Так-так. Его контролируют дистанционно. Или наблюдают через него. Орден умнее, чем казалось. Они не просто вербуют агентов, они делают из них живые камеры наблюдения.

— Кирилл, — позвал я.

— Да, учитель?

— Помнишь урок о многослойных проклятиях? Когда одно скрывает другое?

— Конечно. Вы говорили, что это как матрешка — снимаешь один слой, находишь другой.

— Правильно. А что, если человек — это тоже своего рода проклятие? Живая бомба, которую можно активировать дистанционно?

Зайцев побледнел:

— Что вы имеете в виду?

— А то, что в вашей голове сидит ментальная метка. Кто-то может видеть вашими глазами, слышать вашими ушами. И возможно, активировать что-то неприятное, если вы начнете говорить лишнее.

— Нет… это невозможно… Великий Магистр сказал, это защита…

— От чтения мыслей? Может быть. Но это также и поводок. И кнопка самоуничтожения. Хотите проверить? — ухмыльнулся я.

— Нет! — он вскочил, попытался бежать к двери.

Но не успел сделать и двух шагов. Кирилл среагировал мгновенно. Быстрее, чем я ожидал от вчерашнего студента.

Парень выбросил руку вперед, и из его ладони вырвался ослепительно-белый луч. Не желтоватый, как обычно у магов света, а именно белый — чистый, концентрированный, яркий, как молния.

Луч ударил Зайцева в грудь с силой кувалды. Того отбросило назад, он врезался спиной в стену. Картина в раме упала, стекло разбилось.

— Ух ты, — выдохнул Кирилл, глядя на свою руку с удивлением. — Я не знал, что могу так. Это было… инстинктивно.

— Адреналин обостряет способности, — пояснил я. — В момент опасности тело выдает максимум возможного. Запомни это ощущение. Потренируйся воспроизводить. Пригодится.

— Но я же мог убить его!

— Световой луч не убивает. Максимум оглушает и ослепляет. Ты же не некромант, чтобы убивать прикосновением.

Зайцев попытался подняться, опираясь о стену. Стонал, держался за грудь — похоже, ребро треснуло.

Но Нюхль уже был рядом.

Костяная ящерица разбежалась — три быстрых прыжка — и с размаху ударила его мордой в челюсть. Апперкот, достойный профессионального боксера.

Раздался хруст. То ли челюсть сломалась, то ли зубы выбиты. Может, и то, и другое.

Зайцев рухнул, как подкошенный, потерял сознание. Из разбитого носа потекла кровь.

— Умница, Нюхль, — похвалил я. — Точный удар. Прямо в челюстной узел. Нокаут.

Ящерица довольно вильнула хвостом, явно гордая собой. Подошла, потерлась костяной головой о мою ногу, как кошка.