Правда, хоть за решеткой на хлебе с водой и не держали, но также выпускать никуда не выпускали из запираемой снаружи однокомнатной квартиры, навроде гостиничного номера. И так продолжалось целых три недели пока его, наконец, не перевезли в тюрьму специального назначения — «Кресты», где теперь уже бывшему заместителю начальника АБТУ предстояло занять должность начальника совсем недавно созданного и еще не успевшего начать функционировать в полной мере Особого Технического Бюро Управления НКВД.

— Как, Александр Морициевич? Вы меня уже успели позабыть? Или же два года заключения столь сильно преобразили мой образ? — даже несколько опешил профессор Заславский от заданного будущим руководителем вопроса. Да и вообще, не так он себе представлял встречу с человеком, по протекции которого его якобы и перевели из лагерного барака в новое, заметно более комфортное место отсидки — в «Кресты». Как минимум, он полагал, что «благодетель» точно знал, кого к себе «призывает». А тут вдруг такое!

— Не переживайте. Загвоздка не в вас, — Геркан постарался натянуть максимально дружелюбную улыбку на лицо. — Дело в том, что я успел позабыть практически всех. Получил недавно травму головы, а вместе с ней заработал амнезию, — выдал он рассказываемую всем легенду, чтобы не проболтаться о «Божьем промысле», что в свою очередь поставило бы крест на всех его планах и начинаниях. Причем не православный крест, как бы в благословление начинанию, а тот который буквой «Х». С Богом и истинно верующими у советской власти разговор ныне был короткий. Не ставили таких во главе даже тюремных КБ. — Так что последние лет десять для меня, считайте, вовсе не существовали. Как и все те, с кем я имел возможность работать, или же просто общался в указанный период.