Поднял руку и прижал ладонь к животу, где ещё вчера пульсировал шрам. Теперь там была наполненность. Рубец начал восполняться от притока силы.

Повернулся к этим трем, что стояли рядом, разделяя со мной этот момент.

— Алекс, — обратился к рыжему. — Спасибо за «Коготь». За то, что не побоялся дать мне яд вместо лечебной травы. За пять лет штопки, когда я уже и сам готов был сдаться.

Алекс отвёл взгляд, смутился, скрипнул зубами — как всегда, когда его хвалили всерьёз. Но видел, как напряглись его плечи, как парень вдохнул глубже.

— Лоренцо, — посмотрел на Искателя. — Ты мог отвернуться, мог сказать, что я безумец, и оставить гореть в своём котле. Но ты рискнул своими каналами. Этот долг я не забуду.

Лоренцо прищурился и затянулся трубкой.

— Ульф, — я положил руку на плечо великана. — Ты всегда здесь, даже когда я молчу или кричу. Ты — мой молот, моя опора, моя половина клещей. Без тебя я бы давно разлетелся на осколки.

Ульф не ответил, лишь широко и по-детски улыбнулся, и в его глазах, влажных от морского ветра, плавали отражения утреннего солнца. Он сжал мою руку и это было теплее любых слов.

Мы стояли так, четверо на скрипучей палубе, и между нами висело молчание — не неловкое, а благословенное, полное тепла, словно мы сидели у общего горна, разделяя жар, который согревает.

— Готов ли ты? — спросил Лоренцо, убирая трубку в карман. — К новому вызову? К тому, что тебя ждёт на берегу? К предварительному кругу, к Ситу, к старым волкам в Цитадели, которые будут пытать тебя огнём и сталью?

Посмотрел на остров, что дымился и пульсировал энергией, на город, что казался живым существом, ждущим, когда я сделаю шаг.

— Готов, — сказал просто, и чувствовал, что это правда. Не потому что я теперь силён, а потому что цел. — Как никогда раньше.

— Каково это? — голос Алекса был тихим. Он смотрел на меня с лёгкой тоской. — На шестой ступени? Ощущать себя… таким? Чувствовать тело, мир, Ци так ясно?

Посмотрел на него. Видел, как дрогнули его руки. Я знал, что для него это важно, что он всё ещё может быть надеется, что однажды…

— Это другое, — сказал я честно. — Всё действительно яснее, тело слушается иначе. Я чувствую каждый сустав, каждую клетку. Мир как будто ближе. Но, Алекс, послушай.

Я схватил его за плечи, заставил посмотреть мне в глаза.