Исчез. Как сквозь землю провалился. А вместе с ним… Горшочек! Глиняный горшочек, куда падали медные монеты с квадратными дырками — весь мой сегодняшний заработок! Он стоял тут же, на углу стола, а теперь его место было пусто. Только тем, что я всё воспринимал как сон или галлюцинацию, можно обосновать мою безалаберность и пофигистическое отношение, ибо зачем во сне монеты? Но теперь-то, я понимал, что вокруг скорее всего реальность!

Внизу, на мостовой мелькнула маленькая фигурка. Босые пятки сверкали в последних лучах заката. Он несся вниз, к толпе, прижимая к груди мой горшок!

Праведный гнев, жгучий и слепой, ударил в голову. Черт возьми! Работал как проклятый весь вечер, кормил людей, а теперь последние гроши крадут! И еще на мечах летают! Адская смесь обиды, ярости и отчаяния переполнила меня.

— Стой! — заорал я хрипло, и рванул в погоню.

Она была безумной. Я лавировал сквозь уплотняющуюся толпу зевак, высматривающих в небе, вдруг летающий человек снова покажется и боялся на секунду потерять из виду серую, юркую тень. Мальчишка петлял как заяц, используя свою малый рост, проскальзывая между ног взрослых и уже убежал бы от меня, если бы не осторожничал, прижимая к груди горшочек с монетами, опасаясь его выронить. Ну, а я не мог догнать, потому что-то и дело натыкался на людей.

— Эй, осторожнее! — огрызнулся мужчина в поношенном, но добротном ханьфу, которого я чуть не сбил с ног.

— Простите! — бросил я на бегу, не оборачиваясь.

Проскочил мимо двух подвыпивших парней, от которых разило дешевым вином, они едва стояли, обнявшись и горланя песню.

Чуть не врезался в тележку конкурента — продавца пирожков на пару.

— Слепой, что ли? — крикнул он мне вслед.

Самый опасный момент, я едва увернулся от столкновения с девушкой невероятной, почти неестественной красоты. Она была в коротком, облегающем шелковом одеянии алого цвета, по которому золотом вышитый дракон извивался от бедра вверх. Ее ярко синие глаза метнули на меня презрительный взгляд, но она лишь грациозно отшатнулась, не проронив ни слова. Спутник красотки, высокий и суровый мужчина в темно-синем, с мечом у пояса, лишь нахмурился, положив руку на рукоять.

Я не останавливался. Догоню, гада! Всю душу вытрясу! Толпу проскочили. Узкие, кривые улочки попроще, между глинобитными домишками и заборами. Мальчишка знал местность, вилял между строениями. Я отчаянно пытался не отстать, чувствуя, как в боку колет, а дыхание сбивается. Мы выскочили на небольшую пустынную площадку, заваленную какими-то старыми бочками и хворостом. Мальчишка метнулся в темный проход между двумя сараями.

Рванул за ним и тут мир взорвался болью.