Я никогда не понимал, почему Сильве так часто бывает рядом с нами. Мой отец терял бдительность рядом с ней, думая, что она глупая шлюха, которая ничего не знает. Бесстыдно, каким ленивым он стал.

Я кивнул.

— Она очень красивая.

Ее халат расстегнулся, и были видны выпуклости ее сисек.

Джезу Кристо. Думала ли она, что я поделю ее с отцом?

— Да.

Я встал и допил остатки скотча.

— Ну, ты знаешь, куда прийти, когда она не в настроении.

Она перегнулась через стол, взяла виноградину и медленно втянула ее в рот.

К счастью, тогда вышел мой отец, спасая меня от того, чтобы поставить свою шлюху на ее место. Он наклонился и поцеловал ее в щеку, но она притянула его вниз, прижавшись губами к его губам, просунув язык ему в горло, в то время как ее глаза не отрывались от меня. Мой папа скользнул рукой в ее халат, сжал ее грудь, и она застонала, взяла его руку и провела ею между своих ног.

— Оставайся мокрой, когда я вернусь. Я буду трахать тебя до рассвета. — прорычал мой папа.

Он позволил ей стоять с полностью расстегнутой мантией.

Я отвернулся, не желая больше видеть эту чушь.

— Марсело, повернись, — продиктовал отец. — Ты больше не ребенок.

Я медленно повернулась, и он встал позади Сильве, держа руки на ее груди, прежде чем скользнуть между ее бедер. У нее было потрясающее тело, но оно ничего не делало для меня.

— В любое время, когда ты захочешь одолжить Сильве, у тебя есть мое разрешение.

Сильве улыбнулась и выпятила свои сиськи, ноя, что не хочет, чтобы он уходил. Он дал ей последний поцелуй и она провела его членом по штанам, убедившись, что он возбужден, когда ушел. — Я буду ждать, чтобы высосать этот член досуха.

Отец застонал и отступил назад. — Черт, женщина, что ты делаешь со мной.

Он посмотрел на меня.

— Она ненасытна и может потерпеть неудачу. Как я получил такое благословение в этой жизни?

Он шлепнул меня по спине, и я последовал за ним по пандусу, наши охранники следовали за нами.

Я понятия не имел, почему мой отец предлагал мне Сильве, но я верю, что маленькая часть его знала, что я обижаюсь на него из-за других женщин, и он хотел, чтобы я опустился до его уровня, чтобы облегчить его собственную вину.

— И? — Джованни нужно больше.