Он выдохнул, закрыл блокнот и убрал в карман.

— Мистер Лучано, вы можете быть свободны. Но не покидайте город, нам может понадобиться поговорить с вами еще раз.

— Конечно, детектив, — кивнул я. — Я всегда готов помочь полиции.

На самом деле его слова ничего не значили, и если мне надо будет уехать, я могу уехать. Судебного решения о запрете перемещения нет, так что это просто рекомендация.

Грин посмотрел на меня так, будто хотел сказать еще что-то, но передумал. Отвернулся и пошел к телу Массерии, где фотограф продолжал щелкать затвором.

Я двинулся к выходу. Взял свое пальто с крючка, надел, потом натянул на голову шляпу и вышел на улицу. Было холодно, снова снег пошел. Он теперь постоянно идти будет, что ли? Хотя он и тает быстро.

Полицейские машины стояли у тротуара, небольшая толпа зевак собралась за оцеплением.

Подъехала еще одна машина, и из нее вышел абсолютно лысый мужчина с чемоданчиком. Коронер, понятное дело, будет смотреть, что там и как. А потом тело увезут на вскрытие и будут доставать из него пули.

Похороны. Опять похороны, и мне придется побывать на них, играя скорбящего. Может быть, надо было сделать все иначе? Чтобы он просто исчез?

Хотя какие варианты у меня были? Я ведь думал, что он позвал меня к себе, чтобы убить. Может быть, так оно и случилось бы.

А я ведь волновался. Сильно волновался, ноги как ватные были. А потом началась стрельба, и я совершенно успокоился. Даже руки не дрожат.

Я прошел мимо полицейских, зевак, добрался до своего «Кадиллака», завел двигатель. Тронул машину с места. Развернуться тут у меня возможности не было, так что пришлось проехать дальше по улице, свернуть, а потом еще раз. Надо было ехать на Манхэттен, а потом связаться с Костелло и обсудить, что делать дальше.

Я проехал еще немного, и увидел впереди Чиро Терранову. Он шел, засунув руки в карманы, и как-то растерянно оглядывался. Странно. А он-то какого хрена тут делает?

Я остановил машину и посигналил. Он дернулся резко, чуть не припустил по улице, потом обернулся и посмотрел на меня. Узнал. Я махнул рукой, чтобы он сел в машину.

Он с какой-то опаской подошел ко мне, сел в машину. Я заметил, что его руки буквально ходят ходуном.

Я вытащил из кармана пачку сигарет, протянул ему. Он взял, но прикурить не смог. Пришлось мне отобрать у него сигарету, прикурить и буквально засунуть в пальцы уже горящую.