Анастасия слегка наклонила голову, ее взгляд сверкнул. Лобанова только что практически прямо заявила, что эту партию она и Бежецкая будут вести в союзе. Неприятно, но ожидаемо. Она ответила с ленивой грацией:

— Осторожность, княжна? — она сделала паузу, словно, пробуя слово на вкус и кивнула, соглашаясь, — В Империи ценят тех, кто улавливает шепот ветра. Ярлу придется научиться чувствовать его дыхание, — она перевела на Рогнеду, и неожиданно резко спросила, — А вы, княжна, не боитесь теней?

Рогнеда напряглась, пальцы стиснули чашку. Плен сделал ее пугливой, но воля валькирии взяла верх над страхами:

— Тени не пугают, если знаешь, за что держаться, — ответила она, твердо глядя в глаза Анастасии — Но я не верю ветрам, что вьются в темноте.

Таис, не ожидавшая отпора от «сломанной куклы», вильнула взглядом. Наталья скрыла улыбку, сделав неторопливый глоток. Эллинка попыталась сыграть на страхах Рогнеды и совершила ошибку. Высокомерие часто подводило имперцев. Надо помочь подруге. Лобанова поставила фужер, тон ее стал чуть острее:

— Тени исчезают, когда солнце в зените, — сказала она, глядя на Рогнеду, затем на Анастасию. — А ветра, госпожа Евпатор, часто уносят тех, кто им поддается.

Анастасия выпрямилась, платье соскользнуло с плеча.

— Уносят, госпожа Лобанова? — она приподняла бровь. — Или возносят, если знать, как поймать их порыв? Ярл, говорят, ценит тех, кто не боится высоты, — Таис посмотрела на Рогнеду, ее голос стал приторно сладким, — А вы, княжна, не боитесь холода? Там, на верху, — она закатила глаза вверх, — Довольно прохладно, — красивые губы девушки скривились в усмешке.

— Нам ли северянам боятся стужи? — зло усмехнулась в ответ Рогнеда, — Холод закаляет, — отрезала она, — И я знаю, чье тепло мне ближе.

Наталья прищурилась, пальцы коснулись вышивки. Рогнеда пока держится, но эллинка давит. Чувствует слабину. Хотя, упрекнуть Евпаторшу пока не в чем, грань не переходит. Но подругу надо спасть:

— Наши ветра обманчивы, — произнесла она, отпивая вино, ­– Но мы — северяне, умеем читать их послания. Рагнар идет к Вятке, и те, кто рядом, должны выбрать на чьей стороне они будут, — ее взгляд потяжелел, — Или ветер унесет их в одиночестве. Не находите?

Щеки Анастасии вспыхнули. Это была прямая угроза. Княжнам надоело играть. Но что она может сделать? Ничего! Пока ничего! Но она умеет ждать! Девушка медленно опустила бокал, алмазы в браслетах холодно сверкнули. Пальцы сжали хрусталь так, что костяшки побелели, но голос остался бархатным: