Автобус неторопливо подкатил к остановке и открыл двери.

— Простите…

— Извините…

Из плотной толпы транспорта на остановку вывалились Кот с Осетренко.

— Как селедки в банке, — буркнул Кирилл, поправив пальто.

— Час-пик, — хмыкнул Семен и огляделся. — Люди с работы едут. Киря, нам туда!

Парень указал в сторону проулка.

— Давай бегом, а то не успеем!

Парни рванули к серому дому, добежали до арки и нырнули в нее. Спустя пару дворов и небольшой сад, они оказались у двухэтажки, с торца которой было расположено крыльцо, с яркой надписью «Ремонт часов».

— Еще работает! Бегом, Киря! — подогнал друга Кот, подбежав к крыльцу.

Дернув дверь он нос к носу столкнулся с худощавым седым мужчиной, с очками на носу.

— Яков Абрамович! — с улыбкой произнес Семен. — Чудом успели!

Хозяин мастерской хмыкнул и отодвинулся в сторону, пропуская парней внутрь.

— Или вы очень цените время, или вы крайне любите свои часы, — произнес он, оглядев студентов с ног до головы. — Чем могу быть полезен?

Ребята вошли в мастерскую. Ботинки, завернутые в бумагу и обмотанные бечевкой, они положили на стол, рядом с дверью.

— Яков Абрамович, — достал бумажку из кармана Семен. — Тут такое дело. Нам не совсем часы отремонтировать нужно.

— Семен, я в эти дела не лезу. Я честный и порядочный еврей.

— Яков Абрамович, я все еще прекрасно помню, какую шабашку вы мне поручали, — хитро прищурился Кот. — И, хоть вы мне выдали премию, чтобы я об этом забыл, но нельзя не согласиться с фактом — я вас выручил. Теперь мне нужна помощь от вас.

Часовщик оглядел ребят, подошел к двери и закрыл ее на щеколду. Нажава на выключатель у двери, он выключил подсветку вывески снаружи и глянул на парней.

— И в чем же заключается помощь?

— Нам нужно, чтобы вы сделали печати… вот по этим бумажкам, — протянул мужчине схемы слоев Кот.

Мужчина мельком глянул на мелкие рунные схемы и поднял взгляд на парня.

— Семен, ты умный мальчик и должен понимать, что это… — тут он поправил очки и закончил: — Не законно.

— Вы хотели сказать дорого, да? — расплылся в улыбке Кот.

Яков поднял очки, поднес к носу схему, пару секунд рассматривал, после чего спросил: