— Пришла навестить тебя! — она стояла с одновременно радостным и покаянным лицом. Стояла и молча плакала, прижав к себе мокрый кувшин. Прямо между обтягивающих платьем… Э-э нет. Мы судя по всему в больнице. Поэтому оставить игривые мысли.

Ну, все! Опять мокрое дело!

— Не плачь! — сказал я, потягивая вкусную воду из стакана.

— Я не плачу! — ответила Лена.

— Ну, ну… А, то я не вижу! — Усмехнулся я.

Она тихо всхлипнула

— Прости!

— За что?

— За то, что нарушила свое слово не использовать скрыт без необходимости.

Я снова усмехнулся.

— Хорошо хоть это ты понимаешь!

Она снова всхлипнула.

— Кончай плакать! Вот хотел тебя выдрать ремнем по голой попе, но ремня нет. — Я кивком показал на свое голое тело. — Поэтому что с тобой делать? Прощаю!

Ну, как и большинство мужчин, я теряюсь, когда женщина плачет. Чем собственно женщины и пользуются с начала времен. Лена не была исключением и плакала по малейшему поводу. Хотя попадание в заложники не сказать бы что малейший повод. Да, и моя вина все-таки в этом событии не сказать, чтобы маленькая. Так что еще не знаю, кто должен просить прощения.

Ну…Замнем для ясности.

Мои глаза с Лены побежали дальше по комнате и остановились на столике с колесиками накрытом белоснежным полотенцем. Еда?

Я сунул пустой стакан Лене, встал на пол и чуть пошатываясь пошел к столику. Дошел. Откинул полотенце.

ЕДА!!!

Рот у меня мгновенно наполнился слюной. Желудок умоляюще заворчал и завыл.

Ну да. Само собой. Бедненький, как же ты хочешь есть спустя столько времени!

Кстати сколько?

ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ ДНЯ! ТРИ ЧАСА И ДВАДЦАТЬ ДВЕ МИНУТЫ!

Проснулся женский голос у меня в голове.

А-а! Имплант! С тобой отдельно разберусь за то, что загнал меня в гибернацию без моего на то разрешения! А пока Я ПОКУШАЮ!

Схватив с тарелки бутерброд с мясом и отхватив половину зубами, я активно жуя, потащил столик к кровати. Подтащил, сел и потирая руки смотрел за чтобы еще взяться! А выбор был богатый. Еще теплая яичница из пяти яиц. Бутерброды с мясом, маслом и сыром. Жареная рыба в количестве четырех. Три блюда с паштетом. И конечно неизменный квас в большом кувшине.

Теперь Лен, тебе полагается приз за принесенный завтрак!

Вот доем и спрошу, что твоей душеньку угодно.

— Будеф? — спросил я ее с набитым ртом.

Она отрицательно замотала головой.