне развеивалась обычными фонариками и магией Мерлина.

Мерлин подсветил дорогу перед нами, а следом за ним с тихим жужжанием скользнули дроны Сайны.

Первое, что бросалось в глаза — отсутствие техноцита. Хотя, по идее, он здесь должен быть. Я как-то был уверен, что его наличие — база. Ведь, если техноцит исчезает полностью, а его функции не исполняют, Чёрную дорогу рано или поздно поглощает пересбор.

Я не поленился и вернулся обратно к сторожившим сектор проходчикам и задал этот вопрос, на что получил простой и понятный ответ:

— Да есть техноцит. Просто его у входа во время Ивента, видимо, смело, так что первый километр там пусто, а дальше постепенно появляется. Помощи только от него не ждите, большая часть не функционирует и игнорит чудовищ. Но пересбор удерживает, и на том спасибо, — ответил Заря.

Сплюнув и посмотревшись в Зеркало Мисы, летающее за ней тенью, я вернулся обратно на ту сторону, и мы продолжили путь.

Двадцать третий был неуютным местом. Доминирование цепи мёртвой магии сделало своё дело, и, казалось, даже стены здесь пронизаны страданием и болью. К тому же всё пространство у перехода несло следы боёв. Вырванные куски стен, отсутствие дверей в локациях, следы когтей и борозды от гусениц на полу, копоть от огня и запах, как после пожара на свалке. Воняло гарью, пластиком и совсем немного — какой-то неприятной органикой.

Пол тоже был усеян мусором. Куски перемолотых костей неведомых монстров, вырванные части механизмов и очень много каменной крошки.

Первые монстры не заставили себя долго ждать. Это были грубые, заляпанные кровью или красной краской механизмы — гуманоидный корпус, ноги с дополнительным суставом, руки с уродливыми когтями, вместо башки длинная шея изгибалась в одиночный алый визор.

Существа были собраны как попало, будто из кучи случайных железок со свалки металлолома. Но, тем не менее, было достаточно крепкими.

Их было где-то две дюжины. ЭМИ против них не работали, как с другими механизмами. Самым эффективным оказались плазменное оружие и кислота, а также сильная магия. Особенно магия — когда первые залпы оружия выдали слишком слабый результат и танки приготовились держать удар, Кель обрушил на роботов морозную волну с призывом кусочков льда. Это блокировало механизмы — вся их начинка и механика были открыты, и инородная материя внутри устройства приводила к его остановке.

Такого же успеха добились Лис, парочка тари с криотическим оружием и Кот — его металломантия оказалась настоящей имбой против этого вида чудовищ. Достаточно слегка деформировать металл, и монстры вставали статуей. Увидев это, Белая отдала приказ переходить на замораживающее оружие саахаров.

Криогенные кавитаторы оказались тоже весьма эффективны, не зря эта культура была здесь.

Наградой за бой стали фрагменты скверноботов. Именно ими и оказались напавшие твари.

— Механика с пустотой, две цепи, — резюмировала Белая.

— Слабо как-то, — отметил я.

— Скорее это мы сильные, — улыбнулся Странник. — Скверноботы сильный противник, даже на уровне двух цепей.

— А есть больше?

— Скверноботы — это общий закрепившийся термин, описывающий сплав механики с тёмными стихиями. В основном на бездне или пустоте. Хаос реже, такие перерождаются дискордантами.

— А это ещё что такое? — с опаской спросил я, вспомнив про генератор в пятнадцатом, который был как раз таким.

— Машины хаоса… жуткая штука, но в этих секторах они не распространены, так что забей. Это дальше, к секторам, захваченным хаосом. Пустота и хаос плохо уживаются вместе. Не зря и гибрид у них самый жестокий. Вот его мы, кстати, увидеть можем.

— Хтонии? — уточнил я. Так назывался гибрид этих стихий. — Ты как-то уже упоминал их, но без подробностей.

— Да. По логике, они должны быть ниже двадцатого. Они в списке десятка самых неприятных порождений Стены, вместе с ирреалами, айфолями и прочим.

Пройдя ещё с полкилометра, мы наконец увидели первые местные особи техноцита. Они представляли собой громоздкие механизмы, напоминавшие некий нескладный гуманоидный батискаф со странной головой — покрытой окнами визоров со всех сторон. Судя по конструкции, существо обладало обзором в триста шестьдесят градусов и не имело передней и задней части, вращая туловище как угодно.

Впечатление усиливали жгуты из чёрной энергии, напоминавшие о печальном опыте общения с ноктюрнальной силой. Но, к счастью, в бою нам с ними сталкиваться не нужно. Техноцит был абсолютно инертен и не реагировал ни на что.

Здесь нас ждала небольшая засада куда более неприятных существ. Нам не повезло сразу же столкнуться с первым представителем вида моргфреймов.

Существа разительно отличались от скверноботов, хоть и имели две общие цепи. Но, в отличии от ботов, здесь цепей было пять. Добавлялись некро, био и дух. И выглядело это на редкость мерзко, как и все эти существа. Окровавленное тело с восьмёркой рук некроморфа, ноги и зачем-то приделанное к заднице крупное колесо, размером во всю спину. Вместо головы же был какой-то кубический механизм с антеннами. В общем, смесь всего со всем.

Колесо оказалось самым важным в конструкции — с его помощью монстры очень быстро уходили в сторону и могли кружить, так что попасть по ним было сложно. Они поспевали уклоняться от оружия и тем более от более медленной магии.

Белая скомандовала стрелкам переключаться на тамарские рельсы — они сработали лучше, от их выстрелов ещё никто не сбегал. Правда, урон они тоже держали неплохо — повреждения тела игнорировали, ногами пользовались мало, а уязвимостью, по словам Белки, был металлический куб на голове.

Этот бой был намного более тяжёлым. Твари держали много урона, куб был хорошо бронирован, а руки, как оказалось, были нужны для магических печатей. Когда они приблизились и перешли к магии, стало тяжко. Быстрые движения монстров вызывали наведённую пустотой панику, тревогу и сбивали мысли. Думать становилось чертовски сложно, терялась концентрация и самое главное — координация движений.

Существа каким-то гипнотическим образом заставляли нас быть неуклюжими. Начинало шатать и сильно тошнить.

— Нэсса, купол! — скомандовал я, превозмогая головокружение. К счастью, она поняла, о каком именно куполе я говорю, и применила магию созидания.

Отлегло от сердца почти сразу же, а вестибулярный аппарат наконец успокоился. По телу понеслись чувства спокойствия и уверенности в себе — Альма начала накладывать пламя Асгора.

Посвежевший разум проходчиков начал вспоминать и о других возможностях. Кель начал накрывать область за пределами группы ледяными звёздами, Лис достал одного «поцелуем Морены», Белая стихийным контролем начала преобразовывать свой и чужой магический лёд в полосу препятствий для чудовищ, и мобильность перестала быть их преимуществом. Финалом стал «Хельхейм» Лиса, который из осколков льда призывал элементалей. Тем даже атаковать не было нужды — достаточно просто путаться под ногами.

На этом бой с монстрами был окончен. В плюсе — восемь фрагментов моргфреймов по имени «навигатор». Примечательно, что одного из чудовищ убил техноцит. В бою он участия не принимал, но когда моргфрейм оказался в полуметре от замершего стража Чёрной Дороги, тот вдруг молниеносно поймал существо огромной железной рукой, сдавил, переломив пополам, а затем сунул квадратную голову с антеннами куда-то под свой круглый шлем с визорами, бросив обезглавленное тело чудовища на чёрный пол.

После этого монстр снова замер и больше не подавал никаких признаков жизни. Но предупреждение вполне очевидное. И на расстояние меньше полутора метров к техноциту мы не приближались. Мало ли…

После боя мы отошли чуть назад, в одну из обнаруженных ранее широких пустынных локаций. Я думал дойти чуть подальше, но, в целом, начать спуск можно было и тут.

Гулять по этажам и спускаться честно мы не собирались. Тогда путь на двадцатый занял бы минимум пару суток. И пусть здесь монстры были нам пока по силам, это не повод попусту рисковать.

Долгий отпуск не был напрасным. Я знал, что нас ждёт, и продумывал путь вниз. Естественный спуск я отверг сразу. Создание нового древесного лифта идея интересная, но потребует постоянной обороны, и в конечном итоге дерево и его хранитель рискуют быть ассимилированными мёртвой магией и сойти с ума.

Оставался третий вариант — грубая сила. Так что Мерлин активно запечатывал свои силы в кристаллы. Войдя в крупную просторную локацию, вернее, небольшой хаб, стены которого были почти полностью разрушены.

Здесь мы выложили камни по кругу, чтобы проплавить по окружности крупный проход вниз.

Дальше, когда мы достигнем двадцатого, будем готовиться использовать «капли солнца» — аналог камней Мерлина от Софьи с запечатанными силами всех обладателей огня и света. Они нам понадобятся чуть позже.

Мерлин активировал синюю вспышку, и пол по центру локации прорвало синим кругом. Образовалась крупная дыра вниз с оплавленными стенками, где мы встретили нового противника. Система назвала их «проклятыми спектрами».

Обычно эти существа являются скоплением страданий замученных жертв. Здесь спектрами были люди в монструозных бронекостюмах, из щелей и дыр которых сочилась светящаяся жидкость — кровь спектров.

Несмотря на неразумность, у них было оружие, из которого существа могли стрелять. Снарядами служила, видимо, сама кровь спектров. Надежда отстрелять их сверху пала прахом. Противник открыл ответный огонь, выжигающий магические защиты и игнорируя энергетические.

Решением было… просто не попадаться. Раненые таким спектральным оружием сами перерождались частью воинства этих существ. Как и убитые, сразу же вызывая перерождение. К счастью, на нашем этапе развития лекари могли с этим справляться, благодаря перерождению Селены и очищению стихией цирруса у Альмы.

Бой был долгим. В первую очередь потому, что мы старались не рисковать попусту и не решились на штурм. Это бы позволило нам быстрее провести зачистку, но могло стоить кучи маны целителям и нервов бойцам. Благодаря осторожной тактике, кроме четырёх случаев, рейд не пострадал.

Сама локация оказалась примерно такой же по размерам, что позволило начать чертить аспидными кристаллами следующий круг прямо под предыдущим. Только диаметр взяли чуть больше — кусок упавшей сверху круглой плиты был неподъёмным, и убрать его мы не могли.

На семнадцатом этаже двадцать третьего сектора мы встретили новый тип монстров. Система назвала их некротами. Существа мне не понравились сразу. Фактически, спектры-некромеханы — некие светящиеся останки того, что прежде было человеком и породило спектра, и к ним были подключены многочисленные механические детали.

Система окрестила их прекурсорами моргфреймов, то есть некое промежуточное звено между ними и скверноботами. Но по ощущениям — встреченные моргфреймы этим чудовищам и в подмётки не годились.

Некроты сочетали в себе худшие свойства обоих видов существ. Некроты превращались в светящихся призраков, становясь неуязвимыми практически ни к какому урону. Но во время атаки были вынуждены обретать плотность, и тогда в ход шли сильные качества механической цепи. Чудовищная сила, многочисленные аугментации, встроенное в тело оружие… А атака быстрыми точными движениями механических тел были приговором в ближнем бою. Устоять смог бы наверное разве что Рейн или Серая.

Однако это только пол беды. Хостер Тихоня уничтожал всю разумную жизнь до пятнадцатого, но он не спускался ниже, так что здесь уже начинались первые проблески разума.

В данном случае это были проклятые некроты, то есть ещё и одержимые пустотой. Обвалив пол, мы увидели шесть фигур, которые просто сидели на полу, обняв голову и уткнув лица в колени.

Когда мы нарушили их покой обрушением потолка, они сразу же перешли к активным действиям. В ход пошли короткие порталы и магия трёх стихий. Пустоты, изнанки и их гибрида, который система окрестила делирием.

Почти человеческие лица киборгов-спектров были полны сильнейших эмоций. Они будто пребывали в панике, на их лицах горела печать ужаса, и нападали они так, будто пытались нас убить прямо таки любой ценой, охотно жертвуя собой и сородичами, лишь бы хоть немного нас зацепить.

Эффекты заражения этой дрянью были, как и у их соседей на этаж выше, так что достаточно и одного касания, чтобы стать таким же. Решалась проблема так же, но, тем не менее, наших из строя это выводило стабильно. Шестёрка мобов, а чуть позже выбежали ещё четверо, была равна по силам не хилому мини-боссу.

Это был самый тяжёлый бой из тех, что мы приняли в двадцать третьем секторе на текущий момент. Пятая часть рейда на время выбыла из строя, что многовато с учётом нашего немаленького количества и хорошей подготовке.

Подходящий тип урона подобрать так и не удалось. Их лишь самую малость цепляла магия звёзд, которой во всём рейде обладали у нас только Ильгор и Альренц. Ещё сработала ноктюрнальная энергия Нэссы, но у неё и копьё Летаргии не бездействовало, подобрав до этого незнакомую силу, выглядящую как светящаяся красная материя.

Один из некротов добрался и до меня. Короткий портал позволил ему оказаться рядом, минуя защитный круг. Я увидел перекошенное от страха лицо — существо будто боялось меня до одури, что не мешало пытаться меня убить.

Подоспела Тия, как мой личный телохранитель. В итоге существо убило Аморию и ранило Хантера, который шёл рядом со мной. Последнее говорило о том, что он не мог предсказывать их появление, что, впрочем, неудивительно для порождении пустоты, которые по легендам не имели судьбы.

Затем существо смогла отвлечь на себя Сетта, взяв на себя роль танка, а генетика корвитуса и силикатных существ делало её иммунной к большинству способностей существа.

В этот момент я смог достать существо майром, и одно из многочисленных улучшений клинка также нашло нужный тип урона, чтобы прикончить тварь.

На лице мёртвого чудовища читалась… благодарность за освобождение, от чего мне сделалось как-то паскудно на душе от мысли, что ощущали несчастные, послужившие основой для этой твари.

Ситуацию немного выправил клинок, знакомо завибрировав получением нового улучшения. Майр всё реже находил для себя достойную генетику, которую мог перенять. За это я получил на выбор два навыка — первый по описанию нарушал связи между цепями, и бонус к урону гибридной стихией делирия.

1. Ламинарность: вызывает разрушение связи цепей, увеличивая урон по существам со сложной структурой устройства. Бонус увеличивается согласно количеству цепей противника.

2. Касание делирия: добавляет клинку урон стихией делирия [пустота, изнанка]. Вызывает эффекты помешательства у противника.

Очередной гибрид пустоты мне был не сильно интересен, а вот первый навык казался потенциально полезным с учётом того, что мне предстоит бороться с представителями всё более и более сложных монстров.

Способность активировалась самостоятельно — клинок приобретал свечение согласно тому, насколько сложная структура была у противника. Это мы узнали уже на восемнадцатом этаже двадцать третьего сектора.

Корвитусы… верней, проклятые корвиталы — их родственники с чуть более усложнённой структурой. Тия попыталась с ними взаимодействовать, но здесь её прошлое создателя корвитусов оказалось бесполезно. Существа слишком далеко ушли от изначальной формы, созданной Таей, и имели дополнительно цепи пустоты и живой плоти.

Существа агрессивно нас атаковали способностью, напоминавшей оригинальный навык корвов, взрывающий плоть изнутри. Только теперь это работало намного быстрее, масштабней и по площади.

Когда в первые секунды боя они накрыли нас этой дрянью, превращая проходчиков прямо сквозь щиты в сгустки перемолотой плоти. Причём в отличии от знакомых корвитусов, не было никаких спецэффектов, так что даже непонятно было кто под ударом, пока не происходил взрыв.

Я понял, что меряться уроном с ними не хочу, и дал добро Наги накрыть локацию эрой полураспада. И даже этого оказалось недостаточно. Удалось прикончить может парочку попавших в эпицентр — у них раскололись светящиеся камни, заменявшие им голову.

Похожее существо мы как-то встречали в виде одного из бедствий, служивших Мёртвой Мечте в земле аномалий. Сейчас я решил ними не связываться. Взрыв Наги обрушил часть локаций вниз, чему я был только рад.

Мы перешли в соседнюю. Разведка сообщила, что там продолжается локация некротов, а этот противник хоть и был весьма неприятным, всё же являлись более простым, чем пустотные корвитусы.

После зачистки локации был обнаружен терминал нового типа. Увы, заражённый мёртвой магией и непригодный к использованию для всех, кроме одного члена рейда, и им на этот раз оказался не Наги.

Проклятый спектрально-механический терминал подарил Аселле стихийную форму спектра, которая сильно напоминала мотыльков Тии, только с белёсым фиалковым оттенком.

Было немного жаль — чистый спектрально-механический, судя по описанию, был интересным вариантом развития для меня, Сайны и многих других в Ордене. Но всем кроме Аселлы он выдавал гору побочек с заражением мёртвой магией и безумием. Аси выручили бонусы от Мракрии, и то, что я смог превратить её пустоту в две более мирные гибридные стихии «рока» и «цветов зла».

Отдохнув двадцать минут после терминала, пока бывший наместник техноцита была внутри, мы продолжили попытки спуска. Локации на восемнадцатом этаже были уже достаточно высокими, и узнать через пол о том, что ждёт нас внизу, не получалось. Слишком толстые плиты между этажами и слишком большое расстояние. Риск был неизбежен, а обилие мёртвой магии сводило на нет способности хантера.

Но на этот раз нам улыбнулась удача. Лока под нами, соседствующая с проклятыми корвиталами, принадлежала проклятому умертвию с названием «эхо войны». Некое перекати поле из черепов, паучьи лапки, руки некроморфа и обилие живой подвижной колючей проволоки.

Сильное существо, достойное своего этажа, но у нас был целый набор всего того, к чему оно было уязвимо. В первую очередь — свет, огонь и духовные очищения. Да и лезть к нам наверх им было очень неудобно, а дистанционных способностей умертвиям подвезли очень мало — они невесть откуда выстреливали оружием разного калибра и типа. Энергетические барьеры такие выстрелы за редким исключением не пробивали.

Так мы относительно спокойно оказались на восемнадцатом и приготовились к спуску ниже.

Девятнадцатый встретил нас аномалией. Это было некое сильное пустотное поле — локация была под завязку набита мёртвой магией. Её концентрат был таким, что вызывал сильнейшее желание немедленно покончить с собой, причём это казалось логически верным аргументированным решением.

Как предполагалось проходить такую локацию, мы так и не поняли. Тия при попытке прочитать историю локации «долиной голосов» выбыла из строя и ещё долго отпаивалась успокоительным чаем и навыком Альмы.

Однако решение такой задачи у нас уже было. Мы уже сталкивались с подобным концентратом в Сверхмиазмах. Тогда нас выручил легендарный посох Рены и способность Нэссы, которая его использовала в обход ограничения через растительное единство в связке со мной.

Сейчас же это было сделать легче — источник девушки был сильней, в арсенале было усиливающее зелье от Софьи, и существовал навык с защитным пологом, который можно было насыщать как ноктюрнальной энергией, так и созиданием.

Пытать удачу в соседних локациях не хотелось, приключений на сегодня и так уже было с избытком и начала подкатывать усталость, да и голод давал о себе знать. Поэтому я принял решение закрепиться здесь, несмотря на опасную аномалию. Нужно только немного переработать эту локацию, найдя и уничтожив источники мёртвой магии, покуда Нэсса держит «эгиду».

К счастью, у нас для этого было уже достаточно средств…

Обезвредить пустотную аномалию я сначала попробовал банальным выжиганием локации, потому маги чуток её подкоптили, а затем освятили помещение. Затем я активировал плетение биомов и преобразовал локацию под себя. К сожалению, это не избавило нас от эффекта, но я не сдался и призвал прямо поверх этого места убежище.

Это сработало намного лучше, и от сердца слегка отлегло. Стало гораздо спокойней и легче дышаться. Хотя лёгкая тревога всё равно довлела над сердцем.

Пришёл черёд выложить остаток синих кристаллов Мерлина, которые он с таким трудом заполнял при подготовке. Выгребли весь запас подчистую, чтобы собрать материалы. К счастью, многое он запасал на случай неожиданностей во время моего плена в Оазисе. Часть он не брал с собой в поход вниз, и вот это пригодилось.

Простого взрыва или магии было недостаточно, чтобы пробить такую толщу аделита. Выход на нулевые этажи всегда охранялся особо серьёзно. Вспомнился удильщик, устроивший прорыв ланцетов через десятый. Тогда это казалось чудом. Теперь же чудо творили мы сами.

Заключённое в камнях колдовство создало аномальную область магии цвета. Яркая синяя вспышка на несколько секунд перекрыла обзор, и я не видел ничего кроме аспидной синевы. А затем — мы увидели полумрак двадцатого этажа.

Вниз вылетело несколько дронов Сайны. Шесть экранов принялись транслировать происходящее под нами.

В руках девушки каменный цветок оставался почти прозрачным, за исключение лёгкого фиолетового оттенка. Но это было нормально для сектора. Здесь повсюду был лёгкий фон мёртвой магии, вызывая тревогу и подавленное настроение.

Дозиметр тоже молчал.

— Воздух в норме. Магический фон с лёгким уклоном в пустотность. Радиации нет, никаких излучений, которые мы можем фиксировать — тоже.

— Когда здесь правил Мракрия, сектор считался крепко спящим, — так говорила Аси об этом месте. — После падения правившего в двадцать третьем и двадцать четвёртом Шики от рук Хостера, Система запретила стартовать в этом секторе — смертность составляла сто процентов. Сектора Хостера все были спящими. Переход Ивента отсюда в двадцать второй сильно изменил Дорогу. И судя по тому, что техноцит не обновляется, наместник тоже не работает. Мрак бы за такое разжаловать в операторы.

— А кто здесь правил? Ты знала его?

— Наместником тут был Соурос. Мы не сильно общались, хоть и были соседями. Знаю, что он был пустотником с телом, собранным по подобию моргфрейма. Но, судя по всему, его здесь уже давно нет.

— Почему ты так думаешь?

— Травы нет. А она часть формирования солюра. Сдавать его в казну Короля — это долг каждого наместника. А здесь он позволил ей исчезнуть.

— Это так важно? Солюр это вроде как кристаллы маны?

— Его использовали как служебный ресурс для поддержания техноцита. Для Мрака он имел ключевое значение. Его техника работала в основном на нём. Да я и сейчас, когда мы проходим мимо двадцатого, собираю его.

— Как так вышло, что я пропустил такую важную деталь, когда мы оказались на двадцатом, — задумался я вслух.

— Это растение обладает особыми свойствами, — ответила Аселла. — И чтобы раскрыть его потенциал, нужны определённые условия. В частности, сильный перепад освещения. Наместник с правами менял настройки света, и часть суток весь двадцатый просвечивался лампами. Вся энергия, которая должна была распределяться за день, выходила за пару часов или меньше. Затем снова резкая тьма. Так со временем части травы во время перепада света начинают кристаллизоваться и крошиться. Эта крошка и есть солюр.

— Я видела его на рынке, — заметила Белая. — Цена не очень большая.

— Это часть метаболизма техноцита. Очень удобная форма энергии, не занимающая много места. Но я думаю, это не вся правда. Добыча солюра — одно из главных направлений работы во всех секторах. Ещё часть пыли каким-то образом оседает на этаже под нами. Потому там он собирал пыльцу специальными устройствами.

— Там же плита из аделита, — удивился Кот, кивая на пробой в полу, который стоил Мерлину всего остатка запаса своих кристаллов.

— Понятия не имею, но внушительная часть солюра собирается там в виде пылинок. По количеству его где-то столько же, сколько и наверху, по разному бывает, смотря, как кристаллизуется трава.

— Почему у меня такое чувство, словно я пропустил что-то важное на этом этапе развития?.. — спросил я у пустоты.

— Арк, есть контакт, — Сайна указала на один из экранов.

Приблизившийся к земле дрон высветил… нечто.

В моей ладони оказалась ладонь Белой, и я увидел системный текст «истинного имени».

Собиратель. Тип: хтонии [хтоническая химера].

Уровень угрозы: 45 677

Стихии: хаос, пустота, хтония.

Иммунитет: физический урон, магический урон, хаотический урон, бездна.

Защита: пустота

Уязвимость: не установлено

Способности: мгновенная регенерация, спектр стихийных форм, дестабилизация маны, дисгармония, вспышка псевдоэнтропии, контроль формы, сеть червоточины.

— Да, вот об этих существах я и говорил, — покивал Странник, глядя на жутковатое нескладное нечто.

Существо имело пять лап разного размера и формы и две громадные фиолетовые конечности, покрытые глазами и ртами. В центре всего этого было что-то вроде живого медленного пламени фиолетового спектра.

Существо что-то жрало, для этого прямо из огня выдвинулся розовый рот с языком. Затем тварь, подняв голову, спрятала её внутри тела и медленно пошла дальше по своим делам.

Передвигалось оно очень своеобразно — разного размера и формы лапы возникали по мере передвижения существа, тогда как другие, сделав свою работу, втекали обратно в фиолетовый огонь. Таким образом, конечности у существа были каждый раз разными.

— По сути, это чистый боевик. Хотя влияние на разум тоже должно быть, — сообщил Странник.

— Слышал о свойстве «дисгармония»? — спросил я у него.

— Иммунитет к магическим ловушкам и любым чарам длительного действия, — ответил Странник. — И разрушение в принципе любого ритуала. Снятие благословений тоже. Бич ритуалистов.

— А дестабилизация маны тогда что?

— Значит, что магия может сбоить. Сила заклинаний будет случайной, вплоть до потери сознания от магического истощения как после твоего легендарного посоха. Сложная магия может проваливаться или обращаться против владельца. В общем, я бы не рекомендовал рядом с ним колдовать.

— Вспышка псевдоэнтропии, контроль формы и сеть червоточины?

— Энтропия разрывает связи между молекулами. Как миазм… «распыляшки», — ответил он, и Сайна улыбнулась, услышав своё название самого страшного миазма Стены. Псевдо обычно означает, что эффект будет слабее оригинального. Два других навыка не знаю.

— Контроль формы — навык оборотней, — сообщила Белая. — Скорее всего, существо умеет менять внешний вид.

— Лол, это же и так очевидно, — хохотнул Мерлин. — Взорвать да и дело с концом.

— Прошу прощения, сеть червоточины — это навык звёздной магии, — неожиданно подал голос Альренц из группы Кота.

— Что делает?

— Ну, он многоцелевой, и там много подвидов. Это короткие мгновенные перемещения, или телепортация заклинаний для мгновенной атаки, или остановка чужой магии. И ещё есть атакующий подтип, создающий миниатюрные дыры в пространстве. Я так понимаю, крохотные порталы в места с опасными условиями.

— Для нас всё плохо, — хмыкнул я.

— Арктур, позволь мне заняться этим, — предложил Манри. — Нежить и растения лучше защищены от мёртвой магии.

— Тогда уж лучше технику, ей вообще пофиг, — улыбнулась Сайна.

— Главный вопрос тут, стайное ли оно, и как много тут таких. Не хотелось бы вызвать на наши головы гон таких монстров. С большой группой можем и не совладать.

Тем временем существо дожрало то, что его заинтересовало на земле, и спешно понеслось прочь от точки нашего перехода. Вид у этого был очень странный — будто фиолетовое облачко, летающее над землёй. Только фиолетово-розовые хвосты из лоскутов его кожи, будто ленты, телепались позади существа.

— Уходит, — констатировала механистка.

— Ну и чёрт с ним. Просто поставим укрепления на ночлег получше, — сказал я.

Остальная пятёрка дронов так и не нашла ничего, хотя успела отлететь на приличное расстояние. Этаж выглядел заброшенным, а это хищное облачко здесь, скорее всего, заблудилось, каким-то оброзом забредя с другого этажа.

Ещё раз всё взвесив, я отдал приказ:

— Спускаемся.

Первыми пошли механические куклы. Следом за ними — посыпались некродендроиды, для которых падение с высоты примерно в восемь сотен метров не было опасным.

На группу первопроходцев никто не спешил нападать. Три механические девушки стали в круговую оборону и принялись сканировать местность. Затем за их спинами выросли фигуры некродендроидов, среди которых выделялся Наги. Он первым рухнул вниз, рассыпался горсткой чёрного угля, а затем восстал во всём своём великолепии механического скелета.

Рейд занял оборонительную позицию. Но никакой угрозы всё ещё не было видно. Двадцатый оставался пустынным и мрачным местом.

Следующей группой прибыли обладатели стихийной формы в рейде. Остальные спускались на антигравах. Вскоре я уже был внизу и мог оценить обстановку своими глазами.

Двадцатый этаж казался безжизненным. Под ногами была трава, в основном чахлая, хотя кое-где ещё пробивалась прежняя слабо сияющая бирюза. Значит, условия для роста этой травы здесь были нарушены не так давно. Когда мы пролетали здесь на лангольере, море бирюзы ничем не отличалось от любых других владений Мракрии.

Что-то Тахион правит не очень, судя по этому запустению.

Я приметил хорошее место для лагеря. Оно попадало как раз в несколько лучей заходящего солнца снаружи Стены. Забавно, что у этого места было и своё солнце, искусственное. Но его силы едва хватало, чтобы посреди черноты погасшего неба вниз взирал безжизненный красный шар, который не позволял мраку стать абсолютным, но не более того.

Настоящее же солнце проникало сюда через дыры в Стене. Это была сеть крупных отверстий, причём сквозных. Получалось, что, проходя над гигаструктурой этой планеты, свет лился сперва с одной стороны, затем наступала короткая ночь, и он появлялся с другой и, скрываясь за горизонтом, погружал Стену в долгую ночь.

Так и не обнаружив угрозы, мы начали обустраивать укреплённый лагерь, на всякий случай готовясь к штурму. Как минимум, блуждающий монстр имел все шансы сюда забрести.

Расположившись на ночлег, я оставил подготовку дежурств на Белую и отправился с группой Кота и Тией на разведку. Возможно, одна из этих дыр — как раз оставлена моим ланголером. Впрочем, вряд ли. Мы поднимались не здесь.

Ближе к краю Стены бирюзовой травы становилось больше.

— Откуда вообще это растение?

— Из нашего с Мраком родного мира, — ответила Аси. — Она растёт в геотермальных оазисах. Большую часть дня ледяной купол держит их в тени, и получить свет они могут только в короткий период, когда солнце ровно над ними. Поэтому они как-то собирают в себя энергию про запас, от чего начинают светиться в остальное время. Но когда яркость больше, чем в их родном мире, они путаются и собирают больше, чем могут переработать.

Я присел рядом с небольшой бирюзовой лужайкой, окружённой сухостоем. Вступил в контакт с травой — действительно, ничего необычного в строении не наблюдается. Поэтому я прошёл мимо. Этой травой был заполнен весь двадцатый единым ковром, так что её очень легко счесть просто элементом декора или неким распространившимся естественным путём видом.

Однако растение действительно умело накапливать в себе свет. Активировав навыки гибридизации растений, я окунулся ненадолго в его устройство и вскоре нашёл нужное свойство. Действительно, там была привязка на определённый уровень освещения родной звезды. А наместники Мракрии устраивали на час-два в сутки то, что на десятом называли моулом. Один сплошной пересвет. Теперь понятно, зачем он тогда ломал устройство локаций.

Пройдясь вокруг лагеря, я так и не увидел ничего интересного. У стены бирюзовый ковёр ещё был жив, кормясь энергией от солнца снаружи. В остальных частях этажа света здесь сильно не хватало.

Кстати, как друид, я мог бы легко поправить этот биом. У меня уже были в арсенале растения, которые могли сами излучать свет. Добавить немного влажности и можно сделать самоподдерживающуюся биолюминесцентную экосистему.

Жаль, маны это потребует целую прорву… Этого я позволить себе не мог. Нам всё понадобится ниже, но уже завтра.

К нашему возвращению рейд, за исключением смены дежурства, уже сидел у костра, делясь впечатлениями о последних увиденных ими чудовищах.

Перекусили запечёнными грибами с картофелем, зеленью и одной летающей рыбой с необычным молочным нежным вкусом. Несмотря на то, что это был монстр с двенадцатого этажа, вкус оказался восхитительным, да и грибы, белые и некие голубые, не отставали. Сильван превзошёл самого себя.

Перекусив, я позволил себе на некоторое время отвлечься, общаясь с боевыми товарищами. Разговоры плавно перетекли к фантазиям на тему мира за пределами Стены и дальнейшего пути, когда мы выберемся отсюда.

Многие собирались открывать порталы в другие миры. Способности такого рода не были большой редкостью на нашем уровне силы. Другое дело, что Стена довольно быстро вычислит и вернёт нас назад при попытке побега. Странник подтвердил, что рано или поздно любой дверной проём или арка станут порталом обратно на Стену. Затем поделился, как его перенесло как-то принудительно, когда он прошёл под поваленным деревом в лесу.

Видимо, Система нас как-то отслеживала и не позволяла разбредаться по иным мирам надолго. И в таком ракурсе было непонятно, поможет ли избавиться от этого фактический выход из Стены, или это просто ритуал для самоуспокоения, который на деле ничего не решает?

После еды и отдыха — короткая медитация для восстановления запаса маны и сил, а потом сон. В призванном убежище заказал Сильвану прозрачные окна, чтобы любоваться чёрным небом с погасшим солнцем перед сном. Уснул, обнимая двух Тий. А проснулся спустя два часа от кошмара, который пожалуй будет даже похуже, чем те, которые насылают чернии.

Во сне я во всех подробностях ощутил процесс превращения в моргфрейма, когда механизмы меня разрывали на части, перестраивая тело по своему подобию.

Я проснулся от своего крика с бешено колотившимся сердцем и увидел рядом такие же бледные фигуры девушек. Не спал никто.

Вдалеке слышался странный скрежет металла о металл, который по тональности сильно напоминал крик.

— Сильван, — наконец вырвался я из цепких объятий кошмара и обратился к хранителю убежища. — Угроза есть?

— Нет — послышался ответ. — Это где-то далеко отсюда.

Одевшись, выбрался к сердцу убежища, где столкнулся нос к носу с Эстель и Софьей.

— Слышишь? — спросил я.

Она стояла с мокрыми от слёз глазами и тревожно смотрела вверх, запрокинув голову к стеклянному потолку развёрнутого убежища.

— Он плачет, — произнесла девушка. — Это песня отчаянья и боли…

— Ты знаешь, что это?

Искатель отрицательно помотала головой.

— Я просто чувствую, как он поёт…

— Это опасно?

Она задумалась, затем вновь покачала головой:

— Нет, не думаю.

Скрежет и неприятный механический вой не был таким уж громким, но почему-то сильно раздражал и мешал связно мыслить. Хотя, может, именно в этом и была суть.

Со мной редко такое случается, но в тот раз я не смог сдержать вспышку гнева на источник этого звука. Он навевал такую невыносимую тоску, что хотелось немедленно хорошенько напиться как минимум. Некоторые, кстати, именно так и поступили.

Решение наведаться в гости к источнику звука, сделав вылазку, пришло к нам почти одновременно, и вскоре небольшой рейд уже стоял на выходе из убежища.

Отставив пустую бутылку с алкогольной настойкой, Сайна предупредила, что жизни за пределами лагеря стало чуть больше. Один из дронов фиксировал неподалёку нечто вроде шарообразных крупных стрекоз. Они обитали где-то высоко над нами. Другой дрон со стороны двадцать второго сектора обнаружил небольшую стаю моргфреймов. Как и большинство из них — на редкость мерзопакостного образа.

Это был гуманоидный железный бот с антигравами, странной башкой, напоминавшей головку сыра со множеством торчащих по его поверхности визоров. Самой приметной частью был свисающий на полметра ниже левитирующего механизма плащ из отрубленных рук.

И стрекозы, и морги было очень сильным противником, но к нам вроде монстры не собирались и летели мимо по своим делам. А я к тому моменту уже пожалел, что решил покинуть уютное убежище.

— А источник шума? — спросил я у механистки.

— С этим сложнее. Я нашла вроде бы эпицентр, но ничего особенного там не вижу. Наверное, какая-то маскировка.

По мере приближения к источнику звука эмоции однако нарастали. Появилось сочувствие к существу, а скрежет перестал раздражать, начиная наоборот казаться даже отчасти мелодичным. Вот только на душе становилось совсем уж тошно. Голову не покидали мысли о собственных ошибках и тщетности попыток покинуть Стену.

— Что-то удавиться мне уже хочется больше, чем достать эту тварь, — посетовал Лис, и я был полностью с ним солидарен.

Наконец, за небольшим холмом из занесённых землёй машин, мы увидели свалку разбитых механизмов. Они наполовину утопали в болоте, плотно покрытом гнилой тиной и сухостоем. Пахло соответствующе.

В центре этой ямы был громадный массивный механизм, напоминавший трактор. Трубный вой раздавался именно с его стороны.

Торчавший вверх ковш был активен и, слегка подрагивая, будто перепуганный человек, издавал скрежещущие звуки этим ковшом, будто пытался то-ли кричать, то ли петь песню о своей судьбе.

— Судя по камерам, мы стоим на пустоши, — сообщила Сайна. — Это иллюзия.

Грустный трактор с ней не согласился. Её не вовремя сказанные слова переключили внимание существа на неё, и, заверещав теперь уже в угрожающей форме, монстр потянулся к нам механическими манипуляторами, которые начали вырываться из болота и пытаться нас ухватить.

Монстр поднимался из своего логова. И он оказался реально громадным, будто целый завод на железных лапках.

С меня будто наваждение слетело в этот момент. Я сразу вспомнил про то, что у меня есть мудрость природы, и что разведку можно было вести призванными существами, и что нам на самом деле нет никакого дела до того, что здесь обитает.

Но в этом, вероятно, и была ловушка. Обидно, у меня уже целая уйма всяких защит и сопротивлений от магии разума…

К счастью, монстр свои силы переоценил. И в результате долгого изматывающего боя мы всё же запинали этого мини-босса. Спектры-некроты были опасней, чем эта неповоротливая штука. Монстр брал живучестью и силой.

— Почему защиты не сработали? — спросил я, как только механический голиаф пал.

— Потому что это было воздействие на психику звуком, — пояснила Эстель. — Здесь нет ни капли магии разума. Только звук и пустота… Как у Хостера.

В этот момент, стоя над останками огромного моргфрейма, мы услышали новую песнь — вероятно, от его сородича где-то дальше по этажу.

— Надеюсь, никто не против хорошей музыки? — спросила Сайна и, не дожидаясь ответа, включила запись на ближайших к нам дронах. Послышалась тяжёлая гитарная партия и бой барабанов. Что-то из тяжёлого рока, который заглушал звуки чудовищ.

Это решение оказалось верным. Желание разобраться с ещё одной воющей тварью уже не возникало, тем более что и фрагмент у нас на всякий случай тоже был. Существо называлось «поющий старатель» и было моргфреймом, как я и думал. Кстати, то, что мы стали изучать его свойства после боя, а не до — тоже говорит о многом.

Вернулись в лагерь с музыкой, но настроение было унылым. В воздухе стояла тоска и некая безысходность. Мерзкое состояние, заставляющие задумываться о том, возможен ли спуск вниз вообще, а каждое последнее решение казалось спорным.

К примеру, мы могли спуститься на двадцатый на лифте и попробовать преодолеть барьер модулем ключа. Скорее всего, так мы попали бы сюда не так быстро, но во много раз безопасней.

Под бодрую музыку мы приступили к выполнению следующей части плана. Расчистили большой участок и собрали весь запас крупных магических ядер. Пробуждение и запуск лангольера каждый раз стоило огромных сил. Это было основной причиной нашей задержки — через посох Рены я вместе с другими магами Ордена и желающими помочь магами с десятого этажа передавал в накопители маны всю свою силу.

Восемь суток работы позволяли полетать на запредельном чудовище чуть больше пары часов. А ведь нам ещё предполагалось лететь наверх. Впрочем, по плану нам потребуется значительно меньше времени.

Когда все подготовительные работы были закончены, пришлось отвлечься на блуждающих монстров — тех самых механизмов с плащами из рук. Каждый имел уровень угрозы в тридцать тысяч, так что бой был не из лёгких. А после сражения я наконец запустил ассимилированное чудовище, и летающая зелёная фрикаделька ожила, поднимаясь с земли.

Товарищи скрылись в убежище. На вершине огромного монстра остались лишь четверо — я, Селена, Альма и Тия. Я ощутил связь с существом через растительную цепь и запустил движение зубов-пил. Лангольер поднялся и полетел в сторону дырявой стены.

Мы спустились ниже, за гигантскую фрикадельку, чтобы не столкнуться со стеной, и вылетели наружу. Обернулся назад и убедился, что лангольер оставляет дырки побольше, чем те, что были в Стене здесь до нас.

Теперь нужно было действовать очень быстро, экономя заряд сил чудовища.

Лангольер рухнул вниз, снижаясь до отметки, где по расчётам должен был проходить тридцать шестой. Я тщательно следил, чтобы рядом не было хтонических монстров. Но облик лангольера действовал на них одинаково отталкивающе. Никто не хотел быть закуской такого существа. Хорошо, что монстры не знали, что вывезти сражение с местной фауной у нас не хватило бы никакой энергии.

Блеф сработал так же, как и в прошлый раз. Для твари такого уровня здесь не было достойных соперников.

Снаружи Стена никак не делилась на этажи, так что нужное место мы высчитывали. Лангольер спустился на нужный уровень и открыл пасть. Фрактального элемента или энтропии у моего пета не было, так что жрать серьёзные системные барьеры, как его сородичи, он не мог. Но камни брал легко.

Зелёная фрикаделька втянула в себя кусок стены и прошла внутрь.

Без запредельной хтони не обошлось. По ту сторону было существо невероятной мощи — некие парящие фиолетовые лохмотья, из которых торчали светящиеся синие руки, над лохмотьями были металлические громадные наплечники и синяя дымка вместо головы. И тени от твари падали цветные и светящиеся вопреки всем законам физики света.

Существо развело в стороны руки, призывая некий громадный энергетический глаз со сложными руническими узорами и разрядами энергии внутри.

Чем бы это ни было, лангольер был чем-то похож на иммундусов — любую цель перед собой он сворачивал в шар и впитывал, как энергию, в пасть, напрямую поглощая магическими источниками. Это немного восполнило заряд источников, но потрачено на бой всё равно было больше.

Существо было здесь не одно, но второе и третье завершили свой путь почти так же. Четвёртое попыталось сопротивляться, и по моему пету прилетела мощная вспышка некоего незнакомого вида материи, напоминающей звёздное небо в форме слизи.

Затем противника постигла та же участь, что и его сородичей.

Жаль, с такой имбой нельзя гулять каждый день. Сражение вынудило потратить больше энергии, чем было запланировано, и вернуться назад энергии нам уже не хватит. Теперь нужно будет где-то переждать минимум дня три, чтобы восстановить потраченные лангольером силы.

Вопрос в том, как их провести, чтобы не нарваться на эффект выдавливания, которого на этом этаже мы можем уже и не пережить. Как-то в первый раз у нас это легче получилось…

Соскочив с лангольера, я отправил его в энергосберегательный сон, так, чтобы в случае нападения можно было его разбудить. Бегло осмотрел комнату — три двери. Тия сразу же принялась исследовать их, не открывая. На первую я наложил убежище и отдал через Сильвана приказ начать подготовку к проникновению в Оазис.

Все уже знали, что нужно делать.

Кристаллы Мерлина закончились. В ход пошло следующее средство, сделанное Софьей. Тия и Кот бережно вынесли ящик со светящимся солнечным концентратом. Заключённая в форму зелья магия с термическим эффектом. Она делала то же самое, что мы с Селеной и Альмой, расплавляя светом аделит.

На миг в локации стало ярко, как будто мы забрели в моул. Затем Сайна включила мощный вентилятор, который выбивал расплавленный аделит в сторону дыры в стене, и мы начинали по новой. Защитный слой здесь делался на совесть. Пробиться было сложней, чем на нулевые.

Но, тем не менее, работа заняла во много раз меньше времени. Втроём мы плавили стены на протяжении нескольких дней. Здесь же прошло всего четыре часа. Необходимо было сделать ряд приготовлений.

Шаг первый — проплавить дыру вниз. Внутрь нас, само собой, никто так просто не пустит. Хотя нашу беглую троицу может быть и пропустят, проверять пока рано.

Вскоре мы увидели знакомую до боли зону Оазиса, в котором прожили не одну сотню дней. За это время каждый из нас успел изучить это место вдоль и поперёк. Мы были не так далеко от перехода в двадцать второй сектор. Чуть ближе к краю Стены, где находилось поле, усеянное останками, появившимися тут из-за битв Ёрша с тварями Моря Костей.

Шаг второй — стена наружу, пробитая лангольером заменена на мои растения, которые могли имитировать стену или становиться прозрачными благодаря особой генетике. Древесный скульптор развернул специальный желоб, по которому жидкость равномеро единым потоком выливалась на стену внизу. Таким образом насыщенный магией раствор равномерно покрывал вертикальную стену, обнажая крупный участок со внешней стороны.

Я долго думал, где взять сплав, который будет выдерживать температуры выше аделита, пока Мордред мне не посоветовал решить вопрос с помощью магии, по тому же принципу, как делали истервисов, покрывая кости нежити сперва защитными рунами от огня, а затем заливали металлом.

Шаг третий. Установив разветвление, которое увеличило площадь покрытия зельем, мы вылили в него солнечный эликсир. Плавиться начал теперь уже широкий участок Стены, обнажая барьер.

Местные летающие твари этим не сильно заинтересовались, но их концентрация поблизости стала немного расти. Прилетели стрёмные птички и светящийся крылатый дельфин. Затем монстры устроили между собой сутолоку, а поблизости появилась первая стая падальщиков, гадающих, кто им сегодня достанется на обед.

Со следующим пунктом плана спешить было нельзя, нужно было угадать правильный момент.

Шаг четвёртый. Заготовленная приманка. Мясо, щедро насыщенное маной. Спускается на верёвке перед Стеной в тот момент, когда мимо проплывает существо с нужным типом урона.

Первая попытка, как вторая и третья — была провальной. Дважды монстр ел наживку без результата. Пробивать нам путь никто не спешил. Один раз — добычу перехватил монстр без нужного типа урона. На четвёртый — нам повезло. Существо, кушавшее приманку, само стало приманкой для другого существа, а затем стычка началась уже прямо перед Стеной со снятым аделитовым покровом.

Последние приготовления — Сайна усеяла место камерами, поставила небольшой автономный завод на потолке, который создавал крохотных роботов-разведчиков. В центре помещения — наши клоны. Бездушные тела, безвольно повисшие на подставках.

Шаг пятый. Наконец-то одна из тварей зацепила барьер, и счёт пошёл на секунды. Я знал, как быстро пробой в Оазис зарастает, потому медлить было нельзя. Как только появился пробой, Странник использовал самый быстрый и надёжный портал, который перекинул нас вниз.

Победа!

Вот уж никогда бы не подумал, что буду радоваться возвращению в это место.

Я снова был в темнице богов. Но теперь со всем рейдом, который проведу через убежище. Что я и сделал, создавая маной крупное помещение с вратами, и направил внутрь него навык.

Двери открылись мне навстречу, выпуская одного за другим всех проходчиков Ордена. Снаружи оставались лишь двое — Селена, которая наотрез отказалась спускаться в Оазис, и Амория, просто для связи на случай, если нас запрут как-то в Оазисе.

Главной проблемой для них теперь будет вытеснение. Мы наверняка с задачей не справимся быстро. Как минимум, нам придётся провести здесь несколько дней, чтобы восстановить ядра для лангольера. Тварюга была настолько прожорлива, что полный запас источников богов и множества магов, вложенный на протяжении восьми дней, был для неё лишь парой часов полёта.

С вытеснением предполагалось бороться переходом вверх, на зачищенные локации выше. Здесь была обустроена система баррикад, так что, когда станет понятно, что враг близко, девушки просто поднимутся выше и спустятся обратно, когда противник уйдёт.

— Так значит, вот где ты пропадал эту тысячу дней… — произнесла Тия, разглядывая окрестности. — Жаль, что не я была с тобой заперта.

— У нас будет перерыв дней на пять, так что есть время проникнуться.

— Пять дней? — удивилась она.

— Мы обсуждали такой вариант. Лангольер потратил часть сил на бой. Придётся делать остановку и восстанавливать заряд кристаллов.

— Так вот он какой, Оазис, — послышался голос Странника.

— Будьте осторожны, здесь могли остаться трипофии или улитки, — предупредил я.

Тем не менее, мы дошли. Наконец-то.

Шаг шестой — не расслабляться и позаботиться заранее о путях отхода. Локация над нами должна всегда быть под наблюдением проходчика, чтобы Система не пересобрала её. Пока там находятся Селена с Аморией, этого не случится. Но однажды придут чудовища, и тогда вся защита от пересбора будет во внимании ответственных людей, которые будут по графику следить за происходящим. Исчезновение подготовленной локации могло стать серьёзной проблемой для нас.

Дроны Сайны нарисовали карту и зафиксировали сперва дом Ёрша, а затем его терминал-ёж, служивший ему панцирем. На самой окраине, за пятьдесят километров отсюда.

Устройство, способное без негативных свойств вставлять ослабленные версии фрагментов сверхмонстров, ждало нашего возвращения нетронутым с тех пор, как мы в последний раз его видели.

Теперь оставалось главное — проверить и починить дистиллирующий терминал и поставить на нём себе созидательный лут с левиафана.

* * *

PS. Это финал тома. Осталось совсем чуть-чуть:3

Продолжим? https://author.today/work/590289