— Потому что вы думали, что это приведет вас к сердцу стужи? — спросила я.

Фарнир замер с кубком в руках, после чего рассмеялся.

— Нет, — колдун только покачал головой. — Я же на самом деле ученый, миледи. Мне любопытно, как устроен мир вокруг, это качество является определяющим для приема в Башню. Скорее то, что я попал в Херцкальт… Я просто доверился чутью, и оно меня не подвело. Но намного важнее то, что вы говорили об этой, десятой по счету вашей жизни. Вы сказали, что события ускорились, так?

— Именно, — кивнула я. — И я не знаю почему.

— И раньше барон Гросс никогда не появлялся на пороге дома Фиано… — протянул Фарнир.

Я с тревогой посмотрела на колдуна. Свои-то тайны я ему раскрыла, в моих перерождениях я была не виновата. Но вот тайну Виктора о том, что он очнулся в северных лесах так же, как я очнулась в своей комнатушке… Я не могла этого рассказать. Просто не имела права.

Фарнир же делал вид, что не замечает, как я стараюсь обходить тему личности моего супруга стороной. Делал мне эту небольшую поблажку.

— Мне нужно будет провести изыскания, поставить несколько опытов, — продолжил колдун. — Если оракул от Отца и Матери гласил, что корень бед в сердце стужи, то они желали, чтобы я нашел вас, миледи. Нашел и разрешил вашу проблему. Вы говорите, что не можете упокоиться? Так?

— Так, — кивнула я, чувствуя, как холодеют руки. — Но я не желаю сейчас умирать! Ни в коем разе!

Я сказала это столь пламенно, что даже вскочила на ноги, чем немало перепугала колдуна.

— Баронесса! — воскликнул Фарнир, который от неожиданности едва не пролил на себя вино. — Спокойнее! Я же говорил, что не могу навредить дочери колена Хильменова! И ладно бы башня, которая мне такого не простит, так я разгневаю этим Отца! И что еще хуже, разгневаю Матерь! А уж поверьте, Алдир и Хильмена рьяно защищают своих прямых потомков! В этом есть их замысел, что мы оказались здесь. Значит, мне нужно лишь разобраться, почему вы перерождаетесь!

— Вы лжете мне, господин Фарнир, — только не прошипела я. Ведь ложь колдуна была вполне очевидна. — О каком заступничестве богов вы говорите? Где они были, когда со мной происходило всё то, что!..