Войдя внутрь, мы прошли через длинный коридор, на стенах которого не осталось ни единого портрета рода Романовых. Видать, бабуля похозяйничала, отправив их в помойку, а новые портреты правящей династии ещё не нарисовали. Неужели Артём зовёт меня для того, чтобы попозировать художнику? Нет. Бред какой-то. Отмахнувшись от этих мыслей, я продолжил путь.

Встреченные нами слуги шарахались от Азраила, прижимались к стенам и тихонько шептались. Дракончик не обращал на них внимания, лишь следил за тем, чтобы шипастый хвост не разнёс очередную вазу, так как за время нашего визита, Азраил разбил уже три штуки.

Наконец-то мы добрались до тронного зала. Массивные двери распахнулись, впуская нас внутрь. Высокие потолки, колонны из белого мрамора, окна, пропускающие лунный свет. В центре стоит трон, на котором расположился Артём. Выглядел он паршиво. Будто не выспался. Бледный, под глазами тёмные круги, но держится уверенно, спина прямая, взгляд твёрдый.

Рядом с троном стояла девушка. Миловидная, лет двадцати пяти, чёрные волосы собраны в хвост, серые глаза внимательно следят за каждым моим движением. Одета в тёмную кожаную броню, два коротких меча на поясе. Руки сложены за спиной, стоит в метре от Артёма, готовая в любой момент выхватить оружие.

Я остановился перед троном и спросил:

— Тёмыч, вызывал?

Артём, кивнув, поднялся с трона и серьёзным тоном сказал:

— Михаил Константинович, давайте без фамильярностей, — подойдя ближе, он шепнул мне на ухо. — По крайней мере, пока рядом слуги.

— Прошу простить меня, о великий. Я не хотел опорочить вашу честь, — улыбаясь, я рухнул на колени и страдальческим голосом добавил. — Молю, не казните меня. У меня жена и пятеро детей! Как же они будут без…

Артём, едва сдерживаясь от смеха, махнул рукой в сторону выхода и громогласно гаркнул:

— Оставьте нас!

Слуги, вместе с гвардейцами вышли прочь. Однако дамочка не сдвинулась с места. Как только двери захлопнулись, Артём устало вздохнул и продолжил без официоза:

— Хорошо, что ты пришёл. Ночью пятнадцать убийц проникли во дворец и попытались меня убить. А ещё снайпер прострелил мне сердце. Я жив только благодаря твоим доминантам и… — Артём улыбнулся и тайком зыркнул на девушку, стоящую у трона.

— Понятно. Любовь спасла нашего правителя, — усмехнулся я, вставая с колен.

— Дурак. Ты что такое мелешь? — возмутился Артём, но его уши покраснели, говоря, что я попал в точку. — Меня спасла Агата. Пока она сражалась с убийцами, я успел восстановиться и шарахнул так, что разрушил весь этаж дворца.