— Ну ты меня тогда тоже называй Семен Сергеевич, — тут же вызверился я в ответ. — А то заладил: человек да человек. Скажи лучше, как так получилось, что ты вроде с другого мира к нам перебрался, а разговариваешь на нашем языке?

— Не повезло мне. Договорился о снятии слепка памяти с твоим соотечественником из касты бомжей, а она оказалась с изъяном, рваная и неполная, разве что язык перенял и усвоил, а больше пользы никакой. Поэтому, собственно, я и подошел к тебе с предложением.

Как не заржал, услышав о касте бомжей, сам не понимаю, с трудом сохранил серьёзное выражение лица и задал очередной вопрос:

— Хорошо, ты все твердишь о покупке, а платить есть чем?

— Семен Сергеевич, я маг! Естественно, я могу оплатить такую покупку.

— Ладно, раз так, и что ты можешь предложить в качестве оплаты? — решил приколоться я.

— А что тебе надо? — тут же по-еврейски ответил вопросом на вопрос Великолепный.

«Ну раз пошла такая пьянка, то лови список», — подумал я про себя и начал перечислять, предварительно уточнив:

— Память у меня хорошая, поэтому задешево делиться ей не буду. Первое, что хочу взамен, — это возврат мне молодости. Раз ты маг, значит, можешь меня омолодить, так?

Великолепный неожиданно кивнул, и меня от этой его готовности совершенно понесло:

— Второе: хочу, чтобы ты переместил меня в прошлое, куда-нибудь во времена Ивана Грозного, интересно мне посмотреть на этого деятеля. Ну и третье: хочу, чтобы это перемещение было вместе со всеми вещами, которые у меня здесь с собой.

По мере моих требований глаза мага расширились, пока не стали, что называется, по пять копеек. Говоря проще, маг охренел и по окончании моего монолога тут же возмутился:

— Человек, в своём ли ты уме? Просить за пустяковую услугу столь значимую награду — это за гранью разумного. Да и отправка в прошлое невозможна, из перечисленного тобой могу предложить разве что отправить тебя, а вернее, твое сознание в параллельный мир — точную копию твоего мира, который отстает в развитии на нужный период времени. Там я подселю твое сознание в подходящее требованиям тело. О перемещении вещей и речи идти не может, ты даже представить себе не можешь, сколько для этого нужно энергии.

Я наблюдал за кипящим праведным гневом Великолепного, и меня разбирало веселье. Как же всё-таки играет стервец, прямо верю, ну верю.