Хабаровск.

Абсолюты вместе с исцелёнными гвардейцами покинули карантинную зону. Стена захлопнулась за ними с глухим стуком, даруя свободу. Шереметев обернулся к гвардейцам и, кашлянув, рявкнул:

— Все свободны! У вас сутки отгула и по тысяче рублей выходное пособие. Напейтесь и забудьте всё, что было.

Гвардейцы устало улыбнулись и побрели кто куда.

— Да, дядь. Умеешь ты поднять боевой дух, — ухмыльнулся Леший.

Шереметев опалил его суровым взглядом, но вступать в спор не стал.

— Вас это тоже касается. Отдохните сутки, а после возвращайтесь. У нас война на носу, — сурово сказал Шереметев, развернулся на пятках и направился в сторону дворца.

Леший потянулся, размял плечи, зевнул:

— Ну что, куда идём? В бар или замочим парочку мертвяков?

Серый взглянул на него с осуждением, достал из кармана шапку и натянул на лысину:

— Идём отдыхать и ждать новых приказов.

Леший вздохнул и страдальчески закатил глаза:

— Серый, ей богу, ты тот ещё зануда. Может хоть в кабак сходим? Познакомимся с девчонками или…

— Лёх, давай без «или». Просто поедим, отоспимся, а после нам уже будет не до кабаков, — отмахнулся Серый.

— Да… Да. Как скажешь, — покачал головой Леший и пошел следом за Серым по заснеженной улице.

Фонари тускло освещали дорогу, бросая длинные тени на сугробы. Ветер свистел, задувал снег за воротники. Серый шёл молча, погружённый в мысли. Леший поглядывал по сторонам, насвистывая доставучую мелодию.

Свернув за угол, Лёха уставился на парочку девчонок. Близняшки, похожие друг на друга как две капли воды. Стройные, длинные тёмные волосы развеваются на ветру, белые шубы, сапоги на каблуках. Леший притормозил и улыбнулся, словно хищник, заметивший добычу:

— Серый, не жди меня. Я пойду устраивать личную жизнь.

Серый обернулся, посмотрел вслед уходящим девушкам и, покачав головой, выдохнул:

— Ловелас недоделанный.

Леший подмигнул:

— А чё? Война войной, а гормоны-то играют.

Серый пошёл дальше, а Леший на всех парах рванул следом за близняшками, свернувшими за очередной поворот.