— Пошли их в жопу, рано ещё, — раздался сонный голос.

— Вставай, дебил. Это Зверев. Тот самый Зверев.

— Так чего ты сразу не сказал, придурок⁈ Ты, надеюсь, уважительно с ним обошёлся?

— Ну как сказать…

— Идиот! — выхаркнул Витяня и, судя по звукам, двинул второго мужика по роже.

— Ай, — вскрикнул он.

— Молись, придурок, чтобы нас теперь не наказали по самые гланды! И не высовывайся, а я за мотиком метнусь. Ты же его подготовил?

— Ага, помыл, полный бак заправил и даже колёса подкачал.

И он не соврал.

Когда подобострастно улыбающийся мужичок выкатил мой «харлей», тот выглядел лучше, чем в салоне.

В ответ на мой кивок простолюдин почему-то судорожно поклонился, едва не ткнувшись лбом в колени, а я достал ключ из кармана, завёл мотоцикл и помчался в сторону Васильевского острова.

Надо заехать домой и переодеться. Через час мне следует быть возле тринадцатого отдела. Там князь Корчинский даст пресс-конференцию, где и мне придётся поучаствовать.

Северная Пальмира, особняк Мироновых

Утреннее солнце проникало в гостиную, где собралось всё семейство Мироновых. Глава рода уютно устроился на диване, положив волосатые ноги на пуфик. Его мать восседала в кресле с неизменным бокалом вина. Жена и дочь устроились на кушетке, глядя на большой телевизор, висящий на стене.

— … Князь Корчинский вот-вот выйдет к журналистам, — произнесла с экрана миловидная девушка, стоя спиной к парадному крыльцу здания, в котором находился тринадцатый отдел.

— Скорей бы уже! — выпалил старший Миронов, сгорая от нетерпения.

— А он точно будет говорить о Звереве? — усомнилась его жена, вскинув бровь.

— Ага. Мне надёжные люди шепнули, что Зверева ночью привезли в отдел. Сейчас и узнаем, что он натворил! — азартно потёр ладони улыбающийся мужчина, выглядевший как маленький мальчик, страстно ждущий начала любимого мультика. — Ох, надеюсь, его лет на десять упекут за решётку, а то и дольше. Дело вроде в государственной измене. Я всегда знал, что Зверев гнилой внутри. С первого взгляда понял, что он подлый мерзавец.

— А я думала, что ты это понял, после того как он тебя в шахматы обыграл, — саркастично буркнула его мать.

Тот обжёг её злым взглядом и перевёл взгляд на жену: