Тем временем подъехали еще две, а с ними и карета скорой помощи. Это не Стейтен-Айленд, и не Маленькая Италия, здесь полицейские появляются на месте преступления быстро. Санитары выскочили из машины, схватили носилки и побежали в ресторан.

Смысла в этом не было, Валли они уже ничем помочь не могли, барабан из Томпсона в упор — это смерть с гарантией.

А остальные легавые уже стали оцеплять место преступления. Натянули веревки, чтобы зеваки не могли пройти — те уже стали собираться. Вроде бы уже не стреляют, и опасности нет, а вот посмотреть, что случилось, как работает полиция, чтобы потом посплетничать — можно. Я увидел, как один даже достал фотоаппарат и сфотографировал меня у капота.

На память? Или какой-нибудь репортер? Как бы не продал он эти снимки в газету, и как бы я там не оказался в конечном итоге.

Да, неудачно вышло, с одной стороны, что я попался. Но с другой, сейчас, когда мозги заработали привычно рационально, появилось понимание, что никак привязать к делу меня не получится. Если только в качестве свидетеля, но не в качестве подозреваемого — это точно.

Но в участок прокатиться все равно придется, никуда я не денусь, никто так просто меня не отпустит.

С другой стороны, Массерия теперь точно не спросит, почему мы не пошли добивать Маранцано, когда до нас дошло, что мы убили не того. Потому что появилась полиция, и меня арестовали. Может быть, это даже на руку сыграет.

Полицейский, тот, что арестовал меня, вышел из ресторана. Лицо у него было красным, он тяжело дышал, а на носках ботинок я заметил кровь. Похоже, что он подходил к трупу. Хотя другого варианта добраться до телефона у него все равно не было.

На ходу доставая из кармана блокнот, он подошел ко мне.

— Имя? — спросил он.

— Чарльз Лучано, — ответил я. Нужно было говорить максимально честно, чтобы никто не мог ни до чего докопаться.

Он нахмурился. Имя явно было ему знакомо, но он ничего не сказал, просто записал в блокнот.

— Адрес?

Я назвал адрес своей квартиры на Малберри-стрит. Все равно сейчас я там не живу, и, пока страсти с гангстерской войной не улягутся, не появлюсь — буду прятаться по отелям. И это займет какое-то время, это точно.

Полицейский записал, потом захлопнул блокнот и бросил мне:

— Стой здесь и не дергайся. Скоро приедет детектив.

Он двинулся опрашивать остальных свидетелей, но их было немного. В основном те, что в ресторане были — остальные-то разбежались.

Толпа зевак тем временем росла, люди напирали, пытаясь разглядеть, что происходит. Кто-то кричал, спрашивал, есть ли убитые.