— Я достал вам места в академию Орнелл! — воодушевлённо провозгласил отец, доставая два пухлых конверта. — Не вздумайте посрамить честь рода Вивир. Тебя это особенно касается, Аврора, не забывай своё место и помогай сестре!

— Орнелл⁈ Папочка, правда, Орнелл? — восторженно воскликнула Виттори, отчего я непроизвольно поморщилась.

Сестра едва не вскочила со своего стула, позабыв о всяких манерах, и хлопала в ладони от счастья. Удивительно, что мачеха не отдёрнула её и не напомнила о приличиях. Впрочем, сама леди Жорзетта выглядела удивлённой. Она смотрела на отца, и явно не могла поверить его словам.

Верно. Академия Орнелл славилась своими выпускниками, и её адепты имели довольно перспективное будущее. Туда непросто попасть, зато легко вылететь, если не отдаваться учёбе и строить глазки парням. Виттори же, сестра моя ненаглядная, всегда стремилась только к удачному замужеству. Обучение её не интересовало, а вот студенты… Похоже, не только сводная сестра строила далекоидущие планы, но и отец.

— Я тоже смогу поступить? — осторожно уточнила я, сжимая под столом кулаки.

Не так давно мы прошли испытание Ступеней. Мой объём маны оказался ужасающе маленьким, и я едва смогла забраться на четвёртый уровень, который позволил считаться средним классом. Виттори, что не удивительно, ко всеобщей гордости получила шестой уровень и шанс на выгодную партию среди знати.

— Пришлось постараться, Аврора, — хмуро обронил отец, сводя тёмные кустистые брови и сверкая острым взглядом. — Поэтому ты должна хорошо постараться ради семьи, и всеми силами помогать нашей Виттори. Она не должна вылететь из академии, по крайней мере, пока мы не заключим помолвку.

— Вы хотите сказать?.. — я не могла подобрать слов, ведь наружу так и просились отборные ругательства.

«Они что, собрались протолкнуть Виттори за счёт моего обучения? Неужели они считают, что я смогу потянуть сразу два факультета⁈ Сумасшедшие!» — внутри я полыхала от гнева, однако снаружи сохраняла ледяное спокойствие.

Мне не впервой ощущать себя пустым местом, только вот никогда прежде от этого не зависело моё будущее. Я была благодарна за возможность поступить в академию, куда с моим уровнем невозможно поступить без блата, но Виттори… Она утянет на дно не только себя, но и меня. Словно одной рукой мне дали надежду, а второй тут же её раздавили и превратили в пепел.

— Какой факультет, папочка? Куда меня взяли? — изнывала от нетерпения Виттори, косо поглядывая в мою сторону.

Да чтоб у тебя глазёнки выпали, выдра рыжая. Я натянуто улыбнулась, тратя на это последние капли самоконтроля. Меня жутко раздражала манера сестры косить под дурочку, ну или ребёнка. В обществе и наедине она была вполне разумной, зрелой… змеёй. Причём умеющей ядовито кусаться словами и пускать яд в своих жертв, отчего все знатные барышни предпочитали дружить с Виттори. Никому не хотелось быть высмеянным и выставленным на потеху публике, что впоследствии могло вылиться в невозможность удачно выйти замуж и поднять свой статус.

— Этого не знаю, — покачал головой Вильям Вивир, кладя конверты на стол. — Вы пройдёте общее тестирование, как и все остальные поступающие, единственная поблажка — не станут смотреть на объём маны и уровень ступени.

— Значит, не обязательно, что мы будем учиться вместе с Виттори на одном факультете? — обречённо спросила я, понимая, насколько глубокой может оказаться пропасть между специализациями.

— Верно, — кивнул отец, а после сцепил руки в замок и поставил на них подбородок. Его цепкий, ледяной взгляд сначала скользнул по сестре, а после остановился на моей скромной персоне. — Аврора, твой объём маны слишком мал, поэтому постарайся не выделяться. Всё же, мне немалых трудов стоило получить для тебя допуск, и если кто-то начнёт задавать вопросы… У нас всех появятся большие проблемы.

— Я поняла, отец, — сухо сказала я.

Стойко выдержав его взгляд, не отводя глаз, мне даже дышать удавалось через раз. Вильям Вивир был ужасным отцом, отвратительным мужем, но хорошим магом и имел довольно тесные связи в аристократических кругах. Именно поэтому восемнадцать лет назад он смог притащить в дом своего бастарда, и при этом не утратил достоинство аристократа. Обычно мужчины его уровня оставляли незапланированных детей матерям, и, в лучшем случае, давали деньги на содержание.

Однако мне повезло, если смотреть со стороны возможного будущего в округе бедняков, и меня забрали. Я не видела свою мать, не знала, какая она и каково ей было лишиться ребёнка. Меня с раннего возраста растила Жорзетта, не забывая напоминать, как же они великодушны к такому отребью, вроде меня. И вся моя жизнь должна быть посвящена роду Вивир, что вырастил меня и дал кров.

Я росла. Впитывала всю ненависть мачехи и сводной сестры, что была лишь на месяц старше меня, и училась выживать. С детства усвоила урок — не высовывайся и останешься здоров. Они мечтали сломать меня, сделать марионеткой, которая послушно исполняет приказы и следует воле «хозяев». Только вот внутри что-то всегда сопротивлялось, давало силы встать, когда меня втаптывали в грязь. И этот незримый стержень год за годом впитывал в себя мои чувства, пока однажды я не перестала ощущать себя живым человеком.

— Можете начинать готовиться к отбытию в академию, — ворвался в мои размышления голос отца, отрезвляя и заставляя моргнуть. — Вам следует прибыть в Орнелл через неделю. Подготовьте всё необходимое, ведь домой вы вернётесь только через полгода — на зимних каникулах.

— Слушаемся, — хором произнесли мы с Виттори, после чего одарили друг друга недовольными взглядами.

Столовая, в которой мы находились, всё ещё ярко освещалась солнечным светом. Слуги безмолвными тенями стояли возле стен, ожидая приказов. А мачеха недовольно комкала уже вторую салфетку, превращая кружевное великолепие в кусок облезлой ткани. Ей не понравились новости, которые прервали обед. Только вот права слова Жорзетта не имела, не в присутствии отца, который не терпел женского своеволия. Даже к жене, которая терпела все похождения к любовницам, бордельным девкам и азартным играм.

Возможно, роди мачеха сына, что-то бы поменялось. Но это так и осталось её несбывшейся мечтой, а я, в тайне, лелеяла мысль: «Это кара Милостивой богини, за плохое отношение ко мне. Злым людям не дано иметь желаемое, пока их путь не исправится».

«Наверное, я тоже была плохой. Злой, отчаявшейся, и с ледяным сердцем. Ведь мою любовь к этой семье растоптали, ещё когда она только зарождалась невинным ростком в детском сердце. Так не стоит ожидать после этого, что я стану жалеть своих мучителей и желать им счастья вопреки всему».

С этими мыслями я покинула столовую, возвращаясь в свою комнатушку. Собирать мне было нечего, так что всё оставшееся время до отправки в академию я изучала книги. Всё, что смогла найти в библиотеке и относящееся к магии. Впереди мне предстояло тяжёлое испытание — не позволить Виттори вылететь из Орнелл, ещё и самой не запустить обучение. Я не представляла, как справлюсь со всем, однако другого выбора не оставалось. Лишь закончив академию, я смогу навсегда покинуть этот дом и начать собственную жизнь вдали отсюда.

…Два года спустя…

Карета мерно покачивалась, слегка подпрыгивая на кочках. Льющийся из окошка свет раздражал, как и крики за пределами моего порядком поднадоевшего транспорта. Я давно перестала выглядывать наружу, разглядывая однотипный пейзаж, и теперь лениво перебирала вещи в чемодане.

— Ножи… зелья восстановления… Нижнее бельё… — бормотала себе под нос, методично складывая всё по местам. — Надо будет докупить пишущие перья, тетради и прочую чепуху… Ещё один тяжёлый год на подходе…

На последних словах я не смогла удержать тяжёлый вздох. Верно. За плечами уже два курса академии, а по ощущениям все четыре. Поступая вместе с Виттори, я предполагала, что не обойдусь обычными домашками. Но реальность оказалась куда печальнее, ведь на меня повесили и курсовые, и рефераты, и даже контрольные, в которых можно было списать. Невероятная наглость сестрёнки поражала, но я и слова против не могла сказать.

Приказ отца, чтоб его разломные твари задрали.

Зато благодаря «драгоценной» Виттори, я могла без проблем выжить. Поступив на целительский, она всячески отлынивала от учёбы, зато активно охотилась за парнями. А вот меня распределили в самую отстойную — по мнению многих студентов — кафедру. Наёмники. Боевики, которых небеса обделили большим объёмом маны, но которые могли неплохо сражаться с тварями в Пустошах.

Ну, это те, кому прям не повезло, ведь многие попросту шли в телохранители или охрану. Мне, как женщине, было необязательно отрабатывать пятилетку в Пустошах после обучения. Но я всерьёз рассматривала это как возможность сбежать от семейки, которая явно считала меня полезной вещью.

Заскрежетав зубами, я раздражено захлопнула чемодан. Всё хорошее настроение улетучилось, стоило карете выехать на главный тракт. Колёса застучали по брусчатке, лошади прибавили шаг, и меня качнуло вперёд. До академии рукой подать, ещё каких-то полчаса, и мы достигнем городка вокруг Орнелла. А там и Виттори… После изнурительной практики, что заняла всё лето, я меньше всего на свете желала видеть сводную сестру.

Послышался гомон толпы. Он усиливался с каждым метром, и вскоре карета встала. Извозчик извинился, но высадил меня. Перехватив поудобнее ручку чемодана, я соскочила на брусчатку. Непривычно свободное платье колыхнулось на ветру, слегка оголяя щиколотки. Приложив ладонь к глазам, я уставилась на величественное здание переде собой.

Орнелл.

Место великих магов и их учеников, что уже на протяжении сотен веков даровало миру специалистов. Замерев, я всё никак не могла насмотреться на высокие шпили башен. Стоя посреди потока студентов, что огибали меня подобно потоку воды, мне не удавалось отделаться от дурного предчувствия.

Я уже не была той первокурсницей, которую приняли в стены академии, закрыв глаза на уровень ступеней. Мои знания, полученные кропотливым трудом, позволяли уверенно держаться в пятёрке лучших на своём факультете. Но ступая на территорию Орнелла, внутри меня всё сжималось от тревоги. Каждый раз, как только мне предстояло войти в огромные ворота, иссечённые сверкающими охранными рунами, я дрожала от страха.

Вдруг, вот именно сейчас, меня решат вышвырнуть? Отчислят, как недостойную магессу.

Больших трудов стоило взять себя в руки и пойти дальше, пересекая охранный купол. Я помню, как два года назад впервые ощутила его воздействие на свою ауру. Он проверял каждого, кто заходил в академию и изучал изнутри. Словно ковырялся в мыслях, дабы удостоверится в добрых намерениях.

Вот и сейчас, стоило пересечь невидимую черту, как мозг сжался. В голове возник холод чужого вмешательства, напоминающий порыв ледяного ветра изнутри. Я уже шла дальше, а мороз проверки продолжал изучать моё тело и вещи. Противное ощущение медленно ходило на нет, не найдя опасных предметов и мыслей. Как только ко мне вернулось тепло, я облегчённо вздохнула.

— Ну слава милостивой богине, — прошептала себе под нос и уже увереннее зашагала в сторону общежития.

Мимо меня пробегали стихийники, одетые в летнюю спортивную униформу, и явно решившие начать тренировки пораньше. Их ярко-алые нашивки в виде языков пламени, с золотой окантовкой, сверкали в лучах солнца. Хлопнув себя по лбу, я вытащила из потайного кармана свою эмблему и зацепила за ворот платья. Чёрный ворон, символ нашей кафедры наёмников, презрительно смотрел на студентов.

Целители, видимо, новенькие, в своих салатовых мантиях аж поморщились, увидев моего ворона. Не любят нас, что уж скрывать. Великая академия не должна была принимать в свои стены слабаков — так считали многие аристократы. Однако сами магистры имели другое мнение, так что даже для нас находилось место.

Академия, с высоты полёта виверны, напоминала пятиконечную звезду. Прямо по центру располагалось административное здание, куда никто не стремился попадать. Всё же, ректор Аластор славился своим тяжёлым характером и непереносимостью хулиганов.

Лучи звезды отдали под нужды факультетов, а там уже шла «война» за лучшие места для кафедр. У наёмников самая маленькая территория, зато внушительный подвал для тренировок. Впрочем, у стихийников целый полигон для тренировок и отработок заклятий. Что сказать, будущая военная элита и главные защитники от проклятых тварей. Нам не тягаться с ними в значимости, силах и возможностях. Хотя многие мои однокурсники устраивали дуэли.

— Жаль, что ни разу не выиграли, —вздохнула я, вспомнив последнее позорное поражение Лукаса, нашего лучше мага среди наёмников.

— Неужели это моя сестрёнка? — Раздался за спиной приторный голос Виттори.

«Бездна! Только её не хватало!» — застонала я, натягивая на лицо улыбку и поворачиваясь к сестре.

Вот же… Она стояла в окружении своих подруг-подпевал, даже не сменив одежду на целительский балахон. Рыжие волосы сверкали от украшений, а роскошное платье больше подходило для бала, чем для коридора магической академии. Её подружки, Лайза и Элеонор, напоминали пёстрых птиц, по ошибке залетевших в это место.

— Виттори! — воскликнула я, словно действительно была рада встрече. — Какими судьбами… в луче боевиков?

— Я так волновалась о тебе! — притворно всхлипнула змеюка, прикладывая ладонь к лицу и скрывая за ней надменную усмешку. — Отец с матушкой тоже места себе не находили, ты ведь не посылала весточек с практики… За все три месяца мы не получили ни одного письма… Вот и закрадывались мысли: вдруг тебя волки задрали… Или кто похуже, всё же, в твоей группе практически одни парни…

«Стерва!» — вспыхнул во мне гнев, но я не позволила своей улыбке дрогнуть.

— Прости уж, «сестра», в той глухомани пришлось справляться без почты, — виновато ответила, даже покраснев для правдоподобности.

Опустим тот факт, что это был румянец гнева, а не стыда. Меня действительно отправили в зад… к лешему на кулички. Только вот моя команда состояла из девушек, и куратора Виллира, который тщательно следил за нами. Нас гоняли и в хвост, и в гриву, но это позволило значительно поднять боевые и тактические навыки. Парням оставалось только локти кусать от несправедливости, поскольку Виллир был лучшим в своём деле и ценился за потрясающую карьеру боевого мага.

— Я рада, что ты вернулась целой и невредимой, — ласково улыбнулась Виттори, сверкая зелёными глазами, и подошла ближе, чтобы только я могла её слышать: — Ведь впереди третий курс, я не справлюсь без твоей помощи, сестричка.

— Даже не сомневаюсь, — едва слышно хмыкнула я, за что тут же поплатилась.

Мой чемодан с глухим стуком упал на каменный пол коридора. Проходящие мимо студенты могли наблюдать «прекрасную» картину: я, стоящая среди высыпавшихся вещей, разбившихся склянок с зельями и сверкающими ножами, и смущённая Виттори. Змеюка хлопала глазами, как невинная овечка, хотя это именно она всего мгновенье назад магией выбила чемодан из моих рук.

— Как неловко… Прости меня, Аврора! — всхлипнула эта актриса, после чего попыталась поднять мои вещи, но при этом ещё сильнее их испортила.

— Богиня, Виттори, что же ты делаешь? — закудахтали подпевалы сестрички, увидев, что та вновь тянется за моими вещами. — Оставь эту неудачницу и пойдём скорее! Мы ведь собирались посмотреть на…

— И то верно, пойдёмте скорее, — резко оборвала подруг Виттори, смахивая невидимую пыль с рук и вливаясь в пёстрый цветник пышных платьев. — Ты ведь справишься самостоятельно, сестричка?

— Конечно, — натянуто улыбнулась я, мечтая запустить в надменную физиономию парочку зелий. — Спасибо, что волновалась обо мне. И родителям передавай, что я благополучно вернулась обратно в академию.

Повсюду слышались смешки, под которые я быстро собирала рассыпавшиеся вещи. Верно. Виттори даже здесь успела создать себе определённую репутацию, из-за чего я страдала вдвойне. Нередко наши стычки заканчивались моим прилюдным унижением, на которое я не могла ответить. Превратив меня в этакую подушку для битья, сестричка-змея явно ощущала себя королевой.

Поначалу я ещё трепыхалась, но одного письма от отца хватило, чтобы прекратить. Угрозы, похоже, семейная черта Вивиров. Так что пришлось сжать зубы, и просто стараться свести к минимуму встречи с Виттори. Получалось отвратно, ведь змеюка вылавливала меня в коридорах академии, стоило кому-то испортить ей настроение. Повезло, что её домашку приносило родовое заклятье, хоть в этом позволяя не отсвечивать.

На моё плечо легла тяжёлая рука, отчего я вздрогнула и резко обернулась. Из рук выпали тетради, но меня это не волновало. Наставник Виллир. Его тёплый сочувственный взгляд скользнул по мне и разбросанным вокруг вещам. Волна стыда за собственную слабость прошлась от кончиков ушей до самых пяток. Я старалась не показывать эту сторону наших сестринских отношений перед преподавателями, старательно избегая позора.

А уж наставник Виллир, после практики, так и вовсе заставлял моё сердце трепетать. Теперь было дико стыдно сидеть перед ним на корточках, показывая свою слабую сторону. Все три месяца летней практики я старательно выстраивала образ собранной, сильной и уверенной наёмницы. Той, кому не страшно подставить свою спину и довериться.

— Аврора, ты в порядке? — обеспокоенно спросил наставник, помогая мне подняться. — Кто это сделал?

— Всё под контролем, магистр, — отчеканила я, старательно не отводя взгляда. — Я оступилась, никто не виноват.

Повезло, что все свидетели поспешили уйти. Никому не хотелось давать показания о травле адептов в стенах академии, ведь тогда и им прилетит слабое, но наказание. Так что с приходом наставника коридор крыла опустел, словно наступила ночь, и нас никто не видел. Проведя рукой над вещами, я произнесла лёгкое заклинание, после чего всё поднялось в воздух и сложилось обратно в чемодан.

— Совершенствуешь бытовые заклятия? — заинтересовался Виллир, одобрительно улыбаясь. — Похвально, во время практики тебе недоставало этих знаний.

— Верно, — пристыженно пробормотала, вспомнив несколько курьёзных случаев, после которых и засела за учебниками.

— Молодец, Аврора, — улыбаясь произнёс наставник, а после легко потрепал меня по плечу. — Советую поспешить и отнести вещи в комнату. Скоро начнётся приветственная речь ректора, и её нельзя пропустить.

— Слушаюсь, — коротко ответила я кланяясь.

Я смотрела вслед уходящему наставнику, чувствуя, как всё сильнее краснеют щёки. Не зря его считали самым лучшим преподавателем в академии, особенно девушки. Подобно всем эльфам, Виллир обладал невероятной притягательностью. А помня, какое сильное и подкачанное тело скрывалось под бесформенным балахоном, даже у меня проскальзывали неправильные мысли.

Я загоняла их как можно глубже в сердце, боясь, признаться самой себе в том, насколько мне нравился этот мужчина. Первая, детская и наивная влюблённость, никогда не заканчивалась хорошо. Да и будущего у нас не могло существовать ни при каких обстоятельствах, ведь я реально оценивала свои шансы.

Внебрачная дочь, ещё и средней ступени, не пара состоятельному магистру боевой магии. Что уж говорить, даже наёмником он стал по собственной прихоти. Его объём маны соответствовал высшей ступени, и только боги знали, что его заставило пойти преподавать в академию Орнелл. Печально вздохнув, я постаралась выбросить из головы образ блондина с острыми длинными ушами и пронзительными голубыми глазами.

Окинув беглым взглядом коридор и убедившись, что никого нет, я ударила себя по лицу. Боль отрезвила. Хватит мечтать, дура, — до речи ректора осталось не так много времени. Не хватало ещё выговор получить за опоздание, а то и наказание.

Сжав посильнее ручку чемодана, поспешила в сторону общежития. Здание боевого общежития находилось неподалёку от луча. Туда вела довольно широкая тропа, облагороженная кустами-охранниками. Те пристально наблюдали, поворачивая чёрные бутоны-головы, не забывая клацать «зубами». Эти чудо-цветочки не один зад пожевали, напоминая, что являются грозными стражами Орнелла.

Проходя мимо одного особо настырного цветка, я чудом успела отдёрнуть чемодан в сторону. Пасть клацнула в воздухе, и разочарованно опустила бутон. Пригрозив озорному созданию пальцем, я ускорила шаг. Перед общежитием уже виднелась целая толпа девушек, которые возмущённо роптали на Хранителя Лос. Лишь дойдя до адепток, мне удалось услышать подробности всеобщего негодования.

— Как это закрыли?.. Почему?.. Накажите виновных, и дело с концом, почему мы должны жить в другом общежитии⁈

Полупрозрачный Хранитель просто разводил руками, без конца объясняя, что общежитие не пригодно к заселению. Дух, некогда бывший привлекательной женщиной средних лет, указывал на внушительный белый лист на дверях. С такого расстояния я не слишком много могла прочитать, ещё и мельтешащие перед глазами головы мешали. Так что пришлось работать локтями, распихивая товарок по несчастью.

'Закрыто на ремонт.

Для расселения по новым комнатам обратитесь к коменданту.

Срок ремонтных работ — не известно.

p.s. Кто запустил в водопровод призрачного Гликканского слизня будет строго наказан.

p.p.s. Урою гада! Вся система труб загажена слизью и дерьмом!'

Прикрыв рот ладонью, я нервно хихикнула. Кажется, я догадываюсь, кто это был. Помнится, перед окончанием учебного года один из наших поспорил со стихийниками, что без проблем сможет проглотить Гликканского слизня и выжить. Не знаю, чем там всё закончилось, но итог невероятен.

Мы изучали этих тварей, поскольку они часто водились в Пустоши. Противные, полупрозрачные слизни, от которых исходит слабый ядовитый газ. От одного вреда немного, но они очень быстро размножаются и уже группой с лёгкостью убьют не один десяток людей.

Так что Хранителю и мастерам не позавидуешь, да и нам тоже, честно говоря. Вздохнув, я смиренно направилась к хмурой комендантше общежития. Грундиль — строгая дама, держащая всех адептов в ежовых рукавицах. Она искусно владела не только бытовой магией, но и промывкой мозгов. Не зря заканчивала факультет медиумов. Провинись или испорть что-то, пока живёшь на её территории — готовься к унизительной работе на благо академии.

Распределение шло полным ходом. Перед кабинетом Грундиль столпились адепты, я даже видела знакомые лица. Пока девушки толпились и спорили с Хранителем, парни вовсю острили касательно письма на дверях общаги. Я ожидала, что мы проторчим здесь кучу времени, однако уже через час мне выдали листок с новым номером комнаты.

«Целительский луч. Комната 303».

«Бездна! — выругалась я, глядя на листок. — Надеюсь, меня не подселили к Виттори!».

Дорога до целительского луча заняла некоторое время, но я лишь переживала за будущую соседку. В Орнелле селили по два человека, разделяя только на факультеты и по половому признаку. У каждого луча имелось своё общежитие, дабы не провоцировать лишние конфликты. Именно это давало мне шанс передохнуть от придирок и заданий Виттори. Теперь же я вполне могла очутиться в её комнате, по «доброте» душевной комендантши.

Передёрнув плечами, отгоняя дурное предчувствие, я ускорилась. До приветственной речи оставалось совсем немного времени. Звук моих шагов был едва слышен в общем топоте таких же спешащих адептов.

Зеленоватое здание четырёхэтажного общежития целителей вынырнуло из-за деревьев. Я даже не сразу заприметила его, настолько оно сливалось с окружающим миром. У входных дверей уже виднелась небольшая очередь в мантиях стихийников, наёмников и призывателей. Я пристроилась в конец толпы, нервно поправляя рукава. Отовсюду слышались перешёптывания, среди которых я улавливала знакомые имена.

Очутившись перед строгим хранителем — мужчиной с надменным взглядом и длинными светлыми волосами — я затаила дыхание. Он придирчиво осмотрел меня, отмечая эмблему с вороном, а после отодвинулся от прохода. По моей ауре прошлось сканирующее заклятье, которым меня проверил хранитель, а после донеслось его суровое напутствие:

— Не создавайте проблем, адептка Вивир. Ваша комната на третьем этаже, ступайте.

— Благодарю, — машинально кивнула я, проходя внутрь.

Мне казалось, что воздух замер. В нос продолжал забиваться аромат настоек и трав, повсюду слышались голоса и возмущённые крики целителей, которым теперь пришлось делить территорию с боевиками. Никто не был рад новостям и временному объединению, разве что дурочки подобные моей сестре. Виттори явно пребывала на седьмом небе от счастья, получив законную возможность почаще сталкиваться с потенциальными женихами.

Стайки таких охотниц уже переминались у большой лестницы, зорко выслеживая красавчиков с моего факультета. На адепток они смотрели с открытой неприязнью, чуть ли не плюя вслед. Меня сея участь тоже не обошла, я прекрасно расслышала недовольное цоканье за спиной, когда поднималась по лестнице.

— Третий этаж… третий этаж… — бубнила я себе под нос, отсчитывая ступени.

Ровно тридцать шесть ступеней мне пришлось преодолеть, дабы очутится на третьем этаже. Здесь было не так шумно, как на первых двух, и царил полумрак. Сжав покрепче ручку чемодана, я направилась на поиск своей новой комнаты. Коридор казался бесконечным, но мне не привыкать, уже не впервые мне доводилось жить на задворках дома.

«Комната 303».

— Наконец-то! — выдохнула я, когда достигла почти конца левого коридора.

Нервно сжав медную дверную ручку, я медленно открыла дверь. Затаив дыхание, больше всего на свете боялась увидеть Виттори. Однако комната была пуста. Облегчённо выдохнув, не беспокоясь, что буду услышана, уже смелее вошла внутрь. Идеальная чистота. ДУмала сказать я, пока не увидела вторую половину спальни.

Хаос.

Чистый, беспросветный и идеальный. Видимо, чистая половина отныне принадлежала мне, а вот соседка… Там сами разломные твари лапы поломают. Кровать была застелена тёмным покрывалом, на тумбочке гордо стояла банка с заспиртованными… пальцами? Нет, наверно, я ошибаюсь. Понять, какой цвет у стены, не представлялось возможным — её всю покрывали записи, схематические рисунки и зарисовки частей тел.

— Вот же… бездна, — выругалась, не в силах сдержать своего удивления.

В одном я теперь была спокойна — соседка точно не Виттори. Та в жизни не видела столько учебных материалов, сколько здесь просто валялось повсюду. Да и от одного вида натуралистично изображённых частей тел и внутренностей, той бы поплохело.

Моя соседка или сумасшедшая, или заучка, или все вместе. Приняв это как данность, я быстро бросила чемодан на свободную кровать. За всеми этими «украшениями» я не сразу заметила дверь в ванную комнату. Она пряталась в тени шкафа, куда я сложила скудный запас нарядов на этот год. В целом, ничего примечательного в этом общежитии не было. Всё то же самое, что и в нашем. Так что много времени на привыкание не потребовалось, а вот с соседкой, скорее всего, будет тяжело ужиться.

— Я так понимаю, ты моя новая соседка? — раздался равнодушный голос от двери.

Подпрыгнув от удивления, что не услышала, как скрипнула дверь, я резко повернулась к говорившей. Девушка, непримечательная, если судить по первому впечатлению. Чёрные волосы она собрала в небрежный пучок, на носу большие очки в роговой оправе, которые адептка постоянно поправляла. Целительская мантия на ней сидела как мешок, хоть и должна была просто свободно струиться по телу.

— Меня зовут Аврора, — представилась я, поправляя только надетую перед приходом соседки мантию чёрного цвета. — Надеюсь, мы поладим.

— Файлин, — бросила девушка, проходя мимо и бережно поправляя жуткую банку на тумбочке. — Тоже на это надеюсь. Ты с боевого? Стихийник? Призыватель? Часто к целителям бегаешь?

— Наёмник, — коротко ответила, цепляя на мантию чёрного ворона. — Богиня миловала, к целителям ходила только в первый год обучения.

— Как жаль… — разочарованно протянула Файлин, окидывая меня внимательным взглядом. — Значит, риск получить тебя в подопытного крайне низкий…

— Подопытный? — уточнила я, стараясь скрыть нервные нотки в голосе.

— Да, — кивнула девушка, улыбаясь словно маньяк-убийца. — Я как раз исследую новые яд… кхм… виды лекарств для быстрой регенерации. Есть прогресс, но вот пробовать никто не хочет. Прошлая соседка оказалась из слабеньких, почти сразу попросилась в другую комнату.

— Хм, на основе каких трав и заклятий? — заинтересовалась я, помня, какими бывают бесполезными многие хвалебные зелья и настойки.

Мы много перепробовали за время практики, некоторые просто оказывались слабыми настойками, некоторые напоминали по эффекту глоток воды. Бесполезные, одним словом, но дорогие. Я давно начала понемногу пить яды, вырабатывая иммунитет. Да и большинство трав на меня не действовали, поскольку наёмник должен обладать невероятной невосприимчивостью ко всему подобному.

— О, ты точно хочешь узнать? — воспрянула духом соседка, но её прервал громкий сигнал сбора. — Эх, ладно, мы вернёмся к этой теме чуть позже.

— Хорошо, — с улыбкой ответила я, идя к выходу.

Не успели мы выйти в коридор, как мир перед глазами поплыл. Внутри прокатилась волна жара, сопровождающая чужое заклятье, а эмблема на груди вспыхнула ярким светом. Тело дёрнуло в сторону, а после, с тихим хлопком, нас утянул портал. Резкий переход закончился, ожидаемо, тошнотой. Стоило тьме рассеяться, как я увидела огромный зал для торжеств. Повсюду слышались стоны и бормотания проклятий, ведь телепортация всегда довольно сильно била по организму.

Файлин стояла рядом со мной, согнувшись пополам и едва удерживая в себе содержимое желудка. Меня и саму мутило, ноги напоминали свинцовые гири, но я всё же удержалась от демонстрации собственной слабости.

Не успели мы толком отойти от переноса, как свет приглушили. Лучи магических светильников устремились к подиуму, что возвышалась в дальнем краю зала. По колонам, удерживающим куполообразный потолок, струились сверкающие охранные чары. На мраморном полу тоже расползались древние руны, напоминая, что творить заклятья в этом месте могут только преподаватели.

— Дорогие адепты! — громогласно произнёс ректор, стоя на подиуме. Голос, усиленный магией, звучал слишком строго и хладнокровно. — Прошу прощения за столь внезапную телепортацию, но времени ждать вас всех у меня нет. Меня срочно вызывают маги ассамблеи, так что ежегодная приветственная речь будет короткой.

Вокруг загалдели адепты, переглядываясь между собой. Но стоило ректору Аластору поднять руку, как все голоса смолкли. Прокашлявшись, он обвёл нас взглядом и продолжил.

— Поздравляю всех поступивших, надеюсь, спустя четыре года ряды магов пополнятся настоящими бриллиантами. Все стоящие в этом зале вытянули счастливый билет, но не обольщайтесь — только труд и упорство позволят вам закончить Орнелл.

Замолчав на мгновенье, явно давая всем новичкам осознать своё положение, ректор усмехнулся.

— В этом году нашему славному Орнеллу выпала честь организовывать международный Турнир магии. Через месяц к нам прибудут маги из других королевств, так что не посрамите честь академии. Также, у боевого факультета есть две недели, чтобы подать заявку на участие в Турнире. После этого мы с магистрами отберём пятёрку лучших адептов, которые представят Орнелл.

И снова поднялся шум. Магистры, деканы и кураторы не спешили никого успокаивать. Нам дали несколько минут, чтобы прийти в себя. Файлин толкнула меня локтям вбок, хитро поглядывая из-за очков. С другой стороны, видимо, заметив в толпе, приблизилась Лорейн. Подруга спешила, ловко огибая других адептов, и уже через мгновенье обнимала меня.

— Вот это новость, — взбудоражено зашептала Лорейн, сверкая зелёными глазами. — Надо обязательно подать заявку, верно? Эй, не молчи, мы целых три дня не виделись, Рори!

— Тише, — буркнула я, закатывая глаза, но на объятия ответила. — Никуда я ничего подавать не буду. Не с моим объёмом маны, Лор.

— Но!.. — попыталась возразить подруга, однако ректор вновь взял слово.

— На этой радостной ноте мы заканчиваем. Лекции начнутся уже завтра, успейте подготовиться. Желаю всем успешного учебного года!

После этих слов свет в зале ярко вспыхнул, давая возможность увидеть, как ректор исчезает в воздухе. Наши магистры вышли и произнесли короткую речь, посвящённую факультетам, и тоже разошлись. Адепты галдели, не скрывая возбуждения. Особенно боевики, которым предстояло участвовать в Турнире. Это было отличным шансом проявить себя, показать будущим начальникам и монархам.

Лорейн подхватила меня под локоток, покосившись на задумчивую Файлин, и потащила меня к огромным резным дверям. Целительница осталась в зале, лишь слабо кивнув на моё прощание. Ладно, всё равно позже увижусь с ней в комнате. А вот подруга проявила недюжинное упорство, уводя меня подальше от других адептов.

Очутившись в тени раскидистого дерева, вдали от главного корпуса академии, мы остановились. Лорейн, тряхнув каштановыми локонами, возмущённо уставилась на меня. Чёрная мантия наёмников не могла скрыть её отличную фигуру, которую я не единожды видела во время практики. Подруга упёрла руки в бока, как сварливая жена, и едва не кипела. Даже щёки слегка раскраснелись, от чересчур взрывного характера будущей наёмницы.

— Вот скажи, Рори, — начала знакомую тираду подруга. — Ты меня за идиотку держишь? Или преподавателей наших? Ты почему так зацепилась за свой четвёртый уровень ступени⁈

— Но ведь он четвёртый, а значит — слабый, — пожала плечами я, опираясь спиной на шероховатый ствол дерева. — Мы уже не раз говорили, а недостаточно сильна для той, кто может занимать первые места в рейтингах.

— Упрямая ослица! — воскликнула Лорейн, сотрясая кулаком. Её зелёные глаза полыхали, будто в них плескалось бесовское пламя. — Ты ведь специально уступаешь другим, принижая собственные способности. Теперь ещё и в Турнире не хочешь участвовать, хотя это отличная возможность заполучить отличное место работы!

— Мне это не надо, — буркнула я, отводя взгляд.

Вру. Нагло вру, ведь мне хотелось поучаствовать. Ужасно чесалась пятая точка, что любила находить приключения. Но я всё ещё помнила приказ отца не высовываться, дабы не преуспеть больше Виттори. Если осмелюсь подать заявку на соревнование, мне точно не сносить головы. Даже мелькнуть перед монархами других королевств — стать на шаг ближе к успеху.

— Ну и дура! — рявкнула Лорейн, озвучивая мои собственные мысли. — Так и будешь всю жизнь горбаться ради тех, кто ни во что тебя не ставит? Твоё право! Пожалуйста! Помяни моё слово, Виттори только рада будет, если ты опустишь руки и сдашься не попытавшись.

— Не спорю, — хмыкнула я, прикрывая глаза. — Мне осталось всего два года, после чего я забуду о своей семейке. Только вот, Лор, за эти два года, может, случиться всё что угодно. Да даже очередной прорыв в Пустошах! Я не хочу лишний раз рисковать, когда на кону будущее.

Я порывисто обняла подругу, которая несколько раз ударила меня по спине. Она не единожды пыталась меня образумить, заставить выкладываться на полную и перестать помогать Виттори. Я пока сопротивлялась, хотя прекрасно понимала, что зерно истины в словах Лорейн есть.

— Пойдём в Орни, поедим мороженое? — осторожно предложила я, выждав пару минут.

— Пойдём, — буркнула Лора, отстраняясь и хмуро глядя на меня. — Нам ещё нужно купить канцтовары, я не всё взяла.

— Хорошо, — облегчённо выдохнула и слабо улыбнулась: — Спасибо. Правда, Лор, спасибо.

Мне не ответили. Да я в целом и не ждала иного, зная характер Лорейн. В этот раз уже я толкнула подругу вбок, подхватила под локоть и повела к главным воротам. Вокруг Орнелла раскинулся студенческий городок — Орни. Здесь находили пристанище те, кто хотел сколотить состояние на адептах. Да и выпускники нередко селились в окрестностях, торгуя не только полезными товарами, но и честно заработанными знаниями.

Миновав большие ворота, мы очутились вне защиты академии. По телу прошла волна дрожи, сканирующее заклятье выпустило без проблем. Наш путь лежал к кондитерской, расположенной неподалёку. Её владелец прежде учился в Орнелле и заработал славу благодаря артефактам заморозки.

Мороженое, которое изобрели в стенах академии, прославилось на всё королевство. Первые годы очереди выстраивались перед скромной кондитерской, что со временем разрослась в целую сеть. Но сердце её навсегда осталось в Орни, передаваясь по наследству.

Помню, впервые попав в кондитерскую «У сварливого гнома», я не могла поверить, что это не пивнушка. Нет, не совсем верно. Меня смущало только название, ведь, увидев кондитерскую вживую, сомнений не осталось. Увитые зеленью стены и окна, в которых виднелись витрины с лакомствами, двери с резными украшением в виде пирожных, и ажурная вывеска — стаканчик мороженого.

Уже при входе мы столкнулись с другими посетителями, которые выходили из Гнома. Меня больно зацепили плечом, из-за чего я прошипела парочку ругательств. Потирая пострадавшую конечность, я зло уставилась на своё препятствие. Лорейн увидела их первой, судя по испуганному вздоху.

— Адептка Вивир, вам стоит быть осторожнее, — бархатным голосом произнёс куратор Виллир.

Рядом с магистром я заметила преподавательницу менталистов, надменную барышню с раскосыми чёрными глазами и тёмными волосами. Лиловая магистерская мантия была подвязана поясом, демонстрируя невероятно тонкую талию. Она окинула меня презрительным взглядом, но, слава богине, не стала залезать в голову.

— Простите, магистр Виллир, — смиренно пробормотала я, проглотив все ругательства.

— Пойдём, Виллир, — равнодушно произнесла менталистка, демонстративно беря мужчину за руку.

— Хорошего отдыха, адептки! — с лёгкой улыбкой попрощался магистр, позволяя увести себя.

Мы с Лорейн переглянулись. Что это за новости? Эльф славился свой непреступной красотой, но неужели повёлся на необычную внешность магистра менталистики? В голове не укладывалось. Сердце как-то непривычно сжалось, словно в него ткнули раскалённой иглой. Сжав зубы, я мотнула головой и вошла в кондитерскую.

«Прочь ненужные мысли! — раздражённо рявкнула на себя и свои бесполезные мечтания. — Нет в этом смысла, Аврора! Нет и точка!».

Внутри «У сварливого гнома» было тепло и шумно. С потолка свисали стеклянные шарики-светляки, мягко переливаясь голубоватым светом. Воздух пах сливками, карамелью и чем-то ягодным — таким сладким, что хотелось просто стоять и вдыхать эту сладость. Заняв место в небольшой очереди перед прилавком, я окинула взглядом кондитерскую.

Пара столиков, за которыми уже сидели посетители, была украшена вазочками со свежими цветами. Нередко гнома выбирали парочки, которые хотели приятно провести свидание. Меня тоже пару раз звали ретивые однокурсники, пока я не показала наглядно, что совершено не настроена на романтический лад.

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, стараясь выветрить из головы недавнюю сцену у входа. Столкновение с Виллиром и его возможной пассией продолжало тупой болью отдавать в груди. Скрипнув зубами, я всё же заставила себя прийти в себя.

— Только не говори, что ты из-за него расстроилась, — тихо буркнула Лорейн, когда мы протиснулись к стойке.

— Из-за кого? — невинно подняла брови я, пытаясь прикинуться дурочкой.

— Ох, Рори… — протянула подруга, закатывая глаза. — Ты можешь сколько угодно делать вид, что тебе всё равно, но я знаю этот взгляд.

— Какой ещё взгляд? — деланно возмутилась я.

— Такой, будто ты сейчас пойдёшь и утопишься… в бочке с мороженым.

Фыркнув, я подавила смешок. Лора всегда знала, как выдернуть меня из состояния самобичевания. Вот и в этот раз подруга продолжала тормошить меня, стараясь разрядить напряжённую обстановку, которая появилась после встречи с магистрами.

— Глупости, — произнесла я, качнув головой и начав рассматривать выбор мороженого.

— Ага, конечно, — хохотнула Лора, толкая меня локтем в многострадальный бок.

К счастью, нашу небольшую перебранку остановил подошедший хозяин — низкорослый, широкоплечий гном с густой рыжей бородой. Он выглядел точно так же, как и в прошлом году: недовольный жизнью, клиентами и, кажется, самим фактом своего существования. Он был праправнуком основателя кондитерской, если не ошибаюсь, но унаследовал все фамильные черты. Мне было с чем сравнивать, ведь портреты всех владельцев «У сварливого гнома» висели на стене позади прилавка.

— Чего стоим? — буркнул господин Драхберг. — Очередь не создаём, адептки.

— Два мороженых, — поспешила сказать Лорейн. — Мне ореховое с карамельной крошкой.

— А тебе? — гном уставился на меня.

Я на секунду задумалась.

— Лавандовое… и клубничную помадку сверху.

— Извращение, — проворчал хозяин, но всё равно принялся колдовать над ледяной витриной.

Через минуту перед нами уже стояли два стаканчика. Мороженое мягко светилось — слабый магический холодок шёл от него даже сквозь вафельную оболочку. Обхватив руками свою порцию, я сглотнула комок в горле. Вкуснотища, хоть и не всякому по вкусу. Я попробовала его на спор, но с тех пор брала постоянно.

Очень вовремя освободился столик. Мы устроились у окна, довольные возможностью поглазеть на шумную улицу. Там сновали адепты, приезжие торговцы и просто жители городка. Редкие пробегающие дети глазели в большое окно кондитерской, мечтательно облизываясь. Однако заходили единицы, поскольку цена на мороженое кусалась, как и на пирожные.

Первую ложку я съела почти не чувствуя вкуса, но холод приятно остудил голову.

— Ладно, — наконец сказала Лорейн, — теперь рассказывай.

— Что? — непонимающе спросила я, отрываясь от мороженого.

— Не «что», а почему ты так смотрела на магистра, — терпеливо повторила Лора, складывая руки на груди.

От неожиданности кусочек холодного лакомства встал поперёк горла, из-за чего я закашлялась. Прикрыв ладонью рот, я возмущённо посмотрела на подругу. На нас начали оборачиваться люди из очереди, но быстро утратили интерес. Зато Лора продолжала сверлить меня взглядом.

— Я никак не смотрела! — слабо возмутилась, уткнувшись в мороженое.

— Аврора, — протянула подруга.

— Лорейн, — в том же тоне ответила я.

Мы пару секунд упрямо сверлили друг друга взглядами, после чего она тяжело вздохнула.

— Милостивая богиня… ты безнадёжна, — простонала Лора, картинно прикрывая глаза ладонью.

— Спасибо, — сухо обронила я, с силой сжимая ложку для мороженого.

— Я серьёзно. Если тебе нравится магистр Виллир, это не преступление, — уверенно сказала подруга, возвращая себе серьёзный вид. — По нему не один курс сохнет, Рори. Твои чувства вполне естественны — он красивый мужчина, ещё и сильный, как мы убедились во время практики.

Я уткнулась в стаканчик.

— Он мой куратор, Лор.

— И? — приподняла брови подруга.

— И эльф, — упрямо твердила я, старательно приводя все свои аргументы.

— Разве эльфы против межвидовых отношений? Или оттого, что его уши длиннее наших, он превратился в какого-то недосягаемого бога? — продолжала искать логику в моих словах Лора.

— И преподаватель.

— Вот это уже проблема, — наконец-то согласилась она нахмурившись. — В академии отношения между преподавателем и адептом запрещены, впрочем, как и просто между преподавателями.

— Видишь? Всё бессмысленно, — победно произнесла я, ощущая на языке неожиданную горечь.

Лорейн пожала плечами и откусила кусок вафельного стаканчика.

— Знаешь, что самое глупое? — спросила подруга, выждав пару секунд.

— Что? — бросила я, доедая свою порцию.

— Ты даже не пытаешься.

Ответить мне было нечем, ведь подруга полностью права. Мы доели мороженое в молчании, после чего Лорейн решительно хлопнула ладонями по столу. Лежащая на тарелке ложка тихо звякнула, подпрыгнув от удара. Я вздрогнула, отрываясь от любования улицей за окном.

— Всё. Пойдём. Нам ещё половину Орни обойти.

— Ты преувеличиваешь, — простонала я, прекрасно понимая, что обойти придётся.

— Ничуть, — улыбнулась Лора и подхватила меня под руку. — Вперёд! Потратим же кровно заработанные монеты!

Вне кондитерской студенческий городок продолжал жить своей обычной жизнью. По улицам сновали адепты, лавки звенели колокольчиками, где-то рядом громко спорили два торговца о цене на алхимические колбы. Солнце всё ещё высоко стояло в небе, освещая каменные дома и красную черепицу на крышах.

Выйдя на улицу, я с наслаждением вдохнула свежий воздух. Поблизости от кондитерской к нему примешивались сладковатые нотки, но чем дальше мы уходили, тем сильнее менялся запах. Теперь же я ощущала травы, алхимические примеси и тонкий, едва заметный шлейф специального магического масла для артефактов.

Первым делом мы направились в канцелярию.

Лавка «Чернильная мышь» располагалась через две улочки от кондитерской. Небольшая, но удивительно глубокая внутри, она была забита полками до самого потолка. Стеллажи были заставлены всевозможными товарами от простой бумаги разного качества до новинок — самопишущих перьев новой модели, которые стоили на порядок выше обычных.

Стоило нам войти, как где-то зазвенели перья. Вторя им, зазвенел серебряный колокольчик, вызывая торговца из кладовой. Мы с предвкушением огляделись, уже зная, что оставим в лавке не меньше половины заработка с практики.

Подруге попроще, её обеспечивали родители, присылая постоянно мешочки со звонкими монетами. Меня семья обделила, давая лишь на оплату обучения и пару серебряных монет на покупку самого необходимого. На первом и втором курсе это заставляло затягивать поясок потуже, а бумагу и перья экономить, в то время как Виттори не испытывала нужды ни в чём. Теперь же я получила первый заработок — две золотые монеты, которые выплачивали всем после успешного завершения практики.

— О, адептки! — радостно воскликнул седой хозяин, довольно потирая ладони и вставая за прилавок. — К началу семестра готовитесь?

— Пытаемся, — хмыкнула Лорейн.

Я медленно прошлась вдоль полок.

Перья разных цветов, стопки пергамента, тетради с защитой от влаги, самопополняющиеся чернильницы… На одной из витрин лежали аккуратные кристаллы-запоминатели для лекций. А это что-то новенькое, я даже остановилась, чтобы рассмотреть получше.

— Смотри, — тихо позвала Лору, внимательно изучая неприметные полудрагоценные камушки.

Лорейн подошла ближе.

— О, это новые. Они пишут не только звук, но и образы, — присвистнула подруга, и я заметила, как загорелись её глаза от перспективы.

— Сколько стоит? — спросила я у лавочника.

— Десять серебряных, — равнодушно ответил мужчина, потирая седую бороду.

Наверное, мои глаза стали напоминать два блюдца. От удивления рот приоткрылся сам собой, но я быстренько взяла себя в руки. Помню, в прошлом году, когда только появились подобные штучки, они тоже стоили дорого. Что-то около трёх серебряных монет за штуку, и мне уже тогда казались недостижимыми.

— Дорого, — вздохнула я, отступая от запоминашек.

— Зато магистр Гокс не станет в последний момент что-то добавлять в уже пройденную лекцию, уверяя нас в нашей же глупости и плохой памяти, — хмуро заметила Лора.

Мы переглянулись.

— Берём один на двоих, — решила подруга.

— Согласна, — стараясь не вздыхать слишком сильно, кивнула я.

Из лавки мы вышли довольными, но бедными. Не прям совсем-совсем без гроша в кармане, но кошельки стали заметно легче. Руки приятно оттягивали пакеты с пергаментом, новыми чернилами нескольких цветов, самопишущими перьями и тем самым камнем-запоминателем.

Вечер подкрадывался незаметно, но у нас оставалось немного времени до комендансткого часа. Людей на улицах Орни становилось всё больше, ведь многие под вечер закрывали лавки и выходили на прогулки.

— Осталось главное, — бодро сказала Лорейн.

— Только не говори…

— Артефакты, — торжественно провозгласила подруга.

Я обречённо застонала. Артефакты были страстью Лоры, и она даже пыталась поступить на артефактора, только вот уровень ступени оказался маловат. Так что подруга отводила душу, покупая всевозможные штучки, облегчающие её жизнь и работу. Даже кинжалы, которыми ей приходилось отрабатывать основы ближнего боя, Лора превратила в два накопителя маны. Они вызывали зависть у всех однокурсников, поскольку мана усиливала яд и огненную магию, которой владела подруга.

Лавка артефакторов находилась ближе к площади с фонтаном. Здесь едва ли хватало места для спокойно ходьбы — повсюду толпился народ. У самого фонтана, круглого и со статуей русалки, плясали заезжие артисты и циркачи. Мы обошли всё это веселье «по стеночке», стараясь не натолкнуться на таких же адептов.

Дойдя до приметного здания с добротной дубовой дверью и небольшим окном с видом на артефакты, мы остановились. Над входом висела медная табличка, на которой мерцали руны защиты. Стоило открыть дверь, как по коже пробежали мурашки. Внутри пахло металлом, пылью и магией. На витринах лежало всё: браслеты-щиты, амулеты от сглаза, кольца концентрации, кулоны с накопителями.

— Мне нужен новый стабилизатор, — пробормотала Лорейн, сразу направляясь к стойке с нужными товарами.

От скуки, и невозможности позволить себе покупку в столь недешёвом месте, я принялась бродить вдоль стеллажей. За мной зорко следит торговец, наблюдая в специальный экран. Там мелькали маго-снимки всех уголков лавки, демонстрируя высокий уровень здешнего мастера-артефактора.

Моё внимание привлекла серебряная подвеска, с небольшим синим камнем. Она лежала в окружении таких же украшений, наделённых разными защитными чарами. Заммерев у витрины, я не могл аоторвать от неё глаз.

— Осторожнее с ним, адептка, — сухо произнёс торговец, появляясь за моей спиной словно из воздуха.

Я вздрогнула и обернулась.

— Он редкий, — продолжил мужчина. — Реагирует на ментальное воздействие.

Я нахмурилась.

— В каком смысле?

— Предупреждает, если кто-то пытается залезть вам в голову, — раздражённо пояснил торговец.

Невольно вспомнился холодный взгляд преподавательницы-менталистки. По коже прошла волна мурашек, словно кто-то прикоснулся к спине ледяной ладонью. Передёрнув плечами, я отогнала от себя дурное предчувствие. Преподавателям запрещено магически влиять на адептов, тем более магией разума. Исключением оставалась практика во время занятий, но и там имелись существенные ограничения.

— Сколько стоит? — тихо спросила я.

— Двадцать серебряных.

Не успела я отказаться от столь «щедрого» предложения, как рядом очутилась Лора. Подруга явно слышала весь наш короткий разговор, и теперь решительно произнесла:

— Берём.

— Лор!..

— Молчи. Считай это вкладом в твою безопасность, — резко оборвала меня подруга и тут же добавила: — Хочешь, можешь считать подарком на день рождения. Заранее, но думаю не страшно.

— Это слишком дорого, — попыталась отказаться я, но меня проигнорировали.

Она склонила голову набок.

— Аврора, мы живём в неспокойное время. А предстоящая работа так и вовсе окружит знатью, менталистами и другими не особо приятными людьми, — хмуро отрезала Лорейн, уже беря в руки кошель с монетами.

Тяжело вздохнув, смирено взяла в руки подвеску. Торговец в миг подобрел, посветлел лицом и даже улыбнулся. Мужчина помог мне надеть подвеску, закрепил застёжку и довольно прицокнул языком. Стоило холодному металлу соприкоснуться с кожей, как по телу пробежала лёгкая волна чужеродной магии. По ощущению очень похоже на сканирование при переходе академических ворот, только слабее в разы.

— Ну? — спросила Лора.

— Странно… но ничего страшного, только холодок пробежал, — пожала плечами и прикоснулась кончиками пальцев к камушку.

— Вот и отлично, — обрадовалась подруга.

Мы вышли из лавки обратно на улицу.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая крыши Орни в мягкий золотой цвет. Ветер шевелил вывески, до нас доносились звуки зажигательной песни от заезжей труппы. Прищурившись, я посмотрела на заходящее за крыши солцне. Я прижала пакет с покупками к груди, ощущая, как декольте согревает тёплый камень-артефакт.

— Спасибо, Лор, — продолжая смотреть на золочённые крыши, произнесла я.

— За что? — удивлённо спросила подруга.

— За всё, — выдохнула я, поворачиваясь к ней и улыбаясь.

Подруга фыркнула.

— Для чего ещё нужны друзья, балда? — весело ответила Лора. — Пошли скорее обратно в академии, а то получим нагоняй от комендантов. Тебя, кстати, куда определили? Меня вот к артефакторам!

Я улыбнулась.

— Целители. Я всю дорогу молилась богине, чтобы не очутится в одной комнате с Виттори.

— Ох, понимаю.

Орни только начинал оживать после рабочего затишья. Вечером на улицах городка становилось всё оживлённее, несмотря на комендантский час для адептов. Жители пользовались случаем и отдыхали от шумных адептов, но те раз за разом обходили древние чары и проникали в таверны и ресторанчики. Администрация академии смотрела сквозь пальцы на эти шалости, прекрасно помня себя в студенческие годы.

Мы дошли до главных ворот Орнеллы, когда небо уже начало темнеть. Каменные створки возвышались над дорогой, покрытые древними рунами защиты. У входа стояли два старших адепта-стража, лениво проверяя проходящих. Увидев нас, один из них — высоченный парень с нашивками четвёртого курса — махнул рукой.

— Проходите быстрее, скоро запираем.

Мы пересекли границу щита, и по телу снова прокатилась знакомая волна сканирующего заклинания. Лёгкое покалывание — и всё.

— Никогда не привыкну к этому ощущению, — пробормотала я, поправляя воротник мантии.

— А я привыкла, — пожала плечами Лора. — После третьего курса начинаешь ценить, когда тебя проверяют. Значит, никто не пытается пронести в академию демона в кармане.

— Удивительно, что такие случаи вообще были.

— Были, — равнодушно пожала плечами подруга.

Я решила не уточнять. Мы свернули к корпусам общежитий. Каменные дорожки уже наполнялись вечерним шумом — кто-то возвращался с занятий, кто-то, наоборот, только выбирался на прогулку, рискуя опоздать до сигнала. Хищные цветочки с кустов плотоядно раскрывали бутоны, чуть ли не облизываясь при виде адептов.

— Ладно, — сказала Лорейн, останавливаясь на развилке. — Я в своё общежитие. Увидимся завтра.

— Увидимся, — вздохнула я, обнимая подругу на прощание.

Она уже сделала пару шагов, но вдруг обернулась.

— И не вздумай снимать кулон, — неожиданно заявила Лора, хмуря тонкие брови.

— Не сниму, — удивлённо пообещала, хоть и не понимала зачем.

— Я серьёзно, Аврора, — серьёзно заявила подруга, и даже пальцем погрозила.

— Я тоже, — заверила я, сильнее прижимая к себе пакеты с покупками.

Лорейн ещё пару секунд смотрела на меня, потом кивнула и ушла в сторону луча артефакторов. Я же направилась к общежитию целителей. Жить среди них будет… своеобразным опытом.

Запахи трав, настоек и антисептических заклинаний въедались в стены так глубоко, что иногда казалось — даже камень здесь пах мятой и спиртом. В холле горел приглушённый свет, на подоконниках стояли горшки с лекарственными растениями. Я поднялась на третий этаж, где располагалась моя новая комната.

Стоило мне войти в коридор, как где-то хлопнула дверь, а из соседней комнаты донёсся раздражённый голос:

— Если она ещё раз заявится в лазарет с выдуманной травмой, клянусь милостивой богиней, я проверю на ней действие всех учебных препаратов! Включая те, что ещё не прошли испытания!

Я невольно остановилась. Этот голос я узнала сразу, хоть мы и только познакомились. Очень уж узнаваемые нотки, но сейчас в них ещё и присутствовала злость.

— О, — тихо сказала я. — Кажется, у кого-то выдался плохой день.

Дверь нашей комнаты распахнулась, прежде чем я успела постучать. На пороге стояла Файлин, раскрасневшаяся и готовая рвать волосы на голове. Чужой, само собой.

Чёрные волосы всё ещё были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбились и падали на лицо. Мантия целительницы висела на одном плече, оголяя тонкую лямку майки. В руках соседка держала толстый справочник по анатомии.

— Аврора, — протянула Файлин, прищурившись. — Скажи честно. Ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы пожертвовать родственниками на благо науки?

Я моргнула.

— Иногда, — не задумываясь, ответила чистую правду.

— Отлично. Тогда мы понимаем друг друга.

Пройдя в комнату, осторожно обогнув соседку, я положила пакет на заваленный конспектами стол. В комнате пахло сушеными травами и почему-то мятными леденцами.

— Что случилось?

Файлин захлопнула книгу так, что стол жалобно скрипнул, а несколько свитков с лекциями жалобно сползли на пол.

— Твоя сестра, — прорычала соседка.

— А, — сказала я, тяжело вздохнув. — Тогда всё ясно.

Пока я разбирала купленное, Файлин принялась нервно ходить по комнате и размахивать руками. Полы её мантии развивались, словно крылья необычной птицы. Пару раз они даже задевали меня, но я постаралась не обращать внимания. Но я не переставала слушать жалобы новой соседки, всё же, её боль мне была понятна. Сама с трудом переваривала Виттори.

— Представь себе. Приходит эта бестолочь в лазарет, держится за руку и жалобно стонет. Говорит, что получила травму на прогулке.

— И? — приподнимая я брови, едва не ругаясь от тупости сестрички.

— И я, как нормальный человек, начинаю осмотр.

— Зачем? Она ведь и сама целитель, неужели не могла справиться своими силами? — вырвалось у меня, но я тут же прикусила язык.

Файлин ткнула в меня пальцем.

— Вот именно! Поэтому и бестолочь! Мы однокурсницы, но она постоянно увиливает от практики. А сегодня она ещё и пришла с… внимание… ничем!

— Совсем? — вздохнула я, мысленно проклиная Виттори.

«Она же не только себя, но и меня подставляет!» — зло пронеслась в голове мысль, заставившая с силой сжать в руке новое перо.

— Ни ушиба, ни растяжения, ни магического ожога! Даже синяка приличного нет!

Я не удержалась от смешка. Нервного. Вся ситуация с Виттори начинала напоминать чистый фарс, затеянный с непонятной целью. Она ведь не была настолько тупой раньше… или была? Закрадывались сомнения, ведь даже отец ей говорил: ищи мужа и держись за место в академии.

— И что она хотела? — обречённо спросила я.

— Освобождение от занятий, — прошипела Файлин, сминая в руках исписанный лист бумаги.

— Конечно, — пробормотала я, прикрывая ладонью глаза. — Конечно. Привыкла, наверное, отсыпаться дома до обеда.

Файлин злобно фыркнула.

— Я предложила альтернативу, — с ядовитой улыбочкой заявила соседка, поворачиваясь ко мне.

— Боюсь спрашивать, — призналась и приоткрыла пальцы приложенной к лицу ладони, создавая небольшую щёлочку для подглядывания.

— Полный медицинский осмотр, — хищно произнесла Файлин и добавила: — С экспериментальными методами диагностики.

Я медленно улыбнулась.

— И как она отреагировала? — заинтересовалась и уже полностью убрала руку от лица.

— Сбежала, — захихикала соседка, слегка пугая меня быстрой сменой настроения.

— Разумное решение, — кивнула я, помня, как Виттори боится всего связанного с экспериментами.

Файлин плюхнулась на кровать и устало потёрла виски.

— Клянусь, Аврора… ещё одна встреча с этой девушкой — и я проверю, сколько костей можно сломать человеку без угрозы для жизни.

— Двести шесть, — автоматически сказала я.

Сев на кровать, я вытянула гудящие ноги. В этот момент Файлин медленно повернула голову в мою сторону, удивлённо всматриваясь в лицо. Казалось, она впервые видела меня.

— Ты меня пугаешь, — выдохнула соседка.

— Я просто хорошо учусь, — пожала плечами я, не углубляясь с ответом.

Несколько секунд мы молчали, после чего Файлин вдруг прищурилась.

— Кстати, — вновь заговорила девушка, привлекая моё внимание от подготовки вещей на завтра.

— Что? — не отрываясь от одежды, уточнила я.

— Вы же сводные сёстры, — с подозрением сказала Файлин.

Эти слова заставили насторожиться. Спина напряглась, словно в ожидании каких-то обвинений. Мои руки едва заметно дрогнули, но я усилием воли взяла себя в руки и продолжила заниматься своими делами.

— Да, — сухо ответила.

Меня пронзил взгляд, который я прямо-таки ощущала затылком.

— Скажи честно… ты не собираешься однажды превратиться в её копию? — ошарашила меня вопросом соседка.

Я прыснула. Напряжение моментально ушло, будто его и не бывало. Верно. Никто не станет мне ничего предъявлять из-за Виттори или обвинять в чём-то. Спина расслабилась, и я развернулась к Файлин с лёгкой улыбкой на губах.

— Надеюсь, нет, — искренне ответила ей.

Немного ещё поворчав для порядка, но уже без прежнего пыла, Файлин откинулась на свою постель. Я тем временем подхватила купальные принадлежности и уже собралась идти в душ. Кулон так и не сняла — он висел на шее, согретый теплом тела, и синий камень тускло мерцал в полумраке.

— Красивая вещица, — заметила Файлин, кивнув на него. — Защитный?

— От ментального воздействия.

— Хм. Умно. С нашими преподавателями не помешает.

Я не стала уточнять, что думала не только о преподавателях. Перед глазами снова встала сцена у входа в кондитерскую — Виллир и магистр менталистов. Тряхнув головой, отогнала неприятное видение.

— Ладно, — сказала я, подходя к неприметной двери ванной комнаты. — Пойду в ванную, пока вода не остыла.

— Иди. Я пока составлю список того, что сделаю с твоей сестрой, если она ещё раз сунется, — мрачно пообещала Файлин.

Ванная комната встретила меня запахом хвои. Я с наслаждением встала под горячие струи, позволяя воде смыть усталость долгого дня. Мысли путались, перед глазами мелькали лица, витрины, улицы… и снова Виллир.

«Хватит», — приказала я себе. — «Забудь».

Когда я вернулась в комнату, Файлин уже спала, свернувшись калачиком и прижимая к себе потрёпанного плюшевого дракона. Я тихо прикрыла дверь, забралась в свою постель и долго ворочалась, прежде чем сон, наконец, сморил меня.

Проснулась от странного ощущения.

Будто кто-то смотрит на меня в упор, буравя взглядом затылок. В комнате стояла непроглядная темень — ни луны, ни уличных фонарей за окном. Я повернулась на спину и замерла.

Кулон на шее горел ярко-синим, пульсируя в такт сердцебиению. И в этом пульсирующем свете я увидела тень у окна. Высокий, широкоплечий силуэт, внушающий инстинктивный страх. Он стоял и смотрел прямо на меня, хоть его лицо и скрывала густая чернота.

После того как тень исчезла, я ещё долго сидела на кровати, вглядываясь в тёмный угол у окна и прислушиваясь к каждому шороху. Кулон на шее давно остыл, но я то и дело касалась его пальцами, проверяя, не начал ли снова пульсировать. Сердце ужасно колотилось, никак не желая успокаиваться, а мысли путались. Сон и вовсе покинул меня, будто за окном давно наступил день.

«Кто это был? Зачем приходил? И главное — почему кулон среагировал?» — то и дело крутились мысли, мешая уснуть.

Вопросы роились в голове, как потревоженные пчёлы, не давая покоя. Я перебирала в памяти все возможные варианты: лазутчик в академии? Но защитные чары Орнелла славились своей надёжностью, посторонний просто не мог проникнуть в общежитие. Ментальное воздействие? Но кому понадобилось лезть в голову обычной студентке с четвёртым уровнем ступени?

Ответов не было.

Уснуть удалось лишь под утро, и то я провалилась в тревожное марево сновидения, полное смутных теней и пульсирующего синего света. Мне не удавалось вырваться из этого вязкого света, в котором мелькали силуэты, напоминающие призраков. Всё закончилось неожиданно, погружая меня в кромешную тьму. А стоило открыть глаза, как за окном уже вовсю кричали спешащие адепты, а в комнате грохотало так, будто рушились стены.

— Нашла! — торжествующе воскликнула Файлин.

Сонно моргая и зевая, я приподнялась на локтях и уставилась на соседку. Соседка стояла посреди комнаты в длинной ночной рубашке, с растрёпанными чёрными волосами и торжествующей улыбкой на лице. В руках она держала толстенную книгу в неприметном кожаном переплёте.

— Ты чего? — хрипло спросила я, пытаясь сообразить, который час.

— Справочник по аномальным мутациям! — Файлин плюхнулась на свою кровать, едва не придавив плюшевого дракона. — Я его три дня искала! А он, оказывается, всё это время лежал под моими конспектами по некротическим тканям. Кто-то специально его туда подложил!

— Кто?

— Пока не знаю, — соседка прищурилась, с любовью поглаживая корешок найденной книги. — Но когда узнаю — заспиртую. Или проверю на нём действие новых препаратов. Ещё не решила.

Мне оставалось только покачать головой, привыкая к странностям новой соседки. Видимо, мне не придётся скучать в её обществе. Да и утра могут быть весёлыми, если каждое начинать с грохота и криков.

— Слушай, — соседка вдруг оторвалась от книги и внимательно посмотрела на меня. — А ты чего такая бледная? Под глазами круги, вид замученный. Не выспалась?

Замявшись, я нервно сжала край одеяла. Рассказывать о ночном госте? Только вот это звучало как бред сумасшедшей. Да и что я могла сказать? Видела тень? Может, мне вообще показалось?

— Да так, — уклончиво ответила я. — Плохо спала. Нервы перед новым учебным годом.

— Нервы? — Файлин хмыкнула. — У тебя-то? Ты же у нас железная леди. Я слышала, как ты на втором курсе во время практических занятий спокойно вскрытие разломной твари делала, пока остальные в обморок падали.

— Так-то монстр, — буркнула я. — А тут соревнования на носу, уверена, всё просто с ума подходят, лишь бы принять участие.

— Люди страшнее, согласна, — кивнула Файлин и тут же вернулась к книге. — Особенно когда они мешают моим исследованиям.

Тяжело вздохнув, я ещё раз зевнула и начала выбираться из кровати. Учебный день никто не отменял, а первое занятие стояло у магистра Арлан Гуритон. О ней ходили легенды, и опаздывать на её пару не рискнул бы даже самый отчаянный прогульщик.

Да и в целом это первое занятие по боевой медицине. Боевиков хоть и пускали на совместные пары с целителями, но это скорее для отработки на нас лечебных зелий и заклинаний. А здесь уже полноценные уроки исцеления на поле боя или заданиях. В Пустошах не всегда есть возможность держать поблизости целителя, многие маги так и погибали, не сумев заживить ранение. Вот и появилось несколько лет назад новое направление целителей, во главе с великой Арлан — боевые целители.

Размышления то и дело соскальзывали в сторону ночного видения, отчего по спине скользил холодный ветерок. Я пыталась переключаться на приближающиеся пары, но выходило ужасно плохо.

Только через полчаса мы спустились в столовую. У каждого общежития она была своей, исключительно ради удобства, а не как многие шутили: «чтобы разделять вкусовые предпочтения магистров, которые не всегда совпадали». Повсюду гудели голоса, адепты в салатовых мантиях сновали туда-сюда, кто-то пытался доесть кашу на бегу, кто-то громко обсуждал вчерашние новости. Мы с Файлин взяли подносы и пристроились в очередь.

— О, смотри, — вдруг толкнула меня локтем соседка. — Твоя сестричка.

Подняв глаза, я сразу увидела Виттори. Она сидела за центральным столиком в окружении своих подруг — Лайзы и Элеонор. Рыжие волосы сестры сверкали в утреннем свете, мантия была идеально выглажена, а на лице сияла ослепительная улыбка. Змеюка что-то рассказывала, и подруги слушали её с благоговейным вниманием. Помолившись богине, я отвернулась и сделала вид, что рассматриваю выбор каш. Меньше всего мне хотелось с ней сталкиваться с утра пораньше, не хватало ещё испортить себе и так не самое радужное настроение.

Только вот моего мнения никто не спрашивал, и Виттори, конечно же, заметила жертву. То бишь меня, и уже приготовилась «атаковать».

Я почувствовала её взгляд раньше, чем услышала голос. Он буквально жёг затылок и спину, что по привычке напряглась. Когда я всё же обернулась, сестра смотрела прямо на меня. Она не махала рукой, не звала, не улыбалась приветливо. Вместо этого Виттори медленно поднесла ладонь к губам и послала мне воздушный поцелуй. А потом улыбнулась. С такой издевательской миной, как когда кошка смотрит на мышь, которую собирается съесть, но пока просто играет. В её зелёных глазах читалось откровенное превосходство, что у меня внутри всё похолодело.

— Чего это она? — насторожилась Файлин, проследив за моим взглядом.

— Не знаю, — честно ответила я, держа на лице маску равнодушия. — Но явно что-то задумала.

— Хочешь, я подсыплю ей в кашу слабительное? — деловито предложила соседка. — У меня есть одно экспериментальное. Действует мгновенно, а последствия…

— Файлин!

— Ладно-ладно. Но ты это, запомни, предложение бессрочное.

Передёрнув плечами, я постаралась выбросить гадкую сестричку из головы. У меня тут намечалось увлекательное занятие, так зачем портить его размышлениями о предстоящих пакостях? Вот именно, не стоит даже внимание уделять этой гадине. Считай, всё равно достанет при большом желании, хочу я этого или нет.

Наскоро позавтракав, почти не ощущая вкуса сладкой овсяной каши с лесными ягодами, мы вылетели из столовой. До аудиторий в целительском луче мы добрались перед самым звонком, лишь чудом не опоздав. Нужная нам аудитория боевой медицины находилась на третьем этаже, и когда мы вошли, там уже было полно народу. Кроме целителей, здесь сидели и боевики, стихийники и наёмники. Я заметила Лорейн, которая махала нам с третьего ряда, и мы с Файлин устроились рядом с ней.

— Слышали новость? — зашептала подруга, едва мы сели. — Говорят, в этом году на Турнир приедут не просто иностранцы, а целая делегация из трёх академий! И среди них — наследник песчаных драконов собственной персоной.

— Наследник? — переспросила Файлин. — Это тот напыщенный индюк, от которого все девчонки с ума сходят?

— Он самый. Ноллан Саббиа, — с наигранным восхищением выдохнула Лора. — Говорят, красавчик, богат и невероятно самоуверен.

— Значит, такой же как все драконы, — хмыкнула я.

— Не скажи, — Лорейн мечтательно закатила глаза. — Вроде как, он ещё и лучший на своём курсе. Так что не только внешность дарована богиней, но и магия не обошла его стороной.

— А тебе-то что? — удивилась я. — Ты же замуж не собираешься.

— Помечтать нельзя? — обиделась подруга. — К тому же на драконов хотя бы посмотреть интересно. Не каждый день такие гости в нашем королевстве появляются.

Дверь аудитории распахнулась, и разговоры мгновенно стихли. Я так и не успела ответить Лоре, но это уже и не требовалось. Всё внимание подруги и других адептов переключилось на зашедшую женщину. Магистр Гуритон чеканным шагом прошла к преподавательскому месту, ещё и смотрела на нас так, будто поле боя инспектировала. Высокая, подтянутая, с идеально прямой спиной и стальным взглядом серых глаз. Седые волосы стянуты в тугой узел, тёмно-зелёная мантия сидела на ней как военная форма, обрезанная до середины бедра и приталенная. Вместо привычной юбки у магистра виднелись плотные штаны из кожи.

Повисла абсолютная тишина.

— Садитесь, — коротко бросила магистр, хотя все и так сидели.

Она обвела взглядом аудиторию. В этом взгляде было что-то такое, от чего хотелось вжать голову в плечи и стать незаметной. Арлан смотрела так, будто видела каждого насквозь, до самых костей.

— Именем ректора, — начала женщина без предисловий, — я буду учить вас не зашивать дыры в телах, а делать так, чтобы этих дыр вообще не появлялось. Боевая медицина — это не про то, чтобы подтирать задницы боевикам после боя. Это про то, чтобы они вообще не знали, где у них эта задница, потому что живы и здоровы благодаря вам. Ясно?

В аудитории стояла такая тишина, что было слышно, как скрипнул стул под кем-то на заднем ряду.

— А теперь, — магистр прошлась вдоль первого ряда, — давайте знакомиться. Я и так знаю, кто тут целитель, а кто боевик. Но мне интересно другое: кто из вас действительно готов работать, а кто просто пришёл отсиживаться.

Её взгляд скользил по лицам, и я мысленно молилась всем богам, чтобы она прошла мимо. Но, конечно, Арлан остановилась напротив меня.

— Аврора Вивир. Встаньте.

Медленно поднялась и вытянулась по струнке, чувствуя, как взгляды всех присутствующих впиваются в меня. Руки похолодели, а пальцы так и вовсе превратились в ледышки. Но я упрямо смотрела перед собой, пытаясь не выдавать своего настоящего самочувствия. Кулон на груди слегка нагрелся, но тут же успокоился. По телу прошла лёгкая дрожь, вызванная слабым изучающим заклятьем преподавателя.

— Подойдите, — приказала Арлан.

Я вышла из-за парты и приблизилась к кафедре. Арлан окинула меня цепким взглядом, изучая уже без использования магии. Стоило больших трудов не сглотнуть и не опустить взгляд, выдавая волнение. Да и спиной ощущались десятки любопытствующих адептов, с интересом ожидающих узнать, чего желает Гуритон.

— Вы с боевого факультета. Наёмники? — сухо уточнила женщина.

— Да, магистр, — коротко ответила я.

— Ваш уровень ступени? — продолжила спрашивать Арлан.

— Четвёртый, — хладнокровно призналась, хотя внутри всё натянулось как тетива.

Арлан прищурилась.

— И как вы с четвёртым уровнем вообще на боевой попали? У нас тут не богадельня, — задумчиво протянула магистр, цепко следя за мной.

— По личному допуску, — ровно ответила я, стараясь не показывать, как сильно меня задевает этот разговор при всех.

— Допуск допуском, — Арлан обошла меня вокруг, будто лошадь на ярмарке осматривала. — Я видела записи с вашей практики, адептка. Вы работаете в паре с Лорейн, если не ошибаюсь? Тактика, метание ножей, работа в команде. Ваши показатели выше среднего. Для четвёртой ступени — так и вовсе нонсенс.

Я не знала, что ответить. Комплимент? От великой Арлан?

— Жаль, — вдруг резко сказала магистр, останавливаясь напротив меня. — Жаль, что с вашими данными вы не пошли в боевые медики. У вас хватка, выдержка и, судя по всему, холодная голова. То, что надо. Но четвёртая ступень… — она покачала головой. — Требование к поступающим — шестая и выше. А жаль. Садитесь.

Возвращаться на место пришлось под сочувствующими взглядами однокурсников. Сев на своё место, позволила себе слабый вздох. Выдержала. Лорейн сжала мою руку под партой, а Файлин прошептала:

— Она тебя почти похвалила. Стоит запомнить этот день и отметить бутылочкой шипучки в таверне.

Лекция Арлан была жёсткой, требовательной и невероятно интересной. Она гоняла нас по анатомии так, что к концу пары у меня голова шла кругом. Особенно доставалось целителям — магистр Гуритон заставляла их показывать на муляжах места разрезов, виды швов и способы наложения чар. Несколько раз она вызывала и меня, проверяя, как боевики усваивают материал. И каждый раз я ловила на себе её пристальный, изучающий взгляд.

После пары мы вывалились в коридор уставшие, но довольные.

— Арлан гений! — воскликнула Файлин, едва мы отошли от аудитории. — Ты слышала, как магистр про внутренние кровотечения говорила? Я такого ни в одной книге не читала! Готова поклясться, она наверняка сама придумала эту технику!

— Ты пугаешь меня своим восторгом, — честно призналась я.

— Привыкай, — хмыкнула Лорейн. — Она у нас теперь надолго.

Остаток дня прошёл в обычной учебной суете. Лекции сменялись практическими занятиями, коридоры гудели голосами адептов, где-то спорили, где-то смеялись. К вечеру я так устала, что единственным желанием было добраться до кровати и рухнуть без сил. Лора пыталась вытащить нас на прогулку в Орни, но у меня попросту подкашивались ноги. В идеале стоило ещё потренироваться на полигоне, отработать стойки с кинжалами, жаль это так и останется невыполненным пунктом в плане.

— Ты как? — спросила Файлин, когда мы вернулись в комнату.

— Жива, — выдохнула я, падая на кровать. — Но у меня стойко ощущение, что Арлан меня доконает. Она на меня так смотрит…

— С интересом смотрит, — поправила Файлин. — Профессиональным. Я такие взгляды знаю. Это взгляд исследователя, который нашёл интересный экземпляр.

— Спасибо, утешила, — пробормотала я в подушку.

— Не за что.

Файлин устроилась на своей кровати, прижимая к себе плюшевого дракона, и принялась рассказывать о своих «исследованиях». Слушать её было одновременно жутко и забавно. Перевернувшись набок, я с интересом наблюдала, как соседка вещает о целительских буднях.

— … а они боятся, понимаешь? — возмущалась она. — Приходят на практику, видят муляж и сразу в обморок. Какой из них целитель вырастет? Я им говорю: «Это всего лишь воск и капля магии, ничего страшного». А они: «Ой, не могу, это же как настоящее». Идиоты!

— Может, они просто впечатлительные? — осторожно предположила я.

— Впечатлительные? — фыркнула Файлин. — Целитель не имеет права быть впечатлительным. Представляешь, что будет, когда они увидят настоящую рану? Или труп? Они же сразу сознание потеряют, а пациент тем временем умрёт. Нет, мне нужны такие коллеги, которые при виде скальпеля не визжат, а тянутся к нему с интересом.

— Как ты? — со смешком полюбопытствовала я.

— Именно! — Файлин довольно кивнула. — Мечтаю о пациенте, который не будет визжать при виде скальпеля. Или хотя бы об умертвии, которое не будет возражать против вскрытия. Но где же такого найдёшь?

Посмеявшись, мы переключились на домашку. Как раз прилетела партия от Виттори, которую соседка окинула презрительным взглядом, но промолчала. Повтор лекций настолько увлёк, что время пролетело незаметно. И стоило нам закрыть конспекты и начать укладываться в постель, как в дверь постучали.

Мы переглянулись. Кого могло принести в такое время? Файлин пожала плечами, и я подошла к двери, на всякий случай держа руку на бедре, где под ночной сорочкой висел метательный нож. Прежде чем открыть двери, я накинула на себя плотный чёрный халат. Всяко лучше, чем встречать незванного гостя в одной тонкой сорочке.

На пороге стоял магистр Виллир.

— Добрый вечер, адептка Вивир, — мягко улыбнулся он. — Прошу прощения за беспокойство.

— Магистр? — смущённо выдавила я, пытаясь понять, что происходит. — Вы… что-то случилось?

— Ничего страшного, — заверил Виллир и протянул мне свёрток. — Вы забыли свои ножи на тренировочном полигоне. Я возвращался с занятий и увидел их. Решил занести, чтобы до утра не пропали.

Я взяла свёрток, чувствуя, как щёки начинают гореть. Ножи! Идиотка, как только ума хватило забыть главный рабочий инструмент после пары? От приступа самобичевания меня удерживал только стоящий на пороге магистр, сверкающий ослепительной улыбкой.

— Спасибо, магистр, — пробормотала я. — Не стоило беспокоиться.

— Пустое, — отмахнулся Виллир. Его голубые глаза светились теплотой, даже забота померещилась. — Я всё равно проходил мимо. К тому же хорошие ножи — это почти продолжение рук бойца. Нельзя оставлять их без присмотра.

— Я… да, вы правы. Спасибо, — запинаясь, выдавила из себя ещё пару слов.

Виллир кивнул, бросил взгляд поверх моего плеча в комнату и снова улыбнулся.

— Приятного вечера, адептки. Не скучайте.

Мужчина развернулся и пошёл по коридору, а я ещё несколько секунд смотрела ему вслед. Эльф двигался с той особенной грацией, которая была присуща его народу — плавно, бесшумно, словно не касаясь пола.

— Охренеть, — выдохнула Файлин у меня за спиной. — Это же Виллир! Легендарный Виллир! И он принёс тебе ножи! Лично!

— Я их забыла, — напомнила я, закрывая дверь.

— И что? Он мог бы просто оставить их в твоём шкафчике в раздевалке. Но он пришёл сюда. Лично. К тебе. — Файлин многозначительно подняла бровь. — Аврора, к тебе домой пришёл самый красивый преподаватель академии, чтобы вернуть забытые вещи. Ты понимаешь, что это значит?

— Что он ответственный преподаватель? — предположила я.

— Что ты дура, — ласково сказала Файлин. — Он запал на тебя, Аврора.

— Не выдумывай, — хмуро попросила я, прижимая свёрток с ножами к груди.

— Я ничего не выдумываю. Я целитель, и очень наблюдательная. У него взгляд был… такой… — Файлин слегка замялась, подбирая слова. — Тёплый, что ли. Уж точно не преподавательский.

Покачав головой, шикнула на ускорившееся сердцебиение. Глупости. Магистр Виллир просто хороший преподаватель, ценящий своих адептов. И ничего больше, как бы там не привиделось другим. Но когда я ложилась спать, в голове почему-то крутилась его улыбка. А кулон на шее молчал, надеюсь, это можно принять за добрый знак. Значит, ночной гость не вернётся и всё будет хорошо.

Вот бы до самого утра меня никто не беспокоил! Выспаться перед занятиями — это ведь так важно, особенно для дополнительных тренировок. Не высплюсь — опять к вечеру не смогу ногами шевелить. Закрыв глаза, я провалилась в сон. В этот раз без всяких там силуэтов и сияния, просто благодатная тьма, от которой всё тело расслаблялось.

Утро выдалось довольно шумным. Несмотря на раннее время, в холле общежития было довольно оживлённо. Адепты толпились у большой доски для объявлений, наперебой обсуждая аккуратное послание от администрации. Я догадывалась, что там, но соседка по комнате решила самолично убедиться.

— Чего это они? — Файлин выглянула из-за моего плеча. — Пожар? Или бесплатная раздача трупов?

— Скорее второе, — хмыкнула я, хотя шутка вышла так себе.

Мы протиснулись поближе. Пришлось изрядно потолкаться локтями, прежде чем заветное место оказалось нашим. Прищурившись, я быстро пробежала взглядом по расписанию лекций, а после нашла искомое послание. На доске висел новенький лист пергамента с гербом академии, украшенный золотым тиснением. На нём крупными буквами значилось:

'Внимание адептов академии Орнелл!

Объявляется приём анонимных заявок на участие в отборочном этапе международного Турнира магии. Желающие принять участие опускают пергамент с личным номером (имя указывать запрещено) в специальный ящик, установленный в холле административного корпуса. Срок подачи — семь дней.

Помните: только лучшие пятеро адептов представят нашу академию на Турнире!'.

— Ого, — протянула Файлин. — Анонимные заявки. Это чтобы никому не обидно было?

— Чтобы блат не работал, — поправила я, читая дальше. Внизу мелкими буквами пояснялось, что код можно получить у секретаря, и он будет известен только самому участнику и приёмной комиссии.

— И что думаешь? — Файлин толкнула меня локтем. — Будешь подавать?

— С ума сошла? — я отодвинулась от доски. — Мне это не надо.

— Ну да, ну да, — загадочно протянула соседка. — Конечно, не надо. Пойдём лучше завтракать, а то опоздаем.

Поддавшись минутной слабости, обернулась обратно к доске. Студенты оживлённо жестикулировали, кто-то уже бежал к выходу — видимо, за кодом. В их глазах горел азарт. А я поймала себя на мысли, что в груди кольнуло чем-то похожим на зависть.

«Глупости. Мне нельзя. Отец ясно дал понять — не высовываться».

Первой парой была тактика, и вёл её магистр Виллир.

Стоило войти в аудиторию, как первым делом я увидела подтянутого магистра в чёрной мантии. Эльф стоял у преподавательского стола, перелистывая какие-то записи, и в утреннем свете, льющемся из высоких окон, выглядел так… нереально, что ли? Светлые волосы отливали серебром, острые уши чуть виднелись из-под прядей, а длинные пальцы с идеальными ногтями перебирали пергаменты с какой-то особенной грацией.

— Садитесь, — поднял магистр голову и улыбнулся.

Поспешно отвернувшись, я плюхнулась на ближайшее свободное место рядом с Лорейн.

— Чего красная? — тут же зашептала подруга.

— Ничего, — буркнула я. — Жарко просто.

— Ага, конечно. Жарко ей. На улице осень, между прочим.

Пришлось сделать вид, что ужасно занята раскладыванием перьев и тетрадей перед собой. Уши предательски алели, скрытые под выбивающимися из пучка тёмными прядями. В этот раз я даже пожалела из-за того, что не распустила волосы. Хотела ведь, несмотря на негласный запрет в академии, но передумала.

— Итак, — мягкий, но в то же время властный, голос Виллира заполнил аудиторию, — сегодня мы поговорим о тактике ведения боя против превосходящего по силе противника. Тема, которая, уверен, будет полезна каждому из вас, независимо от специализации.

Я подняла глаза и… поймала себя на том, что смотрю на него не отрываясь. Магистр рассказывал увлечённо, жестикулировал, приводил примеры из собственной практики. В какой-то момент он упомянул битву в Пустошах, где ему пришлось противостоять троим магам высшей ступени, и я буквально заслушалась.

— … и тогда я понял, что сила — это не главное. Главное — умение её применить. Знать слабые места противника, видеть его уязвимости, использовать его же силу против него самого. — Виллир обвёл взглядом аудиторию и остановился на мне. — Аврора, как вы думаете, что важнее в бою — объём маны или тактическое мышление?

Я вздрогнула, поймав себя на том, что смотрела на него разинув рот.

— Я… э-э… — щёки предательски загорелись. — Тактическое мышление, магистр. Если не знать, как применить силу, она становится бесполезной.

— Именно. — Виллир одобрительно кивнул, и от его улыбки у меня внутри что-то ёкнуло. — Вы прекрасно это продемонстрировали на практике, кстати. Я помню ваш бой с магом огня на втором курсе. Вы проигрывали по силе, но выиграли благодаря хитрости и точных расчётов. Это дорогого стоит.

Послышались шепотки за спиной, однокурсники не слишком любили, когда преподаватели выделяли кого-то посреди лекции. Я не знала, куда деваться от смущения и досады. Похвала от Виллира — это… это было приятно. Очень приятно. Только вот она непременно станет поводом для подколов со стороны парней, и предметом зависти парочки девушек-наёмниц. Оставалась одна надежда, что Виллир отметит ещё адептов за время лекции.

«Прекрати, дура, — приказала я себе. — Он просто преподаватель. Добрый, заботливый преподаватель, который хвалит студентов за успехи. Ничего личного».

Мне почти удалось себя привести в чувства. Но когда я снова подняла глаза, Виллир смотрел на меня с теплотой, от которой сердце пропускало удар. Щёки вновь вспыхнули огнём, и я уткнулась взглядом в тетрадь, лишь бы никого не видеть.

— Продолжим, — мягко сказал эльф и вернулся к лекции.

Усилием остатков воли я заставила себя записывать, но краем глаза то и дело ловила его силуэт у доски. Остаток времени до окончания пары пролетел будто в тумане, почти не отпечатываясь в памяти. Уверена, не будь у меня привычки записывать всё, несмотря на состояние, то плакал бы мой конспект и знания.

После тактики была тренировка по метанию ножей.

Спустившись в подвал боевого луча, мы с однокурсниками погрузились в привычную рутину. Мне то и дело приходилось огрызаться на мальчишеские шутки и подначки, кипя от злости на саму себя. Право слово, не на магистра же злится, он хотел как лучше.

Полигон боевиков встретил нас запахом пота и магии. Здесь уже вовсю разминались старшекурсники, в воздухе мелькали клинки, с глухим стуком вонзаясь в мишени. Парочка парней бегали вдоль стены, а девушки разминались и растягивали мышцы. Пожалуй, и мне следовало начать с этого, но душа требовала «выплеснуть пар».

— Давай, Вивир, покажи класс! — крикнул кто-то из парней, когда я вышла на линию.

Усмехнувшись, я прокрутила в руках пару кинжалов. На поясе тренировочного костюма ждали своего часа ещё три снаряда. Метание ножей было тем немногим, в чём я действительно преуспевала. Маны мало — не беда, когда у тебя острый глаз и твёрдая рука. Я распознала это в конце первого курса, и после только оттачивала мастерство.

Первый нож вошёл в «десятку». Второй — рядом, на расстоянии полупальца. Третий расщепил древко второго.

— Ух ты! — восхищённо присвистнул парень с четвёртого курса. — Вивир, ты как это делаешь?

— Тренируюсь, — коротко ответила я, вытаскивая ножи из мишени.

Но внутри разлилось довольство. Здесь, на полигоне, я была не серой мышкой, а лучшей. И пусть только в метании ножей, но всё же этого было достаточно, чтобы чувствовать каплю удовлетворения. Целительство, которым я занималась с подачи Виттори, не могло засчитываться на мой счёт. Так что мои заслуги состояли только из метко брошенных кинжалов, как не печально признавать.

— Аврора, — внезапно раздался за спиной голос Виллира.

Обернувшись, я увидела стоящего за спиной эльфа. Нас разделяла всего пара шагов, но меня всё равно бросило в жар. Распрямив спину, постаралась взять себя в руки. Незримая маска равнодушия заняла привычное место на лице, покрайней мере, мне хотелось в это верить.

— Магистр? — спокойно уточнила я.

— Отличный бросок. — Похвалил Виллир, после чего подошёл ближе и взял один из моих ножей, рассматривая лезвие. — Хороший баланс. Сами выбирали?

— Да. В прошлом году в Орни купила.

— Правильный выбор. — Виллир вернул нож, и его пальцы на мгновение коснулись моих. Случайно, конечно. — У вас талант, Аврора. Не зарывайте его.

— Спасибо, магистр, — пробормотала я, глядя, как он уходит к другим студентам.

Невероятно. Вторая похвала за этот день из уст магистра. Разве, раньше он был так щедр? Может, после практики он решил быть добрее к адептам? Наверное, так и было, ведь не могла же я стать для него кем-то особенным. Несмотря на все мысли, в груди разлилось странное тепло, от которого заныло сердце.

Появление на тренировочном плаце магистра взбудоражило народ, и шквал насмешек лишь возрастал. Пришлось делом доказывать, что никто не смеет строить всякие теории относительно запретных отношений между мной и Виллиром. Особо настырные не единожды повалялись на песке, который устилал полплощадки.

Во мне же лишь сильнее разгоралась злость. На себя, на магистра, и на мои чувства. Именно злость руководила, когда мои кулаки находили особо уязвимые места на телах соперников. Тяжело дыша, чувствуя, как трещат мышцы, я продолжала спаринговаться. Летящая по тренировочному плацу пыль не успевала оседать, когда очередной адепт оказывался положенным на лопатки.

— Ну ты и зверь, Вивир, — присвистнул один из поверженных парней, Ликорис, поднимаясь и потирая бок.

— Ещё есть желающие пошутить? — хмуро уточнила я, окидывая собравшуюся вокруг нас толпу зрителей.

— Да ладно тебе, не кипятись, — пронёсся виноватый шёпот отовсюду. — Уже и пошутить нельзя…

На том и порешили. Все разговоры утихли, и конец тренировки получился довольно спокойным. После обеда было совместное занятие боевиков и целителей. Мы собрались в лазарете, где магистр Арлан гоняла нас по оказанию первой помощи. Целители отрабатывали заклинания на муляжах, а боевики выступали в роли «раненых».

— Да не дёргайся ты! — рыкнула Файлин на здоровенного парня с боевого, который отчаянно пытался выдернуть руку из её цепких пальцев. — Я тебе кости правлю, а не отрезаю ничего!

— Больно же! — взвыл парень.

— Терпи. Хочешь с кривой рукой ходить?

Я наблюдала за этой сценой и улыбалась. Файлин была в своей стихии. Глаза горели, движения точные, уверенные. Страшно представить, что будет, когда ей в руки попадётся настоящий пациент.

— Аврора, — окликнула меня Арлан. — Подойдите.

Я подошла. Стальная женщина смотрела на меня с обычным своим пронзительным выражением.

— Покажите, как вы накладываете жгут.

Кивнув, я за несколько секунд проделала все необходимые манипуляции на муляже.

— Быстро, — одобрила магистр. — И даже правильно, что весь удивительно для наёмника. Откуда знаете?

— Практика, магистр. Пришлось изучить, пока отрабатывали.

— Весь похвально, вы делаете это лучше, чем некоторые целители. — Арлан прищурилась. — Вы точно не хотите перевестись?

— У меня ступень низкая, — напомнила я.

— Ступень ступенью, но руки у вас золотые. — вздохнула преподавательница. — Ладно, идите. Но советую подумать над моим предложением, я могу поговорить с ректором о вашем переводе.

Я отошла, чувствуя странное удовлетворение. Даже Арлан меня хвалит. Может, я действительно не так безнадёжна, как считала?

Вечер пришёл тихо, принося с собой усталость и ломоту в мышцах. Всё же, пожалуй, не стоило переусердствовать во время тренировки. Пусть бы болтали что хотят, мне ведь это существенного вреда не принесло бы. Но нет, задетые чувства выплеснулись таким вот варварским способом. Вздыхая, я перебирала конспекты и готовилась к завтрашнему дню. Внезапно в дверь постучали, но я даже не оторвалась от своего занятия.

— Открыто! — крикнула я, думая, что это Файлин вернулась из лазарета.

Но вошла Лорейн. С решительным лицом и горящими глазами.

— Рори, нам надо поговорить.

— О чём? — насторожилась я.

Лорейн плюхнулась на кровать Файлин, повезло, что та всё ещё была на занятиях, и уставилась на меня. От столь пристального взгляда стало не по себе. Подруга всегда так смотрит, когда хочет устроить мне выволочку за что-нибудь или продвинуть «гениальную» идею. То есть, обычно это не сулит ничего хорошего.

— О Турнире. Ты должна подать заявку.

— Чего? — я даже рассмеялась. — Лор, ты с ума сошла? Мне нельзя. И мы ведь уже говорили об этом!

— Почему? — подруга поджала губы. — Только не говори снова про отца.

— При чём тут отец? — соврала я отворачиваясь. — У меня уровень ступени низкий. Я просто опозорюсь.

— Аврора, — решительно произнесла Лора, вставая и подходя ко мне, чтобы развернуть к себе, — я видела, как ты дерёшься. Видела, как ты метаешь ножи. Ты лучше половины наших боевиков, у которых ступень шестая! Ты тактик, каких поискать! Почему ты себя закапываешь?

— Я не закапываю, — упрямо буркнула я, не глядя на Лору.

— Закапываешь! — всплеснула руками подруга. — Ты специально держишься в тени, чтобы не злить папочку? Или чтобы сестричка не расстроилась? Аврора, это твоя жизнь!

— Я знаю, — тихо сказала я.

— Не знаешь! — рявкнула Лорейн, ходя по комнате взад-вперёд и жестикулируя. — Ты думаешь, что если будешь тихой и незаметной, тебя оставят в покое? Так не бывает! Виттори будет тебя гнобить независимо от того, подашь ты заявку или нет. А отец… да плевать он хотел на тебя! Для него ты — бесплатная прислуга для его любимой доченьки!

— Лор…

— Нет, послушай! — подруга остановилась напротив. — Ты сама кузнец своего счастья. А ведёшь себя как наковальня! По тебе бьют, а ты терпишь и думаешь, что так и надо.

Молча слушала подругу, не в силах и слова вымолвить. Потому что она была права. Каждое слово било в цель и ощущалось чертовски больно. Правда, она всегда такая — болезненная. Мы раз за разом заводили этот разговор, но итог оставался прежним. Я не могла найти в себе силы идти наперекор семье, только не сейчас, когда до желанной свободы оставалось совсем немного терпения.

— Я не могу, — наконец выдавила из себя пару слов. — Если я подам заявку и выиграю… отец меня убьёт. Он ясно сказал — не высовываться.

— А если проиграешь? — прищурилась Лора. — Ты же не обязана выигрывать. Можешь просто поучаствовать. Заявить о себе. Чтобы все увидели, что ты существуешь.

— Зачем?

— Затем, что ты достойна большего, чем быть тенью Виттори! — почти выкрикнула Лорейн. — Ты лучшая на курсе по метанию ножей. У тебя талант к тактике. Тебя хвалят Виллир и Арлан. А ты сидишь в углу и делаешь вид, что ничего не происходит!

Я опустила голову.

— Лор, я…

— Не надо. — Лорейн вздохнула и села рядом. — Я знаю, что ты боишься. Но иногда страх нужно отбросить, перешагнуть и двигаться дальше. Подумай хотя бы. Ладно?

— Подумаю, — пообещала я, чтобы она отстала.

Только вот в душе я уже знала ответ. Не быть мне участником турнира, не стоять среди тех, кто защищает честь академии. Моя участь в этом соревновании — болеть за счастливчиков, мечтая однажды выйти из тени и проявить себя как подобает.

На следующий день, возвращаясь с послеобеденной тренировки, я столкнулась с Виттори. Буквально ведь эта змеюка вывернула из-за угла коридора боевиков — места, где ее обычно не бывало, — и мы чуть не врезались друг в друга. Успев отпрянуть и избежав столкновения, я с удивлением уставилась на неё. В целительской мантии Виттори всё равно выделялась среди своих однокурсниц, всячески демонстрируя достаток и красоту. Сейчас, например, её огненно рыжие волосы были закреплены изумрудной заколкой, под цвет мантии.

— Осторожнее, сестричка, — пропела она, отступая на шаг.

— Ты что здесь делаешь? — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать.

Виттори улыбнулась. Той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё холодело.

— Просто гуляю. Неужели нельзя? — едко уточнила змеюка, не переставая строить из себя добренькую сестричку.

— По лучу боевиков? — скептически уточнила я.

— А что такого? — Виттори поправила идеально уложенные волосы. — Кстати, слышала про турнир. Анонимные заявки — это так интересно. Ты уже подала?

— Нет, — коротко ответила я, чувствуя подвох.

— Жаль. — бросила Виттори и склонила голову набок, разглядывая меня как забавную зверушку. — Было бы забавно увидеть тебя на ристалище. Представляешь? Серая мышка против настоящих боевиков. Спектакль ещё тот.

Я сжала зубы.

— Тебя это не касается, — произнесла я, мысленно желая вцепить этой гадюке в шею.

— Ой, да ладно тебе, — понизила голос сестричка, приближаясь к моему лицу. — Я, между прочим, за тебя переживаю. Думаю, тебе стоит попробовать. Вдруг получится?

— С чего вдруг такая забота? — спросила я, понимая, что правдивого ответа мне не видать.

— Мы же сестры. — улыбка Виттори стала ещё слаще и ядовитей. — Я желаю тебе только добра.

Развернувшись, Виттори ушла, покачивая бёдрами. А я осталась стоять посреди коридора, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Что-то здесь не так. Эта гадюка никогда ничего не делала просто так. Если она вдруг заговорила о турнире, да ещё и с таким сладким голосом… значит, что-то задумала. Но что?

— Опять твоя сестричка? — раздался недовольный голос Файлин за спиной.

Я обернулась. Соседка стояла с книгой в руках и смотрела вслед удаляющейся Виттори.

— Она что-то задумала, — сказала я.

— Ясное дело. — Хмыкнула соседка, подходя ближе. — У неё на лице написано «козни строю». Что хотела?

— Спросила, подала ли я заявку на Турнир, — раздражённо ответила я, тяжело вздыхая.

— И что ты ответила? — с любопытством уточнила Файлин.

— Что нет, — буркнула я, потирая переносицу.

— Правильно. — Файлин кивнула. — Не вздумай. Если Виттори интересуется, значит, это опасно.

— Думаешь, она может мне навредить?

— Уверена, эта гадость слишком мерзкая. — Выплюнула соседка, поморщившись. — Так что сиди тихо и не высовывайся. А я пока подумаю, чем её можно травануть, если что.

— Файлин!

— Шучу… Почти.

Мы пошли в общежитие, но на душе у меня было тревожно. Слишком много всего навалилось. Турнир, Виллир, Виттори с её загадочными вопросами. И где-то глубоко внутри, под слоем страха и сомнений, шевелилось глупое, запретное желание. А что, если?..

«Нет, — одёрнула я себя. — Не смей даже думать» — но мысль уже зацепилась и не отпускала.

Несколько дней прошли в спокойствии. Наступила пятница, все адепты гудели в ожидании выходных. Мы с девочками, Файлин и Лорейн, тоже нетерпеливо отсчитывали часы, задумав вылазку в Орни. Подруги уговорили меня обновить гардероб, поскольку тренировочная форма порядком истрепалась, да и пора было искать тёплые платья. Ну и никто не отменял возможность отметить начало учёного года, выпив пару стаканов медового кваса.

Первой парой снова была тактика. Я шла в аудиторию и чувствовала, как внутри всё сжимается. Виллир. Его лекции я ждала с каким-то непонятным трепетом, которого сама себе стыдилась. Предстоящие выходные немного померкли в ожидании встречи с наставником.

Войдя в аудиторию, я первым же делом огляделась. Эльф уже был на месте, как и подобает преподавателю. Стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на утреннее небо. Светлые волосы отливали серебром, длинные уши чуть виднелись из-под прядей. При моём появлении он обернулся и улыбнулся.

— Аврора. Проходите, вы почти опоздали.

Виновато кивнув, я поспешила занять своё привычное место. Лорейн не было — её попросили помочь старосте с какими-то бумагами. Я осталась одна, и от этого в аудитории стало как-то слишком тихо. Пусть вокруг и сидели однокурсники, но все же они не могли заменить подругу.

— Сегодня мы продолжим разбор тактических схем, — спокойно начал Виллир, когда все расселись. — Но прежде я хочу сказать несколько слов об успехах.

Он прошёлся между рядами, и я почувствовала, как напряжение нарастает. Его взгляд скользнул по лицам студентов и остановился на мне.

— Аврора, — мягко произнёс Виллир, и в этом голосе не было привычной преподавательской строгости. — Ваши результаты на последней тренировке впечатляют. Я видел, как вы работаете с ножами. Сразу видно будущего мастера, другим стоит брать с вас пример.

Я опустила глаза, чувствуя, как щёки заливаются румянцем.

— Спасибо, магистр.

— Не стоит скромничать, адептка, — с улыбкой сказал Виллир, а после повысил голос, обращаясь ко всем. — Адептка Вивир демонстрирует то, что я пытаюсь вбить в ваши головы уже два года. Не объём маны решает исход боя. Решает голова. Умение просчитать противника, увидеть его слабые места, использовать его же силу против него.

В аудитории зашептались. Кто-то с завистью, кто-то с уважением. Я сидела, не зная, куда деваться от смущения и гордости. Виллир подошёл ближе и положил руку на мою парту.

— Ты способна на большее, чем думаешь, — тихо произнёс преподаватель, так, чтобы слышала только я. — Когда-нибудь ты удивишь всех. Даже себя.

Подняв голову, я столкнулась взглядом с Виллиром, таким тёплым, будто отцовским. На лице магистра сверкала улыбка, от которой моё сердце затрепетало. Смущённо покраснев, быстро отвела взгляд. Не хватало ещё выставить себя влюблённой дурочкой, как большинство других адепток.

— Я… спасибо, магистр, — выдохнула я.

Эльф лишь кивнул, возвращаясь к доске. А я сидела, чувствуя, как внутри разливается странное, давно забытое тепло. Похвала, которую я давно не слышала. Искренняя, пробирающая до очерствевшего сердца. От человека, которого невозможно было не уважать, и к чьим словам прислушивались многие высокопоставленные люди. Отец лишь сравнивал меня с Виттори, мачеха пыталась извести, а сестричка всячески смешивала с грязью. Так что я давно забыла, как приятно слышать в свой адрес тёплые слова поддержки.

«Какой же он замечательный наставник», — подумала я, глядя, как Виллир чертит на доске схему боя.

Лекция прошла на одном дыхании. Я записывала каждое слово, ловила каждый жест. В какой-то момент поймала себя на том, что смотрю не на схему, а на его руки. Длинные пальцы, изящные, но при этом сильные. Наверное, такими руками можно одинаково легко чертить заклинания и держать меч.

— … и это подводит нас к главному, — голос Виллира вырвал меня из размышлений. — В бою, как и в жизни, важнее не то, что тебе дано, а то, как ты этим распоряжаешься.

Он снова взглянул на меня, и я поспешно уткнулась в тетрадь. После лекции я вышла в коридор с каким-то странным чувством лёгкости. Даже однокурсники в этот раз не стали подшучивать, видимо, прошлый «урок» от меня вышел очень показательным. Выйдя в коридор, я потянулась, разминая затёкшую спину.

— Вивир! — окликнул меня кто-то.

Я обернулась. Ко мне спешил парень с четвёртого курса, кажется, его звали Олис.

— Слушай, ты сегодня на тренировку придёшь? У нас там новички из боевых целителей будут, просили показать базу.

— Приду, — кивнула я. — Во сколько?

— После обеда. Часа через два.

Согласившись, посмотрела вслед уходящему адепту и пошла в общежитие переодеться. Сегодня наёмников освободили от двух пар, поскольку преподаватели умудрились заболеть. Так что пятница получилась днём свободной практики, не считая занятия тактикой.

Вернувшись в свою комнату, я огляделась, размышляя над тем, что необходимо сделать до тренировки. Файлин ещё была на занятиях, комната пустовала. Скинув с себя противную мантию, я достала тренировочный костюм и ножи. Пальцы привычно перебирали рукояти. Хорошие ножи, с правильным балансом. Виллир тогда сказал, что я правильно выбрала. Вспомнив это, я снова улыбнулась.

Размышляя и старательно отгоняя дурацкие мечты, я переоделась в тренировочный костюм. Толстая зачарованная ткань облепила тело, плотно облегая и создавая ощущение второй кожи. Чёрная, как и любая униформа наёмников, она превращала меня в настоящую тень. Эмблема ворона заняла своё привычное место у меня на груди, неодобрительно сверкая глазами-камушками. Прицепив ножи на специальный пояс, ещё парочку я засунула в голенища сапог.

Уже собираясь выходить из комнаты, меня застал врасплох стук в дверь. Открыв, я с удивлением увидела Лорейн. Подруга отпихнула меня в сторону, заходя и плюхаясь на мою кровать. Покачав головой от энергичности Лоры, я закрыла обратно дверь. Думаю, раз она наплевала на негласный запрет посещений чужих общежитий, то разговор был серьёзным.

— Рори! Ты не поверишь! — выпалила Лора.

— Что случилось?

— Я только что была в административном корпусе, помогала разбирать бумаги для старосты. И видела ящик с заявками! Там уже штук двадцать лежит!

— И? — я старалась, чтобы голос звучал равнодушно.

— Ставки растут, — хитро прищурилась подруга. — Поговаривают, за отборочными будет наблюдать вся знать, через специальные артефакты. Это отличный шанс, даже если не пройдёшь дальше.

— Ожидаемо, — пожала плечами я, не понимая, почему Лора настолько взбудоражена. — Только не говори, что ты тоже решила участвовать?

— Почему нет? — хмыкнула Лорейн, пожимая плечами. — Меня ведь не останавливают всякие там родственнички…

— Лора, — недовольно протянула я, услышав упрёк в свою сторону.

— Что Лора? — буркнула подруга, вставая и беря меня за руки. — Перестань упрямиться и подай заявку.

— Нет, — отрезала я.

— Бука, — фыркнула Лора, демонстративно отворачиваясь от меня.

— Пошли на тренировочный плац, разомнёмся, — предложила я, легонько толкая подругу.

Новость о прибытии иностранных студентов разнеслась по академии быстрее, чем пожар на алхимическом факультете. Я узнала об этом случайно, когда спешила на утреннюю лекцию по боевой медицине. В коридоре главного корпуса толпились адепты, и их возбуждённые голоса перекрывали друг друга.

— … целая делегация из Аличе! Говорят, среди них сам наследник песчаных драконов!

— А я слышала, они уже прошли отбор у себя, так что приехали только лучшие!

— Их вчера вечером привезли, поселили в отдельном крыле…

Я пробиралась сквозь толпу, стараясь не обращать внимания на перешёптывания. Драконы, наследники, отбор — всё это было где-то далеко, в другой жизни. Моя жизнь сейчас состояла из тренировок, лекций и напряжённого ожидания того дня, когда объявят список участников отборочного этапа.

— Аврора! — Лорейн догнала меня у дверей аудитории. — Ты слышала? Иностранцы уже здесь!

— Слышала, — равнодушно ответила я, занимая место.

— И тебе неинтересно? Говорят, среди них есть невероятно красивый дракон…

— Мне интереснее сдать предстоящий зачёт по анатомии, — перебила я. — У нас сегодня Арлан будет гонять на муляжах.

— Ты невозможна, — вздохнула подруга, но спорить не стала.

Лекция Арлан прошла в обычном напряжённом режиме. Стальная женщина гоняла нас по строению мышечных тканей, заставляя целителей показывать места разрезов на муляжах, а боевиков — перечислять самые уязвимые точки человеческого тела. Я отвечала чётко, без запинки, и даже удостоилась короткого одобрительного кивка.

— Неплохо, адептка Вивир, — бросила Арлан, проходя мимо. — Если бы все боевики так знали анатомию, смертность в Пустошах снизилась бы вдвое.

Я промолчала, но внутри разлилось привычное тепло. Похвала Арлан — редкая вещь. После лекции нас ждало совместная с целителями отработка в лазарете. Файлин встретила меня у входа с сияющими глазами.

— Сегодня будут практические отработки на муляжах! — сообщила она с таким энтузиазмом, будто речь шла о пирожных. — Я уже выбрала самый сложный экземпляр. У него, кажется, повреждена печень.

— Ты пугаешь меня своим рвением, — заметила я.

— Это профессиональное. Пойдём скорее, я хочу занять место у окна, там свет лучше.

В лазарете пахло травами, спиртом и чем-то сладковато-едким. Длинные столы были накрыты белыми простынями, на них лежали муляжи — восковые копии человеческих тел с обозначенными органами и сосудами. Целители рассаживались по местам, боевики размещались на скамьях вдоль стен — мы должны были наблюдать и при необходимости выступать в роли «пациентов».

— Сегодня у нас гости, — объявила магистр Лаура, декан целительского факультета, когда все расселись. — Делегация из академии Аличе будет присутствовать на занятии. Прошу не позорить родной факультет.

В этот момент дверь открылась, и в лазарет вошли иностранные студенты.

Я не собиралась на них смотреть. Правда. Но любопытство оказалось сильнее. Я подняла глаза и увидела пятерых молодых людей в темно-золотых мантиях с вышитыми драконами. Они держались уверенно, с лёгким высокомерием, которое, впрочем, быстро сменилось любопытством, когда они увидели разложенные муляжи.

Среди них выделялся один — высокий брюнет с острыми чертами лица и насмешливым прищуром золотистых глаз. Тот самый, которого я видела в столовой. Наследник? Возможно. Но моё внимание привлёк другой — парень чуть ниже, с рыжеватыми волосами и веснушками на лице. Он смотрел на муляжи с неподдельным интересом и, кажется, даже не пытался это скрыть.

— Прошу, располагайтесь, — Арлан указала на свободные скамьи. — Не мешайте работе.

Иностранцы расселись недалеко от нас. Я заметила, как рыжеватый парень устроился так, чтобы лучше видеть столы.

— Начнём, — магистр хлопнула в ладоши. — Сегодня мы отрабатываем навыки экстренной помощи при внутренних кровотечениях. Целители, приступайте.

Файлин уже колдовала над своим муляжом, ловко орудуя скальпелем. Её движения были точными, уверенными, без лишней суеты. Она что-то тихо бормотала себе под нос, вероятно, перечисляя названия мышц и сосудов.

— Смотрите, как надо работать, — громко сказала Арлан, подходя к Файлин. — Адептка Форс демонстрирует отличную технику.

Однако соседка даже бровью не повела, продолжая своё дело. Только уголки губ чуть дрогнули — она была в своей стихии и наслаждалась каждой секундой. Я перевела взгляд на иностранцев. Рыжеватый парень подался вперёд, с интересом наблюдая за Файлин. На его лице появилось что-то вроде уважения, но быстро сменилось показным равнодушием.

— А эти чем занимаются? — спросил он у соседа, кивая на нас, боевиков.

— Наверное, ждут, пока им перебинтуют головы, — лениво бросил высокий брюнет.

Рыжеватый усмехнулся и сказал громко, так, чтобы все слышали:

— А я слышал, целители здесь только и умеют, что бинты мотать. И то криво.

В лазарете повисла тишина.

Мои однокурсники напряглись, да и я тоже почувствовала прилив раздражения. Пришлые адепты не собирались скрывать насмешки, хоть сперва и показались довольно спокойными. Я видела, как напряглась Файлин. Она замерла на секунду, а потом, не поднимая глаз от муляжа, ответила ледяным тоном, от которого у меня по спине побежали мурашки:

— Могу показать, куда именно нужно воткнуть скальпель, чтобы шутник потерял дар речи навсегда. Это между третьим и четвёртым шейными позвонками. Доступ простой, результат — моментальный. Хотите демонстрацию?

Рыжеватый парень замер с открытым ртом. Его напарники тоже притихли, явно не ожидая такого отпора. А потом он… засмеялся. Да так искренне, что заслужил удивлённые взгляды своих товарищей. Магистр Лаура лишь вздохнула, явно не собираясь вмешиваться в перепалку, но с благодарностью посмотрела на Файлин.

— Опасная женщина, — присвистнул рыжий иностранец, подаваясь вперёд. — Ты как моя мать — тоже любит разделывать тех, кто много болтает. Меня Дамиан зовут. А тебя?

— Файлин, — бросила соседка, наконец поднимая глаза. В них плясали опасные огоньки, но губы чуть дрогнули в подобии улыбки.

— Запомню. Чтобы случайно не попасться тебе под руку в тёмном коридоре, — Дамиан подмигнул.

Фыркнув, Фалин вернулась к своему муляжу. И только я видела, как она поглядывает в сторону Дамиана. В её взгляде читался интерес, но меня пугала мысль, что он может быть чисто профессиональным. От соседки можно ожидать чего угодно, даже экспериментов над иностранными адептами.

Впрочем, это было не моё дело. Единственное, о чём следовало переживать, — это чтобы соседка не получила наказание. А пострадают эти напыщенные задаваки из Аличе или нет, проблема исключительно самих иностранцев. Вон как они поглядывали на нас — насмешливо, словно перестали скрывать истинные мысли.

— Продолжаем работу, — строго приказала декан. — Иностранные гости, прошу не отвлекать адептов.

Дамиан поднял руки в примирительном жесте и откинулся на скамье, но взгляда от Файлин не отвёл. На других парень не смотрел, будто интересуясь исключительно подругой. Я толкнула её локтем, за что заслужила раздражённый взгляд.

— Ты чего? — шепнула я.

— Ничего, — также тихо ответила она. — Просто показала этому ящеру, где раки зимуют.

— Он, кажется, впечатлён, — тихо произнесла я.

— Да плевать, — буркнула Файлин. — Нечего считать нас неумехами.

Я улыбнулась. Файлин была красной. Нет, не от смущения — скорее от азарта. Но щёки у неё горели, и это было заметно даже под тусклым светом лазарета. Впервые мне довелось видеть такую соседку, тем более, я искренне считала её довольно равнодушной к таким выпадам.

Занятие закончилось через час. Целители сдали муляжи, боевики получили домашнее задание по тактике. Иностранцы покинули лазарет первыми, но Дамиан задержался у двери и обернулся.

— Файлин! — крикнул он. — Если захочешь показать мне ту самую технику — я в корпусе Аличе. Только предупреди, я куплю медовый квас и букет целебных трав. Для храбрости.

— Скальпель — лучшее успокоительное, — невозмутимо ответила Файлин.

Дамиан расхохотался и вышел, оставив дверь приоткрытой. Я удивлённо посмотрела на соседку. Файлин делала вид, что собирает инструменты, но движения были слишком резкими, а щёки пылали уже вовсю.

— Нравится? — спросила я.

— С чего ты взяла? — Файлин дёрнула плечом. — Просто забавный тип. Подходит для практических занятий препарирования. У меня как раз драконов никогда не было в подопытных…

— Он, кажется, даже не против… твоих забав, — насмешливо фыркнула я, подначивая соседку.

— Аврора! — возмущённо выпалила Файлин, поправляя очки на носу.

— Молчу, молчу, — с улыбкой сказала я, поднимая руки.

Только я не собиралась молчать, просто дала небольшую передышку от дружеских подколок. Весь вечер, пока мы шли в столовую, ужинали и возвращались в комнату, я ловила на лице Файлин странное выражение. Она злилась? Или смущалась? Или пыталась понять, что с ней происходит?

— Ладно, — сказала соседка, когда мы закрыли дверь комнаты. — Ты хочешь это обсудить?

— Только если ты хочешь, — я пожала плечами.

Файлин помолчала, а потом плюхнулась на свою кровать и уставилась в потолок.

— Он дурак, — сказала соседка.

— Дамиан?

— Ну да. Эти шутки про бинты… глупо и пошло.

— Но ты ответила достойно, — спокойно парировала я.

— Я всегда отвечаю достойно, — фыркнула Файлин. — Это не значит, что я…

Она замолчала, и я терпеливо ждала.

— Когда я работала, он смотрел так, будто я делаю что-то важное. Не как на дурочку с ножом, а как на… профессионала. — Наконец сказала она.

— Ты и есть профессионал.

— Я знаю, но обычно на целителей смотрят как на прислугу. «Принеси-подай, полечи-успокой». А он… — Файлин смущённо замялась. — Он сказал, что я опасная. И улыбнулся, будто это комплимент.

— Это и есть комплимент, — заметила я.

— Для нормальных людей — нет, — фыркнула подруга.

— Дамиан, кажется, не совсем нормальный, — рассмеялась я.

Файлин хмыкнула.

— Это точно. Кто в здравом уме будет флиртовать с девушкой, которая угрожает ему скальпелем?

— Может, тот, кому это нравится?

— Дураков много, — отрезала соседка, но в голосе не было злости.

Пока я разбирала вещи, Файлин лежала и смотрела в потолок. В комнате царил полумрак, за окном шумели адепты, где-то смеялись возвращающиеся в общежитие целители. Спокойная обстановка почему-то напоминала затишье перед бурей. Приезд иностранцев всё ещё будоражил академию, но меня он почему-то пугал. Я не могла отделаться от мысли, что больше не видать мне спокойных деньков.

— Аврора, — вдруг сказала Файлин.

— Мм?

— А драконы и правда невероятные. Довольно смазливые, но не без хищной ауры. Не зря их считают опасными противниками, хотя я не особо верю слухам.

— Ты про кого? Про наследника?

— И про него тоже, но в первую очередь про Дамиана. У него глаза… забавные. Как у кота, который нашёл сметану и не знает, как к ней подобраться.

Я не удержалась от смеха.

— Ты влюбилась?

— Ни в коем случае! — Файлин села на кровати. — Я просто констатирую факт. Он забавный. Для будущего подопытного ящера. Впрочем, если Дамиан ещё раз придёт на занятие, я, возможно, не буду его резать. Пока.

— Очень великодушно, — ухмыльнулась я.

— Я вообще сама доброта. — фыркнув, Файлин улеглась обратно. — Но, если он ещё раз начнёт шутить про бинты или что-то подобное… скальпель найдёт его быстрее, чем он скажет «мама».

Я улыбнулась и выключила свет. В темноте было слышно, как Файлин ворочается.

— Аврора?

— Да?

— А как ты думаешь, они надолго приехали? Иностранцы эти?

— На весь Турнир, наверное. Месяц, а то и больше, — задумчиво протянула я.

— Месяц, — протянула Файлин. — Долго.

— Ты рада?

— Я просто… интересно, какие у них методы лечения. Может, удастся посмотреть. В образовательных целях, — пробормотала соседка, явно смущаясь.

— Конечно, только в образовательных, — фыркнула я, подавив улыбку.

— Аврора! — возмущённо выпалила Файлин.

— Спокойной ночи, Файлин.

— … Спокойной ночи.

Я закрыла глаза, но сон не шёл. Слишком много всего случилось за эти дни. Похвала Виллира, а теперь ещё и драконы, которые приехали неизвестно зачем. Однако в голове крутилось не только это. Дамиан и Файлин. Может, и правда, этот год будет не таким уж скучным. Ещё и наследник песчаных, пусть я и старалась не смотреть в сторону иностранцев, мой взгляд всё равно цеплялся за жгучего брюнета.

Я повернулась набок и посмотрела в окно. Где-то там, в отдельном крыле, жили сейчас иностранные студенты. Те, кто в недалёком будущем станет соперниками наших боевиков. Надеюсь, отборочные пройдут без инцидентов.

«Интересно, что будет завтра?» — с этой мыслью я засыпала.

Всю ночь меня преследовали загадочные тени, в которых отчётливо мелькали золотые всполохи чужой магии. Из-за этого мне не удалось нормально выспаться, ещё и проснулась оттого, что Файлин уже сидела за столом и переписывала конспекты, напевая под нос какой-то странный мотив.

— Ты чего так рано? — хрипло спросила я.

— Хочу как следует подготовиться к следующей лекции по анатомии, — ответила соседка. — Говорят, иностранцы тоже будут. Для обмена опытом

— И ты, конечно, хочешь обменяться опытом.

— Именно. — Файлин поправила очки и улыбнулась. — Я слышала, у них интересные методики. И потом… может, этот придурок снова придёт. Я хочу проверить, не испугался ли он после вчерашнего.

— А если не испугался? — сонно пробормотала я, борясь с желанием вновь уснуть.

— Тогда он достоин уважения. — Файлин взяла в руки скальпель, который всегда лежал у неё на столе, и покрутила его. — И осторожности.

Потягиваясь и садясь на кровати, я коротко хохотнула. Да уж, целители бывают по-настоящему страшными людьми. Мне уже немного жаль беднягу Дамиана, который привлёк к себе внимание Файлин.

Первая учебная неделя подошла к концу, оставив после себя странное послевкусие. Меня слишком выбили из колеи собственные чувства, да и поведение магистра Виллира. Подозреваю, что Лорейн и Файлин заметили это, раз решили вытащить меня на прогулку и заодно вместе с другими адептами отметить начало учебного года. Обычно Лора не жаловала попойки, да и я тоже не слишком любила проводить время в таверне.

Но тут сами боги велели развеяться, дабы привести мозг в порядок.

— Куда сперва пойдём, — весело спросила Лорейн, подхватывая меня и Файлин под руки и направляясь к выходу из академии.

— Я хочу посмотреть на местных торговцев, — заявила целительница, когда мы вышли за ворота академии. — Говорят, у одного алхимика появились редкие реактивы. Вдруг что-то по-настоящему интересное, а его заберут другие.

— Ты и в выходные думаешь о реактивах и учёбе, — покачала головой Лорейн.

— А ты о чём думаешь? — весело парировала Файлин, косясь на подругу.

— О платьях, — честно призналась Лора. — И о том, чтобы найти приличную обувь. Мои туфли совсем развалились.

Я слушала их перебранку и улыбалась. Соседка идеально вписалась в нашу компанию, хотя однокурсницам так и не удалось это сделать за все три месяца совместной практики. Это не могло не радовать, поскольку энтузиазма Лоры для меня одной было с избытком, а так она станет отвлекаться ещё и на Файлин.

Нет, я ценила и любила подругу. Мы стали неразлучной парочкой за эти два года, и не раз слышали подколки по этому поводу от других адептов. Только вот я по жизни не слишком разговорчива, сказывалось прошлое под гнётом Виттори и мачехи. Лорейн же напоминала живое пламя, игривое, разговорчивое и желающее всех завлечь за собой. Весьма удивительно, что ей нравилось такое тихое и серьёзное занятие как артефакторика.

Орни встретил нас шумом и суетой. В субботу студенческий городок оживал по-особенному: лавки выставляли лучшие товары, уличные торговцы зазывали покупателей, где-то играла музыка. Мы свернули на главную улицу, где располагались самые интересные магазины. Лора уже вовсю стреляла взглядом, прикидывая будущий маршрут. Мне оставалось лишь покачивать головой, «предвкушая» предстоящий марафон.

— Сначала за платьем, верно? — предложила Лорейн, сверкая глазами.

— Платье — это надолго, — возразила Файлин. — Может, сначала заколки и реактивы?

— А может, сразу в таверну? — усмехнулась я, прекрасно понимая, что спор затянется. — Или будем спорить до вечера?

Девушки переглянулись и рассмеялись.

— Ладно, — сдалась Лора. — Сначала заколки. Потом платье. Потом таверна.

— И реактивы, — напомнила Файлин.

— И реактивы, — вздохнула подруга, закатывая глаза.

Мы двинулись по улице, разглядывая витрины. В лавке с украшениями Файлин задержалась надолго, перебирая заколки с самоцветами. Я лишь удивлённо следила за ней, не веря собственным глазам. Всё же целительница не напоминала девушку, которая любит драгоценности и излишние украшения. Рядом с нами Лорейн примеряла серьги, и отчего-то мне казалось, что купит она сразу несколько. После короткого осмотра витрины моё внимание привлекли браслеты с тонким ажурным плетением — такие же носила мачеха, и я всегда завидовала ей втайне.

— Нравится? — спросила Файлин, заметив мой взгляд.

— Не то чтобы сильно нравятся, — отводя взгляд, ответила я и пожала плечами. — Просто красиво.

— Бери, — соседка сунула мне в руки серебряный браслет с голубым камнем. — В качестве подарка за то, что терпишь мои муляжи в комнате.

— Ты не обязана…

— Я хочу тебе подарить браслет, и не спорь!

Спорить действительно не стала, просто с благодарностью приняла подарок и обняла засмущавшуюся соседку. После чего осторожно надела новое украшение, любуясь блеском камушка. Браслет лёг на запястье, и камень засветился тёплым светом, будто отзываясь на моё тепло. Лорейн одобрительно кивнула, и мы двинулись дальше.

В лавке готового платья нас ждало разочарование. Лорейн нашла туфли, но платье, которое она присмотрела ещё на прошлой неделе, уже продали.

— Ну почему? — простонала она, рассматривая пустой манекен. — Я же сказала, что вернусь!

— Может, посмотрим в другой лавке? — предложила я.

— А может, наплюём на платье и пойти в таверну? — уставшая Файлин с надеждой посмотрела на нас.

— Ты просто хочешь побыстрее добраться до своих реактивов, — усмехнулась Лорейн.

— И это тоже, — не стала скрывать целительница.

Успокаивая расстроенную подругу, вышли из лавки. Не спеша мы двинулись в сторону «Весёлого единорога» — таверны, которую особенно любили адепты. Там всегда было шумно, весело и подавали отличный медовый квас. Да и хозяин в прошлом числился в Орнелле, пока не понял, что истинное наслаждение для него не в магии, а в попойках. И теперь ежегодно устраивал вечер скидок в честь начала года, поощряя тех, кто продолжает учиться в академии, и грызть гранит магической науки.

Когда мы вошли, таверна гудела. За многочисленными столами, которые сдвинули в несколько рядов, сидели адепты со всех факультетов, кто-то уже успел заказать ужин, кто-то только выбирал место. Мы нашли пустующий свободный столик у окна и устроились поудобнее.

— По кружке кваса? — спросила я, подзывая служанку.

— И пирожных, — добавила Лорейн. — С ягодами.

— И сыра, — вставила Файлин. — С плесенью. Тот, что пахнет, как лаборатория после опыта.

— Ты ужасна, — сказала я, передёрнув плечами от воспоминания о вонючем «лакомстве» гурманов, но передала заказ подошедшей подавальщице.

Пока ждали, я оглядела зал. В углу дальнего стола сидели знакомые с боевого, они махали нам и вернулись к своим кружкам. У барной стойки толпились целители, а за дальним столом…

Я замерла.

«Иностранцы» — ошарашенно поняла я, вглядевшись в смутно знакомые лица парней из Аличе.

Вся пятёрка сидела за большим столом в глубине таверны. Высокий брюнет, тот самый наследник, развалился на стуле с таким видом, будто ему принадлежало всё вокруг. Рядом — Дамиан, которого я узнала по рыжим волосам. Ещё двое —смазливый парень с тёмной косой, в которую были вплетены серебряные иглы, и молчаливый крепыш с серьёзным лицом. Пятого рассмотреть не удалось, он сидел спиной к нашему столику.

— Смотри, — шепнула Лора, толкая меня локтем. — Драконы. И этот красавчик… говорят, его Ноллан зовут.

— Мне всё равно, — буркнула я отворачиваясь.

— Конечно, всё равно. Ты на него так смотришь, будто хочешь нож метнуть.

— Лучшая идея за сегодня, — хмыкнула Файлин, тоже поглядывая в ту сторону. — Особенно вон того, рыжего. Я бы с удовольствием…

— Ты его скальпелем, я — ножом, — усмехнулась я. — Отличная команда.

Мы захихикали, но смех вышел нервным. Иностранцы нас заметили. Дамиан поднял голову и, узнав Файлин, расплылся в улыбке. Он что-то шепнул Ноллану, и тот повернулся в нашу сторону. Хоть нас и разделяло полтаверны, но я почувствовала его взгляд. Цепкий, насмешливый, изучающий. Этот нахал смотрел так, будто я была экспонатом в коллекции, и мне это совершенно не нравилось.

«Не смотри на него» — приказала себе, но глаза не слушались.

Ноллан поднял кружку и сделал вид, что пьёт за наше здоровье. Лорейн хихикнула и помахала в ответ. Я схватила её за руку, чувствуя, как внутри пробуждается глухое раздражение.

— Ты чего? — буркнула я, косясь на иностранцев.

— Они же нас заметили! Невежливо игнорировать, — удивлённо пояснила Лора.

— Очень даже вежливо, — прошипела я. — Мы их знать не знаем.

— Зато они нас знают, — заметила Файлин. — Особенно я. Дамиан уже который день ходит на занятия целителей. Говорит, ему интересны наши методики.

— Интересны ему, — фыркнула я. — Ему ты интересна.

— Аврора! — воскликнула соседка, заливаясь румянцем.

— Что? Это правда. Он на тебя смотрит как кот на сметану, — фыркнула я, отпивая из принесённой подавальщицей кружки и перекатывая на языке пенящийся сладковатый квас.

— А ты на его друга — как кошка на мышь, — парировала Файлин.

Лорейн прыснула, и я не удержалась от смеха. Напряжение спало, и мы, наконец, смогли расслабиться. Вечер начался, и я старалась отгонять от себя странное предчувствие, появившееся при виде драконов. Ладно, таверна предназначена для всех, так что пусть себе отдыхают. Главное, чтобы отдельно от нас.

Принесли новую порцию кваса и пирожные. Я сделала большой глоток и блаженно выдохнула. Медовый квас с лёгкой горчинкой обжигал горло и согревал изнутри, щекоча язык игривыми пузырьками. Тепло прокатилось по телу, согревая изнутри и давая чувство лёгкости. Пожалуй, среди всех напитков таверны, этот был лучше всего и не так туманил голову. Его делали местные хозяева, строго следуя вековому рецепту.

— За окончание первой недели! — подняла кружку Лорейн.

— Чтобы нас не отчислили! — добавила Файлин.

— И чтобы мы не поубивали друг друга, — закончила я.

Мы чокнулись и выпили. Пирожные с ягодами оказались великолепными — нежные, тающие во рту, с долгим сладким послевкусием. Файлин с удовольствием ела сыр с плесенью, закусывая свежей грушей, отчего Лорейн отвернулась и поморщилась.

— Ты извращенка, — сказала она.

— Это превосходное угощение, — возразила Файлин, явно смакуя своё лакомство. — Просто у тебя вкус не развит.

— У меня вкус достаточно развит, чтобы не есть заплесневелый сыр, — фыркнула подруга, отламывая ложечкой кусочек песочного тарта с воздушным кремом и ягодой черники.

— Это благородная плесень!

Я слушала их и улыбалась. Вот оно — счастье. Просто сидеть с подругами в тёплой таверне, пить квас и не думать о завтрашнем дне. Расслабляться после насыщенной недели, чувствуя, как отпускает накопившееся напряжение и уходит тревожность. Меня успели вымотать эти дни, хоть я и старалась не показывать этого другим. Впрочем, судя по всему, Лорейн и Файлин меня раскусили.

— Можно к вам присоединиться? — внезапно произнёс смутно знакомый мужской голос.

Подняв голову, отрываясь от своей порции сладкого, я с удивлением увидела знакомого парня. Перед нашим столиком стоял Дамиан. Его рыжие волосы были взъерошены, на лице — улыбка, в глазах — озорные искры. Рядом с ним стоял Ноллан, выглядевший так, будто его сюда притащили силой. Уж больно раздражённо смотрел на нас наследничек песочников, того гляди и испепелит взглядом.

— Мест нет, — сказала я.

— Мы потеснимся, — Дамиан уже придвигал стул.

— Вас не приглашали, — гнула свою линию я.

— Аврора, — шикнула Лорейн. — Не будь такой грубой.

— Я просто констатирую факт, — стараясь подавить раздражение от присутствия парней.

Не слушая моих возражений, Ноллан сел напротив. Его золотистые глаза смотрели насмешливо, губы тронула полуулыбка. Сейчас он выглядел распутно, сверкая распахнутой до половины груди рубашкой, которая не скрывала кусочка татуировки на плече и довольно рельефного телосложения. Стараясь не показывать лёгкого смущения, я напустила на себя насмешливый вид и окинула демонстративным взглядом песчаного дракона.

— Не бойтесь, мы не кусаемся, — сказал Ноллан, демонстрируя заострённые верхние клыки в улыбке. — Ну, почти.

— Кто сказал, что я боюсь вас? — равнодушно ответила я. — Просто не люблю, когда навязываются.

— Навязываются? — переспросил Ноллан и приподнял бровь. — Мы просто хотели познакомиться. Вежливость, знаете ли.

— Это называется вежливостью? — деланно изумилась я, вскидывая брови от удивления. Вот это наглость, прям не прикрытая.

— А как это называете вы? — с лёгкой издёвкой, присущей всем парням, уточнил дракон.

Я встретила его взгляд, и что-то мне не понравилось в тенях, что скрывались в глубине его глаз. С каждой секундой разговор становился напряжённее, опутывая меня странным предчувствием. Этот выскочка смотрел на меня свысока, и в этом было что-то раздражающее, ведь наши положения были неравны. Он наследник Песчаных драконов, а я всего лишь внебрачная дочь барона. И не мне тягаться с ним в словесных баталиях, даже если мне неприятно его общество.

«Хотя кто мне запретит?» — внезапно подумала я.

— Назойливостью, — отрезала я.

Дамиан поперхнулся квасом, Файлин тихо хмыкнула, а Лорейн закатила глаза.

— Аврора, — укоризненно произнесла подруга, но в её тоне не было осуждения.

Повисшее молчание разрядилось, стоило Ноллану рассмеяться. Он хохотал, будто я сказала нечто невероятно смешное. Скрипнув зубами, я махом отпила полкружки кваса, чувствуя лишь сладкую горечь на языке. Вот же… дракон. Мне так и хотелось убрать улыбку с мужского лица, от которой моё сердце странно учащало бег. Красивый, засранец, и явно знает об этом.

— Ну ты даёшь, — сказал Ноллан, с трудом успокаиваясь и вытирая глаза. — Никто меня ещё назойливым не называл.

— Всё бывает впервые, такова жизнь. — Пожала я плечами, беря эмоции под контроль.

— И характер у тебя… вспыльчивый, — с лёгким восхищением добавил дракон. — А выглядишь тихой.

— Внешность обманчива, — хмыкнула я, стараясь больше не смотреть на парня перед собой.

— Заметил.

На этом я думала, что тема исчерпана, но уходить никто не собирался. Наоборот, парень подозвал подавальщицу, заказал ещё кваса с закусками, и разлил светлый пузырящийся напиток по кружкам. Рядом с нашими пирожными появились тарелки с зажаренными колбасками, ароматными и сочными.

— Давай мириться, — предложил Ноллан, пододвигая мне кружку. — Мы здесь надолго, и ссориться с местными не в наших интересах.

— А что в ваших планах? — спросила я, но кружку взяла.

— Выиграть Турнир, — просто ответил парень. — Показать, на что способны драконы.

— Самоуверенно, — протянула я, всё же посмотрев на нахала.

— Уверенно, — поправил он. — Это не одно и то же.

— Уверенность без подготовки — самоуверенность, — парировала я. — Вы даже не видели наших бойцов.

— Видели. На тренировках. — Равнодушно произнёс Ноллан, делая глоток. — Ничего особенного.

Внутри всё закипело. Я не знала, кому предстоит представлять академию, но мы точно не слабее этих иностранцев. От несправедливых слов внутри появился протест, захотелось вылить квас на голову дракону и уйти тренироваться, желательно в спарринг с кем-то вроде этого самовлюблённого придурка.

— Посмотрим на твои впечатления после отбора, — процедила я.

— После отбора? — заинтересованно протянул Ноллан прищуриваясь. — Ты тоже участвуешь?

— Не твоё дело, — рыкнула я, до побелевших костяшек сжимая ручку кружки.

— А ты способна удивить, — весело заявил дракон, забавляясь и вновь растягивая губы в надменной улыбке. — С каждой минутой всё интереснее и интереснее.

Мы смотрели друг на друга, и между нами будто пробежала искра. Файлин и Лорейн переглянулись, Дамиан явно развеселился. Я даже не заметила, что вокруг нас всё это время были другие люди. Моргнув, я осмотрелась по сторонам, замечая пристальные взгляды подруг. Да уж, вот это меня увлёк спор с этим ящером, что позабыла обо всём.

— Может, перейдём к делу? — вмешался Дамиан. — Ноллан, ты что-то хотел предложить.

— Ах да. — произнёс Ноллан, откидываясь на стуле и хитро глядя на меня. — Просто сидеть скучно. Давай посоревнуемся.

— В чём? — насторожилась я.

— Кто больше выпьет медового кваса. — Простодушно предложил парень, кивая в сторону кувшина. — Без магии, честно.

Я удивилась — не сразу нашлась что ответить.

— Зачем? — выдохнула наконец вопрос, который крутился в моей голове.

— Я люблю выигрывать. А ты, кажется, не любишь проигрывать, — подаваясь в мою сторону, ответил Ноллан.

— Почему ты так думаешь? — фыркнула я, тоже складывая руки на груди.

— По глазам вижу — ты из тех, кто не сдаётся, — выдал дракон, подначивая меня согласиться.

Первым делом я хотела отказаться, но азарт уже проснулся. Взгляд золотых глаз говорил, что я уже проиграла. И мне до жути хотелось утереть нос засранцу, который считал себя выше других.

— Идёт, — сказала я. — Но только потом без обид.

— Хорошо, — кивнул Ноллан.

Мы чокнулись и выпили залпом. Сейчас квас казался крепче, чем я ожидала. Он обжигал горло и приятно согревал. Я поставила кружку и перевела дыхание, посматривая в сторону соперника.

— Не отставай, — усмехнулся Ноллан, наливая следующую.

— Не дождёшься, — хмыкнула я.

Вторая кружка далась проще. Возможно, мне показалось, но этот квас слегка отличался от привычного, ещё и пощипывал язык. Дракон пил быстро, но я заметила, что он немного побледнел. Интересно, в его королевстве медовый квас тоже в фаворите у адептов, или там другие напитки в почёте? Однако спрашивать точно не буду, ещё посчитает, что разыграл во мне интерес.

— Слабо? — спросила я. — Сдаёшься?

— Нет, — ответил он, сверкнув зубастой улыбкой.

Третья кружка. Четвёртая. Мир начал плыть, но я держалась. Ноллан тоже, но его глаза блестели уже не только от смеха. Со всех сторон нас подбадривали ребята, наш спор собрал вокруг целую толпу болельщиков. Само собой, большинство встало на мою сторону, как местной. Но и дракона не забывали, дабы он не сдавался легко какой-то девчонке.

— Пятая, — сказал парень. — Будешь, или я победил?

Мы выпили. У меня зашумело в ушах, но я не показала вида. А вот соперничек едва заметно покачнулся на стуле, и я уже мысленно ликовала. Победа была в кармане, оставалось только чтобы парень официально признал поражение.

— Всё? — спросила я.

— Нет… — покачал головой Ноллан и снова качнулся, с трудом удерживая равновесие. — Квас крепкий.

— Это ты слабый, — усмехнулась я. — Дракон, а пить не умеешь.

— Я умею, — с жаром возразил парень, однако в голосе проскальзывали обиженные нотки. — Просто не ожидал…

— Чего? Что проиграешь? — не скрывая ликования уточнила я.

Дракон посмотрел на меня, прищуриваясь и словно смотря по-новому. В его взгляде смешались удивление, злость и… уважение?

— Я не проиграл, — попытался убедить меня парень, чуть ли не пальцем тыкая в сторону опустошённых кувшинов от кваса. — Мы на равных.

— Я выпила столько же, а сижу ровно, — насмешливо заметила я.

— Ты… особенная, — выдохнул Ноллан.

От этих слов я невольно смутилась и тут же разозлилась на себя за это. Ещё не хватало давать слабину перед ним, и так сердце бешено колотилось в груди. Выпитое туманило разум, а взгляд то и дело цеплялся за кусочек обнажённой мужской груди, которая виднелась в расстёгнутой рубашке. Кончики ушей давно предательски горели, но их было не видно за волосами.

— Ладно, — произнёс Ноллан и поднялся, держась за стол. — В этот раз ничья. Но в следующий…

— Следующего не будет, — не раздумывая ответила я.

— Будет, — пообещал Ноллан, наклоняясь ко мне. Мне в нос тут же проник запах кваса и чего-то древесного, терпкого. — Я не люблю проигрывать. Так что однажды вернусь, чтобы взять реванш. Запомни.

— Запомню, — ответила я, глядя ему в глаза. — Но всё равно проиграешь.

— Посмотрим.

Он выпрямился и пошёл к выходу. Дамиан подхватил его под руку и переглянулся с Файлин. Когда за их компанией захлопнулась дверь, зал взорвался восторженными выкриками. Подруги облепили меня, тиская и обнимая. Меня начало подташнивать, но я упрямо сглотнула вязкую слюну и засунула в рот кусочек колбаски.

— Ты видела его лицо? — смеялась Лорейн. — Этот наглый дракон чуть не упал со стула!

— Ты молодец, — с уважением сказала Файлин, хлопая меня по плечу. — Я не думала, что ты столько выпьешь.

— Я и сама не думала, — честно призналась, когда дожевала колбаску. Голова начала кружиться, но пока мне удавалось держаться. — Просто он такой самоуверенный. Хотелось поставить на место.

— Поставила, — кивнула Лорейн. — Ещё как.

Мы доели всё, что оставалось от закуски, заказали виноградный сок, чтобы немного унять желудки после кваса. Вечер тянулся, в таверне мерцали огни, и всё происходящее казалось странным сном. Это первый мой спор, да и соперник попался уникальный. Когда ещё выпадет шанс выпить с настоящим драконом.

«Ты особенная» — то и дело вспыхивали в мыслях слова Ноллана.

Я всеми силами гнала их прочь. Глупости. Просто пьяные разговоры. Но почему эти слова так согревали?

— Аврора, ты чего задумалась? — спросила Файлин.

— Ничего, — я тряхнула головой. — Просто устала.

— Пойдём тогда. Завтра выходной, отоспимся.

Мы расплатились и вышли на улицу. Вечерний Орни сиял огнями, где-то играла музыка, слышался смех. Я глубоко вдохнула прохладный воздух — голова прояснилась.

— Слушай, — протянула Файлин, заговорщицки переглядываясь с Лорой и беря меня под руку. — А этот дракон… он тебе понравился?

— С чего ты взяла? — вспыхнула я, моментально краснея.

— Вы так смотрели друг на друга… Прям искры летели, — поддакнула Лора.

— Это была ненависть, — отрезала я.

— Ненависть и любовь — две стороны одной монеты, — философски заметила Лорейн.

— Вы обе дуры, — сказала я, но улыбнулась.

Мы шли по улице, и я думала, что этот день был одним из самых странных и весёлых в моей жизни. Где-то в другом крыле академии Ноллан, наверное, отходил от кваса и строил планы реванша. Я почти видела его злое лицо и слышала: «Я вернусь, чтобы отыграться».

Две недели пролетели незаметно. Учебные дни слились в череду лекций, тренировок и совместных занятий с целителями. Я почти привыкла к тому, что на тактике Виллир смотрит на меня с одобрением, а на боевой медицине Арлан выделяет меня среди остальных. Привыкла к ежедневным рассказам Файлин о новых случаях в лазарете и к шуткам Лорейн о драконе, который каждую субботу появляется в «Весёлом единороге» и бросает на меня загадочные взгляды.

К отбору я относилась как к чему-то далёкому. Я не собиралась участвовать, никто меня не выдвигал. Мой удел — зрительские трибуны, ну, точнее, мне так казалось.

В день отборочных сражений меня разбудила Файлин задолго до рассвета.

— Вставай, — скомандовала она, стаскивая с меня одеяло. — Сегодня пропускать нельзя!

— Что случилось? — простонала я, пряча лицо в подушку. — Сколько времени?

— Полседьмого. Бои в девять. Надо занять хорошие места, иначе не пробьёмся.

— Разве это интересно кому-то, кроме боевого факультета? — сонно пробормотала я, приподнимаясь на локтях.

— Ты что, в академии даже ставки делают, — закатила глаза Файлин. — Отбор определяет, кто поедет на Турнир. Придут иностранцы, магистры, да и сам ректор обещал быть.

Я села на кровати и попыталась прийти в себя. Последние две недели меня не покидало чувство тревоги. Виллир хвалил меня на занятиях, Виттори в столовой смотрела так, будто что-то знала. Когда мы с девочками сидели в таверне, Ноллан появлялся там и следил за мной взглядом, от которого хотелось то ли сбежать, то ли кинуть в него нож.

— Ладно, — я поднялась с кровати. — Пошли. Только ради тебя.

— И ради Лорейн, — добавила Файлин. — Она сегодня участвует.

— Точно, — вспомнила я. — Лора же подавала заявку.

— И очень хочет победить. Мы должны её поддержать.

Через час мы уже были у арены — старинной круглой площадки за главным корпусом, окружённой каменными трибунами. Обычно здесь тренировались старшие курсы, но сегодня всё украшали флаги академии, а над ареной сиял защитный купол.

Людей было столько, что негде было стоять. Целители, призыватели, артефакторы, даже первокурсников пустили, и теперь они толпились с горящими глазами. Среди зрителей я заметила и иностранцев — всю пятёрку, включая Ноллана, который, заметив меня, сразу усмехнулся и посмотрел прямо в глаза. Фыркнув, я отвернулась.

— Аврора! Сюда! — Лорейн махала нам с нижнего ряда, у самого ограждения арены. — Я заняла места!

Мы поднялись к ней. Подруга была в боевой форме — чёрные штаны, куртка с эмблемой ворона на груди, ножи на поясе. Во взгляде виднелось волнение, которое наёмница пыталась скрыть.

— Готова? — спросила я.

— Как никогда, — она крепко сжала мою руку. — Я нервничаю, но хочу доказать, на что способна.

— У тебя всё получится, — заверила я подругу, обнимая и похлопывая по плечу.

— Кроме тебя, — усмехнулась Лорейн.

— Я не участвую, — напомнила я.

— Конечно.

В её голосе звучало что-то странное, но я не успела спросить — на арену вышел ректор Аластор. Высокий, в сверкающей мантии, он выглядел внушительно.

— Адепты, — его голос, усиленный магией, разнёсся по арене. — Сегодня мы определим, кто представит академию на международном Турнире. Бой продлится до касания лопатками земли. Магия разрешена, но без смертельных заклинаний. Победители проходят дальше, и уже к вечеру станут известны пять лучших претендентов.

Трибуны зашумели. Я смотрела на арену и волновалась не за себя, а за Лорейн. Она крепко сжимала мою руку, и я ощущала дрожь её пальцев.

— Первый бой, — объявил ректор, — Лорейн Арвен и… Виттори Вивир.

Я застыла.

— Что? — выдохнула Лорейн.

— Что? — повторила я.

На арену вышла Лорейн. Следом появилась Виттори — в лёгком платье, с распущенными волосами, испуганная, словно её вывели на казнь. На лице сестры застыл ужас, словно она не могла поверить в происходящее.

— Это ошибка, — прошептала я. — Она же целительница, не подавала заявку.

Рядом со мной послышался довольное фырканье Файлин, которая в предвкушении потирала руки. Меня же охватило дурное предчувствие, ведь сестра, несмотря на всю свою злобу, не заслуживала прилюдного унижения. Хотя я заставила себя признать, это могло стать отличным уроком на будущее. Всё же сама Виттори не единожды проворачивала такие дела, подставляя других.

— Это ты? — спросила соседку, толкнув ту локтем в бок.

— Не я, — покачала головой Файлин. — Но кто-то очень умный. Ему стоит аплодировать.

На арене разгорелся спор. Виттори пыталась объяснить судье, что не должна участвовать, но правила не позволяли отказаться. Заявка была анонимной, и никто не мог доказать, что сестричку именно подставили, а не она дала заднюю. Никто даже не обратил внимания, что она целительница, а не боевой маг.

— Не может быть, — прошептала я, глядя на разворачивающуюся перед глазами картину.

— Может, — Лорейн уже разминалась у края арены. — Это будет мой лучший бой.

— Не трогай её сильно, — попросила я.

— Я постараюсь.

Судья дал сигнал. Лорейн сразу пошла вперёд. Виттори отступала, пытаясь применить заклинание, но руки дрожали, и магия её не слушалась. Лорейн не стала медлить — один точный удар, и сестра оказалась на песке.

Трибуны замолчали на мгновение, а потом вспыхнули аплодисментами, смехом и криками «Позор!». Виттори, красная от стыда, убежала с арены.

— Поздравляю, — сказала я Лорейн, когда она вернулась. — Это было быстро.

— Она не боец, — пожала плечами Лорейн. — Жаль, что неизвестно, кто это устроил.

Бои продолжались. Я наблюдала за поединками своих однокурсников. Некоторые сражения были зрелищными, другие — жестокими. Во мне плескалось невообразимое спокойствие, изредка сменяющееся лёгким сожалением. Ведь мне тоже можно было участвовать, если бы только я не боялась возможных последствий. Глядя на всё со стороны простого зрителя, единственное, что мне оставалось делать — замечать слабые и сильные стороны других адептов, анализировать бои и размышлять над будущими победителями.

— Следующий бой, — объявил судья, — Марк Торн и… Аврора Вивир.

Мир вокруг замер. Казалось, что всё происходящее — какой-то розыгрыш. Я? Меня вызвали на поединок? Но ведь я не подавала заявку! Нарастающий гул толпы, что негодовала моим ступором, напоминал гудящий рой пчёл.

Помотав головой, я не могла принять реальность. Но ведущий торопил, как и собравшиеся вокруг адепты. Все смотрели на меня, не скрывая эмоций.

— Аврора? — вернувшаяся Лорейн смотрела на меня в изумлении. — Ты же говорила…

— Я не подавала заявку, — прошептала я. — Я не…

— Иди, — Файлин подтолкнула меня. — Тебя ждут.

Я вышла на арену, почти не ощущая ног. В ушах стоял шум, перед глазами всё плыло. Судья что-то говорил, но слова не доходили до меня. Мысли путались, а тревога лишь нарастала. Нужно было взять себя в руки, прийти в чувства, но получалось отвратительно. Я смотрела в толпу, пытаясь найти того, кто мог это устроить.

Виллир. Магистр сидел среди других преподавателей и смотрел на меня с одобрением, на его лице сверкала тёплая подбадривающая улыбка. Будто он знал, что у меня получится. Неужели его рук дело? Учитывая последние перемены во время занятий, почти не удивительно…

«Нет, не он. Магистр Виллир бы не стал…» — разум сопротивлялся этой мысли, но этот вариант был самым вероятным.

Ладно. Не время думать об этом, ведь бой должен был вот-вот начаться. Машинально взяв выставленные для участников ножи, я вышла в центр арены. Против меня стоял Марк Торн — высокий, сильный парень с четвёртого курса, известный своей грубой силой. Не скрывая самодовольной ухмылки, он разминал кулаки. Никакого оружия я у него не заметила, видимо, и адепт собирался использовать только магию и усиленнее тела.

— Вивир? — усмехнулся Марк. — Ты же слабачка. Зачем решила участвовать?

Я молчала. Не собиралась доказывать, что это всё ошибка. Это лишь покажет мою слабость, вместо того чтобы разрешить проблему. Медленно вздохнув, я усилием воли очистила разум от волнения. Да, мне нельзя было выделяться, но раз сама судьба привела меня на арену, то ударить в грязь лицом… Даже не рассматривается.

— Начали! — крикнул судья.

Марк двинулся на меня, не используя магию — она ему не нужна против такой соперницы. Только сила и кулаки. Я видела, как тонкая магическая дымка окутала его тело, напитывая энергией. Воздух наполнился магией, между трибунами и площадкой материализовался защитный купол.

От первого удара я увернулась, проскальзывая под рукой противника. Заревев, Марк попытался перехватить меня, но я вновь ушла в сторону. Тело помнило тренировки, а руки отточенным ударом отправили пару ножей в сторону Марка.

Он отбил их, почти не глядя. Бой с таким противником нельзя затягивать, как и попадать под прямые удары. Я мысленно просчитывала каждый свой шаг, стараясь выбрать правильную тактику. Во время одного из манёвров подобрала лежащие на песке ножи, поудобнее перехватывая их для ближнего боя.

— Будешь только бегать? — рыкнул Марк, бросаясь на меня. — Или подерёшься?

Во мне бурлила жажда победы, желание доказать всем, что я чего-то стою. Возможно… тогда отец изменит своё решение. Не давая настрою сбиться, я сжала зубы и вновь атаковала. В этот раз я не собиралась сдаваться, несмотря ни на что.

Марк замахнулся, и я ушла в сторону, одновременно выбив его опору ногой. Перед самым ударом я направила всю свою магию в мышцы ноги, делая её невероятно сильной. Парень упал на песок, не ожидая такого. На самом деле, даже я не ожидала, что адепт не выдержит. И теперь, стоя над поверженным соперником, не могла осознать происходящее. Победила? Серьёзно? Самого Марка Торна? Невероятно.

— Вставай, — сказала я, протягивая ладонь, чтобы помочь.

Отбив мою руку, парень поднялся самостоятельно. На его лице, красном от гнева и стыда, виднелся песок. Судья не оповестил об окончании матча, поэтому мы вновь разошлись по углам. Хотя я думала, что для победы хватит повалить другого адепта на лопатки.

— Ты пожалеешь, — прорычал Марк, начиная использовать магию.

Большой огненный шар полетел в меня, заставляя выставить защитный барьер. Моя магия была слаба, и от соприкосновения с силой Марка, рассыпалась на искрящуюся пыль. Однако это дало возможность избежать прямого столкновения, я рухнула на колени, перекатилась и быстро оказалась у парня за спиной. Не мешкая, выхватила нож и приставила его к горлу соперника.

— Сдавайся, — приказала я, тяжело дыша.

Марк замер, боясь пошевелиться. Над ареной повисла тишина, в которой слышалось лишь чужое дыхание. Я с силой заставила свою руку не дрожать, упрямо держа нож у артерии парня. Да, на отборе было запрещено пускать кровь, поэтому малейшее неправильное движение могло стоить дисквалификации.

— Сдаюсь, — наконец-то выдохнул Марк, поднимая руки.

Облегчённо выдохнув, я убрала нож и отошла. Трибуны взорвались аплодисментами, но я их не слышала. Просто стояла и смотрела на свои руки, не до конца понимая, что только что сделала.

— Победитель — Аврора Вивир, — объявил судья.

Возвращалась на трибуну под одобрительные возгласы толпы, совершенно не чувствуя ног. Рухнув на скамейку, ощутила, как тело расслабляется. Не успела я перевести дух, как меня заключили в крепкие объятия.

— Ты… ты справилась, — выдохнула Лорейн, сжимая меня в тисках своих рук.

— Я в шоке, — тихо призналась, стараясь, чтобы больше никто не услышал. — Это какая-то ошибка. Сперва думала оспорить участие, но… Передумала.

— Не получилось бы, — усмехнулась Файлин. — Ты слишком хорошо подготовлена, и магистры это знают.

Уставившись в одну точку, я не могла отделаться от дурного предчувствия. Оно затмевало даже радость от победы над сильным противником. Что я наделала? Отец узнает, ведь Виттори точно растреплет всё семье. И мне точно прилетит по первое число, как только попаду на глаза. Закрыв руками лицо, я тихо застонала от досады.

Бои продолжались. Я смотрела, но не видела происходящего. Мои мысли витали далеко от тренировочного плаца, безостановочно сменяя друг друга. Принесённые подругами закуски ела тоже не глядя и не ощущая вкуса, будто жевала траву.

К вечеру поединки завершились. Арена замерла в предвкушении оглашения результатов. К этому времени я немного пришла в себя, и теперь тоже всматривалась в ложу преподавательского состава и жюри. Судья вышел на арену с пергаментом в руках.

— Пятёрка лучших, которые представят нашу академию на международном Турнире, — объявил он. — Лорейн Арвен.

Лорейн радостно вскрикнула и обняла меня.

— Кайл Винтер.

Парень с третьего курса встал и поклонился.

— Даррен Стоун.

Ещё один старшекурсник.

— Маркус Флинн.

И ещё один.

— И… Аврора Вивир.

Я не поверила своим ушам.

— Что? — выдохнула я.

— Иди, — Файлин подтолкнула меня. — Это твой вызов.

Под громкие аплодисменты мы спустились на арену. Рядом встала Лорейн, молчаливо поддерживая, и остальная тройка напарников. Я смотрела на них и не понимала, как оказалась здесь. Наверняка были и более достойные претенденты, так почему выбрали меня? В справедливости победы Лоры я не сомневалась, а вот своя казалась дикость и ошибкой.

— Поздравляю, — судья пожал мне руку. — Вы проявили себя очень достойно.

Я молча кивнула. В голове крутился только один вопрос: кто подал заявку за меня? Подняв взгляд на трибуны, вновь столкнулась с ощущением, что всему виной магистр эльф. Виллир всё так же смотрел на меня, улыбаясь с одобрением, словно родитель, гордящийся первым шагом ребёнка. Заметив моё пристально внимание, он улыбнулся ещё больше, будто беззвучно говоря: «Я знал, что ты справишься».

Моё сердце пропустило удар. Это он? Мой наставник поверил в меня настолько, что нарушил правила? Или…

Я посмотрела в другой конец трибуны. Там сидела Виттори, уже позабывшая о собственном позоре. Её лицо было перекошено от злости, но на губах играла странная злорадная улыбка. А во взгляде читалось: «Попалась, сестричка». По спине пробежал холод. Неужели это она? Но зачем? Чтобы отец наказал меня? Или чтобы я опозорилась на турнире? Или…

Вариантов было слишком много. Я смотрела то на Виллира, то на Виттори, то на свои сцепленные пальцы, с побелевшими костяшками. Теперь у меня не оставалось уверенности ни в чём, ведь много кто мог хотеть меня подставить, даже ради обычной шутки.

— Аврора? — обеспокоенно спросила Лорейн, дотрагиваясь до моего плеча. — Ты в порядке?

— Я… не знаю, — честно ответила я.

Толпа расходилась. Кто-то подходил поздравить победителей, кто-то уходил расстроенным. Я стояла посреди арены и чувствовала, как над головой заходят грозовые облака. Возможно, путь домой мне теперь был закрыт. Всего одна победа перечеркнула все труды этих лет, ещё и подстроенная непонятно кем.

— Поздравляю, — раздался знакомый голос за спиной.

Обернувшись, мой взгляд столкнулся с золотыми глазами Ноллана. Песчаный дракон смотрел на меня с искренним уважением, которого раньше не наблюдалось. Сложив руки на груди, он прищурился и окинул меня оценивающим взглядом.

— Я думал, ты не собиралась участвовать, — протянул парень, едва заметно улыбаясь.

— Не планировала, — выдохнула я. — По крайней мере, изначально.

— Однако это не помешало тебе попасть в пятёрку лучших, — произнёс Ноллан, подходя ближе.

— Да, — кивнула я, едва заметно поморщившись.

Ноллан помолчал.

— Знаешь, — сказал он, — я думал, что ты просто вспыльчивая. Но, оказывается, за твоим поведением стоит не только пустая бравада, но и отличные боевые навыки.

Услышав столь внезапное признание, я даже растерялась. Первым делом подумала, что парень попросту издевается. Но отказалась от этой мысли, увидев серьёзное выражение лица дракона. Возможно, он тоже когда-то оказывался в подобной ситуации, когда жизнь подкидывала испытания.

— Спасибо, — тихо сказала я.

— Не за что, — он повернулся к выходу, но на полпути обернулся. — Увидимся на тренировках, чемпионка.

Я подняла голову к небу. Сгущались сумерки, над ареной опускался вечер. Где-то там, в главном корпусе, лежала бумага с моим именем, и я, возможно, никогда не узнаю, кто её туда положил.

— Аврора! — крикнула Файлин с трибун. — Ты идёшь?

— Иду, — ответила я и медленно направилась к выходу.

Проснулась я с одной мыслью: «Зачем я вообще согласилась на это?».

Вчера перед самым уходом с арены, меня повстречал магистр Виллир. Он всё также улыбался, всем своим видом излучая радость от моей победы. Похлопав меня по плечу, задерживая руку на нём, эльф произнёс:

— Поздравляю с победой, адептка Вивир. Вы этого достойны, но не стоит забывать про тренировки. Жду вас в шесть утра на тренировочном полигоне боевиков, без опозданий!

Именно потому мне пришлось проснуться ещё до рассвета, чтобы успеть собраться и прийти в себя. Теперь, глядя на серое небо за окном и ощущая, как каждая мышца протестует против выхода из тёплой постели, мне хотелось взвыть. Зато соседушка, добрая душа, решила меня поддержать. Ей как раз нужно было завершить какой-то мегаважный эксперимент по алхимии, и ранний подъём был как нельзя кстати.

— Вставай, чемпионка, — пропела Файлин, которая уже была на ногах, озаряя мир ехидной улыбкой. — Тренировки ждут.

— Ненавижу тебя, — простонала я, натягивая одеяло на голову.

— А я тебя люблю. Поэтому и бужу. Вставай, иначе опоздаешь, и твой замечательный наставник будет разочарован.

При упоминании Виллира я села. Вчера в его взгляде было столько тепла, будто я действительно была его любимой ученицей. Может, так и есть? Но мысль, что именно он мог подать заявку за меня, не давала покоя. Зачем? Чтобы я опозорилась? Или чтобы я, наконец, показала, на что способна?

Я отогнала эти мысли. Сегодня первый день тренировок, нужно собраться и не ударить в грязь лицом.

Полигон встретил меня утренним холодом и туманом. Пятёрка уже собралась: Лорейн махала мне рукой, Кайл, Даррен и Маркус стояли чуть поодаль и разминались. Магистр Виллир ждал у края арены, заложив руки за спину. В утреннем свете он казался почти нереальным: светлые волосы отливали серебром, острые уши выглядывали из-под прядей.

— Опоздали, Вивир, — спокойно заметил магистр, но не стал сразу ругаться.

— На минуту, магистр, — ответила я и встала в строй.

— Минута в бою может стоить жизни, — ровным тоном отчеканил Виллир. — Запомните это и больше не опаздывайте.

Внимательно глядя на нас, магистр прошёлся вдоль строя. Его зоркий взгляд пристально оценивал собравшихся, словно выискивая слабые места. Впрочем, скорее всего, так оно и было. Виллир имел достаточный опыт и навыки, чтобы понять нашу подготовку, да и занятия он зачастую вёл у всех курсов.

— У нас три недели до Турнира. За это время вы станете не просто бойцами, а командой. Командой, способной противостоять лучшим магам других королевств. — Громко начал магистр, вставая напротив самого крупного из нас — Маркуса. — Уверен, вы возненавидите тренировки. Будете проклинать тот миг, когда подали заявку на участие. Однако, как только ваша нога ступит на арену турнира, вы поймёте, ради чего были все эти мучения. И тогда я выслушаю вашу благодарность, это ясно?

— Ясно, — ответили мы хором.

— Я не слышу! — рявкнул Виллир.

— ЯСНО! — выкрикнули мы уже громче.

— Отлично. Начинаем с кросса. Десять кругов вокруг полигона. Бегом.

Не мешкая, я сорвалась бежать первой. После бессонной ночи ноги слушались плохо, но я упрямо заставляла себя двигаться вперёд. Лорейн бежала рядом, Кайл и Даррен обогнали нас на третьем круге. Маркус, несмотря на свою комплекцию, держался легко и даже не показывал лёгкой усталости.

— Не отставайте, — крикнул Виллир, стоя в центре полигона и внимательно отсчитывая круги. Над его головой искрилась магическая цифра, помогая нам ориентироваться и не сбиваться со счёта. — Если кто-то упадёт — помогайте. Вы — команда, а не соперники.

К пятому кругу мои силы стали понемногу испаряться, бежать становилось всё тяжелее. Закусив нижнюю губу, я постаралась выровнять дыхание. Лёгкие жгло, ноги налились свинцом. Лорейн тоже выглядела измотанной, но продолжала бежать рядом. Говорить мы не могли, но одно только присутствие подруги прибавляло энергии.

— Терпите, — бросил Виллир. — Боль — ваш друг, она доказывает, что вы живы.

— Какой «полезный» друг, — на выдохе выругалась Лорейн, и я невольно улыбнулась.

После кросса были отжимания, затем приседания, следом — метание ножей в расставленные на разном расстоянии мишеням. Почти не давая продыху, магистр заставлял нас повторять упражнения, пока руки не начинали дрожать. Его громкий голос, усиленный магией, заставлял нас вздрагивать и упорнее трудиться. Каждому из нас давали разные упражнения, подобранные под наши сильные стороны.

— Медленнее, — говорил Виллир, поправляя мою руку, в которой был кинжал. — Нож — это продолжение вас. Вы должны его чувствовать, чтобы правильно бросить и попасть в противника.

— Чувствую, — выдохнула я. — Он хочет испить древесного сока.

— Без шуток, — фыркнул магистр, почти не скрывая усмешки в голосе.

Выдохнув, я метко бросила нож. С тихим свистом оно врезалось прямиком в центр мишени, войдя почти по самую рукоять. Довольно улыбнувшись, я сразу потянулась за вторым.

— Хорошо, — кивнул Виллир. — Ещё раз.

К обеду я едва стояла на ногах. Лорейн рухнула на скамейку и не двигалась, наверное, притворяясь трупом. Ха, глупышка, даже так при желании Виллир отправит её на новый круг упражнений. Но я прекрасно понимала подругу, сама сидела, пытаясь отдышаться. Получалось ужасно, и каждое движение приносило новую порцию боли во всём теле.

— Она жива? — спросил Кайл, кивая на подругу.

— Почти, — тихо ответила я, косясь на Лору.

— Первый день всегда самый тяжёлый, — сказал Даррен и протянул мне флягу с водой. — Потом привыкнете.

— Не привыкнете, — поправил магистр, подходя к нам. — Вы будете становиться сильнее, а нагрузки — расти. Не расслабляйтесь.

— Магистр, — спросил Маркус, — когда начнутся спарринги?

— Завтра. Сегодня — база, с завтрашнего дня практика. Я не буду вас жалеть. Если кто-то не справится — место освобождается. — Ровным голосом ответил Виллир. — У нас нет времени на тренировку слабых.

Он посмотрел прямо на меня.

— Всё ясно? — спросил он.

— Да, — ответили мы.

— Тогда обед. В три часа — сбор здесь, — распорядился магистр, хлопая в ладони. И хмуро посмотрев в нашу сторону добавил: — Не опаздывать.

В столовую добрались с трудом, тихо постанывая при ходьбе. Ныло и болело всё, что могло болеть. Каждая мышца, косточка и даже ногти на руках будто горели огнём. Ужасное ощущение, даже после практики я не была настолько выжатой. Лора шла, опираясь на меня плечом, и напоминала оживший труп.

— Я умру, — тихо простонала она.

— Не умрёшь, — ответила я, мягко похлопывая подругу по плечу.

— Точно? — обречённо спросила Лора.

— Обещаю, — заверила я, мысленно стеная вместе с Лорейн.

Обед растягивали как могли, но помнили про ограниченное время. Съев кашу с мясом, лёгкий грибной суп и вишнёвый компот, распластались на столе. Подошедшую Файлин заметили не сразу, только когда соседка заговорила.

— Выглядите ужасно, — сказала целительница, плюхаясь на лавочку рядом с нами.

— Спасибо, — буркнула Лорейн. — Ты прямо мастер подбадривания.

— Я принесла вам мазь от ушибов и тонизирующее зелье. Пейте после тренировки, иначе завтра не встанете.

— Ты наше спасение, — благодарно сказала я, забирая пузырьки.

— Знаю, — улыбнулась Файлин. — Мне пора. У меня практика в лазарете. Кстати, Дамиан обещал зайти. Говорит, руку повредил.

— Руку? — удивилась Лора, даже приподнимая голову над столом. — У драконов бывают такие травмы?

— У всех бывают, если постараться, — фыркнула соседка и ушла.

Мы провели Файлин удивлёнными взглядами. Соседка явно изменилась, теперь в её взгляде появился новый блеск. Даже удивительно, учитывая, насколько целительница преданна науке и изучению лекарского дела.

— Она влюбилась, — заметила Лорейн, одним глотком выпивая тонизирующее зелье.

— В кого? — не поняла я, тоже открывая одну из бутылочек.

— Разве не видишь? Она только о драконе и говорит: Дамиан пришёл, Дамиан ушёл, Дамиан сказал…

— Возможно, это просто интерес к интересному пациенту, — возразила я. — Он дракон. Уверена, ей не терпится узнать, как всё устроено у ящеров и насколько мы отличаемся изнутри.

— Аврора, — протянула Лора, сочувственно глядя на меня, — ты безнадёжна.

— Почему?

— Потому что не видишь очевидного, — простонала подруга, закатывая глаза. — Даже если оно прямо перед тобой.

Я уже было собиралась начать спорить, пытаясь разузнать, о чём толкует подруга, но не успела. В столовую вошли наши соперники, все пятеро адептов из Аличе. Ноллан, само собой, шёл первым, а за ним уже все остальные. Его золотистый взгляд внимательно осмотрел зал и, конечно, столкнулся с моим.

Я отвернулась, делая вид, что занята компотом.

— Песчаный дракон смотрит в нашу сторону, — шепнула Лорейн.

— Всё равно, — буркнула я, делая вид, что занята компотом.

— Он идёт сюда, — продолжала шептать подруга.

— Всё равно! — прошипела я, чувствуя, как нервно дёрнулась щека.

— Аврора, Ноллан уже здесь, — добила меня Лора, толкая в бок.

Обречённо подняв голову и потирая ушибленное место, я уставилась на подошедших парней. Ноллан стоял прямо напротив меня, скрестив руки на груди. За его спиной маячил Дамиан с извечной улыбочкой, напоминая клоуна.

— Вивир, — произнёс Ноллан.

— Дракон, — в том же тоне откликнулась я.

— Слышал, магистр Виллир вас гоняет как следует, — усмехнулся дракон. — Это полезно. На турнире слабым не место.

— Тебе-то откуда знать, — буркнула я.

— Знаю, — пожал плечами парень, — у нас ведь он тоже был, просто раньше. И тренировки мы проходили, чтобы точно не опозорить академию.

— Уверена, ты всех победил, — фыркнула я, с прищуром глядя на довольное лицо дракона.

— Конечно, иначе и быть не могло, — ухмыльнулся Ноллан.

Мы встретились взглядами.

В этот раз я не отвела глаза. Ноллан смотрел на меня с тем же ленивым превосходством, но в глубине его золотистых зрачков мелькнуло что-то иное — удивление? Интерес? Между нами будто проскочила искра, и воздух стал плотным, как перед грозой. Я чувствовала, как напряглись плечи, а рука, лежащая на столе, непроизвольно сжалась. Лорейн и Дамиан переглянулись с таким видом, будто наблюдали за ссорой котят.

— Ну что, — произнёс Дамиан, нарушая тишину, — присядем? Поговорим? А то вы тут такие серьёзные, того гляди, искры полетят.

— Мы ещё недоели, — отрезала я, кивнув на пол-ложки недоеденной каши.

— Мы подождём, — спокойно, но со сталью в голосе, ответил Ноллан. — Всё равно никуда не спешим.

Они сели за соседний стол — Дамиан развалился на лавке с такой непринуждённостью, будто сидел здесь всю жизнь, а Ноллан пристроился с краю, положив ногу на ногу и небрежно откинувшись на спинку. Мне тут же захотелось запустить в него чем-нибудь тяжёлым. Ложкой, например. Или ножом, желательно наточенным и заколдованным, чтобы рана подольше болела.

Я сразу почувствовала на себе его взгляд — тяжёлый, почти осязаемый. Он буквально ласкал мою шею, плечи, скользил по лицу, и от этого становилось до неприличия жарко. Хоть я специально смотрела в тарелку, но краем глаза продолжала видеть, как парень усмехается.

— Доедай эту несчастную кашу быстрее, — прошептала Лорейн, пододвигая ко мне хлеб. — А то он тебя взглядом съест.

— Не могу, — ответила я, чувствуя, как предательски краснеют кончики ушей. — У меня горло пересохло.

— Из-за него? — склонившись к моему горящему уху, прошептала Лорейн и стрельнула глазами в сторону дракона.

— Из-за тренировки, — отрезала я и взяла кружку с компотом, чтобы скрыть смущение.

Ноллан, словно услышав наш разговор, хмыкнул и что-то шепнул Дамиану. Тот прыснул. Я сжала кружку так, что побелели костяшки. Спокойно. Только не показывать, что меня задевают перешёптывания этого золотого задаваки. Но внутри всё кипело от злости, которую было проблематично унять.

После обеда мы вернулись на полигон. Солнце к тому времени набрало силу, и каменные плиты нагрелись так, что от них поднималось марево. Магистр Виллир уже ждал нас у дальней мишени, расставив яркие цветные конусы для новой серии упражнений. В своей неизменной чёрной мантии, с идеально гладко зачёсанными белыми волосами, эльф казался статуей — воплощением спокойствия и контроля.

— Сейчас мы должны отработать работу в парах, — объявил Виллир, когда мы выстроились перед ним. — Задача — отработка тактических связок. Вы должны не просто драться, а чувствовать партнёра. Понимать его без слов. Это важнее, чем любой удар.

Магистр обвёл нас строгим взглядом, отчего мы дружно задержали дыхание.

— Кайл и Маркус. Лорейн и Даррен. Аврора — пока работаешь одна.

Я кивнула. Мне выпало отрабатывать метание ножей с разных дистанций, пока остальные разминались в парах. Пот лился градом, руки дрожали от усталости, но я не останавливалась. Нож за ножом — каждый должен был войти прямо в центр небольшого круга.

Я была так утомлена, что не сразу заметила зрителей на трибунах. Ими оказались адепты из Аличе. Дамиан что-то оживлённо комментировал, указывая на полигон, а Ноллан сидел на верхнем ряду, закинув ногу на ногу, и лениво наблюдал за нашими мучениями. Солнце играло в его волосах, отбрасывая медные блики, и я с досадой отметила, что выглядит парень раздражающе хорошо. Особенно для того, кто сейчас буквально пожирал меня глазами.

— Не обращай внимания, — шепнула Лорейн, пробегая мимо с Дарреном.

— Я и не обращаю, — прошипела я, прицеливаясь к новой мишени.

— Тогда почему смотришь на него? — донёсся до меня сдавленный голос подруги.

— Я смотрю на мишень. — Рыкнула я, а брошенный нож с глухим стуком вонзился в дерево.

— На ту, что прямо за его спиной? — хмыкнула Лорейн.

Сцепив зубы, едва не превращая их в крошку, я промолчала. Однако следующий нож метнула уже с такой злостью, что он вошёл почти по самую рукоять. Виллир, проходивший мимо, остановился.

— Хороший бросок, — мягко произнёс магистр. — Но ты смотришь не туда.

— А куда надо? — спросила я, даже не поворачивая головы.

— На свою цель. А не на зрителей. — Серьёзно произнёс Виллир, склоняя голову к плечу и вглядываясь в моё лицо. — В бою тебя будут отвлекать. Шум, крики, запах крови. Ты должна научиться отсекать лишнее. Драконы на трибуне — это не твоя забота. Ясно?

Меня захлестнуло смущение, от которого заалели щёки и уши. Заметил. Конечно, магистр Виллир заметил мой повышенный интерес к трибунам. За это его и ценили, ведь, как преподаватель, магистр подмечал малейшие изменения в адептах.

— Ясно, — пробормотала я, отводя взгляд.

— Тогда продолжай, — приказал магистр, уходя к другим участникам.

Он отошёл, а я продолжила метать ножи, но теперь уже не отрывая взгляда от мишеней. Однако кожей ощущала, как затылок прожигает чужой взгляд. В какой-то момент я не выдержала — резко обернулась и посмотрела прямо на Ноллана. Надеюсь, в моём взгляде читалось всё: злость за то, что осмелился явиться, усталость от бесконечных тренировок, раздражение на саму себя за то, что не могу оставаться равнодушной. И ещё что-то, чему я боялась дать название.

Дракон не отвёл свой взгляд. Только усмехнулся и медленно поднял большой палец, словно говоря: «Молодец, неплохо для мышки». Или, может, там и вовсе был другой смысл: «Жду, когда ты сорвёшься». Я не знала, но от этой усмешки кровь ударила в голову.

Резко отвернулась, рваным движением выхватила нож и метнула его с такой силой, что лезвие вошло в дерево по самую рукоять, очередная мишень жалобно треснула, и из образовавшейся щели брызнули щепки.

— Вот это да, — присвистнул Кайл, застыв с поднятой рукой. — Вивир, ты сегодня злая.

— Просто устала, — ответила я, стараясь, чтобы голос прозвучал ровно.

— Устала она, — хмыкнул Даррен. — А я думал, незваные зрители бесят.

— Заткнитесь оба, — буркнул Маркус, но в его голосе не было злости — только усталое сочувствие.

Тренировка закончилась, когда солнце уже клонилось к закату. Небо над полигоном окрасилось в багрово-золотые тона, и, казалось, будто сами боги зажгли прощальный огонь над нашими мучениями. Виллир, подведя итоги и разобрав ошибки, наконец отпустил нас.

— Завтра в шесть, — напомнил он, пряча пергамент с пометками в карман мантии. — Не опаздывать. И постарайтесь выспаться, чтобы не быть похожими на свежеподнятых упырей.

Я брела в общежитие, чувствуя каждую мышцу, каждый ушиб, каждую каплю выпитого за день пота. Ноги налились свинцом, руки висели плетьми. Лорейн ковыляла рядом, тихо ругаясь сквозь зубы.

— Я его ненавижу, — пробормотала подруга, когда мы сворачивали к крылу целителей.

— Виллира? — уточнила я.

— Нет, свои ноги. Они меня не слушаются. — фыркнула Лора, после чего остановилась и слабо обняла меня. Отстраняясь, подруга тихо пробурчала: — А ещё ненавижу драконов.

— Особенно одного? — спросила я, имея в виду Ноллана.

— Всех, — отрезала Лорейн, но в её глазах плясали смешинки. — Слышала, Дамиан сегодня опять приставал к Файлин. Сказал, что его рука болит. А у самого — царапина. Никудышный из него дипломат.

— Зато настойчивый, — заметила я.

— Это да. — Лорейн вздохнула. — Ладно, пойду отмокать в ванну. А то завтра не поднимусь.

Мы разошлись по общежитиям. Когда я вошла в свою комнату, Файлин уже сидела за столом и колдовала над пузырьками. Внутри спальня пропахла мятой, спиртом и ещё чем-то сладковатым — скорее всего, успокаивающей настойкой, которую соседка варила по своему рецепту.

— Раздевайся, — строго сказала Файлин, не поднимая головы. — Буду тебя лечить.

— Я сама… — начала я, но соседка прервала меня на полуслове.

— Сядь и не спорь. Ты еле стоишь.

Вздохнув, я покорно села на край стула и стянула промокшую от пота рубашку. Окинув быстрым взглядом своё многострадальное тело, едва не взвыла от увиденного. Файлин оказалась права — плечи и спина покрылись синяками всех оттенков: от лилового до жёлто-зелёного. Некоторые ушибы уже переходили в чистые пятна, другие только-только проступали.

— Это от удара, — комментировала Файлин, ловко втирая тёплую мазь. — Это от падения. А это, наверное, когда ты пыталась метнуть нож и подвернула руку?

— Откуда ты знаешь? — удивилась я, хотя уже привыкла к её проницательности.

— Я целитель. Твоё тело довольно разговорчивое, если знать правильный подход. — Хмыкнув, сказала Файлин. Она заправила выбившуюся прядь за ухо и добавила: — А ещё я вижу, что ты вся горишь. Но не похоже, что это от тренировки. Что-то случилось?

Кусая губы, я молчала, не зная, с чего начать. Соседка не торопила — она вообще умела ждать, когда собеседник сам заговорит. Её пальцы уверенно массировали затёкшие мышцы, возвращая им эластичность.

— Дракон этот, — наконец выдохнула я. — Ноллан. Он пялился на нас всю послеобеденную тренировку. Я ощущала себя подопытным кроликом, который вот-вот попадёт в руки к сумасшедшему учёному.

— А ты на него тоже смотрела, — заметила Файлин.

— Потому что он отвлекал!

— М-м-м, — протянула она с сомнением. — Ладно, поверю. А теперь пришло время перемыть косточки моему дракону. Дамиан сегодня заскакивал в лазарет, мол, поранился.

— И что?

— Я посмотрела — царапина. Просто царапина! Представляешь, пришёл из-за пустяка. — Пыхтящая от возмущения Файлин налила в пиалу мутную жидкость. — Пришлось обработать самой едкой мазью — для профилактики. Пусть впредь думает, прежде чем отвлекать целителя по пустякам.

— Прямо-таки царапина? Когда только успел… А потом что? — я знала, что должна спросить.

— Даже не пикнул. — Файлин задумалась, и в её глазах мелькнуло уважение. — Только скрипнул зубами и сказал: «Больно, но полезно». И улыбнулся, уважаю таких больных.

Глядя на неё сейчас, я понимала: подруга влюбилась. В этого рыжего дракона с веснушками, который не испугался ни её скальпеля, ни острого языка. И который, в свою очередь, не сводил с неё взгляда — я видела это своими глазами.

— Он тебе нравится, — выдохнула я, начиная улыбаться.

— С чего ты взяла? — Файлин покраснела, и даже кончики ушей стали алыми. — Просто Дамиан забавный. И не трус. Большинство шарахаются после первой угрозы скальпелем. А он…

— А он? — подтолкнула я.

— Он… другой. — соседка пожала плечами, стараясь изобразить безразличие, но у неё это плохо получалось. — Ладно, пей зелье.

Мне протянули пузатую склянку, не похожую на те, что целительница давала в обед. Жидкость оказалась горькой, с противным металлическим привкусом, но я залпом выпила её, заедая мятным леденцом, который Файлин предусмотрительно положила рядом.

— Спасибо, — сказала я, чувствуя, как тепло разливается по телу. — Ты настоящий друг.

— Знаю, — отозвалась соседка. — А теперь мыться и спать. Завтра вставать ни свет ни заря.

Когда я закончила приводить себя в порядок и, наконец, легла на кровать, то устало уставилась в потолок. День выдался тяжёлым, выматывающим, но на душе царило странное спокойствие. Рядом были друзья, которые поддерживали и лечили. Магистр Виллир верил в меня — даже если за этой верой крылось что-то ещё, я пока не готова была об этом думать. Даже этот надменный дракон, кажется, признал мою силу, хотя и не собирался сдаваться.

— Файлин, — позвала я.

— М-м-м? — Она уже полулежала на своей кровати, прижав к груди плюшевого дракона.

— Ты не жалеешь, что стала целителем?

— Ни разу, — ответила подруга. — А ты не жалеешь, что пошла в наёмники?

— Сегодня — да, — я усмехнулась. — Но вообще… нет. Я люблю то, что делаю. Даже когда больно и тяжело.

— Это называется страсть, — сказала Файлин. — Или безумие. Я ещё не решила.

— А Дамиан? — спросила я, чувствуя, как на губах сама собой расцветает улыбка.

— Что Дамиан? — прикинулась дурочкой соседка.

— Это страсть или безумие? — фыркнула я, обнимая свою подушку.

Файлин промолчала. Я закрыла глаза и улыбнулась шире.

Завтра будет новый день. Новые тренировки, от которых будет болеть всё тело. Новые насмешливые взгляды с трибун. Новые колкости и искры. А может быть, и новая встреча с драконом, который смотрит так, будто я — самая интересная загадка в его жизни.

Я почти ждала этого. Почти.

Следующие несколько дней превратились в бесконечную череду боли, пота и желания умереть.

Нам не соврали, когда говорили, что мы будем проклинать день подачи заявки на турнир. Я осыпала незнакомого «доброжелателя» ругательствами с утра, когда Виллир заставлял нас бегать до тех пор, пока лёгкие не начинали гореть, а ноги не отказывались слушаться. Я ненавидела его днём, когда магистр гонял нас по тактическим схемам, заставляя запоминать десятки вариантов развития боя. Я была готова убить его вечером, когда наша команда оставалась на полигоне после всех и отрабатывали удары, пока солнце не скрывалось за горизонтом.

Но даже сквозь эту ненависть я понимала: магистра не зря называли гением.

Он замечал каждую ошибку, каждую неточность, каждую долю секунды промедления. Виллир постоянно подходил к каждому из нас, поправлял стойку, показывал, куда ставить ногу, как держать руку, куда смотреть. Как тренер он показал себя требовательным, жёстким, но справедливым. И хуже всего было то, что это действительно делало нас сильнее.

— Вы не просто бойцы, — повторял Виллир на каждой тренировке. — Вы команда. Только вместе вы сможете победить. Помните об этом.

Лорейн с каждым днём становилась быстрее. Кайл, наш маг земли, научился создавать барьеры за доли секунды. Даррен, воздушник, отрабатывал удары с такой точностью, что сшибал мишени с десяти шагов. Маркус, наш главный силач, перестал полагаться только на грубую физическую мощь и начал обдумывать, планировать дальнейшие действия.

А я… я метала ножи.

Сотни раз. Тысячи. Пока руки не наливались свинцом, а пальцы не сводило судорогой. Виллир заставлял меня бросать в движении, с закрытыми глазами, через плечо, из неудобных положений.

— Ты должна чувствовать нож, — говорил магистр, когда стоило мне хоть раз промахнуться. — Он — часть тебя. Твои руки, твои глаза. Не думай. Просто бросай.

И я бросала. Чтобы после этого влиться в командные бои, используя ножи в качестве оружия ближнего боя. Моя фигура и пластика позволяли маневрировать между сражающимися, нанося точные и быстрые удары по важным точкам. Отработав анатомию, я безошибочно могла замедлить врага, чтобы остальные могли добить.

А по вечерам Файлин втирала в мои плечи свои чудодейственные мази, поила горькими зельями и ворчала, предрекая мне скорое превращение в ходячую жёлто-зелёную отбивную.

— Этот Виллир тебя убьёт, — как-то сказала соседка, реанимируя мою спину после особенно тяжёлого дня.

— Магистр делает меня сильнее, — ответила я, закусывая губу от боли, когда пальцы целительницы надавили на ужасно чувствительный ушиб.

— Он делает из тебя зомби. Ты ешь, спишь и дышишь только тренировками, — продолжала ворчать Файлин.

— У меня нет выбора, — простонал я, ёрзая от боли.

— Выбор есть всегда, — отрезала соседка, но продолжать спор не стала.

Само собой она была права. Я действительно жила только тренировками, но это было не потому, что меня заставляли. А из-за того, что я действительно загорелась этим, мне хотелось стать лучше и показать это остальным. Хотела доказать, что я чего-то стою. Стремилась утереть нос всем этим высокомерным аристократам, что считали магов со слабой ступенью вторым сортом.

И ещё — я планировала победить Ноллана.

Дракон появлялся на каждой тренировке. Он сидел на трибунах, иногда с Дамианом, иногда один, и смотрел. Просто смотрел. Я чувствовала его взгляд, даже когда он был занят. Этот несносный парень не комментировал, не осыпал нас подколками, да и в целом вёл себя крайне тихо. Просто лениво наблюдал, явно оценивая нас в качестве соперников.

Этот факт раздражал меня, прямо-таки выводя из себя.

— Ты сегодня особенно злая, — заметила Лора, когда мы разминались перед очередной тренировкой.

— Сегодня просто более сосредоточенная, — ответила я, хотя внутри всё кипело. На трибунах уже сидел Ноллан. — У меня «очень» хороший день.

— Ага. Конечно, — хмыкнула подруга, проследив за моим взглядом и усмехаясь. — Видимо, всю ночь драконы снились.

— Отстань, — недовольно буркнула я, шутя толкая развеселившуюся девчонку.

Нет, я вроде уже и примирилась с присутствием одного паршивца на трибунах, но все же его внимание сбивало мысли в совершенно ненужном направлении. Встряхнув головой, я скрипнула зубами от досады. Даже сейчас мне недоставало концентрации, несмотря на все старания. Я продолжала думать о довольно красивом профиле дракона, про его золотые глаза, в которых отражалось внутреннее пламя.

«Бред» — рванула на себя, с трудом отвлекаясь на упражнения.

Как только мы закончили разминку, Виллир вышел на центр полигона. Заложив руки за спину, магистр осмотрел нас и довольно кивнул. На его каменном лице промелькнуло улыбка, которую тут же скрыла сосредоточенность.

— Сегодня у нас необычное занятие, — объявил тренер, его голос разнёсся по всей арене. — Команда академии Аличе предложила провести неофициальный спарринг. Самый обычный, он не повлияет на сам турнир. Думаю, это отличный шанс показать, чему научились за эти дни. Не ударьте в грязь лицом. Всем понятно?

— Понятно, — ответили мы хором.

Внутри меня всё сжалось от тревоги. Рядом, в таком же состоянии, переглядывались напарники. Спарринг? Ещё и с драконами? Я не ощущала в себе уверенности, что достаточно готова. Да, пусть и не опозорюсь, но и победа навряд ли достанется нам. Просто потому, что мы не могли достаточно отдыхать и восстанавливаться после изнурительных тренировок. В отличие от драконов, которые, судя по всему, только и делали, что валяли дурака.

Гости спустились с трибун — пятеро в темно-золотых мантиях. Ноллан шёл первым, и я с удивлением заметила, что сегодня он выглядел иначе. Не было обычной ленивой расслабленности. Плечи расправлены, взгляд сосредоточен. Похоже, этот парень успел подготовиться.

Виллир и куратор иностранцев, которого мы видели впервые, — высокий седой маг с суровым лицом, — о чём-то переговорили, а потом их голоса разнеслись над ареной, называя пары.

— Лорейн Арвен и Дамиан Торн.

— Кайл Винтер и Линн Скай.

— Маркус Флинн и Эрик Стоун.

— Даррен Рид и Айлас Мист.

— Аврора Вивир и Ноллан Дрейк.

Казалось, весь мир замер от услышанного. Серьёзно? Меня поставили против Ноллана? Это что ещё за издёвка судьбы? Уф, хоть я и хотела победить этого паршивца, но не прямо в первом же бою! Он ведь раскатает меня в лепёшку, несмотря на мою подготовку.

Меня накрыло страхом облажаться, как никогда прежде. Глядя в полные самодовольства золотые глаза, я внезапно ощутила прилив сил и злости. Не время думать над поражением, Аврора. Ты ещё даже не начала бой, а уже ведёшь себя как тряпка.

«Соберись!» — мысленно рявкнула я, приводя себя в чувства.

— Выходим на арену, — приказал Виллир. — Никаких смертельных заклинаний. Бой до касания лопатками земли. Время — десять минут. Начали.

Мы двинулись на центр. Ноллан шёл навстречу, и с каждым шагом напряжение росло. На трибунах затихли — все смотрели на нас.

— Не ожидал, — произнёс парень, стоило нам оказаться лицом к лицу. — Что они поставят нас в пару.

— Я тоже, — ответила я, чувствуя, как сердце колотится с небывалой силой.

— Боишься? — усмехнулся дракон, демонстративно разминаясь.

— А ты? — вопросом на вопрос ответила я, доставая свои кинжалы.

На лице парня расцвела улыбка, в которой виднелась насмешка.

— Драконы не боятся, — протянул этот паршивец, тоже доставая пару ножей.

— Тогда покажи, на что способен, — фыркнула я, принимая правильную стойку.

Судья поднял руку.

— Начали!

Ноллан двинулся на меня первым. Быстро, плавно, как хищник. Я отступила, анализируя его стойку. Он был сильнее, выше, быстрее. Его магия чувствовалась даже на расстоянии — тяжёлая, опаляющая, как самое настоящее дыхание дракона.

— Будешь бегать? — спросил Ноллан, делая выпад.

— Буду думать, — ответила я, уходя в сторону.

— А это не одно и то же? — рассмеялся противник, кружа вокруг меня.

— Нет, — качнула я головой, ловко уходя от удара в бок. — Это тактика. Но тебе, наверное, она незнакома.

Усмехнувшись, дракон ударил снова. Я едва успела блокировать — вложенная сила была просто огромной. От удара заныли руки, и мне пришлось отступить на шаг.

— Слабовато, Вивир, — сказал Ноллан. — Я думал, ты сильнее.

— Терпение, дракон.

Я ждала. Изучала. В его движениях была уверенность, даже самоуверенность. Он явно не воспринимал меня всерьёз — слишком лёгкая и слабая, слишком… девушка. Это была его ошибка.

— Чего ты ждёшь? — спросил парень, делая очередной выпад в мою сторону.

— Твоего промаха, — ответила я.

Замахнувшись, дракон упустил всего одно мгновенье, равное удару сердца. Воспользовавшись моментом, я ушла вниз, подставила ногу и резко дёрнула. Опорная нога Ноллана поехала, и парень мешком рухнул на песок, не успев даже выставить руки. Я же откатилась и подскочила на ноги, вставая в стойку.

Тишина.

Она длилась всего секунду, но мне показалось — вечность. Я стояла над Нолланом, чувствуя, как гулко стучит сердце. Распластанный парень лежал на спине, широко раскрыв золотые глаза, и смотрел на меня с таким выражением, будто увидел впервые. Меня охватила заслуженная гордость, душа ликовала, и улыбка сама собой появилась на лице.

— Зачем мне магия, — медленно, смакуя каждое слово, протянула я, — если у тебя ноги кривые?

Арена взорвалась от шума, который доносился со всех сторон. Кто-то засмеялся, кто-то зааплодировал. Лорейн засвистела с другого конца арены. Дамиан, стоявший на краю, замер с открытым ртом. А потом Ноллан… засмеялся. Громко, искренне, запрокинув голову. Он лежал на песке, смеялся и смотрел на меня так, будто я сделала нечто невероятное.

— Ты первая, — сказал парень, садясь и отряхивая тренировочный костюм. — Первая, кто меня уронил.

— Считай это наказанием за самонадеянность, — ответила я, протягивая руку, чтобы помочь ему встать.

Взяв мою ладонь, дракон поднялся на ноги. Его пальцы, длинные и тонкие, как у настоящего аристократа, на долю секунды сильнее сжали мою руку. С удивлением глядя на ничуть не огорчённую физиономию Ноллана, я первой разорвала контакт. Наоборот, парень выглядел довольным, как кот объевшийся сметаны. Поразительно, ведь я ожидала совсем другой реакции.

— До конца дня я возьму реванш, — смеясь предупредил дракон, направляясь к краю арены.

— Не надейся, — крикнула ему вслед, тоже улыбаясь.

Немного подумав, я последовала за недавним соперником. Ноллан прислонился к барьеру, всё ещё посмеиваясь. Встав рядом с ним, не заметила, как задержала дыхание. Моё сердце затрепетало, стоило ощутить терпкий аромат, исходящий от дракона. Внутри меня всё ещё кипела кровь от недавнего сражения, но теперь к этому чувству примешивалось нечто совершенно иное.

Интерес? Он и раньше был, ведь Ноллан действительно не мог не произвести впечатление. Жажда превзойти? Само собой, особенно после его пренебрежения нашими адептами. Влечение? Нет. Нет и ещё раз нет. Мне хватало влюблённости в магистра Виллира, от которой я не знала, куда себя деть.

Не успели мои умозаключения к чему-либо прийти, как послышалось слабое покашливание со стороны дракона. Вздрогнув, я повернулась к нему и увидела, что парень что-то собирался сказать. В этот момент к нам подошёл сияющий Дамиан. От вида довольного и явно удивлённого адепта, я не могла не хмыкнуть.

— Ноллан, — деланно восторгаясь произнёс Дамиан, хлопая друга по плечу. — Ты только что проиграл девушке. Да ещё и какой! С четвёртой ступенью!

— Я не проиграл. Это всего лишь тренировочный спарринг, а турнир впереди, — фыркнул золотой дракон, складывая руки на груди и недовольно глядя на парня.

— Всего лишь тренировка? Да она уложила тебя на лопатки при всех! — самодовольно усмехнулся Дамиан. — Неужели наш принц нашёл ту, кто не поддаётся его чарам?

Ноллан промолчал, но в его глазах мелькнула какая-то странная искра.

— А знаешь что, — продолжал Дамиан, понизив голос, но я всё равно слышала — спарринги закончились, и шум вокруг немного стих. — Могу поспорить, что это ненадолго. До конца турнира эта вспыльчивая малышка станет твоей.

У меня внутри всё оборвалось. Я замерла, боясь даже дышать, и смотрела на Ноллана, ожидая ответа. Он помедлил секунду, а потом, не отрывая от меня взгляда, ответил:

— Спорим.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Спор. Меня сделали предметом спора. Два дракона решили таким отвратительным способом проверить мои чувства на прочность. Во мне вскипела ярость, неконтролируемая, дикая и до безумия болезненная. Она сжимала сердце в огненных оковах, опаляя и закаляя его от драконьего влияния.

— Ты серьёзно? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Не отрывая взгляда от меня, золотой дракон смерил меня внимательным взглядом. В золотых глазах отражалась внутренняя решимость, заставляющая меня злиться ещё больше. Да как он только смеет⁈

— Серьёзно, — ответил Ноллан. — Но не так, как ты думаешь.

— А как?

Мой вопрос проигнорировали. Этот козёл только улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у девчонок подкашивались ноги. У меня же, наоборот, появилось желание снова бросить его на песок.

— Я не вещь, — холодно отчеканила, хотя больше всего на свете мне хотелось вцепиться в холеную рожу парня. — И не приз.

— Знаю, — пожал плечами дракон. — Именно поэтому мне интересно.

— У тебя странное чувство интереса, — прошипела я, круто разворачиваясь и уходя от парочки друзей.

Спиной я продолжала чувствовать внимательный взгляд, но всеми силами старалась игнорировать его. Действительно, жизнь непредсказуема! Мне хватало участия в турнире, от которого я изначально хотела быть как можно дальше. А теперь к нему прибавился ещё и этот глупый спор.

Вечером, после тренировки, когда солнце уже садилось за горизонт, ко мне подошёл Виллир. Я стояла у края арены, остывая после забега, и смотрела на закат. Мысли путались, сердце никак не могло успокоиться после сегодняшнего спарринга и инцидента с драконами.

— Аврора, — раздался голос наставника за спиной.

Я обернулась. Виллир стоял в нескольких шагах, и в вечернем свете он казался каким-то нереальным — светлые волосы отливали золотом, голубые глаза смотрели мягко, почти тепло. Мой мир как-то неожиданно сузился лишь до нас двоих, отсекая остальных людей на арене.

— Вы сегодня были великолепны, — сказал магистр, подходя ещё ближе. — Ваш бросок, подсечка — всё сделано идеально.

— Спасибо, магистр, — ответила я, чувствуя, как к щекам приливает румянец.

— Вы не просто выиграли, — продолжал Виллир. — Вы показали, что умеете думать, анализировать, использовать слабости противника. Это дорогого стоит.

Он остановился напротив, и я снова поймала себя на том, что слишком пристально смотрю на него. Попросту не могу оторваться от вида мужчины, облачённого в тренировочный костюм, который до безумия шёл ему. А уж как форма подчёркивала поджарое тело… Меня охватил стыд от мыслей, что заполнили голову.

— Продолжайте в том же духе, — сказал Виллир, и в его голосе не было обычной наставнической строгости. — Я верю в тебя, Аврора.

Верю в тебя.

От этих простых слов внутри разлилось такое тепло, что я забыла и о драконьем споре, и об усталости, и обо всём на свете. Румянец прочно поселился на моих щеках и кончиках ушей, горя пламенем. С трудом взяв себя в руки, я слабо поклонилась.

— Спасибо, — выдохнула я, стараясь придать голосу спокойствия.

Виллир кивнул и, ещё раз улыбнувшись, ушёл. А я стояла на краю арены и чувствовала, как сердце бьётся быстрее обычного. Поглощённая мыслями, я тоже поспешно удалилась с тренировочного плаца. Меня одолевали множество мыслей начиная от недавней победы над драконом до его спора касательно моей влюблённости.

«Не сейчас. Не сегодня. Сначала Турнир. Я обязана доказать всем, на что способна».

Утро началось с тихого ужаса под названием «этикет».

О лекции я узнала ещё накануне вечером: Файлин, заглянув в расписание, издала звук, похожий на сдавленный вопль дракона. Выяснилось, что для всех участников Турнира — и местных, и иностранных — устроили специальное занятие по дипломатическому этикету. «Чтобы вы не опозорили академию перед высокими гостями», — сухо пояснила Арлан, вручая пригласительные свитки.

— Этикет? — переспросила я, и внутри закипело раздражение. — У нас тренировки по шестнадцать часов, а нас хотят учить, какой вилкой есть салат?

— Дипломатия, дорогая, — Файлин изобразила воздушный поцелуй, — страшное оружие. Особенно для тех, кто привык решать всё кулаками.

— Ты идёшь?

— Придётся, но я целитель, меня это не касается. — Девушка с удовлетворением поправила очки. — А вот вы, боевые звери, будете учиться делать реверансы. Предвкушаю этот цирк.

Я хотела огрызнуться, но сил не осталось. Последние дни превратились в бесконечную череду тренировок, синяков, восстанавливающих мазей и тяжёлых взглядов с трибун. Ноллан преследовал меня везде — на полигоне, в столовой, даже, кажется, во снах. Вчерашний спарринг и тот дурацкий спор до сих пор жгли изнутри.

Я сделала вид, что ничего не произошло. Но дракон, разумеется, заметил.

Аудитория для лекций по этикету располагалась в главном корпусе — просторный зал с высокими потолками, лепниной и рядами деревянных стульев, обтянутых бархатом. Сюда редко заглядывали простые адепты: обычно здесь принимали послов и важных гостей.

Сегодня же помещение заполнилось под завязку. Наши пятеро боевиков сидели на скамьях слева, иностранцы, прибывающие небольшими группками к началу турнира, расположились справа. В самом центре возвышалась кафедра, за которой уже стояла магистр этикета и политологии — худая женщина с птичьим лицом и пронзительным взглядом. Кажется, её звали Флоренц Кассиль, до меня долетали слухи про её довольно действенные, но скучные лекции.

— Леди и джентльмены, — начала магистр Флоренц, когда все расселись. — Сегодня мы поговорим о том, как не посрамить честь своей академии при общении с иностранными делегациями. Улыбки, поклоны, умение поддержать беседу — всё это важнее, чем умение метнуть нож или ударить боевым заклинанием. Запомните: на Турнире вы будете не только бойцами, но и лицом своего королевства.

Вздохнув, я приготовилась скучать.

Однако скучать не дали.

В зал вошли адепты Аличе — все пятеро. Дамиан, как обычно, что-то шептал Линн, тот смеялся. Эрик поправлял мантию, которая успела потрепаться и будто ещё недавно валялась в земле. Ноллан выделялся среди них — высокий, невозмутимый, в идеально сидящей тёмно-золотой мантии, с волосами, уложенными чуть небрежно, но так, будто это было сделано специально.

С его появлением в зале стало будто светлее. Но мне хотелось скривиться, особенно после того, как наши взгляды пересеклись. Зато все девушки в первом ряду вытянули шеи, стремясь как можно лучше рассмотреть пришедших парней.

Виттори, разумеется, тоже оказалась здесь.

Моя дражайшая сестрица сидела в третьем ряду — среди целителей, которых почему-то тоже пригласили. Она выглядела так, будто готовилась к балу, а не к скучному занятию: волосы уложены в сложную причёску, из-под мантии выглядывало новое платье, из дорогого шёлка, на шее поблёскивало изумрудное колье — подарок отца на прошлый день рождения. Рядом, как всегда, суетились подпевалы Лайза и Элеонор.

Увидев Ноллана, Виттори оживилась: поправила причёску, расправила плечи и приготовилась.

— Иностранные гости, прошу занять свободные места, — объявила магистр этикета, указывая на ряды справа.

Ноллан, не спеша, двинулся между скамьями. Сестра тотчас поднялась и сладко улыбнулась, указывая на свободный стул рядом.

— Лорд Ноллан, здесь есть место, — пропела эта змеюка, добавляя в голос столько мёда, что можно было засахариться.

Я закатила глаза и отвернулась. Пусть занимается своими драконами. Мне неинтересно, вот ни чуточки!

Ноллан, проходя мимо Виттори, вежливо улыбнулся — так улыбаются незнакомцу на улице, которого никогда больше не увидят. И прошёл мимо, игнорируя свободные места. Парень проследовал мимо сестры, мимо Лайзы, мимо множества пустых стульев в первых рядах и направился… ко мне.

Я замерла, когда дракон остановился прямо у моего ряда.

— Это место свободно? — спросил Ноллан, глядя на пустующий стул слева от меня.

Я хотела ответить «нет», но стул был пуст, Лорейн сидела справа, и никакого предлога отказать не оставалось.

— Свободно, — произнесла я максимально равнодушным тоном.

Дракон сел, щелчком пальцев материализовал пергамент для записей, положил перед собой и, повернувшись ко мне, улыбнулся. Не той вежливой, ничего не значащей улыбкой, которую подарил Виттори, а другой — чуть насмешливой, с лёгким вызовом, от которой внутри у меня всё переворачивалось.

— Рад видеть вас, адептка Вивир, — сказал дракон тихо, так, чтобы слышала только я.

— Взаимно, лорд Ноллан, — в тон парню ответила я, глядя прямо перед собой.

Меня сверлили десятки недружелюбных взглядов, так и предрекающих кучу неприятностей в будущем. Уверена, все присутствующие в аудитории адептки желали мне провалиться под землю, желательно с продолжительным поносом и чесоткой. Могу поклясться, что притихшая в последнее время сестрица тоже была среди этих фанаток дракона. Но у меня не было желания как-то реагировать, тем более что это не я заставила Ноллана сесть рядом со мной.

Лекция началась.

Магистр Флоренц рассказывала о том, как правильно обращаться к высокопоставленным лицам, какие вопросы можно задавать, а какие — нет, как вести себя за столом и в каких случаях уместно вставать. Я старательно конспектировала, хотя мысли блуждали далеко.

Ноллан что-то писал в своём пергаменте, но краем глаза я видела: он не слушает. Дракон смотрел на меня. Изучал. Ждал.

— … и запомните, — вещала магистр, — дипломатия — это искусство улыбаться, когда хочется убивать.

— Похоже на нашу первую встречу, — шепнул Ноллан.

Я проигнорировала этот выпад, сосредоточенно выводя буквы на пергаменте. Только вот парень явно не собирался прекращать болтать.

— Ты всегда такая серьёзная? — спросил дракон, когда магистр этикета переключилась на правила рассадки за обеденным столом.

— Когда меня отвлекают от лекции — да.

— А если я скажу, что твои волосы сегодня красиво блестят на солнце? — его голос звучал негромко, с лёгкой хрипотцой.

— Отвечу, что слухи об идеальном зрении драконов явно врут, и тебе пора к окулисту, — равнодушно произнесла я, не поднимая глаз от своих записей.

Судя по звукам, Ноллан усмехнулся, и у меня под кожей медленно разлился жар. Необходимо как можно скорее взять себя в руки. Я ведь не из тех, кто легко ведётся на комплименты. Тем более от напыщенного ящера, что ещё вчера поспорил на меня со своим другом.

— У тебя прекрасная выдержка, — продолжал Ноллан, словно не замечая моего холода.

— А ты до ужаса навязчивый, — парировала я.

— Разве это должно меня останавливать? — самодовольно протянул дракон.

— А разве нет? — фыркнула я, неожиданно сильно вдавливая перо в бумагу и издавая тонкий скрип.

Лорейн, сидевшая справа, тихо фыркнула и уткнулась в конспект. Я знала — она слышит каждое слово. И после лекции меня ждёт допрос с пристрастием, однако сейчас это ничуть не волновало. Внутри продолжало копиться раздражение, усиливающееся от близкого присутствия Ноллана. Этот парень одним лишь видом был способен вывести меня из себя, особенно после вчерашнего.

«Чего только ради он уселся рядом⁈ — мысленно взвыла я, с силой сжимая в руках перо. — Как же бесит!».

— Леди и джентльмены, — магистр Флоренц хлопнула в ладоши. — Теперь практическое задание. Разбейтесь на пары и разыграйте сцену светской беседы между представителями разных королевств.