Осознал себя в каком-то заросшем странной плесенью коридоре… Причём внезапно.

Вот меня не было, а вот я уже весь тут, в сумраке какой-то мрачной кишки со стальными стенами. С потолка свисают гроздья кабелей, облепленных лиловыми наростами, где-то вдалеке под потолком то вспыхивает, то гаснет аварийная лампа. И ни звука. Как будто мои уши обложили ватой… хотя нет. Вот сейчас я уже слышу. Слышу, как мерно капает вода, как что-то хлюпает и глубоко, раскатисто так, вздыхает.

Звуки как бы незаметно возникают из полной тишины, а потом уже становятся слышнее, занимая своё место в этой странной зыбкой реальности…

И у меня крепнет чувство, что я тут уже когда-то был. Эдакое, знаете ли, дежавю…

И в то же время я чувствую себя здесь абсолютно чужим. Меня в этом месте быть не должно. Никак не должно.

Я опустил взгляд, надеясь рассмотреть себя самого… И с равнодушным испугом (да, как оказалось, и такое чувство может быть — сейчас я в этом как раз и убедился) увидел, что тело моё практически прозрачно, и, если плечи с руками ещё хоть как-то можно разглядеть, то всё, что ниже, свисает какими-то рваными лохмотьями, которые лениво шевелятся, как будто их треплет ветерок. Никакого движения воздуха я, кстати, не чувствую, да…

Сейчас я выгляжу так, как будто попал в затейливый пыточный станок, и тот меня быстренько на ленточки распустил. Причём делал это тупым и зазубренным инструментом, так как края всех этих ленточек были рваными и неопрятными.

Но мне было всё-равно. Хотя, глядя на это, в памяти начали всплывать какие-то образы…

Мне вспомнился голос Стила из коммуникатора. А потом весь мой внутренний взор буквально утонул в ненависти, что плескалась в глазах оборванца, который был от меня тогда на дистанции вытянутой руки. А потом нас всех окутал океан белого пламени…

Я ещё раз посмотрел вниз, на совсем прозрачного себя… И подумал, что раз я оказался тут, то, наверное, так надо. Я себя осознаю — это, несомненно, плюс. Это значит, что если я ещё и не жив в полном смысле этого слова, то, похоже, и не мёртв.